Рико саркастически улыбнулся и покачал головой.
   – Вы, ребята, все одинаковые. – Он нажал еще несколько клавиш. – Хочешь посмотреть мой заказ? На, смотри. Позвонишь по этому номеру, и тебе все объяснят.
   – Спасибо.
   Охранник взглянул на экран палмтопа и вытащил из кармана ультраплоский телеком.
   – Займет меньше секунды, приятель.
   – Можешь не усердствовать. Мне платят и за простой.
   В трубке раздалось два гудка.
   – Благодарим за звонок в ремонтный отдел Объединенной корпорации света и энергии Нью-Джерси. Простите, но все сотрудники по обслуживанию вызовов заняты. Пожалуйста, подождите. Как только кто-нибудь освободится… Ремонтный отдел, меня зовут Джейн. Чем могу помочь?
   – Хой! Мое имя Майк Косака. Работаю в службе безопасности «Шиавэйз компьюдайн». Тут к нам приехали ваши люди. Я бы хотел удостовериться в том, что вы их направляли.
   – При отправлении ремонтных бригад им выдается код заказа. Пожалуйста, узнайте у старшего бригады код.
   – Ух… секунду… Значит, так: гэ, как в слове гольф, потом два-четыре-девять, потом семь-пять.
   – Одну минуту, сэр.
   – Да.
   – …Это действующий код заказа, сэр. Старший ремонтной бригады Рамос и его люди направлены для осмотра поврежденной линии. Это не должно повлечь каких-либо изменений в вашем секторе. Примерное время выполнения работ – четыре часа. У вас есть еще вопросы, сэр?
   – Э… нет, какие вопросы. Спасибо.
   – Благодарим за звонок в Объединенную корпорацию света и энергии Нью-Джерси.
   – Успокоился? – проворчал Рико.
   Охранник улыбнулся и кивнул.
   – Извини, что отнял время.
   – Мне платят и за простой, – повторил Рико.
   Охранник еще раз кивнул и пошел в здание. Рико посмотрел на Дока и Филли и сказал:
   – Запускайте воздушную линию.
   Филли засунула выкрашенную в оранжевые с красным полосы вилку в розетку на боку фургона, компрессор фыркнул и заработал.
   Звонками по телекому управляла простейшая программа, требующая минимум активной памяти. Как только звонок обрывался, программа сворачивалась.
   Пайпер просматривала поток информации в местной телекоммуникационной сетке Сикокуса. Ячеистое строение матрицы повторяло географический рисунок земного шара. Системные конструкции гигантских фабрик и массивных башен тянулись к далеким созвездиям узлов связи местной сети. Пайпер отметила гексадецимальные адреса вокруг себя, затем резко повернула влево, к матрице, соответствующей ремонтной службе.
   Вокруг нее громоздились башни и особняки. То, что ей было нужно, походило на маленький замок, украшенный десятигранным шаром – символом «Кьюз Нихона», многонационального конгломерата со штаб-квартирой в Токио. Сам замок и его компьютерные системы принадлежали «Маас Интертех», со штаб-квартирой в Сикокусе, на Вест-Энд-авеню. Пайпер направилась прямо туда. Они не смогут ее увидеть.
   Едва удалился тип в костюме, перед двойными дверями главного входа корпорации заняли свое место двое других в строгой синей форме. Похоже, «Шиавэйз компьюдайн» решила усилить охрану, а может, просто продемонстрировать дисциплину. Охранники застыли у входа, как солдаты на параде. Рико они совершенно не волновали.
   Пришло время нарушить кое-какие законы. Закон никогда не значил многого для Рико. Законы писались в интересах крупных корпораций и людей с большими деньгами. На самом деле есть дела правые и неправые, и это ясно любому здравомыслящему человеку. Иногда достаточно было нарушить несколько законов, и все принимало должный вид.
   Как все это трактуется со стороны закона, пусть решают пиявки, которые его пишут.
   Бандит опустил в люк последние мешки. Док между тем затолкал в люк толстый оранжево-красный шланг воздушного компрессора, а затем принялся помогать Филли тянуть к люку силовую линию. И силовая линия и шланг компрессора выполняли чисто декоративную задачу – ту самую, которую преследовал Рико, когда нажимал на клавиши компьютера. Со стороны все должно выглядеть как надо.
   Спустя пять минут Рико натянул на голову защитную каску ОКСЭ и спустился по металлическим ступенькам в люк.
