вернулись обратно целыми и невредимыми, - и с таким требованием экипажи
были вполне согласны.
Но ракетные оборонные установки гардианов в Новой Финляндии уже
показали, с какой вероятностью они способны обнаруживать корабли на
подходах к системе.
Следовательно, разведчикам приходилось искать признаки цивилизации на
планетах, держась на почтительном расстоянии и пользуясь только пассивными
детекторами. Они могли отслеживать радиочастоты, наблюдать за планетой в
телескоп, пользоваться инфракрасными приборами и детекторами нейтрино -
чем угодно, только не активными радарами. К счастью, цивилизованную
планету обнаружить было куда проще, чем корабль или даже целый флот. Но в
целом задача была не настолько проста. Заметить саму планету не составляло
труда - в отличие от цивилизации, которую к тому же стараются скрыть.
Все зависело от того, насколько серьезно гардианы подошли к маскировке.
Ни один корабль-разведчик не мог рисковать, подходя ближе к планете, чтобы
провести оптические наблюдения или, к примеру, обнаружить свет городов. Но
другие признаки цивилизации можно было заметить с достаточно большого
расстояния: тепловые и радиоволны, потоки нейтрино, реактивные вспышки.
Беда была в том, что гардианы могли замаскироваться достаточно надежно,
если бы считали подобную маскировку достойной усилий. Источники энергии
могли спрятать под землю, радиосвязь заменить лазерной или кабельной.
А если бы гардианы хотели избежать эмиссии нейтрино, они могли бы
надежно спрятать реактивные генераторы и пользоваться химическими ракетами
вместо реактивных. Все это было чертовски неудобно и дорого, но гардианы
могли пойти на такие затраты.
Они сумели бы воспользоваться множеством видов скрытой техники, если бы
хотели пойти на крайности и не боялись расходов. Но спрятать саму планету
им не удалось бы никоим образом, как и долгое время дурачить наблюдателя с
чувствительной аппаратурой, разве только в том случае, если бы гардианы
решились забыть обо всех достижениях техники, начиная с девятнадцатого
века.
В активе у разведчиков был Джордж Приго и информация, полученная от
военнопленных с Новой Финляндии. Они всячески подтверждали, что гардианы
не предпринимали крайних мер для маскировки и вместо того полагались на
изолированность системы, а в последнее время - и на уверенность в том, что
об их существовании никто не знает.
Имелись и другие догадки, помогающие сузить зону поисков. Требовалось
найти систему с планетой, у которой имеется биосфера, находящейся на таком
расстоянии от звезды, чтобы поверхность получала нужные количества тепла и
света для поддержания жизни наподобие земной. В среднем примерно одна
звезда класса G из двадцати имела подобную планету. Но эта цифра была
справедлива для единичных звезд, а с двойными звездными системами дело
обстояло гораздо хуже. Следовательно, если бы возле одной из выбранных
звезд находилась правильно расположенная планета, имелись все шансы, что
это и есть Столица.
После долгих размышлений и внимательного сопоставления фактов Мак
пришел к выводу, что гардианы должны были замаскироваться лишь настолько,
чтобы их не заметил какой-нибудь случайно попавший в систему корабль, но
недостаточно хорошо, чтобы скрыться от корабля, который намеренно вошел в
систему с целью поиска. Спрятать целую цивилизацию от того, кто знает, что
искать, кто решил непременно обнаружить эту цивилизацию, попросту
невозможно или, по крайней мере, стоит огромных затрат. Это означало, что
обнаружение Столицы вполне возможно, особенно при наличии чувствительных
приборов.
Итак, все, что требовалось сделать, это тщательно обыскать тридцать
одну звездную систему, рассеянную по всему космосу, отстоящую самое
меньшее на девяносто световых лет от Земли.
