— Эмералд, — начал он, делая упор на ее имени, — неужели так уж нужно пугать до смерти бедную девушку? — Он бросил многозначительный взгляд на Рида и стоявших рядом матросов, недвусмысленно давая им понять, что было бы верхом глупости предавать в этот момент огласке личность Кэтлин.
   Кэтлин горько усмехнулась:
   — Все будет зависеть от того, в каких она отношениях с капитаном Тейлором, — протянула она.
   Глаза Салли расширились и вновь, не дав ответить ряду, она выпалила:
   — Он мой жених! В скором времени мы собираемся пожениться.
   Кэтлин покачнулась, едва удержавшись на ногах от такого удара. Стремясь дать ей время прийти в себя, Жан вмешался в разговор, заговорив почти одновременно с Ридом, который поспешно произнес:
   — Я могу все объяснить. Салли…
   — Похоже, мы должны вас поздравить, мисс… — Жан вопросительно взглянул на девушку.
   — Салли Симпсон, — прозвучало в ответ.
   Кэтлин обрела наконец дар речи.
   — Насколько мне известно, двоеженство считается преступлением. Уверена, жена капитана Тейлора будет в восторге, услышав вашу новость, мисс Симпсон, — резко заметила она. — У вашего жениха также двое маленьких детей — или, может, вы этого не знали? Может, дражайший капитан забыл сообщить вам, что у него есть семья? — ядовито продолжала она, испепеляя взглядом девушку и Рида.
   — Но это же смешно! Послушай… — начал было Рид, но Салли оборвала его на полуслове.
   — О, он все мне о себе рассказал, — живо проговорила она. Как только у него появится возможность, он собирается развестись со своей женой и жениться на мне!
   Увидев, какой огонь вспыхнул в глазах Кэтлин при этих словах, Рид застонал и поспешно сказал:
   — Это не совсем так.
   Улыбка на губах Кэтлин напоминала гримасу.
   — Полагаю, вы с мисс Симпсон занимались не только сбором раковин во время своего затянувшегося пребывания в этом островном раю?
   — Но, Кэ… — начал было Рид.
   — Для тебя капитан! — резко оборвала Кэтлин мужа, прежде чем он успел произнести ее имя.
   Лицо Рида потемнело от гнева.
   — Капитан! — проревел он. — Скажи мне, как мне узнать, была ли верна мне моя дорогая супруга во время моего отсутствия?!
   — У нее, по крайней мере, есть то оправдание, что она считала тебя мертвым все это время! — рявкнула Кэтлин в ответ. — А какое оправдание можешь предложить ты?
   Глаза Рида превратились в щелочки.
   — Раз уж мы перешли на личности, может, ты мне скажешь, какие у тебя отношения с моим дорогим другом? — Он перевел свирепый взгляд с Кэтлин на Жана.
   Жан посчитал необходимым вмешаться.
   — Мне страшно не хочется прерывать столь познавательную во всех отношениях беседу, но я все же осмелюсь заметить, что солнце вот-вот скроется за горизонтом, а мы еще не закончили одно дело. — Обернувшись к Кэтлин, он сказал: — Твоя очередь забрать судно, если ты этого хочешь.
   При мысли, что корабль, который своим появлением перевернул в ее жизни все вверх дном, принадлежит, по существу, теперь ей, Кэтлин едва не затошнило.
   — Да я не возьму этот корабль ни за какие деньги! Забирай его себе, Жан, если хочешь, или пусти на дно!
   Жан был того же мнения, что и Кэтлин. Ему не нужен был корабль, вернувший в их жизнь Рида и вырвавший тем самым Кэтлин из его объятий навеки. Из-за этого проклятого судна он потерял женщину, которую, как он хорошо знал, будет любить до конца жизни. Итак, он коротко приказал своему помощнику:
   — Потопи его!
   Отвернувшись, Кэтлин схватилась за линь.
   — Ну все, мне пора. Меня ждут дела.
   За спиной она услышала голос Рида:
   — Идем, Салли. Я помогу тебе перебраться на «Волшебницу».
