роде.
- Ага. Но я не припомню, чтобы ходили такие слухи.
Я не имел ни малейшего представления, что делать. Разве что обыскать
весь комплекс, здание за зданием. Но эта мысль почему-то показалась мне не
особенно удачной. Морли прав, я в самом деле сунулся в воду, не зная броду.
Кто-то крался по территории от тени к тени. В темноте трудно было
разглядеть детали, но он подошел достаточно близко, чтобы мы сумели
распознать в нем монаха.
- Пойдем за ним, - предложил Морли. Эта идея была ничуть не хуже любой
другой. Я пустил Морли вперед, поскольку он лучше видит и тише ходит. Через
минуту он выставил назад руку и тихонько остановил меня:
- Он осматривается, проверяет, не следят ли за ним.
Я замер. Еще через минуту Морли дернул меня за рукав. Не прошли мы и
двадцати шагов, как Морли снова остановился и потянул меня в кусты.
Монах взобрался на боковое крыльцо здания, в котором мы признали
женскую обитель. Это объясняло, почему он крался.
Он отстучал условный сигнал. Дверь открылась. Монах обнял кого-то и
проскользнул внутрь. Дверь снова закрылась.
- Как думаешь, у нас этот фокус сработает? - спросил Морли.
- Если нас кто-нибудь дожидается.
- Давай проверим дверь.
Нам понадобилась секунда, чтобы выяснить, что дверь заперта изнутри на
засов, и всего несколько минут, чтобы убедиться, что все четыре входа в
здание закрыты. Нижние окна были забраны стальными решетками.
- Видишь, что получается, когда лезешь наобум, - пробормотал Морли.
Я не стал спорить. Я вернулся к боковой двери и отстучал код, которым
воспользовался предыдущий посетитель.
Ничего не произошло. Мы с Морли вступили в оживленную дискуссию по
поводу моей склонности к необдуманным действиям. Я не смог убедительно
выступить в свою защиту. Когда Морли завелся до такой степени, что собрался
уходить, я снова постучал в дверь.
И, к нашему изумлению, она открылась.
Мы разинули рты.
- Ты рано... - сказала женщина, но, увидев не того, кого ждала,
осеклась и собралась кричать. Мы бросились на нее. Нам удалось соблюсти
тишину. Мы затащили ее в маленький - около шести футов в длину и четырех в
ширину - холл за дверью, освещенный единственной свечой на крохотном
столике. Морли рывком захлопнул за собой дверь. Я оставил женщину ему,
метнулся к одному концу холла, к другому, осмотрел оба коридора, но ничего
не увидел.
Я вернулся к пленнице.
- Давай покончим с этим скорее. Морли фыркнул.
- Сегодня сюда привели двух женщин, - сказал я монахине. - Блондинку
лет двадцати с хвостиком и брюнетку - восемнадцати, обе очень
привлекательны. Где они?
Монашка не желала участвовать в игре. Морли приставил ей к горлу нож:
- Мы хотим знать. И не прочь взять на душу грех убийства.
Теперь она не могла ответить, потому что до смерти перепугалась.
-Не упрямьтесь, и с вами все будет в порядке. Мм не хотим никому
причинять вреда. Но если придется - не обессудьте. Вы знаете, о ком идет
речь?
Морли коснулся острием ее горла. Монахиня кивнула.
- Знаете, где они? Еще один кивок.
- Хорошо. Отведете нас туда.
- Мами мамых мемах, - донеслось из-под ладони Морли.
- Дай ей сказать, - распорядился я. - Если попытается орать, убей ее.
Это прозвучало убедительно, потому что Морли именно так бы и поступил.
- Светловолосую женщину устроили в доме для гостей. Другую посадили в
винный погреб под трапезной. Это единственное место, где ее могли запереть,
- объяснила монашка.
- Чудесно, - сказал я.
- Неплохо, - согласился Морли. - Вы умница. Теперь отведите нас к ним.
К которой сначала? - Это мне.
- К брюнетке.
- Хорошо. Покажите нам, где винный погреб.
