пер. С. Белов
Изд. "РИПОЛ КЛАССИК", 1998 г.
OCR А. Бахарев, 2001 г.


    1. ПРИНЦ ИНГА



Если у вас есть под рукой карта Страны Оз, то найдите на ней Неведомый
океан. Он омывает берега королевства Ринкитинкии, отделенного от Страны Оз
владениями Короля Гномов и Гибельной пустыней. Ринкитинкия - это полоска
земли, вытянувшаяся вдоль океана, и все дома его жителей, в том числе и
дворец короля, стоят на берегу. Живут там в основном рыбаки и мореплаватели,
и на жизнь зарабатывают торговлей с обитателями побережья и островов
Неведомого океана.
Если вы сядете в Ринкитинкии на корабль и отправитесь на север, то
через четыре дня приплывете к острову Пингарея. История наша начинается
именно там, и я хотел бы рассказать об острове чуть подробнее. Северная
часть Пингареи наиболее широкая, километра в полтора, зато на юге от берега
до берега не будет и километра. В длину же, с юга на север, остров достигает
шести с половиной километров. Он, понятно, невелик, но очень красив. На
Пингарее много деревьев и зеленых лужаек, и чайкам, взирающим на него с
высоты, он кажется изумрудным ковром, раскинувшимся в фиолетовых водах
Неведомого океана.
Берега Пингареи холмисты и поросли шелковой мягкой травой, а
центральная часть представляет собой одну большую рощу. Под раскидистыми
кронами высоких и стройных деревьев то здесь, то там разбросаны дома
пингарейцев. Стоят они сами по себе. Ни поселков, ни городов на острове нет,
если не считать его одним сплошным городом.
В северной части Пингареи стоит дворец повелителя острова короля
Киттикута. Это красивое здание из белоснежного мрамора с золотыми куполами.
Король Киттикут очень богат и не поскупился на расходы. Своим богатством он
обязан тому, что у берегов Пингареи находят самый крупный и красивый жемчуг
во всем мире. Жемчужины эти растут в больших раковинах, и пингарейцы
вылавливают раковины со дна морского, извлекают жемчуг и послушно относят
королю. Раз в год его величество отправляет шесть кораблей с шестьюдесятью
гребцами на каждом в королевство Ринкитинкию, в город Гилгод, где на
скалистом берегу стоит замок короля Ринкитинка. Этот замок с его высокими
башнями служит для мореходов маяком, позволяющим кораблям находить вход в
гавань в любую погоду.

В Гилгоде пингарейский жемчуг покупает главный казначей короля
Ринкитинка, и пингарейские корабли затем возвращаются домой, доверху
нагруженные товарами и провизией, необходимыми королю Киттикуту и его
подданным.
Пингарейцы никогда не бывали в других странах, и потому мало кто знает
о существовании их острова. У юго-западу от Пингареи расположен остров
Фрикс, жителям которого нет дела до жемчуга, а далеко на севере - в шести
днях плавания от Пингареи - находятся два острова-близнеца, Регос и Корегос,
населяемые дикими и воинственными племенами.
Много лет назад, задолго до того, как случилась эта история, десять
боевых кораблей с воинами Регоса и Корегоса высадились на северной
оконечности Пингареи. Захватчики тут же начали грабить и разбойничать, но
местные жители быстро объединились против неприятеля. Хотя они заметно
уступали в силе и свирепости пришельцам, но все же сумели постоять за себя и
заставить незваных гостей отступить. Потерпев поражение, те сели на свои
корабли и повернули назад, но попали в страшный шторм - все десять кораблей
пошли ко дну, и ни один воин не вернулся домой.
Эта победа могла показаться тем более удивительной, что ловцы жемчуга с
Пингареи всегда отличались кротким нравом и никогда не ссорились и не
воевали друг с другом. Единственным оружием у них служили грабли, которыми
они собирали со дна раковины, но факт остается фактом: когда на их родной
остров напали враги, они так храбро встали на защиту своих родных и близких,
что посрамили свирепых пришельцев.