   Кэтлин резко обернулась. Лицо ее было багровым от еле сдерживаемой ярости.
   — Я не потерплю эту женщину на моем корабле.
   — Твоем?! — проревел Рид.
   — Да, моем ! — огрызнулась Кэтлин. — «Волшебница Эмералд» всегда была моим кораблем, кто бы ни был записан ее владельцем, мой отец или кто-либо другой. Она всегда мне принадлежала! Она была, есть и будет моей !
   — Молодая леди может перейти на «Прайд», спокойно предложил Жан.
   — Отлично! — бросила Кэтлин. — Если же ее не устраивает, она может добираться до дома своим ходом или отправляться на дно вместе с английским кораблем! Мне наплевать, что она предпочтет. Но на «Волшебнице» ее не будет !
   — А я отказываюсь перейти на «Прайд»! — твердо заявил Рид и, фыркнув, презрительно добавил: — Что ты скажешь на это, моя дорогая Эмералд?
   Кэтлин бросила на него гневный взгляд:
   — Ты, капитан Тейлор, можешь отправляться куда угодно, хоть к черту на кулички!
   И с этими словами она легко и грациозно перепрыгнула на свой корабль, предоставив остальным самим позаботиться о себе.

ГЛАВА 18

   Вскоре, проводив Салли, которая приняла мудрое решение путешествовать с Жаном на «Прайде», Рид возвратился на «Волшебницу Эмералд». Кэтлин он застал сидящей высоко на вантах, а у штурвала стоял Финли.
   Взобравшись вверх по мачте достаточно высоко, чтобы она услышала, Рид крикнул:
   — Я беру на себя командование «Волшебницей»!
   — Только попробуй! Я тут же перережу твою чертову глотку! — прокричала в ответ Кэтлин, чувствуя себя вполне способной на такое в этот момент.
   — Черт подери, Кэт! — проревел Рид. — Если бы ты позволила Салли плыть на «Волшебнице», мы могли бы прямиком отправиться в Саванну и прояснить все наши проблемы по пути туда!
   — Ха! — донесся до него короткий язвительный смешок. — Это уж точно произвело бы в Саванне сенсацию. Не каждый день такое прославившееся своими пиратскими рейдами судно, как «Волшебница», бросает якорь в ее порту. — Кэтлин наклонилась, пытаясь разглядеть мужа. — Может, ты не заметил, но этот фрегат зеленый, включая паруса и всю оснастку, и такого на море больше нет. Добавь к этому то, что на протяжении последних месяцев пиратка Эмералд развила в этом районе весьма бурную деятельность, заслужив тем самым себе громкую славу. — Понизив голос, Кэтлин промурлыкала: — Тебе действительно хочется, чтобы весь мир знал, что твоя жена на деле кровожадная пиратка, капитан Тейлор? Если это так, то пожалуйста, плыви прямо в Саванну, только без своей подружки!
   Рид скрипнул зубами, изо всех сил пытаясь совладать с собой.
   — Полагаю, мы направляемся на Гранд-Тер?
   — Вот именно! Мы заберем там Изабел, и ты сможешь выбрать себе любой из захваченных английских кораблей для путешествия в Саванну, если только не решишь подождать, пока «Волшебница» вновь не превратится в «Старбрайт».
   — Я не собираюсь задерживаться на острове моего бывшего друга дольше, чем это необходимо, — процедил сквозь зубы Рид.
   — Ты не имеешь никакого права злиться на Жана! — крикнула сверху Кэтлин. — Еще час назад никто из нас и не подозревал, что ты жив. Если кто и виноват во всем, так это ты !
   — Я мужчина, а не монах! — проревел Рид. — Мы торчали на этом острове год, черт побери! Чего еще ты ожидала?!
   — Слишком многого, очевидно, — огрызнулась Кэтлин. — Мне следовало бы помнить, что ты и двух недель не способен провести без женщины. Однако требуя от меня верности, ты, похоже, считаешь, что это правило не распространяется на тебя.
   Рид не выдержал.
