Кнопов Абрам
Проданная Луна

   Кнопов Абрам
   Проданная Луна
   Глава 1
   Граждан Альберии и жителей многомиллионного Бабеля трудно было удивить даже самой необычной рекламой. И все-таки, когда на одном из небоскребов делового квартала города вспыхнули, четко выделяясь на темно-синем фоне вечернего неба, громадные неоновые буквы, тысячи бабельцев с недоумением прочли:
   СПЕШИТЕ КУПИТЬ ЛУННЫЕ УЧАСТКИ
   ТОЛЬКО У НАС!
   "АЛЬБЕРИЯ - ЛУНА"
   По временам огненная надпись исчезала, чтобы неожиданно вынырнуть из темноты и, пробежав красноватой змеей, вновь исчезнуть во мгле. А спустя час заинтригованные горожане с лихорадочным нетерпением разворачивали вечерние газеты в поисках подробностей. И не только бабельские, но и все альберийские газеты запестрели удивительными объявлениями. ПЕРВЫЙ В МИРЕ КОСМИЧЕСКИЙ ПОЛЕТ БЛИЗОК К ОСУЩЕСТВЛЕНИЮ!
   ВЫ МОЖЕТЕ ДЕШЕВО КУПИТЬ У НАС ЛЮБОЙ УЧАСТОК ЛУННОЙ ПОВЕРХНОСТИ!
   ВСЕГО 5 ДИАРХОВ ЗА АКР!
   ОБРАЩАТЬСЯ: БАБЕЛЬ, 57, УЛИЦА 201.
   АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "АЛЬБЕРИЯ - ЛУНА"
   "ДРАГОЦЕННЫЕ КАМНИ, БЛАГОРОДНЫЕ МЕТАЛЛЫ, РЕДКИЕ ЭЛЕМЕНТЫ, НЕВИДАННЫЕ МИНЕРАЛЫ СКРЫВАЮТ ЛУННЫЕ АЛЬПЫ И ЛУННЫЙ КАВКАЗ, ЗА БЕСЦЕНОК ВЫ МОЖЕТЕ ПРИОБРЕСТИ ЛЮБОЙ ИЗ КРАТЕРОВ ЛУНЫ!
   ЦЕНЫ УКАЗАНЫ В НАШИХ ПРЕЙСКУРАНТАХ!
   АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "АЛЬБЕРИЯ - ЛУНА" ДОВОДИТ ДО СВЕДЕНИЯ, ЧТО К УСЛУГАМ ПОКУПАТЕЛЕЙ ИМЕЮТСЯ ПОДРОБНЫЕ ПРОСПЕКТЫ С ОПИСАНИЕМ РЕЛЬЕФА ЛУННОЙ ПОВЕРХНОСТИ.
   ПОЛЬЗУЙТЕСЬ БЕСПЛАТНЫМИ КОНСУЛЬТАЦИЯМИ НАШЕГО СПЕЦИАЛИСТА-СЕЛЕНОГРАФА!
   Необычные объявления стали в центре внимания альберийских обывателей; высказывалось множество предположений, догадок; наиболее осторожные подозревали в этой шумихе аферу.
   Вся затея казалась не столько смелой, сколько безрассудной, противной здравому смыслу.
   Действительно, в течение многих лет успехи Альберии в космических исследованиях были весьма скромными. Она приступила к космическим исследованиям позже, чем Советский Союз и другие великие державы. Лишь последние годы ценой огромных усилий в альберийской ракетной технике наметились некоторые достижения, которые на фоне удивительных научно-технических побед Советского Союза не могли производить сильного впечатления.
   С тех пор как Советский Союз запустил первые искусственные спутники Земли и ракету, достигшую впервые в мире поверхности Луны, альберийские обыватели свыклись с мыслью о ведущей роли советской науки. Величайшим триумфом ее в тот период было создание автоматической межпланетной станции, сфотографировавшей невидимую часть лунного шара и передавшей изображение по радио на Землю.
   Наступило время, когда каждое крупное событие в науке, идущее из Советского Союза, альбериец воспринимал как должное.
   И вдруг эта дерзкая затея!
   Однако желание совершить выгодную сделку . желание, которым альберийцы одержимы чуть ли не с детского возраста, было столь сильным, что у дома 201 постоянно толпился народ.
