Ларри Нивен
Трон Кольца

2882 г. н. э.

 
   Лучше Всех Спрятанный и десятки тысяч ему подобных танцевали повсюду, куда ни кинешь взгляд, отражаясь в зеркальном потолке. Одна голова высоко поднята, другая опущена вниз. Начали!
   Лягнуть резко, лягнуть в сторону, повернуться. Один глаз направить на стоящего напротив. Во время этого и следующего движения ни в коем случае не смотреть на стену, за которой скрываются Невесты. Не касаться друг друга. Вот уже миллионы лет танец соперников, в числе других социальных аспектов, помогал определить, кто обретет партнера, а кто — нет.
   За исключением его, все остальные трехногие танцоры, пол и потолок были проекцией памяти компьютера «Иглы». Танец помогал Лучше Всех Спрятанному поддерживать форму, ведь этот год стал для него периодом апатии, выздоровления и размышлений, но такое состояние могло измениться в любое мгновение. За пределами иллюзорного танца неясно вырисовывалось иллюзорное окно, далекое и огромное — проекция изображения в реальном масштабе времени, поступающее от птеригийного устройства, расположенного на мачте «Скрытого Патриарха». И это изображение отвлекало Лучше Всех Спрятанного, мешая танцу. Еще раз: Вытянуть голову, поклониться.
   Один земной год или половину архаического года кукольников, или сорок поворотов Мира-Кольца тому назад Лучше Всех Спрятанный и его пленники-инопланетяне обнаружили морской корабль длиной с милю1, стоявший на якоре за Картой Марса. Они окрестили корабль «Скрытым Патриархом» и отплыли, оставив кукольника.
   Чмии и Луис By в свободных позах сидели на переднем плане. Вид обоих оставлял желать лучшего. Два года назад им вернули молодость, но несмотря на отменное здоровье и соответствующую внешность, Лучше Всех Спрятанный не раз отмечал вялость и медлительность в их поведении.
   Лягнуть назад, коснуться копытца. Покружась, потереться языками.
   Взболтанный ветром туман над огромным кораблем принимал различные формы, плавно перетекая из одной в другую. На берегу клочья тумана громоздились друг на друга, точно их выбрасывало прибоем. Далеко на суше, по ту сторону белого покрывала, прорывались остроконечные вершины гор, почти черные, со сверкающими пиками.
   «Скрытый Патриарх» прибыл домой. По птеригийному устройству раздались голоса.
   Луис By:
   — Я почти уверен, вот это — гора Клобук, вон то — гора Ренье. А что там за гора, не знаю, но если б тысячу лет назад на горе Святой Елены взрывом не снесло вершину, она бы выглядела именно так.
   Чмии:
   — Гора в Мире-Кольце взорваться не может, разве только в нее врежется метеор.
   — Вот именно. По-моему, скоро мы будем проходить мимо карты Залива Сан-Франциско. Чмии, чтобы высадиться на твоем посадочном аппарате при таком ветре и волнах, нужен приличный залив. Там можешь начать вторжение, но учти: незаметно это сделать не удастся.
   — Мне нравится быть на виду, — Кзин встал и потянулся, выпустив когти.
   Восемь футов меха, чьи лапы заканчиваются кривыми кинжалами — настоящее видение из кошмара? Лучше Всех Спрятанный поспешил напомнить себе, что перед ним всего лишь голограмма. Кзин и «Скрытый Патриарх» находились на расстоянии 300 тысяч миль от космического корабля, погребенного под Картой Марса.
   Покружиться, передняя нога скользит влево, шагвлево. Не отвлекаться.
   Кзин снова сел.
   — Тебе не кажется, что этот корабль обречен? Его построили для вторжения на Карту Земли. Став Защитником, Тила захватила его, чтобы вторгнуться на Карту Марса и в Обслуживающий центр. Теперь «Скрытый Патриарх» снова готов выполнить первоначальную цель — вторгнуться на Карту Земли.
