— Ты все понял. Твоя задача следить, чтобы он не сбежал. — Илкар сжал Денсеру плечо. — Прости, я понимаю глубину вашей связи. Прости меня за ту боль, которую ты перетерпел, и за ту, с которой тебе еще придется столкнуться. Но, как ты сам говорил, «Рассветный вор» значит гораздо больше, чем любой из нас. Ты согласен со мной, да?
   Денсер кивнул и, внезапно обессилев, всем телом оперся на Илкара. Потом он посмотрел эльфу в лицо и зарыдал, как ребенок.

Глава 20

   Уилл с Фроном все видели и сразу же догадались, что незнакомцу хорошо известно, кого он поймал. Было совершенно очевидно, что он ловил не просто заблудившегося кота. С другой стороны, они не понимали, к чему это может привести. Притаившись в тени здания, примыкающего к стене, Уилл с Фроном обсудили ситуацию.
   — Мы сказали, что вернемся, — прошептал Фрон. — Но у нее могут быть сложности.
   — Я понимаю, но чем мы можем помочь там? — Уилл показал большим пальцем на университет.
   — Будем надеяться, что чем-нибудь сможем — у нас есть кое-что в запасе.
   — Гм-м-м. — Уилл нахмурился и пристально посмотрел на Фрона. — Конечно, но мне не нравится, что старик посмотрел на тебя так, словно что-то просек. И если честно, то, наверное, трудно связать кота Денсера с Ирейн, ведь эта тварь — изобретение Зитеска. Хотя… — Он замолчал и пожал плечами.
   — Я знаю, — кивнул Фрон. — Но все же нам лучше отправиться в университет. Я не люблю опаздывать.
   Стена была гладкой, но Уилл перелез через нее с легкостью. А Фрон просто подпрыгнул и, уцепившись за край, подтянулся. Не прошло и минуты, как друзья уже стояли возле длинного здания, о котором так зловеще отзывалась Ирейн.
   Высота обитых железом стен была не намного больше, чем рост Фрона; крыша почти отвесно спускалась почти до земли. Уилл потрогал стену и невольно отпрянул: стена была теплой на ощупь. Более того — аура здания была похожа на ауру Башни, но воздействовала совершенно иначе. Мана здесь явно была опасной и угрожала выйти из-под контроля.
   — Может, лучше убраться отсюда, — сказал Уилл. Листы железа поскрипывали на ветру, усиливая и без того гнетущее впечатление.
   — С удовольствием. — Фрон пошел вдоль здания к Башне. Его зоркие глаза замечали каждую веточку, каждый сухой лист. Что до Уилла, то он ничего не мог рассмотреть в темноте и старался ступать след в след за Фроном.
   Бесшумно, словно приведения, друзья пробирались по университету. Завернув за угол длинного здания, они остановились и стали рассматривать Башню. В Башне светились только три окна да фонари у входа. Нижний этаж был полностью погружен во тьму, но Уиллу с Фроном предстояло еще преодолеть сотню футов открытого пространства.
   — Есть предложения?
   — Только одно, — ответил Фрон.
 
   Ирейн опустила бесчувственное тело Мастера Башни в дальнем углу библиотеки и постаралась устроить старика поудобнее.
   Удар в челюсть лишил старца сознания. Он рухнул на руки Ирейн, и она втащила его в библиотеку, а потом сотворила слабое снотворное заклинание.
   Когда она закончила, чудовищность собственного поступка камнем обрушилась на нее. Ирейн рухнула в кресло и закрыла лицо руками.
   Плохо, что Мастер Башни слышал ее разговор с Уиллом и Фроном; его свидетельства было вполне достаточно, чтобы Ирейн выгнали из университета. Но ударить его, а потом усыпить с помощью заклинания… Она чуть не плакала. Ирейн оставалось только надеяться, что ее не поймают, а в будущем те, кто будет ее наказывать, учтут обстоятельства. Но, так или иначе, — теперь ей вряд ли удастся еще раз посетить Додовер и университет.
