Смерть в Египте не была событием, которое требует непременной регистрации в государственном учреждении. Она воспринималась как трансформация одушевленного естества, как одна из многих метаморфоз. После кончины важного лица было принято совершать определенные ритуальные действия, продлевающие его личное бессмертие, – но не напоминать о нем непосредственным образом.
   Вот почему после смерти царицы скульпторы эль-Амарны подкорректировали многие ее изображения, придав им сходство с ее дочерью Меритатон, которая стала теперь «первой дамой» страны.
   Если имя Нефертити в ее «тенистом павильоне» («сени») повсюду заменили на имя Меритатон, то вовсе не потому, что царица впала в немилость или посмела выступить против царя; эта замена имен имела символический смысл. Как подчеркивает Олдред, функция «тенистого павильона» состояла в том, чтобы каждодневно обновлять жизненную силу и творческие способности царицы. Нефертити более не существовало – и святилище передали ее дочери, которая стала его законной владелицей и могла теперь каждодневно обновлять свою силу, выполняя тайные ритуалы женских сообществ Ахетатона.
   На протяжении нескольких месяцев Эхнатон потерял свою супругу и одну или несколько дочерей. Уже пораженный в самое сердце смертью Макетатон, царь очень скоро после этого должен был пережить и другое испытание – одиночество единоличного властителя. С самого начала распространения атонизма Нефертити неизменно была рядом с ним. Она разделяла его права и обязанности. И при всех обстоятельствах высказывала свое мнение.
   Свет Атона изливался на землю через посредство божественной четы.Лишившись Нефертити, Эхнатон уже не мог исполнять теологические и символические функции, которых требовал культ божественного Солнца.
   Ему не оставалось ничего иного, как взять себе соправителя.

Глава XXVI
ОТ ПЯТНАДЦАТОГО К СЕМНАДЦАТОМУ ГОДУ: КОНЕЦ ПРАВЛЕНИЯ

   Два последних года правления Эхнатона покрыты мраком. Дошедшие до нас источники немногочисленны и разрозненны. Ни один памятник не может быть точно датирован, что исключает сколько-нибудь последовательную историческую реконструкцию.
   Что же мы все-таки знаем?
   В конце четырнадцатого или в начале пятнадцатого года соправителем Эхнатона стал некий Сменхкара (его имя означает: «Упрочено каРа» [112]). Заметим, кстати, что в этом имени вновь упоминается Ра, а не Атон. Совместное правление длилось около трех лет, до смерти Эхнатона.
   Выбор соправителя фараона относился к числу важнейших государственных актов. Причины, которые побудили Эхнатона остановиться именно на кандидатуре Сменхкара, должны были быть очень серьезными. К сожалению, мы этих причин не знаем.
   Кто такой Сменхкара? Сын Аменхотепа III и одной из его второстепенных жен? Брат Тутанхатона? Сын Кийи? У нас нет данных о его происхождении. Ни в одном источнике не упоминаются ни его семья, ни родители.
   На известняковых стелах из эль-Амарны, которые ныне хранятся в Берлинском музее, два царя изображены бок о бок. Исследователи предполагают, что речь в данном случае идет об Эхнатоне и его соправителе. К сожалению, дальше предположений мы пока двинуться не можем, поскольку памятники не закончены. На них выгравированы царские картуши, но имена персонажей в эти овалы вписать не успели.
   Обратившись к сфере символики, мы сможем прояснить картину в гораздо большей мере. Если Эхнатон и Сменхкара были соправителями в политическом плане, то в плане религиозном они должны были образовывать чету, в которой старший фараон воплощал бы мужское начало, а младший – женское. Сменхкара действительно носил эпитет «любимый Эхнатоном», а чтобы ситуация стала еще более понятной для всех, присоединил к своему имени одно из имен Нефертити, то есть принял на себя символическую роль покойной царицы. Это имя – Нефер-неферу-Атон, «Совершенно совершенство Атона»; обычно в надписях оно предшествовало имени Нефертити.