Когда произошли те достопамятные события, король Киттикут был еще
мальчиком, а теперь его голова поседела. Но он прекрасно запомнил ту войну и
все последующие годы порядком опасался, что нашествие может повториться. Он
боялся, что в один прекрасный день с островов Регос и Корегос прибудет куда
более мощная армия, снедаемая желанием отомстить за тогдашнее поражение и
завоевать остров, и с ней уже пингарейцам сладить не удастся.
Это беспокойство и заставило короля Киттикута постоянно следить, не
приближаются ли к острову чужие корабли. Круглые сутки кто-то из его людей
находился в дозоре, но король был слишком умен, чтобы позволить этим
опасениям испортить жизнь себе и своим подданным. Он был хорошим королем и
жил-поживал в своем замке с женой, королевой Гари и сыном, принцем Ингой.
С каждым годом остров Пингарея делался все богаче и богаче, а его
жители все счастливей и счастливей. Пожалуй, нигде на белом свете, не считая
Страны Оз, не было места счастливее, чем этот островок в Неведомом океане.
Если бы все так оставалось и дальше, мы вообще не могли бы ничего добавить к
уже сказанному, и история эта так и не появилась бы.
Принц Инга, наследник всего того, чем владел его отец-король, рос
окруженный роскошью, но характер у него был мужской, хотя, может, порой
слишком серьезный, и он ни минуты не мог усидеть без дела. Он знал, где на
морском дне скрываются самые крупные раковины с жемчугом, и был хоть мал, да
удал: как ловец жемчуга он мог посоперничать с любым пингарейцем. У него
была своя маленькая лодочка и грабли, и он очень гордился, когда приносил во
дворец крупную белую жемчужину.
На острове не было школ - пингарейцы были слишком удалены от
цивилизованного мира, который предоставляет современным детям радости
обучения у мудрых наставников, но у короля во дворце хранилось несколько
рукописных книг, страницы которых были сделаны из козьих шкур. По этим
рукописям король научил сына читать, писать, а также и считать.
Юный Инга обычно учил уроки в роще возле замка. Он залезал на высокое
дерево, между ветвей которого оборудовал себе сиденье, и, скрытый от
окружающих пышной кроной дерева, занимался без помех. Там он изучал
рукописи, исписанные причудливыми буквами пингарейского алфавита.
Король очень гордился своим сыном. Он очень ценил его сообразительный
ум, а потому нередко посвящал его в государственные дела. Он рассказывал ему
о том, что необходимо подданным для благополучного существования и как надо
ими править. Он понимал, что рано или поздно сын станет королем вместо него.
Однажды он отозвал Ингу в сторонку и сказал:
- Сейчас на нашем острове, Инга, мир и благополучие, но я никак не могу
забыть тех жутких пришельцев с Регоса и Корегоса. Я боюсь, что они снарядят
корабли для поиска тех, кого мы обратили в бегство много лет назад. Если их
окажется слишком много, то нам не удастся дать им отпор - ведь мои люди не
приучены воевать. Это означает, что не миновать нам больших невзгод и
страданий.
- Неужели мы сейчас гораздо слабее, чем в те дни, когда королем был мой
дед? - удивился Инга.
Король задумчиво покачал головой.
- Не в этом дело, - сказал он наконец. - Я хочу, Инга, чтобы ты понял,
как была одержана та знаменитая победа. Я посвящу тебя в великую тайну. Мне
принадлежат три волшебных талисмана, которые я храню как зеницу ока. Об их
существовании, кроме меня, не знает никто. Но если я умру, эта тайна может
уйти со мной в могилу. Потому-то я и хочу объяснить тебе, что это за
талисманы и где они хранятся. Пойдем, сын, за мной.
Они двинулись через коридоры и залы дворца, пока не оказались в большом
банкетном зале. Король остановился в самом центре, наклонился и нажал
потайную пружину на полу. Тотчас же одна из мозаичных плит отодвинулась, и
король, запустив руку в отверстие, вытащил шелковый мешочек. Затем он извлек
из мешочка три крупные жемчужины. Одна была голубая, другая розовая, а
третья - белая как снег.