   — У тебя была связь с Жаном?
   — Если и была, я тебе никогда этого не скажу! — прокричала в ответ Кэтлин. — Гадай теперь об этом до самой смерти!
   — Ты собираешься сидеть там вечно? — спросил подошедший к мачте уже под вечер Рид.
   — Вполне может быть.
   — Ты пропустила ужин.
   Кэтлин невесело рассмеялась:
   — У меня вдруг пропал всякий аппетит. Тебя это не удивляет?
   — Не очень. — Рид устало вздохнул и, желая переменить тему, спросил: — Что ты там говорила о захваченных судах на Гранд-Тер? Я не хочу одалживать корабль у Жана.
   — Они не принадлежат Жану. Они мои. По соглашению, которое мы с ним заключили, когда объединили наши силы, половина захваченных нами судов принадлежит мне. Помимо тех трех, что находятся сейчас на Гранд-Тере, я послала еще с полдюжины правительству в Вашингтоне в память о тебе и примерно столько же вошло в состав флота нашей судоходной компании в Саванне.
   Рид в изумлении присвистнул.
   — Черт возьми. Кэт! Ты что, решила собственноручно уничтожить весь британский флот?
   — Вот именно, — прошипела она. — Я так и решила с ними поступить за то, что они разрушили мою жизнь. Да смилуется Господь над моей душой, так как я убила много людей, стремясь отомстить за твою смерть… А ты все это время был жив! — Кэтлин горько рассмеялась. Внезапно ей в голову пришла мысль и она поспешила ее тут же высказать: — Единственным кораблем, который мы потеряли с начала военных действий, был «Кэт-Энн». Я не могла поверить собственным глазам при виде его обломков. Как, черт возьми, ты сумел это сделать, Рид Тейлор? Ты должен был провести его через любой шторм без особых повреждений, однако вот он лежит там, весь разбитый и искореженный — гордость флота моего отца, названный так в честь моей матери! — Кэтлин замолчала, пытаясь подавить рыдание.
   — Господи ты Боже мой! Но я же не нарочно наскочил на этот чертов риф! — воскликнул Рид. — Ты что, думаешь, мне очень нравилось сидеть на этом острове целый год?
   V Кэтлин вырвался короткий смешок:
   — Уверена, общество мисс Симпсон в значительной мере скрасило твое одиночество!
   — Как общество Жана твое? — бросил Рид.
   Единственным ответом ему было холодное молчание.
   Кэтлин была в полном смятении. В голове вертелись обрывки мыслей, а сердце, казалось, готово
   было выпрыгнуть из груди от переполнявших чувств.
   Вновь, как и год назад, жизнь ее в один день перевернулась. «О, Рид , — мысленно воскликнула она, уронив голову на скрещенные руки, — неужели ты вернулся лишь для того, чтобы мучить меня?! Что же мне делать? »
   Тогда, увидев вдруг перед собой Рида, она в первую минуту испытала настоящий шок, но потом ее охватила безумная, несказанная радость. Рид был жив! Ее любимый вновь с нею! Море не поглотило его навечно! Это чудо!
   Потом она вспомнила про Жана, а появление Салли Симпсон еще больше осложнило и без того непростую ситуацию, в которой она оказалась неожиданно для себя.
   Сейчас, сидя на «насесте» под самыми облаками, она чувствовала себя еще более несчастной и растерянной, чем в тот день, когда ей сообщили, что Рид пропал. «Жан , — простонала она про себя, — я никогда не желала причинить тебе боль
   Сердце разрывалось на части. Ей хотелось исчезнуть — просто взять и перестать существовать. Мысли носились по кругу, не принося никакого решения. Она чувствовала себя необыкновенно счастливой, зная, что Рид жив. Это было ответом на ее молитвы, тем, о чем она мечтала все эти долгие месяцы. Она знала, что возвратится с ним в Чимеру, к детям, несмотря ни на что. Ей необходимо было быть рядом с ним, постоянно видеть его, слышать, касаться — увериться окончательно, что он жив.