   Наконец Ирейн успокоилась. Она опустилась на колени возле Мастера Башни и убрала прядь волос с его лица.
   — Простите меня. — Она поднялась. — Это не предательство, я просто пытаюсь спасти нас всех. — Мастер Башни лежал неподвижно, и только легкое движение его грудной клетки свидетельствовало о том, что он жив.
   Отодвинув занавеску, Ирейн взглянула на небо и нахмурилась: за окном было уже темно. А она так и не нашла ответа ни на один интересующий ее вопрос. Ирейн сняла с полки толстый том и принялась быстро просматривать страницы.
 
   Денсер изучал знак командира стражи Андерстоунского ущелья, который снял с Тревиса.
   Ширина знака составляла три четверти ширины ладони. Он был сделан из золота и стали, по внешней окружности были вычеканены листья, а в центре выгравировано замысловатое изображение южного входа в Андерстоунское ущелье. На обратной стороне знака были запечатлены имена его предыдущих обладателей.
   Денсеру эта реликвия показалась забавной. Впрочем, в эту минуту его мысли были в основном заняты судьбой Любимчика. Он представил себе, что сейчас чувствует Любимчик — страх, злость и безысходность. Денсер был готов закричать от отчаяния, когда представил, что его друг умирает. Нет, он этого не допустит!
   Сол стоял рядом с магом — изваяние мощи. Его глаза не оставляли не замеченной ни одной детали, которая могла бы таить в себе угрозу для подопечного. Но в сознание Денсера взгляд проникнуть не мог.
   — Сол, — тихо сказал маг. Защитник повернул голову. — Лови. — Денсер кинул знак Солу, и тот легко поймал катализатор одной рукой. — Сбереги его.
   Сол опустил взгляд на знак. А когда он снова удивленно взглянул на Денсера, тот уже сотворил заклинание.
   — Ты понимаешь, что я должен это сделать. — За спиной мага выросли крылья — черные, как сама ночь. Один их ленивый взмах — и Денсер взмыл в воздух.
   — Нет! — Крик Сола вспугнул птиц и во второй раз вырвал Хирада из объятий сна. На мгновение варвар даже растерялся: он ни разу не слышал от Сола ни единого звука. Хирад подбежал к Защитнику и, проследив его взгляд, заметил на фоне звездного покрывала темный силуэт.
   — Что за?..
   — «Крылья мрака», — произнес Илкар, подходя к варвару.
   — Это Денсер?
   — Боюсь, что да, — сказал Илкар.
   — Великолепно! — Варвар швырнул меч на землю и сжал кулаки. — Он хотел убить Талана из-за того, что тот будто бы представляет опасность для поисков его драгоценных катализаторов, а теперь сам совершает самоубийство только потому, что кто-то спер его любимого котика! — Хирад махнул рукой и шумно выдохнул через нос. — И что нам теперь, по его мнению, делать?
   — Ничего, — сказал Сол и бросил знак Илкару. Эльф без труда поймал его. — Ждать.
   — Ты разговариваешь со мной или со своей собакой, человек в маске? — Хирад расправил плечи и покосился на свой меч, поблескивающий среди опавших листьев.
   — Хирад… — начал Илкар.
   Сол быстро оценил ситуацию. Хирад почувствовал, что Защитник нахмурился, хотя и не мог в это поверить.
   — Оставайтесь здесь, пожалуйста, — сказал Сол и побежал к своей лошади. Хирад подобрал меч и уже хотел побежать следом, но Илкар остановил его:
   — Не надо, Хирад.
   — Что?
   — Я думаю, он прав. Мы должны остаться.
   — Ты соглашаешься с зитескианцем? Илкар усмехнулся:
   — Да, хотя и понимаю, как это необычно.
   — Но почему?
   — Потому что, если они погибнут, должен остаться кто-то, кто знает, что делать.
   — Но ведь, кроме этой летающей задницы, никто не сможет использовать это заклинание, разве не так? — Хирад вложил меч в ножны.