- Это удивительные жемчужины, - пояснил Киттикут. - Их подарила моему
предку Королева Русалок за то, что он как-то вызволил ее из беды. Тот, кто
ими владеет, может считать, что ему сильно повезло. Голубая жемчужина
наделяет своего обладателя небывалой силой, розовая оберегает от всех
опасностей, а белая умеет говорить и дает мудрые советы.
- Жемчужина умеет говорить! - воскликнул Инга. - Но этого же просто не
может быть, отец!
- Ты так говоришь, потому что не знаешь, что такое волшебство, - важно
отозвался король. - А ну-ка прислушайся, сын, и ты поймешь, что я сказал
правду.
Он поднес белую жемчужину к уху Инги, и тот услышал отчетливый
тоненький голосок:
- Твой отец прав. Не ставь под сомнение истинность того, чего не в
состоянии понять. Мир полон чудес.
- Виноват, отец, - сказал Инга. - Я слышал голос жемчужины, и она
сказала кое-что интересное.
- Другие жемчужины могут еще больше, - сказал Киттикут. - Если бы у
меня не было ничего, кроме этих трех жемчужин, я и то стал бы самым сильным
и могущественным королем.
- Верю, верю, - произнес Инга, восхищенно взирая на
красавицы-жемчужины. - Но скажи тогда, отец, почему ты опасаешься пришельцев
с Регоса и Корегоса? Ведь ты же невероятно могуч.
- Мое могущество в этих жемчужинах, - отвечал Киттикут. Но я никогда не
ношу их с собой - чтобы не потерять. Я храню их в надежном месте. Но если
дозорные прозевают приближение вражеских кораблей, и незваные гости схватят
меня до того, как я сумею воспользоваться жемчужинами, нам не поздоровится.
Я буду без них как без рук. В тот раз, когда на нас напали враги,
жемчужинами владел мой отец. Розовая защитила его от ран и увечий, а голубая
позволила ему с его подданными прогнать чужестранное войско. Кстати,
страшный шторм, потопивший вражеские корабли на обратном пути, возможно,
устроили русалки, но это, правда, лишь предположение.
- Теперь-то я наконец понял, как нам тогда удалось одержать верх над
захватчиками! - обрадованно воскликнул Инга. - Но скажи, отец, если на нас
снова кто-нибудь нападет, жемчужины нас не оставят в беде?
- Они не утратили своего могущества, - успокоил его Киттикут, - и пока
они с нами, никакие враги, нам не страшны. Но неровен час, я могу умереть, и
чтобы жемчужины не пропали, с нынешнего дня ты будешь их главным хранителем.
Помни, что это достояние королей Пингареи. Если меня не станет, храни
жемчужины как зеницу ока и не забывай, где они спрятаны.
- Ни за что не забуду! - жарко воскликнул мальчик.
Король снова положил жемчужины в мешочек, а мешочек в тайник. Инга же
убежал к себе, чтобы спокойно обдумать все, что только что узнал.


    2. ПРИБЫТИЕ РИНКИТИНКА



Прошло несколько дней, и вот солнечным погожим утром, когда с океана
дул ветерок, легко качавший ветки деревьев, королевский дозорный вдруг
увидел, что к острову приближается незнакомый корабль. Он тотчас же побежал
к королю доложить о замеченном.
Поначалу король испугался и решил поскорее идти к тайнику, но затем
передумал. Один корабль, пусть даже полный неприятельских воинов, вряд ли
может завоевать остров. Поэтому он подавил тревогу и отправился на берег
узнать, кто это вдруг пожаловал на Пингарею.
Принц Инга последовал за отцом. На берегу уже собралось немало
пингарейцев, во все глаза глядевших на приближающийся корабль.