Особой подготовки не требовалось, но Дрисколл настаивала, чтобы поиски
Столицы начались не раньше, чем через несколько месяцев. Капитан
занималась встречей прибывающих кораблей и передала маленький флот
разведслужбы в распоряжение Мака. Флот был действительно немногочисленным:
на орбите Колумбии оставалось только шесть из десяти фрегатов
разведслужбы. "Джослин-Мари" еще ремонтировали в системе Новой Финляндии,
и ремонт должен был занять еще некоторое время. "Сыщик" мог вернуться из
разведывательного полета со дня на день, впрочем, трудно следить по часам
за прибытием исследовательских кораблей. "Йемена Шелл" была запущена
незадолго до того, как Дрисколл прекратила работу по исследовательским
программам, а "Васко да Гама" отсутствовал так долго, что его уже считали
пропавшим. В распоряжении Мака оставалось шесть кораблей, и возможно, еще
два должны были вскоре присоединиться к ним. А может, и три - если "Васко"
вернется. Но поиски требовали гораздо большего. К сожалению, теперь, когда
вся Лига занялась лихорадочной мобилизацией, найти в ней свободный корабль
было немыслимо, хотя Мак не оставлял надежды на счастливый случай.
Тем временем шесть кораблей требовалось подготовить к полету. Поиск
пригодных для жизни или обитаемых планет был первоочередной задачей
разведслужбы, и корабли оборудовали соответствующим образом. Обнаружение
промышленной цивилизации считалось подобной задачей, но для нее
требовались несколько иные приборы. Оптические и спектроскопические
устройства на кораблях оставили прежними, но Мак ухитрился добыть
детекторы потоков нейтрино в Новом Гарвардском университете, а также
снабдить телескопы фрегатов инфракрасными сенсорами, предоставленными
горнодобывающей компанией, которая работала на внешних планетах системы
Кеннеди. Остальное оборудование тоже собирали с миру по нитке.
Мак намеревался как можно быстрее отправить к цели первые фрегаты.
Целыми днями он изучал звездные карты, держа в голове десятки цифр,
стараясь понять, в какой из систем с наибольшей вероятностью может
оказаться Столица. Он пытался учесть расстояние от Земли, координаты, в
которых предположительно были угнаны пропавшие корабли, пределы
космической техники в то время, когда гардианы покинули Землю. Он даже
раскопал материалы о конструкции корабля их колонистов, "Освальда Мосли".
Именно материалы по "Мосли" подсказали ему, что полагаться на подсчет
расстояний не стоит. При наличии устройства С2 особое значение приобретало
не расстояние между звездами, а их скорость относительно друг друга при
движении в космосе. Столетие назад, когда двигатели космических кораблей
были гораздо менее мощными и надежными, конструкция кораблей - довольно
примитивной, а их масса превышала массу современных кораблей,
относительная скорость звезд значила гораздо больше, чем теперь. Грубо
говоря, "Мосли" не мог развивать значительную скорость, значит, не мог
попасть в звездную систему, движущуюся со скоростью более ста двадцати
километров в секунду относительно Земли.
Посидев над вычислениями. Мак пришел к выводу, что четыре системы из
списка следует отбросить сразу же - "Мосли" был просто не в состоянии
набрать скорость, соответствующую скорости этих систем. Однако благодаря
этим же цифрам пришлось перевести пять новых систем из списка
"маловероятных" в первые строки списка "наиболее вероятных". Теперь поиск
предстояло провести в тридцати двух системах.
Наконец Мак обработал все данные и выжал из них максимально возможное
количество информации. Он закончил оснастку кораблей и подготовил экипажи
как мог. Больше готовить было нечего.
Через триста пятьдесят часов после того, как Пит привез новости о
"Бесе", первые фрегаты устремились в небо.