   Проход достигал около трех метров в высоту и метр в ширину. Вполне достаточно. Со всех сторон тянулись кабели и трубы, из-за чего потолок казался на полметра ниже, чем был на самом деле. С правой стороны с интервалом в десять метров горели лампы.
   У ног Рико валялось несколько вещевых мешков. Он поднял тот, на котором была нарисована крупная цифра «1», и зашагал по тоннелю. Даже с мешком идти было нетрудно. Бежать в таком узком месте было бы гораздо сложнее, но Рико и не собирался никуда бежать.
   Пройдя около полутораста метров по тоннелю, Шэнк подвесил к потолку защитный экран, полностью заблокировавший обзор тоннеля. Против него были бессильны самые совершенные светоусиливающие системы. Рико на всякий случай проверил надежность экрана, пытаясь настроить на него свои линзы «Джикку». Главное, чтобы случайно оказавшийся в тоннеле человек не увидел, что происходит по ту сторону.
   Спустя еще одну сотню метров от главного тоннеля отделился влево под углом девяносто градусов другой тоннель. У развилки и ждал Шэнк. Он уже принял полную боевую готовность: баллистическая маска, защитная куртка, на плече автомат «кольт М-22А2», с пояса свисал боевой топорик «Уоллачер».
   – Состояние? – потребовал Рико.
   – Не спрашивай, – проворчал Шэнк. – Стоит как истукан и ничего не делает.
   В пяти метрах в боковом проходе застыл с мечом в руках одетый в черный плащ Бандит. Перед ним на расстоянии вытянутой руки тоннель заканчивался кирпичной стенкой. Трубы и кабели уходили в проделанные в стене отверстия.
   Согласно плану, Бандит должен был использовать свои колдовские способности и просмотреть тоннель за кирпичной преградой. На всякий случай. Убедившись, что все чисто, они снесут барьер.
   Рико пристально посмотрел на Бандита. Проблема заключалась в том, чтобы определить, когда колдун выходит в астрал и занимается делом, а когда просто «зависает».
   Если у него есть дела поважнее, Рико хотел об этом узнать сейчас.
   – Бандит, – позвал он.
   Бандит резко покачал посохом. Разукрашенная верхушка посоха затрещала, а сам Бандит забормотал что-то тихо и быстро, при этом голос его то поднимался, то падал, словно он пел. Песня затихла. Бандит замер и несколько секунд стоял без движения, потом взмахнул посохом и указал им на кирпичную стену.
   Ничего не произошло.
   Рико ждал, пока Бандит не оглянется, и только тогда спросил:
   – Готово?
   – Прошу, – ответил Бандит.
   Узел доступа в Систему выглядел как просторный холл, украшенный широкими прозрачными панно с компьютерным изображением мерцающего неонового света.
   Непосредственно перед Узлом доступа помещались сотни скользящих прозрачных дверей, которые то и дело открывались и закрывались, по мере того как поступала информация в виде одетых в зеленую униформу посыльных, прибывающих на Узел по сотням закругленных коридоров.
   Внутри Узла посыльные ожидали вдоль фиолетовых полос, ведущих к главному процессору Системы. Управляющие модули в белой форме разводили посыльных вправо и влево, к зеркальным хромированным стенкам, в которых посыльные исчезали.
   Система работала четко и безупречно.
   Пайпер двигалась по пульсирующей фиолетовой полоске. Стоящему впереди посыльному она сказала:
   – Простите, мне надо пройти.
   Посыльный взглянул на нее через плечо, затем сдвинулся в сторону, встав на такую же фиолетовую полоску справа. Между посыльными всегда соблюдался положенный интервал. Пайпер продвигалась вперед. Другой посыльный также оглянулся и уступил ей дорогу. Она направилась прямо к главному распределителю Узла. Дождавшись, когда Пайпер подойдет, один из контрольных модулей в белой форме поклонился.
   Она поклонилась в ответ и произнесла:
   – Привилегированный пользователь просит связи с инженерным отделом.
   Перед ее лицом распахнулось окно в сияющей оранжевой раме. На Пайпер уставился огромный плавающий глаз Сторожа-7К. Действовала стандартная программа контроля за посыльными и защиты от вторжения. Она уже подключила систему маскировки. На Пайпер было традиционное одеяние японской гейши: грим, кимоно, сандалии. Белоснежное кимоно было украшено десятигранным шаром головного предприятия «Маас Интертех».