В этот момент кто-то постучал в дверь, вернее, тихонько поскребся.
- Сколько он будет здесь ошиваться? - прошептал Морли.
Монашка пожала плечами:
- Не знаю. Я никогда не пробовала его не пускать.
- И не опаздывали?
- Нет.
- Можно воспользоваться другой дверью, - предложил я.
Монахиня к этому времени успокоилась и стала сговорчивей. Она подробно
объяснила дорогу.
- Пошли, - сказал Морли. -И тихо.
- У меня нет желания умереть. Зачем вы это делаете? Святые Отцы этого
не потерпят. Они будут преследовать вас.
- У Святых Отцов не будет времени. Мы приблизили Час Разрушения. Мы
вступаем во Времена Разрушителя. Всех еретиков поглотит бездна. - Я не сумел
вложить достаточно страсти в свои слова, потому что они звучали крайне
глупо, но я сомневался, что монашка настолько успокоилась, чтобы оценить
интонацию. - Показывайте нам дорогу.
Она заартачилась. Морли посильней нажал на нож.
- Мы заберем этих женщин, с вами или без, - заверил я. - У вас только
один шанс увидеть восход. Пошевеливайтесь.
Она вняла.
Мы вышли через вторую боковую дверь. Трапезная оказалась приземистым
одноэтажным строением между женской и мужской обителью, позади главного
храма. Семинария - еще один улей, набитый людьми, - располагалась за
трапезной. Максимум удобства. Я спросил об остальных зданиях комплекса.
Монахиня назвала конюшни и склад. Дом для гостей, сиротский приют и
некоторые другие помещения, например, дома нескольких Святых Отцов (четверо
из двенадцати жили в Танфере), были рассыпаны по уединенным уголкам парка. Я
подумал о Церкви, засунутой в одну непомерную громаду Четтери. Какую обиду
они, должно быть, таят на Ортодоксов, основавших целое городское поместье.
Но если вы - номер второй, так оно обычно и происходит.
Мы добрались до трапезной без происшествий. Она была незаперта. Морли
проворчал что-то насчет нашей медлительности. Рано или поздно охранников у
ворот придут менять, и поднимется тревога.
Я попытался поторопить монахиню.

48

Монашка показалась мне немного староватой для тайных любовных свиданий.
По моим прикидкам, она была лет на пятнадцать постарше меня. Но, может быть,
мы никогда не устаем от этой великой игры.
- Там должны были поставить охранника, - прошептал Морли. - Давай я
схожу первым.
Я не стал спорить. В таких делах я ему не соперник.
- Если не возникнет нужды, не режь его.
- Ладно. - Морли спустился по лестнице с бесшумностью призрака. Не
прошло и минуты, как он крикнул: "Чисто!" Я погнал монашку вниз. Морли ждал
у подножия лестницы.
- Я пригляжу за ней. Тащи девчонку.
Как благородно с его стороны!
Охранник отдыхал на скамье перед массивной дубовой дверью, обшитой
железными полосками и висящей на здоровых петлях. В двери не было ни единого
отверстия. Она запиралась колышком, просунутым в скобы. Довольно действенный
способ, надо полагать.
Я дотронулся до шеи охранника. Пульс пусть неровный, но все же
прощупывался. Я был рад за Морли. Я открыл дверь и не увидел ничего, кроме
темноты. Пришлось вернуться за лампой охранника.
Майя спала, свернувшись клубком на грязной мешковине в углу. Слезы
прочертили на чумазом лице светлые полосы. Я опустился на колени, закрыл ей
ладонью рот и легонько встряхнул:
- Просыпайся.
Она дернулась, стала вырываться.
- Это я. Не говори ни слова, пока не вернемся домой. И ни в коем случае
не упоминай никаких имен. Поняла?
Она кивнула. -Обещаешь? Она кивнула еще раз. -Хорошо. Мы выходим
отсюда, подбираем Джилл и задаем деру. Эти люди не должны узнать, кто мы.
- Я усвоила, Гаррет. И не надо вколачивать в меня это молотком.
