— Дело в том, что я вышел на пенсию. Продал фирму и дом в Коннектикуте и перебрался в Калифорнию. Купил себе уютный домик близ Сан-Диего. Совсем уж было приготовился к тихой жизни пенсионера, и вдруг этот сердечный приступ...
   — О, какой ужас!
   — Ужас был в другом. Я оправился, но почувствовал себя бесконечно несчастным и одиноким. Затем однажды, когда я сидел дома и приходил в себя, то обнаружил, что в стенном шкафу, где хранились швабры, появилось дополнительное измерение, о существовании которого я никогда раньше не подозревал.
   Шейла улыбнулась:
   — И вы оказались в замке Опасном, как и все остальные.
   — Именно. Все наши истории в принципе одинаковы. Разнообразием не блещут.
   Танец закончился, и публика зааплодировала. Музыканты встали, поклонились, затем снова сели и заиграли мелодию побыстрее.
   — О... — выдохнула Шейла. — Такое мне не станцевать.
   Далтон посчитал по пальцам такты.
   — Вроде бы девяносто восемь. Или девяносто четыре? — Он усмехнулся.
   — Может, пересидим?
   — Пожалуй.
   — Хотите перекусить?
   — Да, неплохо бы.
   Покинув площадку для танцев, они присоединились к группе гостей у шведского стола. Шейла окинула взглядом потрясающий ассортимент блюд. Повара превзошли самих себя.
   — Нравится вам здесь, Шейла? — спросил мужчина по имени Такстон.
   — Да, очень, — ответила девушка, намазывая на крекер паштет из гусиной печени. — Вот только немного волнуюсь из-за Джина.
   — Не стоит себя слишком взвинчивать. Думаю, теперь он может появиться с минуты на минуту.
   — Надеюсь. Но он должен был позвонить, мы же договаривались.
   — В случае чего, — заметил Далтон, — Джин сам может о себе позаботиться.
   — Таких фехтовальщиков, как он, — один на полдюжины миров, — добавил Такстон. — И теннисист он тоже отменный. — Он горестно улыбнулся. — На себе испытал, можете мне поверить.
   — Ты все со своим теннисом, — фыркнул Далтон.
   — А ты все со своим гольфом, — парировал Такстон.
   — Гольф — цивилизованная игра.
   — А теннис — нет, что ли? Интересно, по каким критериям...
   — Гольф — медленная игра. Это единственный критерий.
   — Чушь. — Такстон заметил отсутствующий взгляд Шейлы. — Что-нибудь не так, моя милая?
   — А? Да нет. Просто... как раз в тот день, когда должен был объявиться Джин, портал минут на десять исчез.
   — Правда? А это имеет значение?
   — Трудно сказать. Вы же знаете, порталы появляются и исчезают, и земные в том числе... Нет, все-таки я беспокоюсь.
   — Так вы же говорите, что портал быстро восстановился?
   — Да, может, он и меньше десяти минут отсутствовал, но...
   К ним присоединились еще два гостя: невысокий мужчина с аккуратными усиками — мсье Дюквиз — и Дина Вильяме, молодая чернокожая женщина.
   — Опять лопаете? — проворчала Дина.
   — И что с того? — вскинулся Такстон. — С тех пор как я здесь, я не прибавил ни фунта, а тому уже три года будет. — Он с ухмылкой добавил: — Одно из многих здешних преимуществ.
   — Знаете, меня всегда интересовало, настоящая ли здесь еда, — заметил Дюквиз. — В конце концов, она вся, до последнего кусочка, продукт колдовства.
   — Должно быть, настоящая, — ответила Шейла. — Иначе все мы умерли бы с голоду, так ведь?
   — Возможно, это обычная еда, только трансформированная, — предположил Далтон.
   — Логично.
   Дина огляделась по сторонам, кого-то высматривая.
   — А где Снеголап?
   — О боже, неужели и его пригласили? — Такстон изменился в лице.
