— Кит!
   Разведчик уже подбегал к Вратам. Задохнувшись от отчаянного усилия, из последних сил нырнул вперед. Он свалился на Малькольма как раз в тот момент, когда Врата закрывались с ревом товарного поезда. Тут уж Малькольм не удержался и упал на твердый бетон. Кит злобно выругался и схватился за поврежденную в прыжке руку. Треск огня и густой едкий дым привели Малькольма в чувство. Один из тотемных столбов в лавке Фила Джонса загорелся от брошенного Китом факела. А из другого торчала короткая арбалетная стрела, вся в крови и кусочках плоти Кайнана.
   И тут Врата закрылись, как будто их никогда и не было.
 

Глава 20

   Через мгновение автоматически включилась система пожаротушения. Комната заполнилась густым облаком четыреххлористого углерода.
   — Скорее! Уходим! — закричал Кит.
   Они с Малькольмом бегом перенесли Кайнана в кабинет Фила Джонса. Марго бросилась к телефону вызывать «скорую помощь». По пути ей пришлось преодолеть препятствие в лице самого Фила Джонса. Тот поднял крик, что они погубили его мебель и интерьер, его бизнес и саму его жизнь. Поскольку он никак не замолкал, ей пришлось вытолкать его в его собственный демонстрационный зал. Последнее, что успел заметить Малькольм, — она стояла на нем.
   В кабинете Кит сорвал с Кайнана рубаху и пытался остановить кровотечение, пережимая артерию. Малькольм стащил с себя шерстяную сутану и вырезал из нее широкую полосу.
   — Вот, держи!
   Они наложили повязку и продолжали пережимать артерию рукой. Кайнан застонал. Его веки вздрогнули и приоткрылись. Остекленевшим взглядом он с трудом поймал взгляд Кита:
   — Мой господин… Я… умираю…
   Слабым движением он стал искать руку Кита.
   — Нет, — произнес Кит решительно. — Ты не умрешь, Кайнан Рис Гойер. Я не позволяю тебе умереть.
   — Уф, — обессилено выдохнул Кайнан, и глаза его снова прикрылись. — Моя жизнь… принадлежит тебе…
   Кит подумал, что, похоже, нашел самые подходящие слова. Возможно… Конечно, это только предположение… Но ведь Кайнан искренне верит, что его суверен способен творить чудеса! А вдруг благодаря своей вере он сможет выжить? Ну хотя бы до прибытия «скорой помощи»…
   Вой сирены «скорой помощи» показался Малькольму самым желанным звуком с тех пор, как недавним африканским вечером он услышал рев открывающихся Врат. И через минуту в комнату влетела запыхавшаяся Рэчел Айзенштайн со своим напарником.
   — Арбалетная стрела, — сообщил кратко Кит.
   Рэчел споро и ловко взялась за дело, наложила тугие повязки, поставила капельницу и сделала противошоковый укол.
   — Приготовьтесь к операции на грудной клетке, — произнесла она в радиотелефон. — Случай тяжелый!
   — Вас поняли, готовим, — немедленно ответили из больницы.
   Они осторожно уложили Кайнана на каталку и быстро, но аккуратно доставили его к машине.
   Когда мужчины вернулись в пропахший дымом магазин, там воцарилась непривычная и какая-то гнетущая тишина. Кит тщательно вытирал лоб тыльной стороной окровавленной ладони. Малькольм прислонился к столу Фила и массировал ребра, которые болезненно ныли в том месте, где на них приземлился Кит в своем отчаянном последнем прыжке через Врата. Никто не решался прервать молчание.
   Наконец начал Кит:
   — Малькольм…
   Гид поднял глаза. Знаменитый жесткий и бескомпромиссный взгляд Кита, который он использовал очень редко и которого боялись все, сейчас был направлен прямо на него. Малькольм мигнул. «Ну, ты ведь сам этого ждал».