   Илкар пожал плечами:
   — Сейчас — да. Однако если некому будет вернуться в Зитеск и рассказать, что случилось, мы потеряем все.
   — Значит, мы должны просто сидеть и ждать? — Хирад не привык оставаться в стороне, когда идет драка.
   — Нет. Мы свернем лагерь и будем готовы в любую минуту отправиться в путь. Не думаю, что наше ожидание затянется.
   — Как мы узнаем, если они погибнут?
   — Узнаем. Поверь мне, узнаем.
 
   Дверь в библиотеку открылась, и Ирейн от неожиданности выронила книгу. На пороге стояли Фрон и Уилл.
   — О боги, вы меня напугали! Как вам… — Ирейн неясным жестом показала на улицу.
   — Просто мы держимся как хозяева, — сказал Уилл. — Ты удивишься, как часто это срабатывает.
   — Да, но здесь? — Ирейн была ошарашена.
   — Должен признаться, университет — сложное место, но ты сама можешь убедиться в наших способностях, — улыбнулся Фрон. — Единственное везение — это что мы не встретили твоего друга, Мастера Башни. Тогда нам, вероятно, пришлось бы его убрать.
   — Я бы вас за это убила. — Ирейн невольно вспомнила о событиях минувшего часа.
   — Да, вот еще, — сказал Уилл. — Какой-то человек из университета поймал кота Денсера.
   — Дурак! — воскликнула Ирейн, ударив кулаком по столу. — Я же предупреждала, что они обнаружат Любимчика. Самонадеянность этого человека просто не знает пределов. — Она тяжело вздохнула. — Бедняга… Ему придется пережить ужасную боль. Ладно, пошли, у нас нет времени беспокоиться еще из-за этого. В конце концов, я говорила, что нам и так везет больше, чем мы заслуживаем. Я уже потеряла свою репутацию из-за этой дурацкой затеи и не хочу потерять жизнь.
   — Как ты думаешь, нам удастся добыть кольцо? — спросил Уилл.
   — Я не уверена, — ответила Ирейн. — Там внизу есть одно охранное устройство, о котором мне ничего не известно.
   — Значит?..
   — Пока я не сформирую нужную ману, мне не удастся выяснить, что оно собой представляет и как его обойти. А сделать это я могу только на месте. — Ирейн направилась к двери. — Пошли.
   Фрон убедился, что за дверью никого нет, и они на цыпочках приблизились к входу в гробницы.
   — Уилл? — сказала Ирейн.
   — Это стандартный замок, закрывающий задвижку с обратной стороны двери. Довольно прочный, но сделан грубо, — прошептал Уилл. — Мне нужно знать, чем он защищен — обычной ловушкой или заклинанием?
   — Ни тем, ни другим, — сказала Ирейн.
   — Прекрасно. — Уилл вставил в замочную скважину металлический стержень в мизинец толщиной и повращал его, исследуя механизм замка. — Очень грубая работа.
   Он вытащил стержень и порылся в своей сумочке. Достав небольшой цилиндр с приваренной к нему плоской металлической пластинкой шириной в полтора дюйма, Уилл надел его на стержень. После этого он вставил импровизированный ключ в замочную скважину и стал осторожно поворачивать его, слегка перемещая вперед и назад. Через некоторое время он улыбнулся и повернул ключ уже уверенно. Они услышали, как открылась задвижка с той стороны двери.
   — Не желаешь ли войти первой? — спросил Уилл у Ирейн.
   — Да, так будет лучше. — Она прошла мимо Уилла и открыла дверь. За ней было темно и чувствовалось необычное давление маны.
   — Здесь много статической маны, которая питает средства защиты. Я могу ориентироваться по ней, а как вы?
   — Не беспокойся, я пойду за ним след в след, — сказал Уилл.
   — Света нет? — осведомился Фрон.
   — Есть, но его нельзя зажигать, пока мы не спустимся по лестнице. На ней расположен светочувствительный датчик, который включается с наступлением темноты.