   — Наверняка.
   — Ради всего святого, зачем?
   — Затем, что он, по-моему, близкий друг Шейлы.
   Такстон тут же сменил тон:
   — Прошу прощения, Шейла. Я совсем забыл.
   — Ничего страшного. Со Снеговичком иногда бывает непросто.
   — А мне нравится с ним общаться, — заявил Далтон. — Он хороший парень... в беде не бросит.
   Такстон уставился в свой бокал.
   — Да, ты, конечно, абсолютно прав.
   — Легок на помине, — хмыкнул Дюквиз.
   Толпа танцующих расступилась. В образовавшемся просвете появилось семисполовинойфутовое, покрытое белым мехом существо. Голова по сравнению с огромным туловищем выглядела маленькой, но на самом деле была довольно крупной и являла собой жутковатое сочетание кошачьих и медвежьих черт. В пасти сверкали огромные изогнутые клыки. Своим силуэтом существо напоминало человека, только пальцы на лапах заканчивались острыми белыми когтями. Желтые глаза свирепо сверкали. Придерживая закинутый на правое плечо огромный боевой топор, зверь приблизился к группе людей у шведского стола.
   — Всеобщий привет, — бросил Снеголап. — Извините, опоздал.
   — Ничего страшного, — заулыбалась Шейла. — Что-нибудь съешь?
   — Интересно, квалькаркки справляют нужду в океан? Такстон, приятель, что скажешь? — непонятно к чему высказался белоснежный зверь.
   — Вот уж чего не знаю, того не знаю, — пробормотал Такстон, отступая назад.
   — Так-так, что у нас тут? — поинтересовался Снеголап, окидывая взглядом стол. Морда его скривилась в презрительной гримасе. — Ничего нового. Вот, черт! — Протянув лапу, он схватил жареную цесарку, поднес к носу и обнюхал, потом, фыркнув, оторвал зубами огромный кусок. Захрустели кости. — В общем, неплохо. — Он швырнул то, что осталось от птицы, обратно на блюдо. — Хотя ничего особенного. — Он потянулся за стоявшим в центре стола букетом цветов.
   — Снеговичок, это не трогай! — предостерегающе воскликнула Шейла.
   — Извини, Шейла. Решил, что это еда.
   — Им не мешало бы приготовить что-нибудь специально для тебя...
   В этот момент появились слуги, неся огромное медное корыто, наполненное отвратительной на вид зеленоватой массой. Расчистив место, они поставили «тарелку» на стол перед белоснежным зверем.
   — Вот это другое дело, — обрадовался Снеголап, загребая пригоршню месива. Он ел с большим смаком и с еще большим шумом.
   Далтон заметил, что Снеголап привлекает к себе любопытные взгляды танцующих.
   — Кроме Снеголапа, никаких больше нелюдей не пригласили?
   — Похоже, что так, — ответила Шейла. — Ведь его все знают, хоть и побаиваются.
   — А я думаю, тот факт, что его все-таки позвали, говорит о безграничном к вам уважении.
   — Да ну, — отмахнулась Шейла.
   — Правда. Вы — одна из наиболее могущественных волшебниц, когда-либо появлявшихся в замке, все так говорят. Вы уступаете только самому Кармину.
   — Да ладно вам, — Шейла слегка покраснела.
   — Именно вы помогли спасти замок в последний раз, когда у нас были небольшие неприятности, и это всем известно.
   — Просто у меня такой талант.
   Из толпы выступил паж.
   — Прошу прощения, леди Шейла, но стражники в Доме На Полпути сообщают, что кто-то хочет побеседовать с вами по... говорящей машине.
   Лицо Шейлы озарилось надеждой.
   — По телефону? Это Джин?
   — К сожалению, миледи, этого они не сказали.
   Земной портал располагался на том же этаже башни, в пяти минутах ходьбы от Королевского танцевального зала. Дорогу Шейла знала, но паж настоял на том, чтобы сопровождать ее, хотя это и была одна из самых стабильных частей здания. Шейла уступила его настояниям и, придерживая шлейф длинного платья, последовала за юношей.