   В кабине искалеченного межзвездного корабля Лучше Всех Спрятанного усиливался прохладный ветер. Движения танца становились все быстрее; его элегантно причесанная грива взмокла от пота.
   Окно ему было нужно не только для того, чтобы в кабину попадал свет. С помощью радара он мог видеть огромный залив, расположенный, если верить карте, на юге, и силуэты городов, построенных древними кзинами на побережье. Кривизна поверхности планеты скрыла бы их от него.
   — Мне будет тебя не хватать, — проговорил Луис. Кзин некоторое время молчал, затем произнес, отведя взгляд от своего собеседника:
   — Луис, там живут мои соперники, которых я могу победить, и самки, которые родят мне детей. Мое место там, но тебе незачем появляться там. Гоминиды у них на положении рабов — да к тому же они и не люди.
   — Разве я возражаю? Ты отправишься туда, а я останусь. Просто мне будет тебя недоставать.
   — Вопреки рассудку.
   — Верно.
   Опять повисла напряженная пауза.
   — Луис, много лет назад мне рассказали о тебе одну историю. Я хочу знать правду.
   — Говори.
   — После того, как мы вернулись в наши миры и отдали корабль кукольника для изучения каждый своему правительству, Кхтарра-Ритт пригласил тебя в охотничий парк поблизости от города Кровь Кхваврамбра. Ты был первым инопланетянином, который провел там ночь и два дня и не погиб. Ты. На что это было похоже?
   — Знаешь, мне понравилось. Думаю, главным образом потому, что была оказана такая честь… И… время от времени человеку необходимо проверить свою удачу.
   — Слышал. Об этом рассказывали на следующий день на банкете у Кхтарры-Ритта.
   — Что ты слышал?
   — Ты был во внутреннем квадранте и обнаружил ценного зверя…
   Луис буквально подскочил на месте, затем сел, скрестив ноги.
   — Белого бенгальского тигра! Брожу я себе по славному зеленому лесу, раскинувшемуся среди всей этой оранжево-красной кзиновской растительности, расслабился… И вдруг из-за кустов выходит этот бездарно-красивый людоед и окидывает меня взглядом. Чмии, он был размером с тебя, весом фунтов восемьсот и явно голодный. Извини, я тебя перебил, продолжай.
   — Что это такое — бенгальский тигр?
   — Есть у нас на Земле такой зверь. Можно сказать, старинный враг человека.
   — Нам рассказывали, что ты проворно проскочил мимо него, поднял сук, потряс им, как оружием, и сказал: «Помнишь?» Тигр повернулся и пошел прочь.
   — Верно.
   — Почему ты так поступил? Ваши тигры разговаривают?
   Луис засмеялся:
   — Я подумал, что он может уйти, если я буду держаться не так, как обычно ведет себя добыча. Если бы это не сработало, пришлось, скорее всего, стукнуть его по носу. Рядом валялась здоровенная ветка — неплохая дубина. А заговорил я с ним потому, что меня вполне мог слышать кто-нибудь из кзинов. Погибнуть, точно турист-новичок в охотничьем парке Патриарха было бы и так достаточно неприятно, но трястись при этом от страха — никогда!
   — Ты знал, что Патриарх выделил тебе охранника?
   — Нет. Предполагал, что где-то, возможно, и стоят мониторы, камеры… Я смотрел, как уходит тигр, потом развернулся — вооруженный кзин! Едва из кожи не выскочил: думал, еще один тигр.
   — Он сказал, что ему чуть не пришлось тебя оглушить. Ты собирался ударить его.
   — Он сказал «оглушить»?
   — Да.
   Луис By засмеялся:
   — В лапе он держал оглушитель ARM. В вашей патриархии так и не научились изготавливать щадящее оружие, видимо, поэтому его пришлось закупать у Объединенных Наций. Я уже было замахнулся палкой, но он бросил оружие и выпустил когти. Тут мне стало ясно, что передо мной кзин. Ведь это смех да и только!