   — Ну, — спокойно предложил Кит, — давай рассказывай.
   — Что ты хочешь от меня услышать, Кит? Я… конечно, я чувствую себя страшно виноватым, никогда еще так себя не чувствовал. Я обманул доверие друга… Мне нет оправданий, Кит. Поэтому я даже не стану их искать. Но ты знаешь, может, это звучит смешно и неуместно, но я был уверен, что ей перевалило за девятнадцать… а вовсе не семнадцать. И… и черт побери, эта упрямая маленькая идиотка что-то со мной сделала, не знаю…
   Кит фыркнул.
   Малькольм в растерянности переступил с ноги на ногу и снова прислонился к жесткому краю стола.
   — Ты знаешь, она была обижена кем-то. Страшно обижена. Если я когда-нибудь узнаю, кто ее обидел, я прикончу его. Понимаешь, за всеми ее драками что-то стоит. Это не просто так. Не знаю что, но есть какая-то общая причина. Я видел это каждый раз… Первый раз в Лондоне, потом в Брайтоне. Затем в Риме… — Он чертыхнулся. — Мы оба были слегка под газом. А она так хорошо себя вела, и я был так горд ею, и потом…
   — Хватит. — Кит поднял руку. — Пожалуйста. Малькольм замолчал. Затем продолжил еле слышно:
   — Это, может быть, и не имеет для тебя значения, но у меня и в мыслях ничего такого не было. Кит, прости меня, черт побери! Я вовсе не собираюсь тебе обещать, что откажусь от моих чувств к ней. Но я страшно сожалею, кАк я все это сделал… Если только это может кого-то утешить… Ты знаешь, я прожил девять дней в настоящем аду, думая, что убил ее. — Он пытался найти еще какие-то слова, но лишь повторил то, что уже говорил: — Я виноват, Кит.
   — И я тоже, — тихо вздохнул его бывший друг.
   — Я… наверное, мне лучше уехать на другую станцию…
   — Малькольм.
   Гид запнулся, готовый выслушать любой упрек.
   — Малькольм, исходя из моих правил, я должен бы свернуть тебе шею, сам знаешь. Но, по правде говоря, меня подбивает наказать тебя еще хуже. Засунуть тебя в «Новый Эдо», менеджером! Ведь наказание должно быть соразмерно преступлению в конце концов. Ты действительно заслужил такую работу — всю эту писанину, аудиторов, ревизоров и…
   Малькольм вздрогнул, абсолютно ничего не понимая:
   — Но…
   Кит слабо усмехнулся и продолжил:
   — Я немало думал и решил, что во всей этой истории есть и положительная сторона. Неплохо уже одно то, что у нее все-таки хватило ума выбрать такого, как ты…
   Малькольм просто не знал, что ему на это сказать.
   — Ведь на твоем месте мог оказаться и Скитер Джексон в конце концов, — закончил мысль Кит.
   И тут Малькольм обрел наконец дар речи. Он ругался без передышки минут пять. Кит был искренне и глубоко потрясен.
   — Откуда ты такого набрался, парень?
   Малькольм выдавил бледную улыбку, беря себя в руки:
   — Поверишь мне или нет, подслушал у одного преторианского гвардейца в день убийства Калигулы!
   — Правда? Когда-нибудь ты обязательно расскажешь мне, и подробно, во всех деталях, как это было.
   Взгляд Малькольма ушел куда-то вдаль, за пределы маленькой лавки Фила Джонса.
   — Может быть, и расскажу. Правда, я не уверен, что когда-нибудь смогу рассказать кому-нибудь всю эту историю.
   Кит прочистил горло.
   — Я знаю это ощущение, — пробормотал он. Он вытер запачканные кровью ладони о свою безнадежно испорченную рясу иезуита. Снова прочистил горло и медленно и торжественно протянул гиду руку.
   — Не так уж много у меня друзей, чтобы терять хоть одного из них. Даже по такому серьезному поводу.
