Лея, обрадованная происходящим значительно меньше гостей, повернулась к Хану.
   – Что, только одна я это заметила?
   Хан одарил ее улыбкой.
   – Я тоже заметил. – Он перевел взгляд на Веджа, который уставился на свое изображение по головизору; его лицо выражало что-то среднее между злостью и одобрением. – Борск блефовал.
   – В политике это называется превышением служебных полномочий, – указала Лея. – Он не имел права издать эту директиву самолично.
   – Возможно и нет, но он поступил верно. Мне кажется, ты именно этого и хотела.
   – Он сделал это не потому, что любит джедаев, – ответила Лея. – Борск не стал бы рисковать. Он мог потерять пост, и он по-прежнему рискует: Вики может выяснить, что произошло, и растормошить весь Сенат.
   – Этого не случится, – проговорил Ведж, приходя в себя. – Борск сам послал нас, чтобы посодействовать вам на Талфаглио. Никто из командующих, чьи голограммы светились в Сенате, не станет опровергать его слова – по крайней мере, не для того, чтобы оказать услугу Вики Шеш.
   Одновременно пискнули шесть комлинков, причем один из них принадлежал Веджу. Он отключил звуковой сигнал, после чего вместе с еще несколькими офицерами Новой Республики поднялся, направляясь к двери, ведущей в соседнюю комнату.
   – Извините, – сказал он. – Похоже, генерал Бедамир снова потерял своих любимцев-майноков.
   Хан и Лея почтительно улыбнулись. Когда он ушел, они переглянулись и пожали плечами.
   – Думаю, мы скоро узнаем, в чем там дело, – проронил Хан.
   Мысли Леи снова вернулись к Фей'лиа.
   – Сначала, он завоевывает расположение военных, посылая их на Талфаглио, потом оказывает услугу нам. – Она вновь перевела взгляд на головизор: на экране Фей'лиа устроил настоящее шоу, передавая в руки Люка закодированную карту безопасных маршрутов в орбитальном минном поле Корусканта. – Он укрепляет основы своей власти, Хан. Ему нужна поддержка джедаев.
   – А джедаям нужен он, – ответил Хан. – Мы все в этом завязли.
   – Я знаю. – Лею уязвляло то, что ее цели совпадали с целями Борска. – И это пугает меня больше, чем йуужань-вонги.

Глава 32

   Сосредоточившись на ритмичном пении Ваэкты, Цавонг Ла думал о жертвах Йун-Йуужаня, о глазах, которыми бог пожертвовал, чтобы создать звезды, и о щупальцах, из которых он создал галактики. Как поступали когда-то боги, так должны поступать и йуужань-вонги. Сегодняшняя победа замкнет с левого фланга клещи решающего наступления, и именно поэтому его левая рука легла сегодня под нож. Он понимал роль веры, как никто из его предшественников; благодаря этому он торжествовал там, где других ждала неудача или гибель.
   Вот почему Цавонг Ла призвал на “Сунулок” жреца Харрара, своего личного духовного наставника и единственного йуужань-вонга, советам которого он доверял. Он бы предпочел, чтобы Харрар самостоятельно провел ритуал, но нельзя было оскорблять Ваэкту. Сегодня Харрар будет стоять рядом как друг и свидетель, но не как жрец.
   Пока Ваэкта благословляла лапу раданка, которой формовщик собирался заменить отданную в жертву руку, Цавонг Ла смотрел на насыщенный парами сине-зеленый диск Борлейас, охваченный сверкающей сетью плазменных шаров. По всем параметрам этот мир был абсолютно бесполезен, но он являлся идеальной отправной точкой для нанесения удара по Корусканту и обороны собственных позиций. Неверные создали трехступенчатую систему орбитальной обороны: тяжеловооруженные платформы по внешнему радиусу, быстро наводящиеся на цель платформы внутри, а между ними пространство, перекрытое минами.
   Плазменный шар размером с небольшую луну наконец-то перегрузил щиты тяжеловооруженной платформы, превратив механическую мерзость в массу испаряющегося металла, но корабль-остров, нанесший этот удар, заплатил дорогую цену. Лучи турболазеров диаметром в метр сошлись на его корпусе, пробив защитную сингулярность, и выжгли четыре широкие дыры. Корабль отнесло в сторону, экипаж стало выбрасывать в открытый космос, а ракеты неверных, пущенные с платформ, довершили уничтожение.
