— Похоже, что так, Арни. Совсем житья не стало от пилотов разных там личных посудин.
   — Когда мы с тобой пришли работать в контору, Ник, частников было куда меньше, чем теперь!
   — Намного меньше!
   Не обращая внимания на реплики служащих, Скайт Уорнер подошел к столу, за которым сидел светловолосый. «Арнольд Ворсишманхабен. Отдел регистрации» — прочитал Скайт надпись на маленькой картонной табличке, приколотой к рубашке.
   — Господин Ворсишманхабен, мне нужно получить разрешение на вылет сегодня утром, — произнес Скайт, — здесь, — он указал на синюю папку, — собраны все необходимые документы. Осталось только поставить печать на карточку, разрешающую взлет, — Уорнер достал из папки бланк зеленого цвета, — и надлежащим образом оформить лист «Прохождения таможенной проверки». Хотелось, чтобы процедуры прошли без излишних проволочек. Я очень спешу.
   — Все очень спешат, — буркнул служащий, беря из рук Скайта зеленый квадратик картона, — все торопятся. У каждого срочное дело, не терпящее отлагательства. Одни мы ничего не делаем. Правда, Ник?
   — Конечно, — охотно отозвался темноволосый, — мы лишь просиживаем свои брюки в этом чертовом офисе и отрываем задницы от стульев, только когда в кассе выдают зарплату. Никому нет дела, что, прежде чем официально зарегистрировать вылет самой распоследней развалюхи, мы должны занести данные о корабле и экипаже на специальные карточки и исписать горы бумаги…
   — Это ведь пара пустяков — заполнить вручную несколько сотен карточек, — вставил Ник.
   — Потом, — продолжал Арнольд, — информацию нужно вбить в компьютер и отправить на центральную базу данных миграционного бюро и диспетчерской службы космодрома. Получив уведомление от диспетчеров, необходимо снова ввести ответ в карточку, присвоить ей порядковый номер, зарегистрировать в «Информационном отделе», а уж после этого убрать в ящик картотеки.
   — Мы давно просили прислать помощника, — сказал Ник, — но начальству выгоднее похоронить нас, когда я и Арни загнемся среди этих бумаг…
   — …чем расширять штат и тратить деньги на зарплату новым служащим.
   — Сегодня нам с Арни нужно зарегистрировать несколько тысяч пассажиров, отправляющихся в рейс на «Повелителе», но, конечно, это все ерунда. В мире есть дела и поважнее, чем работа каких-то двух придурков-клерков.
   — Господа, — сказал Скайт, которому весь разговор начал порядком надоедать, — я ничуть не умаляю значимости такой работы и очень уважаю ваш нелегкий труд. Но у меня тоже есть неотложные дела. «Триумфу» просто необходимо вылететь сегодня утром, иначе будут сорваны деловые договоренности. Мы рискуем не добраться в намеченный срок. Ведь во время перелета могут возникнуть непредвиденные ситуации, которые отнимут драгоценное время. По закону, вы должны оказать все возможное содействие в оформлении бумаг.
   — Смотри-ка, еще один умник нашелся! — воскликнул Арнольд Ворсишманхабен. — В последнее время, я смотрю, все очень умными стали, а, Ник?
   — Точно. Уж и шагу нельзя сделать без советов, что тебе нужно делать, а что не нужно…
   — Господа, если вы не окажете мне необходимого содействия, — раздраженно перебил Скайт, — я отправлю официальную жалобу на имя начальника центрального миграционного бюро города Плобитаун и подам иск в городской суд.
   — Без кляуз в вышестоящие инстанции точно не сделаешь и шагу… — вздохнул первый служащий. — Ладно, Ник, — Арни взял протянутый Скайтом зеленый бланк и стал что-то туда вписывать, — окажем содействие. Подойдите к господину Штиббельсону… — Арнольд, прищурившись, взглянул на лист бумаги, — мистер Уорнер… Мы с господином Штиббельсоном просто счастливы оказывать помощь каждому встречному…
   — Мы просто спим и видим, как бы оказать кому-нибудь содействие…
   Стараясь держать себя в руках и не выдать кипевшее в душе раздражение, Скайт Уорнер направился к столу, где сидел черноволосый. На груди у него висела табличка такого же размера, как и у Арнольда. Там было написано: «Ник Штиббельсон. Отдел регистрации».
