Этерман Александр

Смерть и деревянные человечки


   Александр Этерман
   Смерть и деревянные человечки
   Комедия
   Я ни в коем случае не считаю себя специалистом по истории изображаемого мною периода. Прошу поэтому учесть, что только часть несовершенств, ошибок и анахронизмов, которые можно обнаружить в этой пьесе, допущены умышленно.
   Автор
   Действующие лица в порядке появления в пьесе:
   1. Мальчик лет 9-10,
   2. Андре, мужчина лет 35,
   3. Мишель, ему лет 40,
   4. Маркиз де Сомине - лет 45-50,
   5. Маркиза, его жена - лет 43-45,
   6. Герцог Фюрствальдский - лет 60,
   7. Леди Рольтон - лет 30,
   8. Герцог Ангулемский, племянник французского короля - лет 45,
   9. Молодой человек неопределенной наружности - лет 30,
   10. Анри, граф де Буа-Реми, сын маркиза де Сомине - совсем юный молодой человек,
   11. Граф де Панти - 21 года,
   12. Виконт де Сен-Ба - 24 лет,
   13. Шевалье де Литтерель - лет 40,
   14. Наполеон Бонапарт (кажется, ему лет 47-48, вобще-то он 1769 года рождения),
   15. Один,
   16. Другой,
   17. Первая дама,
   18. Вторая дама,
   19. Высокая красивая женщина,
   20. Человечек,
   21. Виконтесса де Бройль,
   22. Трактирщик,
   23. Две дамы,
   24. Два дуэлянта,
   25. Барон де Гло,
   26. Коленкур,
   27. Лакей,
   28. Князь Талейран,
   29. Капитан,
   30. Два офицера,
   31. Банкир Фельдт,
   32. Камердинер,
   33. Графиня Перро,
   34. Дама,
   35. Двое мужчин,
   36. Лорд Хили,
   37. Пожилая дама,
   38. Сосед,
   39. Другой сосед,
   40. Дон Феличе,
   41. Герцог Шартрский,
   42. Два англичанина,
   43. Три дамы,
   44. Доктор,
   45. Два чиновника одного ранга,
   46. Моряк,
   47. Адмирал Лэмб,
   48. Офицер,
   49. Два чиновника разных рангов,
   а также лорд Рольтон и некоторые другие.
   ДЕЙСТВИЕ 1
   Явление 1
   (Город. В глубине сцены - лабиринт, сплетение открытых кверху кривых, беспорядочно расположенных коридоров. Высотой он примерно в две трети человеческого роста, всюду одинаковый, с гладкими краями. В него два входа один в левой, другой в правой части сцены.
   Двор и фасад двухэтажного особняка. Тихо и пусто, земля чисто подметена. Травка. Это Лондон или Париж приблизительно 1817 года, но что-то тут не то, по-видимому, эта сцена, как детская загадочная картинка, скрывает неочевидные анахронизмыи, и у зрителя то и дело возникают более свежие ассоциации. Однако же, никакая явная чушь в глаза не бросается. Двор пуст, но, очевидно, кто-то тут только что был или сейчас будет. Распахивается окно, и створка его с силой бьет по стене дома. Никто не высовывается. Из другого окна вылетает огрызок яблока. По двору пробегает собака. Затем мальчик лет 9-10 быстро пересекает его из конца в конец. Все стихает. Во двор входит Андре. Он нерешительно смотрит на дверь и на мгновение останавливается. Затем, приняв решение, начинает прохаживаться по двору, подталкивая ногой камешек. Проходит несколько минут. Наконец, он направляется к двери. В это время во дворе появляется Мишель.)
   МИШЕЛЬ: Что ты тут делаешь?
   АНДРЕ: Что-что?
   МИШЕЛЬ: Я тебя искал. С утра, да.
   АНДРЕ: Сейчас утро (достает часы и смотрит на них). Разве нет?
