Когда въехали в город, Доле сделалось совсем не по себе. Она чувствовала себя крохотной и беззащитной, однако сохраняла невозмутимый вид, словно всю жизнь прожила в Чикаго. Она прислушивалась, о чем перешептываются Джейк и Мона Гилбрет, но по их разговору невозможно было угадать, что ее ожидает. А вдруг ее бросят одну в этом холодном городе?
   Машина выехала на улицу, полностью застроенную небоскребами, резко свернула за угол и покатила куда-то вниз, в подземную темноту. Дола ужасно испугалась, но внизу оказалась всего-навсего автостоянка, зачем-то упрятанная под землю. Джейк и Тощий заставили Долу выйти из машины и куда-то повели. Она чувствовала себя военнопленной с двумя конвоирами.
   В коридоре, которым они шли, царила тишина – слышался лишь звук шагов да дыхание людей. Они поднялись наверх, ненадолго очутились на городской улице, взошли на высокое крыльцо в три пролета и оказались перед входом в здание, передняя стена которого состояла из дымчатых стеклянных панелей и дверей, тоже из дымчатого стекла. Джейк толкнул одну из дверей, и они вошли внутрь.
   Долу немедленно оглушил гомон множества пронзительных детских голосов. Громадины провели Долу через еще одну дверь, и девочка оказалась в хвосте неровной цепочки, состоящей из сотен больших и маленьких девочек с мамами и папами. И посреди этой толпы она увидела Кейта Дойля!
   Доле захотелось немедленно завопить во все горло, чтобы привлечь его внимание и вырваться от своих похитителей. Но Джейк заметил, как она набрала воздуху, и тут же зажал ей рот ладонью.
   – А ну помалкивай, пока тебя не спросили!
   Кейт Дойль исчез. Сердце у Долы упало. Все четверо принялись проталкиваться сквозь толпу. Дола попыталась было вырваться, чтобы убежать к Кейту. Однако Тощий сжал ее руку и не выпустил. Чей-то папа, которого они отпихнули в сторону, поглядел на Долу, на ее провожатых и сказал:
   – Эй, мужики, если девочка не хочет участвовать в конкурсе, зачем же ее силком-то тащить?
 
* * *
 
   – Держите крепче, – сказала Мона. – Если она сбежит, мы ее тут ни за что не сыщем.
   Пилтон огляделся и скривился.
   – Да она в десять раз лучше всех этих девчонок! Вон, поглядите хотя бы на ту, плосколицую. По-моему, у нее нет никаких шансов.
   – Заткнись, Грант! – устало произнес Джейк. – Мы, на самом деле, приехали сюда не затем, чтобы выставлять ее на конкурс красоты. Нам просто нужно вернуть ее родственникам.
   – Да? – разочарованно переспросил Пилтон. – Но ведь ты же видишь, она выиграет с полпинка! Почему бы нам сперва не узнать, что скажет жюри, а уж потом только отдать родственникам? Я хочу взять приз!
   Он посмотрел на Долу и расплылся в улыбке.
   – Сундука с драгоценностями она наколдовать не может, но, наверно, какую-нибудь удачу нам непременно принесет!
   Кейт сунул голову в конференц-зал. Тай расхаживал взад-вперед вдоль окон. Мастер сидел во главе стола, глядя в никуда. Энох все озирался и нетерпеливо вздыхал. Холл сидел за столом, держа обеими руками большой мешок. Все они обернулись к Кейту.
   – Они тут! – коротко объявил Кейт. Холл затянул мешок – но Кейт все же успел заглянуть внутрь и обалдел.
   – Господи, откуда у вас столько драгоценных камней?
   – Пошли, пошли! – сказал Холл. – Живей!
 