   — Что ж, господин Уорнер, — произнес Ник с выражением судьи, зачитывающего подсудимому смертный приговор, — мне нужен бланк официального медицинского заключения карантинной службы космодрома о прохождении кораблем профилактической обработки с целью выявления и уничтожения опасных вирусов и бактерий.
   Мысленно Скайт Уорнер похвалил себя за то, что Догадался взять с собой эту бумажку.
   — Пожалуйста, господин Штиббельсон, — Скайт Достал из папки квадратную картонку розового цвета, — все документы в полном порядке.
   — Посмотрим… — Ник взял протянутый бланк с видом, словно ему пытаются всучить явную фальшивку, и углубился в чтение.
   — Порядок, Ник? — спросил со своего места Арни.
   — Все в норме.
   Арни дальше заскрипел пером, внося в документ новые данные.
   — Теперь я хотел бы взглянуть на резолюцию центральной таможенной службы спутника Блос. Не хочу обидеть, но на вас, мистер Уорнер, не написано, контрабандист вы или нет. А вдруг окажется, что вы находитесь в межгалактическом розыске?
   — За поимку преступника полагается хорошая премия… — мечтательно произнес Арни.
   — Возьмите, здесь все чисто. — Скайт протянул картонку фиолетового цвета.
   — Что ж… Посмотрим…
   — Ну, как там, Ник? Нормально?
   — Вроде порядок.
   — Чья стоит подпись?
   — Начальника таможни Блоса полковника Хендершота.
   — Тогда действительно порядок. Старая ищейка не пропустит иголку в стоге сена.
   — И последнее, господин Уорнер, — проговорил Штиббельсон, в упор уставившись на Скайта, как карточный игрок, приготовившийся извлечь последний козырь, — покажите корешки квитанций о своевременной уплате за место стоянки вашего звездолета на космодроме.
   — Без проблем. — Скайт протянул стопку листков, скрепленных канцелярской скрепкой.
   — Как, Ник? — Арни достал печать и приготовился поставить оттиск.
   — Все четко.
   Печать со страшным грохотом обрушилась на лист бумаги.
   — Тогда я, пожалуй, пойду, — сказал Скайт. — Дела.
   — Да, господин Уорнер, — откликнулся Ник Штиббельсон, — мы очень обрадуемся, если разные типы перестанут отвлекать нас по пустякам.
   — Таможенники придут проверить ваш трюм около десяти, — произнес Арнольд Ворсишманхабен, протягивая Скайту исписанный бланк, — и скажите им, чтобы сегодня же принесли протокол досмотра…
   — А то эти дармоеды, — вставил Ник, — взяли моду отправлять данные только через несколько дней…
   — Когда карточки уже размещены по картотеке…
   — А потом сиди и ройся в дурацких шкафах, отыскивая нужный бланк…
   — Как будто нам с Ником больше нечем заняться…
   — Как будто мы просто мечтаем целыми днями копаться среди бумаг…
   Скайт Уорнер, не дослушав, открыл дверь. На пороге он остановился.
   — С вами было приятно иметь дело, господа! — громко, чтобы слышали пилоты в холле, проговорил Уорнер и быстро зашагал по коридору в сторону лестницы.
   Космолетчики начали подходить к кабинету Арнольда и Ника. Скоро очередь в комнату стала длиннее, чем в офис Эдны Файф и Люси Кой.
   Приблизившись к звездолету, Скайт увидел на верхней площадке трапа Дерка Улиткинса. На Дерке красовалась модная накидка «Дождевик» такого же салатного цвета, как его пиджак. В одной руке он держал большой коричневый чемодан, а в другой огромный сандвич, завернутый в фольгу. Время от времени Дерк переступал с ноги на ногу, чтобы согреться.
   — Где ты так долго шляешься?! — воскликнул он, Увидев Скайта. — Я тут совсем замерз!
   — Где я шляюсь?! — раздраженно переспросил Уорнер. — Занимаюсь делами, к твоему сведению. Конечно, — с сарказмом продолжил он, — это ведь пустяки: бегать по чиновникам и подписывать документы, а с пустяками у нас, как всегда, возится Скайт. Все утро задаю себе вопрос: «Зачем я поднялся в такую рань, когда мог бы до сих пор валяться в постели?».
   — Но, Скайт…
   — Что «Скайт»?! Посмотри на часы, Дерк! Уже одиннадцать! Мы договаривались, что к этому времени будем на орбите Плобоя! Где тебя носит?
   — Понимаешь, Скайт, сначала я заехал в город. Купил кой-какого барахла в дорогу… зубочистки там и все такое… — ответил Дерк, показывая на чемодан. — Затем позавтракал.