   Джулия Сэмсон на основании только что упомянутой детали и некоторых других защищает крайнюю точку зрения, согласно которой Сменхкара никогда не существовал. Его образ в ученых сочинениях – следствие неправильной интерпретации источников, ошибок, переходивших из одной книги в другую. Вам нужен пример? Пожалуйста. Описывая каменный блок, найденный в Мемфисе в 1854 году, Николсон говорит об изображенных на нем двух персонажах, не поддающихся идентификации, «которые поклоняются Диску». На самом деле, на блоке нет ни Диска, ни лучей, ни упоминания Атона, то есть формальные доказательства в пользу его датировки амарнским периодом отсутствуют. И, тем не менее, в 1928 году Ньюберри, вслед за Борхардом, идентифицирует эти две фигуры как «Эхнатона» и «Сменхкара». И потом такая идентификация принимается всеми как окончательная истина. Вывод Джулии Сэмсон: Сменхкара – это не кто иной, как Нефертити, ставшая соправителем своего мужа.
   Редфорд и другие египтологи считают гипотезу Сэмсон неприемлемой. Нефер-неферу-Атон – не личное имя Нефертити, но теологический эпитет; кроме того, когда оно прилагается к Сменхкара, то пишется по-иному. Эхнатон просто символически передал эпитет покойной царицы своему соправителю – чтобы часть естества Нефертити продолжала властвовать над страной. Эхнатон на всем протяжении своего правления акцентировал темы андрогинности первотворца и божественности царской четы (которая одна способна постичь божественное первоначало во всей сложности его бытия).
   Точная роль Меритатон, старшей дочери царственных супругов, также во многом не ясна. На некоторых рельефах ее именем заменены имена Кийи и даже Нефертити. В пятнадцатом году она совершала культовые действия вместе со своим отцом. Была ли именно она обитательницей «дома любимицы»? Можно ли считать, что она не только унаследовала религиозные функции своей матери, но единовластно правила Египтом после смерти Эхнатона? [113]
   Выдвигалось предположение, что Сменхкара и Меритатон были супругами. В одной гробнице из эль-Амарны они, кажется, изображены вместе, [114]как царствующая чета. Можем ли мы признать, на том основании, что Эхнатон в этой сцене отсутствует, что он уже умер и перед нами – его наследники?
   В шестнадцатом году, ещё при жизни Эхнатона, Сменхкара, видимо, посетил Фивы. В городе Амона был обнаружен храм Сменхкара, где этот фараон, сохранивший свои «Атоновы» имена, тем не менее, изображен приносящим жертвы Амону. Граффито, датированное третьим (последним) годом правления Сменхкара, содержит молитву Амону, составленную от имени жреца и писца жертвенных даров бога Амона в храме Анх-хепру-Ра в Фивах(Анх-хепру-Ра – одно из имен соправителя Эхнатона).
   Какова была цель этого визита? Без сомнения, Сменхкара хотел подготовить возвращение царского двора в Фивы. Эхнатон к тому времени был либо тяжело болен, либо уже мертв. Пробил час, когда эксперимент с атонизмом должен был закончиться – без каких-либо особых потрясений.
   Переезд двора, государственных учреждений и высших чиновников требовал предварительной административной подготовки. Скорее всего, эта задача была возложена на соправителя Эхнатона. Закончив свою миссию, он исчезает со сцены. Умер или просто оказался не у дел?
   В шестнадцатом году, по приказу Эхнатона, египетская армия вступила на территорию Северной Сирии. [115]Фараон тогда еще оставался у власти. Сочтя, что хетты в своих притязаниях зашли слишком далеко, он, наконец, решил преподать им урок. Возможно даже, что войска под водительством генерала Хоремхеба атаковали Каркемиш. [116]Эта военная кампания способствовала укреплению безопасности Египта. Если у хеттов и были какие-то планы вторжения в Египет, они от них отказались, убедившись в боеспособности солдат фараона.
   Это было последнее известное нам официальное событие времени правления Эхнатона.

Глава XXVII
СМЕРТЬ ЭХНАТОНА И ПРЕЕМНИКИ ФАРАОНА

   Согласно Редфорду, Эхнатон мирно скончался в своей столице летом 1359 года до Рождества Христова. Если точность этой даты можно оспаривать, то первая часть утверждения египтолога кажется вполне правдоподобной: супруг Нефертити воссоединился с божественным Светом, из которого некогда вышел, не возбудив в Ахетатоне никаких особых волнений.
