— К Иситрару, — восторженно сказал Лерка. — Дядя Сема, вы гений. Город-воин, который тысячу лет только и делает, что воюет. И до сих пор, кроме Тиммана у него никого не было под рукой!
   — Если леры пойдут к Иситрару, — возразил куратор, — то это будет выглядеть так, что они ведут вражескую конницу. Понимаешь? Может быть неверно истолкованно.
   — Значит лерам надо с Иситрарам договориться, — Лерка кивнул, соглашаясь. — Через нас. Жаль только — я этого не увижу…
   — А что — хотел бы? — удивился куратор. — Что-то раньше я не замечал за тобой особой кровожадности…
   — Я вчера с девушкой одной подружился, — объяснил Лерка. — Симпатичная. Если все леры такие, то их жалко обижать.
   — Подружился? — Семен Семенович удивленно поднял бровь. — Ну-ка, расскажи!
   — Ну, все началось с того, что я жарил себе обед…
   — Армия потеряла обозы, грозный Орта, — Гевол склонил голову, признавая свою вину. — Я был неправ, считая, что магия способна защитить их от драконов.
   — Потеряли — как?
   — Обычный налет с воздуха.
   — Заклинанье?
   — Сработало, мой господин. Поэтому я настаиваю, что их предупредили. Никто не мог увидеть обозы, не зная точно, что они там есть.
   — Предупредили — драконов? — визанги презрительно фыркнул. — Да вы бредите, добрейший! Занимайтесь-ка своим делом, и … Постарайтесь не потерять армию!
   Маг пошел прочь из комнаты своего учителя, сопровождаемый издевательским хохотом.
   Этот леркин сон не походил на предыдущие, потому, что в нем шел дождь. Ливень. Он начался еще до рассвета, и все шел, и шел. Осенний ливень, холодный. Лерка боролся с холодом единственным известным ему способом бегом. Был еще, правда, черный меч, который тоже согревал, но это тепло было иным. Оно могло помочь восстановить силы, но греть в течении нескольких часов не умело.
   Бег по дороге, в косых струях дождя. Кожанные подметки скользили на гладком и мокром кирпиче, ну и пусть. Так больше тратится сил, а значит, теплее. Но все равно — Лерка мерз. Он мог бежать марш-бросок под нормальным дождем, но не под этим, ледяным. Хорошо еще — одежда стояла насмерть — ни капли воды внутрь, ни капли пота наружу. Был бы у нее еще и капюшон…
   Вообще-то, он сделал ошибку. Вместо того, чтобы в первые же минуты забраться под какой-нибудь гигантский лопух, или в дупло, он позволил себе промокнуть, а уж теперь поздно — сырая кожа действует как хороший холодильник.
   Зажечь костер? Трением под таким ливнем — не стоило и пытаться, а вот если заклинаньем… Лерка снова вспомнил гул в голове и одуряющую слабость. А что делать? Антибиотики в этом лесу не растут, и если он схватит воспаление легких, то придется кончать с собой — это единственный способ поправиться.
   Лерка выбрал кучу бурелома, и довольно быстро натаскал оттуда сучьев для костра. Затем соорудил шалаш — из двух веток соорудил, это несложно, когда каждый лист с чайный поднос размером, и наконец произнес заклинанье. Получилось — маленькая кучка упрятанных в шалаше веточек вспыхнула, осталось лишь осторожно добавить топлива, да оттащить шалаш чуть подальше от огня. Костер под ливнем — это всегда состязание кто-кого. Чтобы огонь победил, Лерке пришлось очень потрудиться, таская новые и новые сучья, кончилось тем, что он остался у трехметрового размера жарко пылающего то ли костра, то ли небольшого пожара, а ливень кончился. Лерка развесил свои шмотки сушиться, и стал греться. Просто — греться у огня. Ни грибов, ни рыбы… Что за жизнь… у демона…
   Этим же вечером он вышел из лесу. Вышел, потушив предварительно, костер, при помощи не одного, а целых пяти заклинаний. Ни слабости, ни усталости… Что происходит?