   Гигантский глаз сторожа исчез. Окно закрылось.
   – Линия двадцать два ноль пять, – произнес контрольный модуль, указывая влево.
   Пайпер повернулась и пошла по новой фиолетовой полосе, ведущей к зеркальной стене. Шагнула прямо в стену и оказалась внутри другой базы данных, выбравшись из янтарной компьютерной сети «Маас Интертех».
   Рейд начался.

ГЛАВА 11

 
   Рико показал на кирпичную стенку.
 

   Шэнк протиснулся мимо Бандита и принялся валить ее боевым топориком «Уоллачер». Полетела крошка, стена зашаталась. После первых ударов Шэнк принялся выдергивать расшатанные камни свободной рукой. Все происходило почти без шума. Рико ободряюще кивнул Бандиту, но шаман ничего не замечал.
   В главный вход торопливо вошли Док и Филли, и Рико начал одеваться: натянул на себя кевларовую маску со встроенными наушниками, командирскую портупею и бронежилет, после чего взял тяжелый пистолет «хищник-2» и пулемет «Инграм-20Т», оба с заводской подстройкой прицела.
   По случаю предстоящего рейда у него и у остальных членов команды были при себе автоматы для спецподразделений с глушителями и пристегивающимися магазинами на четырнадцать патронов. Патроны представляли собой пропитанные специальным химическим гелем заряды «армамакс». Если само попадание не выводило цель из строя, химический раствор впитывался непосредственно в кровяное русло, проникая через броню, одежду, кожу и черт знает еще через что. Спустя три секунды жертва теряла сознание. Иногда это происходило быстрее.
   Главное, что пули «армамакс» выводили из строя, не убивая. Рико не занимался мокрыми делами, другими словами, он не был киллером. Он, как и все члены его команды, убивал только тогда, когда не оставалось выбора. Когда надо было убить, чтобы выжить.
   Задача состояла в том, чтобы войти внутрь и успеть выйти, прежде чем кто-либо заподозрит, что они там были. Гладкие, как тефлоновое покрытие, безболезненные, как удар бритвой. Хирургически точные. Грохот и шум перестрелок – удел уличных любителей.
   К тому времени когда Док и Филли собрали оборудование и были готовы идти дальше, Шэнк успел прорубить в кирпичной стенке дыру достаточную, чтобы через нее пролез тролль.
   Рико тронул переговорное устройство.
   – Сверяем время.
   – Ноль-один-ноль-три, – откликнулась Пайпер.
   – Правильно. – Рико оглядел свою команду. – Боевая готовность. Обращаться друг к другу только по кодам.
   Лязгнули затворы, пружины дослали патроны в патронники. Рико махнул Шэнку – вперед! Они миновали кирпичную стенку, выдерживая интервал в три метра и держа оружие наготове. Док и Филли прикрывали отход. Бандит оказался в середине, именно там, где ему и следовало быть.
   Этот проход напоминал первый как две капли воды, с той лишь разницей, что вел непосредственно в главный инженерный центр корпорации «Маас Интертех». В стены были вмонтированы датчики, реагирующие на малейшую вибрацию или движение. Их нейтрализация лежала на Пайпер. К этому времени ей следовало выполнить свою задачу в главном компьютерном узле «Маас Интертех». Если она этого не сделает, все пятеро могли считать себя трупами.
   Каждый системный кластер, так же как и каждая индивидуальная система, имеет свою слабость. И эти слабости надо использовать.
   На карте Пайпер было видно, что переплетенные оболочки информационных сетей, составляющих компьютерный кластер корпорации «Маас Интертех», имели один, но довольно серьезный пробой. Информоболочки были защищены особо тщательно, по коду защиты «Красный-4». Нарушитель режима секретности сталкивался в этом случае с наибольшим противодействием. Корпорация знала, где находятся наиболее ценные секреты и не жалела средств для их охраны.
   Первая полоса защиты – «Оранжевый код» – представляла собой весьма жесткую систему. Расколоть ее, однако, было возможно. Между тем главный коммутационный щит, поддерживающий и отвечающий за водоснабжение, электричество, свет и тепло в штаб-квартире корпорации, весьма условно прикрывался «Зеленым кодом». Помимо контроля за светом, теплом, работой лифтов, автоматических дверей и прочего щит обеспечивал подачу энергии на охранные мониторы и сопутствующие приборы.
   Этим просчетом и решила воспользоваться Пайпер.
