16

 
«Кого это мчат
Ревиля кони[462]
по высоким валам,
по бурному морю?
Паруса кони[463]
пеной покрыты,
морских скакунов
ветер не сдержит».
 

17

   Регин ответил:
 
«Это с Сигурдом мы
на деревьях моря;[464]
ветер попутный
и нам и смерти;
волны встают
выше бортов,
ныряют ладьи;
кто нас окликнул?»
 

18

   Хникар сказал:
 
«Хникар[465] я звался,
убийство свершая
и радуя ворона,
Вёльсунг юный,
теперь я зовусь
человек на утесе,
Фенг или Фьёльнир;[466]
возьмите в ладью!»
 
   Они пристали к берегу, человек взошел на корабль, буря утихла.

19

   Сигурд сказал:
 
«Хникар, скажи мне,
ты многое знаешь:
какие приметы
для людей и богов
перед сраженьем
добрыми будут?»
 

20

   Хникар сказал:
 
«Много есть добрых,
знать бы их только,
знамений в битве;
спутник прекрасный
сумрачный ворон
для древа меча.[467]
 

21

 
Вторая примета:
если ты вышел,
в путь собираясь, —
увидеть двоих
на дороге стоящих
воинов славных.
 

22

 
Есть и третья:
если услышишь
волчий вой,
если увидишь
воинов раньше,
чем будешь замечен.
 

23

 
Никто из бойцов
сражаться не должен,
лицо обратив
к закатному солнцу;[468]
те победят,
чьи очи зорки,
кто в сходке мечей
строится клином.
 

24

 
Если споткнешься
перед сраженьем —
примета плохая:
дисы[469] коварные
рядом стали. —
раненым будешь.
 

25

 
Чист и причесан
должен быть мудрый
и сыт спозаранку,
ибо как знать,
где будет к закату;
блюди свое благо».
 
   У Сигурда была большая битва с Люнгви, сыном Хундинга, и его братьями. В этой битве пал Люнгви и все три брата. После битвы Регин сказал;

26

 
«Кровавый орел[470]
острым мечом
у Хундинга сына
вырезан сзади!
Всех сильней
траву обагривший
конунга сын
ворона радует!»
 
   Сигурд поехал домой к Хьяльпреку. Тогда Регин стал подстрекать Сигурда убить Фафнира.

Речи Фафнира[471]

   Сигурд и Регин отправились на Гнитахейд и нашли там след Фафнира, который он оставил, когда полз к водопою. Сигурд вырыл большую яму возле следа и засел в ней. И когда Фафнир пополз от сокровища, он изрыгал яд, и яд падал на голову Сигурда. И когда Фафнир проползал над ямой, Сигурд вонзил ему в сердце меч. Фафнир затрясся и стал бить головой и хвостом. Сигурд выскочил из ямы, и они увидели друг друга. Фафнир сказал:

О смерти Фафнира

1

 
«Юнец, юнец!
Кем ты рожден?
Чей сын ты, ответь?
О Фафнира ты
свой меч окровавил;
в сердце стоит он!»
 
   Сигурд скрыл свое имя, потому что в древние времена верили, что слова умирающего могущественны, если он проклинает своего недруга, называя его по имени. Он сказал:

2

 
«Я зверь благородный,[472]
был я всю жизнь
сыном без матери;[473]
нет и отца,
как у людей,
всегда одинок я».
 

3

   Фафнир сказал:
 
«Коль нету отца,
как у людей,
чем же рожден ты?»
 

4

   Сигурд сказал:
 
«Род мой тебе
еще не ведом,
и сам я тоже:
Сигурд зовусь —
Сигмунд отец мой,
мной ты сражен».
 

5

   Фафнир сказал:
 
«Кто тебя подстрекнул,
почему ты решился
жизнь отнять у меня?
Взор твой сверкает,
сын храбреца,
ты с детства был храбрым!»
 