   Объяснений могло быть два. Либо этим заклинаньем можно поджигать хворост, но не орков, либо — орков вообще лучше с помощью магии не трогать. Интересно, а как насчет прочих живых существ? Вон куропатка. Можно ли ее зажарить?
   Лерка произнес заклинанье, и тут же мешком сел в мокрую траву на опушке леса. Итак, под запретом не только орки, под запретом все живое. Жалко… Без жаркого остался. Надо будет расспросить Олю про другие заклинанья, она же их вроде штук пять знает… И если еще задом наперед, получается десять…

Глава 19

   Это был день триумфа. Вся школа гудела, и было отчего. Леры, предупрежденные слетевшим с небес на драконе Ромкой, отошли к реке Нарир, и конница Вонталы устремилась в погоню, считая, что прижатые к реке, леры обречены. Однако между лерами и рекой им не повезло наткнуться на предупрежденную «демонами» из Иситрара армию города-воина, десятикратно превосходящую их и числом и умением. Может быть, это и считалось армией Светлых Сил, но по драчливости и жестокости в бою с ними могли сравниться только воины их вечного врага — государства Тимман. Так что из конницы Вонталлы не ушел ни один, просто ни один.
   Ромка жалел только об одном — что он полетел на драконе смотреть этот кошмар, потому, что вечно голодный зверь летел отнюдь не наслаждаться битвой, но обедать. Лошадьми, оставшимися без седоков. Ромку мутило, он никогда раньше не видел своего покровителя за едой.
   Зато военные в Иситраре — а кроме военных, там никого и не было — теперь стали гораздо больше ценить малолетних «демонов», способных предоставлять столь ценные сведения, и сами, без подсказки, додумались до идеи передавать через них сообщения. Это было бы самым быстрым из способов связи, не считая магических — разослать ребятишек по крепостям и дозорам. Однако для того, чтобы эту связь расширить на соседей, а не только на собственные части, надо было сначала провести секретные переговоры с правителями других городов, причем именно это нельзя было сделать через детей. Курьеры готовились отбыть во все концы Светлого мира.
 
   — Мы победили? — поинтересовалась Лена, поймав Лерку за рукав, после того, как закончился рассказ ребят из Иситрара. Тот отрицательно покачал головой.
   — Только начали. Если они рассадят нас по клеткам, мы тоже сможем передавать сообщения. Надо, чтобы нас еще и уважали. Любили. Как леры Ромку с его драконом.
   — Армия разбита, — сказал Гевол, склоняя голову — второй раз за сутки.
   — Я видел, — Орта пожал плечами, — кого интересуют такие мелочи как горстка воинов из Вонталы, не способных даже защитить самих себя? Скажи мне лучше, что мы, по твоему, выяснили?
   — Сложно сказать, — Гевол прошелся по комнате, к хрустальному шару с тремя огнями внутри него. — Это — не лер, скорее всего.
   — Да… Такое движение внутри народа леров должно было зажечь новые огни… Или изменить эти…
   — По данным, полученным от моего источника у леров, — Гевол коснулся висящего у него на шее черного кристалла, — леров предупредил дракон.
   — У драконов нейтралитет с Вонталой, — изумился Орта. — Сотни лет…
   — Сотни лет они ждали такого удобного случая, — с досадой заметил Гевол. — Формально же, никто никогда не заключал нейтралитета.
   — Плохо. Через полвека умрет Черный Король, и силы Зла останутся без защиты… — Орта, казалось, разговаривал сам с собой. — И вот, как и было предсказанно, появляется некая сила, которая начинает нас … громить, иного слова не подберешь… И как изящно громить! Надо собирать Черный Совет, иначе …
   — На спине у дракона сидел ребенок, и именно его волю излагал дракон… поспешно сказал Гевол.
   — Дымовая завеса, — пожал плечами визанги. — Для отвода глаз. Удивляюсь, почему он не назвал себя демоном, как было девять веков назад…
   — Он назвал, господин…
   — Что-о?!
   — Ребенок сказал, что он — демон.