* * *
 
   Двое мужчин держали Долу в углу комнаты. Девочка с надеждой подняла глаза на Диану, которая принесла им анкеты и ручки. Белокурая девушка улыбнулась им, но, судя по всему, Долу не признала. Не понимая, в чем дело, девочка окончательно почувствовала себя несчастной и заброшенной. Тощий отпустил ее и принялся заполнять анкету, но Джейк держал за двоих.
   Однако тут, слава Богу, снова появился Кейт. Хозяйка устремилась ему навстречу, и голос ее был слышен издалека.
   – Ну?
   – Госпожа Гилбрет! Как я рад вас видеть! – воскликнул Кейт, и огляделся, надеясь, что ему удалось привлечь чье-нибудь внимание. Однако толпившимся вокруг детям и родителям не было дела ни до кого, кроме самих себя.
   Мона побледнела.
   – Тсс! – прошипела она, прикрываясь ладонью. – Без имен, прошу вас! Я готова совершить обмен.
   Кейт взглянул поверх ее плеча на Долу и подмигнул девочке.
   – А где гарантии, что вы ее отпустите, как только получите... э-э... оговоренное вознаграждение?
   – Не мелите ерунды! Эта история и так слишком затянулась. Ну же! Где... где то, что вы мне обещали?
   Кейт скосил глаза вбок и кивнул. Из неприметной ниши показался прятавшийся там белокурый мальчишка. Мальчишка показал Моне мешочек. Он тряхнул мешочек, и его содержимое загремело, как игральные кости.
   Глаза у Моны алчно расширились.
   – Прекрасно!
   Она потянулась за мешком. Но мальчишка отступил назад.
   – Мы хотим, чтобы вы сперва отпустили девочку, – пояснил Кейт.
   – Ну уж нет! – возразила Мона. – Я сперва выберусь отсюда. Еще не хватало, чтобы кто-то заподозрил, что я замешана в таком деле! И помните – отныне и впредь никаких преследований в прессе! Вы мне дали слово!
   – Ну что вы, конечно, конечно! – замахал руками Кейт. – Все как вы говорили.
   Увидев этот сигнал, к ним тут же подошел Ли: с блокнотом наперевес, с фотоаппаратом на плече, смуглое лицо убийственно серьезное.
   – Госпожа Гилбрет? Госпожа Мона Гилбрет! Меня зовут Ли Эйсли, я из «Индиана дэйли стар». Можно задать вам пару вопросов?
   – Вы меня обманули! – завопила Мона на Кейта. – Вы обещали – никакой прессы!
   – А я-то тут при чем? – возразил Кейт, уставившись на Ли очень удивленно. – Он тут с самого утра, пишет репортаж о конкурсе.
   Гилбрет развернулась на каблуках и указала на дверь. Здоровенный громила схватил Долу и поволок ее к выходу. Мастер и остальные выскочили из засады и бросились наперерез.
   Свечечка, которая до того мило беседовала с помощницей Скотта, улыбнулась, извинилась и бросилась к остальным, на бегу засучивая рукава. Помощница побежала за ней.
   – Погоди, девочка! – кричала она. Брендан, который только что вышел из кабинета медиа-директора, подскочил к Кейту.
   – Эй, это не госпожа Гилбрет была?
   – Да что ты! – сказал Кейт. Только Брендана там не хватало для полного счастья. – Гляди-ка, там, в дверях, Пол. Он не тебя случайно ищет?
   – Где? – развернулся Брендан. Дверь в это время снова закрылась. – Ну ладно, мне надо бежать!
   Кейт пробрался через толпу девочек, не понимающих, что происходит, и выскочил в вестибюль. Там разворачивалась странная битва.
   На тощего мужчину, с которым Кейт дрался тогда, на заводе, наседали Холл, Свечечка и Энох. Марси с Дианой лупили планшетками другого человека, побольше. В это время Тай загреб горсть воздуха и швырнул его своему сопернику прямо в солнечное сплетение.
   – Вот тебе, за алчность! – воскликнул он. – А вот еще, за то, что держал в плену мою девочку!
   Здоровяк охнул и скорчился от боли.
   – Что ты на него наслал? – шепнул Кейт.
   – Колики! – ответил довольный Тай. – До завтра промучается – а может, и дольше!
   – А это – тебе, – сказал Холл, заставляя зубы и пальцы Пилтона склеиться вместе, – за воздушного духа и за Фрэнка Уинслоу, чье сердце ты разбил!
   Тощий человек споткнулся и упал. Подняться с пола с руками, внезапно превратившимися в тюленьи ласты, оказалось не так-то просто...
 