   — Ты смеялся?
   — Ну да…
   — Как?
   — Вот так, — Луис откинул голову и захохотал, широко раскрывая рот. Со стороны кзина такое поведение означало явную угрозу, и Чмии невольно прижал уши.
   — Ха-ха-ха! Я ничего не мог с собой поделать. Мне страшно повезло. Ему нельзя было кидаться на меня. Он мог прикончить меня одним ударом, но сумел совладать с собой.
   — Как бы там ни было, но история любопытная.
   — Послушай, Чмии, вот что мне пришло в голову: если бы нам удалось выбраться из Мира-Кольца, тебе бы захотелось вернуться под своим именем, которое ты заслужил, верно?
   — Маловероятно, что меня узнают. После омолаживающего лечения Лучше Всех Спрятанного у меня исчезли даже шрамы, и сейчас я выгляжу немногим взрослее своего старшего сына.
   — Н-да. К тому же Лучше Всех Спрятанный может отказаться прийти на помощь…
   — Я бы его и просить не стал!
   — А меня ты бы попросил?
   — Зачем?
   — Я как-то не подумал, что Патриарх мог бы поверить Луису By на слово, что ты — это ты. Но он бы поверил, не так ли?
   — Думаю, да, Говорящий с тиграми. Но ты предпочитаешь умереть.
   Луис хмыкнул:
   — Знаешь, Чмии, у меня в запасе еще лет пятьдесят, а Тила Браун уничтожила магический медицинский комплект Лучше Всех Спрятанного.
   «Это уж слишком!» — подумал Лучше Всех Спрятанный.
   — Его личный медицинский комплект наверняка находится в командном отсеке, — заметил кзин.
   — Ну, нам до него не добраться.
   — Луис, медицинские программы были и в кухонном отсеке.
   — И мне пришлось бы обратиться с просьбой к кукольнику?
   Что ж, вмешательство может вызвать их ярость, но, может, все-таки стоит попытаться их отвлечь?
   Послать изображение на «Скрытый Патриарх», звук, без запаха, без текстуры, отключить оглушитель.
   — Чмии, Луис…
   Оба подпрыгнули от неожиданности, вскочили на ноги и уставились на появившееся перед ними изображение.
   — Я вам помешал? Мне захотелось кое-что вам показать.
   Какое-то время они просто наблюдали танец. Лучше Всех Спрятанный мог догадаться, до чего глупо он, должно быть, смотрится со стороны. У обоих рты растянулись в улыбке; впрочем, на лице Луиса эта гримаса означала смех, а кзин таким образом демонстрировал свой гнев.
   — Ты шпионил за нами, — произнес Чмии. — Как?
   — Взгляните наверх. Чмии, только не ломай, а просто обрати внимание: у тебя над головой на мачте, на которой крепится радиоантенна. Ты можешь дотянуться лапой…
   — Похоже на бронзовую паутину — я думал, ее сплели какие-то местные насекомые. Фрактальная структура. Трудно разглядеть отсюда, где она заканчивается, — отозвался Луис.
   — Здесь камера, микрофон, телескоп, проектор и еще кое-какие приборы. Это все наносится путем напыления. Я оставил такие приборы в различных местах, не только на этом корабле. Луис, ты можешь позвать своих гостей? — Лучше Всех Спрятанный нажал на пульт: команда: определить местонахождение Строителей Города. — Хочу вам кое-что показать.
   — То, что ты проделываешь, немножко напоминает тайквондо, — заметил Луис.
   Команда: искать: Тайквондо.
   Появилась информация. Стиль борьбы. Смешно: у его расы борьбы никогда не существовало.
   — Не хочу утратить мышечный тонус. Что-нибудь неожиданное всегда случается в самый неподходящий момент.
   Среди танцующих появилось окно: Строители Города в громадной кухне готовили еду.