   Небольшая медная дощечка на дверях конторы, расположенной на 37-м этаже, придавала ей самый обычный вид. "
   АЛЬБЕРИЯ - ЛУНА"
   ПРОДАЖА И ЭКСПЛУАТАЦИЯ ЛУННЫХ УЧАСТКОВ
   - значилось на вывеске.
   Взглянув на нее, альбериец проникался уверенностью в том, что, несмотря на довольно странный объект продажи, в основе деятельности общества лежат трезвые коммерческие расчеты, вполне реальные, как и в любом респектабельном предприятии.
   Как ни странно, но уверенность эта не исчезала и после того, как посетитель убеждался, что контора занимает сравнительно скромную площадь и состоит из совершенно незначительного штата. Вероятно, тут была заслуга директора общества господина Маноэля Оливейра, обладающего удивительным умением вносить во все, за что бы он ни принимался, дух практицизма и деловитости.
   В приемной директора, уставленной массивными кожаными креслами (дирекция полагала, что здесь будут ожидать приема многочисленные акционеры), внимание посетителя привлекала большая картина, висевшая над столом девушки-секретаря. Картина изображала космический корабль, взлетающий с огромной эстакады. Мощные ослепительные струи газов, выбрасываемые из сопел, свидетельствовали о стремительности, с которой ракета покидала Землю.
   Но следует сказать, что при взгляде на обворожительного секретаря у посетителя пропадало всякое желание расставаться с Землей.
   В обязанности Мерседес, так звали девушку, входило оформление документов по продаже лунных "земель", и благодаря этому она неплохо разбиралась в лунной орографии. Кроме того, в отсутствие господина Оливейра она должна была торжественно вручать покупателю удостоверение на право владения лунным участком и поздравлять нового космического собственника.
   Перспектива получить этот документ из рук Мерседес была настолько привлекательной, что многие не могли устоять и покупали по несколько участков, а один торговец москательным товаром приобрел уже три кратера. Господин Оливейра был доволен своим секретарем.
   Блестящая пластмассовая дверь с табличкой "Директор" невольно внушала почтение: еще бы, ведь за ней скрывался человек, руководивший совершенно новым, невероятно дерзким предприятием.
   Получив разрешение секретаря, посетитель входил с трепетом, словно вступал на новую планету.
   В глубине обширного кабинета, стены которого были увешаны таблицами, картами и крупными фотографиями Луны во всех ее фазах, за большим полированным столом восседал человек средних лет с крупным мясистым лицом. Слегка приплюснутый нос делал его похожим на бывшего боксера, хотя Оливейра никогда не увлекался этим видом спорта и знак этот получил еще в молодости от одного вспыльчивого компаньона.
   Прекрасный цвет лица и безупречный светлый костюм из шотландской шерсти придавали господину Оливейра вид типичного преуспевающего дельца. Некоторых наивных посетителей, ожидавших увидеть отважного мужа науки, дерзновенного покорителя космических пространств, разочаровывала внешность Оливейра, и это разочарование было вполне обоснованным: господин Оливейра действительно не имел никакого отношения к науке и тем более к проблемам астронавтики. Но он и не считал это нужным - он обладал хорошими организаторскими способностями, превосходно знал так называемый деловой мир и имел весьма приличный капитал. В своих многочисленных комбинациях Оливейра никогда не проявлял излишней щепетильности, и потому они, как правило, завершались ростом его текущего счета в банке.
   Последняя его комбинация была особенно удачной. На скупленных им за бесценок у крестьян провинции Кордоба землях были обнаружены залежи урановой руды. Он продал эти участки альберийскому правительству за цену, которая его вполне удовлетворила.
   А теперь Оливейра увлекся новой, весьма рискованной, по мнению дельцов, комбинацией. Причиной, побудившей его заняться этим необычным предприятием, было его знакомство с неким Себастьяном Линье - молодым, но уже довольно известным конструктором, страстно увлеченным идеей космического полета.
   Линье создал проект двухступенчатой космической ракеты, рассчитанной на экипаж из трех человек. Около двух лет он безуспешно пытался заинтересовать своим проектом некоторых влиятельных людей. Его выслушивали, восхищались смелостью и оригинальностью идей, но и только.
   Трезвые альберийцы не собирались рисковать ради романтики своими доходами, и у них были для этого основания. Ракета Линье могла осуществить перелет на Луну только при наличии в космосе искусственного спутника Земли, играющего роль пересадочной станции для межпланетных кораблей.