Это был большой корабль, с балдахином из алого шелка, расшитого
золотом. По десять гребцов с каждого борта вовсю работали веслами. Когда
корабль подошел ближе, Инга увидел, что на корме в роскошном кресле,
обложенном подушками, сидел маленький толстый человечек. Он был такой
толстый, что казался поперек себя шире. Одет он был в просторные алые
одежды, складками падавшие к его ногам. На голове у него была шапочка из
белого бархата, затейливо расшитая золотыми нитками и украшенная
бриллиантами. На носу корабля Инга заметил странной формы клетку, а в центре
- ящики из сандалового дерева.
Когда корабль был уже близко от берега, толстячок спрыгнул с кресла и
отвесил несколько поклонов собравшимся островитянам, энергично махая своей
белой шапочкой. Лицо у него было круглое и румяное, как яблоко. Вдосталь
накланявшись, он улыбнулся такой веселой улыбкой, что Инга понял: толстяк -
человек добродушный.
Корабль уткнулся носом в берег и остановился так внезапно, что
толстячок был застигнут врасплох и чуть было не полетел с кресла в море. Но
он вовремя ухватился за кресло одной рукой, а другой за волосы одного из
гребцов и усидел на месте. Затем он снова помахал бархатной шапочкой,
украшенной бриллиантами, и весело крикнул:
- А вот и я! А вот и я!
- Вижу, вижу, - отозвался король Киттикут, кланяясь незнакомцу.
Толстячок оглядел серьезные лица пингарейцев и страшно расхохотался.
Этот смех оказался настолько заразительным, что на лицах пингарейцев
появились улыбки, а кое-кто тоже засмеялся.
- Ха-ха-ха! Хо-хо-хо! - покатывался со смеху толстяк. - Не ожидали
небось, а? Хи-хи-хи! Вот потеха! Но я все равно приехал.
- Замолчи! - вдруг раздался низкий ворчливый голос. - Неужели ты не
видишь, что выглядишь по-дурацки?
Все стали переглядываться, чтобы понять, кто это высказал упрек, но
говорившего не увидели. У гребцов на корабле лица были суровые и серьезные,
да и островитяне тоже тут были ни при чем. Но толстячок ничуть не обиделся и
не смутился.
К гостю обратился король Киттикут:
- Добро пожаловать в королевство Пингарею, - торжественно провозгласил
он. - Не соблаговолите ли сойти на берег и рассказать нам, кого мы имеем
честь принимать на нашем острове?
- Спасибо, с удовольствием, - отозвался толстячок, встал со своего
кресла-трона и, спустившись на берег, не без труда заковылял по песку. - Я
король Ринкитинк, и мой замок стоит в городе Гилгод королевства Ринкитинкии.
А прибыл я на Пингарею, чтобы собственными глазами взглянуть на монарха,
который присылает мне такие красивые жемчужины. Я давно собирался навестить
ваш остров и вот, наконец, прибыл.
- Очень рад, - отозвался король Киттикут. - Но почему у вашего
величества столь скудная свита? Разве не опасно королю большой страны
пускаться в плавание на одном корабле всего лишь с двадцатью людьми.
- Так-то оно так, - усмехнулся толстячок, - только мои подданные вообще
не разрешают мне странствовать, потому я взял и уехал потихоньку. Сбежал!
- Сбежал? - удивленно воскликнул король Киттикут.
- Ну да! Правда, потехаХи-хи-хи! - Подумать только! Король взял и
сбежал от своих подданных. - Хо-хо-хо! Хе-хе-хе! Но ничего не попишешь,
именно так я и поступил. Другого выхода у меня не было.
- Но почему? - продолжал удивляться король Киттикут.
- Они боятся, что со мной что-нибудь случится. Они мне не доверяют. Вот
умора! Не доверяют своему собственному королю. Хи-хи-хи!
- На нашем острове с вами ничего не случится, - сказал Киттикут, делая
вид, что не замечает странных манер своего гостя. - Когда же вы пожелаете
вернуться домой, я снабжу вас подобающей свитой из моих людей. Пока же
милости прошу ко мне во дворец, где будет сделано все, чтобы вы чувствовали
себя как дома, удобно и счастливо.