   — Между прочим, у меня сегодня крошки во рту еще не было, — заметил Скайт.
   — Так угощайся! — воскликнул Дерк, протягивая другу недоеденный бутерброд.
   — Спасибо.
   Скайт взял бутерброд и повернул его необкусанным концом.
   — Теперь объясни, Дерк, почему ты торчишь здесь? Уж коли я пошел оформлять документы вместо тебя, можно заняться другими делами на корабле. Проверить системы жизнеобеспечения «Триумфа», приготовить завтрак, наконец…
   — Когда мы вчера пошли к Джо в «Падающую звезду», я забыл ключ в куртке…
   — Ладно, — Скайт набрал электронный код замка и отключил блокировку, — скоро сюда приедут таможенники.
   — Что им от нас нужно?!
   — Хотят осмотреть трюм.
   — Так он же пуст.
   — Попробуй объяснить это нашим чиновникам!
   — Хорошо, Скайт, — сказал Дерк, когда они прошли через пропускной шлюз, — таможенников встречу я.
   — Иди распаковывай вещи, — ответил Скайт, — груза у нас нет, поэтому таможенная проверка будет необременительной формальностью… Какую каюту займешь?
   — А где разместился ты?
   — Личные покои принца.
   — Хороший выбор. Тогда я буду жить в каюте капитана.
   — Договорились.
   Когда закончился таможенный досмотр и Скайт Уорнер захлопнул входной люк, стрелки часов показывали полдень.

Глава 3

   Окутанные туманной дымкой, небоскребы Плобитауна остались далеко позади.
   В стекле бокового иллюминатора рубки управления медленно уплывал в черную даль спутник Блос. Сейчас, когда «Триумф» удалился на довольно значительное расстояние от планеты, гигантская сфера спутника казалась не больше баскетбольного мяча. Свет звезд, отражаясь от стальной поверхности Блоса, создавал иллюзию, будто сооружение светится изнутри.
   На экране компьютера мелькали бесконечные колонки цифр и графические значки. Работавший за штурманским пультом Скайт Уорнер отвернулся от дисплея. В кресле навигатора Скайт безвылазно просидел более пяти часов с момента старта, прокладывая курс звездолета.
   Чтобы дать глазам отдых, Уорнер прошелся по рубке. В круглом помещении со сводчатым потолком, являющимся одновременно экраном визуального обзора и многофункциональным дисплеем, посередине находились три широких кресла с подковообразными пультами управления. Улиткинс развалился в одном из кресел. Он только что закончил вводить в электронный мозг автопилота координаты траектории движения «Триумфа».
   Пол отсека застилал синтетический полимерный паркет, заглушающий шаги. В центре покрытия красовался императорский герб — два дракона, держащие в когтистых лапах золотой щит с изображением белой имперской короны.
   Подойдя к иллюминатору, Скайт некоторое время неподвижно стоял, вглядываясь в далекие созвездия.
   Где-то там, среди бескрайних просторов Галактики, затерялась планета Доминанта. Планета, обещающая Скайту Уорнеру и Дерку Улиткинсу такое желанное богатство и благополучие. Навстречу «Триумфу» параллельным курсом двигался грузовой танкер. Скайт даже различил на длинном сигарообразном корпусе эмблему — зеленого жука, ползущего по красному шару. Танкер принадлежал известной нефтяной корпорации «Скарабей». Уорнер подумал, что скорее всего корабль летит из системы Ревегаса, где недавно обнаружили несколько богатых нефтью планет. А раз так, то звездолет проделал долгий и опасный путь в малоисследованном районе космоса.
   Скайт Уорнер посмотрел вслед удаляющемуся гиганту. Из кормовых дюз двигателя вырывались оранжевые протуберанцы раскаленных газов. Звездолет полным ходом шел к Плобою, спеша поскорее занять место у стыковочного пирса спутника Блос.
   Для экипажа «Скарабея» путешествие подходило к концу. Скоро они будут дома. У Скайта же с Дерком полет только начинается…
   Мимо левого борта «Триумфа» проплыл орбитальный пивоваренный завод братьев Толкер. Завод имел форму огромной пивной банки. Там, где у обычной емкости находилось отверстие, чтобы разливать напиток, спутник располагал большим люком. Люк то и дело раскрывался, чтобы выпустить из недр грузовые шатлы. Корабли в виде бочонков, выкрашенных в одинаковые зеленые цвета с золотистой надписью «ТОЛКЕР» на фюзеляжах, летели друг за другом, словно вереница толстых шмелей.