6

   Сигурд сказал:
 
«Смелость вела,
помогали руки
и крепкий клинок мой;
храбрым не станет
стареющий воин,
если в детстве был трусом».
 

7

   Фафнир сказал:
 
«Знаю: если б возрос
на груди у друзей, —
разил бы рьяно;
но, в неволе рожденный,[474]
стал ты рабом
и робеешь, как раб».
 

8

   Сигурд сказал:
 
«К чему твой попрек,
что я далеко
от наследья отца!
Нет, я не раб,
хоть пленником был;
я свободен, ты видишь!»
 

9

   Фафнир сказал:
 
«Слышишь ты всюду
слово вражды,
но прав я, поверь:
золото звонкое,
клад огнекрасный,
погубит тебя!»
 

10

   Сигурд сказал:
 
«Богатством владеть
всем суждено
до какого-то дня,
ибо для всех
время настанет
в могилу сойти».
 

11

   Фафнир сказал:
 
«Норн приговор
у мыса узнаешь[475]
и жребий глупца;
в бурю ты станешь
грести осторожно,
и все ж ты потонешь».
 

12

   Сигурд сказал:
 
«Фафнир, скажи мне,
ты мудр, я слышал,
и многое знаешь:
кто эти норны,
что могут прийти
к женам рожающим?»
 

13

   Фафнир сказал:
 
«Различны рожденьем
норны, я знаю, —
их род не единый:
одни от асов,
от альвов иные,
другие от Двалина».
 

14

   Сигурд сказал:
 
«Фафнир, скажи мне,
ты мудр, я слышал,
и многое знаешь:
как остров зовется,
где кровь смешают[476]
асы и Сурт?[477]»
 

15

   Фафнир сказал:
 
«Оскопнир – остров,
богам суждено там
копьями тешиться;
Бильрёст[478] рухнет,
вплавь будут кони
прочь уносить их.
 

16

 
Шлем-страшило
носил я всегда,
на золоте лежа;
всех сильнее
себя я считал,
с кем бы ни встретился».
 

17

   Сигурд сказал:
 
«Шлем-страшило
не защитит
в схватке смелых;
в том убедится
бившийся часто,
что есть и сильнейшие».
 

18

   Фафнир сказал:
 
«Яд изрыгал я,
когда лежал
на наследстве отцовом».
 

19

   Сигурд сказал:
 
«Змей могучий,
шипел ты громко
и храбрым ты был;
оттого сильнее
людей ненавидел,
что шлемом владел ты».
 

20

   Фафнир сказал:
 
«Дам тебе, Сигурд,
совет, – прими его:
вспять возвратись ты!
Золото звонкое,
клад огнекрасный,
погубит тебя!»
 

21

   Сигурд сказал:
 
«С тобой покончено,
я ж поспешу
к золоту в вереске;
Фафнир, валяйся
средь жизни обломков, —
Хель заберет тебя!»
 

22

   Фафнир сказал:
 
«Предан я Регином,
предаст и тебя он,
погибнем мы оба;
сдается мне, Фафнир
с жизнью простится, —
ты, Сигурд, сильнее».
 
   Регина не было, когда Сигурд убивал Фафнира. Он вернулся, когда Сигурд вытирал кровь с меча. Регин сказал:

23

 
«Привет тебе, Сигурд,
в бою победил ты,
с Фафниром справясь;
из всех людей,
попирающих землю,
ты самый смелый».
 

24

   Сигурд сказал:
 
«Как указать,
когда соберутся
богов сыновья,
кто самый смелый?
Многие смелы,
клинка не омыв
во вражьей крови».
 

25

   Регин сказал:
 
«Рад ты, Сигурд,
с Грама кровь
о траву отирая;
брат мой родной
тобою убит,
в том виновен я тоже».
 

26

   Сигурд сказал:
 
«Виновен ты в том,
что сюда я приехал
по склонам священным;
богатством и жизнью
змей бы владел, —
ты к битве понудил».
 