- Очень признателен, - сказал Ринкитинк, надевая набекрень свою
бархатную шапочку и сердечно пожимая руку собрату-монарху. - Я буду
чувствовать себя как дома, если у вас, конечно, дают плотно поесть. А что
касается счастья - так моя беда состоит в том, что я слишком счастлив.
Ха-ха-ха! Но погодите! Я же привез вам подарки. Велите вашим людям отнести
их во дворец.
- Ну конечно, - отвечал польщенный Киттикут и тотчас же отдал
соответствующие распоряжения.
- Кстати, - продолжал толстяк, - пусть заодно выгрузят и моего козлика.
- Козлика? - удивленно воскликнул король Пингареи.
- Именно! Моего козлика Билбила! Я всегда езжу на нем, когда покидаю
свой дворец. Я, друг Киттикут, немножко полноват. Видишь - самую малость!
Ха-ха-ха! Хо-хо-хо!
Пингарейцы стали стаскивать с корабля тяжелую клетку, но в этот момент
услышали: "Да поосторожней вы, негодяи!" Люди страшно удивились, потому как
слова явно были произнесены козлом. Это их так потрясло, что они уронили
клетку на песок.
- Ну вот, разве я не предупреждал?! - раздраженно произнес тот же
голос. - Теперь вы мне ободрали левую переднюю коленку. Ну почему вы такие
неуклюжие?
- Спокойно, спокойно, Билбил, - примирительно заговорил Ринкитинк. - Не
ругайся. Не забывай, что мы в гостях. - Затем он обернулся к Киттикуту. - На
вашем острове, насколько я понимаю, нет говорящих козлов?
- У нас вообще нет ни коз, ни козлов, - отвечал Киттикут. - А также
никаких говорящих животных.
- Я, признаться, и сам был бы рад, если бы мой козлик не умел говорить,
- сказал Ринкитинк, смешно подмигивая Инге и глядя на клетку. - Временами он
бывает очень сердит и невоздержан на язык. Сначала я думал, что очень хорошо
иметь говорящего козлика, с которым всегда можно перекинуться словом в
поездках по городу, но - хи-хи-хи! - этот негодяй обращается со мной так,
словно я какой-нибудь трубочист, а не король. Правда, умора! - последние
слова были обращены принцу Инге, которого Ринкитинк вдобавок пощекотал под
подбородком, к немалому смущению мальчика.
- А почему вы не катаетесь на лошади? - спросил Киттикут.
- Мне не залезть на лошадь - я ведь довольно полный, - хо-хо-хо! -
довольно полный, - отозвался Ринкитинк, вытер слезы, выступившие от смеха, и
добавил: - Но что касается моего Билбила, то я залезаю и слезаю с него без
затруднений.
Он открыл дверь клетки, и Билбил осторожно вышел, хмуро озираясь по
сторонам. Один из гребцов принес с корабля седло из алого бархата, расшитое
серебряными листьями, и прикрепил его на спине Билбила. Толстый король
забросил на седло ногу, потом уселся поудобнее и сказал Киттикуту:
- Иди вперед, о благородный хозяин, а мы за тобой!
- Что? Лезть в гору? - вознегодовал Билбил. - А ну-ка, сейчас же
слезай, Ринкитинк, иначе я не сделаю и шагу!
- Но послушай, Билбил, - возразил тот. - Как же мне одолеть такой
подъем?
- Пешочком! - проворчал Билбил.
- Но я же слишком толст. Честное слово, Билбил, ты меня удивляешь. Я
повез тебя за тридевять земель, чтобы ты поглядел на новые края, развлекся,
а ты что вытворяешь? Разве это честно? Смотри - корабль переправил тебя
через океан, потому что ты не умеешь плавать, а теперь ты должен отвезти
меня на гору, потому что я не умею карабкаться. Ну что, Бил-
бил, разве это не справедливо?
