Когда Юрий вышел обратно в коридор строй белых виднелся где-то очень далеко. Юрий облегченно вздохнул и направился в противоположную сторону. Он старался соблюдать осторожность, напрягал слух и на перекрестках с другими коридорами выглядывал за угол: нет ли кого-нибудь или чего-нибудь.
   На том месте, где он расстался с ребятами, естественно, никого уже не было. Юрий постоял, постаравшись как следует вспомнить как они шли с Брайаном от трактира, и двинулся в ту сторону. На что он рассчитывал? Ну, прежде всего, он надеялся найти Стэна — все-таки единственный знакомый, исключая Брайана, в этом странном непонятном мире. Надо, в конце концов, выяснить, что здесь к чему, и что происходит. А уж тогда думать, как разыскать и выручить друзей. И надо бы просто поесть и отдохнуть — он ноги еле волочет от усталости и от выпитого спиртного, усугубленного пивом.
   Вход в трактир Юрий все ж таки нашел, но вот жезла у него не оказалось. Юрий открывал им ту реальность, где их взяли в плен и жезл должен быть у него. Юрий еще раз осмотрел все карманы, — безрезультатно. Наверное, потерял в той суматохе.
   Сперва он хотел дождаться пока кто-нибудь будет входить или выходить из трактира. Послонявшись около входа минут пять-десять, он решил, что это дело дохлое, а слоняться вот так попусту — только на новые неприятности напрашиваться.
   Какое-то время он просто брел по пустому коридору куда глаза глядят. Когда же пол под ногами стал покачиваться, а веки — слипаться, он нашел вход на одну из бесчисленных лестниц, спустился на середину пролета, сел на ступеньку и, прислонившись к перилам, заснул.
   Спал он от силы два-три часа. Да и не сон это был — все время вздрагивал, прислушивался, а напоследок нога сильно затекла. Тем не менее самую малость он отдохнул и решил идти дальше — все равно куда, лишь бы не сидеть без дела на одном месте. Как говорится «под лежачий камень вода не течет», и на этой лестнице он своих проблем не решит.
   Бродил Юрий по пустынным коридорам достаточно долго. В самом начале пути ему кто-то попался навстречу, но Юрий предпочел свернуть на ближайшем перекрестке. Тем не менее после нескольких часов бесцельных хождений он уже рад был отдаться на милость первому встречному — будь, что будет! — но никого не было.
   Силы его, как ни странно потихоньку восстановились, усталость исчезла и мысли стали принимать стройное направление.
   И тут совершенно случайно взгляд его упал в очередной вход на лестницу, мимо которого он проходил. Внизу, на площадке, задрав к потолку рыжую грязную бороду, валялась отрубленная голова.
   Юрий спустился по лестнице. Так и есть. Это та самая отсеченная Брайаном голова свирепого воителя. Помнится, Брайан сказал, что несет ее подальше, чтобы не срослась с телом. Юрий еще удивился тогда, но теперь он уже утратил такую способность. Он понимал, что Брайан совсем не просто так притащил их в этот Коридор, что Брайан просто-напросто подставил их тем вооруженным людям. Что за всем этим стояло Юрий не знал, но понадеялся, что враг Брайана может быть полезен в поисках ребят.
   Юрий с опаской и брезгливо взял отрубленную голову за длинные волосы и вышел в коридор. Надо постараться как можно точнее вспомнить их путь от места стычки с этим полуобнаженным гигантом…
   Так… Недалеко отсюда как раз должен быть один из входов в трактир — они совсем недолго шли он этого места и не сворачивали… Да и от места поединка, вроде без поворотов шли… Трактир, по-моему, в ту сторону, так как лестница была справа. Значит тело должно лежать в той стороне — вперед!