   Идея создания межпланетной станции в космосе не нова: ее предложил знаменитый русский ученый Циолковский. Альберийское правительство только приступило к ее строительству. А для того чтобы лететь прямо на Луну без промежуточной станции, нужна была многоступенчатая ракета, над конструированием которой напрасно бился Линье. Перед ним стояли почти непреодолимые трудности. Неумолимые расчеты показали, что многоступенчатая ракета, способная доставить на Луну экспедицию из трех человек со всей необходимой аппаратурой, запасом пищи, воды и кислорода, должна иметь вес миллионы тонн, причем, главная доля этого веса пришлась бы на топливо. Линье понимал, что нечего рассчитывать на сооружение подобной ракеты. Легче уж создать межпланетную топливо-заправочную базу, на которой астронавты могли бы пополнить запасы топлива и продолжать путешествие.
   Кроме того, с искусственного спутника, вращающегося вокруг Земли в безвоздушном пространстве, значительно легче достигнуть Луны и других планет. Ракете, отправляющейся на Луну, Венеру или Марс с искусственного спутника, достаточно развить скорость от 3,1 до 3,6 километра в секунду. Объясняется это тем, что уже сама станция обладает скоростью около 8 километров в секунду.
   К этому времени вокруг Земли вращалось на различных высотах более двухсот спутников. Большинство из них было запущено Советским Союзом, открывшим эпоху покорения космоса. Здесь были различные конструкции - от небольших орбитальных спутников в несколько десятков килограммов до гигантских летающих лабораторий весом в несколько тонн. Они обегали земной шар за два, три и более часов, в зависимости от орбиты, по которой вращались. Эти замечательные автоматические лаборатории имели совершенную научную аппаратуру. Они добросовестно сообщали по радио обо всем, что им поручалось: об интенсивности космических лучей, о полярных сияниях, о давлении и составе атмосферы, о магнитном поле Земли, о направлении воздушных течений, о степени ионизации ионосферы и о множестве других вопросов.
   За год до описываемых событий Советский Союз закончил сооружение стационарного искусственного спутника на высоте 35800 километров. Спутник, вращающийся на таком расстоянии в плоскости экватора, обегает Землю за 24 часа и поэтому виден всегда в одном и том же месте над Землей. Он предназначался для ретрансляции телевизионных передач. Как известно, передача телевизионных программ ведется на ультракоротких волнах, распространяющихся лить в пределах прямой видимости, вследствие чего радиус действия телевизионных передач незначителен. Ретрансляционная станция спутника, расположенного на такой высоте, могла обслуживать почти половину земного шара.
   Запуск спутника был осуществлен с территории свободного африканского государства Сомали в пункте, расположенном на экваторе. Эта точка земного шара оказалась наиболее удобной для того, чтобы ракета выходила на орбиту в нужном месте, двигаясь с запада на восток, то есть по направлению вращения Земли. Выходящие на орбиту последние ступени ракет представляли отдельные части станции, которая монтировалась уже в пространстве. Помимо аппаратуры ретрансляционной станции, на спутнике размещалась обсерватория, все необходимое для пребывания экипажа из пяти человек. Необходимую электрическую энергию станция получала непосредственно от Солнца, используя полупроводниковые "солнечные" батареи. Для удобства перемещения в условиях невесомости внутри станции были проложены магнитные настилы, а команда надевала обувь с железными подошвами. В дальнейшем предполагалось создать искусственную тяжесть, придав станции вращение. Каждые две недели специальная ракета доставляла на спутник очередную смену экипажа и все необходимое для существования людей. Это изумительное сооружение, свидетельствующее о высочайшем уровне техники страны коммунизма, было первым выходом человека в космос. Станция, справедливо получившая наименование "Дружба", висела над экватором в 70° восточной долготы, то есть над самым центром восточного полушария. Такое расположение позволяло обслуживать телепередачами население четырех континентов - Азии, Европы, Африки и Австралии.
   С некоторых пор альберийское правительство предпринимало энергичные меры, чтобы ускорить сооружение межпланетного вокзала. В печати сообщалось, что он строится для осуществления космических перелетов, но основное назначение спутника было совсем другим. Каким - об этом альберийские газеты пока умалчивали.
   Крупнейшие альберийские миллионеры, в том числе и господин Оливейра, финансировали строительство этого грандиозного сооружения.
   Почти ежедневно на орбиту спутника, находящуюся на расстоянии 1730 километров от Земли, прибывали трехступенчатые грузовые ракеты. Там корпуса сваривали. Этому не мешала огромная скорость, с которой ракеты двигались относительно Земли: относительно друг друга куски ракет едва перемещались.