   МИШЕЛЬ: Ну и что? Тебя все равно нигде не было. Я уж не говорю о том, что ты был нужен.
   АНДРЕ: Кому?
   МИШЕЛЬ: Маркизу. Джереми должен был подавать ему кофе.
   АНДРЕ: Я был в этом, ну, в общем, это неважно. Граф де Буа-Реми послал меня еще вчера вечером.
   МИШЕЛЬ: И поэтому ты боишься войти в дом?
   АНДРЕ: Я не боюсь. Я просто не решаюсь.
   МИШЕЛЬ (оглядываясь по сторонам): Ладно, у меня своих забот хватает. Держи. (Он протягивает Андре запечатанный конверт. Тот немедленно начинает разглядывать его на свет.) Да не мучайся, это приглашение на это самое к виконтессе де - как же - де Бройль. Не веришь? Можешь посмотреть, печать надломлена.
   АНДРЕ: Будь спокоен, посмотрю.
   МИШЕЛЬ: Да, но все-таки имей в виду, что приглашение не тебе, а маркизу. Теперь у тебя есть предлог появиться пред его светлыми очами. Привет! Тебя ждут. (Он направляется к лабиринту, входит в него и быстро исчезает с другой стороны. Андре испытующе на него смотрит, а затем решительно направляется к дому.)
   Явление 2
   (Спальня маркиза де Сомине. Она обставлена чересчур пышно и с явной претензией на изящество. Перед зеркалом стоит маркиз в халате. Он только что отослал парикмахера.)
   МАРКИЗ (изображая недовольство): Что на сей раз нужно этой идиотке? Изобрела новое платье? Я, вроде бы, еще не спятил окончательно. Впрочем, может быть, она и не такая дура... На этот раз... Будет принц. Или не будет? (Входит маркиза, высокая, несколько расплывшаяся женщина. Она делает это весьма стремительно, притворившись, впрочем, будто перед этим постучала.)
   МАРКИЗА: Вы что-то сказали?
   МАРКИЗ: Что вы, дорогая? (Он бросает приглашение на туалетный столик.) Я же знал, что вы дома.
   МАРКИЗА: Все-таки она дура. Такую прическу давно уже никто не заказывает. И не показывает. Она даже не скрывает голову.
   МАРКИЗ: Не скрывает?
   МАРКИЗА: И только она - она одна - шьет платья у Мерсье! Говорит, что это ее старая привязанность. Привязанность... Вы что-то сказали, маркиз?
   МАРКИЗ: Нет-нет, это вы. Это вы о виконтессе?
   МАРКИЗА: Что? Нет, конечно. Я имела в виду леди Рольтон.
   МАРКИЗ: Еще чего нехватало! Неужели вы сегодня целое утро будете сидеть дома? Уже полдень, а вы еще не нанесли ни одного визита. Вы рискуете своим положением в обществе, маркиза. И моим тоже.
   МАРКИЗА: Ничего страшного. Я как раз собиралась встретиться с леди Рольтон.
   МАРКИЗ: Что, маркиза? То-есть, простите, где?
   МАРКИЗА: В саду. Она хочет подарить букет собственных роз герцогу Ангулемскому.
   МАРКИЗ: В таком случае вы опаздываете, маркиза. Розы следует срезать по возможности ближе к полудню.
   МАРКИЗА: Вы так считаете? Хорошо-хорошо, я ухожу. До свиданья, маркиз. (Она задерживается в дверях.) Мой дорогой, я всегда знала, что вы к ней неравнодушны. (Выходит.)
   МАРКИЗ: Ну и дура! Леди Рольтон - самая красивая женщина в мире.