   Ни один документ не упоминает о смерти Эхнатона. В этом факте нет ничего необычного. Египетские тексты вообще очень редко содержат сведения о прекращении физического существования царя. Важным считалось другое – обеспечить путем необходимых ритуалов его переход к бессмертию.
   Эхнатон, вероятно, был похоронен в царской гробнице Ахетатона, где уже покоились тела Макетатон и Нефертити. Правда, как ни странно, до нас не дошло ни текстов, ни изображений, свидетельствующих о кончине последней.
   После трех лет совместного правления с Эхнатоном Сменхкара совершенно исчезает из нашего поля зрения. Меритатон, старшая дочь царственных супругов, тоже более не упоминается.
   Зато на исторической сцене появляется новый персонаж – юный Тутанхатон, «Живой образ Атона», которому в момент смерти Эхнатона было, вероятно, около десяти лет. Он провел свое детство в городе Солнца и, кажется, пользовался покровительством Нефертити. Именно этот мальчик стал новым фараоном, приняв имя Тутанхамон, «Живой образ Амона».
   Теперь магический акт свершился «в обратном направлении». Эхнатон некогда изменил свое имя, предпочтя Атона Амону. Новый царь отверг Атона, чтобы вернуться к Амону, и после своей коронации в Карнаке остался жить в Фивах.
   Кто же выбрал Тутанхамона в качестве наследника «четы» Эхнатона-Сменхкара? Мы этого не знаем. Может быть, сам Эхнатон. Может быть, коллегия мудрых сановников, обнаруживших в нем способности к государственному правлению. Может быть, сама Нефертити, «будучи великой супругой царя», успела до своей смерти назначить Тутанхамона престолонаследником.
   Переезд в Фивы и возврат к культу Амона не сопровождались никакими насильственными действиями. На одной стеле из Берлина мы видим Тутанхатона (еще не изменившего свое имя) в акте поклонения Амону-Ра. Поэтому нам не следует воображать себе распрю богов или месть Амона Атону. Переход от одного государственного культа к другому, должным образом подготовленный и в Ахетатоне, и в, Фивах, свершился в соответствии с нормальной ритуальной практикой возрождения древних культов.
   Тем не менее, в знаменитом эдикте Тутанхамона против Эхнатона как будто выдвигаются очень серьезные обвинения:
    Храмы богов… были близки к уничтожению, являясь развалинами, поросшими растениями; покои их (были) как то, что не являлось (на) свет, дворы их – дорогою пешеходной. Была земля как бы (в) болезни. Боги отвернулись (от) земли этой. Если молили бога, чтобы попросить вещь (то есть совет) у него, не приходил он […]. Если молились богине всякой (то есть какой-либо) равным образом, не приходила она совсем… [117]
   Что это – описание исторической реальности или нравоучительный вымысел? Ни то ни другое. В правление Эхнатона, в те немногие годы, когда в стране царил атонизм, храмы традиционных богов не подверглись разрушению и не пришли в упадок. Однако в момент смерти фараона над Обеими Землями нависла угроза гибели. Страна переживала период хаоса. Казалось, что смертоносный ураган проносится над Египтом. Существовала единственная возможность преодоления опасности: на трон должен был взойти новый царь. Благодаря восшествию на престол Тутанхамона хаос, согласно традиционным символическим представлениям, был изгнан из страны – и она вновь вернулась к первобытным временам, к «золотому веку».
   Каждое начало нового правления соответствует «первому разу» – то есть зарождению жизни, чистой манифестации гармонии.
   Фиванское жречество не вело никакой религиозной войны с приверженцами Атона. К последним, между прочим, относился и сам Тутанхамон. Этот фараон, правление которого было отмечено возвращением к имперскому богу Амону, первую половину своей жизни провел в городе Атона.
   «Люди, чьи имена известны» (иными словами, уважаемые члены богатых и влиятельных фиванских семей), заняли ответственные посты в гражданской и религиозной администрации. Те же, кто был обязан своими высокими должностями исключительно Эхнатону, вернулись к безвестности.