   Помещение, где находился Центральный Процессор, напоминало распределительный зал атомной станции или рубку управления космического корабля. В центре узла за огромным круглым пультом восседала пиктограмма главного инженера. Перед пультом располагались экраны, по которым непрерывным неоновым потоком текли цифры. Каждую миллисекунду пиктограмма главного инженера вытягивала белоснежную руку и вносила поправки в работу, нажимая на клавиши компьютера.
   Едва Пайпер пересекла порог Центрального Процессора, прямо перед ее лицом возникло окошечко в ярко-зеленом обрамлении. На нее уставился суровый глаз еще одного Сторожа информационной системы. Она уже успела поменять свой образ. Теперь на ней был темно-серый комбинезон инженера «Маас Интертеха». Опознавательная карточка, прикрепленная к лацкану куртки, сообщала, что это «Привилегированный пользователь. Допуск АА».
   Окошко закрылось, Сторож исчез.
   Пайпер обошла пиктограмму главного инженера.
   Главный инженер представлял собой важный узел Центрального Процессора. В своих действиях он руководствовался жесткими инструкциями по противодействию вторжениям. Он не обладал способностью различать не зарегистрированных в узле лиц и соответственно ничего не мог с ними поделать.
   Пайпер привела в готовность боевые программы. Она называла это «силовая игра». В консенсуальной галлюцинации матрицы она нарисовала огромный, сияющий хромовый пистолет с дулом размером с кулак и приставила ствол к затылку инженера. В другой версии этой реальности тридцать мегапульсов замещающих команд влились и перемешали все программное обеспечение Центрального Процессора.
   Пиктограмма главного инженера заколебалась, потом слегка повернула голову, словно желая взглянуть на непрошеную посетительницу.
   – Командовать буду я, – коротко бросила она.
   – Принято, – ответила пиктограмма. – Распоряжения?
   – Продолжайте работу в обычном режиме. Не вмешивайтесь ни в одну из команд, которыми я буду вносить изменения в работу системы. Без моего ведома не подавать никаких сигналов тревоги и вообще ничего не предпринимать.
   – Принято.
   Главный инженер вернулся к пульту управления на консоли. Свободной рукой Пайпер дотянулась до нужной кнопки. Огромный экран на стене потемнел, затем ярко засветился, и на нем появилась пиктограмма Сторожа Центрального Процессора.
   – Представьтесь, – потребовал Сторож.
   – Инженерный отдел ЦП, – ответила Пайпер.
   – Я не узнаю вашей пиктограммы.
   – Она специально искажена. Я заместитель директора инженерного контроля, код семь-семь-девять-четыре-девять, допуск АА. Инженерный контроль проводит ручную корректировку микросбоев на первом уровне. Заодно проводим компьютерную диагностику всей системы.
   – Понимаю.
   – Нам рекомендовано провести внеплановую проверку Главного канала в ноль-ноль-сорок пять, а также других каналов доступа и служебных коридоров по всему зданию. Не обращайте внимания на сигналы тревоги из этих точек до моего дальнейшего распоряжения. Инженерный персонал проинструктирован и приступит к работе, как только мы исправим неполадки.
   – Принято.
   – Конец связи.
   Пайпер отключилась от Центрального Процессора и менее чем за миллисекунду вырубила датчики тревоги в Главном канале и других точках, опасных для Рико и его рейдеров.
   Надо было только нажать нужные клавиши.
   С высоты пяти тысяч футов плекс выглядел как мутно-оранжевый океан, освещенный ярко-красными полосами огня на крышах химических фабрик и сотнями миллионов сияющих огоньков на башнях, зданиях и заводах.
   Вертолет «Хью-Сталион» плавно кружил в темноте. Сбросив обороты почти до нуля, Торвин плавно двигал сенсорами. Спешить пока не надо. Пока.
   Приборы прямого видения позволяли рассматривать территорию по частям: Джерси-Сити – на юге, Ньюарк – на юго-западе, Юнион-Сити, река Гудзон и Манхэттен – на востоке, массив Пассейик-Риджфилд – прямо на севере. Торвин машинально отмечал расположение районов. Он выписывал восьмигранник вокруг промышленной зоны Сикокуса.
   В мысли Торвина вклинился посторонний сигнал: вначале послышался писк, потом раздался голос Рико:
   – Бета… сверка времени.
   Действительно интересно, сколько времени?