   Но какое странное и удивительное место этот Коридор! Совсем недавно он был полностью обессилен и расклеившись, а вот опять непонятно почему полон сил и мыслит абсолютно трезво — будто и не был сильно пьян. Странное дело, но почему-то и дырки в коренном зубе нет — целый и здоровый. Может, это атмосфера Коридора на него так действует. Брайан, помнится сказал, что у него кровоподтеки и ссадины зажили так быстро из-за свойств Коридора. Наверное, из-за этих-то свойств и голова может прирасти обратно к телу. Чудеса да и только! Может, у него и язва застарелая здесь сама собой вылечится? Неплохо бы…
   И языки… Как так получилось, что он, да и остальные ребята тоже, стали понимать совершенно незнакомые им языки? Тоже, видно, одно из чудесных свойств Коридора. Какие еще чудеса поджидают их здесь? Все эти входы, которые ведут… как там Брайан сказал?… Эх, жалко жезла нет, неплохо было бы посмотреть, что к чему. И вернуться домой можно, если верить Брайану, в тот же момент, что сюда вошли… Правда нас там «спецмедслужба» ждет… Да… Внеплановый отпуск. А может, и не отпуск вовсе, а экзамен… Экзамен на… откуда я знаю на что! А вот и та лестница…
   Обезглавленное тело мешком лежало на ступеньках. Юрий подошел, положил голову и стал переворачивать труп на спину. Тело оказалось очень тяжелым и пришлось повозиться, прежде чем он сумел ровно приставить голову к туловищу.
   Естественно, ничего не произошло. Впрочем, Юрий и не ждал немедленных результатов. Он закурил и подошел к лежащему окровавленному топору гиганта. Ого, какой тяжелый. Юрий никогда не жаловался на недостаток физических сил, но размахивать такой дурой так же легко, как Брайан…
   Прошло с полчаса, никаких изменений не произошло и Юрию стало жалко терять время около бездыханного тела. Неожиданно в голову пришла мысль, что у белокурого наверняка должен быть жезл, раз уж он обитатель Коридора. Надо бы обыскать его, и в случае если эта догадка подтвердиться, то лучше посмотреть, что из себя представляют эти реальности, чем бесцельно торчать здесь. А потом, скажем через час, можно будет и вернуться, проверить не воскреснет ли гигант…
 
   Сергею снилось, что он лежит на краю пропасти и играет со своими сынишками. Они ползают по нему, а он их по очереди подбрасывает и ловит. Подбросив старшего в очередной раз, он вдруг с ужасом почувствовал, что не может пошевелиться и его сынишка медленно падает вниз. Сергей вздрогнул и проснулся.
   Фу! Это только сон!
   Опять вчера упился до потери памяти, дурак! Сколько раз зарекался — и опять! В голове звенящая пустота, в горле что-то подкатывает, пить хочется до невозможности. Он приподнялся и мутным взглядом посмотрел вокруг.
   Он лежал на деревянном настиле в небольшом помещении с каменными, сырыми стенами. Под потолком горела тусклая лампочка в грязном плафоне. Вся обстановка очень живо напомнила Сергею, как будучи в армии, в Петрозаводске, он попал на гаупвахту — очень похожее на «задержку» помещение. Его забрали пьяным на танцах, а он тогда все пытался убедить сперва патруль, а потом в «задержке» караульных, что совершенно трезв. Психологическое состояние его тогда тоже было почти таким же как сейчас — звенящая пустота в голове и ожидание неприятностей.
   Рядом с ним спал Гуго, положив под голову свой скомканный плащ. За ним, у самой стены, сидел Дельфин и смотрел неподвижным взглядом на окованную дверь. Услышав, что Сергей зашевелился, он повернулся в его сторону.
   — Проснулся? Курить осталось? — еле выдавил из себя Дельфин.
   Сергей порылся в карманах пиджака и вытащил помятую пачку с одной сигаретой. Они молча выкурили ее, по очереди затягиваясь и по очереди охая. Дельфин, видно, чувствовал себя не чуть не лучше Сергея.
   — Где хоть мы? — спросил наконец Сергей. — В милицию, что ли, загремели?