   Малькольм, помедлив мгновение, крепко и прочувствованно пожал протянутую ему руку:
   — Я твой должник, Кит. Разведчик ухмыльнулся:
   — И ты мне заплатишь. А уж если она окажется беременна…
   На это Малькольм мог только застонать.
   В этот момент дверь кабинета распахнулась. Мужчины повернули головы и увидели Марго, пристально разглядывающую их с порога. Она была одета в драное португальское рубище. На лице и руках оставались многочисленные следы крови и сажи. Но в глазах девушки появилось какое-то новое, совсем незнакомое выражение. События последних дней оставили свой неизгладимый отпечаток — она повзрослела.
   — Я смотрю, кости у вас целы, — спокойно заметила она. — Хорошо. Потому что во всем, что случилось в Риме, есть и моя вина. Честно говоря, это главным образом моя вина.
   Малькольм был настолько поражен происшедшей в ней переменой, что просто не знал, что сказать. Кит тоже.
   — Я только хочу заявить для протокола, — продолжала девушка, — я не заслуживаю ни одного из вас. Но я получила хороший урок. Это вы были во всем правы, а я — нет. Я подставила вас под удар и чуть не погубила. Боюсь, из меня не выйдет разведчика. Я почти готова вернуться в Миннесоту…
   Ее голос прервался…
   — Знаешь, — произнес Малькольм небрежно, — кое-что тебе действительно следует усвоить перед следующей разведывательной миссией.
   Она сморгнула слезу, не понимая. Голос зазвучал совсем жалко:
   — Что?
   Он глянул на Кита и подмигнул.
   — Есть серьезное отличие между Старым Ником и Святым Ником.
   Она уставилась на него, столь озадаченная, что даже забыла утереть слезы.
   — Старый Ник? Святой Ник? Ты о чем?
   Губы разведчика скривились. Он пытался сдержаться, но недолго — и вот уже разразился хохотом. Захохотал и гид. Марго недоуменно переводила взгляд с одного мужчины на другого.
   — Что тут смешного?
   Кит уже катался, задыхаясь от смеха. Малькольм только вытирал глаза.
   — Там, там на костре… ты грозила им… ты призывала на их головы гнев… Санта-Клауса!
   Марго разинула рот, вздохнула непонимающе, а потом и сама начала хихикать за компанию.
   — Что, Святой Ник — это Санта-Клаус?
   — Святая истинная правда, девочка. Старый Ник — это действительно дьявол, а вот Святой Ник — это наш добряк, друг всех детей и взрослых!
   — А я в тот момент так живо представил себе, как небеса раскрываются и оттуда на лихой тачанке, запряженной северными оленями с бубенцами, на сверхзвуке пикирует Санта-Клаус и швыряет в них вместо бомб подарками!
   Марго наконец оценила своеобразный юмор тогдашней ситуации. Но внезапно вспомнила что-то и перестала хихикать.
   — А Кайнан? Почему он заслонил меня от стрелы? Кит потрогал синяк на щеке:
   — Дело в том, что он присягнул мне как своему суверену. И потому ты автоматически вошла в круг людей, которых он обязан защищать по своему кодексу чести. Он считал своей священной обязанностью умереть за меня, защищая мою внучку…
   — Слушай, а он выживет?
   — Я хорошо знаю Рэчел — она очень не любит терять своих пациентов. Так что у него неплохие шансы. Кит принес из угла закопченную кожаную сумку.
   — Между прочим, я вытащил из огня твой АПВО и журнал.
   Девушка задумчиво открыла сумку, вытащила АПВО, журнал и потом сложенную карту.
   — Что это? — с любопытством спросил Малькольм.
   — Это карта, которую мне дала Голди. — Девушка протянула карту Киту. — Возьми, она мне не нужна. Кит молча взял ее и засунул в свой футляр с АПВО.
   — Кстати о Голди. Я думаю, нам надо будет еще потолковать с этой жадной старой акулой.