   Тогда Регин подошел к Фафниру и вырезал у него сердцу мечом, который называется Ридиль. Затем он стал пить кровь из раны.

27

   Регин сказал:
 
«Спать я пойду,
ты ж подержи
в пламени сердце!
Его я потом
отведать хочу
с напитком кровавым».
 

28

   Сигурд сказал:
 
«Был ты далеко,
когда обагрял я
о Фафнира меч;
силами я
со змеем померился,
пока отдыхал ты».
 

29

   Регин сказал:
 
«Ты дал бы лежать
долго в траве
старику исполину,
если за острый
не взялся бы меч, —
но ведь я его выковал».
 

30

   Сигурд сказал:
 
«Смелость лучше
силы меча
в битве героев, —
доблестный муж
одержит победу
мечом ненаточенным.
 

31

 
Смелому лучше,
чем трусу, придется
в играх валькирий;[479]
лучше храбрец,
чем разиня испуганный,
что б ни случилось».
 
   Сигурд взял сердце Фафнира и стал поджаривать его на палочке. Когда он решил, что оно изжарилось, и кровь из сердца запенилась, он дотронулся до него пальцем, чтобы узнать, готово ли оно. Он обжегся и поднес палец ко рту. Но когда кровь из сердца Фафнира попала ему на язык, он стал понимать птичью речь. Он услышал, как щебечут синицы в кустах. Синица сказала:

32

 
«Вот конунг Сигурд,
обрызганный кровью,
Фафнира сердце
хочет поджарить;
мудрым сочла бы
дарящего кольца,[480]
если б он съел
сердце блестящее».
 

33

   Вторая сказала:
 
«Вот Регин лежит,
он злое задумал,
обманет он князя,
а тот ему верит;
в гневе слагает
злые слова,
за брата отметит
злобу кующий».
 

34

   Третья сказала:
 
«Тула седого
пусть обезглавит, —
в Хель ему место!
Сокровищем всем,
что Фафнир стерег,
один владел бы».
 

35

   Четвертая сказала:
 
«Умным сочла бы,
когда б он послушался
наших, сестры,
добрых советов;
о себе бы радел
и радовал ворона;[481]
волка узнаешь
по волчьим ушам[482]».
 

36

   Пятая сказала:
 
«Не будет мудрым
ясень сраженья,[483]
каким я войска
считала вершину,[484]
если позволит
уйти человеку,
брат которого
был им убит».
 

37

   Шестая сказала:
 
«Глупо поступит,
когда пощадит
низкого недруга;
Регин лежит здесь,
предавший его,
зло он задумал».
 

38

   Седьмая сказала:
 
«Пусть великану
он голову срубит
и кольца[485] отнимет;
тогда завладеет
золотом всем,
что у Фафнира было».
 

39

   Сигурд сказал:
 
«У судьбы не возьмет
Регин той силы,
что смерть мне сулила б,
вдвоем должны
в Хель поспешать
братья отсюда».
 
   Сигурд отрубил голову Регину. Затем он отведал сердца Фафнира и отпил крови обоих – Регина и Фафнира. Тогда Сигурд услышал, как синицы говорили:

40

 
«Связывай кольца
красные, Сигурд,
долго тревожиться
конунг не должен!
Знаю, есть дева —
золотом убрана,
прекрасна лицом —
твоей быть могла бы.
 

41

 
К Гьюки ведут
зеленые тропы,
страннику путь
укажет судьба!
Конунг достойный
дочь взрастил там,
Сигурд, за деву
ты вено заплатишь.
 

42

 
Высокий чертог
на вершине Хиндарфьялль,
весь опоясан
снаружи огнем;
мудрые люди
его воздвигли
из пламени вод,
тьму озарившего.
 

43

 
Знаю – валькирия
спит на вершине,
ясеня гибель[486]
играет над нею;
усыпил ее Один,
шипом уколов, —
не того сгубила,
кто был ей указан.
 