   — Я думал, — со странной интонацией сказал Орта, — что последний демон был убит… своей смертью… те же девять веков…
   — Демоны вернулись.
   Черный тюлень подался вперед так резко, что хрустальная сфера покатилась по столу, Гевол едва успел ее подхватить.
   — Расскажи-ка мне все, добрейший!
   — Все… Появилась группа детей, о грозный, которых нельзя убить, как это было когда-то.
   — Де-тей?
   — Да, повелитель. Они отрицали свою причастность…
   — Дальше! Видят ли они прошлое? Какова их магия? Подчиняются ли им животные? Можно ли их пытать, или как тогда их охраняет запрет, более сильный, чем все, что…
   — Это просто дети. Они ничем не защищены. Питаются объедками, ютятся по углам…
   — Это не демоны. Забудь.
   — Слушаюсь. — Гевол поклонился. — А вот еще — армию Иситрара тоже предупредил ребенок.
   — Вот как… Тот же?
   — По описанию — нет.
   — Ребенок сказал — и армия перешла Нарир? Что же он им такое сказал?
   — Не знаю, грозный.
   — Созывай Совет, — устало вздохнул маг. — Пошли своих лучших шпионов в Иситрар и Лоас. Утрой жалованье шпионам у леров… раз уж им так повезло. Есть ли у тебя в руках эти… демоны? — он усмехнулся. — Допросить.
   — Демонов нет. Но будут, я обещаю.
   — Пошли за ними отряд.
   — Сегодня же корабль пойдет в Аталету. Через две недели…
   — Ступай! В прошлый раз я тебе пожелал не потерять армию… Не потеряй эскадру, добрейший…
   Гевол покинул комнату кипя. Учитель — на то и Учитель, чтобы оскорблять и унижать, но всему же есть предел… Он сам выйдет в море, он допросит этих демонов, кем бы они ни были на самом деле, и он найдет того, единственного человека, которому под силу будет через пол-века остановить Тьму… Найдет сейчас.
   Он вызвал капитанов трех лучших кораблей и отдал им распоряжения. Насчет сегодня же, он погорячился. Корабли пойдут в Аталету завтра, а по дороге… По дороге он навестит оракула на острове Тибталаг — того самого, который говорил с рыцарем… Что же это за рыцарь, который живет больше тысячи лет?!

Глава 20

   По степи Лерка шел быстрее, и прямо по дороге. А что делать? Вокруг только низенькая трава, захочешь — не спрячешься. Кто здесь будет устраивать засады? И как тут идти скрытно ему, Лерке? Никак. Одна надежда — проскочить опасный участок как можно быстрее. Впрочем, он сплел себе новый маскировочный плащ взамен старого — удастся — используем… Но вообще-то, это игра в «кто кого первым заметит». Повезло. Он прошел почти что до города не встретив ни единого каравана, а затем — у самого города — на дорогу, выложенную желтым кирпичом, вышли еще две — тракт, ведущих от Великого Леса, и тот, что шел вдоль реки Ози от океана. Народу стало — не протолкнуться. Дальше дорога выходила на мост, а мост вел через реку — и в город.
   Перед мостом Лерка остановился полюбоваться на открывающийся перед ним вид. Не Москва, конечно, но все-таки здорово… С одной стороны — с леркиной как раз — к городу подходила степь, а с другой тянулись покрытые редким кустарником холмы.
   — Да тут же рос лес! — сообразил вдруг Лерка. — Рос, а потом его весь вырубили!
   Город состоял из крепости на вершине холма, прямо над рекой, и стоящих по эту сторону от крепостной стены домов, которых было большинство. Дома деревянные и каменные, одно-, двух — и трехэтажные, богатые и развалюхи. Развалюхи группировались по окраинам, а богатые — в центре. В общем, не город, а гравюра из учебника. Вот только…
   Вот только на гравюрах не было виселиц, а здесь они были, целых две, по обе стороны моста, и было на них повешено по два человека на каждой. Не орка, не гобблина — человека. Виселицы словно предупреждали — у нас свои порядки. Не уверен, что впишешься — не лезь. Лерка не был уверен, что впишется, но деваться было некуда.