   Братья Джон и Дик Толкеры являлись признанными королями пива не только на Плобое, но, пожалуй, во всей Галактике. Рекламный ролик компании, снятый знаменитым режиссером и кинопродюсером Лунго Кристофером, получил «Золотую Туфлю» — главный приз ежегодного фестиваля коммерческих фильмов, а марка пива «Пьяный гном» — первую премию межгалактического конгресса в области качества.
   Скайт Уорнер наизусть помнил сюжет «шедевра».
   Два румяных, упитанных толстяка, лучась здоровьем и энергией, стоят на фоне сияющих горных вершин перед заснеженной пивоварней. В руках у каждого кружка с пивом. «Мы с братом всю свою жизнь варим пиво, — говорит один, — вы спросите, почему оно такое вкусное? С радостью отвечу вам. Во-первых, мы готовим наше пиво только из отборных и натуральных продуктов. Во-вторых, наш напиток производится по самым совершенным технологиям. В-третьих, по старинным рецептам. Где еще вы попробуете сверхсовременное, модное пиво, имеющее вкус настоящего древнего эля? Мы с братом варим пиво всю жизнь… Скажи им, Джон!»
   Несколько лет назад общественная организация «Чистый воздух» обвинила компанию «Толкер» в нарушении экологии и загрязнении окружающей среды. И, что самое интересное, сумела доказать это в суде!
   Братья были вынуждены перевести свое производство в открытый космос — туда, где до них не доберутся так называемые активисты различных псевдообъединений, ратовавших в конечном итоге за то, чтобы загрести в закрома «общества» побольше денег из чужого кармана. Постройка пивоваренной космической станции «Джон и Дик» стоила огромных средств. Но фирма могла себе позволить пойти на такие издержки, и все затраты с лихвой окупили себя. Теперь в рекламном ролике Лунго Кристофера вместо пейзажа заснеженных горных вершин братья стояли в скафандрах на фоне кратеров…
   — Скайт, ты полностью рассчитал курс? — отвлек Уорнера голос Дерка.
   — Да, Дерк, порядок. Можешь врубать гиперсветовые ускорители.
   До этого момента «Триумф» шел на «низкой» скорости маневровых двигателей. Пока звездолет не отошел от планеты на достаточно большое расстояние, где начиналось свободное от спутников пространство, инструкции по безопасности полетов категорически запрещали использование каких-либо ускорителей и систем подпространственных переходов. Нарушителей строго карали, начиная от крупных денежных штрафов и заканчивая конфискаций кораблей с тюремным заключением.
   Скайт подошел к радару, на экране которого степенно перемещались космические объекты, обозначенные точками.
   Толстое, выпуклое стекло экрана походило на большой застывший глаз доисторического чудовища. По иссиня-черной поверхности, пересеченной золотистыми линиями с цифрами координат, двигались две светящиеся отметки. Одна — танкер «Скарабей» — практически уже исчезла из поля видимости. Вторая направлялась через пространственный коридор ДИЭЛ-13-75 в сторону туманности Хвост Хамелеона. Пассажирский лайнер «Повелитель пространств» начинал очередное путешествие по Галактике.
   — Хочу задать тебе вопрос, Скайт…
   Дерк чуть отодвинул высокую спинку кресла и закинул ноги на пульт управления, словно находился за письменным столом. Сейчас он напоминал биржевого маклера, обдумывающего выгоды очередной сделки.
   Достав из кармана пиджака сигарету, Дерк протянул пачку Уорнеру:
   — Куда думаешь потратить свою долю, когда мы продадим «Триумф»?
   — Найду ближайшее казино и ухну все в рулетку, — пошутил Скайт.
   — Я серьезно спрашиваю… Если хочешь знать мое мнение — все эти казино придуманы для дурачков и простофиль. Сплошной обман, надувательство и пустая трата денег.
   — Пока еще не думал об этом.
   — А я для себя все уже решил.
   — И что же именно? — закуривая, с любопытством спросил Скайт.
   — Это мой последний выход в космос. Все. Баста!
   — Чем думаешь заняться?
   — Скайт, посмотри, как мы живем…
   — Судя по тебе, неплохо, — сказал Уорнер, оглядывая модный костюм Дерка.