   — Смотрите…
   Когтистая лапа метнулась к глазам кукольника. Его изображение мгновенно исчезло.
 
   В воздухе сильно пахло жарящейся рыбой. Каваресксенджаджок и Харкабипаролин возились в приспособленном под кухню помещении. Их крошечная дочка играла сама с собой на одном конце стола, на другом кзина дожидался его обед — половина огромной рыбины в сыром виде.
   Чмии с одобрением взглянул на рыбу.
   — Удачная добыча, — похвалил он, после чего, окинув взглядом потолок и стены, обнаружил то, что искал: поблескивающую фрактальную паутину под большой оранжевой лампой на вершине купола.
   Вошли Строители Города, вытирая руки. У Каваресксенджаджока, совсем еще молоденького паренька, и его жены Харкабипаролин, на несколько лет старше, макушки были выбриты, а волосы, росшие по краям, доходили до лопаток. Харкабипаролин взяла малышку на руки и начала кормить грудью.
   — У нас обнаружился соглядатай, — заявил кзин. — Я всегда подозревал это, но теперь знаю точно. Кукольник понатыкал камер повсюду на корабле.
   Юношу позабавило его возмущение:
   — Мы бы поступили с ним точно так же. Вполне естественное желание — стремиться обо всем знать!
   — Не пройдет и дня, как я избавлюсь от глаз кукольника. Кава, Харки, мне будет вас очень не хватать. Вашего общества, ваших знаний, вашей мудрости, к сожалению, направленной не туда, куда нужно. Но мои мысли принадлежат только мне!
   «Я теряю их всех», подумал Лучше Всех Спрятанный. Чтобы выжить, необходимо навести мосты и снова вернуть их ко мне.
   — Послушайте, — обратился он к ним, — позвольте мне развлечь вас.
   Строители Города ахнули. Кзин ощерился.
   — Развлечь… Отчего же нет, — ответил за всех Луис By.
   — Будьте добры, выключите свет.
   Луис исполнил просьбу. Полился полусвист-полупесня кукольника. Он внимательно наблюдал за их лицами, видневшимися на экране.
   В том месте, где находилась «паутина», возникло изображение — смутное из-за сильного дождя: далеко внизу сотни бледных теней гуманоидов, напоминая стадо, плотно стояли плечом к плечу, не проявляя враждебности; то там, то здесь совокуплялись пары, не пытаясь уединиться.
   — Это все происходит сейчас, — пояснил Лучше Всех Спрятанный. — Я наблюдал это зрелище с тех пор, как мы восстановили орбиту Мира-Кольца.
   — Вампиры, — произнес Каваресксенджаджок. — Что за мразь. Харки, ты когда-нибудь видела их в таком количестве?
   — И что из этого следует? — задал вопрос Луис.
   — Вы видите район, который мы исследовали самым первым, с самого высокого места, которое удалось отыскать, чтобы обзор был наилучшим. К сожалению, с тех пор дождь и облака ухудшили обзор, но, как видишь, Луис, там есть жизнь.
   — Вампиры.
   — Каваресксенджаджок, Харкабипаролин, это левее того места, где был ваш дом. Ну, убедились, что все в порядке? Вы вполне можете вернуться.
   Женщина молчала, не торопясь выносить суждение. Юноша пришел в бешенство. Он произнес непереводимое слово на родном языке.
   — Не обещай того, чего не сможешь выполнить, — заметил Луис By.
   — Луис, ты избегаешь меня с тех пор, как мы спасли Мир-Кольцо. Ты всегда говоришь так, словно мы направили реактивный двигатель размером в сотни тысяч миль на заселенную территорию. Я оспорил твои цифры. Но ты не слушаешь. Убедись сам, они по-прежнему живы!
   — Замечательно, — отозвался Луис. — Вампирам удалось выжить!
   — Не только вампирам. Смотри дальше.
   Лучше Всех Спрятанный засвистел; на экране появились далекие горы.