   За мостом над дорогой нависала крепостная стена, но Лерка в крепость не пошел, а пошел в нижний город. Нижний — значит ниже по течению Ози, и победнее. Там его должны были ждать Андрей, Лена и Женька Колокольчиков. Не ждали. Никто не пришел, откуда Лерка заключил, что что-то случилось. Тогда он сел в условленном месте на камень, который, вероятно, когда-то был фонтаном, и принялся ждать.
   Пришел Женька, под вечер, один, и с подбитым глазом. Он был зол, а раньше, похоже, плакал. Одет был Женька в обрывки того, что месяц назад, видимо, было точной копией леркиного костюма, только без малейших следов веревочки с изумрудом на шее.
   — Что случилось? — спросил Лерка.
   — Их взяли — обоих, — сказал Женька. — Работорговцы, или кто-то очень похожий. Повезут по тракту в Джиу. Кажется.
   — Я обратно не хочу топать, — заявил Лерка. — Они еще здесь?
   — Здесь. В «Трезубце».
   — Веди.
   Они пошли по городу, причем сначала улицы были широкими, затем уже, а под конец Лерка мог, если бы вытянул руки в стороны, коснуться заборов с обеих сторон одновременно.
   — Что-то бедно для работорговцев, — заметил он.
   — В том-то и дело! — горячо сказал Колокольчик. — Они похожи, но…
   — А что — это тут принято — хватать детей на улицах?
   — Нет. Это в Джиу. А кому пожалуешься?
   — Не знаю. Ты как по-здешнему говоришь?
   — Никак, — буркнул Женька. — Плохо.
   — Значит, переговоры буду вести я. Теперь расскажи, как все произошло.
   — Ну как… — Женька задумался. — Мы сидели. Ждали тебя. Ну мы же не знали, когда ты появишься. С утра сидели… Тут эти подошли… Похоже, из Джиу, а как поймешь? Один из них был наш, мы его знаем, нищий здешний… Пальцем тычет: «домн». Эти нас за шкирку — и потащили.
   — И сюда? — Лерка с сомнением посмотрел на стояшее перед ним здание. Это что?
   — Кабак… — неуверенно сказал Женька. — Гостиница…
   — Стало быть так… Я пойду туда… Ты… У вас есть друзья в этом городе? У кого можно пожить несколько дней?
   — Есть, — кивнул Женька.
   — Ну вот. Назови.
   — Клеры. Старики.
   — Иди к Клерам. Мы тоже туда придем. Если нет — я буду у моста. Если опять нет — проснемся — поговорим. Давай.
   — А ты? — со страхом спросил Женька.
   — А я вчера прочитал книгу про капитана Блада. Пойду, вызову их всех на дуэль.
   — Ты что?! — Женька, похоже, не на шутку перепугался. — Прибьют, как нечего делать.
   — Посмотрим. Если меня Володя не сразу побил, то эти… Шучу, шучу! Ни с кем я драться не буду.
   — Они когда дерутся, еще стульями кидаются.
   — Иди, Женька. Ничего не случится. Я — супермен, помнишь?
   Кабак или гостиница, но бардак там был страшенный. Весь первый этаж столики, компании, крики и ругань. Станут здесь держать пленников? Вряд ли. Лерка прошел к лестнице, ведущей на второй этаж, поправил на спине плетенную торбу, или как там называлось его произведение, и взбежал по ступенькам. Надо будет сказать дяде Семе, что нужен спецкурс по основам кабацкой драки…
   На втором этаже шли комнаты. Просто, одна дверь за другой, совсем как в общежитии Университета. Лерка подумал, и не найдя лучшего выхода пошел заглядывать во все подряд, против часовой стрелки. А что еще оставалось делать?