   Да, она была счастлива, и все же… Последнее время она все больше укреплялась в мысли, что радость всегда шла рука об руку со страданием. За счастье неизменно приходилось платить. Его надо было заработать, пролив прежде немало слез. Ей было жаль себя, Жана, даже Рида, который, несомненно, предвкушал более радостную встречу. Наконец-то можно выбраться с этого забытого Богом островка, где, скорее всего, было не слишком-то сладко даже в компании прекрасной мисс Симпсон, и найти свою жену в объятиях другого, к тому же лучшего друга! Конечно же, это причинило Риду боль. У Кэтлин не было никаких сомнений на этот счет. Она сама испытала потрясение, услышав бесцеремонное признание Салли Симпсон. Даже если юная блондинка и преувеличил кое-что в страхе за свою судьбу, факт оставался фактом: Рид изменил ей. Да он этого и не отрицал.
   «Интересно, — подумала Кэтлин, — сильно ли Рид был привязан к этой Салли Симпсон? Они были вместе почти год, а это очень большой срок. Любил ли он ее? Она, вне всякого сомнения, была красива; красоте ее не повредило даже то, что она столько времени провела вдали от цивилизации. И она была молода, на вид ей нельзя было дать больше восемнадцати! ..»
   А Жан? При мысли о нем глаза Кэтлин вновь наполнились слезами. Что он сейчас чувствовал? Она вгляделась в неясные очертания «Прайда» на фоне ночного неба. Жан спас ее, когда она находилась на грани безумия. Он научил ее вновь радоваться жизни и любить. Он стал необходимой частью ее жизни, и она любила его… но Рида больше. Рид был ее жизнью — воздухом, которым она дышала, ее сердцем, ее душой, ее кровью. Мысль о расставании с Жаном была раной в сердце, но потерять Рида еще раз означало бы смерть ее души.
   Ей было ужасно жаль, что прекрасная дружба, связывающая Рида и Жана, разорвалась. Они любили друг друга как братья, но, встав между ними, она разлучила их. Будут ли они когда-нибудь вновь друзьями? Способен ли был кто-нибудь из них одержать победу в этой безумной войне между любовью и собственническим инстинктом? Формально Кэтлин была повинна в адюльтере, и, однако, она совсем не чувствовала себя виноватой. По закону она принадлежала Риду, и тем не менее какая-то часть ее сердца отныне была навсегда отдана Жану. Она пришла к Жану, лишь окончательно уверившись в том, что муж для нее потерян, пришла к нему с любовью в сердце, хотя скорее умрет, чем признается в этом Риду. Да и что хорошего это принесло бы любому из них? Только причинило бы лишнюю боль и сделало Рида с Жаном врагами на всю жизнь. Кэтлин порадовалась про себя, что догадалась убрать из своей юты вещи Жана, прежде чем устроиться здесь, на своем «насесте».
   К чувствам боли и радости, одновременно владевшим Кэтлин в этот момент, примешивался и гнев. В то время как она изменила своему мужу, которого считала утонувшим, Рид вступил в связь с другой женщиной, полностью отдавая себе отчет о своей неверности. Он снова ворвался в ее жизнь без предупреждения, ожидая, что она тут же радостно раскроет ему объятия, несмотря на его предательство. Не успели восторги от их встречи улечься, как он моментально вновь стал прежним Ридом — высокомерным и требовательным собственником.
   Что же касается мисс Салли Симпсон, то это дело было совсем иного рода. Кэтлин не нуждалась в услугах предсказательницы, прекрасно зная и без нее, что ее ждет масса неприятностей. Эти белокурые волосы и голубые глаза привлекли бы любого, не только полного сил мужчину, оказавшегося вместе с ней на пустынном островке наедине! Кэтлин сразу же заметила, что, несмотря на свой небольшой рост, юная блондинка была сложена превосходно.
