Запал кончился. Теперь он молил за своего сына, за его будущее, за продолжение тех отношений, в которые ему и встревать-то не следовало.
   Миранда пристально взглянула Року в глаза. Он был искренен. И внезапно она поняла главное. Рок — это не Кларисса. В нем нет ни злобы, ни ненависти, а есть только любовь к единственному сыну. Всю жизнь ей отказывали в праве быть рядом с тем, кого она любила. Она всегда надеялась, что когда-нибудь ей повезет, она встретит любимого человека и разделит с ним свою судьбу.
   Мэтт пришел к ней, не зная истины. Рок готов был устраниться, предоставив ей самой распоряжаться своей жизнью. Более того, он предлагал ей безоговорочную любовь к ее детям — любовь, которой сама она всю жизнь была лишена. И ей вдруг стало неважно, обратит ли старик эту любовь на нее. Главное, что он будет любить тех, кто ей дорог.
   — Думаю, вы это уже сделали, — медленно произнесла она. Затем бросила взгляд на Гарольда. — Он рассказал вам правду?
   — Рассказал. Он сам этого захотел. Крючкотвор встал на твою сторону, девочка, и послал эту чертову куклу ко всем чертям. Из-за тебя да из-за тех бумажек, что он принес тебе подписать, его прогнали взашей. Но он заявил, что на этот раз ведьме придется считаться с твоими желаниями, иначе весь город узнает, что она за штучка.
   Брови у Миранды удивленно поползли вверх. Гарольд смущенно пожал плечами и опустил глаза, чувствуя себя весьма неловко.
   — Не такой уж я альтруист. Просто уже устал ненавидеть самого себя, — признался он.
   Мэтт сощурился, пытаясь разобраться, что произошло, слушая эти бессвязные обрывки диалога отца и адвоката.
   — Кажется, я созрел для того, чтобы выслушать ваш рассказ, — безапелляционно заявил он, отталкиваясь от стены. — Давайте-ка сядем и окончательно разрядим обстановку.
   Он подошел к Миранде и обнял ее за талию. Она напряглась от его прикосновения, но Мэтт это проигнорировал и не позволил ей отстраниться.
   — Прошу, господа.

Глава 13

   — Полагаю, мне лучше начать с самого начала. Гарольд поерзал в кресле, стараясь устроиться поудобнее. В том, что ему предстояло сообщить собравшимся, было мало приятного.
   — Кларисса Грейсон обратилась ко мне от имени своего сына Тома. Она хотела знать, какие потребуются основания для развода, будет ли слушание в суде и как долго оно продлится, насколько широкой может быть огласка. Я все ей рассказал, не очень интересуясь, зачем ей это понадобилось. Лишь много позже я понял, что она уже в то время замыслила повернуть дело в своих интересах. Так или иначе, спустя четыре месяца Кларисса неожиданно снова появилась в моем офисе с теми фотографиями, которые вы видели, и с копией отчета детектива. Его вы тоже читали. Она сказала, что подозревает невестку в супружеской неверности, но не решается дать делу ход, потому что Том по уши влюблен в свою жену. — Гарольд пожал плечами, бросив извиняющийся взгляд на Миранду.
   Миранда не отвела глаз. Пока адвокат не сообщил ничего нового — она всегда подозревала нечто в этом роде. Она почувствовала, как Мэтт, сидевший рядом, напрягся, прилагая усилия, чтобы сохранять спокойствие и слушать. Рок, сидевший по другую руку от нее, казалось, с трудом удерживался от искушения расквасить адвокату нос. При виде его воинственной физиономии губы Миранды слегка дрогнули в улыбке, несмотря на невеселую тему разговора.
   Поскольку никто не проронил ни слова, Гарольд продолжал:
   — Так или иначе, я по глупости ей поверил. Все в городе считали, что Миранда вышла за Тома замуж из-за денег. Теперь-то я понимаю, что Кларисса немало потрудилась, чтобы подкрепить такое впечатление. Короче говоря, я начал бракоразводный процесс на основании доказательств, собранных Клариссой, и показаний свидетелей, которые подтверждали непристойное поведение Миранды. Процесс был в самом разгаре, когда я начал подозревать, что дело нечисто. Уж больно гладко все сходилось, свидетели повторяли одно и то же, чуть ли не слово в слово. Миранда казалась ошеломленной. Ее адвокат категорически стоял на своем, несмотря на все мои уловки. Это выглядело бессмысленно. Плюс ко всему, Миранда не просила ничего, кроме личных вещей. Образ охотницы за богатым мужем рассыпался на глазах.
   Адвокат сделал паузу и обвел глазами присутствующих, внимательно слушающих его.