   Тридцать с небольшим человекообразных шагали по проходу между гребнями гор. Двадцать один вампир, шесть малорослых краснокожих пастухов, которых они видели в свое последнее посещение, пять более темных и рослых человекообразных существ, два человекообразных с крохотными головками, возможно, не относящихся к разумному виду. Все пойманные были обнаженными, ни один не пытался бежать. Вид у них был усталый, но довольный. Каждого представителя иных видов сопровождал вампир. Только несколько вампиров были в одежде, защищавшей их от холода и дождя. Одежда была определенно позаимствованной, скроенной явно не на того, кто ее носил.
   У вампиров не было ни капли разума, по крайней мере так говорили Лучше Всех Спрятанному. Хотелось бы знать, как животные собираются использовать пленников — в качестве рабов или домашнего скота… впрочем, неважно.
   — Луис, Чмии, видите? Другие виды живых существ тоже не погибли. Однажды я даже видел Строителя Города.
   — Признаков рака я не замечаю, мутации тоже, — проговорил Луис By, — но они должны присутствовать. Лучше Всех Спрятанный, я получил сведения от Тилы Браун. Тила была защитником, причем отличалась гораздо большей сообразительностью и наблюдательностью, чем мы с вами. Она назвала такую цифру: один с половиной триллион смертей.
   — Да, Тила была умна, но она была человеком, Луис, — возразил кукольник. — Человеком она осталась даже после своего преображения. Люди не могут прямо смотреть на опасность. Вы считаете кукольников трусами, но истинная трусость — это не смотреть.
   — Оставь свои рассуждения. Прошел только год. Признаки рака могут проявиться лет через десять-двадцать, а мутации — через целое поколение.
   — Познания Защитников небезграничны! Тила даже представления не имела о мощи моих компьютеров. Луис, положись на меня, я выполню корректировку…
   — Оставь это.
   — Я буду смотреть, — проговорил кукольник.
 
   Лучше Всех Спрятанный танцевал. Марафон будет продолжаться, пока он не ошибется. Он упорно доводил себя до полного изнеможения: его тело исцелится и станет сильным.
   Кукольник не стал подслушивать разговор чужаков во время еды. Чмии не порвал «паутину», но говорить там откровенно они не будут.
   Но это не имеет никакого значения. В прошлом году, пока его смешанная команда пыталась разобраться с Тилой Браун и нестабильностью Мира-Кольца, летающий зонд Лучше Всех Спрятанного напылил «паутину» по всему «Скрытому Патриарху».
   Пожалуй, лучше сосредоточиться на танце.
   Времени у него достаточно. Чмии скоро покинет корабль. Луис погрузится в молчание. Где-то через год он, возможно, тоже покинет корабль. Строители Города… поработать над ними?
   В определенном смысле они для него уже потеряны. Лучше Всех Спрятанный контролировал медицинское оборудование «Иглы». Если они поняли, что он пользуется своей властью для вымогательства, выпытывания тайн и принуждения действовать так, как ему выгодно, то так оно и было. Но он действовал слишком прямолинейно. Чмии и Луис оба отказались от его медицинской помощи.
   Они быстро шли по коридору — Луис By и Чмии. Из-за тусклого освещения видимость была плохой, зато они не разглядят «паутину». Лучше Всех Спрятанный услышал только часть диалога. Позже он прослушал его несколько раз.
   Луис: — …игра в подчинение. Лучше Всех Спрятанный вынужден контролировать нас. Мы слишком близко от него и вполне могли бы чем-то ему навредить.
   Чмии: — Я старался найти выход.
   Луис: — Очень старался? Ладно, неважно. На целый год он оставил нас в покое и вдруг вмешался, даже прервав для этого свои упражнения. С какой стати? Никакой настоятельной необходимости в этом вещании вроде бы не было.
   Чмии: — Я знаю, о чем ты думаешь. Он подслушал наш разговор, не так ли? Если б я смог вернуться в Патриархию, для того, чтобы вернуть свою собственность, мне бы не понадобилась его помощь. У меня есть ты. Ты не требуешь за это никакой платы.