   — Ты ничего не помнишь, что ли? — тяжело ворочая языком ответил Дельфин.
   — Может и вспомнил бы, да не охота мозги напрягать. Воды бы попить.
   — Помнишь, как ты с каким-то мужиком… ну с Брайаном этим к нам с Гуго подошел… А потом как удирали от ментов и в этот дикий Коридор попали… Пили еще в каком-то кабаке…
   — А… что-то такое смутно припоминается… Ладно потом вспомню. Который час?
   — На моих девять часов.
   — Ну и погано же, — вздохнул Сергей, глубоко затянувшись. — Давно такого похмельного синдрома не было. Все ребра стонут…
   — Еще бы не стонали — помнишь как нас ногами метелили. Хорошо однако, хоть не сломали вроде ничего…
   Сергей вдруг вспомнил, как их били, перед глазами отчетливо появился движущийся к его лицу тяжелый ботинок с оббитым железом носком. Он помотал головой, пытаясь отогнать видение. И совершенно неожиданно понял, что ничего у него на самом деле-то не болит. Только звенящая пустота в голове и неимоверная жажда…
   — Да… вот теперь я все припоминаю… — сказал он. — И где же мы теперь?
   — Да откуда я знаю? — с раздражением сказал Дельфин.
   — Слушай, Андрюха, а ведь это только кажется, что ребра стонут — не болит ведь ничего.
   Дельфин прислушался к своим ощущениям.
   — Точно — не болит. А все одно погано, однако.
   — Должно болеть — после таких ударов-то.
   — Наверное, это Коридор на нас действует. Помнишь, как у Брайана лицо быстро зажило?
   — Помню… Наверное, действительно Коридор… Только от этого не легче.
   — Однако, ты прав, — подтвердил Дельфин. — Что делать-то будем?
   — А чего делать? Спать — больше ничего не остается. — Сергей поправил свою куртку и положил на нее голову. — И ты вздремни, силы-то нам наверняка сегодня пригодятся…
   — Эт-то точно, — вздохнул Дельфин.
   Неожиданно, тяжелая окованная ржавым железом дверь со скрипом отворилась и на пороге показался давешний усатый широкоплечий мужчина в сопровождении телохранителя.
   Сергей и Дельфин вопросительно уставились на своего пленителя. Дельфин сильно толкнул Гуго, чтоб просыпался. Тот выругался сквозь сон, но открыл глаза и присел на их жесткой постели, мотая головой, чтобы скорее придти в себя.
   С минуту широкоплечий иронически разглядывал друзей, а потом произнес на своем лающем языке целую речь:
   — Вы находитесь в гостях у Великого Арнольда! Будущего властелина сектора «Ё», а впоследствии и всей системы Коридора! У вас есть возможность вступить в ряды его доблестной армии! Собственно говоря, возможность-то у вас есть, но вступите ли вы в нее — неизвестно. — Он усмехнулся и вновь окинул ребят ироническим взглядом. — Сейчас вас проведут в оружейный зал. Там для вас приготовлен завтрак. Там вы сможете выбрать себе оружие и приготовиться к Испытанию.
   — Что еще за Испытание? — пытался спросить Дельфин, но широкоплечий резко оборвал его:
   — Молчать! — заорал он. — И не перебивать, когда с вами разговаривает ноуфер Великого Арнольда! — И продолжил речь, уже не повышая голоса: — Вы должны будете доказать на деле, достойны ли вы чести служить в Армии Великого Арнольда. Условия Испытания таковы, — широкоплечий вновь улыбнулся, почти что ласково, — Вы будете сражаться против таких же как вы новопришедших на совершенно изолированном Ристалище. Поединок продлится пока или все вы, или все ваши противники будут убиты. До тех пор никто Ристалище не покинет. Пусть даже Испытание продлится месяц. Я все ясно излагаю?
   Широкоплечий ноуфер («Звание такое что ли?» — подумал Сергей) вопросительно посмотрел на друзей. Сергей поспешил утвердительно кивнуть. Гуго хотел что-то сказать, но Сергей прикосновением руки удержал его.