   Часть комнат была заперта, тогда Лерка заглядывал в огромные замочные скважины. Правда огромные, руку просунуть можно. Больше риска было с теми комнатами, которые заперты не были, так как в них постоянно кто-то находился. Заглянув в такую, Лерка смешно ойкал, бормотал «сори», это слово здесь звучало также, как и на Земле, дескать, комнатой ошибся. Пару раз ему вслед неслись ругательства.
   Риск был, и довольно большой. А что, если его примут за воришку? Тогда будут ловить, и поймав… Ну, прежде всего, они найдут его меч… Нет, попадаться Лерке не следовало.
   Ребят он нашел в конце корридора, за незапертой дверью. Они сидели на грубом деревянном топчане, связанные, причем связанные хорошо, профессионально. Когда тебя так вяжут, невозможно пошевельнуться, не то, что сбежать.
   У обоих, и у Андрея, и у Лены, при виде него глаза полезли на лоб. В тот же миг меч в ножнах за спиной дрогнул, предупреждая. Портьера в углу колыхнулась, выпуская здоровенного дядьку, в грубых деревянных ботинках, и каком-то странном, «тренировочном» костюме, схваченном широким поясом. Впрочем, насчет портьеры Лерка сомневался, слово это он вычитал только пару дней назад, и что оно означает, уверен не был. Просто тряпка висела, или занавеска…
   «Корзину» с мечом он из-за спины перекинул на бедро, а потом и вовсе взял в руки. Без меча с друхметровым противником говорить не о чем. Дядька же, напротив, заговорил, нехорошо улыбаясь, потирая руки и вообще — всем видом показывая, как он Лерке рад. Заткнулся он, только когда Лерка вытащил из «корзины» ножны с мечом, и повесил их на пояс. Замер, вглядываясь, затем хохотнул. Не поверил.
   — Всегда так, — с досадой сказал ему Лерка, обнажая меч, — вот Яла — она сразу поверила, а толку-то? А вот когда надо…
   На бедре у гиганта красовался пудовый ятаган, и он все также улыбаясь, его освободил. Не выхватил, а именно освободил, там сбоку была специальная защелка, собственно, оружие покоилось не в ножнах даже, а в креплении на поясе. Леркиному противнику было смешно. Его, взрослого, и видимо, профессионала, собирался атаковать двенадцатилетний пацан, настолько глупый, что в качестве оружия выбрал опасный оркский сувенир.
   Леркин же меч рвался в бой. Главное — никого не убить, подумал Лерка, и меч, поняв, что развлечение отменяется, приуныл. Ненадолго, впрочем, на секунду. Он вообще напоминал Лерке жизнерадостного щенка, которому все равно, что делать, лишь бы резвиться. Хотя все-таки, это был черный меч.
   Лерка сделал шаг вперед, обманное движение, и двойной захват. Ятаган воткнулся в стену, а громила сел на пол, смешно скосив глаза — чтобы лучше видеть приставленное к кончику его носа острие. Лерка думал, что все победа. Ошибся. Его противник на деле доказал, что он умеет принимать решения, и быстро проводить их в жизнь. Он резко подался вперед, слегка, на пару сантиметров, но этого хватило, чтобы катана расцарапала ему кончик носа. До крови. Теперь, по рассчету этого дядьки, Лерке полагалось забыть обо всем на свете, и вступить в поединок с мечом — на самом деле, хорошее решение. Сам же дядька встал, и не торопясь направился к своему оружию. И очень удивился, когда Лерка легонько ткнул его в спину между лопаток.
   Похитителя, полностью утратившего боевой пыл, при виде «демона с черным мечом», уложили лицом вниз и тщательно связали снятыми с ребят веревками. Затем Лерка потребовал объяснений.
   — Они получили сведения из Иситрара, — сказал Андрей. — Этот тип говорил довольно быстро, но я все равно понял. Кто-то из здешних командиров работает на…
   — На кого?
   — Не знаю, — признался леркин собеседник. — Кажется, он упоминал Черный остров.
   — Ну так давай спросим.
   Увидев, что черный меч опять извлекается из ножен, пленник приуныл, однако на заданные Андреем вопросы отвечать отказался. Пытать же пленника… Решили, что не стоит.