   Луис: — Да.
   Лучше Всех Спрятанный поразмыслил, не вмешаться ли. И что сказать?
   Чмии: — Меня он контролировал тем, что я могу лишиться своих земель, но чем он контролировал тебя? Сначала он подчинил тебя токовой наркоманией, но ты сумел отказаться от своего пристрастия. Автодоктор в посадочном аппарате уничтожен, но ведь кухня наверняка снабжена программой для создания закрепителя?
   — Вполне возможно. И для тебя тоже.
   Чмии отмахнулся от этих слов.
   — Но если ты позволишь себе состариться, он от этого ничего не выиграет.
   Луис кивнул.
   — Но поверит ли тебе Лучше Всех Спрятанный? Для кукольника… Не прими это за оскорбление. Луис, я верю, что ты говоришь правду. Но для кукольника допустить, чтобы ты состарился, равносильно самоубийству.
   Луис молча кивнул.
   — Это возмездие за триллион убийств?
   Луис предпочел бы отложить этот разговор. Он сказал:
   — Возмездие для нас обоих. Я умру от старости. Лучше Всех Спрятанный лишится своих пленников… утратит контроль над окружением.
   — Ну а если бы они выжили?
   — Если бы выжили. Вот именно. Программированием занимался Лучше Всех Спрятанный. Я не мог пройти в этот отсек Ремонтного центра. Он был заражен деревом жизни. Я предоставил ему возможность распылить струю плазмы от солнца на пять процентов площади Мира-Кольца. Если бы он этого не сделал, тогда бы я мог… жить. Так что опять-таки Лучше Всех Спрятанный владеет мной. И это важно, если я — причина того, что он не владеет тобой.
   — Совершенно верно.
   Поднявшийся ветер не давал услышать весь разговор целиком.
   Чмии: — Что если… количество…
   — …Лучше Всех Спрятанному избавиться…
   — …мозг у тебя стареет быстрее всего остального! — кзин потерял терпение, опустился на четыре лапы и умчался по палубе. Это уже не имело значения. Они вышли из радиуса действия «паутины».
   Лучше Всех Спрятанный пронзительно закричал. Так мог бы звучать огромнейший в мире агрегат-кофеварка «экспресс», распадаясь на части.
   Были в этом крике перепады и обертоны, недоступные слуху обитателей Земли и Кзина, с гармониками, несущими значительную информацию. О происхождении этих двух рас — одна совсем недавно вышла из прерий, а другая — спустилась с деревьев! О разработке аппаратуры, которая может вызвать вспышку на солнце, эту вспышку превратить в лазерный луч, пушку масштаба Мира-Кольца. О компьютерной аппаратуре, миниатюризованной до квантового уровня и напыленной на стенки каюты Лучше Всех Спрятанного, точно слой краски. О программах, обладающих огромной жизнеспособностью и мощью.
   Вы, забракованные отбросы полудикой и полуразумной пород! Ваш жалкий Защитник, ваша Тила из рода счастливчиков не обладала гибкостью интеллекта, а у вас разума не хватает даже на то, чтобы выслушать! Я спас их всех! Я, с помощью программного обеспечения моего корабля!
   После крика Лучше Всех Спрятанный успокоился снова. Он не пропустил ни одного па в танце. Шаг назад, поклониться, пока Временный ведущий в танце разбивает невест по четыре; можно выпить воды, давно пора. Одна голова наклонилась выпить воды, другая поднялась, наблюдая за танцем: иногда фигуры варьировались.
   Неужели Луис впадает в старческое слабоумие? Так быстро? Ему было далеко за двести лет. Закрепитель помогал некоторым землянам сохранять здравый ум и крепкое здоровье лет до пятисот, если не больше. Но без медицинской помощи Луис By может быстро одряхлеть.
   И Чмии тоже здесь не будет.