   — Тот, кто останется в живых попадет в учебный пункт Армии Великого Арнольда! Да… вот еще… По квитанции вас четверо. То, что ваш приятель убежал — ударит по вам самим. Ваших противников все равно будет четверо. Желаю удачи на Ристалище. Я буду «болеть» за вас, — широкоплечий снова гадко усмехнулся. — Выходи по одному!
   — А похмелиться дадите? — спросил Гуго, не зная что и ответить на свалившуюся на него новость. «Ну и дурацкие же у него усы, — подумал он. — Хоть иногда в зеркало смотреться надо!»
   — Я сказал: выходи по одному! — властно повторил ноуфер «великой армии».
   Пререкаться смысла не имело. Сергей это быстро понял, поэтому, тяжко вздохнув, встал. Дельфин и Гуго последовали его примеру. Они вышли из камеры и под прицелом автомата охранников пошли за широкоплечим.
   Узкий каменный коридор, длинный и извилистый, как кишка, освещался факелами. Сергей горько ухмыльнулся про себя, увидев всю эту романтику. Вдобавок ко всему им пришлось подниматься по страшно неудобной винтовой каменной лестнице. С одного края ступеньки были чересчур узкие, а с другого — чересчур широкие. В середину лестницы вписаться как-то все не удавалось и друзья с большим облегчением вздохнули когда она наконец-то кончилась.
   Широкоплечий, достав огромных размеров и причудливой формы ключ, с трудом и скрипом провернул его в замке тяжелых деревянных ворот — иначе их и не назовешь. С заметным усилием распахнув створку он сделал приглашающий жест рукой. Охранник грубо подтолкнул Дельфина автоматом в спину и друзья вошли в большой светлый зал.
   — Здесь вам предстоит провести двадцать четыре часа, — пролаял их Цербер (Сергей взглянул на часы — без десяти десять). — Отдыхайте! Подкрепляйтесь! Выбирайте оружие по вкусу и тренируйтесь! Вы должны доставить удовольствие тем, кто будет наблюдать за Испытанием.
   Он вышел и ребята услышали как противно заскрипел ключ в замке.
   Они огляделись. Посреди просторного светлого зала стоял потрясающих размеров деревянный стол, вокруг — под стать столу тяжелые деревянные стулья с высокими спинками. На столе свалены кучей различные продукты. По одной стене шли четыре больших незастекленных окна. Из них лился яркий солнечный свет, сперва слегка ослепивший друзей, после полумрака камеры и коридора. Противоположная стена была сплошь завешена всевозможным холодным оружием. Оружие и доспехи лежали так же и на полу — в таком количестве, что вполне можно было вооружить небольшую армию. Всю третью стену занимала прекрасно выполненная фреска с изображением схватки толпы рыцарей с каким-то мифическим животным.
   Дельфин, внимательно смотревший на груду продуктов, издал победный клич, рукой указывая на бочонок. Ребята никогда не видели странных букв, из которых складывалась надпись на бочонке, но они знали, что это слово означает «пиво»…
   Пока Гуго с Дельфином забавлялись пивом и высматривали, что повкуснее из провизии, Сергей стоял у широкого окна и задумчиво курил — благо сигареты тоже на столе оказались. Потом он подошел к стоящему на столе пятилитровому бочонку с надписью «вино», с трудом дотащил его до окна, сбросил вниз и выглянул в окно. Бочонок, упав с высоты, разбился о прибрежные камни. Судя по виду из окна она находились в высоком замке, вокруг куда ни кинь взгляд — бескрайнее море. Потому, наверное, и решеток на окнах нет, что бежать некуда.
   — Ты чего, натворил, кретин?! — заорал Дельфин, увидев, что сделал Сергей. — Совсем одурел, что ли!
   Сергей подошел к столу, спокойно снял куртку, повесил ее на спинку кресла, сел и стал отрезать хлеб.