   Существует еще одно доказательство того, что между столицей Эхнатона и Фивами отношения были мирными – в гражданском и религиозном плане. Когда Тутанхамон после нескольких лет правления умер, можно было ожидать, что новым фараоном станет какой-нибудь фиванец, не участвовавший – ни непосредственно, ни косвенным образом – в опыте атонизма.
   Однако на самом деле случилось как раз обратное. На царский трон взошел Эйе – ближайшее доверенное лицо Эхнатона, царедворец, который не так давно повелел выгравировать на стенах своей гробницы «Большой гимн Атону».
   Некоторые специалисты видят в Эйе превосходный пример оппортуниста, умеющего приспосабливаться к самым трудным ситуациям: ведь этот человек, в свое время пользовавшийся милостями Эхнатона, смог, тем не менее, обрести расположение фиванцев. Обладая дьявольской ловкостью, он якобы плел коварные интриги и добился того, что амарнское прошлое не помешало ему прийти к власти.
   Это – слишком осовремененная, политизированная картина, чтобы мы могли принять ее на веру. Эйе, человек пожилой и опытный, пользовался славой мудреца скорее всего потому, что на всем протяжении своей «карьеры» соблюдал закон Маат. К тому времени, когда он стал преемником юного Тутанхамона, [118]у него уже не оставалось личных амбиций. Сторонник примирения враждующих сторон и человек уравновешенного характера, прекрасный знаток администрации и придворного этикета, Эйе мирно процарствовал около двух лет.
   В близком окружении фараона Тутанхамона, помимо Эйе, был генерал Хоремхеб. Когда Эйе умер, он взошел на престол, тем самым продолжив «амарнскую» линию преемственности.
   Хоремхеб выдвинулся как «сильная личность» после военной кампании в Азии, осуществленной по повелению Эхнатона, которому он верно служил. У него было много времени, чтобы приобрести опыт управления людьми. Став фараоном, он проявил себя не столько как военный, сколько как юрист. Он издал важный декрет, реформировав устаревшие законы, которые стали несправедливыми.
   Хоремхеб, возможно, был женат на сестре Нефертити; во всяком случае, он не испытывал никаких враждебных чувств к Эхнатону, своему прежнему господину. Он назначил верховным жрецом Ра в Гелиополе бывшего амарнского сановника, таким образом поддержав древнюю солярную традицию.
   Если в анналах египетских царей правление Хоремхеба следует непосредственно за правлением Аменхотепа III, вследствие чего Эхнатон, Тутанхамон и Эйе вообще «выпадают» из истории, то следует уточнить, что этим мы обязаны рамессидским летописцам, которые жили гораздо позже описываемых нами событий.
   Хоремхеб занял непримиримую позицию в отношении хеттов, однако никаких военных действий не предпринимал – хотя и повелел убить одного из сыновей хеттского царя, направлявшегося в Египет, чтобы вступить в брак с Анхесенпаатон, дочерью Эхнатона и Нефертити и вдовой Тутанхамона (которая, попросив себе в мужья иноземного царевича, совершила акт предательства).
   Как мы могли убедиться, преемственность царской власти после смерти Эхнатона осуществлялась мирным путем. Не было ни гражданской войны, ни противостояния приверженцев одного и другого бога. Больше того: люди, в свое время близкие к фараону, после его смерти в течение многих лет правили Египтом.

Глава XXVIII
ДВЕ ТАИНСТВЕННЫЕ ГРОБНИЦЫ

   Гробницы обитателей города Солнца высечены в скале, возвышающейся над столицей Эхнатона. Таким образом, предполагалось, что их владельцы будут вечно созерцать священную территорию бога Атона.
   Этот некрополь можно сравнить с некрополями Бени-Хассана, эль-Берше и Меира. Он имеет столь же величественный и благородный вид. Однако в связи с количеством гробниц, обнаруженных в этом месте (сорок три), возникает проблема: их явно слишком мало по сравнению с числом вельмож, владевших усадьбами в Ахетатоне. Разрешить эту загадку можно только одним способом – предположив, что право на погребение в некрополе Ахетатона царь предоставлял только высшей элите, в то время как все остальные чиновники сооружали свои «жилища вечности» где-то в других местах.