   — Я подступил к Клариссе с расспросами. Она сказала, что дала Миранде чек, чтобы та оставила Тома в покое. Я попенял ей за это, начисто забыв о своих сомнениях по поводу свидетелей, которых она выставила в суде. Уверившись в своей правоте, взбешенный тем, что чуть было не попался на удочку, я с еще большим рвением возобновил усилия, чтобы погубить репутацию Миранды. Я утратил объективность, а для адвоката это катастрофа. Дело я выиграл. Кларисса была довольна, что Том развязался с неудачным браком, Гарольд снова замолчал, погрузившись в воспоминания, потом продолжил:
   — Прошло совсем немного времени, и Том погиб. Кларисса была вне себя от горя. Сын был для нее единственным светом в окошке. Трещина в их отношениях наметилась еще до женитьбы Тома, а из-за этого брака она переросла в глубокую пропасть. И вся ненависть Клариссы обрушилась на Миранду. Я был рядом с Клариссой на похоронах и позже, когда у нее наступила эмоциональная разрядка. Тогда-то я и услышал от нее все подробности этой грязной истории. Она предложила Миранде избавиться от злополучного брака, прекрасно зная, в какую пытку он превратился для несчастной женщины. Так называемая страстная любовь Тома на деле была лишь обманчивым фасадом. Кларисса предложила заплатить, если Миранда позволит Тому подать на развод с какой-нибудь вполне невинной мотивировкой — вроде несходства характеров. Она обещала, что дело не получит огласки, в суде не будут полоскать грязное белье и репутация Миранды и ее семьи останется незапятнанной. Вдобавок она гарантировала, что семья Миранды навсегда сохранит за собой место в имении Грейсонов.
   — Я ей поверила. Не надо было, я ведь знала, что она собой представляет. Но мне необходимо было избавиться от Тома, — тихо призналась Миранда, наконец принимая на себя часть вины за то, как обернулся для нее развод. — Я убеждала себя, что заслужила кое-что за тот ад, через который прошла по милости Тома. И я просто не могла всем рассказывать, как он со мной обращался. Я чувствовала себя такой виноватой, будто на самом деле совершила все те низости, в которых он меня обвинял.
   Мэтт привлек Миранду к себе, и она склонила голову к его плечу.
   — Ты ни в чем не виновата, — решительно сказал он.
   — Верно, черт побери, — поддержал его Рок. — Этот подонок был просто извращенцем. Его бы следовало вздуть за издевательства над женщиной. Будь он хоть трижды богач, это не мужик. Поделом ему, сукиному сыну.
   — Знаете, они правы, — вмешался Гарольд. — Мне стыдно, что я сыграл столь неприглядную роль в этом деле, но главное, что для вас все позади. Забудьте о Клариссе. Она сделала свое грязное дело и получила, что хотела. Грейсонвилл остался в прошлом. Не думаю, что кто-нибудь отважится досаждать вам сейчас или в будущем. — Адвокат окинул взглядом двух гигантов, сидевших по обе стороны от Миранды. — Теперь вы в надежных и любящих руках.
   — Верно сказано, — проворчал Рок. — Я не настолько стар, чтобы не стереть в порошок любую крысу, если это понадобится. Впрочем, вряд ли у меня будет много хлопот, — добавил он, глядя на сына, который бережно обнимал Миранду за плечи.
   Мэтт ухмыльнулся в ответ.
   — Ты становишься понятливым, Рок. Рок нетерпеливо пожал плечами.
   — Я не такой упрямый осел, как некоторые. — Он набрал в грудь воздуха и, быстро наклонившись, поцеловал Миранду в щеку. — Добро пожаловать в семью, девочка. Помни, я всегда держу слово. Что бы ни случилось.
   Он рывком поднялся на ноги, делая знак Гарольду следовать за ним.
   — Пошли, пока моему сыну не взбрело в голову вышвырнуть нас отсюда.
   Мэтт проводил их взглядом, испытывая гордость за отца.
   — Он мне нравится, — тихо сказала Миранда. Мэтт посмотрел на нее, поднял руку и осторожно убрал со щеки непослушный завиток.
   — Не нужно кривить душой ради меня.
   — Он мне правда нравится. — Миранда улыбнулась. — Он очень любит тебя. Будь я на его месте, возможно, я сделала бы то же самое. Ведь доказательства были убийственные.
   — Как ты можешь простить, что я им поверил?