   «Господи , — подумала Кэтлин, — ну почему она не оказалась уродливой старухой с морщинами и бородавками на лице?! »
   С первого взгляда было видно, что Рид очень нравился Салли. Он принадлежал ей целый год, и, женат он или нет, так просто она его не отдаст. От мисс Салли можно было ожидать чего угодно! Кэтлин чувствовала, что под внешней беспомощностью и очарованием прекрасной блондинки скрываются острый ум и расчетливость. Обладая в избытке этими качествами, она без особого труда узнала их в своей сопернице.
   Кэтлин поморщилась, поняв, что в ней говорит ревность. Однако причина неприязни, которую вызывала в ней девушка, заключалась не только в ее ревности. В мисс Симпсон было что-то неестественное, фальшивое, говорившее, что она не та, за кого себя выдает. Если ее не обманывало чутье, под маской беспомощной женственности скрывалась жестокая маленькая интриганка, беспринципная личность, которая не остановится ни перед чем ради достижения своих целей. Как бы там ни было, с ее стороны было бы верхом глупости недооценивать мисс Салли Симпсон.
   А поэтому ни в коем случае нельзя допустить, чтобы Салли узнала, что Эмералд и жена Рида Тейлора — один и тот же человек. Это дало бы ей в руки козырь, которым она не преминула тут же воспользоваться с наибольшей для себя выгодой. В этом у Кэтлин не было никаких сомнений. Так что следовало соблюдать особую осторожность все то время, пока она будет с ними. Тем более, что, судя по всему, расстанется она с ними не скоро. Несмотря на все свои надежды, что, прибыв в Саванну, мисс Салли продолжит без задержки свой путь, Кэтлин в душе весьма в этом сомневалась. Эта девица была не из тех, кто легко выпускает из рук, что бы то ни было.
   «Господи, — подумала Кэтлин сонно, — как же я устала от всех этих мыслей !» Слишком многое произошло в ее жизни за короткое время, и организму требовался отдых. Веки ее дрогнули раз, другой, но так и не поднялись.
   В следующее мгновение, едва не свалившись, Кэтлин наконец решила сойти вниз. От долгого сидения ноги ее затекли, и спускалась она долго. Оказавшись внизу, она также медленно направилась в свою каюту. Перед дверью она остановилась, внезапно заметив пробивающуюся из-под нее тонкую полоску света. Должно быть, Рид находился у нее в каюте! Она застыла в нерешительности, не зная, пойти ли спать в другое место сразу же или сначала взять чистую одежду. Неожиданно из-за двери прозвучал голос Рида:
   — Входи, Кэт. Не стоит дрожать в коридоре всю ночь.
   Ее пальцы нащупали щеколду, и в следующее мгновение она шагнула в каюту, с грохотом захлопнув за собой дверь.
   — Никогда в своей жизни я не дрожала, капитан Тейлор! — проговорила она резко, прищурившись при виде растянувшегося на ее койке Рида в расстегнутой до пояса рубашке и без сапог. — Я вижу, ты устроился в моей каюте, как у себя дома!
   — А где же мне еще быть в первую ночь после встречи с моей любимой женой? — спросил он с самым невинным видом.
   — Я не собираюсь начинать с тобой какую бы ни было дискуссию, — сказала она устало, направившись к своему матросскому сундучку. — Мне хочется побыть одной. Если ты не уйдешь, тогда придется уйти мне.
   Внезапно раздавшееся в этот момент недовольное верещание заставило Кэтлин повернуть голову. В углу в своей клетке, накрытой тряпкой, сидел явно рассерженный Пег-Лег. — Что ты сделал с Пег-Легом?
   Она протянула руку, собираясь сдернуть с клетки тряпку.
   — Оставь его в покое! — рявкнул Рид. — Он был просто невыносим, поэтому я и накрыл его. — Рид бросил взгляд на свою руку. — Чертова птица меня клюнула!
   Губы Кэтлин раздвинулись в непроизвольной улыбке.
   — Это только лишний раз доказывает, что он великолепно разбирается в людях! — ответила она резко и вновь повернулась к своему сундучку.
   — Кэт! — В голосе Рида была снисходительность уверенного в себе человека. — Если ты думаешь, что сумеешь достичь двери раньше меня, можешь, конечно, попытаться, но предупреждаю, ты не покинешь этой каюты, пока мы не выясним с тобой кое-какие вопросы.