   Царскую гробницу обнаружил в 1891 году Барсанти – довольно далеко от столицы. Она расположена в лощине, в шести километрах от устья вади Абу Хаса эль-Бахари, к востоку от города. Трудно представить себе более дикое, унылое и уединенное место.
   Гробница настолько труднодоступна, что прошли многие годы, прежде чем английский египтолог Джефри Мартин смог осуществить научную публикацию содержащихся в ней материалов (публикация эта появилась совсем недавно).
   Чем был обусловлен такой выбор? Тексты не дают нам никаких указаний на этот счет. Должны ли мы предполагать, что царская семья, для которой предназначалась странная гробница, могла быть погребена только вдали от своих подданных и от столицы живых? Или она просто хотела сохранить место своего погребения в тайне? Или географическое местоположение гробницы было обусловлено какими-то соображениями символического характера, о которых мы даже не подозреваем?
   Эль-Амарна – это совокупность трех отдельных элементов: столицы Египта, расположенной на восточном берегу реки (тогда как территория Атона простирается и на другом берегу, в окрестностях Туна эль-Джебель); комплекса гробниц вельмож, высеченных в скале, которая доминирует над городом; и, наконец, царской гробницы, затерянной в пустыне, вне пределов видимости живых, в самом сердце «Красной земли». [119]
 
    Сестра царицы Нефертити Мутнеджмет в детстве. Прорись фрагмента рельефа из частной гробницы в эль-Амарне.
 
   С начала XVIII династии фараонов хоронили в знаменитой Долине царей. Последняя неотделима от фиванских храмов. Эти храмы, «дома миллионов лет», имели в качестве святая святых саму гробницу. Два элемента – царский храм и царская гробница – хотя и были разделены в географическом смысле, образовывали символическое единство.
   После строительства новой столицы, Ахетатона, Эхнатон уже не мог избрать местом своего погребения Долину царей. В символическом плане было очень важно, чтобы его вечное жилище находилось к востоку от города живых. Не представляла ли собой царская гробница истинную святая святых большого храма Атона?
   Гробница, обнаруженная Барсанти, к сожалению, не была нетронутой. Грабители чудовищным образом изуродовали ее. Однако Джефри Мартин после тщательного изучения археологических материалов сумел сформулировать целый ряд гипотез относительно характера сцен, некогда украшавших стены гробницы, а ныне почти полностью разрушенных.
   В оформлении гробницы нашли отражение все главные темы религии атонизма, и, прежде всего – тема поклонения царской семьи богу Атону. На плите из раскрашенного известняка, найденной в одной из комнат этой огромной гробницы, мы видим царя, который в сопровождении царицы и двух своих дочерей подносит цветы сияющему Диску. Лица и тела персонажей сильно деформированы, уродливы. Нефертити неузнаваема, ее облик производит отталкивающее впечатление. Все изображение в целом кажется карикатурой. Что это – набросок скульптора или своего рода ex-voto?
   Эта уединенная гробница принадлежала не одному царю. В ней было много комнат, предназначенных для царских детей. Именно там похоронили принцессу Макетатон. Ей выделили комнату, стены которой, расписанные сценами траура, напоминали о горе царской четы.
   В гробнице не обнаружили никаких следов традиционных мотивов заупокойного культа, осирической мифологии. Это «жилище вечности» целиком посвящено Атону и представляет собой законченный архитектурный комплекс, священное пространство, где, как предполагалось, царская семья должна была изменить свою природу под воздействием божественного Света.
   Джефри Мартина ожидал сюрприз. Позади царской гробницы он обнаружил еще одну. Второй памятник находится в слишком плохом состоянии, чтобы можно было прийти к каким-то определенным выводам. Тем не менее, мы вправе предполагать, что эта вторая гробница предназначалась для Нефертити. Вечное прибежище семьи фараона, сооруженное «в духе атонизма», состояло, следовательно, из двух элементов – и было точным архитектурным соответствием идеи посредничества царственной четыв передаче живым божественного Света.
Гробница 55 в Долине царей
   С этой гробницей связана одна из самых темных страниц в истории египетской археологии. Гробница была обнаружена в 1907 году экспедицией Дэвиса, совсем рядом с гробницей Рамсеса IX и современной гостиницей.