   В поле зрения мастера войны показалась Сиф, его офицер связи, несшая наготове виллип Маала Ла: этот йуужань-вонг был весьма прозорливым офицером из домена самого мастера войны и являлся наместным командующим, ответственным за исполнение сегодняшнего триумфа. Хотя Цавонг Ла сумел разглядеть на лице своей подчиненной тревогу, он безропотно дождался, пока Ваэкта закончит ритуал, после чего указал на виллип.
   – Это разрешено?
   Ваэкта кивнула.
   – Боги никогда не гневаются на воина, исполняющего свой долг.
   Жрица стала возносить молитвы Йун-Йуужаню и другим богам, готовясь к посвящению жертвы мастера войны Великому убийце. Цавонг Ла повернулся к виллипу.
   – Твои офицеры чересчур осмелели, – заметил он.
   – Они стремятся заслужить вашу похвалу, – ответил виллип, изображавший крупного воина, чье тело было настолько обильно усеяно военными знаками отличия, что красные татуировки перекрывали наложенные раннее синие. – Я предупредил их, чтобы они не пытались снискать похвалу, рискуя кораблями.
   – Но сам ты – сторонник более смелой тактики, – предположил Цавонг Ла.
   – Я понимаю необходимость беречь корабли, мастер войны. Оборона Корусканта весьма крепка.
   Цавонг Ла удивился. Он ожидал, что после потери флагмана командующий будет настаивать на проникающем ударе с целью заложить довинные гравиловушки во внутреннем кольце защитных платформ. Тактика была весьма дорогостоящей, но она быстро расчистила бы путь к планете, обрушив минное поле на платформы. Если после этого останется достаточно сил, чтобы выполнить план, значит, подобную тактику можно использовать и на Корусканте с его гораздо более мощной системой обороны.
   – Твое терпение заслуживает похвалы, Маал Ла. – Мастер войны окинул взглядом битву; слабые отблески темно-алого огня изломанной линией обрисовали туманный силуэт темной луны, восходившей над горизонтом Борлейас. – Как дела на луне?
   – Неверные сопротивляются стойко, но их силы исчерпаны, – заверил его Маал Ла. – Довин будет сброшен на поверхность в течение часа.
   Они выслали три дивизии кораблей, чтобы разместить на черной луне Борлейаса гигантского довина-тягуна. Вместо того, чтобы столкнуть спутник с планетой, как поступили воины Преторит-вонг на Сернпидале, план подразумевал, что довин должен сорвать системы планетарной обороны. Оборот луны по орбите составляет тридцать два часа: это значит, что на выполнение плана понадобится более суток, но это позволит сохранить корабли и уберечь от неверных сведения о готовящемся наступлении на Корускант.
   Вытащив из ножен куфи-нож Цавонга Ла, Ваэкта, согласно ритуалу, начала отрезать кусок кожи с бедра формовщика, который должен был имплантировать лапу раданка на место запястья мастера войны. Понимая, что до начала церемонии осталось всего несколько мгновений, мастер войны внимательно посмотрел на виллип Маала Ла.
   – Ты хорошо справляешься, мой слуга. – Все же Цавонг Ла был втайне разочарован. Именно его привилегией как мастера войны было решать, что и как надо делать. Но раз битва началась, инициатива переходила к подчиненным. – Однако, мне кажется, ты хотел сообщить мне что-то другое.
   – Я бы никогда не потревожил вас, великий мастер войны, лишь для того, чтобы сказать, что все идет, как задумано, – ответил Маал Ла. – Йаммоск проинформировал меня о том, что его малыши улавливают гравитационные импульсы, исходящие с внешней стороны планеты.
   От удивления Цавонг Ла забылся и чуть не убрал руку из-под ножа. Йаммоск был военным координатором Маала Ла, разделявшим его мысли, а "малышами" именовались довины-тягуны, соединенные с системой сенсоров каждого корабля.
   – Гравитационные импульсы, мой слуга?
   – Они разнородны и беспорядочны, мастер войны, но это определенно какой-то шифр. Некоторые элементы напоминают наши. Детекторы масс определяют источник как бронированную космическую яхту вроде "Тени Джейд", корабля, участвовавшего в битве за Дуро и принадлежащего джиидаям.
   – Джиидаи! – По сообщениям шпиона Цавонга Ла, джиидаи были на Корусканте, занимались переоснащением флота. Чтецы заверили его, что джиидаи прибудут на Борлейас только через день после битвы. – Когда он вошел в систему?
   – Неизвестно, – ответил Маал Ла. – Но маловероятно, чтобы корабль был тут в момент нашего прибытия.