   Обманчиво расслабленная поза Рида не сулила ничего хорошего, и, прикинув в ужасе расстояние до двери, Кэтлин поняла, что совершила ошибку, войдя в каюту. Вздохнув, она на мгновение прикрыла глаза.
   — Хорошо. Хоть я и смертельно устала, думаю, ты не дашь мне отдохнуть, пока не добьешься своего. О'кей, давай поговорим.
   Кэтлин прошла к столу и опустилась на край. Ножны при этом звякнули, и, машинально сняв шпагу, она положила ее на стол. Затем, внутренне напрягшись, повернулась к мужу.
   Рид смотрел прямо на нее.
   — Как-то непривычно думать о тебе как о Кэтлин, с этими черными волосами. Так и хочется назвать тебя Эмералд. — Он на мгновение умолк. — Все то время, что я был на острове, я неизменно представлял тебя в Чимере вместе с нашими детьми. Твои рыжие волосы развевались по ветру, а изумрудные глаза искрились смехом.
   На губах Кэтлин появилась мечтательная улыбка.
   — А я, думая о тебе, все время забывала, что ты отрастил усы и бороду. Я видела тебя таким, только когда ты последний раз был дома… — Голос ее прервался, и в глазах появилось выражение несказанной муки.
   Взгляды их встретились, и на мгновение оба застыли не в силах оторвать друг от друга глаза. Тихо, будто боясь, что его слова разрушат чары, приковавшие их взоры к друг другу, Рид произнес:
   — Ты вернешься со мной в Чимеру, Кэт? — Это прозвучало одновременно и как вопрос, и как утверждение.
   Спрыгнув со стола, Кэтлин подошла к иллюминатору. Какое-то время она стояла там и вглядывалась в яркую звездную ночь, обхватив себя руками, словно пытаясь сдержать рвущуюся изнутри боль. Наконец она плотно сжала веки и кивнула, прошептав еле слышно:
   — Да.
   Она опустила голову, и ее черные блестящие волосы упали на лицо, совершенно закрыв его. По щекам градом катились слезы, и она слегка прикусила нижнюю губу, стремясь заглушить рыдания. Вид у нее был несчастный.
   Неслышно, как пантера, Рид скользнул к Кэтлин и встал у нее за спиной. Она почувствовала его присутствие только тогда, когда он сжал ей руки. Рывком он развернул ее, и она увидела на его лице выражение холодной ярости.
   — Слезы, моя сладкая? — в голосе Рида звучало презрение. — По утраченной любви, быть может?
   Молча Кэтлин покачала головой. Как могла она объяснить мужу, что плачет по всему — и по любви, с трудом приобретенной и тут же утраченной, и по миру, словно вдруг сошедшему с ума по злой иронии судьбы?
   Вконец разгневанный беззвучными рыданиями жены, Рид встряхнул ее за плечи.
   — Не лги мне! — прошипел он сквозь стиснутые зубы.
   В следующее мгновение, чертыхнувшись, он отбросил ее от себя и, отлетев, она упала на койку.
   От изумления Кэтлин даже не попыталась подняться глядя широко раскрытыми глазами на Рида. В два шага достигнув койки, он зажал ноги Кэтлин своими, не давая ей двинуться с места, и, наклонившись, схватил за волосы, заставив ее смотреть прямо ему в глаза.
   — Расскажи мне, что у тебя было с Жаном, — проревел он. Глаза его метали искры, и большой палец руки опустился ей на горло. — Отвечай, пока я тебя не задушил!
   Кэтлин ответила Риду яростным взглядом, слишком возмущенная в этот момент, чтобы пугаться.
   — У нас сегодня что, вечер взаимных признаний? — язвительно проговорила она. — Ты тоже жаждешь поведать мне, как проводил время на острове в обществе своей подружки? — продолжала поддразнивать мужа Кэтлин, хотя и видела по его подрагивающей щеке, что он едва сдерживается. — Ты к ней тоже применял тактику пещерного человека?