   Ирейн начала осторожно спускаться по ступенькам. Фрон и Уилл последовали за ней. Вор закрыл за собой дверь и запер ее на задвижку.
   Для Уилла темнота была абсолютно непроглядной. Тяжелая атмосфера, насыщенная маной, рождала в нем беспокойство. Воздух был затхлым и пропах плесенью. Правой рукой Уилл держался за ремень Фрона, а левой опирался на стену и шел, полагаясь в основном на органы чувств своего друга.
   Уилл едва расслышал, как Ирейн сказала, что они миновали первый датчик, но тем не менее он был уверен, что почувствовал его: в этом месте ощущалась особенно сильная концентрация маны. Сердце его замерло от страха, он заметался и в конце концов споткнулся.
   — Полегче, Уилл, — приглушенным голосом сказал Фрон. — Еще десяток ступенек, и мы внизу.
   — Мне все это не по душе.
   — Мне тоже, поэтому постарайся не спотыкаться. Давай пошли.
   Спуск закончился на тридцатой ступеньке. Здесь узкий проход круто поворачивал вправо и упирался в еще одну дверь. Ирейн провела Уилла с Фроном через нее, закрыла дверь и начала творить заклинание. Пока она бормотала магические слова, Уилл прислонился к деревянной двери и расслабился.
   — Зажгись, — произнесла Ирейн ключевое слово, и вспыхнул свет. Он исходил от небольшого шара размером приблизительно с мужскую голову.
   Теперь Уилл смог рассмотреть помещение. Оно было длинным, узким и очень холодным. Слева и справа, штабелями по три штуки, стояли на полках каменные саркофаги. Здесь тяжесть маны ощущалась еще сильнее, и краткое облегчение, которое он почувствовал, когда загорелся свет, быстро исчезло. Уилл тяжело дышал и взирал на Фрона умоляющим взглядом. Но, судя по опущенным плечам, Фрону тоже было несладко.
   — Ирейн… — начал Уилл, чувствуя, что долго не выдержит.
   Ирейн кивнула:
   — Прости, Уилл, я не думала, что будет так тяжело. Потерпи чуть-чуть, сейчас станет легче. Нам нужно идти дальше.
   Уилл скривился и усилием воли заставил себя отлепиться от двери. Непроницаемая тьма со всех сторон подступала к ним. В нескольких шагах от светящегося шара уже ничего нельзя было разглядеть.
   — Все это — только плод моего воображения, — вслух сказал Уилл.
   — Нет, — возразила Ирейн. — Мана — это сила, которая управляет природой и переделывает ее. Она вполне материальна, и, как ты сам убедился, в больших концентрациях ее можно почувствовать. Некоторых людей мана притягивает, а другие сами могут накапливать ее и использовать. Такие люди обладают магическими способностями и могут стать магами.
   — Спасибо за поддержку, — прошептал Уилл.
   — Запомни, в этом состоянии мана не может причинить никакого вреда. Она становится опасной только, когда маги придают ей форму и переводят в неустойчивое состояние.
   Ирейн шагала вдоль могил Мастеров знаний и лордов-магов, умерших несколько столетий назад. «Шар света» висел в воздухе справа от ее головы и плавно перемещался вместе с ней.
   Уилл и Фрон тащились следом, стараясь не отставать. Они опустили головы и согнулись, словно тащили на спинах большие тяжелые мешки.
 
   Джандир спрыгнул на землю и забарабанил в дверь конюшен постоялого двора. Быстро переговорив с конюхом и дав ему несколько монет, он узнал все, что хотел, и получил мешок овса для лошади.
   После этого Джандир надел лук и колчан и выбежал в вечерний город. Что он будет делать, эльф еще не решил и рассчитывал, что на месте его осенит.
 
   Мана, струящаяся вокруг додоверского университета, служила для Денсера оранжевым маяком, забивающим городские огни. «Крылья мрака» несли его по направлению к цели. Прищурив глаза от встречного ветра, Денсер одной рукой придерживал шапочку, а другой — меч, чтобы не бил по ноге.