* * *
 
   Мона увидела, что все идет совсем не так, как задумывалось. Дети, маленькие ребятишки, шутя справились с ее двумя охранниками! Пора выбираться отсюда. «Ну все! – думала она, волоча девочку к выходу. – Больше я с ними миндальничать не стану! Увезу девчонку куда-нибудь в горы, в глушь, в какую-нибудь Монтану, и буду там держать в клетке с пумами, и еще перевозить ее с места на место, чтобы эти коварные Дойли никогда ее не нашли!»
   Она миновала двоих чернокожих мужчин. Темноволосая девушка попыталась преградить ей путь, но Мона обогнула ее, как опытный нападающий, стремящийся с мячом к воротам, и устремилась к дверям из дымчатого стекла.
 
* * *
 
   – Уходит! – завопила Свечечка.
   – Нет! – воскликнул Кейт. Он схватил Холла за плечо, чтобы позаимствовать энергии, и навел чары на одну из стеклянных панелей. На панели материализовалась иллюзорная дверная ручка, в то время как остальные ручки, на настоящих дверях, исчезли.
   Мона потянулась к единственной ручке, которую видела, и навалилась плечом на дверь, чтобы ее открыть. У нее, естественно, ничего не вышло. Мона толкнула сильнее. Отчего ж это дверь застряла? И тут на нее буквально налетела маленькая женщина в огромных очках.
   Остальные подступили ближе, окружив Мону.
   – Это именно то, что надо! – воскликнула ассистентка, опустившись на колени рядом с девочкой. – Ну как вам пришло в голову уходить, не показав нам такого очаровательного ребенка? Я думаю, Уолтер с удовольствием вас посмотрит! Вы ведь хотите участвовать в конкурсе, мисс? – спросила она у белокурой девочки.
   Дола вопросительно взглянула на Кейта Дойля. Тот закивал. Девочка тоже закивала.
   – Да-да! – воскликнула она. – Это будет чудесно, не правда ли, госпожа Гилбрет?
   – Госпожа Гилбрет, так как насчет интервью? – влез в разговор Ли, нацеливаясь на нее объективом.
   – Возьмите это и ступайте прочь, госпожа Гилбрет, – негромко сказал кто-то у нее за спиной. И Мона почувствовала, как в руку ей что-то суют.
   Да ведь это же голос X. Дойля! Мона обернулась – и уставилась на стоявшее перед ней существо ростом с ребенка. Да, не заметить семейного сходства было невозможно – включая эти странные, уродливые уши. Но он такой маленький... Голова Моны решительно отказывалась воспринимать такое изобилие противоречивых данных. Холл распахнул перед ней одну из настоящих дверей. Мона, перепуганная и ошеломленная, взяла мешок и рванула прочь. Ее подручные кое-как потащились за ней.
   А помощница медиа-директора взяла Долу за ручку и повела обратно, с энтузиазмом расписывая предстоящее собеседование.
   – Ты выглядишь так естественно, как будто ты настоящая эльфийка! – говорила девушка.
   – А ты знаешь, наша Дола имеет все шансы стать звездой! – шепнула Диана на ухо Кейту. – Интересно, она сама это понимает?
   Диана лукаво улыбалась, и Кейт улыбнулся ей в ответ.
   Вернувшись в коридор, Кейт увидел, как Пол Майер медленно, но верно потянулся за пакетом, оставленным на стуле, развернул его и принялся читать. Заклятие Эноха подействовало и попало точнехонько в цель. А тут и сам Брендан подступил к Кейту.
   – Это действительно была госпожа Гилбрет! – воскликнул он. – Я, пожалуй, побегу за ней. А то она, чего доброго, решит, что я нарочно не обратил на нее внимания!