    17



Лагерь гардианов. Планета Застава

Вилочный погрузчик вытащил еще один ящик винтовок из грузового отсека.
Наблюдая за этим через иллюминатор личного кабинета, Ромеро улыбнулся.
Лагерь расширился далеко за прежние пределы. Он представлял собой уже не
просто исследовательскую станцию, а торговый центр со складами,
ответственными за разгрузку, и инвентаризационной комиссией. Нигилисты и
гардианы заключали сделки одну за другой.
В нагрудном кармане кителя Ромеро, у сердца, лежало письмо от самого
Жюля Жаке - в нем говорилось, что идея Ромеро помогла уничтожить три самых
крупных корабля флота Британники. Черви выполнили свою задачу. Вспомнив о
письме, Ромеро заулыбался шире и подавил искушение перечитать его еще раз.
Продвижение по службе, повышение в звании - вот что ждало капитана
Льюиса Ромеро. Ситуация приняла благоприятный для него оборот, и
переломным моментом стала самоубийственная попытка бегства, предпринятая
этой идиоткой, ВИ Колдер. Воспользовавшись предлогом, Ромеро получил
возможность выгнать своего соперника, Густава, из лагеря и поручить его
заботам захолустную орбитальную станцию. Капитан Льюис Ромеро был просто
вынужден лично принять руководство таким важным объектом, как лагерь на
Заставе.
На другой стороне лагеря размещались лаборатории, где нигилисты создали
прожорливых тварей и продемонстрировали их способности новоиспеченному
командиру отряда биологического штурма.
Нигилисты оказались сообразительными: все выведенные ими существа были
"экологическими поглотителями", как их называли в отряде; как только
первое поколение вылупилось из яиц, эти твари не прекращали плодиться,
достигая пределов насыщения экологической системы и превышая их, до тех
пор, пока единственными существами в системе не оставались сами черви. Они
гибли от голода, пожирали трупы друг друга и наконец погибали среди своих
выделений. Этот цикл могла остановить только смерть.
Нигилисты объяснили гардианам, как спровоцировать размножение, как
вывести червей из состояния спячки, чтобы они начали вылупляться из яиц
или личинок, но не сообщили, как остановить цикл. Как только твари
начинали плодиться, остановить их можно было единственным способом:
уничтожить червей всех до единого. Гардианы не могли контролировать
размножение без помощи нигилистов и потому всегда были вынуждены прибегать
к их помощи.
Со своей стороны гардианы применили подобную хитрость: они почти даром
отдали нигилистам свои винтовки, лазеры, тяжелые орудия, а затем начали
упорный торг за боеприпасы, дождавшись, когда аборигены Заставы по
достоинству оценят свои новые игрушки.
Ромеро немного забеспокоился, узнав, что у нигилистов уже есть
реактивное оружие - инерционные ружья, пушки и так далее. Но оружие
аборигенов не было столь сложным и точным, как у гардианов, к тому же
имело весьма ограниченную дальность. Двигаясь от большого к малому, они
постепенно овладевали искусством метания снарядов на короткие дистанции,
конструировали орудия всех калибров. Но все это оружие было предназначено
для защиты от хищников, а не для войны.
По-видимому, поставки изготовленного на планете оружия были ограничены
по довольно весомым причинам: аборигены Заставы, которые занимались
изготовлением оружия, непременно прекратили бы поддерживать всякие
торговые отношения с нигилистами, если бы подверглись их атакам.
Гардианам было что продавать и помимо оружия. В прошлом аборигены
Заставы враждовали между собой, но их тактика редко выходила за пределы
открытой и беспорядочной драки двух противоборствующих сторон. Гардианы
научили аборигенов Заставы стратегии, объяснили значение боевого порядка,
дали понять, чем хороши специализированные войска.
Ромеро гордился собой. Лучшего он не мог бы и пожелать. За
исключением...
Исключением стал новый элемент сложной игры. В своем письме Жаке
поручил Ромеро выразить признательность нигилистам за их помощь в борьбе
против Лиги. Ромеро предлагалось модифицировать пульт управления небольшой
пассажирской шлюпки, чтобы аборигены Заставы могли пользоваться ею. Затем
предстояло подготовить экипаж аборигенов - и подарить шлюпку нигилистам.
Жаке ясно дал понять, что шлюпка должна совершать только полеты до Столицы
и обратно. Ни о каком устройстве С2 не могло быть и речи. Со шлюпки
следовало убрать все навигаторские системы, способные проложить курс между
системами планет и созвездиями. Шлюпка была предназначена для полетов
посольства, она могла помочь аборигенам принять приглашение и навестить
своих друзей на Столице.
Прежде чем выполнить приказ, Ромеро долго колебался. Ему не хотелось,
чтобы аборигены Заставы почувствовали вкус межпланетных полетов. Возможно,
разумнее было бы держать их только на Заставе, не подавая никаких идей.
Несомненно, так было бы гораздо разумнее. И безопаснее. Но Жаке отдал
приказ, а судьба Ромеро сейчас всецело зависела от благосклонности Жаке. И
Ромеро не стал разбивать свою лодку о камни.
Сняв трубку, он вызвал к себе старшего механика лагеря. Тянуть с
подарком было нельзя. Нигилисты получат свой корабль. В конце концов,
какой вред может причинить гардианам маленькая межпланетная шлюпка?