   – На чем основаны твои суждения?
   – Если бы джиидаи были здесь, они бы уже помогали обороне Борлейас. К тому же они бы использовали более безопасный способ связи. У них есть несколько способов, которые мы не смогли раскрыть, так что им вряд ли стоило так явно привлекать наше внимание, пытаясь в открытую связаться с планетой.
   – И ты уже выяснил, почему они пошли на такой риск? – осведомился Цавонг Ла.
   Лицо в виллипе выглядело смущенным.
   – Великий мастер войны, мое суждение в подобных вопросах подобно свечению жука перед заревом сверхновой звезды вашей мудрости, но что, если ваш шпион на Корусканте ездит на двух концах раджата сразу?
   Цавонг Ла затих, рассматривая подобную перспективу. Возможно, он недооценил Вики Шеш и она держала его за дурака… или республиканская секта обмана знала о ее контактах с йуужань-вонгами и намеренно скармливала ей ложную информацию… Не мог он принимать на веру и информацию ГолоСети, которую использовали чтецы, чтобы подтвердить рассказ Вики. Вражеская секта обмана могла сфабриковать эти данные так же легко, как его агенты внедрились в команду управления планетарными щитами.
   Пока Цавонг Ла размышлял о значении донесения наместного командующего, Ваэкта отрезала тонкую полоску кожи со своего бедра и, не останавливая льющуюся черную кровь, связала две отрезанные полоски вместе. Она возложила все это на церемониальную раковину гатага, благословила именем Йун-Йаммки и передала мастеру войны.
   – Минутку. – Цавонг Ла убрал руку из-под ножа.
   От удивления, смешанного с недоверием, глаза Харрара выкатились из орбит.
   – Ты просишь богов подождать?
   – Они поймут. – Цавонг Ла повернулся к Маалу Ла и спросил: – Это первое импульсное послание врага, которое мы перехватили, не так ли?
   Маал Ла кивнул:
   – По моим данным, да.
   – Тогда с чего мы решили, что они пытаются связаться с Борлейас? – Он перевел взгляд на Сиф. – Узнай, что случилось с йаммоском на Талфаглио, и передай приказ всем наместным командующим, что при угрозе захвата все военные координаторы должны уничтожаться.
   Сиф кивнула, ее глаза стали такими же круглыми, как у Харрара.
   – Будет исполнено.
   – Я пошлю боевую группу, чтобы захватить корабль джиидаев, – предложил Маал Ла.
   – Лучше проигнорировать корабль, чем сообщить джиидаям об их успехе, – заметил Харрар. Он повернулся к ножу. – А теперь, мастер войны… Боги ждут.
   – Еще секунду. – Цавонг Ла повторил предложение Харрара как приказ и добавил: – Я больше не хочу, чтобы луна делала нашу работу за нас. Пусть ударная группа заложит гравитационные ловушки.
   – Но Корускант? – у Маала Ла сделалось такое же потрясенное лицо, как у Харрара и Сиф. – Если вы правы насчет йаммосков, нельзя выдавать, что нам известен их секрет.
   – Может, и нет, но иногда светящийся жук прав, а сверхновая ошибается. – Вернув руку на место, Цавонг Ла обвел взглядом систему обороны Борлейас и наклонился вперед, чтобы под нож формовщика попадал весь локоть. – Нам еще многое нужно от богов – пусть они возьмут всю руку.

Глава 33

   Джейна взобралась на последнюю из длинной череды меловых дюн и на следующей гряде увидела имперский шагоход. Его белая кабина и бронированный корпус расплывались темным силуэтом на фоне еще более темного каньона. Девушка шепотом предупредила тех, кто шел за ней, об опасности, присела и достала световой меч. Меньше всего она ожидала увидеть на борту йуужань-вонгского "летающего мира" устаревший вездеходный бронированный транспорт Империи, но более сотни вылетов с Разбойной эскадрильей научили ее ничему не удивляться. Когда в кабине АТ-АТ зажегся фонарик, Джейна, подчиняясь боевым инстинктам, зигзагами скатилась с дюны.
   Девушка вновь ощущала странное эмоциональное онемение, которое часто охватывало ее в бою. Другие пилоты говорили о том, что их чувства как бы отделялись от них самих: обычно это происходило миссии за две до того, как они делали какую-нибудь глупую ошибку и позволяли шрамоголовым убить себя. Ее ощущения были ближе к спокойствию, к усталому равнодушию к ужасу и боли сражений. Она была бы рада отнести подобные чувства к своей вере в Силу, но это было не так. Ее реакция была эмоциональной броней, защищавшей от мучений, когда на ее глазах гибли друзья, и от страха, вызванного мыслью, что скоро настанет ее очередь.