   В эту минуту он совсем не думал о спасении Балии и о «Рассветном воре». Где-то в университете находился Любимчик, неотъемлемая часть его сознания. Денсер никому не позволит лишить жизни своего друга. Маг послал вперед мысленный импульс спокойствия в надежде, что он проникнет сквозь клетку маны, в которой держат Любимчика.
   Денсер нырнул к главному зданию университета — Башне, уродливому приземистому строению. Оно абсолютно не соответствовало тому имени, которым называли одно из величайших магических сооружений. Но с другой стороны, в Додовере никогда не понимали сфокусированной силы, которую Башня дарила своему владельцу, как не понимали и многих других вещей. Так, человек, укравший Любимчика, совершенно не понимал, какова будет реакция его хозяина.
   Кружа вокруг Башни на высоте пятидесяти футов от самой высокой ее точки, Денсер знал, что его уже ждут. Додоверцы, конечно, могут почувствовать присутствие незнакомого мага, но определить его местонахождение им не под силу. Логика подсказывала, что похититель Любимчика изредка будет выглядывать в окно. А Денсер был очень опасным противником.
   Он медленно, чтобы не порезать о черепицу босые ноги, опустился на крышу Башни и принялся посылать одно и то же мысленное сообщение, пытаясь найти Любимчика. Он чувствовал, что Любимчик где-то рядом, но знал, что одно неверное движение может привести к катастрофе.
 
   Любимчик внезапно прекратил метаться по клетке маны и поднял голову. Он ухватился за прутья и расплылся в усмешке.
   Маг невольно вздрогнул, увидев это, но тут же улыбнулся.
   — Отлично. Итак, твой хозяин прибыл, — сказал он.
   — Да, — прошамкал демон. Его голос напоминал скрип шагов по влажному гравию. — Теперь ты мой.
   — Вряд ли, — возразил маг и развернул кресло к двери. За самоуверенным выражением на его лице скрывалось огромное внутреннее напряжение. Магу пришлось призвать на помощь всю свою волю, чтобы не обращать внимания на насмешки твари, сидящей в клетке у него за спиной.
 
   — Подождите за углом. Я чувствую еще одно охранное устройство.
   Уилл выглянул из-за спины Фрона и увидел, что Ирейн стоит у бокового прохода. Шар ярко сиял у нее над головой. Стены в этом месте сужались и были свободны от полок с гробами.
   — Где мы? — спросил Уилл.
   — Усыпальница Эртича, — ответила Ирейн, показывая рукой в сторону бокового прохода. — Здесь внизу вход в нее, и он охраняется. Решением нынешнего совета Мастеров знаний никому не разрешается заходить сюда. Охранное устройство пропускает только членов совета.
   — Но ты сможешь справиться с ним?
   — Пожалуй. Точнее говоря, я могу дотронуться до него.
   — Тогда почему?.. — начал Уилл.
   — Магов Додовера эти охранные устройства только отпугивают. Всем остальным магам опасно дотрагиваться до них, даже если они знакомы с их конструкцией. У обычных людей вроде вас вообще нет никакой надежды уцелеть. То, что от вас останется, если вы коснетесь такого устройства, уместится у меня на ладони.
   — Прекрасно, — пробормотал Уилл. — А нельзя поточнее узнать, что это за устройство?
   — По существу, это пузырь маны, закрывающий дверь, внутри которого находится заклинание-ловушка. Если действовать осторожно, можно сдвинуть пузырь. Если нет, он взорвется… Я позову вас, когда все будет готово, только подходите очень медленно.
   — Удачи тебе, — сказал Фрон.
   — Спасибо, — ответила Ирейн и завернула за угол.