- Ты считаешь, не случится ничего страшного, если кто- нибудь тебя
услышит? Например, особа, которую мы заставили показать, куда тебя посадили?
Действительно, чего переживать! Ну подумаешь, придется ее убить, чтобы она
не повторила твоих слов.
Майя слегка побледнела.
- Пошли.
Я вышел из подвала и сказал Морли:
- Я вытащил девчонку. Присмотри за ней, пока я приберу этого типа. -
Судя по виду монашенки, она внезапно оглохла.
Я затащил охранника в подвал, вышел и впихнул кол на место, потом
обратился к монахине.
- Теперь отведите нас к дому для гостей. Она повела. Майя держала рот
на замке.
Кое-какое представление о размере ставок мне
удалось ей внушить.
На втором этаже дома для гостей - уютного двухэтажного коттеджика
комнат на восемь - горел свет. Морли пошел проверить охрану. Я остался
приглядывать за дамами.
- Еще несколько минут, - заверил я монахиню.
Ее била дрожь. Она решила, что ее минуты сочтены. Я снова принялся
проповедовать нигилизм, желая оставить стрелы, которые укажут на Сынов
Хаммона. Я не позволю Морли поступить с монахиней так, как ему хотелось бы.
Лучше я оставлю им хоть одного живого свидетеля. Пусть у Ортодокских Святых
Отцов при одном упоминании о Сынах идет пена изо рта.
Беда в том, что аргументы Морли слишком весомы. Монашка имела
возможность как следует нас рассмотреть.
Майя включилась в мою игру. Она чертовски здорово вошла в роль,
притворяясь до смерти испуганной. Время от времени она дрожащим шепотом
рассказывала о своем предыдущем пребывании у Сынов Хаммона.
Майя знала почти все, что знал я. Она сумела сгустить краски.
Вернулся Морли:
- Охранники спереди я сзади. По одному на каждую дверь.
- Есть сложности?
- Больше нет. Они были не очень бдительны.
Я хмыкнул.
- Пошли, - сказал я женщинам. - Сестра, ведите себя хорошо еще пару
минут, и вы свободны.
Мы прошли, наверное, футов пятьдесят, когда Морли объявил:
- Вот оно!
"Оно" - это тревога, которую мы предвкушали.
Зазвонили колокола, заревели горны. Сигнальные огни дугой Прочертили
ночное небо.
- Что-то они чересчур возбудились, правда ?
Мы перешагнули охранника. Дверь, которую он сторожил, была заперта, но
ее верхняя часть представляла собой витраж - Террелл в нимбе. Я вы давил
стекло и поднял внутреннюю щеколду. Мы протиснулись в дверь.
- Усыпи ее, - попросил я Морли.
Морли ударил монашку кулаком за ухом. Он понял, чего я добиваюсь.
Кто-то с лестницы издал вопросительное восклицание. Голос мужской. Я
двинулся наверх. Морли за мной. За ним - Майя, вооруженная ножом, который
она позаимствовала у охранника, как только Морли отключил монашку.
Шум снаружи все нарастал.
Через двенадцать ступенек лестница поворачивала под прямым углом к
площадке, на которой меня встретил мужчина в ночной рубахе. Он издал
какой-то звук, что-то вроде: "Горк!"
- Обознался ты, брат.
Передо мной стоял тип, которого я видел в заведении для болтунов, -
лысый недомерок с большим носом. Я схватил его за подол рубахи, прежде чем
он успел опомниться, утихомирил своей дубинкой и спихнул его Морли.
- Добавочный приз.
Морли нежно, как мама, подхватил нашего приятеля. Я пошел дальше. Майя
последовала за мной.
Джилл - шустрая девочка. Когда я ворвался в комнату, она просовывала
ногу в открытое окно. Но оно было недостаточно широко для быстрого
отступления. Я добрался до нее, когда она все еще мучила раму, пытаясь
переоборудовать окно в аварийный выход. Я схватил ее за руку и дернул.
- Можно подумать, будто вы не рады меня видеть. И это после всех
мытарств, через которые я прошел ради вашего спасения!