   Явление 3
   (Гостиная маркиза де Сомине. Маркиз прохаживается около еле-еле горящего камина, и подталкивает ногой кочергу. Она, в конце концов, падает. Ее падение на скользкий мраморный пол вызывает серию неприятных, никак не прекращающихся скрипов, оглушительно действующих на людей слабонервных. Это раздражает маркиза, но не настолько, чтобы раздражение вышло наружу. В кресле сидит герцог Фюрствальдский. Это высокий старик с седеющими черными волосами, одетый еще до обеда - неслыханно - в темный фрак. Он худ, бледен и явно не склонен обращать внимание на настроение хозяина.)
   МАРКИЗ: Да, ваша светлость. (Он резко оборачивается.) Ей нет дела до моих обязанностей. Ее это не интересует. Что ее интересует? А! Она и вас попыталась бы скомпрометировать, если бы могла. А хоть бы и так. Столько всего напроисходило! Ей ничего не делается! (Пауза) Я думал, честно скажу, надеялся, что она сломает себе голову, но нет, ничего подобного. А в общем, что ей голова?
   ГЕРЦОГ: Маркиз, разрешите, я дам вам совет. Вы боюсь, так и умрете. Я хочу сказать, умрете мальчишкой. Чего уж проще - женщина вас зовет, вы приезжаете или не приезжаете, это, конечно, неучтиво, но, в конце концов, чего не сделаешь для собственного удовольствия. Но к чему эти лирические излияния. Если вам очень хочется поговорить - молчите.
   МАРКИЗ (запальчиво): Да нет! Ей нужен скандал. Ну так надо, чтобы она его получила.
   ГЕРЦОГ: Мало ли что ей нужно?
   МАРКИЗ: Ей нужно только одно... Простите, ваша светлость.
   ГЕРЦОГ: Вы становитесь похожи на вашу супругу. Не забывайте, что ее дед занимался откупом налогов.
   МАРКИЗ: Прадед.
   ГЕРЦОГ: Да? Ну, извините. Но это не меняет дела. Вы начинаете переживать из-за нее. Осторожнее, а то попадете в смешное положение.
   МАРКИЗ: Ваша светлость, даже вам не придет в голову обратиться ко мне на "ты".
   ГЕРЦОГ: Вы пойдете?
   МАРКИЗ: Я объясню ей, наконец, что она делает.
   ГЕРЦОГ: Значит, пойдете.
   МАРКИЗ: Ваша светлость, вчера я просил ее встретиться со мной. Она отказалась наотрез. Тогда я отправился к этому, ну, сыграть партию на бильярде. Даже ее муж понял, что это нелепость, и устроил мой приезд... по делу.
   ГЕРЦОГ (с любопытством): И что же?
   МАРКИЗ: Она меня не приняла.
   ГЕРЦОГ: Ну и ...
   МАРКИЗ: Мужу она сказала, что мы с ним два сапога пара.
   ГЕРЦОГ: Ну и что! А сегодня она думает иначе. Прекратите, друг мой, это уже слишком. Вам придется быть у нее, не сегодня, так завтра.
   МАРКИЗ: Но все-таки, сколько же ей надо любовников?
   ГЕРЦОГ: Чего вы хотите? Все наши дамы берут сейчас пример с императора Александра.
   МАРКИЗ: Хорош пример.
   ГЕРЦОГ: Нам следовало бы поговорить о более серьезных вещах. Вы выбрали странный предмет, да, но это ваше право, я не понимаю только, зачем вы навязываете его мне.
   МАРКИЗ (он останавливается, наконец): Я не могу заниматься своими делами. И потом, у моей жены неприятности с поместьями на юге.
   ГЕРЦОГ: Да сядьте вы, наконец! (Маркиз садится в кресло, вернее, падает в него.) Слава Б-гу. Так. Это не ваша супруга?
   МАРКИЗ: Что?
   ГЕРЦОГ: Карета. Вы не слышите? Ну выгляните же в окно!
   МАРКИЗ: Слышу (он подходит к окну.) Так. (Поворачивается, изменяясь в лице.) Это она.