   — Давай не будем говорить об этом. Я люблю тебя. Я могла бы простить тебе что угодно. — Она легонько коснулась его губ. — Ты прогнал тени прошлого. Ты знаешь, что я теперь могу спать без ночника, мне больше не снятся кошмары, я вхожу в дом, не опасаясь, что кто-то набросится сзади? — Миранда пристально посмотрела ему в лицо и прочла на нем силу, нежность и любовь. Для нее Мэтт был воплощением всего лучшего, что есть в мужчине.
   Мэтт не сводил с нее восхищенных глаз.
   — Мне было невыносимо видеть твой страх, знать, что тебе причиняли страдания в прошлом. Я хотел стереть это из твоей памяти, чтобы и следа не осталось.
   — И ты этого добился. Теперь моя жизнь начинается сначала, вместе с тобой.
   Мэтт посмотрел на нее с мольбой.
   — Я должен кое-что спросить. Не уверен, что ты готова, но я должен спросить, чтобы мы оба знали — это не просто временное сожительство. Я хочу жениться на тебе. Ты выйдешь за меня замуж? — Он обхватил ее лицо ладонями. — Будешь ты со мной в болезни и в здравии? Возьмешь мое имя, родишь мне детей, позволишь мне беречь и защищать тебя от всякого зла? Поддержишь меня в минуты уныния? Будешь всегда помнить, что я вижу перед собой сильную и отважную женщину — лучшую на свете женщину, чью красоту я всегда буду хранить в сердце, сколько бы ни прошло лет? Отдашь мне всю себя без остатка, как я отдам тебе себя?
   Миранда слушала эти слова и знала, что никогда в жизни не слышала ничего прекраснее. Она обхватила его запястья и почувствовала мощное биение его пульса.
   — Да, — тихо прошептала она. — Всем сердцем, всей душой — да!
   Мэтт наклонил голову, даря ей поцелуй в залог своего обещания руки и сердца. Миранда потянулась ему навстречу, принимая его залог и скрепляя его своей страстью. Это была ее судьба — человек, который разогнал тьму, окутывавшую прошлое, и вывел ее на солнечный свет. Мэтт, ее возлюбленный, ее любовь.
 
   Мурлыкая под нос, Миранда вынимала из духовки последнюю порцию овсяного печенья. Поставив второй противень на плиту, она легонько помассировала поясницу. Иногда по утрам она чувствовала себя совершенно разбитой. Девятый месяц беременности определенно давал себя знать. Улыбнувшись, она нежно погладила внушительных размеров живот.
   Но дело того стоило. Мэтт был на седьмом небе от счастья. Рок без конца забегал к ним, приносил ей всякую всячину и был так доволен перспективой в ближайшее время стать дедом, что всем в городе уши прожужжал о скором прибавлении в клане Рокландов. Миранда стала толстой — правда, Мэтт уверял, что она просто пухленькая, — и при каждом удобном случае пекла печенье. Кто бы мог подумать, что, забеременев, она безумно пристрастится именно к домашнему овсяному печенью, хотя в бакалее продается тьма всякой вкуснятины. Так нет же, надо было случиться, что ей пришлось по вкусу любимое печенье Рока, которое когда-то пекла его жена. Рок раскопал рецепт, сам испек печенье и приволок ей на пробу вместе с рецептом через неделю после свадьбы.
   Миранда усмехнулась, вспомнив, как воодушевленно старик объяснял ей, что это его любимый десерт, что Мэтт тоже любит овсяное печенье и что у них обоих, конечно, нет женской сноровки в таких делах. Мэтт стал ругаться с отцом, тот не остался в долгу, и, пока они спорили, возьмет Миранда рецепт или нет, она откусила кусочек печенья. И не устояла перед искушением. Там, где речь шла о Рокландах, дело почти всегда заканчивалось этим.
   В дверь настойчиво позвонили, и Миранда поплелась открывать.
   — У тебя, наверное, есть локатор, Рок, — со смехом заметила она, едва открыв дверь. — Я как раз вынула печенье из духовки.
   Рок ласково чмокнул ее в щеку. От широкой ухмылки по его красивому лицу побежали мелкие морщинки.
   — Я говорил Мэтту, что ты будешь печь, потому что он сказал, что съел три последних печенья вчера с кофе. Но на всякий случай я принес вот это. — Он поднял большой пакет. — У меня они не так хорошо получаются, как у тебя, но все же лучше, чем ничего. — Рок испытующе взглянул на невестку. — Ты сегодня какая-то не такая, детка. Ты хорошо себя чувствуешь?
   Миранда снова потерла поясницу, улыбаясь его озабоченности.
   — Прекрасно. Просто я немного устаю от всей этой домашней работы.