   Портал находился у затемненного аркой входа в то, что раньше было небольшим альковом. Теперь арка являлась дверью и вела в гостиную большого загородного поместья — и в другой мир: на Землю. Помещение с каменным очагом было обставлено роскошной мебелью. Через огромное окно во всю стену открывался вид на обширные поля и покрытые лесами далекие горы.
   Когда Шейла вошла в комнату, стражник, одетый в штатское платье по местной моде, вытянулся по стойке смирно. Девушка прошла прямо к приставному столику и взяла трубку:
   — Алло?
   — Шейла? Это Линда.
   — Привет! Что-нибудь узнала о Джине?
   — Ты хочешь сказать, что он еще не появился?
   — Нет. А ты где?
   — Пока что в Калифорнии. Послушай, я тут названиваю родителям Джина, и никто не отвечает. Поэтому я решила, что он или уехал куда-нибудь вместе с ними, или вернулся в замок.
   — Нет, сюда он не добрался и не звонил.
   — О... Я начинаю беспокоиться.
   — Я тоже. Немного. Но он должен объявиться. Не хочу об этом думать, но если с его самолетом что-нибудь случилось...
   — В новостях ничего не говорили об авиакатастрофах, — перебила Линда, — так что выброси это из головы. Я справилась в авиакомпании, они сообщили, что он сел на самолет в Лос-Анджелесе.
   — Что ж, тогда, надеюсь, все в порядке. Наверное, и в самом деле поехал куда-нибудь с родителями.
   — Конечно.
   После минутной паузы Шейла тихо проговорила:
   — Знаешь, мне в это как-то не верится.
   — Мне тоже.
   — И вот еще что, — добавила Шейла. — Два дня назад портал колыхнулся и исчез на несколько минут.
   — Такое и раньше случалось.
   — Но только на несколько секунд. А сейчас, по словам часовых, продолжалось минут десять. И вот еще что. Слуги сообщают, что где-то в округе бродит новый Гость. По их словам, ребенок, и выглядит как землянин.
   — Хм. Если так, значит, перед тем как стабилизироваться, портал немного поблуждал. Найди-ка этого ребенка и удостоверься сама.
   — Линда, ты думаешь?..
   — Что?
   — Ох, не знаю. Нам ведь не все известно о порталах. Скорее бы лорд Кармин вернулся!
   — Когда-нибудь вернется. А до тех пор придется справляться самим. На то нам и даны громкие титулы. Но что пришло тебе в голову?
   — Что кто-нибудь мог сдвинуть портал с места.
   На другом конце провода на секунду воцарилось молчание. Затем прозвучал тихий голос Линды:
   — Хорошо, я об этом подумаю.

Где-то в другом месте

   Он провел, как ему казалось, целую вечность в кромешной тьме и начал сходить с ума. Все, что оставалось делать, — до бесконечности измерять шагами безликую камеру — двенадцать шагов в длину, восемь в ширину, — иногда при ходьбе задевая рукой голые стены. Он давно уже оставил попытки найти в стене какой-нибудь шов или трещину — по-видимому, таковых не существовало. Ни единого шанса бежать.
   Ему не давали ни воды, ни пищи, и уборной здесь тоже не было. Нужду он справил в углу, а во рту у него было как в корзине для грязного белья. К тому же от голода сводило кишки.
   Хуже всего — ничего не знать. Не представлять ни кто его тюремщики, ни почему его здесь держат. Непонятно, что происходит там, в замке, может быть, он снова в осаде или еще что-нибудь случилось. С этим замком ничего не поймешь, недаром его называют Опасным.
   А разве у него самого, Джина Ферраро, есть личные враги? Покопавшись в памяти, эту мысль он отбросил. Нет, должно быть, похищение — часть более грандиозного замысла. Странно только, что его сразу не убили. Очевидно, им нужен заложник. Зачем?