   ГЕРЦОГ: Прекрасно (замолкает). Черт! Что ей здесь надо? Я, конечно, очень рад. (Поднимается из кресла. Только теперь становится видно, насколько он высок. Сразу же опять садится.) Я немедленно ухожу.
   МАРКИЗ (он еле дышит): Да нет, это леди Рольтон. Не могу понять, куда она девала мою жену.
   (Входит леди Рольтон. Это красивая рыжеволосая женщина с капризными чертами лица. Ее походка нервна и неизящна. При виде ее герцог встает и делает несколько шагов. Она останавливается посреди комнаты и протягивает ему руку для поцелуя. Он делает еще шаг и целует ей руку.)
   ЛЕДИ РОЛЬТОН (дождавшись этого): Какое счастье, что вы здесь, герцог! Я приглашаю вас. Завтра. Вы недогадливы, не правда ли? (Герцог иронически улыбается.) Нет-нет, я только хотела спросить у вас, приедете ли вы?
   ГЕРЦОГ: И для этого вы приехали к маркизу?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Я хотела спросить у маркиза, но раз уж вы здесь... И потом, вы гораздо более лестный гость.
   МАРКИЗ: Элизабет!
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Мой муж, кажется, больше вас не приглашает. Я хотела позвать вас ему назло.
   МАРКИЗ: Вы не приняли меня, когда я приехал по его приглашению.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Поэтому он вас и не приглашает больше.
   МАРКИЗ: Так вы отменяете приглашение?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Я думаю, так будет лучше, ведь вы его не оценили. Или нет... Я скажу вам потом. Приезжайте.
   ГЕРЦОГ: Миледи, куда вы дели маркизу де Сомине? Она должна была приехать с вами.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Разве мы должны были встретиться?
   МАРКИЗ: Разумеется.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Вы не помните, когда?
   МАРКИЗ: Я не знаю.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Подождите, я, кажется, припоминаю. Или это было не сегодня?
   МАРКИЗ (со вздохом облегчения): Так вы ее не видели?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Не помню. Но что за вопрос? Всего доброго, ваша светлость. Кажется, меня ожидают дома.
   ГЕРЦОГ: Конечно, ожидают! И если бы только дома!
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Но я не хочу, чтобы мой муж думал, что я возвращаюсь ради него. Маркиз, вы не можете поехать со мной?
   МАРКИЗ: Нет.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Жаль. Прощайте, герцог. (Она проходит очень близко от маркиза и в упор на него смотрит. Тихо:) Я надеюсь, вы будете у меня завтра. (Смеется и убегает.)
   МАРКИЗ: Ну вот. Как будто ей 18 лет. Что мне делать?
   ГЕРЦОГ: А что случилось?
   МАРКИЗ: Вы что, в восторге?
   ГЕРЦОГ: Послушайте, князь приехал из Вены и хочет вас видеть.
   МАРКИЗ: На какую ногу он хромает?
   ГЕРЦОГ: Я хромаю на ту же ногу.
   МАРКИЗ: Ваша светлость, я буду завтра у леди Рольтон. Сообщите об этом князю.
   ГЕРЦОГ: Сообщу.
   МАРКИЗ (тоном, который не предвещает ничего хорошего): Она его терпеть не может, значит, наверняка пригласила.
   ГЕРЦОГ: Я постараюсь облегчить вашу участь.
   МАРКИЗ: Нашу участь, ваша светлость. (На лице у него появляется отсутствующее выражение.) Мне нужно ответить на письмо. Вы не возражаете?
   ГЕРЦОГ: Нет-нет, работайте. Я подремлю. (Маркиз подходит к столику, достает лист бумаги, перо и чернила и начинает яростно притопывать ногой, отстукивая неизвестную мелодию. Герцог заинтересованно на него смотрит, затем тоже начинает отбивать такт.)
   Явление 4
   (Парк. По аллее прогуливаются лорд Рольтон, маркиза де Сомине и герцог Ангулемский. Они вполне довольны друг другом.)