   — А как же! Ведь из-за нее мы чуть не погибли!
   Кит бросил на девушку укоризненный взгляд.
   — Ну, ладно, ладно. Это из-за меня мы чуть не погибли. Но ведь она прекрасно знала, что я новичок! Сколько я потратила сил в поисках того дурацкого места на реке! Этим чертовым алмазам лучше уж оказаться там! Мне страшно подумать, что я завлекла всех в такие передряги. Из-за меня погиб бедный мистер ван Биик. И обиднее всего, если окажется, что я все напортила и спрятала их не в том месте.
   — А что, место трудно было найти?
   Малькольму была хорошо известна эта интонация. Кит вдруг почему-то серьезно заинтересовался историей с алмазами.
   — В чем конкретно состояли трудности?
   Марго шмыгнула носом.
   — Карты не совпадали. Точнее, не совсем. Вот, смотри.
   Она вытащила свой журнал, нашла нужный файл и повернула журнал экраном к Киту.
   — Вот это цифровой снимок долины реки, который я сделала, когда мы зарывали алмазы. Мне пришлось просканировать карту Голди и потом наложить одну на другую. И все равно они не совсем совпали. Но я абсолютно уверена, что копала в нужном месте.
   Кит внимательно изучал экран. На его лице медленно возникала кривая усмешка.
   — В чем дело, дед?
   — Марго, похоже, что я смогу вернуть все деньги, которые Голди когда-либо выманила у меня. Малькольм, смотри-ка.
   Малькольм поглядел через плечо Кита. И тоже заухмылялся.
   — В чем дело?
   — Река сменила русло.
   — Что?
   Малькольм терпеливо объяснил.
   — Смотри. Вот здесь, здесь и здесь. Видишь? Здесь не меньше чем на сотню метров, а здесь — как минимум на пятьдесят…
   Марго нахмурилась. Потом до нее дошло Глаза ее расширились.
   — Так ты говоришь… — Она захохотала.
   Кит улыбнулся:
   — Это будет почище, чем обыграть ее на бильярде!
   Он вскочил на ноги и подал ей руку.
   — Ну, юная леди, а теперь марш в больницу! А с Голди я сам разберусь.
   Малькольм в предвкушении потер руки. Ему не терпелось увидеть это.
 

Эпилог

   Голди Морран вошла в бар «Нижнее Время» и опустилась в кресло. Увидев ее, Кит и Малькольм встали из-за своего столика и присели рядом с ней.
   — Что стряслось, Голди? — спросил Кит. Эксперт по валютам и драгоценностям высокомерно фыркнула
   — Да все твоя глупая внучка. Она зарыла алмазы не там, где надо.
   — Ну? — невинно удивился Малькольм.
   — Мои люди перерыли квадрат со стороной в пятьдесят метров вокруг отметки на карте. Ничего. Никаких следов. И этот лопух из Верхнего Времени отказался от покупки. Я не могу поверить, что мы прошли через все это, а девчонка не смогла правильно найти место. Бог знает, куда она их засунула.
   Как Кит заранее выяснил по своим каналам, в этом случае, может быть, впервые в жизни, Голди говорила чистую правду.
   В разговор вмешался Малькольм:
   — Смотрите, Марго зарыла их, ну, скажем, лет четыреста пятьдесят назад, так? За это время мало ли что могло случиться. Наводнение запросто могло смыть все ваше добро напрочь. Или кто-нибудь другой мог случайно наткнуться и вырыть его давным-давно и спокойно продать Кто теперь может сказать? Но вообще это была блестящая идея, Голди. Жаль только, что не получилось
   — Да, — согласилась Голди угрюмо, — очень жаль. Проклятая девчонка…
   Кит попробовал утешить Голди, заказав ее любимый напиток. Она принялась пить его с жадностью, но без всякого удовольствия.