   С каждым днем сооружение росло; сваренные ракеты образовывали гигантское кольцо.
   По вечерам и на рассвете, когда новая звезда в течение нескольких минут пересекала небосвод, в телескоп можно было наблюдать огни гелиосварки. При помощи вогнутых зеркал и линз для сварки использовалась солнечная энергия. Там, за атмосферой, изобилие солнечной энергии: ее могучие потоки не ослабляются рассеиванием и поглощением воздуха.
   Партия гелиосварщиков торопилась закончить солнечную электростанцию, чтобы дать космическому острову ток. Строительство межпланетной станции близилось к концу.
   Вот в это самое время судьба и свела Линье с господином Оливейра. И к удивлению конструктора он встретил неожиданное внимание к своему проекту со стороны расчетливого дельца. Не следует думать, что Оливейра вдруг заинтересовался волнующими проблемами космонавтики. Он просто сообразил, что сможет получить большую прибыль, если, конечно, возьмется за дело с умом.
   Эта мысль целиком завладела им после случайной беседы на одном банкете в "Клубе промышленников" с неким генералом Рамиресом. Генерал с упорством фанатика не желал признавать ведущую роль Советского Союза в покорении космоса.
   - Не сомневайтесь, Оливейра, что вся эта трескотня с космическими ракетами - просто хитроумная советская пропаганда, - говорил он раскатистым басом. - Мы слишком много позволяем болтать о нашем отставании и нашей слабости. Это парализует золю нации. Нам нужен человек, который уже одной дерзостью своего предприятия поставил бы под сомнение успехи русских.
   Он залпом опорожнил бокал с вином и, потянувшись через весь стол за большим омаром, многозначительно добавил:
   - Ваша идея продать Луну - именно то, что нам нужно сейчас.
   - Да, но как воспримет это рядовой альбериец? Он утратил веру в наши возможности, - неуверенно возразил Оливейра.
   - Уже одна постановка вопроса - считать Луну собственностью Альберии перестроит мышление обывателя и вселит в него веру в наши силы, . решительно объявил генерал. - Больше уверенности - и мы вас поддержим!
   Слова выпившего и расхрабрившегося Рамиреса "перестроить мышление обывателя" заставили задуматься дельца. Прекрасно зная психологию альберийцев, Оливейра решил, что он способен, как никто другой, "обработать мозги" и начал с того, что создал шумную рекламу.
   На знаменитой бабельской бирже появились рядом с ценами на кожу, кофе, мясо, хлопок, нефть, шерсть цены на лунные участки. Здесь же висел список названий лунных кратеров - Аристарха, Эндимиона, Тихо, Гиппарха и других; морей Изобилия, Нектара, Влажности, Кризисов. Правда, последнее название вызвало у биржевых спекулянтов неприятные ассоциации, и потому главный маклер биржи потребовал его удаления.
   И вот толпы осаждают контору. Все взволнованы, возбуждены, подозрительно приглядываются друг к другу. Как бы не прогадать, как бы не продешевить. Ведь покупать лунный участок - все равно, что покупать кота в мешке. Хотя господин Оливейра предоставляет каждому возможность изучать карту лунного ландшафта, все же сделка продолжает оставаться довольно туманной. Но цена - цена доступная, и обещания господина Оливейра сулят столько благ, что удержаться от покупки просто нет никакой возможности. И многие альберийцы, которые приходят к конторе просто из любопытства, вдруг становятся самыми ревностными компаньонами.
   Господин Оливейра спал четыре часа в сутки, а бедняжка Мерседес вконец измучилась от выписывания бесконечных бланков, от бесконечных поздравлений. Оливейра уже стал подумывать о том, чтобы расширить штат, хотя это вначале вовсе не входило в его расчеты, так как делец был скуп, как вдруг шум, поднятый вокруг продажи лунных участков, стал стихать. Вот уже несколько дней в контору заглядывают лишь одиночные посетители. Мало того, нашлись даже такие, которые пытались получить обратно свои деньги.