   МАРКИЗА: Ученые говорят, что розы следует срывать около полудня. Я не уверена в том, что они правы, но на всякий случай так и сделаю.
   ЛОРД РОЛЬТОН (тихо - герцогу): Не правда ли, она прелестна?
   ГЕРЦОГ (громко): Да. Я никогда не встречал женщины со столь утонченным умом. Вообще-то я никак не хочу злоупотреблять вашим терпением. Кстати, где ваша жена?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Право, не знаю. Она с кем-то должна была встретиться, но, как всегда, забыла. У нее очень скверная память.
   ГЕРЦОГ (пытаясь улыбнуться): Да, но она от этого только выигрывает.
   МАРКИЗА: Ну, разумеется. Окружающие тоже. К сожалению, она плохо разбирается в цветах.
   ЛОРД РОЛЬТОН: О да, маркиза. Вы не знаете, из-за чего она поссорилась с вашим мужем?
   МАРКИЗА: Что вы, ваше высочество! Они сейчас в лучших отношениях, чем даже год назад. Просто мой муж в последнее время не в своем уме. (Лицо лорда Рольтона расцветает, в то время, как герцог хмурится) У него слишком много забот с тех пор, как он занялся моими делами.
   ЛОРД РОЛЬТОН (задумчиво): Я не думал, что политика оставляет ему так много времени.
   МАРКИЗА: Политика? Да он ее совсем забросил! У него только любовь на уме. Самое ужасное, что он не вполне равнодушен к низложенному корсиканцу.
   ГЕРЦОГ: Я тоже к нему неравнодушен. Но вашего мужа явно поощряют. Князь Талейран вечно мечтает о том, чего нет.
   ЛОРД РОЛЬТОН (со смехом): Чего еще нет или уже нет?
   ГЕРЦОГ: Нет и никогда не будет. Ему мало было свалить Бонапарта. Как только у нас появились трудности, он ожил. Обеим нашим столицам приходится из-за этого умирать от страха. Хуже всего то, что король Георг совершенно ему не препятствует.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Гм. Но ведь и его величество король Людовик тоже.
   МАРКИЗА: Он колдун.
   ГЕРЦОГ: Не забывайте, он наш спаситель. Одному дьяволу ведомо, зачем он это сделал.
   МАРКИЗА: Но ведь теперь он вам угрожает!
   ГЕРЦОГ: Да, конечно, но мой дядя король Людовик уже не занимается делами. Состояние здоровья не позволяет. Он только мешает существовать графу д'Артуа и мне.
   МАРКИЗА: Никто не поверит, что еще лет тридцать назад Франция была великой и прекрасной.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Увы, маркиза, вас тогда еще не было на свете.
   МАРКИЗА(задумчиво): Разве? Да, вы, пожалуй, правы. Но я об этом не жалею.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Маркиза, вы останетесь у меня обедать? Миледи отсутствует, но есть обед, и кто-нибудь должен его съесть.
   ГЕРЦОГ: Вы рассуждаете так, как будто двадцать лет прожили в эмиграции. По-моему, вы у себя дома.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Я всю жизнь в эмиграции. Обед, тем не менее, должен быть съеден. Решайтесь, герцог.
   ГЕРЦОГ: Я уже решился. Прощайте. Впрочем, не исключено, что завтра я у вас еще буду. (Он выходит деревянными шагами и скрывается в лабиринте, где, однако, задерживается ненадолго и вскоре исчезает.)
   ЛОРД РОЛЬТОН: Мне кажется, он отправился на розыски моей жены. Боюсь, он тоже исчезнет, если и не бесследно, то... (Он запинается.)
   МАРКИЗА: То надолго. Я вас не понимаю. Зачем вы навязали мне этого коронованного болвана?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Он гость моей жены.
   МАРКИЗА: Ну и что? Она не считает, что это ее к чему-то обязывает. Где вы оставили мою карету?