   — Пошли отсюда, — предложила в конце концов Лена. — А то остальные придут. Они вышли из гостиницы, и направились к Клерам, семье, жившей в хибаре на берегу реки. Действительно — старик со старухой. Леркин меч опять перекочевал в корзину, так что приняли они их нормально, даже накормили.
   — Что мы узнали? — спросил Лерка, когда они наконец оказались одни в кустах на берегу. Над рекой уже светили звезды, на той стороне, по тракту, двигались огни, звенело железо и скрипели колеса повозок.
   — Что тут есть предатели, — мрачно сказала Лена.
   — Раз. Но как они узнали?
   — Курьер из Иситрара…
   — Отправляется завтра, — сказал Лерка. — И неделю проведет в дороге.
   — Значит что же — магия?
   — Я не знаю. Очень похоже, разве что тут есть радио.
   — А значит, в Иситраре, наверное, тоже есть предатель? Как — для магии это надо, или они умеют напрямую следить?
   — Откуда нам знать? — удивилась Лена. — Кто же нам расскажет?
   — Дела… И кто-то, значит, захотел вас повидать. Почему — вас?
   — Я говорил с начальством про Вонталу, — предположил Андрей. — Мне, правда, тогда по шее дали, но могли ведь и сопоставить.
   — Ты один на один говорил? Если да, то мы знаем нашего предателя, задумчиво сказал Лерка. — Но с другой стороны — а Лену зачем захватили?
   — Она была со мной. Тоже демон.
   — Они знают, что она демон? И что ты? Откуда — вы же тут не умирали?
   — Они очень быстро поняли, что дети с таким акцентом, как у нас…
   — А! Да, действительно. Ладно. Теперь смотрите — вас везут — в Джиу?
   — Не уверен. Жалко, что этот тип так и не заговорил.
   — Жалко. Но если бы мы узнали, куда они шли…
   — Мы бы нашли того, кому мы нужны?
   — Нет, — сказал Лерка, — того, кто послал армию Вонталы громить Армарат, настолько мы ему нужны. Тому, у кого есть шпионская сеть, не хуже той, что мы пытаемся создать. Тому… Слушайте, ребята, вы уверены, что здесь нет Черного Властелина, как в «хоббите»?

Глава 21

   Следующее утро принесло неожиданные новости, новости, в свете которых вчерашняя попытка похищения стала выглядеть совершенно в другом свете. Вести пришли от ребят, окопавшихся на Черном Острове. Три корабля — три лучших корабля, флагманы эскадр, на рассвете вышли в море, взяв курс на Аталету. И что самое интересное — Толик Голиков, четвероклассник, был на борту одного из них в качестве глухонемого юнги. Хотя — какой там юнга. Клоун, у мальчишки на этот счет не было никаких иллюзий.
   Корабли шли за демонами.
   — Это — точно? — спросил Лерка. — Откуда?
   — Вся команда знает, — пожал плечами Толик. — Им, видите ли, интересно, как это можно человека повесить, а на следующий день опять повесить… Только об этом и говорят… Меня уже чуть не повесили — репетировали.
   — И кто ее ведет?
   — Геволом зовут. Какой-то хмырь в черном. Рожа злая. Но он на другом корабле, и я от него стараюсь… ну понятно. Он маг.
   — Сильный?
   — Да. Собака ему в порту не понравилась, так он на нее посмотрел, она сама в воду прыгнула.
   — Здорово… — Лерка вспомнил свой визит в клетку с овчаркой. — Сама… Я бы так хотел…
   — В воду прыгнуть?
   — Да нет — научиться… Сколько им идти?
   — До Аталеты — неделю. Там им к тому времени уже все будет готово.
   — То есть наших будут ловить?
   — Ага.
   — И кого уже поймали? Им же надо уходить из города, срочно!
   Оказалось, что поймали троих, за один лишь вчерашний день. Затем ребята поняли, что дело плохо, и отсиживались теперь в лесу, к востоку от города. Трое — двое семиклассников и девчонка из четвертого «А» — были в депрессии, и готовились к самому худшему.