   — Сколько денег ты потеряла? — тихо спросил Кит.
   — Целых десять тысяч долларов! Ведь я оплатила всю эту злосчастную экспедицию, не говоря уже об этом бросовом участке сельскохозяйственной земли! А теперь выяснилось, что он так кишит мухами цеце, что там даже коровы пастись не могут!
   — Мне очень неприятно, — честно признался Кит. — В конце концов Марго — моя ученица. Ее ошибка — это моя ошибка.
   Голди снова фыркнула:
   — Ты всегда был очень любезен, Кит, когда это тебе ничего не стоило. Спасибо, конечно, за сочувствие, но моих десяти тысяч оно не заменит.
   — А знаешь, что я тебе на это скажу? Больше всего на свете я хочу заставить Марго поработать над теми ошибками, которые она натворила там. Короче, как насчет того, если она вернет тебе твои деньги?
   — Она вернет мне мои деньги? Почему?
   — Видишь ли, я всерьез хочу, чтобы она почувствовала подлинную цену географических знаний.
   Голди опять недоверчиво фыркнула, но в глазах у нее зажегся алчный блеск.
   — Что ты придумал?
   «Вот ты и попалась!»
   — Видишь ли, ближайшие восемь или около того лет Марго проведет в колледже. Она поклялась вернуть мне каждый цент за свое обучение из своих будущих богатых заработков разведчицы. Так что я могу без особых угрызений добавить к счету и эти десять тысяч. Я хочу выкупить у тебя этот чертов участок в Африке. И каждые каникулы, каждый свободный день, который выдастся у нее за это время, я заставлю ее исходить и исползать каждый дюйм этой долины, пока она не научится правильно делать аэрофотоснимки. Ну, Голди, что ты на это скажешь?
   Голди, опытный рыбак, заставила наживку еще немного поплясать перед уже готовой проглотить ее рыбкой.
   — Ну, я не знаю, Кит. Не слишком ли дорогой урок ты ей хочешь преподать? Конечно, она негодная девчонка…
   — Дать внучке погибнуть из-за ее невежества выйдет мне еще дороже. А это уже чуть было не случилось. Я не хочу, чтобы такое повторилось впредь.
   — Не говоря уже о том, что и наши с Китом жизни висели тогда на волоске, — добавил Малькольм.
   — Да и этот валлиец был тяжело ранен и чуть было не умер здесь на операционном столе. А Кут ван Биик погиб.
   Голди поспешила сменить тему:
   — Так насчет этого твоего предложения… Ты серьезно?
   — Абсолютно серьезно, — мрачно пробурчал Кит. — Марго и шагу не ступит ни в какие Врата до тех пор, пока не выучит все, что я ее заставлю выучить. И знание географии будет одно из важнейших. Если бы она знала ее лучше, Кут ван Биик был бы сейчас жив.
   Голди плеснула себе в рот остатки напитка.
   — Хорошо. Уговорил. И мне захотелось помочь тебе в ее обучении. Ну, так чего откладывать, пошли, все бумаги у меня в офисе.
   Малькольм, слава Богу, сохранил невозмутимое выражение лица.
   У себя в офисе Голди молниеносно подписала договор о передаче земельного участка на реке Шахэ в собственность Кита. Кит выписал ей чек на десять тысяч долларов, в то время как Малькольм засвидетельствовал подписи сторон.
   — Голди, — прочувствованно сказал Кит, когда все формальности были соблюдены. Он даже галантно поцеловал ей руку. — Ты заслужила пожизненную благодарность любящего деда.
   — На здоровье. Молодежь надо учить в конце концов. — Голди чуть-чуть покраснела. Никто на свете так не любил обдурить ближнего, как Голди Морран.
   Кроме, конечно, Кита Карсона.
   Две недели спустя зуммер электронной почты в комнате Малькольма Мура прогудел, давая знать, что на таможне его ожидает посылка из Верхнего Времени.