   Джейна достигла подножия в облаке меловой пыли, перекатилась в последний раз и остановилась. Она приняла низкую боевую стойку и выставила меч, но тут до нее донеслось знакомое шипение.
   – Рукоятка, тебе нужно отразтить хвозт, – сказал Тизар Себатайн. – Может быть, тогда ты не будешь такой неуклюжей.
   Крэзов и Бела расхохотались.
   – Очень смешно, – огрызнулась Джейна. Несмотря на то, что Джейсен прекратил поддерживать боевое слияние из-за нарастающих разногласий в команде, она знала, что и остальные тоже мысленно посмеиваются. – Мог бы и не говорить.
   – А я могла бы оторвать чешуйки от моего сердца, – прошипела Бела, – но я этого не делаю.
   Снова послышалось шипение.
   Джейна вышла из мелового облака и увидела барабелов, Энакина и остальных джедаев; их комбинезоны были сняты и аккуратно сложены в защитные тюки, прикрепленные ремнями к спинам. В своих грязных пыльных плащах они скорее напоминали призраков, нежели рыцарей-джедаев. Команда устроилась вдоль стены каньона, зорко наблюдая за кораллами-прыгунами, которые без устали облетали окрестности, распыляя какой-то усыпляющий газ. Две пары отпечатков ног – из них одна большая, очевидно принадлежавшая вуки, – вели к следующей дюне по направлению к АТ-АТ.
   Открывшись Силе, Джейна почувствовала внутри шагохода Лоубакку и Джована Драрка.
   – Откуда здесь эта штука?
   – Дрессировщики очень дотошны, – объяснила Ломи. – У них целый город рабов, которые работают над захваченной техникой, чтобы приучить воксинов к "безжизненной мерзости". Они пойдут на все, лишь бы очистить галактику от джедаев.
   – В ангаре даже стоит звездный лайнер, – добавил Велк.
   Джейна представила, как многотонный корабль врезается в лабораторию клонирования.
   – Он же…
   – С него сняты энергетические преобразователи, – сказала Ломи. – Даже шагоходы и лэнспидеры работают на маломощных батареях вместо топлива. Они не могут удаляться от города.
   – Ясно, – вздохнула Джейна.
   Будь у них запасные части и время, они с Лоубаккой, наверное, смогли бы найти способ починить что-нибудь из этой техники, но ударная команда, проникшая на территорию "летающего мира" тридцать часов назад, не могла позволить себе предоставить йуужань-вонгам еще больше времени на поиски. Над меловым каньоном появился бледно-зеленый отсвет, и Джейна увидела изумрудный диск Миркра, поднимающийся над грубой оконной мембраной, которой был заделан двадцатиметровый пролом в корпусе "летающего мира". Она внезапно ощутила, как в ней открывается второе дыхание и исчезает волнение. Когда на небосклон поднималось новое светило, в ней всегда просыпалось такое чувство, будто она только-только встала из теплой кровати после долгой ночи.
   Голос Джована Драрка прожужжал с типичным родианским акцентом:
   – Сила благосклонна к нам сегодня. Батареи еще заряжены, но кабели питания изолированы минеральным секретом.
   По спине Джейны пробежала дрожь.
   – Секретом?
   – Похоже на колонию насекомых, – доложил Джован. – Лоубакка ее счищает.
   В наушниках раздался голос Джейсена:
   – Что за насекомые? – Хотя животные всегда интересовали ее брата, Джейна почувствовала, что он спросил не только из любопытства. – Если они выглядят как черви с ножками…
   – Это даже не улей, – произнес Джован. – Это просто маленькие мотыльки, абсолютно безвредные.
   – У йуужань-вонгов нет ничего безвредного, – прошептала Энакину Алима Рар. – Это ловушка.
   – Для тебя все ловушка, – возразила Тахири; в этот момент в кабине шагохода зажглись огни, осветив следующую дюну. – Почему бы Силе не помочь нам хоть раз? Мы все с удовольствием прокатились бы на этой машине.
   Энакин задумчиво посмотрел на Ломи.
   – Что ты знаешь об этом?
   – Это излишний риск. – Она указала туда, где каньон оканчивался отвесной стеной из йорик-коралла. – Мы уже почти на месте. Главная клонирующая лаборатория в километре за той стеной.