   — Серега, действительно, что за дела? — поддержал Дельфина Гуго.
   — А ничего, — повернулся к ним Сергей. — Пиво — пожалуйста, а спиртное мы больше пить не будем!
   — Кто ты такой за всех решать? — возмутился Дельфин.
   — Один из нас троих, — медленно и веско произнес Сергей. — Слышали, что сказано — сражаться до смерти. Это значит, что моя жизнь зависит он вас. А я хочу жить!
   — А кто ж не хочет? — Гуго допил пиво и налил себе еще в высокий красивый фужер. — Ты что, Серега, принимаешь все это серьезно?
   — А ты все шуточки играешь? Вряд ли это плохой видеофильм с обязательным хэппи-эндом! Раз уж мы вляпались в эту историю, так надо смотреть на вещи трезво…
   — Так ты что же, собираешься убивать людей, — вдруг тихо и неожиданно для него серьезным тоном спросил Дельфин. — Как ты говоришь — это не кино, а убить человека… Вряд ли ты на это способен.
   — Да, Андрюха, ты прав, конечно, — чувствовалось, что Сергей очень взволнован и сам себя заводит. — Может чисто физически у меня это и не получится… Но я хочу жить, у меня двое пацанов дома, я не могу выбросится в окно… Если мы за то время, что нам осталось до этого поганого Испытания ничего не придумаем… Я… Я буду пытаться убить, чтобы не убили меня!
   — Да… Серега, — протянул Гуго. — Чего угодно, а вот этого я от тебя не ожидал…
   — А что мы попадем в такую ситуацию — это ты ожидал? Предложи, как обойтись без крови — я тебя внимательно выслушаю…
   — А что я могу предложить? — пожал плечами Гуго и занялся едой.
   — Значит, хватит жрать пиво — давайте решать, что делать! — резко сказал Сергей.
 
   Юрий подошел к телу гиганта, чтобы обыскать его карманы, но внезапно его поразила мысль, что ведь это же элементарное воровство. Чего-чего, а вот это всегда было чуждо его натуре. Но поразмышляв, Юрий решил, что если одноглазый оживет, то он несомненно вернет гиганту жезл, а если не оживет… То трупу жезл и подавно не нужен. Правда, это уже напоминает мародерство… Но в Юрином ли положении рассуждать об этике?
   Его догадка оказалась правильной и из обширных карманов шаровар гиганта Юрий вытащил жезл, вместительную флягу, ворох каких-то бумажек и несколько небольших неизвестного назначения предметов. Юрий отвернул крышку фляги понюхал содержимое и хлебнул. Градусов под шестьдесят, но штука на редкость хорошая. Юрий завернул крышечку на место и с сожалением запихнул флягу в карман штанов гиганта. Туда же он положил и непонятные предметы, а вот бумажки решил взять, так как больно уж они напоминали деньги, и он резонно решил, что они ему еще могут пригодиться. А с гигантом он как-нибудь рассчитается, пусть только он воскреснет. Считай, что в долг взял.
   Юрий взглянул на часы. Прошло более сорока минут, как он приставил голову белокурого к туловищу — никакого результата… Может, Брайан издевался над ними? Вряд ли — зачем ему… Хотя с него станется… А если он говорил правду и голова прирастет, то сколько на это потребуется времени? Сутки? Неделя? Ладно, надо пойти посмотреть, что все-таки представляют из себя эти реальности, а сюда еще стоит потом вернуться…
   Юрий выглянул в коридор и осмотрелся — тот был совершенно пуст. Все входы в реальности выглядели абсолютно одинаково, только таблички над ними разные. Юрий прошелся немного, разглядывая надписи на табличках. Что обозначают первые буквы и цифры неясно, но вот последнее четырехзначное число — это явно год. Тем более, что Юрий отчетливо помнил, что на входе их родной реальности было число 1987. К сожалению, остальных букв и цифр он не помнил, ну да ладно…
   Так… надо, наконец, решаться. Юрий подошел к следующему входу, посмотрел на жезл и ткнул им ровно в середину серого пространства. Ничего не произошло. Юрий удивился и попробовал еще раз — результат тот же. Он в изумлении поднял голову на табличку. Она была пустой. Юрий пожал плечами и дошел до следующего входа и посмотрел есть ли там надпись на табличке. Юрий вновь приготовился к чему угодно и ткнул в середину входа жезлом. Казалось, вход закрывала стальная плита, настолько цвет похож, но это только тонкая пленка, которая лопнула от прикосновения жезла. Юрий посмотрел в открывшийся вход и нервно расхохотался. Перед ним была ровная кирпичная стена. Юрий даже потрогал ее на прочность. Чего угодно он ожидал — только не этого.