   А может, они собираются обречь его на медленную смерть? Без пищи, без воды, без элементарных удобств? Хорошенький конец — сдохнуть с голоду!
   Он принюхался. Начинал появляться запашок, но, очевидно, вскоре ему уже не понадобится отправлять свои естественные потребности. А жажда убьет его даже раньше, чем голод.
   Сколько времени он уже здесь? Совершенно непонятно. По крайней мере, сутки. Может, двое. А кажется, целую неделю. Он ни на минуту не сомкнул глаз и с ног валился от усталости.
   Джин остановился, сел, прислонившись спиной к стене, и начал размышлять о том, где он может находиться. Итак, он прошел сквозь земной портал, а это означает, что он — где-то внутри замка Опасного. По его представлениям. Он никогда не слыхивал о том, чтобы портал мог открыться между замковыми мирами. Но если существует такая вероятность, вряд ли удастся определить, куда его занесло.
   Мысль о том, что он сейчас все же в стенах Опасного, пускай даже и в лапах похитителей, согрела ему душу. Это означало, что его колдовские таланты при нем. Пардон: талант, поскольку у него есть только один. Он здесь лучший фехтовальщик. Хорошо бы проверить эту гипотезу, но тогда нужен меч. Другого способа нет. Он попробовал сражаться с тенями при помощи воображаемого оружия, но мало что понял.
   По ощущениям вроде бы все правильно, он чувствовал, что мастерство фехтовальщика к нему вернулось, но возможности точно удостовериться не было. Впрочем, пока он безоружен, вопрос все равно остается открытым.
   Его мысли перекинулись на еду. Был в Питтсбурге отличный сирийско-ливанский ресторанчик, в котором он частенько столовался. Там подавали великолепный кебаб, ароматные ломти поджаренной на открытом огне замаринованной баранины, особенно вкусной с гарниром из риса и овощей. А на закуску можно было взять салат табули — огурец с петрушкой в лимонном соке — вместе с теплым, свежеиспеченным хлебом, который он обмакивал в смесь из растертого нута, масла кунжута и чеснока. А еще виноградные листья, фаршированные рисом, бараньим фаршем и специями — или, может, немного кибба, сырого бараньего фарша с луком. Впрочем, совсем не обязательно насаживать на вертел мясо. Есть масса других блюд, например фаршированные баклажаны или...
   Пора остановиться. Думать о еде — самый верный способ сойти с ума.
   Китайцы тоже неплохо готовят. В носу у него прямо-таки засвербело от запаха цыпленка с орехами кешью. Да ведь и в старой доброй американской поджарке нет ничего плохого, если она зарумянилась по краям, а внутри осталась розовой и рядом с ней — вулканчик из пюре, кратер которого до краев заполнен соусом из мясного сока...
   Остановись! Или ты уже свихнулся? Хватит! Остановись!
   Он поднялся на ноги и снова зашагал. Прогнать бы эти фантомные запахи. Теперь явственно ощущался аромат выпекаемого хлеба.
   Джин замер. Может, он и в самом деле чувствует этот запах. Или аромат создан искусственно, чтобы его помучить? Еще одна пытка. Может, его страдания только начинаются.
   Кто-то подстроил ему эту ловушку! Но кто?
   Никаких соображений у него не было. Разве что в замок вернулись Духи Ада. Эти подонки способны на все. Садизм для Духов — детская забава. В таком случае ему уготованы горячие щипцы и тиски или что-нибудь похуже, если таковое можно вообразить. Вероятно, можно. Он забеспокоился. Разумеется, и его страх тоже входил в замыслы похитителей. Они хотят, чтобы он заговорил? О чем? Ни о чем таком, что представляет стратегическую ценность, ему вроде бы не известно. Он — простой солдат, вот и все. А не чародей, как...
   Как Линда и Шейла. Особенно Шейла. Они хотят через него добраться до девушек? Принудить их к сотрудничеству с помощью угроз в его адрес? Или наоборот?