   – Да она только что ушла, Брендан, – покачал головой Кейт.
   – Ничего, я ее догоню! Сейчас вернусь. И Брендан дернулся было к выходу, но Пол Майер перехватил его за локоть.
   – Брендан, можно с тобой побеседовать? Это по поводу брошюрок, что ты написал для рекламной кампании «Гилбрет». Я вот не знал, что она президент «Гринписа». Да еще и доктор химических наук в придачу. Ты, вообще, знаешь, что такое деловая этика? И как пользоваться результатами исследований? А тебе известно, как публикация ложных сведений может отразиться на репутации «Пи-ди-кью»? Короче, пойдем-ка в наш конференц-зал. Нам надо серьезно поговорить. У тебя ведь найдется пара минут?
   Побледневший Брендан послушно побрел следом за Полом.
   Ассистентка подошла к Кейту.
   – А с кем Дола приехала? С госпожой Гилбрет? Кто за нее отвечает?
   Тай выступил было вперед, но Кейт его опередил:
   – Я! Я... в общем, я ее близкий родственник.
   Девушка широко улыбнулась:
   – А-а, так это своего рода семейное предприятие? Ну, пошли. Надо показать девочку Скотту.
   Она долго говорила о том, как замечательно Дола подойдет для проекта и какой прекрасный грим ей сделали. Кейт только кивал и поддакивал.
   – И этот костюмчик, прямо как на фее Чинь-Чинь [ 14], какая прелесть! – распиналась ассистентка, пробиваясь сквозь толпу к кабинету.
   – Вот это старье? – удивилась Дола. – Да я его две недели носила не снимая!
   – Да, но он выглядит так аутентично!
   Скотт, в отличие от своей ассистентки, долго распинаться не стал. Он задал Доле всего один вопрос:
   – Девочка, ты хочешь сниматься в этой рекламе?
   Дола, которая только что вырвалась из заточения и увидела, что все вокруг ее чуть ли не на руках носят, готова была согласиться на что угодно, тем более она видела, что Кейт Дойль явно доволен.
   – Ага! А в какой?
   – Вот и замечательно, – сказал усатый мужчина, не отвечая на ее вопрос. – Съемки начинаются в понедельник. Приедете сюда. Вот контракт. Распишись вот тут. У тебя есть менеджер?
   – Нет... А что, нужен? – спросила Дола и снова взглянула на Кейта. Тот кивнул головой – мол, я сам разберусь.
   – Между нами, Скотт, – спросил Кейт, – в контракте все чисто?
   – Нормальный контракт, – сказал Скотт. – Стандартный. Там все по-честному. Ну, так что?
   – Подписывай. – Кейт дал Доле авторучку. Та аккуратно, с нажимами, вывела в положенном месте: «Дола Дойль».
   – Хорошее имя, – заметил Скотт, принимая документ. – С альтернацией.
   – Вы хотели сказать – «с аллитерацией»? – вежливо уточнила Дола.
   – Надо же, какая умненькая девочка!
   – Это у нас семейное, – сказала Дола, взглянув вверх, на Кейта. Тот приобнял ее за плечи и крепко, тепло сжал.
   – Ну вот, актриса нашлась, – сказал Скотт, откинувшись на спинку кресла и разглаживая усы. – Хотя, подозреваю, автор идеи создавал этот образ не без задней мысли, а, Кейт?
   – Ну, честно говоря, да, – признался Кейт.
   – Ничего-ничего, главное – все вышло как надо. Ну что ж, Кейт, напоследок тебе придется выполнить еще одно ответственное задание. Предупреждаю: работа непростая!
   – То есть?
   – Поди скажи всем этим девочкам, что они могут расходиться по домам.

