проход расширился, и Пэрри смог встать. Присоединившись к нему, Лила
показывала дорогу.
Как будто по спирали, они спускались по невероятно запутанным коридорам
и переходам. Пэрри догадался, что они сходят в Ад.
Наконец спутники вошли в великолепный зал. Там на золотом троне
восседал Князь Тьмы, Господин Люцифер. Он представлял собой красивое
какой-то жуткой красотой существо с четко обозначенными рожками и хвостом
- точно такое, каким представляли его художники того времени. Вероятно, их
вдохновителем было само изображаемое лицо...
- Поклонись, - шепнула Пэрри Лила. - Пади ниц перед Сыном Утренней
Зари.
Пэрри помешкал:
- Перед кем?
- Перед моим Господином, Люцифером, Денницей, как его называли до
Падения. На колени!
- Похоже, монах сомневается! - рявкнул Люцифер. - За это я накажу его.
Монах, я поведаю тебе то, что ты не желаешь знать - дату твоей смерти. Она
наступит ровно через три года, в час...
Упав на пол, Пэрри распростерся перед Люцифером, злобный голос которого
тотчас же оборвался. Господин лжи остался доволен.
Означало ли его имя то, что жестокое известие являлось лишь вымыслом?
Быть может, Люцифер просто хотел его помучить?
- Монах все еще сомневается! - снова прогремел голос Люцифера. - В Ад
его!
В ту же секунду Пэрри со всех сторон окружило и обдало жаром пламя. Его
туника вспыхнула. Вскочив на ноги, Пэрри выпрыгнул из огненного круга и
принялся кататься по земле, пытаясь сбить пламя с одежды. Как только ему
это удавалось, она снова загоралась. Тогда Пэрри сорвал ее с себя,
оставшись совершенно голым.
Внезапно он обнаружил, что на него направлено множество глаз. На Пэрри
в смятении смотрели молодые женщины, тоже без одежд, каждая из которых
держала трезубец. Пэрри попытался прикрыться, однако мог сделать это
только при помощи рук. Тогда он оставил бесполезную затею - в конце
концов, незнакомки были смущены не меньше его.
Пэрри почувствовал, что вокруг - самый настоящий Ад. Повсюду над
тлеющими углями стелился удушливый дым. В отдельно расположенных друг от
друга ямах горели костры, возле каждого из которых хлопотало по одной
девушке.
Из ям ближе к Пэрри бешено взметнулось вверх пламя. Взвизгнув от
страха, девушки снова принялись за работу, трезубцами сгребая угли на
середину своих костров. Это немного сбивало огонь, зато прибавляло едкого
дыма, от которого девушки начинали кашлять. Чаще всего угли свободно
проходили между широко расставленными зубцами вил, однако других орудий
труда у несчастных не было.
Появление Пэрри отвлекло эти грешные души, заставив их на время
позабыть о работе, за что они оказались наказаны усилившейся жарой и
дымом. Вероятно, чтобы хоть как-то существовать, им постоянно приходилось
орудовать трезубцами...
Внезапно возникла Лила.
- Я уговорила Господина дать тебе еще один шанс, - сказала она. -
Принимая во внимание то, что ты впервые сюда попал. Извинись перед ним,
тогда он, как и намеревался, примет тебя.
Пэрри понял, что для него это теперь единственный выход. Вероятно,
Люцифер прочел его мысли - ведь Пэрри действительно усомнился в словах
Отца лжи.
Затем он заметил, что Лила вовсе не такая, как обычно. Ее всегда
безукоризненно причесанные локоны были в беспорядке, а на теле виднелись
синяки. Пэрри давно уже знал, что смертный не смог бы причинить ей ни
малейшего вреда...
- Ты оставалась с ним. Он тебя обидел?
- Ну конечно, нет, - быстро ответила дьяволица. - Меня невозможно
обидеть.
- Но сделал же он что-то с тобой! Я ведь вижу!
- Я его творение, - напомнила Лила. - Он может делать со мной все что
угодно.
Подслушивая их разговор, стоящие неподалеку девушки снова отвлеклись от
своей работы.
- Что он с тобою сделал? - настаивал Пэрри.