   Может, его просто держат в резерве, чтобы потом использовать для торговли? Правдоподобный вариант. Или они решают, как с ним поступить, поэтому главные пытки еще не начались. В их планы входит пока оставить его жить и задыхаться в собственных испражнениях.
   Интересно, в какой части замка он находится. Скорее всего, в центральной. Не исключено, что в главной башне, но с равной вероятностью это может быть одна из наружных оборонительных стен, которые в Опасном образуют головоломный лабиринт.
   Нет, больше ему не выдержать. Пришло время последнего средства спасения. Джин сунул руку в карман и содрал фантик с круглой вишневой карамельки.
   Он уже поднес было конфету ко рту, но остановился. Наверное, лучше все же приберечь ее на потом. Иначе жажда сделается невыносимой.
   Снова завернув конфету в обрывки фантика, пленник спрятал ее поглубже во внутренний карман спортивного твидового пиджака. Почему он перед тем, как сесть в самолет, не запасся, как обычно, жевательной резинкой и тому подобной ерундой?! Все из-за пробок в Лос-Анджелесе в час пик! И так еле успел на посадку.
   Если выберется отсюда, никогда больше не выйдет из дома без оружия.
   Однако, если поразмыслить, что проку теперь от пистолета, или ножа, или даже меча? Он поплатился за свою идиотскую доверчивость. Надо было расспросить того пажа как следует, потребовать встречи, по крайней мере, с Осмириком, если не с самим Кармином, надо было... Свет!
   Он подождал, когда утихнет боль в глазах, и вгляделся. Полоска света возникла в дальней стене. Джин нетвердым шагом направился к отверстию. В лицо дунул теплый ветерок, а ноздри уловили немного неприятный запах. Странный и незнакомый.
   Джин знал, что это не простая дверь. Инстинкт подсказывал ему, что перед ним — один из нестабильных порталов.
   Значит, он все-таки в стенах замка! И проскочи он сейчас в портал, выберется из темницы, но возможно также, что на той стороне он останется навсегда и навеки лишится Опасного и его чудес. Таковы нестабильные, блуждающие врата. Они перемещаются по замку, появляясь и исчезая в совершенно непредсказуемых местах, а иногда пропадая навсегда. Каждый портал ведет в свой мир. Некоторые из миров смертельно опасны, другие нет. Как угадать, что скрывается за этим проемом? Если, конечно, это и в самом деле портал, а не молчаливое приглашение к выходу из темницы. Нет, кажется, его никто не поджидает.
   Глаза немного привыкли к свету. Приставив ладони козырьком ко лбу, Джин осторожно двинулся к проему. Постепенно стали различимы некоторые очертания ландшафта. Ничего особенного: скалы вдалеке, взгорье, колючий кустарник и песок кругом. Небо слегка отдавало желтизной.
   На ловушку вроде не похоже. Он высовывался наружу до тех пор, пока его не согрели лучи незнакомого солнца. Наконец он перешагнул порог.
   Остановившись, Джин огляделся по сторонам. Портал темным прямоугольником возвышался в центре оврага. Со всех сторон поднимались розоватые валуны. Небо было бледно-желтого цвета. На солнце взглянуть пока не удавалось, но по ощущениям оно было больше, чем земное, хотя и не такое яркое. Теплым воздухом дышалось легко. Повезло. Такое не всегда случается по ту сторону портала. Он выбрал камень и присел подождать, пока привыкнут глаза.
   Это произошло как раз вовремя, чтобы он успел заметить, как портал с негромким хлопком исчез.
   — Ну вот и хватит вспоминать о жизни в Опасном, — уныло сказал сам себе Джин.
   Портал может и снова появиться, но надежды мало. Скорее всего, теперь отсюда не выбраться.
   Он решил не ждать у моря погоды в надежде, что портал снова материализуется. Присутствие растительности говорило о том, что здесь есть жизнь, а там, где существует жизнь, существует и опасность. Особенно на таком открытом пространстве.