   Археологи раскопали коридор, заваленный разнообразными обломками, в том числе очень хрупких позолоченных ковчегов. Потолок был покрыт трещинами. Грунтовые воды попортили позолоченные панно.
   К сожалению, раскопки осуществлялись очень некачественно. Несмотря на присутствие квалифицированных египтологов, никто не вел точного и подробного дневника работ. Рассказы людей, посещавших гробницу, противоречивы. Часть находок, как кажется, была разворована. Никто не обратился к специалистам, которые могли бы произвести необходимые реставрационные работы. Перед приходом фотографов в гробнице «навели порядок» – и в результате мы не знаем первоначального расположения предметов.
 
    План царской гробницы в эль-Амарне.
 
   В древности гробница, вероятно, все-таки не была систематическим образом ограблена, так как в ней нашли довольно много золота. Более того, вход в погребальную камеру был замурован каменной стеной, которая осталась нетронутой. Гробница 55 могла бы поведать нам многое о событиях амарнской эпохи, если бы раскопки не велись с такой плачевной небрежностью.
   Множество исследований – как общего характера, так и специальных – было посвящено этой таинственной гробнице, в которой содержались любопытные и разнообразные вещи и которая, несомненно, еще в древности неоднократно подвергалась ревизиям и переделкам.
   На панно из позолоченного дерева (стенке ковчега) Эхнатон и его мать Тийа изображены в акте поклонения Атону. Фигура царя была намеренно изглажена, остался лишь ее контур. Этот ковчег (с медными гранями) Эхнатон повелел изготовить для похорон своей матери. Четыре помещавшиеся в нем канопы египтологи атрибутировали разным лицам – Тийе, Меритатон, Сменхкара. Дело в том, что на самих канопах нет никаких имен. На оттисках печатей сохранились картуши Тутанхамона. На магических кирпичах – картуши Эхнатона.
   В гробнице находился также саркофаг, установленный на ложе, украшенном резными львиными головами. Но ложе сгнило, и саркофаг упал на землю. Имена, некогда надписанные на саркофаге, уже не прочесть. Какой-то вор завладел золотой маской.
   Изучение текстов, как кажется, позволяет заключить, что «владельцем» этого погребения следует считать не мужчину, а женщину! А значит, мумия не может принадлежать Эхнатону. И действительно, специалист, работавший с мумией, идентифицировал тело как женское. Вывод напрашивался сам собой: археологи обнаружили последнее пристанище царицы Тийи.
   В1907 году Элиот Смит, тоже специалист по мумификации, доказал, что его коллега ошибся. Мумия принадлежит мужчине, который скончался в возрасте около двадцати пяти лет и при жизни страдал гидроцефалией (водянкой мозга). Неизбежный вывод: мы имеем дело с мумией Эхнатона; мы, наконец, получили в свое распоряжение тело, которому свойственны деформации, соответствующие тем, что отражены в амарнском искусстве!
   Однако третий специалист, Дерри, после нового тщательного исследования мумии убедительно продемонстрировал, что она не обнаруживает ни малейшего следа гидроцефалии. Умерший, следовательно, не Эхнатон, что подтверждается и его приблизительным возрастом в момент смерти. Ведь основатель Ахетатона определенно прожил не менее тридцати лет.
   Правда, в надписях гробницы упоминаются только Эхнатон и Тийа. Поэтому кажется неоспоримым тот факт, что изначально царь готовил гробницу для своей матери. Но была ли она действительно там похоронена? Мы этого не знаем.
   Мумия, весьма вероятно, принадлежит соправителю фараона, Сменхкара. «Женский» контекст саркофага не должен нас удивлять, потому что, как мы видели, Сменхкара выступал в роли «мистической супруги» Эхнатона. В этой связи очень показательно ритуальное положение мумии: ее левая рука согнута на груди, правая вытянута вдоль тела – поза, традиционная для цариц Египта!
   Открытие мумии Сменхкара подтверждает, что Эхнатон придавал огромное значение символике царской четы; амарнцы, которые хоронили корегента, помнили об этом и выбрали для него особую ритуальную позу, которая, несмотря на все прошедшие века, не оставляет никакого сомнения относительно его символической роли.