- Ничего особенного, - попыталась защититься она. - Послушай, Пэрри, с
этим не шутят. Лучше извинись перед ним и...
- Как тебе удалось его уговорить?
- Пэрри, ты ведь знаешь, у меня только один способ...
- Ты отдалась ему, - вскричал Пэрри в неожиданном приступе ревности, -
как уличная девка!
- Какой смысл применять это понятие к таким, как я? Прошу тебя, Пэрри,
одумайся, иначе...
- Шлюха! - взревел он.
Среди клубящегося дыма перед ними вдруг возникли очертания Люцифера.
- Сдается мне, наш монах никак не образумится, - бросил Повелитель Зла.
- Тогда пусть остается здесь навеки!
- Только не это, мой Господин! - взмолилась Лила. - Его время еще не
пришло!
- А ты вместе с ним, блудница, - за то, что не оправдала моих надежд, -
повысил голос Люцифер и скрылся из виду.
В отчаянии Лила, совсем как простая смертная, принялась рвать на себе
волосы:
- Полюбуйся, что ты натворил, Пэрри! Нам никогда уже не выбраться
отсюда!
Гнев Пэрри как будто испарился. Конечно, для нее, обитательницы Ада,
верность совершенно ничего не значит. Он вовсе не имел права вести себя
как собственник. К тому же Лила никогда даже не заикалась о своих
чувствах, она лишь с точностью расплачивалась с ним за работу. Выходит,
она действительно проститутка? Что ж, дьяволица никогда и не претендовала
на иное! Лила по-своему пыталась отсрочить вынесенный ему приговор, и ей
это удалось. Он же оказался ослеплен своей ограниченностью...
- Я прошу прощения, Лила, - сказал Пэрри. - У тебя. Но не у него.
Стоявшие рядом женщины зааплодировали, а затем поспешно вернулись к
своей работе.
- Поздно просить прощения! - отрезала Лила. И все же, казалось, она
смягчилась, поскольку всегда ценила его вежливость. Похоже, дьяволицу
нечасто жаловали. - Теперь мы будем торчать здесь вместе с этими неверными
женами. Стражники быстро расставят нас по местам.
Пэрри был готов даже принять свою участь, если бы только Лила осталась
рядом. Теперь он догадался, что Люцифер, конечно же, не подарит ему такую
приятную возможность.
- Быть может, нам удастся сбежать...
- Дурачок, отсюда не убежишь. Только зря рассердишь тюремщиков. - Она
на мгновение заглянула ему в глаза. - Хотя должна признаться, я недостойна
твоей ревности.
Лила сказала это совсем как обычная женщина. Общая беда сейчас словно
уравняла их.
- А по-моему, достойна, - отозвался он.
- Я, дьяволица? Ведь я не более чем игрушка в руках своего Хозяина. У
меня нет души, нет совести, нет обязательств, кроме одного - исполнять его
волю. Он пожелал совратить тебя - и я это делаю. Ты, конечно, мне ничего
не должен - ведь каждый раз когда я тебя вознаграждаю, я в полной мере
получаю плату.
Лила сказала чистую правду.
- И все же ты отлично знаешь свое дело, - заметил Пэрри.
- Еще бы! В противном случае мне бы его не поручили.
- Значит, ты вправе гордиться собой.
- Гордость - один из смертных грехов.
- И одна из самых высших добродетелей. - Впрочем, вряд ли следовало
говорить об этом ей... - Почему ты старалась дать мне еще одну возможность
встретиться с Люцифером?
- Потому, что твоя неудача означает и мою несостоятельность. Я хотела
доказать, что мне все-таки удалось тебя совратить. Тогда я могла бы
продолжить свою работу.
- А почему нельзя было просто бросить меня и получить другое задание?
- Ну, я...
- Ты лжешь.
- Я никогда не лгу!
- Тогда скажи, что я тебе совершенно безразличен. Что я - всего лишь
работа.
Лила открыла было рот, но промолчала. Затем она рассмеялась:
- Теперь ты делаешь со мной то же самое - разлагаешь разговорами!
- Что ж, когда-то я был неплохим проповедником, - хмуро отозвался он.