   Причиной этого затишья было появление в одной из наиболее популярных в Альберии газет статьи известного астрофизика доктора Перейра. Ученый этот, охваченный в старости мистическими настроениями, очень безнадежно оценивал перспективы, ожидающие будущих космических путешественников. По его словам, их ежесекундно подстерегают опасности. "
   Вспомните об огромном числе метеоритных тел, врывающихся в нашу атмосферу, - писал доктор, - за сутки их насчитывается миллионы, даже миллиарды. Лишь земная атмосфера, в которой они сгорают, спасают нас от ужасной бомбардировки. Только ей мы обязаны тем, что поверхность Земли не раздроблена в пыль, как раздробили метеориты в пыль поверхность Луны. Мировое пространство кишит метеорными телами, несущимися со скоростью десятков километров в секунду. Может ли космический корабль пробиться сквозь такой огневой шквал и избежать столкновения? Я решительно утверждаю, что это невозможно. К чему приведет столкновение? Небольшой метеор, величиной с орех, столкнувшись с кораблем, мгновенно взорвется и испарится. То же произойдет и с частью обшивки корабля, подвергнувшейся удару. Возникшая взрывная волна разрушит ракету.
   А если даже астронавты благополучно достигнут Луны, то как спасутся они от беспрерывной метеорной бомбардировки? Прогулки по Луне - это игра со смертью. Рано или поздно путешественник погибнет, сраженный метеорной песчинкой, обладающей энергией пули крупнокалиберного пистолета. Добавьте к сказанному смертельное действие мощных космических и ультрафиолетовых лучей, от которых на Луне, лишенной атмосферы, нет защиты, и вы поймете безумие людей, осмелившихся покинуть родную планету. И, наконец, сможет ли нервная система человека совладать с напряжением, таинственностью и странностью такого рискованного предприятия? Сойти с ума и погибнуть - вот удел космических путешественников".
   Настойчивость, с которой Перейра твердил о метеорной опасности, казалась странной и противоречащей данным последних лет: ведь искусственные спутники благополучно бороздили пространство, и ни один из них не был сбит метеоритом. Тем не менее мрачные предсказания настроили многих альберийских обывателей весьма недоверчиво к деятельности общества "Альберия . Луна". На бабельской бирже курс акций общества резко понизился, что вызвало сильное беспокойство у господина Оливейра.
   Даже очаровательная Мерседес не на шутку встревожилась, хотя она отнюдь не собиралась отправляться в космический рейс. Вероятно это объяснялось тем, что молодой Линье, мысли которого были сосредоточены на межпланетном пространстве и космическом полете, не остался слеп и к земным объектам. Всякий раз, когда он проходил мимо девушки, у него почему-то засорялась трубка. Он останавливался, старательно прочищал ее и, обменявшись несколькими шутливыми замечаниями с Мерседес, уходил, а Мерседес портила очередной бланк удостоверения на право владения лунным участком.
   Вот уже три дня Линье находился на космическом острове. Строительство еще не закончилось, но его можно было уже использовать как межпланетную станцию. Большинство баков заполнили горючим. На искусственной Луне отсутствовала тяжесть. Люди, работающие на ней, переносили состояние невесомости безболезненно, но требовалась известная тренировка, чтобы организм приспособился к необычным условиям. Естественно, что Линье и его будущий попутчик, радист Альварес, прежде чем отправиться в полет на Луну, использовали для тренировки станцию вне Земли . эту идеальную лабораторию невесомости.
   Улетая, Линье обещал скоро вернуться: у него была масса дел на Земле.
   Мерседес, все эти три дня с нетерпением ожидавшая возвращения конструктора, увидела в окно знакомую высокую фигуру.
   Сегодня конструктор был в отличном настроении и приветствовал Мерседес с большим энтузиазмом, чем всегда.
   - Я видел вас вчера, Мерседес, - объявил он неожиданно.
   - Меня? - удивилась девушка. - Но вы же были на спутнике!
   - И тем не менее я видел вас в тот момент, когда вы входили в метро. Вы забыли, что вчера спутник пролетал над Бабелем в 8 часов 40 минут. Впрочем, вот снимок, который рассеет ваши сомнения, - и Линье протянул девушке фотографию.
   Она зарделась от удовольствия, узнав без особого труда себя в толпе на снимке, и, чтобы скрыть смущение, спросила Линье, как он себя чувствовал в пространстве.
   - Отлично! - последовал восторженный ответ. . Великолепное ощущение. И вряд ли его можно передать словами. Когда плаваешь в космосе, плаваешь, черт возьми, в неизмеримой бездне мирового пространства, чувствуешь с необыкновенной остротой безграничность Вселенной. Мы облетали вокруг Земли сорок восемь раз. Кажется, что находишься в грандиозном кинематографе, с такой стремительностью мелькают перед глазами целые континенты, государства, острова, горные системы, моря, океаны, пустыни. Сеанс длился полтора часа, и за это время мы успевали просматривать нашу старушку Землю.