44

 
Сможешь увидеть
деву под шлемом;
вынес из битвы
Вингскорнир деву;
не в силах Сигрдрива
сон побороть,
конунгов отпрыск, —
так норна велела».
 
   Сигурд поехал по следу Фафнира в его логово и нашел его открытым, и двери были железными, и дверная рама тоже. Железными были также все балки в доме, и дом был закопан в землю. Там Сигурд нашел очень много золота и наполнил им два сундука. Там он взял шлем-страшило, золотую кольчугу, меч Хротти и много сокровищ и нагрузил всем этим Грани. Но конь не хотел идти, пока Сигурд не сел на него.

Речи Сигрдривы[487]

   Сигурд поднялся на гору Хиндарфьялль и направился на юг во Фраккланд. На горе он увидел яркий свет, как будто горел огонь, и зарево стояло до самого неба. Когда он приблизился, он увидел ограду из щитов и в ограде – знамя.[488] Сигурд вошел в огражденное место и увидел, что там лежит и спит человек в доспехах. Сигурд сперва снял шлем с его головы, и тут он увидел, что это женщина. Кольчуга сидела на ней крепко, словно приросла к телу. Тогда он рассек Грамом кольчугу от ворота вниз и еще поперек, по обоим рукавам. Затем он снял с нее кольчугу, и женщина проснулась, села, увидела Сигурда и сказала:

1

 
«Кто кольчугу рассек?
Кто меня разбудил?
Кто сбросил с меня
стальные оковы?»
 
   Он ответил:
 
«Сигмунда сын,
рубил недавно
мясо для воронов
Сигурда меч».
 

2

   Она сказала:
 
«Долго спала я,
долог был сон мой —
долги несчастья!
Виновен в том Один,
что руны сна
не могла я сбросить».
 
   Сигурд сел и спросил, как ее зовут. Тогда она взяла рог, полный меда, и дала ему напиток памяти.

3

   Она сказала:
 
«Славься, день!
И вы, дня сыны!
И ты, ночь с сестрою!
Взгляните на нас
благостным взором,
победу нам дайте!
 

4

 
Славьтесь, асы!
И асиньи, славьтесь!
И земля благодатная!
Речь и разум
и руки целящие
даруйте нам!»
 
   Она назвалась Сигрдривой и была валькирией. Она рассказала, что два конунга вели войну: одного звали Хьяльм-Гуннар, он тогда был старым и очень воинственным, и Один обещал ему победу; другого звали Агнар, он был братом Ауды, и его никто не хотел взять под свою защиту. Сигрдрива погубила в битве Хьяльм-Гуннара. А Один, в отместку за это, уколол ее шипом сна и сказал, что никогда больше она не победит в битве и что будет выдана замуж.[489] «Но я ответила ему, что дала обет не выходить замуж ни за кого, кто знает страх».
   Тогда он просит поучить его мудрости, раз она знает, что нового во всех мирах. Она сказала:

5

 
«Клену тинга кольчуг[490]
даю я напиток,
исполненный силы
и славы великой;
в нем песни волшбы
и руны целящие,
заклятья благие
и радости руны.
 

6

 
Руны победы,
коль ты к ней стремишься, —
вырежи их
на меча рукояти
и дважды пометь
именем Тюра![491]
 

7

 
Руны пива
познай, чтоб обман
тебе не был страшен!
Нанеси их на рог,
на руке начертай,
руну Науд[492] – на ногте.
 

8

 
Рог освяти,
опасайся коварства,
лук брось во влагу;
тогда знаю твердо,
что зельем волшебным
тебя не напоят.
 

9

 
Повивальные руны
познай, если хочешь
быть в помощь при родах!
На ладонь нанеси их,
запястья сжимай,
к дисам[493] взывая.
 