- Ладно, ладно, - сварливо отозвался козел. - Помолчи, Ринкитинк, тогда
я тебя так и быть отвезу. А то твоя бесконечная болтовня меня страшно
утомляет.
Заявив протест, Билбил, однако, беспрекословно двинулся в гору, неся на
себе толстячка-короля.
Король Киттикут, принц Инга и все пингарейцы с большим удивлением
выслушали спор Ринкитинка со своим козлом, но из вежливости никаких
замечаний не сделали. Впереди шествовал Киттикут, за ним Инга, следом Билбил
с Ринкитинком. Замыкали шествие носильщики с ящиками сандалового дерева.
Когда они подошли ко дворцу, им навстречу вышла королева Гари со своими
фрейлинами. Гость-монарх был препровожден в тронный зал дворца. Там были
открыты ящики, и в них оказались шелка, кружева, драгоценные камни. Все
придворные получили по подарку, а король с королевой множество всего, да и
Инга не был забыт. Потом явился камергер и возвестил, что готов обед.
Билбил заявил, что пообедает вкусной сочной травой, что росла у дворца.
Ринкитинк пояснил, что его козлик терпеть не может находиться в четырех
стенах, и тогда с него сняли седло и позволили ему идти, куда ему хочется.
За обедом Инга то вспоминал о замечательных подарках, какие получил от
Ринкитинка, то слушал гостя, который смеялся, когда не ел, и ел, когда не
смеялся, и проводил время в свое удовольствие.
- Четыре дня я проторчал на этом суденышке, - говорил он, - где не было
никаких развлечений, кроме как смотреть на гребцов или препираться с
Билбилом. Поэтому я просто счастлив, что оказался снова на суше, да к тому
же в обществе таких симпатичных людей.
- Вы оказали нам большую честь, - отозвался Киттикут с вежливым
поклоном.
- Что ты, что ты, брат мой! Пингарея - поразительный остров, ее
жемчугом восхищаются во всем мире. Скажу прямо: богатство и процветание
нашего королевства во многом зависит от вашего жемчуга. Поэтому я уже много
лет собирался навестить ваш остров, но мои подданные говорили: "Нет.
Оставайся дома и веди себя как следует, а то мы тебе покажем".
- А в Гилгоде не хватятся вас? -- спросил Киттикут.
- Вряд ли. Видите ли, один из самых смекалистых моих подданных написал
трактат "Как правильно себя вести", и я решил, что мне будет полезно как
следует его изучить, поскольку безукоризненное поведение, на мой взгляд, -
самое настоящее искусство. Недавно я на чем свет стоит отругал моего
лорда-канцлера за то, что тот явился к завтраку, не причесав брови. Но я так
расстроился, обидев моего придворного, что решил запереться у себя в комнате
и хорошенько выучить трактат, чтобы научиться себя вести. И я издал указ, по
которому под страхом моего неудовольствия строжайше запрещается входить в
мои покои - я сам когда надо выйду. Они страшно боятся моего королевского
неудовольствия, хотя меня самого не боятся ничуточки. Я сунул трактат в
карман и через заднюю дверь удрал на корабль - и был таков! Хе-хе-хе!
Хихи-хи! Воображаю, какой переполох поднялся бы в Гилгоде, если бы гилгодцы
узнали, где я сейчас.
- Я бы хотел посмотреть на этот трактат, - сказал принц Инга, глаза
которого были очень серьезными, - ведь, если он и впрямь может научить, как
себя вести, то он просто на вес жемчуга.
- Трактат занимательный, - отозвался Ринкитинк, - и красиво написан
гусиным пером. Послушайте, я вам сейчас прочитаю, и вы - хи-хи-хи! -
получите удовольствие.
Он извлек из кармана свиток пергамента, перевязанный черной ленточкой,
и, аккуратно развернув его, принялся читать:
- "Хороший человек никогда не поступает плохо". Ну, как вам это?