Джилл обрела равновесие и чувство собственного достоинства, после чего
одарила меня
убийственным взглядом:
- Вы не имеете права. Я ухмыльнулся:
- Может, и не имею. Но я здесь. И вы - тоже. Мы уходим. Даю вам минуту
на одевание. Не уложитесь, придется тащить вас по улицам в таком виде.
На ней было надето меньше, чем на хищной птичке из поговорки. Я не мог
не восхититься открывшимся передо мной ландшафтом.
- Перестань пускать слюни, Гаррет, - прорычала Майя. - Или я начну
подозревать, что у тебя непристойные мысли.
- Боже упаси. Джилл?
Майя встала между Джилл и окном. Я послал ей одобрительную улыбку и
отступил к двери, проверить, как там Морли и лысый хрыч.
- Мы ее взяли. Она должна одеться.
- Не тратьте время. Мы переполошили все осиное гнездо.
- О чем и речь. Посмотри, не удастся ли тебе разбудить его. Он идет с
нами. Морли насупился.
- Если кто и знает нужные нам ответы, так это он.
- Ну, тебе виднее... Тогда поищи что-нибудь, что можно на него
натянуть. Не тащить же его так.
Я огляделся. Одежда коротышки лежала аккуратной стопкой на стуле. Джилл
была почти готова. Она не стала возиться с нижним бельем. Майя плела ей
всякую чушь о том, как мы сказали монахине, что ее, Джилл, заслали сюда с
целью обработать коротышку, чтобы он размяк к предстоящему похищению. У этой
девушки есть голова на плечах.
- Джилл, вы понесете одежду своего приятеля, - сказал я. - Он идет с
нами.
- Будь проклят тот день, когда я к тебе обратилась!
- Согласен, милая. Пошли.
Мы вышли из комнаты: я - впереди, Джилл - посередине, Майя,
размахивающая ножом, - сзади. Она развлекалась от души.
Морли привел коротышку в чувство настолько, что тот уже мог ковылять
самостоятельно. Они уже наполовину спустились. Мы догнали их внизу.
- Лучше нам направиться к ближайшему забору, - сказал Морли.
- Правильно. - Хотя тогда мы окажемся в самой дальней от дома части
Страны Грез.
Мы вышли в ту же дверь. Вокруг царила невообразимая суматоха.
Морли извлек откуда-то кусок веревки и накинул петлю на шею коротышки:
- Один писк, и я тебя придушу. Мы не за тобой пришли, так что нас не
хватит удар, если придется тебя прикончить. Усек?
Коротышка кивнул.
Морли двинулся с ним на юг. Мы с Майей пошли следом, удерживая Джилл
между нами. Майя пригрозила Джилл, что воткнет ей нож в задницу, если она не
будет шевелиться быстрее.
Она действительно веселилась вовсю.
Я бы не прочь превратить этот эпизод в высокую драму со свистящими над
головами стрелами, яростной схваткой с фанатиками-священниками и чудесным
избавлением, когда все уже казалось потерянным. Но ничего похожего не
произошло. Они ни разу даже близки не были к тому, чтобы нас схватить.
Дюжина священников с факелами и воплями пронеслась к дому в тот самый
момент, когда мы убегали, но они так и не заметили нас. Мы влезли на стену
ограды - я, Морли, Джилл, Майя и лысый недомерок, которого мы с Морли
втянули наверх за руки - прежде, чем эта шайка выскочила из дома и взяла
след.
Мы затерялись в переулках промышленного района к югу от Страны Грез и
дали коротышке одеться. Он оказался неразговорчивым. Никаких угроз, никаких
вспышек ярости. Один раз приняв решение, он оставался спокойным, молчаливым
и уступчивым.
Остаток ночи мы провели, огибая Страну Грез по длинной дуге. Мы вышли в
западную часть города, обогнули Холм, потом повернули назад, к моему дому. Я
устал как собака, когда дом наконец показался на горизонте.
Но я был доволен собой. Я отколол грандиозный номер, и дело оказалось
проще, чем я ожидал.