Лила задумалась.
- Я дьяволица, и мне не присущи человеческие чувства. Я лишь изображаю
их, чтобы обманывать смертных вроде тебя. Но мною неизменно руководит
желание добиться своей цели - угодить Хозяину. Я вижу, что ты способен на
Великое Зло, поэтому твое развращение увеличит власть моего Господина и он
будет доволен. Боюсь, что, отбрасывая тебя, мой Хозяин ошибается. Поэтому
я постаралась упросить его довести твое совращение до конца. Я отношусь к
тебе так, как, возможно, ты отнесся бы к драгоценной жемчужине или
уникальному средству для достижения цели. Было бы глупо принять это за
какое-то чувство к тебе лично. На эмоции я просто не способна.
Пэрри согласно кивнул:
- Я прекрасно понимаю, что ты собой представляешь, Лила. Но я-то
простой смертный, я - человек. Я ненавижу тебя за то, что ты сделала со
мной и с призраком моей жены, но в то же время люблю тебя... Поэтому
позволь мне тешить себя обманом, будто где-то далеко в тебе все же есть
хотя бы искорка человеческого чувства.
- Это царство как раз и отличается обманом, - напомнила она. - Сюда
идет тюремщик.
Им оказался огромный демон, который привычно взмахивал хлыстом, обжигая
им бока женщин. Те пронзительно визжали, однако то, как при виде стражника
они съеживались от страха, наталкивало на мысль, что наказание хлыстом для
них еще не самое страшное. Одна женщина случайно оступилась и шагнула в
яму, из которой тотчас же послышалось жуткое шипение. Выкарабкавшись
оттуда с обожженными ступнями, несчастная завопила еще громче.
Пэрри знал, что все они - проклятые бесплотные души. Однако выглядели
они совсем как обычные смертные и, наверное, чувствовали... Их наказывали
за то, что они не смогли остаться верными семейному очагу. Взяв в
возлюбленные дьяволицу, Пэрри сам стал таким же. Да, Люцифер жестокий,
однако по-своему справедливый хозяин!
- В сторону, дерьмо! - заорал демон, намеренно обжигая ягодицы Пэрри
хлыстом.
Чтобы не закричать от резкой боли, Пэрри пришлось прикусить язык.
- С какой стати здесь душа мужчины? У Люцифера довольно извращенный
юмор!
Подняв хлыст для более внушительного удара, демон заметил Лилу.
- А ты-то чего здесь забыла? - удивился он.
- Мне не удалось в достаточной степени развратить этого смертного, -
объяснила Лила. - Поэтому я и попала сюда вместе с ним.
- Хо-хо! Значит, теперь ты наконец-то снизойдешь и до меня. У меня
целую вечность слюнки текут, когда я гляжу на твою задницу. А ну пойдем! -
Он попытался грубо схватить ее.
- Прочь, пес! - выпалила Лила. - Я не для тебя!
Однако, поймав ее, демон уже тянулся к Лиле своим клыкастым ртом. Пэрри
догадался, что здесь, в Аду, она не способна, как прежде, рассыпаться на
мелкие частички - ведь из разряда фавориток она превратилась в узницу.
Лила не могла увернуться от демона с такой же легкостью, как выскальзывала
из рук любого смертного.
Не успев подумать, Пэрри выхватил у ближе всех стоявшей к нему женщины
вилы и метнул их в демона.
Однако вилы свободно прошли сквозь него, и, увлеченный борьбой с Лилой,
демон ничего даже не заметил. Его плоть оказалась неуязвима - чего нельзя
было сказать о Лиле, которая яростно сопротивлялась. Впрочем, демон явно
одерживал верх и в считанные секунды готов был добиться своего.
Пэрри отчаянно пытался что-нибудь придумать... С одной стороны, он
понимал, что ведет себя ужасно глупо. Лила была дьяволицей и едва ли могла
пострадать от того, что собирался сделать с ней демон. Человеческие оценки
казались здесь совершенно неприемлемыми. С другой стороны, Пэрри считал,
что Лила в какой-то степени принадлежит ему, и поэтому не мог спокойно
наблюдать, как ее насилуют. Достаточно того, что ее использовал Люцифер...