    18



Штаб-квартира разведслужбы. Спутник. Колумбия

Баллистическая шлюпка снизилась над поверхностью планеты, выпустила
посадочные штанги, и пилот аккуратно посадил ее, тут же застопорив
двигатель. Снаружи механики уже подкатывали трап-туннель, по площадке
спешил автозаправщик.
Мак Ларсон смотрел в иллюминатор на приземлившееся судно, выходя из
себя от возбуждения и тревоги. Почему механики так долго возятся с этим
проклятым трапом? Наконец трап был загерметизирован и подсоединен к люку.
Теперь-то его наконец откроют.
Но произошла какая-то непредвиденная задержка, и воздушные шлюзы на
шлюпке и в здании порта упрямо оставались закрытыми. В здании порта, у
барьера из канатов, уже собралась небольшая толпа - пока терпеливая, но
раздраженная ожиданием. Ничего не происходило. Мак бросился к
иллюминатору. Корабль по-прежнему стоял на месте.
Может, на корабле ее и нет? В сообщении было сказано только, что
адмирал Томас прибывает со своими помощниками. Мак еще не получил ни
единого подтверждения, что Джослин пережила атаку. А если это вовсе не
шлюпка Томаса? Мак вспомнил, что и прежде график посадок не раз нарушался.
Люк за его спиной открылся с глухим стуком. Мак бросился к нему и
вгляделся в трап-туннель, но его изгиб мешал видеть.
Где же она? Должно быть, воображение сыграло злую шутку с его глазами.
Как могло столько народу поместиться в такой маленькой шлюпке?
Мак перемахнул барьер и пробежал половину трапа, прежде чем рассудок
подсказал, что его глаза видят именно ее.
- Мак! - Джослин уронила рюкзак и бросилась к нему в объятия.
- Джослин, ты жива!
- Как ты узнал, что я...
- Ничего я не знал. Просто надеялся, и слава Богу! Ты прекрасно
выглядишь.
- Мак, я непременно послала бы тебе весточку, но дома все положительно
посходили с ума, и я не могу винить их. - Джослин взглянула в глаза мужу,
не замечая, что пассажиры шлюпки обтекают их с обеих сторон.
Супруги слились в страстных объятиях. Прошло немало времени, прежде чем
они завершили поцелуй. Привстав на цыпочки, Джослин коснулась лица Мака.
- Мак, давай выйдем из туннеля и отправимся домой. Сейчас выйдет
экипаж, здесь начнется столпотворение...
- И наплыв встречающих.
- ...Но если мы как можно быстрее не доберемся до уединенной
супружеской каюты, я завизжу.
- Отставить визг! Нас поселили в прежнем кубрике, даже в соседних
каютах, как прежде. В должности помощника командира есть свои
преимущества.
- Ты - помощник командира базы?
- И теперь "летаю" за вторым по величине столом базы. Уединение я
гарантирую, но лучше бы сначала перекусить...
- Мак, у меня есть ты - так к чему еда? Знаешь, я так хотела послать
тебе сообщение. Прости, я много раз пыталась написать, что со мной все в
порядке, что я скоро прилечу, но дядя Джордж не позволил мне отправить
даже письмо.
- Можешь передать нашему дорогому дядюшке, адмиралу Джорджу Уилфреду
Томасу, что он лишил меня пяти лет жизни из-за беспокойства.
- Это ни к чему, - произнес низкий и добродушный голос за спиной Мака.
- Он уже все услышал.
Мак отпустил Джослин, обернулся и обнаружил, что адмирал стоит рядом,
довольно усмехаясь. Отдав честь, Мак пожал протянутую руку адмирала.
- Прошу прошения, сэр, я...
- Ничего страшного. Если бы я был женат на моей племяннице и ждал ее
здесь, а какой-то старикашка не пускал ее ко мне, я врезал бы ему по уху -
вместо того чтобы отдавать честь. Рад видеть вас, лейтенант.
- Капитан, сэр, но исполняющий обязанности командира.
- Мак, только не это! Почему ты никак не можешь получить только одно
звание? - счастливо воскликнула Джослин.
- Тогда поздравляю. Но давайте все-таки выбираться из этой толпы. По
уставу всем этим людям полагается приветствовать меня, а туннель
недостаточно широк, чтобы они не сталкивались локтями. Идемте.
Мак забеспокоился, что воссоединению с женой помешает визит адмирала,
но, к счастью, Томаса встречал целый почетный эскорт, вежливо дожидающийся
за канатным ограждением. Томаса увели из здания порта в лабиринты базы, а
Джослин и Мак остались вдвоем - впервые за слишком долгое время.