   Неважно. Лучше Всех Спрятанный находится в самом безопасном месте. Его корабль погребен в остывшей магме рядом с Центром Ремонта. Спешить некуда. Он может и подождать. Остались еще библиотекари Строителей Города. Что-нибудь изменится… к тому же продолжается танец.

Глава 1. Война запахов

   2892 г. н. э.
   Облако закрыло небо, точно серая каменная плита, желтая трава поникла: слишком много дождей, слишком мало солнца.
   Круизеры на колесах высотой с человеческий рост катились по высокой траве сквозь нескончаемый мелкий дождь. Валавирджиллин и Кэйвербриммис расположились на скамье управления; Сабарокейреш сел повыше над ними — как стрелок. Его дочь Форанайидии спала под навесом.
   — Ты это ищешь? — указал Сабарокейреш.
   Валавирджиллин привстала с места. Она видела лишь границу, после которой пространство, покрытое травой, переходило в стерню. Кэйвербриммис заметил:
   — Это их работа. Мы увидим караульных или праздник урожая. Не могу понять, как ты узнала, что травяные великаны окажутся здесь? Лично я еще ни разу не подъезжал так близко к звездному краю. Ты ведь из Центрального города? Это в ста днях пути к порту.
   — До меня дошел слух об этом, — ответила Валавирджиллин.
   Больше он ни о чем не спрашивал. Свои секреты она не выдаст никому.
   Они въехали на стерню, и теперь повозки покатились быстрее. Справа стерня, слева трава высотой по плечи. Далеко впереди кружили и пикировали птицы. Большие темные птицы, питавшиеся падалью.
   Чтобы подбодрить себя, Кэйвербриммис коснулся ружья с длинным стволом. Заряжалось оно через дуло. Наверху крытой части повозки помещалось само орудие. Птицы кругами улетали все дальше. Двадцать крупных птиц, которые объелись до такой степени, что едва летели. Чем могла насытиться такая большая стая?
   Мертвые тела маленьких гоминидов с заостренными черепами лежали и на стерне, и в некошеной траве, почти полностью обглоданные. Сотни похожих на детей существ!
   Валавирджиллин внимательно рассматривала их, пытаясь отыскать следы одежды. Сабарокейреш спрыгнул на землю с ружьем в руке. Кэйвербриммис помедлил, но из травы никто не выскочил, и он спрыгнул следом. Еще не до конца проснувшаяся Форанайидии выглянула из окошка и в изумлении широко раскрыла глаза. Девочке было около шестидесяти фаланов, почти брачный возраст.
   — С прошлой ночи, — наконец проговорил Кэйвербриммис.
   Запах разложения был еще не слишком сильным, значит, бедняги скорее всего погибли перед рассветом.
   Вала спросила:
   — Как это случилось? И если таковы обычаи травяных великанов, нам ни к чему иметь с ними дело.
   — Это могли проделать и птицы. Видишь кости? Но разбиты они большими клювами, чтобы добраться до костного мозга. Это глинеры. Они следуют за сборщиками урожая. Глинеры охотятся на смирпов… словом, за всем, что зарывается в землю. После того, как траву скосят, становятся заметны всяческие норки.
   — Верно, перья здесь черные, красные и фиолетово-зеленые, а не одни только черные. Так что же здесь произошло?
   — Мне знаком этот запах, — проговорила Форанайидии.
   Что за запах пробивался сквозь вонь трупного разложения? Какой-то очень знакомый, не сказать чтобы неприятный… но у Форанайидии он вызывал беспокойство.
   Валавирджиллин наняла Кэйвербриммиса вести караван, потому что он был местным и определенно опытным. Все остальные были его людьми. Никто из них так далеко до звездного края еще не добирался. Ей было известно об этих краях гораздо больше любого из них… если это было то самое место, куда она направлялась.
   — Так где же они?
   — Возможно, наблюдают за нами, — отозвался Кэйвербриммис.