На этот раз все это безобразие еще и происходило прямо на глазах у Пэрри.
Однако действенного оружия против тюремщика у него не было. Он не мог
даже до него дотронуться, не говоря уже о том, чтобы остановить.
Тогда Пэрри открыл рот и запел:

Ада созданье, мне внимай!
И на своих не нападай!
Подумай - вы все Люцифера слуги,
И трудитесь ради единой заслуги.

Тюремщик остановился. Пэрри импровизировал так же, как в то время,
когда ему пришлось защищать детей от одержимых злыми духами диких зверей.
Теперь он пытался успокоить демона и заставить его подчиниться своей воле.
Пэрри вкладывал в пение магию, настраивая демона не на вражду, а на
понимание.

Помни, создание Ада, изменчив успех.
Жертва с обидчиком может легко поменяться местами.
Вдруг Люцифера внимание снова снискает она -
Вспомнит тогда непременно, как ты поступил с ней жестоко.

Потрясенный, тюремщик не двигался с места. Пока Пэрри пел, Лила
высвободилась из рук демона и, отодвинувшись от него, смотрела на Пэрри во
все глаза.
Тогда Пэрри взял ее за руку и, продолжая петь, повел вон из камеры.
По-прежнему глядя на него, Лила покорно шла следом. Они миновали женщин,
которые, не обращая внимания на свои костры, как зачарованные, смотрели на
Пэрри. Однако, пока он пел, затих даже огонь.
Наконец они добрались до выхода, который охранял стражник. Пэрри
продолжил пение, и тот не пошевелился. Пройдя мимо него, беглецы оказались
в каком-то коридоре. Когда стены тюрьмы остались далеко позади, Пэрри
замолчал.
Теперь впереди пошла Лила, по-прежнему не отпуская руку Пэрри и ведя
его каким-то неизвестным ему путем. То и дело поворачивая, они, словно по
лабиринту, постепенно продвигались вверх.
Минуя последний коридор, оба шагнули в монастырскую келью Пэрри.
Обернувшись, Лила захлопнула дверь в туннель и взмахом руки как будто
стерла ее.
Им все-таки удалось вырваться из Преисподней!
Лила молча обняла Пэрри и, поцеловав его с небывалым чувством,
предалась страсти, которая граничила с неистовством. Таким способом она
выражала Пэрри свою благодарность, поскольку другого просто не знала...
Позже, когда они легли спать и Лила уютно устроилась возле него, Пэрри
попытался оценить все, что с ними случилось. Похоже, своим пением он смог
заворожить демонов самого Ада! Возможно ли такое? Земная поверхность
являлась царством смертных, и там люди редко пересекались с демонами,
причем при должном умении, а также с помощью магии человек успешно
одолевал злого духа. Но в Аду все, конечно, устроено иначе. Если бы
грешные души могли, они бы сотнями убегали оттуда!
Впрочем, сам Пэрри еще не умер... Вероятно, Люцифер блефовал - держать
в Аду души живых людей он явно не мог. Выходит, Пэрри вполне обошелся бы и
без пения. Ему следовало просто выйти оттуда!
Однако Лила находилась во власти Люцифера, который вполне мог поступить
с ней так, как считал нужным. Освободил ее Пэрри, несмотря на приговор
Хозяина, или это тоже оказалось обманом? Если бы Пэрри сбежал, кто, если
не Лила, продолжил бы его совращать? Возможно, Люцифер намеренно ее
отпустил. В действительности все произошедшее вовсе не казалось таким уж
значительным...
Что, если бы Пэрри не предпринял попытки вырваться, а просто стоял и
наблюдал, как демон насилует Лилу? Интересно, смог бы после этого Пэрри
когда-нибудь убежать из Ада? Вряд ли. Люцифер, Отец лжи, хотел заставить
его поверить в то, что он оказался узником Ада, и ему удалось это гораздо
лучше, чем Пэрри хотелось бы признать.