   — По дороге могут повесить, — кивнул Лерка. — Раза три… А вот потом будет море… Кто у нас на Рталаге этом — Таня?
   Таня идею поддержала. Сомнений насчет ее исполнимости у нее не было пираты девчонку любили за скандальный характер, пожалуй, это было единственное место, где демона, зная, что он демон, принимали хорошо.
   — Я их соберу завтра же утром, там есть такой сигнальный колокол, сказала она. — И сообщу. Три флагмана с Черного Острова — да за такой шанс они что угодно сделают.
   — Стой, стой. — Лерка попытался затормозить вошедшую в азарт девчонку. Тут проблема есть…
   — Какая? — удивилась Таня.
   — А вот какая. В Илинори весть о том, что демоны нужны … кому то там… дошла за сутки, если не за пол-дня. Так?
   — А… — Таня, как всегда, поняла все с полу-слова. — А на борту — маг…
   — Сильный маг. Если среди пиратов есть шпионы — донесут, и эскадра… ну не знаю… уклониться попытается.
   — Да. Ясно. — Таня задумалась, затем кивнула. — Я поговорю с капитанами. С самыми лучшими. И объясню, что это — секрет. Все равно должно получиться, хотя, конечно, с общим сбором было бы вернее.
   — Почему — вернее?
   — У капитанов не было бы выхода, хочешь — не хочешь, а надо идти в поход.
   — Ясно. Ну… Ты постарайся. Ребят ведь там вешать будут.
   — Я вот что подумала, — сказала Таня. — Этот маг, если он не дурак, конечно, он их ведь допросит. Сразу, в первый же день.
   — Ох! — Лерка хлопнул себя по лбу. — Как же я…
   — Надо придумать, что им врать, только и всего. Но очень хорошо придумать. Куратора спросить, вот что…
   — И языковая проблема… — Лерка подумал, что этому самому Геволу не позавидуешь — допрашивать пленников, которые едва владеют языком. — Но главное — надо узнать, что ему надо. Вообще — от нас.
   — Как это — что? — удивилась Таня. — То же, что и остальным городам информацию.
   — Хорошо, а на леров они почему пошли?
   — А какая связь?
   — Не знаю, — признался Лерка. — Нету связи. Но… очень уж быстро они с леров на нас переключились. Если бы связи не было, то понаблюдали бы, хоть немного… Пораскачивались бы… А то — на следующий день. Три флагмана. Два города… Да их всего два, плюс Джиу, по эту сторону материка. Но в Джиу наших нет.
   — Плюс Крепость.
   — Кстати, надо предупредить ребят в Крепости.
   — Уже, — усмехнулась Таня. — Не ты один такой умный.
   — Да… — Лерка мрачно посмотрел на расстеленную перед ним карту мира. Почему у нас нет знакомого дракона на востоке?
   — Дракона натравить на эскадру? Хорошо бы… Но пираты тоже справятся, ты не волнуйся.
   — Сегодня Семен Семенович опять читает лекцию, посоветуемся, — сказал Лерка. — Не нравится мне эта ситуация. Ну допустим, сейчас ребята ушли из городов. Так ведь — осень. Дожди скоро пойдут, потом зима…
   — Не паникуй, — строго сказала Таня. — Через пару недель прибудут гонцы из Иситрара, все может быть изменится.
   — Надеюсь.
   Гевол был недоволен. Он стоял на палубе «Молнии», самого быстрого и мощного из кораблей флотилии, и размышлял. Матросы, да и офицеры, предпочитали обходить стороной затянутую в черный бархат фигуру. Слишком страшно, даже для бывалых морских волков, и даже для присягнувших Злу.
   Гевол размышлял. Он лично допрашивал маленьких пленников, и довольно легко сломил их сопротивление. Дети… Интересно, что они запоют, когда за них возьмется Орта, прозванный грозным отнюдь не за душевную мягкость… Дети рассказали о бедной стране, расположенной неизвестно где… И они не знали ничего ни о рыцаре Света, ни о Пророчестве.