   Рид презрительно фыркнул:
   — В этом не было никакой необходимости. Салли не такая, как ты.
   — Уверена, тебе это пришлось по вкусу, — съязвила Кэтлин, стараясь не показать, какую боль причинили его слова.
   — Весьма! — отрезал Рид. — А теперь твоя очередь. Насколько покладиста была ты с Жаном? Чем ты завлекла его, своим знаменитым темпераментом или сладкими речами? — Рид с силой дернул Кэтлин за волосы.
   — Иди к черту, Рид Тейлор! — прошипела Кэтлин.
   — Возможно, я так и сделаю, моя любовь, но я заберу тебя с собой. — Он приблизил свои губы к ее рту. — Видишь ли, моя прекрасная распутная жена, ты принадлежишь мне, а я не отдаю никому того, чем владею. — В голосе его прозвучали явные нотки угрозы. — Тем более, я не делюсь ни с кем своим самым ценным приобретением.
   — Я не твоя рабыня, или лошадь, или…
   — Но ты моя! — оборвал он ее на полуслове.
   И как бы утверждая свое господство над нею, он впился в рот Кэтлин страстным поцелуем. Она извивалась всем телом, пытаясь освободиться, но он не отрывал своих губ от ее рта, в то время как его пальцы распускали шнуровку на ее корсаже. Проворно он стянул с нее жилетку и бриджи и, придерживая ее одной рукой, быстро разделся.
   Он навалился на нее всем телом, горячим и твердым по сравнению с ее мягкой атласной кожей, и вновь впился страстным поцелуем ей в рот, раздвинув языком губы. Его загрубелые пальцы держали ее крепко за подбородок, не давая ей кусаться.
   В горле Кэтлин застрял рвущийся наружу крик злости. Черт его побери! Он всегда так поступал с ней! Он всегда находил способ заставить ее забыть обо всем, кроме его прикосновения! Ей хотелось и дальше оставаться рассерженной — или нет? Под действием его ласк в ней медленно разгорался, казалось, навсегда потухший огонь, и вся ее борьба с собой и Ридом была явно обречена на неудачу. Словно издали до нее донесся голос мужа:
   — Не борись со мной, киска. — И прежде чем она успела ответить, он произнес с мольбой и мукой в голосе: — Пожалуйста, не сопротивляйся, любовь моя. Я так долго ждал этого момента.
   При этом нежном признании у Кэтлин пропало всякое желание сопротивляться. Она вся обмякла, губы ее жадно потянулись к его рту. Как же давно она не прикасалась к нему и как жаждала этого прикосновения даже в объятиях Жана…
   Она заблудилась. Заблудилась в мире, где существовали только Рид и желания, которые он пробуждал в ее теле. Вновь и вновь она повторяла его имя, совершенно себя не слыша. Она не почувствовала, когда он отпустил ее, но ее руки, едва оказавшись на свободе, тут же обхватили его за шею и прижали к отчаянно жаждущему телу. Прошло несколько томительных мгновений, и наконец, когда она уже думала, что сейчас умрет от сжигавшего ее желания, он овладел ею. У Кэтлин перехватило дыхание, и затем с губ Рида сорвался стон. Он начал ритмично двигаться в ней, и ее пальцы в такт этим движениям ласкали его спину и ягодицы. Перед закрытыми глазами Кэтлин словно расцвела яркими красками радуга, которую она уже и не надеялась увидеть в своей жизни. Наслаждение достигло апогея, и в следующее мгновение радуга рассыпалась ослепительным фейерверком, яркие краски перед глазами закружились в бешеной пляске…
 
   Кэтлин лежала неподвижно под Ридом, пытаясь разобраться в обуревавших ее чувствах. Когда же, какой момент, вновь и вновь спрашивала она себя, окончательно покорилась ему и, забыв о гордости, отдалась страсти? Глубоко внутри ее кричал, протестуя голос в попытке пробудить вновь чувство обиды и гнева, которые были так быстро забыты ею мгновение назад.