Выходит, его побудила к действию грозящая Лиле опасность. Это
продемонстрировало ее власть над Пэрри, и Лила осталась очень довольна. В
конце концов, она была дьяволицей. Таким образом ни его поступок, ни то,
как она к нему отнеслась, не делало чести обоим...
Тогда Пэрри попытался рассердиться на Лилу. Однако, дотронувшись до
горячей великолепной груди дьяволицы, он снова возжелал ее, как будто
совсем недавно вовсе не ощутил удовлетворения. Лила охотно откликнулась и
еще больше разожгла его страсть. Гнев Пэрри обратился на него самого, но
вовсе не помешал ему предаться похоти, которая оказалась сильнее ярости.
Пэрри понял, что его развращение проходит более чем успешно.


В тысяча двести пятидесятом году Пэрри должен был умереть. Теперь он
нисколько не сомневался в словах Люцифера - знание даты своей смерти
действительно показалось ему самой изощренной пыткой. Пэрри понимал, что
ему придется расстаться с Лилой - ведь как только он уйдет из жизни, ее
работа с ним закончится. Поэтому он отчаянно старался ей угодить, чтобы
как можно чаще тешить себя иллюзией любви, оставшейся его единственным
стремлением. Пэрри понимал, что в действительности дьяволица не способна
на подлинное чувство.
Впрочем, она все больше вела себя как настоящая женщина и по-прежнему
была непревзойденной любовницей. Когда они предавались страсти, Лила уже
не таяла в воздухе раньше времени, а оставалась с ним до самого конца. С
покорностью она уступала любой его прихоти. Если Пэрри задавал ей вопрос.
Лила отвечала, а если просил на время его оставить, безропотно выполняла
просьбу.
- Но чего же все-таки хочешь ты сама? - спросил он однажды, смущенный
ее постоянством и терпением.
- Лишь слышать твой голос, Пэрри, - ответила Лила. - Спой мне так, как
ты пел в Аду. Я испытываю трепет как от Ллано.
- Как ты сказала?
- Ллано, песнь вечности. Спой мне ее снова.
Тогда, в тюрьме, по сути, Пэрри заклинал демона, однако делал это ради
Лилы. Его заинтересовала песнь, о которой упомянула дьяволица, однако ему
не хотелось выказывать своего невежества - вдруг это окажется на руку
Люциферу? Пэрри спел для нее то, что пришло в голову, а Лила смотрела на
бывшего благочестивого монаха полными обожания глазами.
Впрочем, он не очень верил этим глазам, а лишь старался доставить ей
удовольствие - как будто она по-прежнему лишь расплачивалась с ним. Пэрри
стремился к новому злу, чтобы Лила знала, что он успешно работает.
Вскоре такая возможность появилась. Французский король Луи IX, гордый
человек и великолепный правитель, более других европейских монархов
казался настоящим рыцарем. Он много трудился над установлением в стране
надлежащего правопорядка. Это вело к постепенному отстранению Инквизиции
от проведения расследований и, естественно, вредило Люциферу. Отец лжи с
удовольствием убрал бы Луи со сцены.
Наиболее приемлемым способом для этого Пэрри показался крестовый поход,
о котором многие годы только лишь говорили. Использовав свое негласное
влияние, Пэрри подтолкнул процесс. В тысяча двести сорок восьмом году Луи
отправился в плавание к берегам Египта, чтобы оттуда приблизиться к Святой
Земле.
На первый взгляд, все шло прекрасно - в тысяча двести сорок девятом
году крестоносцы без боя взяли расположенный в дельте Нила город Дамиетта.
Однако Пэрри знал, что это ловушка. Как только войско двинулось на юг, к
Каиру, оно оказалось разгромлено. Солдаты были перебиты, а самого Луи в
тысяча двести пятидесятом году захватили в плен сарацины.
Пэрри выполнил свое задание, однако его время заканчивалось. Он старел
и задыхался, даже когда Лила дарила ему молодость. Его легкие постепенно
разрушались. То же самое было и с сердцем, которое часто давало сбои.
- Наконец, совершенно развращенный, ты умираешь, - сказала однажды
Лила. - Ты знаешь, что тебе уготован Ад.