   Выбравшись из оврага, он увидел на равнине город, причудливое нагромождение куполов, шпилей и затейливой формы зданий одинакового, блеклого сине-зеленого цвета. Что-то подсказывало, что город разрушен и пуст, — вокруг царила тишина, безжизненная тишина древности.
   Джин долго смотрел на город.
   — Обложка «Невероятных историй» примерно тридцать второго года издания, — заключил он. — Может, с небольшим вкраплением «Захватывающих чудес». Похоже на Эдмунда Гамильтона.
   Повернул голову направо, затем налево. В обозримом пространстве — ничего. И Джин зашагал по равнине.

Замок

   Джереми не мог понять, когда пересек грань между реальностью и сном. Или, лучше сказать, затянувшейся галлюцинацией. Этот дикий бред начался вместе с сигналом полицейской рации? А с крыши он сиганул на самом деле? Кажется, да. Тогда, наверное, все это ему померещилось за какие-то секунды падения. Но путь к смерти что-то сильно затянулся. По собственным представлениям, хакер блуждал но замку уже дня два.
   Он не сомневался, что это именно замок, поскольку помещение и изнутри выглядело соответственно, и через окна тоже кое-что удалось увидеть. За ними открывались... виды на... непонятно что Какие-то миражи. И совсем сбивали с толку то и дело возникающие прямо перед носом дверь или окно. Хлоп — и ты уже в двух шагах от трясины, или джунглей, или города-призрака, или еще чего-нибудь невероятного.
   Но на этом сумасшествие не кончалось. Еще здесь водились разные существа. Вчера его преследовал кто-то пурпурный и многорукий — как показалось Джереми, не спеша, хотя мог бы развить гораздо большую скорость и легко настичь жертву. Может, этот чудик тоже заблудился и искал общества? Джереми вообще-то так и подумал, но страх помешал ему остановиться. Ладно, если сегодня он опять появится, попробуем пообщаться.
   А может, и нет. Джереми все еще не перестал шарахаться от каждого шороха и пугался даже людей. Встретившиеся ему как-то люди заговорили с ним, приглашали пойти куда-то, присоединиться к другим Гостям.
   «Да, конечно!» — проорал парень, улепетывая со всех ног. Как будто они вовсе не собираются бросить его в подземелье. Как же, Гости!
   А вдруг не стоило убегать? А если ему и в самом деле пытались помочь? Выглядели они достаточно безобидно — если допустить, что люди, разгуливающие в таких странных нарядах, могут быть безобидными.
   Но все может быть. В конце концов, кто выставил пищу под дверь той странной комнатушки, где он спал прошлой ночью? Он решил что поднос оставили по ошибке, но теперь сомневался в этом. Еда была великолепной, хотя к тому времени он изголодался настолько, что готов был слопать дохлого скунса.
   Рано или поздно что-то надо делать, и если он не хочет свихнуться, то чем раньше, тем лучше. И так уже посещают бредовые идеи, например: не сдаться ли ему? Джереми истерически расхохотался. Сдаться. Его, значит, и в стране Фантазии разыскивают. А у Микки Мауса ордер на его арест. Нет, диснеевские персонажи ему здесь не встречались — пока, — но в таком месте можно ожидать чего угодно.
   Он шел по одному из бесконечных коридоров замка, когда из примыкающего прохода появился еще один костюмированный обитатель — бородатый мужчина с забавной стрижкой, в странных остроносых туфлях. Джереми от неожиданности занесло, как машину на повороте, и он едва не уронил компьютер.
   Мужчина смерил парня взглядом:
   — А, вот ты где! Советую пойти со мной, молодой человек.
   Но тот, не вполне еще готовый к такому повороту событий, ринулся в противоположном направлении.
   — Ты можешь покалечиться, сынок! Пожалуйста, выслушай меня!