   Расписываясь за свою коробку, запечатанную печатью таможни Верхнего Времени, он разобрал на квитанции обратный адрес, накарябанный почерком Марго. Точно такая же посылка, как показал ему таможенник, пришла и на имя Кита.
   Малькольм забрал свой пакет, ухмыльнулся и направился в «Новый Эдо».
   — Кит здесь?
   — Да, — отвечал ему Джимми. — Сегодня у него опять день бумагомарания. Позвать его?
   — Нет. Я хочу сделать ему сюрприз. Джимми широко улыбнулся:
   — Да он чем хочешь займется, только бы не возиться с бумагами.
   Малькольм засмеялся:
   — Ты что, его осуждаешь?
   — Черт возьми, вот уж нет.
   Малькольм постучал в дверь офиса. Ответ Кита «Входите, открыто!» прозвучал с явной радостью.
   Гид проскользнул в дверь, выставив вперед свою посылку:
   — У меня посылка от Марго. И такая же ждет и тебя на таможне.
   Кит вылетел из-за стола, как мяч при штрафном ударе:
   — Ну, открывай!
   Малькольм сломал печати и разорвал обертку. Внутри была металлическая коробочка, содержимое которой он аккуратно вытряс на стол. Крышка коробочки отскочила, и их взорам предстал единственный присланный предмет. Это был сверкающий необработанный алмаз размером примерно с ноготь большого пальца.
   Кит заорал вне себя:
   — У нее получилось! Получилось!
   Малькольм поднес алмаз к свету и присвистнул. «Да, это уж точно!»
   — До чего красивый! — вздохнул он.
   И если Марго не изменит своего отношения к нему еще хотя бы пару месяцев, может, он вправит этот алмаз в кольцо…
   В последнее время с ним творились странные вещи. Разлука потрясла их обоих и заставила понять, сколь они нужны друг другу. Кто знает? Может быть, Марго как раз та единственная женщина, которой суждено прервать его знаменитую цепь невезения?
   — Думаю, это надо отметить, — ухмыльнулся Малькольм, выходя из задумчивости.
   Кит извлек из своих личных запасов настоящее шампанское, выстрелил пробкой, протянул гиду наполненный бокал и поднял свой.
   — За самого, черт побери, лучшего разведчика времени в Ла-ла-ландии, партнер.
   С этими словами он подвинул Малькольму документ. Согласно этой бумаге молодому человеку и Марго приходилось по трети всей прибыли, получаемой со злополучного участка Голди Морран.
   Малькольм только разинул рот.
   — Ты это заслужил. Мы все это заслужили. Надеюсь, ты не против выплачивать Кайнану Рису Гойеру его часть из нашей общей прибыли?
   У Малькольма увлажнились глаза.
   — Ну о чем ты говоришь? Конечно.
   Они чокнулись с мелодичным звоном.
   — Ну а теперь, партнер, насчет той истории, которую ты обещал мне рассказать… той, про убийство Калигулы и как Клавдий стал римским принципалом.
   — Ну, нет, — засмеялся Малькольм. — Сначала ты признайся, что же на самом деле произошло в ту ночь, когда тебе пришлось прятаться под кроватью королевы Виктории?
   Кит улыбнулся.
   — Я никогда не стану компрометировать даму. Так что давай рассказывай ты.
   Никто не умеет так живописно врать, рассказывая о своих приключениях, как разведчики времени. Наконец-то Ла-ла-ландия пришла в норму. Слава Богу. Малькольм удобно устроился в одном из кресел и начал раскручивать одну из самых удивительных историй, какую он только мог придумать, про события в Риме пятилетней давности — или двухтысячелетней, смотря как считать. И пока он расслабленно и вдохновенно врал, он принял для себя одно твердое и серьезное решение.
   Если Марго идет на этот риск, то грех ему отставать.
   «Малькольм Мур и Марго Смит. Разведчики времени».
   Неплохое название для фирмы.