- Да, знаю. И все же девять лет с тобой стоят того. Ты рассмеешься,
дьяволица, однако я с радостью начал бы все с начала. Будешь ли ты
навещать меня в Аду?
- Боюсь, что нет.
Пэрри вздохнул. Что ж, разлука с дьяволицей и вечная тоска по ней тоже
являлись своего рода наказанием.
- Но ты хоть поцелуешь меня еще разок на прощанье?
Пэрри ожидал, что, упиваясь своей окончательной победой, Лила снова
ответит ему отказом, однако она приблизилась к нему. Казалось, ее глаза
сияли.
- Пэрри, - шепнула Лила. - Этого не должно случиться!
Пэрри попытался засмеяться, но смех так и застрял в его горле. Ему
оставалось прожить какой-нибудь час, а быть может, всего несколько минут.
Затем его ждала вечность, и, уж конечно, не в Раю!
- Пэрри, - настойчиво повторила дьяволица. - Ведь ты колдун! И очень
могущественный! Если бы попытался, ты стал бы самым лучшим! Об этом
говорит и твое пение. Воспользуйся тем, что тебе известно, чтобы...
- Что здесь происходит? - вмешался чей-то голос.
Узнав Люцифера, Лила тотчас же стушевалась.
Прокашлявшись, Пэрри смог наконец проговорить:
- Неужели Отец лжи лично явился за мной?
- Для мщения я всегда прихожу сам, - ответил Люцифер. - Нельзя же
лишать себя удовольствия помучить своих врагов. Ты хорошо послужил мне,
смертный, и теперь заплатишь за это вечными страданиями в самом жестоком
адском пламени.
- Я готов, - прохрипел Пэрри.
- Но у тебя еще есть несколько минут, чтобы испытать предсмертные муки.
Я желаю, чтобы ты полностью осознал всю безвыходность своего положения. -
Злобный взгляд Люцифера метнулся к Лиле: - Унизь его, девка!
Услышав давно забытое слово, в груди Пэрри шевельнулась ярость. Его
кровь закипела, а ум прояснился. Понимая, что это будет его последним
усилием, Пэрри все равно захотелось нанести ответный удар. Пусть он
действительно служил Люциферу, это вовсе не означало, что он его любил.
Склонившись над постелью Пэрри, Лила молча смотрела на него.
О чем же она собиралась ему сказать? Воспользоваться магией, чтобы...
- Чего же ты молчишь, сука! - снова обратился к ней Люцифер.
Лила по-прежнему не сводила с Пэрри глаз, проникнутых бесконечным
преклонением - последние три года он часто замечал на себе именно такой ее
взгляд.
Что же ему нужно сделать? Лила сказала, что этого не должно
случиться... Неужели у него есть выбор?
- Так, значит, ты, бесплотное ничтожество, смеешь меня ослушаться?! -
набросился Люцифер на Лилу. - Что с тобой? А ну плюнь на него!
Лила молча смотрела на Пэрри - на ее щеке показалась слеза.
- Позорная шлюха! - изумленно воскликнул Люцифер. - Да ты влюбилась в
него!
Влюбилась?
Опустившись на колени. Лила изо всех сил обняла безвольное тело Пэрри.
Ее слезы замочили ему лицо.
- О, Пэрри, я не могу этого произнести!
Пэрри понял, что дьяволица не в силах признаться ему в любви. Однако
теперь он знал - Лила любит его, и обожание, с которым она на него
смотрела, было искренним...
- Когда это случилось? - пробормотал удивленный не менее Люцифера
Пэрри.
- Действительно, скажи нам, когда?! - бросил Люцифер с такой яростью,
что от него повалил дым. - В следующий раз я постараюсь не допустить
подобной ошибки.
- Когда своим пением ты помог мне выбраться из Ада, - призналась Лила
Пэрри. - Когда потом я слушала твое пение, по силе подобное Ллано. Ты
заклинал демонов - а я одна из них.
- Когда он пел? - недоверчиво переспросил Люцифер. - Выходит, ты
променяла меня на какую-то песенку?
- Я променяла тебя на другого, - поправила его Лила.
Люцифер задумался.