   Джереми чуть было не поддался на уговоры, но когда в коридоре появился еще один мужчина, запаниковал.
   — Задержи его, Уилдон! — крикнул первый.
   Уилдон, огромный и неповоротливый, присел на корточки и вытянул вперед руки, словно мечтая заключить Джереми в объятия.
   Хакер выполнил движение из учебника по игре в бейсбол, проскользнув у Уилдона между рук так, что тот его даже не коснулся, и помчался дальше.
   Но коридор заканчивался одной из безумных дверей, на сей раз за ней светило яркое солнце и зеленела густая растительность. Джереми немного замедлил бег и обернулся через плечо. Точно, Уилдон преследовал его. Парень прибавил скорости и ринулся через проем.
   На него дохнуло жаром, когда он, пронесясь по открытому пространству, влетел в густой тропический лес. Листья хлестали по лицу, а кроссовки «Рибок» утопали в высокой траве. Со всех сторон неслись странные крики — ну прямо звуковая дорожка к «Тарзану»: уханье, чириканье, улюлюканье и тому подобное. Испугавшись, он споткнулся, зацепился за какую-то колючку и порвал брюки. На секунду у него замерло сердце: он решил, что его поймал кто-то спрятавшийся в траве. Он пронзительно взвизгнул, изо всех сил рванулся и пустился наутек. Снова споткнулся, чуть не упал, развернулся и попробовал побежать в обратном направлении. И тут же, наткнувшись на незаметный в траве камень, полетел головой вперед, с треском рассекая стену растительности.
   Скатившись с высокого, поросшего травой пригорка, он плюхнулся на мягкую землю и наконец смог оглядеться. Вокруг — открытое пространство, лес остался позади.
   Джереми сел, выплевывая песок. Это пляж, что ли?
   Нет, не пляж. Просто заполненное песком углубление. Немного напоминает песчаную ловушку на площадке для гольфа. Да нет, в точности песчаная ловушка в...
   — Эй, парень!
   Джереми моргнул и огляделся по сторонам.
   — Да, ты! Тебя не затруднит убраться оттуда к черту? Я прицеливаюсь.
   Теперь Джереми разглядел говорящего. Это был мужчина тридцати с небольшим лет, худой и светловолосый, одетый в рубашку, жилет и старомодные штаны до колена — панталоны — дополняемые высокими чулками и спортивными туфлями. Ну прямо кадр из старой киношки. Еще один мужчина, постарше, стоял за говорившим, выжидая.
   Первый мужчина в раздражении сделал шаг вперед.
   — Ты что, оглох?
   — С чего бы, — сердито ответил Джереми.
   — Тогда послушай. Не хочу грубить, но проваливай отсюда, пожалуйста, а? Нам бы хотелось еще немного поиграть, если ты, конечно, не против.
   — Э.. простите. — Джереми поднялся на ноги и отошел в сторону.
   — Еще немного, — пробормотал мужчина, так и этак поворачивая клюшку. — Еще пару шагов. Вот так. Да, да, вот молодец. — Он вернулся к своему мячику и после нескольких пробных замахов ударил по нему со словами: — Ну, давай!
   Мячик полетел по дуге к находившейся совсем рядом лужайке, хлопнулся на землю совсем близко от отметки, затем, проскользив по подстриженной траве, скатился в другую лунку.
   — Дьявол! — вскричал мужчина, с отвращением отбрасывая клюшку.
   Таща за собой двухколесную тележку со снаряжением для игры в гольф, мужчина постарше приблизился к Джереми.
   — Только что свалился, сынок?
   — Как это?
   — Свалился в замок. Ты ведь совсем недавно здесь? Вроде бы с позавчерашнего дня?
   — М-м, да, точно. А вы тоже из замка?
   — Разумеется. Побаиваешься пока? Не бойся. Его называют Опасным, но, когда освоишься, тебе здесь понравится. Просто надо привыкнуть.
   — Чепуха какая-то кругом.