В налете на Четтери не было необходимости.
Склянки Перидонта по-прежнему лежали у меня в кармане.

49

Оказалось, что не все так просто. Дом окружала Стража. Прокрасться
внутрь незаметно мы не могли.
Мы мало разговаривали, но все же я упомянул о намерении свести Джилл и
Хранителя Агире с Покойником. Коротышка оказался именно тем, за кого я его
принимал. Об этом сказала Джилл. Она пыталась нас застращать, швырнув нам в
лицо его имя. Это ей не помогло.
- Ну, что теперь, гений? - поинтересовался Морли. - Хочешь спрятать их
у меня?
- Мы попадем в дом. Нужно только отвлечь этих псов.
- Тогда шевели мозгами быстрее. Нас слишком много. Такая толпа,
слоняющаяся без дела, не может не привлечь внимания.
- Верно. Майя, могу я купить небольшую услугу Рока?
Она удивилась:
- Какую услугу?
- Может, Тей сбегает к двери и попросит Дина передать Покойнику, что мы
здесь? А лучше пусть пошлет какую-нибудь девчонку. Ей они ничего не сделают.
- Ладно. - В ее голосе прозвучало сомнение, но побежала она резво.
Стражники вели себя самым что ни на есть примерным образом. Танфер -
город занятный во многих отношениях. Любопытна, например, решимость, с какой
его население защищает право на неприкосновенность жилища. Самые отчаянные
наши тираны никогда не осмеливались попирать права горожанина, если он
находился у себя дома. Вторжение представителя власти в чужой дом, пока не
исполнено множество юридических процедур, немедленно повлечет за собой
мятеж. Люди вытерпят что угодно, но, не задумываясь, прольют кровь за право
отступить в свою крепость и остаться там в неприкосновенности. Странно. Мои
стражники находились под пристальным наблюдением и остро осознавали это.
Если они сделают неверный шаг, взбунтуется вся округа.
Поэтому любой незнакомец вполне мог без помех добраться до моей двери.
Возможно, Стража попытается перехватить посыльного, едва сообразит, куда он
направил свои стопы, но Дин, я уверен, будет начеку. А как только посыльный
попадет в дом. Стража ничего не сможет поделать.
Майя ходила недолго. Вернулась она с самым мрачным видом.
- Что случилось? - спросил я.
- Мне пришлось заплатить. Она была страшно расстроена. Я взял ее за
руку. Майя крепко стиснула мою руку.
- Расскажи мне, как было дело.
- Ты получишь то, что просил. Они отправят какую-нибудь девочку. Но она
заставила меня заплатить.
Ох-ох-ох. У меня возникло ощущение, что Майя отдала больше, чем
следовало.
- Как?
- Мне придется выйти из игры. Оставить Рок. Уступить ей право
командовать.
- Майя! Ну зачем? Мы придумали бы что-нибудь еще.
- Все в порядке. Ты сам говорил. Я уже стара для этих забав. Пришло
время повзрослеть.
Это так, но я все равно чувствовал себя виноватым, потому что она
делала это ради меня.
Они послали замарашку в мешке из рогожи. Ту, что открыла мне дверь,
когда я приходил к Майе. Из Тей выйдет первоклассная военачальница. Малышка,
которую она выбрала, была само совершенство. Стражники, обуреваемые грязными
мыслями, плотоядно таращились на девчонку, но никому и в голову не пришло
остановить ее, пока она не забарабанила в мою дверь. Пока кто-то из них
опомнился, малышка уже вела переговоры с Дином.
Дин впустил ее в дом.
- Эта девчонка - ведьма, - пробормотал Морли. Он тоже это почувствовал.
- Да, некоторые из них становятся ведьмами и в таком возрасте, даже
если не ведают, что творят.
- Эта ведает, - заверила Майя. - Она и в самом деле ведьма. Она получит
Рок еще до шестнадцати.
Стражники встали по стойке "смирно". Когда они брали "на караул", я
ощутил легчайшее прикосновение Покойника.
- Пора, ребятки.
Джилл и Агире заартачились.