   — Все это мелочи, — махнул рукой Дерк. — Я не об этом. Сколько себя помню, мы постоянно мотаемся по Галактике, словно неприкаянные. Довольствуемся случайно подвернувшимся заработком и впутываемся во всевозможные, сомнительные с точки зрения закона истории. Подчас рискуем собственными шкурами ради грошовой прибыли или чужих интересов. А наше жилище — железные отсеки космического корабля, которые в любой момент могут быть насквозь продырявлены шальным метеоритом. Лично я завязываю! Когда-нибудь все равно придется покончить с такой жизнью. Лучше это сделать сейчас, когда нам наконец повезло и богатство приплыло в руки!
   — Гм, — неопределенно буркнул Скайт.
   — Сам теперь стану боссом, — мечтательно произнес Дерк. — Куплю пяток грузовых кораблей среднего тоннажа. Сниму офис в Дистрикте. Дороговато, конечно, я понимаю, но что делать. Для начала можно взять совсем небольшую контору. Главное — шикарно обставить ее! Картины там всякие на стенах, кожаная мебель, ковер… охранник перед входом. Я и рекламное объявление придумал в «Плобитаун трибьюн». Послушай: «Транснациональная межгалактическая корпорация грузоперевозок Дерка Улиткинса. Быстро! Надежно! Безопасно!». А?! Как тебе?… По-моему, звучит!
   — Гм, — снова буркнул Скайт.
   — Потом куплю дом. Понимаю, что район Лакоста Генриnote 6 не потяну. Я ведь трезвомыслящий человек. Не какой-нибудь там фантазер. Куплю виллу на побережье, чтобы из окон открывался вид на океан. Найму личного водителя и повара. Мне надоело, черт возьми, запихивать в себя синтетическую кормежку! Хочу есть нормальные помидоры, выращенные на навозе, а не на гидропоне!
   Дерк Улиткинс даже зажмурился от открывшейся перед ним радужной картины: вот он сидит за огромным столом в личном кабинете, из верхнего кармашка дорогого костюма от знаменитого модельера Джулио Джионты торчит уголок платка модного салатного цвета. Дерк не спеша попыхивает сигарой, в кабинет заходит длинноногая блондинка — его секретарша — и приносит кофе со свежими газетами. «Ваши акции на бирже подскочили сегодня на пятьсот пунктов, мистер Улиткинс», — щебечет она… Дерк Улиткинс важно выходит из офиса. Охранник отдает ему честь. Дерк поднимается в скоростном лифте на самый верх небоскреба, где находится стоянка флаеров. Шофер, изогнувшись в подобострастном поклоне, открывает заднюю дверцу роскошного лимузина со встроенным баром и бассейном…
   — А знаешь что, Скайт?! Дерк вернулся к реальности.
   — Гм.
   — Можно сделать это… как его там… — Улиткинс наморщил лоб, вспоминая вылетевшее из головы слово, — «слияние капиталов»! Вот! — воскликнул он, щелкнув пальцами. — Тогда мы купим сразу десяток звездолетов. Можно даже не совсем новых. И аренда помещения обойдется дешевле, чем если каждый будет платить в отдельности. Главное — продержаться первое время. Потом бизнес начнет сам собой набирать обороты. А?! Как идейка?!
   — Честно говоря, я сам подумывал о чем-то подобном. С продажи «Триумфа» мы выручим не менее трех миллионов. Если деньги правильно вложить в прибыльное дело, то уже через год можно удвоить состояние, — сказал Уорнер и, поразмыслив, добавил: — Только секретарш придется нанимать двух.
   — Ясное дело. Пилотов для наших грузовых звездолетов можно подыскать на любой бирже труда.
   — Лучше в баре для вольнонаемных пилотов «Адмирал Армор». Дешевле выйдет.
   — Точно! А рекламу в «Плобитаун трибьюн» дадим такую: «Транснациональная межгалактическая корпорация грузоперевозок Дерка Улиткинса и Скайта Уорнера. Быстро! Надежно! Безопасно!».
   — И «в срок».
   — Правильно… Черт! — Дерк вдруг стал шарить по карманам. — Куда я их дел?
   — Что потерял?
   — Да свои зубочистки! Наверно, оставил в каюте.
   — Так сходи за ними, — предложил Скайт.