   ЛОРД РОЛЬТОН (он неопределенно машет рукой): Где-то там.
   МАРКИЗА: Мой кучер вряд ли будет нас разыскивать. Пойдемте. Право же, я голодна.
   ЛОРД РОЛЬТОН (оглядываясь по сторонам): Вам не кажется, что следует чуть-чуть отложить обед.
   МАРКИЗА: Нет, не кажется. Только после обеда. И еще...
   ЛОРД РОЛЬТОН (увидев проходящего через лабиринт человека): Вы правы. (Они смотрят друг на друга, потом на лабиринт, и, вздохнув, удирают, минуя оный.)
   Явление 5
   (Маркиза де Сомине и лорд Рольтон обедают. Им прислуживает молодой человек неопределенной наружности, исполняющий свои обязанности с исключительной быстротой.)
   ЛОРД РОЛЬТОН (поднося ко рту вилку с крохотным кусочком мяса): Маркиза, я люблю вас, а вовсе не свою жену. Это печальное заблуждение. (Вилка повисает в воздухе.) Кроме вас я...
   МАРКИЗА: Да и меня... Мой муж затыкает мне рот, а вы, наоборот, не даете мне его закрыть. Я предпочитаю всем вам моего кучера, но увы, у него хватает своих забот. Недавно я застала у него свою горничную в весьма неприглядном виде. Конечно, он прав. Я не плачу ему за это деньги, следовательно, он имеет право на личную жизнь. Милорд, я хочу есть.
   ЛОРД РОЛЬТОН (со вздохом и чуть не плача): Я тоже. Чем я вас обидел?
   МАРКИЗА: Вы недогадливы.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Вы правы.
   МАРКИЗА: Это уже лучше.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Для кого?
   МАРКИЗА: Молодой человек, еще жаркого. И не только милорду. (Она глядит на него оценивающе.) Повернитесь. (Он подчиняется.) Еще раз. (Он поворачивается.) Хорошо. Так принесите же жаркое! (Она отворачивается. Он, кланяясь, выходит, затем возвращается с двумя тарелками жаркого.)
   ЛОРД РОЛЬТОН: По-вашему, я должен это съесть?
   МАРКИЗА: Я же ем. Или вы считаете меня толстой?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Я не об этом.
   МАРКИЗА: Позвольте, я за вами поухаживаю. Вам бургундского? Лично я предпочитаю токайское, но мой муж говорит, что у меня плохой вкус.
   ЛОРД РОЛЬТОН (с гримасой): Опять ваш муж! Неужели он вам еще не надоел?
   МАРКИЗА: Да я его не вижу. Ешьте. Вы любите виноград? Я предпочитаю поздние сорта, они не так быстро надоедают.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Что я могу сделать? Сейчас только июнь месяц. Потерпите.
   МАРКИЗА (с легким раздражением): Разумеется, вы ничего не можете сделать. Разве я вас о чем-нибудь прошу?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Увы, нет.
   МАРКИЗА: Почему вы сносно обращаетесь только со своей женой? Впрочем, мне это безразлично. Вы сыты, милорд?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Вполне.
   МАРКИЗА: Тогда начинайте. (Он встает и делает нетерпеливое движение.) Ну, скорее. (Он обнимает ее.) Подождите. Вымойте руки. (Он покорно выходит из комнаты. Маркиза не обращает на это никакого внимания и близоруко и мечтательно смотрит вдаль прямо перед собой.) Какие розы! (Лорд Рольтон возвращается.) Сколько можно мыть руки! (Он останавливается в нерешительности.) Ладно, я не сержусь. (Лорд Рольтон целует ее в губы.) Ах...
   Явление 6
   (Герцог Ангулемский с леди Рольтон в карете.)
   ГЕРЦОГ: Я так долго искал вас, миледи. Если бы не счастливый случай...
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Стоило ли? Такой огромный труд! Вы поколесили немного по городу. Если кого-нибудь и стоит пожалеть, то только ваших бедных лошадей.