Томас был только рад на время оставить в покое воссоединившуюся пару.
Если какие супруги и нуждались когда-нибудь в уединении и заслуживали его,
так только Джослин и Мак. В любом случае у Томаса хватало своих забот.
- Лейтенант, я предпочел бы пройти прямо в зал совещаний. Дело не
терпит отлагательств.
- Разумеется, сэр.
База разведслужбы представляла собой лабиринт коридоров, как любая
база, бюджет на строительство которой был слишком жестким. Зал совещаний
находился за двустворчатыми дверями без каких-либо надписей, охраняемыми
здоровенной десантницей, которая потребовала у Томаса документы, прежде
чем впустить его.
Голограммы, экраны и печатные отчеты в зале ясно свидетельствовали:
объединенный флот Лиги медленно, не поднимая лишнего шума и стараясь
заметать следы, стягивается в системе Кеннеди. На этот раз командование
старалось избегать большой концентрации кораблей в одном месте - они были
рассеяны по всей системе, небольшими отрядами двигались по орбитам каждой
из планет, а несколько даже находилось на свободной орбите солнца Кеннеди.
Аккуратно помеченные значки на экранах двигались упорядочение, спокойствие
в зале отражало реальное положение. Никакой флот налетчиков не смог бы
нанести удар по всем кораблям сразу, даже при помощи червей...
Черви, проклятые, омерзительные, тошнотворные черви. Томас
передернулся, ощутив, как судорожно сжался желудок. Эти черви будут
преследовать его в ночных кошмарах до конца жизни. Даже сейчас, в
безопасности, при мысли о червях волосы у Томаса вставали дыбом. Это было
хуже любой самой жестокой белой горячки.
Широкое рассредоточение в космосе было жизненно важным для защиты от
паразитов. Вакуум убивал их. Хвала Господу, яйца тоже гибли в вакууме.
Налетчик или саботажник мог заразить червями несколько кораблей, но весь
объединенный флот остался бы при этом в безопасности.
Но все это еще не значило, что беспокоиться не о чем. Даже такая
простая вещь, как поручение "Орлу" флагманских операций, вызывала бурные
споры. Никому не нравилась мысль о том, что придется использовать в
качестве флагмана авианосец - особенно после событий у Британники, но в
защиту этой мысли говорили факты: на флоте не осталось других боевых
кораблей, способных нести все особое оборудование, не говоря уже о
специалистах, умеющих управляться с этим оборудованием.
Объединенный флот Лиги. В более романтические времена он был бы
удостоен названия Великого или Непобедимого флота, и название это получил
бы от офицера, ошеломленного его размерами, а не от бюрократа, не
способного увидеть за цифрами корабли.
Никогда еще столько космических судов не объединялось для выполнения
единственной задачи. Процедуры координации их движений следовало бы
разрабатывать годами, но время было военное, и бездушные техники покончили
с компьютерными программами и системами связи за считанные недели.
Практика в простейших переговорах между кораблями, работа с вавилонским
разнообразием языков и десятками "стандартных" радиочастот всех этих судов
приобретала огромное значение и должна была продолжаться до тех пор, пока
поисковые команды не обнаружат врага.
Об этих поисках уже привыкли говорить многозначительным тоном, а само
слово "поиски" начинать с заглавной буквы. Задача считалась чрезвычайно
важной, к тому же она была поставлена перед крохотным отрядом кораблей,
оборудованных специальными чувствительными приборами наблюдения.
"Дальний берег" еще не прибыл, как и "Залив Джодрел" и недавно
объявившийся "Васко да Гама". Не успев прибыть в систему, "Васко" получил
приказ вновь отправиться на задание через триста часов. Усилия одного из
этих кораблей могли увенчаться успехом. Но пока адмиралу Джорджу
оставалось только ждать.
Если, конечно, не считать еще одного проекта, которым занимался
непосредственно Джордж. Проект основывался на данных одного из научных
светил о некоторых свойствах центра тяжести двойной звездной системы.
Идея была пугающе смелой, но адмирал Томас не видел причин, по которым
она могла не сработать. Поисковые команды уже снабдили необходимыми
распоряжениями.
Плану дали кодовое название "Поручни" - Томасу казалось, что самым
хитроумным замыслам всегда дают невинные имена.