   Оказавшись рядом с охранным устройством, она расфокусировала зрение и настроилась на спектр маны. Все было точно так, как она описывала, — пузырь, диаметром пять футов, плотно прикрепленный к дверному косяку в четырех точках. Он был бледно-оранжевым — питающая его мана не была сфокусированной, — а внутри убийственным голубым огнем пульсировало заклинание.
   Ирейн протянула к пузырю ладони и очень мягко коснулась его. Поверхность пузыря сильно напоминала поверхность воды в наполненном до краев сосуде, и это было удачно: его упругость давала право на небольшую ошибку. Очевидно, его установили здесь не так давно.
   Ирейн опустила руки и, сосредоточившись, принялась формировать ману, которая бы полностью изолировала охранное устройство. Она начала с центра пузыря и двигалась к его краям. При этом Ирейн задействовала лишь малую часть собственной маны: вокруг ее и так было достаточно. Защитная оболочка стала утолщаться и менять форму, пока не стала точной копией пузыря маны — только ее поверхность была твердой.
   Этот процесс занял около пяти минут, и за это время Ирейн успела изрядно поволноваться. Потом она придвинула оболочку к пузырю и мысленно уловила приятный глухой звук касания: охранное устройство приняло ее творение и соединилось с ним. Ирейн попробовала найти слабые места, но не нашла их. Тогда она убрала твердость и усилием воли надавила на левый край оболочки. Пузырь маны мягко скользнул в сторону, освободив ручку, и постепенно открыл почти всю дверь. Довольная своей работой, Ирейн встала спиной к пузырю и позвала своих спутников.
   — Уилл, вот замок, который нужно открыть, — сказала она, едва они появились. — Только не пытайтесь зайти мне за спину, можете двигаться лишь передо мной. Все поняли?
   — Да, — хором ответили друзья.
   Замок оказался совсем несложным, Уилл был даже разочарован. По кивку Ирейн он повернул ручку и приоткрыл дверь.
   — Заходи внутрь, поверни налево и прислонись к стене, там ты будешь в относительной безопасности. Ты тоже, Фрон. Я поставлю охранное устройство назад.
   Друзья вошли в усыпальницу. В тусклом свете они смогли разглядеть смутные очертания низкого и длинного предмета в центре помещения. Когда Ирейн зашла внутрь и закрыла за собой дверь, шар осветил комнату с низким потолком, вырубленную в камне.
   Предмет в центре помещения оказался каменным саркофагом. Он был плоским, широким и не имел никаких украшений, кроме надписи на одном из торцов. На крышке саркофага лежали меч, темно-синяя мантия с оранжевой отделкой в стеклянном ящике и кольцо очень тонкой работы. Здесь атмосфера была не такой гнетущей, как снаружи, и Уилл вздохнул с облегчением:
   — Это то, что мы ищем?
   — А ты ждал чего-то другого? — спросила Ирейн и, подойдя к саркофагу, нахмурившись, стала внимательно рассматривать кольцо.
   — Откровенно говоря, я ждал чего-нибудь более величественного и роскошного.
   — Мастера знаний, конечно, жили на широкую ногу, но после смерти им не нужно ничего, кроме покрывала маны. О боже, — воскликнула Ирейн и медленно обошла вокруг гроба, держа руки в карманах своей мантии.
   — Что такое? — спросил Уилл.
   — Кольцо под защитой. Я… Подождите-ка. — Ирейн пригляделась. Сфера маны была небольшой, размером с человеческую голову, но ее настораживали два обстоятельства. Во-первых, оболочка сферы переливалась тремя цветами — оранжевым, голубым и темно-зеленым. А во-вторых, сама сфера была усеяна шипами и сильно смахивала на огромную булаву.
   О таком Ирейн еще ни разу не слышала. Когда она приблизила к сфере свои защищенные маной ладони, цветные линии охранного устройства сместились и потемнели, угрожая разрушить ее защиту. Ирейн поспешно отпрянула. Руки ее дрожали.
   — Закрой-ка лучше дверь, Уилл, — сказала она. — Эта операция может занять какое-то время.
   — В чем дело? — спросил Фрон.