   Ну что ж, попробуем еще раз. Юрий подошел к следующему входу и нетерпеливо ткнул жезлом. Вход открылся и его взору предстал красивейший вид: ярко-голубое небо, кругом цветущие сады и невдалеке прекрасный город, явно город будущего. Юрий отшвырнул окурок (как будто он собирался пройти в двери храма, а не под обыкновенное небо) и вошел. Он находился на высоком холме. Метрах в трех от него стояло какое-то небольшое летательное устройство. Вокруг никого не было. Вдруг сзади раздался громкий чмокающий звук. Юрий резко обернулся и понял, что это закрылся вход в Коридор.
 
   Оставалось чуть больше часа до истечения срока, назначенного им широкоплечим ноуфером. За это время друзья чего только не передумали, крупно поссорились, чуть до драки не дошло. Потом все-таки поняли, что делить им нечего, что они в одной упряжке и если что-то можно сделать — то только вместе.
   Знали они друг друга очень давно, чуть ли не со школьной скамьи, но никогда серьезных дел между ними не было. Так… Общие интересы, развлечения… Никто из них не ставил перед собой вопрос: «пошел бы он в разведку с двумя остальными». Теперь же они оказались в ситуации, когда каждый задумался о своих друзьях: может ли он на них положиться и в какой степени… Ладно, жизнь покажет, жалко только Юрия с ними нет. Да еще и жезл у него. Остался бы он у Дельфина, сейчас бы и проблем не было.
   Они долго выбирали себе оружие. Выбор оказался богатым: от старинных кончаров и двуручных мечей, один из которых Гуго смог поднять лишь с большим трудом, до кастетов, велосипедных цепей и даже таких вещей, назначения которых не вдруг-то поймешь. Никакого огнестрельного оружия к разочарованию друзей, не оказалось. Не было вообще ничего стреляющего, даже луков или арбалетов. Только холодное оружие. Придумали было наделать рогаток — хоть какое, а стреляющее оружие! Но не нашли подходящей резины — не из трусов же вынимать.
   Каждый на всякий случай взял по несколько кинжалов. Сергей выбрал себе небольшой стальной шар с шипами, приделанный цепью к удобной ручке — весил он килограммов пять и Сергею очень понравился. Гуго остановился на палице, так же как и серегин шар, утыканной железными шипами. А Дельфин, умело свернув и положив в карман велосипедную цепь, взял еще и подходящий по весу меч — длинный, узкий и красивый, которым долго ходил и размахивал.
   Затем Сергей заставил всех лечь спать. Хотя Гуго и Дельфин утверждали, что все-равно заснуть не смогут, Сергею удалось их убедить, нажимая на то, что силы им еще пригодятся. Так как кроватей в их тюрьме не было, они аккуратно сняли провизию со стола и спали на нем, а не на каменном полу.
   Сергей проснулся первым, разбудил остальных и около часа заставил заниматься зарядкой. Обнаженные до пояса, они делали упражнения, которые Сергей помнил со службы, а потом немного поборолись. Помыться было негде и они сели есть потные, но довольные, что хоть как-то готовятся, а не сидят сложа руки.