   Хотя какая…
   Торвин проверил радар и автопилот, затем щелкнул главным переключателем на многоцелевом дистанционном пульте.
   Вертолет исчез.
   А он тут же принял форму летающей шляпы компании «Сикорски-Белл», круглого блюдца размером с крышку от мусорного бака. Сенсоры позволяли вести полный обзор на 360 градусов. На мгновение он потерял ориентацию, но тут же собрался.
   Док и Филли только что вытащили его из притороченного к спине Шэнка рюкзака и осторожно поставили на железобетонный пол. Группа проникновения находилась в одном из подземных тоннелей под главным зданием «Маас Интертеха». С высоты нескольких сантиметров от пола, где находились сенсоры шляпы, Шэнк по-прежнему походил на троглодита.
   – Бета, – сказал Рико. – Пора.
   Нет проблем.
   Торвин запустил турбопропеллеры, обогнул лодыжки Шэнка и Рико и скользнул вперед, в самый конец тоннеля. Перед ним громоздился целый лабиринт из массивных блоков оборудования, поднимающихся на высоту третьего этажа.
   Это была святая святых системы водоснабжения и подачи электроэнергии «Маас Интертеха». Торвин взметнулся к потолку, затем резко ушел вправо, чтобы провести оперативную рекогносцировку. Видеокамеры просматривали каждый сантиметр, но это уже была проблема Пайпер. Проблема же Торвина заключалась в том, чтобы рейдеры не натолкнулись на работающих внутри станции техников.
   Он связался с Рико по прямому лазерному каналу и повел команду вперед.
   Игра в кошки-мышки не могла длиться долго. Техников было слишком много, и они не стояли на месте. Рано или поздно один из них повернется не в ту сторону и увидит лишнее. Рико понимал, что это неизбежно, но решил тянуть до последнего. Чем дальше он и его команда пройдут, никого не заваливая и не привлекая к себе внимания, тем большее у них шансов выбраться живыми.
   Они продвигались по узкому проходу между огромных труб, когда Торвин доложил:
   – Впереди справа человек. Расстояние три метра.
   Рико постучал Шэнка по плечу и показал на уходящий вправо проход. Шэнк кивнул, а Рико обернулся и подозвал Бандита. Бандит вытянул руку.
   Впереди что-то лязгнуло и загрохотало. Затем раздался пронзительный кошачий визг.
   – Что за черт? – воскликнул кто-то.
   Вышедший из-за угла рослый техник в серо-голубом рабочем комбинезоне растерянно оглянулся.
   Шэнк вскинул автомат для спецподразделений. Выстрела было почти не слышно, техник прижал руки к груди и рухнул на пол.
   – Лэри? – позвал женский голос. – Лэри! О!..
   В проходе появилась женщина в таком же серо-голубом комбинезоне. Она растерянно склонилась над бездыханным телом. Шэнк выстрелил еще раз. Женщина дернулась, упала на руки и колени, потом ткнулась лицом в пол.
   В этом и заключалось преимущество «мягкого» оружия. Техники пробудут без сознания около часа, и никто не сможет определить, что с ними произошло. Не будет ни повреждений одежды, ни травм, ни ссадин. Ничего, что могло бы повлечь за собой немедленное объявление тревоги. Они могли потерять сознание, могли оказаться пьяными, внутри станции электро– и водоснабжения могли надышаться вредными химическими парами или получить травму от удара током. При их обнаружении начнут первым делом осматривать проводку и искать прочие неисправности. На это уйдет какое-то время, а для группы было чрезвычайно важно отыграть любую лишнюю секунду.
   Центральный Процессор инженерного сооружения был самым началом. Отсюда Пайпер была способна воздействовать на другие помещения «Маас Интертеха», которые могли оказаться задействованы в операции.
   Пиктограмма главного инженера, контролирующая Центральный Процессор, работала на нее. Теперь, в дополнение к своим повседневным обязанностям, она контролировала продвижение группы проникновения; отключала по особой схеме контрольные мониторы и сенсоры, чтобы не только обеспечить безопасность команды, но и скрыть ее маршрут.
   Неожиданно раздался предупредительный сигнал.
   – Тревога, – объявил главный инженер. – Автоматический сигнал. Подуровень два, секция семь, отдел водоочистных сооружений.
   – Перехватите сигнал, – распорядилась Пайпер.
   – Отказано. Сигналы передаются по радио. Медицинская бригада уже направилась к месту происшествия. Предположительное время прибытия – три минуты.