   Ирейн одарила его сочувственным взглядом:
   — Вряд ли ты сможешь что-то понять.
   — А ты постарайся мне объяснить.
   — Ну, хорошо. Форма и конструкция охранного устройства говорят о том, что оно изготовлено с помощью магии другого университета, и я пока не могу раскрыть его секреты. Ну как, помогло?
   — Нет, — ответил Фрон. — Ты знаешь, отчего оно может сработать?
   — Вероятно, оно срабатывает, если нарушить форму его маны, — с легким раздражением ответила Ирейн.
   — Мне нужно, чтобы ты рассказала мне поподробнее, — сказал Фрон. — Например, что должно пройти сквозь ману, чтобы ее форма была нарушена?
   — Я тебя не понимаю.
   — Напомни мне, как работает охранное устройство, — попросил Фрон.
   — Зачем?
   — Просто удовлетвори мое любопытство — пожалуйста, — настаивал Фрон.
   — Охранное устройство — это форма статической маны, размещаемая в определенном месте, чтобы защитить какой-то предмет, — процитировала Ирейн. — Знание формы маны позволяет магу настраивать устройство, включая в область его действия и исключая из нее любой класс объектов или живых существ, одушевленных и неодушевленных. Ну что? — саркастически спросила она.
   — Как ты думаешь, тебе удастся подобрать нужную форму маны? — спросил Фрон.
   Ирейн закусила губу и пожала плечами.
   — Нет, — сказала она наконец. — Нет, я не смогу этого сделать без того, чтобы не подвергнуть огромному риску нас всех.
   — В таком случае я предлагаю тебе попробовать выяснить, какие существуют исключения у этого устройства, — тихо сказал Фрон.
   Ирейн уставилась на Фрона так, словно тот только что ударил ее.
   — Ты предлагаешь? — Она покраснела. — Тебя озарило и ты возомнил себя специалистом по конструкции охранных устройств? Так я объясню тебе, кто ты такой — ты просто ходячий мешок мускулов и не имеешь права болтать о том, о чем не имеешь ни малейшего понятия. Как ты смеешь пытаться меня учить?
   — Это просто мое предложение. Почему бы тебе не попробовать это сделать? — Голос Фрона оставался спокойным. Однако когда он пошевелился, в этом легком движении ощущалась какая-то животная угроза.
   Уилл, который наблюдал за этим обменом любезностями, стоя у двери, теперь вышел вперед, желая разрядить ситуацию.
   — У тебя есть какие-нибудь другие идеи, если ты и в самом деле не можешь подобрать форму маны охранного устройства? — спросил он.
   — Как ты относишься к тому, чтобы одним взмахом руки прекратить все это? — холодно произнесла Ирейн, поднимая руку.
   — Я спрашивал о разумных идеях и не вижу никакого смысла в том, чтобы потерять все.
   — Это для тебя в этом нет никакого смысла. Неужели ты забыл, что я уже все потеряла. — Ирейн поднесла руку к кольцу и усмехнулась. — Посмотрите на себя. Великан Фрон и умный коротышка Уилл. У меня в руке ваша жизнь и смерть. Как легко оборвать чью-то жизнь. — Ее глаза неожиданно наполнились слезами.
   Уилл с Фроном переглянулись. Фрон кивнул.
   — Ирейн, ты же знаешь, как сильно мы скорбим о твоей потери, — сказал Уилл, подходя к ней. — Мы любили твоих детей, и Алана тоже. Никто не в силах возместить тебе эту утрату. Но сейчас нужно, чтобы ты помогла нам. Мы должны взять это кольцо, а если мы здесь задержимся, нас поймают. — Он коснулся руки Ирейн и посмотрел ей в глаза. — Прошу тебя, Ирейн. У тебя будет время поплакать, когда мы выйдем из этого склепа.
   Несколько мгновений Ирейн смотрела на Уилла, и слезы катились по ее щекам. Потом она оттолкнула его руку и вытерла лицо.