   — А где эта дура экономка, которую Мэтт для тебя нанял? Этот дом, который он отгрохал, больше смахивает на стадион. Тебе нельзя столько ходить взад-вперед. Почему ты просто не крикнула, чтобы я вошел?
   Рок бросил пакет с печеньем на стол в холле и подхватил Миранду на руки.
   Удивленная этой неожиданной выходкой, Миранда не сопротивлялась, тронутая грубоватой заботой старика.
   — Я вешу целую тонну, — только и пробормотала она.
   Рок отнес ее в гостиную и уложил на огромную тахту, являвшую собой лишь один из образчиков внушительных гигантов, маскировавшихся под мебель в их новом доме.
   — И потом, не надо злословить о нашем доме. Ты сам помогал Мэтту делать чертежи. Я прекрасно помню, как ты настаивал, что дом должен быть достаточно большим, чтобы мне не приходилось переезжать при каждом прибавлении в семействе.
   Рок зарделся от смущения.
   — Я подумал, что тебе хватит мотаться с места на место. Некоторым женщинам нужно место, где они могут свить гнездо. Такой была моя жена. Мужчина должен помнить о таких вещах, если хочет, чтобы его женщина была довольна. — Он ухмыльнулся, в глазах запрыгали чертики. — В конце концов, у довольной жены и муж мурлыкает. Миранда рассмеялась.
   — Ты хочешь сказать, что Мэтт уже замурлыкал… — Внезапно улыбка сбежала с ее лица, дыхание перехватило от резкой боли.
   — Черт побери, девочка, что с тобой? — встревожился Рок, опускаясь на колени рядом с тахтой и осторожно беря Миранду за руку, словно желая отдать ей свою силу.
   Миранда старалась справиться с болью, как их с Мэттом учили на занятиях по подготовке к родам.
   — Кажется, я готова подарить тебе внука, — пробормотала она, когда приступ боли внизу живота отступил. Секунду спустя она почувствовала, как схватка снова вцепилась в ее тело цепкими клещами. — Скоро.
   Глаза Рока расширились от ужаса.
   — Это невозможно. Надо вызвать Мэтта.
   Он потянулся к телефону, стоявшему на столике у тахты. Не выпуская руку Миранды, набрал номер строительного участка.
   — Какого черта ты мне говоришь, что его нет, Дэннер! Найди, даже если для этого потребуется снять всех людей с участка, — проревел он, выяснив, что Мэтт ушел со стройки в неизвестном направлении. — Позвони в контору. Дай объявление по радио. Придумай что-нибудь, Христа ради! Миранда рожает. Если Мэтт это проворонит, он нас со свету сживет! — Рок швырнул трубку на рычаг.
   Видя побледневшее лицо свекра, Миранда слабо улыбнулась, но тут началась новая схватка. Бормотание Рока, перемежавшего проклятия со словами ободрения, почти не доходило до ее сознания.
   — Думаю, нам лучше поехать в больницу, — через силу выдохнула она, когда боль отступила.
   — Я тебя понесу, — заявил Рок, вскакивая на ноги. Он сгреб ее в охапку и поднял. — И забудь о всякой ерунде вроде халатов и расчесок. В этой чертовой больнице тебе дадут все, что нужно. Я не хочу, чтобы мой внук родился в машине. Тем паче с такой никудышной повивальной бабкой, как я. Чего доброго, грохнусь в обморок в самый неподходящий момент.
   Он вышел из дома, не закрывая за собой дверь.
   — Ты забыл запереть дом.
   — Наплевать. Пусть хоть все утащат. Ты — важнее.
   Рок бережно устроил невестку на переднем сиденье грузовика и, на секунду задержавшись, ласково похлопал ее по руке.
   — Я ничего не смыслю в этих делах. Эмили рожала Мэтта без меня. Я могу что-нибудь сделать?
   Миранда погладила свекра по лицу. Она видела, что его беспредельная любовь к Мэтту теперь обратилась и на нее.
   — Да. Разреши называть тебя отцом.
   Его лицо медленно расплылось в улыбке — будто солнце выглянуло из-за туч.
   — Детка, ты давно могла бы меня так называть — с того самого дня, как вы с Мэттом сошлись. Жаль, что я был таким слепым кретином! — Засмеявшись, он захлопнул дверцу грузовика. — Ты теперь член семьи. Моей и Мэтта. Пора тебе это признать. А теперь — поехали. Хорошо бы перехватить Мэтта по дороге. Этот бродяга убьет меня, если я все сделаю без него. Опять начнет ворчать, что я вмешиваюсь не в свое дело.
   Он сел за руль. Миранда ласково похлопала его по руке.
   — Я за тебя заступлюсь.