10

 
Руны прибоя
познай, чтоб спасать
корабли плывущие!
Руны те начертай
на носу, на руле
и выжги на веслах, —
пусть грозен прибой
и черны валы, —
невредимым причалишь.
 

11

 
Целебные руны
для врачевания
ты должен познать;
на стволе, что ветви
клонит к востоку,
вырежи их.
 

12

 
Познай руны речи,
если не хочешь,
чтоб мстили тебе!
Их слагают,
их составляют,
их сплетают
на тинге таком,
где люди должны
творить правосудье.
 

13

 
Познай руны мысли,
если мудрейшим
хочешь ты стать!
Хрофт разгадал их
и начертал их,
он их измыслил
из влаги такой,
что некогда вытекла
из мозга Хейддраупнира
и рога Ходдрофнира.
 

14

 
Стоял[494] на горе
в шлеме, с мечом;
тогда голова
Мимира[495] молвила
мудрое слово
и правду сказала,
 

15

 
что руны украсили
щит бога света,[496]
копыто Альсвинна
и Арвака[497] уши
и колесницу
убийцы Хрунгнира,[498]
Слейпнира[499] зубы
и санный подрез,
 

16

 
лапу медведя
и Браги[500] язык,
волчьи когти
и клюв орлиный,
кровавые крылья
и край моста,
ладонь повитухи
и след помогающий,[501]
 

17

 
стекло и золото
и талисманы,
вино и сусло,
скамьи веселья,
железо Гунгнира,[502]
грудь коня Грани,
ноготь норны
и клюв совиный.
 

18

 
Руны разные
все соскоблили,
с медом священным
смешав, разослали, —
у асов одни,
другие у альвов,
у ванов мудрых,
у сынов человечьих.
 

19

 
То руны письма,
повивальные руны,
руны пива
и руны волшбы, —
не перепутай,
не повреди их,
с пользой владей ими;
пользуйся знаньем
до смерти богов!
 

20

 
Теперь выбирай,
коль выбор предложен,
лезвия клен,[503] —
речь иль безмолвье;
решай, а несчастья
судьба уготовит».
 

21

   Сигурд сказал:
 
«Не побегу,
даже смерть увидав,
я не трус от рожденья;
советы благие
твои я приму,
покуда я жив».
 

22

   Сигрдрива сказала:
 
«Первый совет мой —
с родней не враждуй,
не мсти, коль они
ссоры затеют;
и в смертный твой час
то будет ко благу.
 

23

 
Совет мой второй —
клятв не давай
заведомо ложных;
злые побеги
у лживых обетов,
и проклят предатель.
 

24

 
А третий совет —
на тинг придешь ты,
с глупцами не спорь;
злые слова
глупый промолвит,
о зле не помыслив.
 

25

 
Но и смолчать
ты не должен в ответ, —
трусом сочтут
иль навету поверят;
славы дурной
опасайся всегда;
назавтра убей
лжеца – тем отплатишь
за подлую ложь.
 

26

 
Четвертый совет —
если в пути
ведьму ты встретишь,
прочь уходи,
не ночуй у нее,
если ночь наступила.
 

27

 
Бдительный взор
каждому нужен,
где гневные бьются;
придорожные ведьмы
воинам тупят
смелость и меч.
 

28

 
Пятый совет мой —
увидишь красивых
жен на скамьях,
да не смутится
твой сон, и объятьями
не соблазняй их!
 

29

 
Совет мой шестой —
если за пивом
свара затеется,
не спорь, если пьян,
с деревом битвы,[504] —
хмель разуму враг.
 

30

 
Песни и пиво
для многих мужей
стали несчастьем,
убили иных
или ввергли в беду,
печальна их участь.
 

31

 
Совет мой седьмой —
если ты в распре
с мужами смелыми,
лучше сражаться,
чем быть сожженным
в доме своем.
 

32

 
Совет мой восьмой —
зла берегись
и рун коварных;
дев не склоняй
и мужниных жен
к любви запретной!