Глава 19

   Когда коридор опустел, Кейт повел Долу обратно в конференц-зал, где уже собрались все участники предприятия по освобождению, Большие и Малые. Марси с Дианой встретили Долу дружным «ура!»
   Как только Дола увидела Тая, она подбежала к нему, бросилась отцу на шею, крепко обняла и поцеловала его. Потом обежала остальных, обнимаясь со всеми подряд. Даже Мастер расплылся в улыбке, когда девочка подпрыгнула и чмокнула его в щеку.
   – Я хочу искупаться и нормально поесть, – сказала Дола, дойдя до Кейта и Холла, стоявших в конце ряда. – Да, а как там Азраи?
   – Она по тебе соскучилась, – сказал Холл. – Ничего, скоро увидитесь.
   – Спасибо! – сказала Дола. – И тебе спасибо, Кейт Дойль!
   Она попыталась броситься на шею и ему, но не допрыгнула. Кейт поднял ее и закружил в воздухе Когда он остановился, Диана подбежала и обняла их обоих, так что получился этакий сандвич с девочкой посередине.
   – Я так рада, что ты наконец в безопасности! – с чувством сказала Диана. – Ты как, в порядке?
   – Да, со мной все нормально. Тощий был добр ко мне. Он даже начал мне нравиться, но потом он застрелил бедного призрака... ой, Кейт! Я все хотела тебе рассказать, да чуть не забыла. Когда мы жили в лесу, к нам один раз прилетело странное существо. Я таких никогда раньше не видела. Оно было похоже на призрака и внушало мне всякие видения. Оно было доброе. Я подумала, что оно ищет меня. А потом тот тощий человек его застрелил! Это существо было какого-то другого вида, не такое, как мы или вы, но точно разумное! Мне было ужасно жалко, когда его убили, но я подумала, что если есть одно такое существо, должны быть и другие. Тебе надо их найти, непременно!
   Кейт переглянулся с Мастером и Холлом.
   – Мне кажется, я знаю, о ком ты говоришь.
   – Знаешь? Ты его видел?
   – Угу.
   – А нельзя ли с этим обождать? – спросил Мастер. – Нам пора уходить, в противном случае нас могут запереть в этом здании.
   – Да, верно. Извините, Мастер, – сказал Кейт. – Ну что, народ, поздравляю всех! Вы теперь куда, домой?
   – Еще чего! – сказала Катра.
   – Ни в коем случае! – поддержала ее сестра. – Ли обещал свозить нас в парк развлечений. Я считаю, мы это вполне заслужили и никакие консерваторы нас не удержат... то есть, Мастер, надеюсь, вы не будете против? – стушевалась она, когда Мастер пристально взглянул на нее из-под полуприкрытых век, и девушка внезапно вспомнила, что не все старшие остались дома.
   Мастер приподнял уголок рта – это был признак большого веселья.
   – Да нет, на самом деле я согласен. Вы действительно заслуживаете награды. Конечно, это часть культуры Больших, но, думаю, за один день вы испортиться не успеете.
   Девушки с восторгом принялись обсуждать предстоящие чудеса.
   – А я слышала, там еще и торговый центр есть где-то рядом! – сказала Свечечка.
   – Да-да! – сказала Марси, невольно втягиваясь в разговор. – Прямо через дорогу. Он такой огромный!
   – Нет-нет! – воскликнул Ли. – Таскаться с толпой девушек по супермаркету я не собираюсь.
   Девушки разочарованно вздохнули.
   – Ну ладно, – сказала Катра. – В парк так в парк.
   И все присутствующие, кроме Холла, Мастера, Тая, Долы, Дианы и Кейта, принялись договариваться, кто на какой машине поедет.
   – Погодите! – сказал Кейт. – Пусть это будет за мой счет.
   Он достал деньги и протянул их Ли.
   – Желаю приятно провести время.
   – Там видно будет! – сказал Ли, подмигнул, усмехнулся и повел всю толпу к двери.
   – А вас прямо домой отвезти? – спросил Кейт у Мастера. Тай с Долой, которые говорили одновременно со скоростью десять слов в секунду и совершенно не замечали, что происходит вокруг, услышали про дом и обернулись. – Долы так долго не было. Наверняка все захотят как можно быстрее убедиться, что с ней все в порядке.
   – Ну уж нет! – сказал Мастер и погрозил Кейту пальцем. – Домой можно и по телефону позвонить. А вы мне обещали сводить меня к профессору Паркеру и показать его выставку. Вы думали, я забыл? Я хочу там побывать. А наша отважная девочка тоже заслуживает награды после пережитых испытаний. Сводите ее потом, куда захочет.
   – С удовольствием! – сказал Кейт, выходя из комнаты следом за Мастером. – Долу я всегда не прочь побаловать. Ваш экипаж ждет вас... старый лицемер! – добавил он себе под нос.
   Мастер обернулся и смерил Кейта пронизывающим взглядом – старик явно все слышал. Впрочем, ледяной взгляд быстро сменился озорным огоньком.
   Когда они уже выходили на улицу, Кейт внезапно осознал, что во всей этой истории что-то не так.
   – Слышь, Холл, – сказал он, отведя эльфа в сторону, – у вас ведь нет двадцати тысяч баксов. Откуда же вы взяли все эти камни, что отдали Моне Гилбрет?
   – Она получила то, что рассчитывала увидеть, – сказал Холл. Он сунул руку в карман, достал ограненный рубин в дюйм величиной и протянул его Кейту. Кейт взял камень с благоговением.
   – Господи, ну и красотища! Вы что, напали на жилу?
   – Да нет. Просто завалялась коробочка в кладовке.
   Холл достал еще один камень, сунул его в рот и раскусил. Камень распался на осколки и начал таять. Кейт ошарашенно уставился на эльфа.
   – Они из фруктового желе. Помнишь, у нас на свадьбе были такие? Маура мне напомнила.
 