   Это было слишком быстро, поскольку тревога прозвучала в непосредственной близости от местонахождения команды проникновения. Пайпер вывела на огромный экран карту помещения. Сигналы дежурной медицинской бригады поступали из центрального блока. Она могла попасть в инженерный комплекс только по подземному тоннелю.
   – Отключите энергию от всех выходящих на север тоннелей, входов и вестибюлей на ближайшие пять минут. Передайте на Центральный Процессор охраны, что у нас перебои с энергией вследствие обнаруженных ранее неполадок. Заодно переключите все инженерные посты с допусками А, два А и три А на свой терминал.
   – Принято, – откликнулся главный инженер. – Исполняю. Только я не имею права переключать на свой терминал объекты с допуском три А.
   – Какую бы нажали кнопку, если бы имели на это право?
   – Вон ту, красную.
   Пайпер протянула руку и нажала на клавишу.
   Служебный проход номер девять заканчивался в северной части инженерного сооружения. Там к нему примыкал тоннель, ведущий в кондоминиум, где проживали служащие корпорации.
   Рейдеры подбежали к третьему западному лифту. Если не считать двух выстрелов, игра в прятки с техниками удалась. Едва они приблизились, люк распахнулся. Это была работа Пайпер.
   Внутри пятерым было тесно, тем более что среди них находился здоровенный орк. Шаман, судя по всему, опять впал в транс.
   В наушниках Рико раздался электронный сигнал, затем голос Пайпер произнес:
   – Время ноль-один-двадцать восемь.
   Сигнал означал, что компьютеры «Маас Интертеха» в ближайшее время неизбежно поднимут тревогу. Не обязательно прямо сейчас, но в ближайшее время. Когда это произойдет, как бы ни сложилось все остальное, им лучше быть на пути назад.
   Лифт пошел вверх и остановился напротив девятого этажа. Двери не открывались.
   Шэнк нетерпеливо заворчал.
   Прошло еще полминуты. Либо Пайпер столкнулась с какими-то проблемами и не могла открыть им двери, либо случилось что-то еще. Возможно, прозвучала тревога, и снаружи их уже ждут.
   Единственный способ выяснить, что происходит, без лишнего радиообмена был…
   – Мужчина и женщина, – произнес Бандит. – Там, в холле. Слева.
   – Что они делают? – спросил Рико.
   – Им скучно.
   – Скучно, как охранникам на посту?
   – Может быть.
   Рико задумался. Они не могли выдать своего присутствия, но и ждать больше тоже не могли. Рано или поздно кто-нибудь натолкнется на раненых техников. Кто-то заметит, что лифт вышел из строя. Кто-нибудь свяжет в одно целое цепочку случайных событий и нажмет кнопку тревоги. Чем дольше они ждали, тем больше была вероятность, что это вот-вот произойдет. При этом Пайпер тоже подвергалась опасности. Декер мог элементарно погибнуть, находясь в компьютерном узле. И это было бы самое страшное.
   Прошла минута. Ничего не переменилось. Рико принял решение.
   – Все. Начинаем. «Четвертый», идешь влево. Я – направо. «Два» и «Три», готовьтесь к прыжку. Филли кивнула. Рико включил передатчик:
   – «Альфа», открой двери по моей команде. Отсчет, два, один, пошел!
   Двери мягко скользнули в стороны. За ними был просторный, метров на пятьдесят вестибюль. Слева от дверей стояли мужчина и женщина в свободных серых комбинезонах и черных зеркальных очках.
   Рико вскинул автомат, лазерный треугольник прицела на мгновение застыл на груди мужчины. Оружие глухо стукнуло один раз. Почти одновременно ударил автомат Филли. Мужчина упал на колени, потом повалился на спину. Женщина рухнула, как мешок с мясом.
   Мимо с гудением пронеслась тарелка Торвина.
   Убедившись, что все нормально, Рико медленно пошел вперед. Рядом крадучись шла Филли. Шэнк и Док вывели из лифта Бандита. Это заняло несколько драгоценных секунд, но другого выхода не было. Бандит имел обыкновение делать все двумя способами: либо мгновенно, либо убийственно медленно. Если его не трогать, он, возможно, простоял бы в лифте еще часа два, прежде чем до него бы дошло, что пора что-то предпринимать.
   Рико напомнил себе, что могущество шамана с лихвой покрывает его недостатки. А недостатки есть у всех. С ними нас создает природа.