Морли быстро подавил бунт, вылечив строптивость Агире быстрым пинком в
средоточие его достоинства. Джилл вознамерилась завопить. Майя отвесила ей
звонкую затрещину:
- Это тебе за то, что Гаррет на тебя так смотрел.
- Ну-ну, полегче. - Я понял, что она срывает на Джилл злость за свое
низложение.
- Прости. - Извинение прозвучало формально и было обращено ко мне, не к
Джилл. Я решил замять дело, да и Джилл вняла аргументу Майи .
Мы побрели к дому. Насколько я мог судить, стражники нас не заметили.
Дин впустил нас и обалдел, увидев, какую ораву я приволок с собой.
- Завтрак на всех, - сказал я ему. - И бобы специально для него.
- На меня не рассчитывай, - отказался Морли. - Я свое дело сделал. Ты
под присмотром. Я должен взглянуть, осталось ли что от моего заведения.
Я подумал, что он что-то больно торопится, но спорить не стал. Он свою
долю работы выполнил и не пытался заломить за нее несусветную цену. Если у
него и есть что на уме, я не намерен вмешиваться.
Дин выпустил его на улицу после того, как я водворил Джилл и Агире в
комнату Покойника. Джилл была напугана. Агире - просто в ужасе.
Надеюсь, в присутствии здесь этих людей есть какой-то смысл?
- Угу. Как прошло свидание со слугами народа?
Они утратили всякое представление о том, зачем сюда пожаловали, и пошли
пить пиво или предаваться иным порокам.
- А как насчет стражников? Они не собираются навлечь на наши головы
гнев Холма?
Они полагают, что кто-то просто прошел мимо. Как только мистер Дотс
скроется из виду, они вернутся к исполнению своих обязанностей, даже не
заподозрив, что кто-то вошел или вышел.
Маленькая ведьма из Рока тоже исчезла. Я не видел, как она уходила.
Эти двое? - напомнил мне Покойник.
Я представил их друг другу и высказал предположение, что нам, возможно,
удастся связать концы с концами, если Покойник соблаговолит оказать мне свою
неоценимую помощь. Он мог бы в конце концов просто пошарить у них в мозгах.
К моему изумлению, он сразу согласился. Сначала он принялся за Агире.
Хранитель испустил панический вопль. Он визжал:
- Вы не имеете права! То, что происходит, никого из вас не касается!
- А вот это неправда. У меня два солидных клиента и личный интерес. В
свою игру вы втянули моего друга, и он поплатился жизнью. Один из моих
клиентов тоже мертв. Магистр Перидонт. Слыхали о нем? Его смерть не отменяет
нашего соглашения. А второй мой клиент слишком опасен, чтобы у меня возникло
желание его бросить. Его зовут Чодо Контагью. Сыны Хаммона нанесли ему
оскорбление, и он охотится за скальпами. Вам, очевидно, известно, как
неразумно настраивать его против себя. Кое-что Агире знал. Он слегка
поостыл.
- Нам нет необходимости становиться врагами, - продолжал я. - Но мы с
другом хотим знать, что творится. Только так мы сможем вылезти из передряги
и, быть может, положить конец мучениям этих маньяков.
Достаточно, Гаррет. Больше ничего не говори. Он обдумывает свое
положение и возможности, а также вероятность того, что ты говоришь правду.
Ты говоришь правду?
- Ее, только ее, и ничего кроме. - Я глянул на Джилл. Она сидела как на
иголках. Глаза шныряли по комнате. Возможно, она попыталась бы удрать, если
бы Майя не заняла позицию между нею и дверью.
Мы ждали Агире. Агире ждал божественного вдохновения.
Дин принес из кухни маленький столик.
- Я накрою здесь.
- Чудесно. Только побольше. - Я устал, проголодался и потерял терпение
со своими гостями.
Они думают, Гаррет, - предостерег Покойник. - Этого достаточно,
- Что-нибудь интересное?
Весьма. Теперь мы знаем, например, почему Дин и твоя юная подруга не
смогли отыскать то, что спрятала здесь женщина. Она изо всех сил старается
не думать об этом.