   Каждый из них в душе боялся предстоящего Испытания. Но раз уж решили сражаться, то теперь не показывали страха друг перед другом, а наоборот храбрились.
   — Слушай, Леха, — обратился Дельфин к Гуго, набивая рот вареным мясом, — я все хотел тебя спросить, как тебе тогда очки-то не разбили? Отделали-то нас крепко…
   — А ты что не заметил, что когда приказали выходить из этого шикарного сортира я их в носок положил? У меня нюх на такие дела — по ногам обычно не бьют. Но по ребрам досталось — будь здоров — дело свое эти скоты знают! Нас спасло то, что в этом Коридоре заживает все быстро. А очки.. — Гуго вынул их, повертел в руках и вновь задумчиво убрал в карман. — Мне кажется, что они больше не понадобятся — я отлично вижу… Да-а…
   Гуго хотел что-то сказать, но в этот момент входная дверь со скрипом отворилась. Ребята повернулись в ее сторону. На пороге стоял, сложив руки на груди, все тот же широкоплечий вояка.
   — До выхода на Ристалище вам остался час! — пролаял он. — В Приемной Комиссии подобрались добрые люди. Обстоятельства сложились так, что ваших противников будет пятеро. Члены Комиссии милостиво решили уравновесить ваши шансы. Тут как раз провинился и заслужил смерти воин Армии Великого Арнольда. Любой воин Великого Арнольда один стоит двоих. — Широкоплечий перевел дух. — Еще раз повторю условия Испытания. Как только вы и ваши противники окажетесь на Ристалище все двери туда будут наглухо закрыты. Никто не сможет покинуть Ристалище или войти туда, пока одна из групп не будет полностью истреблена. Пусть даже из другой группы останется всего один человек — он и попадет в Учебный Пункт Армии Великого Арнольда. — Казалось, широкоплечему доставляет чисто физическое удовольствие произносить это имя. — Испытание может длиться сколь угодно долго. В Комиссии люди терпеливые. Поэтому подкрепляйтесь сейчас как следует. — Он замолчал и вошел в зал, пропуская человека, со связанными сзади руками. Позади него виднелись охранники с автоматами. — Знакомьтесь! — провозгласил широкоплечий. — Ваш партнер — бывший лейтенант Армии Великого Арнольда — Александр Шмель. Желаю всем удачи! — Он рассмеялся и вышел. Дверь за ним закрылась.
   Ребята внимательно разглядывали нового товарища.
   — Ну что? Так со мной связанным и пойдете на Ристалище, что ли? — весело спросил парень.
   Сергей вылез из-за стола, подошел к нему и кинжалом разрезал веревки.
   — Сергей, — представился он и протянул руку.
   — Здорово, здорово, — парень подошел к столу и стал разглядывать аккуратно сложенные ребятами продукты. — Да-а, пожрать есть чего, не жалеют, сволочи. — Он запихал что-то в ром и посмотрел на Гуго. — Ну, а тебя как зовут?
   — Алексей, — представился Гуго и закурил. — А он Андрей, или Дельфин по-нашему…
   — Да вы не дрейфите, ребята. — Шмель посмотрел осталось ли пиво и налил в фужер. — Я все это уже проходил, когда сюда попал, а теперь-то уж и подавно бояться нечего. Те наверняка такие же зеленые, как вы!
   — Их будет пятеро, — сказал Сергей.
   — А хоть шестеро, — беспечно ответил Шмель и подошел к оружию. Он долго рассматривал обширную коллекцию, выбрал короткий широкий меч с ножнами и повесил через плечо. Затем взял один из тяжелых двуручных мечей, помахал им, удовлетворенно хмыкнул и отложил в сторону. Друзья внимательно наблюдали за его действиями. Шмель отобрал пяток кинжалов и запустил их по одному в спинку кресла… Все пять воткнулись по одной линии в крепкое дерево, как в масло. Еще он приглядел кастет в виде металлического шара на гибком китовом усе и положил в карман.