   ГЕРЦОГ: Но я был отчаянно голоден!
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Я в это не верю. Кстати, куда вы меня везете?
   ГЕРЦОГ: Разумеется, к себе.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Вы ошибаетесь. (Она открывает дверцу и кричит...) Домой! (Карета поворачивает.)
   ГЕРЦОГ: Как вам будет угодно. Почему вы сердитесь?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Ваше высочество, вы опять невовремя. Я по счастливой случайности приехала на свидание, почти не опоздав, а вы мне помешали.
   ГЕРЦОГ: Ваш любовник покинул вас сразу же, как только меня узнал.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Вы довольны? Разумеется, вам ничего не стоит испортить ему карьеру.
   ГЕРЦОГ: Хотите, я возьму его под свое покровительство?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Нет, ваше высочество, я предпочитаю покровительствовать ему сама.
   ГЕРЦОГ: Вы хотите оскорбить меня, миледи. Зачем?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Чем вы, по-вашему, это заслужили?
   ГЕРЦОГ: Осторожнее!
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Хорошо, в следующий раз буду осторожнее.
   ГЕРЦОГ: Что?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: В следующий раз вы меня не найдете.
   ГЕРЦОГ: Элизабет, дорогая, не надо. В этой проклятой карете невозможно разговаривать. Здесь дует. У меня нам будет лучше.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Вы думаете?
   ГЕРЦОГ: Я уверен. (Открывает дверцу.) Вильгельм, домой. (Карета опять поворачивает.) Слава Богу, сейчас еще рано. Вечером я жду у себя князя Талейрана.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Фи! Тогда я с вами не поеду. Он мне надоел.
   ГЕРЦОГ: Два месяца назад вы говорили о нем совсем в другом тоне. Что произошло?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: А как вы думаете? (Она старательно выдерживает паузу.) Я не могу всю жизнь думать о мужчине одно и то же.
   ГЕРЦОГ: Вы хотите сказать - питать к нему одни и те же чувства?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Какая разница! (Открывает дверцу.) Кучер, домой! (С козел раздается грозное ругательство и карета поворачивает.) Ваше высочество, я решила ехать домой. Боюсь, что международный престиж Франции упадет, если князь Талейран не застанет вас дома.
   ГЕРЦОГ: С некоторых пор он уже не падает.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН (шепотом): А что он делает там?
   ГЕРЦОГ (серьезно): Он? Умирает от злости. Я тоже умираю. Я думаю, вы не откажетесь от пирожного?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Откажусь. Это ведь наверняка предлог для того, чтобы остановить карету.
   ГЕРЦОГ: Здесь знаменитая кондитерская.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Я никогда не захожу в магазины.
   ГЕРЦОГ: Я тоже, как вы понимаете. Но ведь нас не узнают.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Нас - может быть и нет. Но вашу карету узнают.
   ГЕРЦОГ: Ах, да, мой герб...
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Да-да, золотые зубы на синем поле, лилия в центре и дракон в нижнем углу, и надпись "Тертиум". Удивительная бессмыслица. Я не представляю, как вы жили в эмиграции.
   ГЕРЦОГ: Милая Элизабет, в эмиграции все было очень просто. Король жирел, д'Артуа злобствовал, герцог Беррийский бездельничал, а я ждал. Может быть, поэтому я сохранился лучше. Я даже немного жалею, что все это кончилось.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Почему? Вы предпочли бы быть племянником Наполеона?
   ГЕРЦОГ: Избави Бог! Но я предпочел бы быть Наполеоном..
   ЛЕДИ РОЛЬТОН (с неожиданной мягкостью): И что бы вы сделали?
   ГЕРЦОГ: Как вам не стыдно, миледи!..
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Вы уже передумали... Почему?
   ГЕРЦОГ: Я не могу быть выскочкой!