   – Пора бы уже, – буркнул Зекк, присоединяясь к остальным. – А-то я уже подумал, что ты просто тянешь время.
   Ломи неприязненно улыбнулась.
   – Ты поймешь, что я предпочитаю быстроте сохранность жизни, Зекк. В этом наши судьбы схожи.
   – До сих пор ее помощь оказывалась кстати, – добавил Энакин, недовольный вызывающим тоном Зекка. По контрасту почти со всеми джедаями, Энакин казался совсем не обеспокоенным тем, сколько времени у них занял переход через тренировочную зону. – Давайте проявим осторожность и обойдем шагоход стороной. Завершим миссию и уже через два часа полетим домой… в худшем случае, четыре.
   – Осторожность, Энакин, – усмехнулась Джейна. – Ты начинаешь говорить, как папа.
   Несмотря на жизнерадостную улыбку, Джейну тревожила самонадеянность младшего брата. Невзирая на потерю Улахи и двух дроидов и все попутные задержки, Энакин, казалось, решил, что ударная команда непобедима, и целый "летающий мир", полный йуужань-вонгов, не сможет остановить один-единственный отряд хорошо тренированных джедаев. Возможно, он был прав, но в Разбойной эскадрилье Джейна научилась не верить никаким гарантиям. Планы всегда ломаются… и всегда в самый неподходящий момент.
   Энакин кивнул барабелам, которые, казалось, не уставали от ходьбы; ударная команда снялась с места и начала взбираться на холм в облаке пыли. Джейна шла рядом с братом, раздумывая, не ткнуть ли его носом во все их проблемы. Перед отъездом с "Затмения" Улаха и другие, кто отвечал за тактику, подсчитали, что вероятность успеха миссии будет падать на два процента с каждым часом задержки: это означало, что к настоящему моменту шансы ударной команды приближались к нулю. Если прибавить, что йуужань-вонги предвидели их атаку – только этим можно было объяснить засаду и появление Ном Анора – то их шансы становились совсем микроскопичными.
   В подобных обстоятельствах отступили бы даже Призраки, но ударная команда не могла себе позволить вызвать подкрепление. Джедаи знали с самого начала, что любой флот, посланный им на подмогу, будет уничтожен либо в пограничных территориях, либо на подступах к Миркру. Энакин настоял на этой операции, видя в ней шанс спасти галактику, и он делал особый упор на том, что, если понадобится их выручать, джедаи уже будут обречены – и вся Новая Республика вместе с ними. Это пугало Джейну, но она была готова согласиться с братом.
   Когда они достигли верхушки дюны, Энакин позвал:
   – Джейна?
   Оглянувшись, она удивилась тому, что как вырос ее брат, каким красивым он стал… даже с двухдневной щетиной на покрытом пылью лице.
   – Да?
   – Почему ты не идешь в цепи? – Оглянувшись через плечо, он добавил так тихо, что ему пришлось использовать Силу, чтобы донести эти слова до сестры: – Ты хочешь что-то сказать?
   Она улыбнулась.
   – Да, – Потянувшись к брату, Джейна сжала его предплечье. – У тебя отлично получается, Энакин. Если наше дело выгорит, то только благодаря твоей уверенности и целеустремленности.
   – Спасибо, Джейна. – Энакин, наверное, хотел, чтобы его улыбка получилась дерзкой, но ей она показалась удивленной, с примесью облегчения. – Я знаю.
   – Ну, конечно. – Джейна рассмеялась, так сильно хлопнув его по плечу, что он споткнулся от неожиданности. Затем она добавила: – Просто будь все время начеку.
   Добравшись до вершины, они обнаружили, что смотрят прямо в транспаристиловое переднее окно АТ-АТ. Поначалу Джейне показалось, что внутреннее освещение работает не в полную мощность, но потом она увидела комбинезон Лоубакки, выглядывающий из-за панели управления, и поняла, что темнота не имела ничего общего с освещением. В воздухе было темно от роившихся мотыльков. Их было так много, что невозможно было разглядеть главный люк кабины: виднелось только еще более темное углубление в том месте, где начинался проход, ведший из кабины пилота в пассажирское отделение.
   Энакин немедленно включил комлинк.
   – Полосатый, что там у вас? Я же просил…
   В ответ Лоубакка коротко рыкнул. Его косматая лапа ударила по фильтерному кожуху на панели управления, разгоняя мотыльков.
   – Господин Лоубакка говорит, что он просто пытается извлечь необходимое оборудование, – перевел Эм ТиДи для тех, кто не знал ширивуук. – И пожалуйста, простите его за некоторую бесцеремонность. Мотыльки начинают кусаться.