* * *
 
   Мона предоставила своим помощникам самостоятельно разбираться с нежданно напавшими на них недугами, а сама полетела в партийный комитет. Джек Гарримен встретил ее на пороге.
   – Сейчас я вам покажу что-то необыкновенное! – заявила Мона, размахивая мешком. – Созовите всех! Они тоже должны это видеть.
   Вскоре жизнь в офисе замерла. Все сбежались в центральный зал. Напрасно надрывались телефоны – на них никто не обращал внимания. Всем было любопытно, что за тайну собирается открыть Мона Гилбрет. Даже сам председатель комитета соизволил подойти к столу.
   – Ну, барышня, мы готовы! – сказал Джек, улыбнувшись Моне. – Выкладывайте, что там у вас!
   Мона, дрожа от предвкушения, подняла мешок. Эти камни стоят куда больше, чем те двадцать тысяч, которые она потребовала от X. Дойля! Этого больше чем достаточно, чтобы вновь вернуть себе прочный статус кандидата. А уж как возрастет ее популярность в партии! Она может спонсировать комитеты... С ней станут гораздо больше считаться... Она уже видела себя в конгрессе.
   – Вот мои пожертвования демократической партии на выборы этого года!
   И она небрежно высыпала камни на стол.
   Кто охнул, кто ахнул, кто восторженно вскрикнул. Люди брали камни в руки, играли с ними, вертели, ощупывали... В ярком свете ламп синие, зеленые, красные камни рассыпали сотни цветных огней, словно некий фантастический витраж.
   – Это же целое состояние! – воскликнул председатель, пожимая руку Моне. – Вот это подарок, так подарок! Спасибо, госпожа Гилбрет – да что уж там, скажем сразу: госпожа конгрессмен!
   Мона просияла.
   – Если можно, просто Мона, будьте так любезны! – сказала она, подумав про себя: «Noblesse oblige!» [ 15]
   – Эй, а что это с ним? – спросила тут одна из добровольных помощников, протягивая изумруд. Одна из граней драгоценного камня выглядела как-то не так. Она казалась надколотой. Но, когда девушка ковырнула его ногтем, камень растекся.
   И со всеми прочими камнями происходило то же самое. Они мало-помалу делались липкими и начинали таять. Люди отстранились от Моны, бросая на стол липкие яркие комочки. Вскоре от камней не осталось ничего, кроме лужиц цветного желе. Мона подняла глаза на Джека и председателя.
   – Знаете, барышня, – вздохнул Джек, – боюсь, таким образом добиться избрания в конгресс не получится.
   Председатель развернулся и твердым шагом направился к себе в кабинет.
   – Скажи ей, Джек, пусть убирается! – бросил он с порога. И дверь за ним захлопнулась. Мона осталась стоять, растерянно глядя на лужицы.
   Джек виновато пожал плечами.
   – На твоем месте, – посоветовал он, – я бы объявил, что снимаю свою кандидатуру с выборов, потому что у меня нет на это времени: для меня важнее сделать свой завод безопасным для окружающей среды. Люди на это купятся.
   Он дружески похлопал Мону по плечу.
   – Удачи, барышня!
   Мона побрела к двери. А что если и первый камень, который она получила, тоже растаял, как желе?! Тогда ей конец. Она разорится. С порога она оглянулась назад. Офис уже вернулся к обычной суете. На Мону никто не обращал внимания. Она неслышно выскользнула за дверь.
 