   - Вы уже знаете о статье доктора Перейра? . спросила Мерседес. - Неужели космический полет настолько опасен?
   - Да, я ознакомился с ней, - ответил Линье, выбивая трубку. - Опасности? произнес он, задумавшись, словно впервые вспомнив о них. . Каждому ясно, что они есть. Но их не больше, чем было, например, перед Колумбом или Магелланом. Все неизвестное таит опасность. Не пойму только, зачем понадобилось старику так сгущать краски.
   - Вы так находите? Но что можно возразить против метеорной опасности?
   - Очень многое, - произнес Линье. - Метеорная опасность существует, но доктор сильно ее преувеличил. Во-первых, подавляющая часть всех метеорных тел имеет столь ничтожные размеры, что столкновение с ними для межпланетной ракеты не страшно. Обшивка корабля надежно защищает от метеорной пыли. Во-вторых, метеорные частицы рассеяны в гигантском пространстве: метеорные тела с массой около грамма, представляющие опасность для ракеты, находятся друг от друга на расстоянии примерно 1000 километров. Для космического корабля длиной всего в несколько десятков метров и почти не имеющего собственного поля тяготения вероятность столкновения с метеоритом ничтожна.
   - Но она все-таки существует? - допытывалась Мерседес.
   - Существует, но столкновение с метеоритом, который может пробить оболочку корабля, менее вероятно, чем попадание в человека молнии. Оно будет происходить не чаще одного раза в десять лет, хотя может произойти в течение этого срока в любой момент - все дело в случайности. Кроме того, с метеорной опасностью есть способы борьбы, а об этом доктор ничего не сказал. Метеорные тела распространены в пространстве неравномерно. Изучены метеорные рои, орбиты, по которым они двигаются. Следовательно, перед астронавтикой есть большие возможности в выборе траектории и времени полета. Мы, например, вылетим на Луну и возвратимся обратно во время, так сказать, метеорного штиля, который определяется довольно точно. Наконец, если я еще добавлю, что крупные метеоры можно обнаружить радиолокатором, установленным на корабле, и избежать столкновения, то вы согласитесь - нет оснований впадать в панику.
   Объяснения Линье рассеяли тревогу Мерседес, и она радостно улыбнулась. Конструктор почувствовал, как от этой улыбки в груди у него разлилась теплота. Он шутя заявил, что готов ради такой улыбки встретиться с опасностями в несколько раз серьезнее, чем те, которые перечислил Перейра. Но, заметив смущение девушки, тотчас же переменил тему.
   - Я думаю, - заметил он, - что опасения наших уважаемых сограждан можно будет легко рассеять, когда они получат более объективную информацию.
   В этот момент открылась дверь директорского кабинета и на пороге появился господин Оливейра. Он был сильно взволнован, на его обычно самодовольном лице застыло выражение испуга и растерянности. Увидев Линье, глава компании удивленно остановился и, попросив его зайти в кабинет, скрылся опять за дверью.
   Линье и Мерседес недоуменно переглянулись.
   - Не иначе, как с шефом что-то случилось. Он выглядит так, словно все его состояние вылетело в трубу! - произнес инженер и направился в кабинет.
   Глава 2
   Оливейра стоял у книжного шкафа и что-то в нем разыскивал. Конструктор молча сел в глубокое кожаное кресло. Необычное поведение шефа, по-видимому, было вызвано серьезными причинами, и Линье с любопытством ожидал разъяснений.
   Оливейра достал том энциклопедии и погрузился в чтение, а затем, захлопнув его, отбросил в сторону.
   - Послушайте, Линье, я читал сейчас о вероятности. У меня нет терпения разбирать эту тарабарщину, но я понял, что "вероятность" сыграла со мной скверную шутку.
   - Я не совсем вас понимаю, - удивился Линье.
   - Не понимаете! - Оливейра бросил свирепый взгляд на конструктора. - Вы знаете, что я долго колебался, прежде чем вложить деньги в строительство спутника. Я решился на это, черт побери, после разговора с вами. Не вы ли доказывали мне, что возможность столкновения с крупным метеоритом исключена?!
   - Я не отрицаю этого и сейчас. Но говорите, наконец, что произошло.