В дни, последовавшие за романтическим воссоединением, Джослин пыталась
сохранить блаженное состояние счастья и до некоторой степени преуспела в
своем деле. Но в голове ее теснилось слишком много мыслей, чтобы прогнать
их все. По крайней мере, Мак не замечал ее беспокойство, и Джослин
несказанно радовалась этому.
Она волновалась за нового адмирала, милого дядю Джорджа, в руках
которого оказалась жизнь целого флота. Джослин любила дядю, но тем не
менее беспокоилась. Она знала Джорджа лучше, чем кто-либо другой на флоте,
знала, в чем его сила и слабости, но даже она не могла ответить на самый
животрепещущий вопрос: годится ли этот человек для командования флотом?
Если бы не черви, он одержал бы победу в битве у Британники. Было ли это
случайностью или старому Джорджу просто дали первый приличный шанс после
того, как всю жизнь его оттесняли в сторону?
Еще больше Джослин тревожила тяга Джорджа к бутылке. Оставаясь
поблизости, Джослин еще умудрялась как-то контролировать поступки дяди, но
не могла постоянно быть при нем нянькой.
Но пьянствующий дядя и ненадежный командир не вызывали самого сильного
беспокойства. Чаще, чем все остальное, перед глазами Джослин всплывала
гибель "Беспощадного". Она решила никогда не говорить об этом с мужем.
Джослин только радовалась тому, что Мак не видел этого кошмара своими
глазами, не знал, что он не в состоянии полностью представить себе весь
этот ужас.
У самой Джослин не было ни малейшего желания вспоминать о случившемся,
но выбора у нее не оставалось. Бедствие прочно вошло в ее ночные кошмары и
мысли наяву, то и дело являлось к Джослин непрошеным гостем. Воспоминания
о страшном переходе от аварийного пульта к аварийному воздушному шлюзу
после того, как черви уже вывели из строя "Беса", постоянно жгли мозг
Джослин. Она до сих пор помнила пронзительный свист воздуха, ворвавшегося
в шлюз, как только была открыта наружная дверь, потому что насосы
бездействовали. Она видела, как умирал лейтенант Мак-Край, как он бился в
судорогах, разевая в безмолвном крике рот прямо у них на глазах, потому
что черви прогрызли дыру в его скафандре. Перед глазами Джослин еще стоял
люк шлюпки, облепленный червями, которые попали в вентиляционную систему
шлюза и были вынесены из нее вместе с воздухом. Омерзительные, дряблые
тела червей взрывались в вакууме, а лазеры шлюпки сжигали все, что
походило на червей, прежде чем они приближались.
Но самым худшим из воспоминаний было выражение лица Джорджа, когда его
почти вытащили с "Беса" и внесли на шлюпку. Он не просто командовал
"Бесом" десять долгих лет - корабль стал его жизнью, его надеждой, планом
спасения. Теперь же "Бес" превратился в груду металла, стал могилой для
сотен человек.
Правильно ли поступила тогда она сама? На борту шлюпки Джослин вручила
дяде бутылку джина и позволила напиться. Черви уничтожили мир дяди Джорджа
так, как было не под силу ни одному человеку, и Джослин не могла лишить
дядю его излюбленного способа бегства от реальности. Но надо ли было
давать ему еще один урок, как спрятаться в случае фиаско? Стоило ли
потакать слабости человека, который теперь командовал всем флотом?
Дяде Джорджу поручено командование, он выбран для такой работы.
Но годился ли Джордж для нее?



    19



Узел связи. Штаб-квартира разведслужбы. Спутник Колумбия

Персонал узла связи повиновался приказам, но приказы эти были таковы,
что лейтенант-связист стеснялся выполнять их. Адмирал приказал сообщать
ему любые новости, невзирая на время, а сейчас было половина четвертого
утра. Лейтенант Тимилити с трудом сглотнул и взял трубку. После двух
гудков, как только адмирал отыскал кнопку ответа, в трубке послышался
поток изощренных ругательств.
- Ну, что там еще?
- Адмирал Томас?
- Нет, царила Савская. Кто это и какого дьявола вы трезвоните в такую
рань?
- Сэр, говорит Тимилити из узла связи. Мы только что получили сообщение