- Что?
Моя болтовня нервировала моих гостей. Я приказал себе замолчать и
принялся помогать Дину - тот вошел в комнату с подносом, уставленным всяким
добром. Мои манеры не отличались изяществом. Я немедленно принялся набивать
себе рот кусками.
- Завтрак, - известил я остальных. После паузы, рассчитанной на то, что
я буду сгорать от нетерпения. Покойник смилостивился:
Она спрятала это здесь, пока я спал.
- Знаю. - Я подошел к шкафу у короткой стены, где мы хранили
географические карты и справочники, пошарил на полке, Которая притягивала
взгляд Джилл, и нашел медный ключ. Он выглядел так, словно провалялся,
покрываясь зеленью, пару сотен лет.
Покойник был раздосадован. Я украл его триумф. Джилл как будто бы
собиралась расплакаться. Агире не мог оторвать от ключа взгляд.
Ключ был длиной в шесть дюймов, и я никогда не держал в руках ключа
тяжелее. Он заставлял Агире нервничать, но я знал, что среди Мощей Террелла
никакого ключа не было. На сточенной плоской поверхности под зеленым налетом
я увидел надпись. Я поскоблил ее ногтем.
- Ну и ну! - Тот же лозунг красовался на старинных храмовых монетах. Я
сунул ключ под кресло Покойника, подхватил свою тарелку и принялся набивать
пузо. Майя последовала моему примеру. Мои гости чересчур нервничали, чтобы
принять участие в нашем пиршестве. Если они не возьмутся за дело, мне
достанется и их доля.

50

Терпение было вознаграждено. Агире раскололся:
- Культ Хаммона пошел на нас войной. У них была одна цель - вернуть
этот ключ. Им можно отпереть гробницу Карака, где, по легенде, заточен
Разрушитель. Хаммониты не могут освободить его никаким другим способом.
Несколько месяцев назад они выяснили, у кого хранится ключ, хотя о том, что
он в Танфере, знали уже не один десяток лет.
В течение трех десятилетий они засылали своих людей в город, и те
проникали в ряды здешнего духовенства. В этом году одному из них удалось
узнать, что ключ хранится вместе с Мощами Террелла.
Главари культа привели людей в Танфер, начали распускать слухи, чтобы
смешать нас с грязью и уничтожить. Они могли бы добиться успеха, но одна
мелкая сошка переметнулась к нам. Этот человек рассказал мне все, что знал.
Я попытался предпринять кое-какие шаги, но узнал, что иерархия наводнена
предателями. Тогда я рассказал кое-что своей подруге.- Он указал на Джилл. -
Я не знал, что ей известно, кто я есть, не знал о ее связи с Магистром
Перидонтом, не знал и о том, что мой грешок известен моим врагам.
Я обмолвился о своем информаторе при одном человеке, и в результате -
покушение на мою жизнь и попытка украсть Мощи. И это дело рук ортодокских
монахов. Я обратился к единственному человеку, которому я мог доверять. - Он
снова указал на Джилл. - Но я выбрал неудачное время. Она принимала своего
приятеля из Церкви.
На мгновение его лицо исказила боль. - Мне давно следовало бы
задуматься, откуда у нее такая квартира. - Еще одна пауза. - Позднее она
устроила мне убежище. Она настаивала, чтобы я доверился Магистру Перидонту.
Угроза Ортодокской церкви означала угрозу всем Анитам. Я заупрямился. Она
призналась, что уже намекнула кое о чем Перидонту. Потому-то он так себя и
вел. Я не уступал ей, пока не стало слишком поздно. Я разрешил поговорить с
Перидонтом - после того, как она обратилась к вам. Она надеялась, что вы
сумеете защитить ее от людей, которые следили за ней, рассчитывая, что она
приведет их ко мне. Она попыталась поговорить с Перидонтом, но тому не
терпелось разобраться во всей истории самому и он нанял вас, чтобы вы меня
разыскали.
Потом он допустил ту же ошибку - проболтался... Враг немедленно