* * *
 
   Охранник Музея естественной истории узнал Кейта с первого взгляда. Он уже собирался вышвырнуть его за дверь, но тут из своего кабинета навстречу гостям выскочил профессор Паркер.
   – Доктор Альвхейм, как я рад вас видеть! – Маленький профессор аж светился. – И всех остальных тоже. А что это за прелестная девочка?
   – Это моя сестренка Дола, – не растерялся Холл. – Мы приехали в город на экскурсию.
   – А этот парнишка? Ваш приятель? – спросил Паркер.
   Тай было возмутился и хотел возразить, что он вовсе не ребенок, а Дола – его дочка. Кейт отчаянно замахал Таю из-за спины Паркера, чтобы он помалкивал. А Холл быстренько наложил на Тая заклятие, сковывающее челюсти, чтобы тот рта не мог раскрыть.
   – Это не обязательно! – проговорил Тай сквозь зубы. – Я буду все говорить, как надо. Я просто думал, он один из нас.
   – По любви к истине – да, – шепнул ему Холл, идя следом за профессором в глубь музея. – Но наши с ним родовые древа разошлись куда раньше, чем наше с тобой.
   – Да, мое пребывание здесь было чрезвычайно интересным, – говорил Паркер Мастеру. – Просто удивительно интересным. Жалко, что вы не смогли побывать у меня на лекциях. Но ничего, я дам вам свои заметки.
   – Был бы вам весьма признателен, – ответил Мастер.
   – А что ты сделал этому охраннику? – поинтересовалась Диана у Кейта, заметив, что человек в форме по-прежнему наблюдает за ними.
   – Да ничего. – Кейт покраснел до ушей. Пока они шли через первый этаж, эльфам явно все больше становилось не по себе – изобилие магических предметов их угнетало. Но когда спустились в цокольный этаж, им стало совсем худо. Дола просто заткнула уши пальцами, да так и шла. Паркер проводил их в свою каморку и оставил там:
   – Простите, боюсь, мои заметки остались в столе секретаря. Сейчас вернусь!
   Мастер и прочие эльфы подошли к стеклянной витрине.
   – Это все тот амулет слева, – сказал Кейт, как будто это и без того не было очевидно. – Что это за штуковина?
   – Очень занятная вещица, – сказал Мастер. – Это амулет для отыскания потерянного – ну, что-то вроде сигнального маячка. Как видите, он изготовлен в форме детской игрушки. Такие амулеты могли пришивать к одежде или носить в руках, как куклу. Этот мог использоваться обоими способами, судя по петельке. Он посылает зов, чтобы родители могли знать, где находится ребенок, особенно если дитя заблудилось или слишком мало, чтобы самостоятельно позвать на помощь. А поскольку этот амулет был потерян много веков назад и никто на его зов не отвечал, он становился все громче и громче.
   – А-а! – сказал Кейт и призадумался. – Будь у Долы такая штуковина, мы бы ее нашли куда быстрее. Почему у ваших детей их нет?
   – А зачем? – ответил Мастер вопросом на вопрос. – Ведь им в течение нескольких десятилетий просто негде было потеряться или заблудиться.
   – Вернемся домой – непременно сделаю такой же для Азраи, – сказал Холл. Он внимательно разглядел фигурку и теперь расшифровывал механизм действия чар.
   – А я – для Долы, – сказал Тай и улыбнулся дочери.