- Смертный способен любить - от этого с ним ничего не делается. Но
любовь демонов может быть только абсолютной. Когда объект любви исчезает,
вместе с ним исчезает и демон. Значит, ты предпочла вечности несколько
жалких лет с умирающим человечишкой.
- Они того стоили, - прошептала Лила, целуя Пэрри в губы.
Теперь ему стало ясно, почему Лила никогда не навестит его в Аду - с
его смертью она перестанет существовать. Она прекрасно понимала это, так
же, как он знал, что, связавшись с нею, обрекает свою душу на вечное
проклятие. Более верной любви нельзя было и представить...
- Но я заставлю тебя страдать! - злобно бросил Люцифер Лиле. - Никому
не удастся предать меня безнаказанно!
- Я и так уже страдаю, - ответила Лила, еще крепче прижимаясь к Пэрри.
- Этого мало, - мрачно заявил Люцифер. Подняв руку, возле которой
тотчас же взыграло пламя, он направил ее на дьяволицу. - Гори же, тварь, а
он будет на это смотреть!
Пэрри собрался с последними силами:
- Нет!
Губы Люцифера скривила насмешка:
- Я пошлю ее в то же самое пламя, которое ждет тебя, болван! Но она
будет страдать только до тех пор, пока ты жив. Затем ее заменит твоя душа,
а она сгинет. Так что твой час пробил!
Люцифер взмахнул рукой. Лила приникла к Пэрри. Тогда он сделал
единственное, что пришло в голову - вызвал зеркальное заклятие, которое
защищало от враждебной магии. Пэрри вложил в него все оставшиеся силы,
понимая, что сейчас его сердце разорвется и он погибнет, но зато избавит
Лилу от разрушительного пламени.
Чары Люцифера обратились на него самого, и, вспыхнув в огне, он с
жутким воплем пропал.
Лила подняла голову.
- У тебя все-таки получилось! - радостно крикнула она. - Принимай дела!
Становись у власти!
Сердце Пэрри едва трепетало, в любую секунду готовое остановиться.
- Что?
- Вступай в его должность!
Мозг затуманился, Пэрри почувствовал, что сейчас он потеряет сознание.
И, в угоду ей, сделал последнее усилие.
- Я... вступаю... в должность, - задыхаясь, пролепетал он.
Тут же его охватило и как будто соединилось с ним пламя, однако совсем
не обожгло.
- Назови себя! - воскликнула Лила.
"Что она такое говорит?" - пронеслось в голове у Пэрри.
- Послушай, Лила, я...
- Имя! Возьми себе имя! Сейчас же! Оно должно быть иным, чем у твоего
предшественника. Например, Нечистый или Сатана...
Второе показалось ему более приемлемым.
- Сатана, - повторил он.
- Выбери внешность! - торопила Лила.
- Что?
- Это необходимо сделать сейчас же! В каком облике ты хотел бы
оказаться у власти? Выбирай!
- Я... хотел бы стать таким же, как в двадцатипятилетнем возрасте, -
ответил Пэрри.
Внезапно его сердце перестало трепетать и забилось размеренно и четко.
К Пэрри вновь вернулись силы.
- Теперь избери супругу! - обратилась к нему Лила.
Он не совсем понимал, что от него требуется.
- Я хочу остаться с тобой.
Лила обняла и поцеловала его:
- До тех пор пока ты этого пожелаешь, мой Повелитель Зла!
- Кто?! - изумленно воскликнул он.
- Победив прежнего Хозяина, ты занял его место, Господин! Теперь ты
вечно останешься таким же, пока кто-нибудь не обманет тебя, как это сделал
ты, и не лишит власти. Но вряд ли это случится.
- Так я теперь... Люцифер? - пораженный, спросил Пэрри.
- Нет, твое имя - Сатана. Ты сам выбрал его.
- Н-неужели новый хозяин Ада - я?
- Да, Господин Зла, - подтвердила Лила. - В своем человеческом облике,
то есть таким, каким ты был в возрасте двадцати пяти лет. А я - твоя
супруга. Все остальное можно изменить.
- Но я только пытался избавить тебя от мучений! Мне и не снилось, что
чары способны уничтожить самого Люцифера!