   Рок искоса бросил на нее лукавый взгляд, очень напомнив при этом Мэтта. — Ловлю тебя на слове.
 
   Мэтт сидел у постели Миранды, мысленно вновь переживая последние несколько часов. Способен ли мужчина понять, что значит рождение ребенка, пока не испытает это на практике? Он покачал головой, улыбаясь собственной наивности Никакие занятия в мире не подготовили бы его к той буре переживаний, которые сжимали его в тисках каждый раз, когда у Миранды начиналась очередная схватка. Он держал жену за руку, подбадривал, утешал. Голос и прикосновение — вот все, чем он мог облегчить ее боль при рождении новой жизни.
   Миранда смотрела на него своими удивительными глазами, и его сердце переполняла любовь. Он воочию видел мужество и стойкость, которые с самого начала привлекли его в этой женщине. Пересиливая боль, она улыбнулась ему. И он улыбнулся в ответ.
   Спустя миг на свет появилась их дочь. Она будет жить в мире, который они построят для нее своими руками.
   — Ты улыбаешься, — сонно прошептала Миранда.
   Мэтт наклонился и нежно поцеловал ее в губы.
   — Все новоявленные папаши улыбаются. Говорят, такая сложилась традиция.
   — Так оно и есть.
   Она подняла руку, и их пальцы переплелись.
   — Ну вот, мы и сделали свое дело, — тихо вздохнула Миранда.
   — Ты, — поправил жену Мэтт.
   Она покачала головой.
   — Нет, мы — ты, я и даже отец.
   Мэтт рассмеялся. Первый шок, когда Миранда назвала Рока отцом, уже прошел.
   — Ты бы его видела. Он не отходит от окна детской палаты. Уже успел всем доложить, что его внучка унаследовала от своей красавицы-матери рыжие волосы и решительный характер. Хорошо, что я не ревнивый.
   — Я всегда буду видеть только тебя. Когда я смотрю на твоего отца, то вижу тебя через двадцать лет и думаю, как мне повезло. У меня есть ты, а впереди — наше будущее.
   — Счастливое будущее, — прошептал Мэтт, снова наклоняясь к Миранде.
   Едва он успел коснуться ее губ, как сзади раздалось негромкое покашливание. Мэтт нежно поцеловал жену и поднял голову. Не оборачиваясь, он произнес:
   — Заходи, Рок. Я знаю, что ты уже дыру провертел в коридоре.
   — Не ворчи, Роки. Я просто принес вот это.
   Миранда широко раскрыла глаза при виде огромного букета роз, за которым почти не было видно свекра.
   — Господи помилуй, — слабым голосом пролепетала она, когда Рок попытался пристроить вазу с ее необъятным содержимым на столик, предназначенный для обычных букетов.
   Рок нахмурился, разглядывая это хлипкое сооружение, затем пожал плечами.
   — Пожалуй, вазу можно поставить на пол. Она достаточно высокая, чтобы тебе было видно цветы. Я велю сделать для них маленькую подставку. Вечером принесу.
   — Рок, тебе этого не разрешат, здесь же больница, — возразил Мэтт.
   — Еще как разрешат. Познакомился здесь с одной сестричкой. Славная женщина. Обожает розы. Надо будет принести ей парочку.
   Рок подошел к постели, чмокнул Миранду в щеку и ласково потрепал ее по руке.
   — Славная работа, дочка. Малышка — настоящая маленькая леди. — Он хлопнул сына по плечу. — Ты тоже не подкачал.
   Старик вышел из палаты, бормоча себе под нос:
   — Интересно, прорежется ли у нее интерес к строительству. Можно сказать, чуть не родилась в грузовике. Надеюсь, станет потомственным строителем.
   Миранда рассмеялась, увидев на физиономии Мэтта выражение неописуемого ужаса.
   — Я его убью!
   — Ну, конечно.
   Она поднесла руку мужа к губам и, целуя ладонь, заглянула ему в глаза.
   — Ты прекрасно знаешь, что горд не меньше его. Не думай, что я этого не вижу. Дай Бог, чтобы первое слово, которое произнесет моя дочь, не оказалось непечатным.
   — Не такие уж мы скверные, — заявил Мэтт с лукавой усмешкой.
   — Вы, Рокланды, вовсе не подарок.
   — Не забывай — ты теперь тоже Рокланд. А значит, нечего ворчать.
   Рок прислонился к двери у палаты Миранды. Услышав ее смех, он ухмыльнулся. Наконец-то он мог простить себя за то, что чуть было не натворил.
   — Ну что же, Эмили, девочка моя, я сделал для нашего сына все, что мог, но теперь он принадлежит ей.