   — Пожалуй, я так и сделаю. Дерк вскочил с кресла и скрылся в коридоре. Скайт остался в рубке один. Он подумал о состоявшемся разговоре. Ему стало приятно от мысли о собственном деле — бизнесе, связанном с космосом, звездолетами, космическими полетами в другие миры — всем тем, что ему нравилось больше всего. Да, сегодня был нервный и напряженный день. Они с Дерком успели порядком утомиться. Наручный Универсальный Навигатор (НУН), являющийся одновременно часами и гироскопическим компасом (с памятью, автоматическим записывающим устройством пройденного маршрута и картой) показывал восемнадцать тридцать. В Плобитауне, наверное, уже вечер. Здесь же, в космосе, совсем не чувствуешь бега времени. Тебя постоянно окружает лишь холодное пространство с ослепительными россыпями ярких звезд и спиралями Галактик, над которыми не властны земные законы.
   Корпус звездолета слегка дрожал от вибрации работающих двигателей. «Триумф», рассекая дискообразным корпусом космическое пространство, стремительно уносился прочь, все дальше и дальше от Плобоя. Черная бездна словно проглатывала маленький корабль, посмевший бросить ей вызов.

Глава 4

   Через черное полотно космического пространства протянулась мерцающая дымка туманности Хвост Хамелеона. Голубовато-синее облако газовых скоплений подсвечивалось ослепительным сиянием звезд. Создавалось впечатление, что неведомая рука накрыла безбрежные просторы вселенной серебристой вуалью. Здесь, на «относительно небольшом» участке звездного неба, сконцентрировались несколько Галактик и горячих звезд-отшельников без планетарных систем. Некоторые Галактики соприкоснулись между собой настолько близко, что отдельные светила вступили во взаимодействие и начали взрываться, уничтожая планеты. Этим и вызывалось голубоватое свечение туманности: старые, умирающие звезды давали слишком мало света, а молодые излучали в основном только ультрафиолет.
   …Звездолет ослепительной стрелой пронизывал космос. «Триумф» летел на субсветовой скорости сквозь загадочную туманность. Яхта, управляемая в режиме автопилотирования, то и дело меняла скорость и траекторию полета. В зоне взаимного разрушения Галактик особенно остро возникала опасность столкновения с большими астероидами — остатками погибших планет. Как только огромные каменные глыбы, по размерам не Уступающие среднему спутнику, оставались за кормой, автоматика корабля уверенно возвращала звездолет на заданный курс.
   Скайт Уорнер сделал последнюю затяжку и, прежде чем раздавить окурок в пепельнице, прикурил от него новую сигарету… Это была уже пятая сигарета за последние полчаса, выкуренная подобным образом. Именно столько времени прошло с того момента, когда Уорнер заступил на вахту, сменив в рубке управления Дерка Улиткинса.
   Маршрутом, по которому сейчас двигался «Триумф», не пользовались уже лет десять. Он считался слишком опасным для перелетов. Во времена последней звездной войны между Империей и Союзом здесь применили эпидетермическую бомбу, что вызвало образование обширной пространственно-аномальной зоны. Кроме того, боевые действия уничтожили инфраструктуры планет, издавна являющихся перевалочными базами для космических кораблей и путешественников. Теперь транзитные пути переместились к самой границе туманности…
   Скайт Уорнер никогда не вводил в бортовую навигационную систему этот опасный маршрут, проходящий через Хвост Хамелеона. Скайт мог поклясться чем угодно.
   Он протянул руку к пульту управления и перевел работу бортового компьютера в режим речевого интерфейса:
   — Центральный компьютер, назови курс «Триумфа».
   — ДИЭЛ-55-69. Ближайшая звездная система DB-970, — ответил электронный голос.
   «Так и есть, — подумал Скайт, — курс изменен. Когда я прокладывал маршрут, то задал направление ДИЭЛ-69-55. Ошибка полностью исключена. Только один человек на корабле способен изменить траекторию полета, и, как всегда, он не посоветовался со мной».
   Скайт Уорнер даже не стал утруждать себя выяснением вопроса: когда именно произошли изменения в системе навигации? Он встал из-за пульта управления и покинул рубку. Скайту много чего хотелось высказать Дерку, и сделать это он собирался прямо сейчас.
   От громкого храпа, казалось, дрожат переборки. Скайт Уорнер резким ударом ноги распахнул полированную дверь капитанской каюты, где спал Дерк.
   Улиткинс лежал, вытянувшись на широкой кровати. У самого изголовья висела кожаная кобура с бластером, так, чтобы в случае опасности хозяин мог быстро дотянуться до оружия рукой. Рядом с койкой, на тумбочке, в беспорядке валялась одежда.