Отличная мысль. "Поэтому, чтобы вести себя хорошо, следует избегать всего
дурного". Умно, ничего не скажешь. Когда вернусь, произведу автора в
королевские гиппоскрипты. Он, похоже, и впрямь самый мудрый человек в моем
королевстве, как не раз говорил мне сам. - С этими словами Ринкитинк
откинулся в кресле и хихикал, пока не стал кашлять, а потом кашлял, пока
чуть не подавился, после чего стал чихать. При этом он так смешно морщил
свою круглую физиономию, что невозможно было удержаться от смеха, и даже
достойнейшая королева тихо посмеивалась, прикрываясь веером.
Когда Ринкитинк пришел в себя после приступа смеха и вытер глаза тонким
кружевным платком, Инга сказал:
- Трактат говорит правду.
- Конечно, - согласился Ринкитинк, - и если бы мне удалось уговорить
Билбила с ним ознакомиться, он стал бы куда более воспитанным козлом. Вот
еще одно местечко. "Чтобы не говорить вещей неприятных, имеет смысл говорить
вещи приятные". Это прямо для Билбила написано. А вот это имеет отношение к
тебе, милый принц: "Хороших детей редко секут, потому что их сечь не за
что". Хорошо сказано. Автор - большой мыслитель. Но самый лучший совет вот
здесь. "Вам, может быть, приятно вести себя плохо, зато другим приятнее,
когда вы ведете себя хорошо". Ха-ха-ха! Хе-хе-хе! Другим приятнее...
Приятнее... Вот потеха! Ну и ну! Есть смысл, пожалуй вести себя хорошо, раз
так! На досуге надо попробовать.
Он снова вытер глаза кружевным платком, и, вспомнив, что на столе
хороший обед, схватил нож и вилку и начал уписывать угощение за обе щеки.


    3. ВОИНЫ С СЕВЕРА



Королю Ринкитинку так понравилось на Пингарее, что он загостился на
острове - прошел день, другой, неделя, вторая, третья, а Ринкитинк
наслаждался обедами, разговорами с королем Киттикутом и крепким сном. Время
от времени он разворачивал свиток и принимался читать из него выдержки.
- Когда я вернусь домой, мои подданные спросят, научился ли я хорошо
себя вести за то время, что изучал трактат. Так что не стоит их
разочаровывать, - говорил Ринкитинк.
Двадцать гребцов поселились на северной оконечности острова вместе с
ловцами жемчуга, и их совершенно не волновало, вернутся они домой или
останутся здесь навсегда. Козел Билбил бродил по покрытым травой холмам,
гулял в роще и проводил время в свое удовольствие. Его хозяин редко ездил на
нем. Билбил стал достопримечательностью, но поскольку островитяне считали
ниже своего достоинства беседовать с козлом, они сторонились Билбила, чему
тот был очень рад, предпочитая, чтобы к нему поменьше приставали.
Однажды принц Инга подошел к нему и вежливо сказал:
- Доброе утро.
- Чего же в нем доброго! - проворчал Билбил. - Облачно, сыро, и вот-вот
пойдет дождь.
- Надеюсь, вы довольны времяпрепровождением в нашем королевстве, -
учтиво продолжал мальчик, пропустив мимо ушей грубый ответ.
- Ничуть, - отвечал козел. - Я никогда и ничем не доволен, поэтому мне
что в вашем, что нашем королевстве - все едино. Оставьте меня в покое.
- С удовольствием, - сказал принц, и после такого отпора он больше не
пытался завоевать расположение козла.
Поскольку его отец был занят своим гостем-монархом, Инга был
предоставлен самому себе - ему не разрешалось присутствовать при беседах
двух королей. Поэтому он с удвоенной энергией взялся за учебу. Он проводил
дни на своем любимом дереве, читал манускрипты и размышлял над прочитанным.
Только, пожалуйста, не думайте, что Инга был неженка или зубрила,
оттого что не водился со сверстниками и все время учился. Просто, как
королевский сын, он был лишен удовольствия принимать участие в забавах