   – Кусаться? – эхом повторила Джейна. Измерив взглядом расстояние до кабины, она начала концентрировать Силу, готовясь к высокому прыжку. – А как ты, Джован?
   Ответа не последовало, и Энакин переспросил:
   – Джован?
   Из-за панели показалась мохнатая голова Лоубакки, повернувшаяся к задней стене кабины. Прорычав что-то в проход, вуки поднялся на ноги, в его руке болтался еще один фильтерный кожух.
   – Джедай Драрк не отвечает, – доложил Эм ТиДи. – Господин Лоубакка видит его…
   – … свисающим из люка в брюхе шагохода, – встрял Тизар. – Крэзов дозтанет его.
   Лоубакка согласно кивнул, яростно расчесывая шею под воротником комбинезона. В следующую секунду он повернулся к панели управления.
   – Лоубакка? – позвала Джейна. – Что ты делаешь? Выбирайся оттуда!
   Вуки прорычал что-то о масках, тяжело опустился на колени и принялся за работу. Некоторое время была видна только его длинная лапа, которая неуклюже укладывала шланги с подключенными к ним фильтерными кожухами. Потом она исчезла за панелью и больше не появлялась.
   – О Сила, – проскулил Эм ТиДи. – Похоже, у господина Лоубакки неполадки в процессоре.
   Прибегнув к помощи Силы, чтобы вознестись на пять метров, Джейна перелетела с меловой дюны на крышу кабины и чуть не упала, когда позади нее приземлились Энакин и Зекк. Активировав меч, Энакин опустил лезвие в прорезь люка. Джейна направила меч вниз и начала вскрывать кабину с другого конца. Зекк упал на живот, свесившись на лобовое стекло.
   – Не могу поверить! – сказал он. – Он все еще пытается собрать маски.
   – Может, ему надоело таскать на себе бесчувственных джедаев? – заметила Ломи, прыгнувшая на АТ-АТ следом за ними. Она указала на две противоположные стороны люка. – Режьте здесь и здесь.
   Джейна и Энакин прислушались к совету, и их мечи звонко зажужжали, встретив сопротивление блокирующей системы люка и усилительных стержней.
   Пока они работали, в наушниках раздался голос Гэннера:
   – Джован жив, но у него кружится голова и его тошнит. Текли полагает, что сможет его спасти.
   – Спасти? – переспросил Энакин.
   – Ты должен это видеть, – вставила Тахири. – Я не знала, что родианцы могут так раздуваться.
   Побледнев, Энакин промолчал и сосредоточился на вскрытии кабины.
   – Какие будут приказы? – спросил Гэннер.
   – Нам нужно отступать и начать искать другой путь, – предложила Ломи.
   Энакин упрямо наклонил голову.
   – Никогда.
   Изнутри кабины послышался глухой удар, и Зекк выругался.
   – Хаттова слизь! Он без сознания.
   Лезвие Джейны с финальным резким шипением прожгло люк, и она убрала меч.
   – Энакин, может, стоит ее послушаться, – взволнованно сказала она. – Если это ловушка, они скоро буду здесь.
   – Ну и что? – Костяшки пальцев Энакина на рукояти меча побелели от напряжения. – Разве мы не джедаи?
   – Ценность жертвоприношения имеет границы даже для йуужань-вонгов, – отозвалась Ломи. – Они убьют нас прежде, чем мы достигнем лаборатории. Мы должны пойти в обход.
   – Я думал, мы потому и идем этой дорогой, – бросил через плечо Зекк.
   – Они нас ждут, – просто сказала Ломи. – Но есть и другие пути.
   – А если они будут ждать нас и там? – уточнил Энакин, разрезая последний сантиметр бронированного стержня.
   – Тогда мы будем искать следующий обходной путь, – ответила Джейна. Она знала, что со временем ситуация будет только ухудшаться, но она также знала и то, что подсчеты шансов на выживание не должны давить на решения Энакина. Это могло стать фатальной ошибкой. – Рано или поздно, но нам придется принять бой. Важно, чтобы это произошло на наших условиях, а не на их.
   Мягкое шипение разгерметизации подтвердило, что люк открылся. Энакин убрал меч и отступил назад, так и не ответив ни Джейне, ни Ломи.
   – Энакин! На нас по каньону идет пылевое облако. И я сомневаюсь, что это лэндспидер Новой Республики, – прокричал в ухе голос Гэннера. – Что нам делать?