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Не можете. Впрочем, это не новость. Вам, наверное, должны преподнести все на свете. Может быть, даже трон. Вы просто бездельник, ваше высочество. Революция вас не изменила.
   ГЕРЦОГ: Да, она оставила мне голову на плечах!
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Голову? Корону, да и то не королевскую. Вы наивно полагаете, что худшее уже позади. Революция кончилась, но сейчас не 85 год. Бонапарт сгниет на острове Святой Елены, но, что бы вы ни говорили, он правил Францией, а не ваш дядя - французский король.
   ГЕРЦОГ: Во всяком случае, я не бездельник.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: А кто же?
   ГЕРЦОГ: Миледи, такие вещи я согласен выслушивать только в постели.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Для постели это слишком мягко.
   ГЕРЦОГ: Возможно. Послушайте. Я не флюгер и не могу нестись всякий раз туда, куда дует ветер, вернее, куда указывает прелестный китайский веер. Ваш друг Талейран и его враг Фуше начинали когда Бастилия была еще цела. Их карьере, действительно, трудно помешать. Они всегда всем нужны. Но кому от этого легче...
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Трудно помешать не их карьере, а их предприятиям. Оба они великие люди.
   ГЕРЦОГ: Вот именно. Поэтому-то они и не могут друг с другом ужиться.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Может быть. А вы предпочитаете быть совсем ненужным?
   ГЕРЦОГ: Миледи, я знаю себе цену. Этим все сказано. Но, при этом, я знаю цену своему имени. Оно, кстати, доставило мне счастье быть близко знакомым с вами.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Такого счастья вполне можно было добиться иными средствами. Я могу с вами спать, но я никогда не буду спать только с вами, так же как никогда не буду вас уважать.
   ГЕРЦОГ: Мы приехали.
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Нет, это я приехала. Сидите, ваше высочество. (Она встает.)
   ГЕРЦОГ: Вы меня не приглашаете?
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Нет. Мне нужно от вас отдохнуть.
   ГЕРЦОГ: Хорошо. (Он выпрямляется и говорит с достоинством.) Вы сообщите мне..
   ЛЕДИ РОЛЬТОН: Разумеется. Я ведь жду вас завтра. (Она без чьей-либо помощи выходит из кареты.) Кучер, в кондитерскую. (Карета трогается.)
   Явление 7
   (Гостиная маркиза де Сомине. Лорд Рольтон сидит в кресле у камина. Входит маркиз.)
   МАРКИЗ: Добрый вечер, милорд. Чему я обязан счастью видеть вас у себя? О вас едва успели доложить.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Вы не знаете, где моя жена?
   МАРКИЗ: Я хотел обратиться к вам с аналогичным вопросом. Представления не имею. А что случилось?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Она пригласила принцессу Марию. Я боюсь, что она обиделась.
   МАРКИЗ: Ну что вы! Я надеюсь, вы были с ней деликатны?
   ЛОРД РОЛЬТОН (улыбаясь): О да! Но никакие утешения не могут тянуться бесконечно. Элизабет заказала на обед что-то невообразимое, и то ли повар все перепутал, то ли она сама, то ли просто без нее дело не пошло, но есть было невозможно. Принцесса, однако, не хотела уезжать. Я не знал, что делать.
   МАРКИЗ: Что же вы сделали?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Поехал к вам.
   МАРКИЗ: Я, кажется, видел ее сегодня...
   ЛОРД РОЛЬТОН: В том-то и дело.
   МАРКИЗ: А, я понял. Ей не понравилось. Бедная принцесса!
   ЛОРД РОЛЬТОН: Вот именно. Ей слишком понравилось. Мне совершенно необходимо посоветоваться с женой.
   МАРКИЗ: Я не могу быть вам чем-нибудь полезен?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Едва ли, маркиз. Это слишком интимный вопрос.
   МАРКИЗ: Я совершенно с вами согласен. Она сюда заезжала, но я был занят беседой с герцогом Фюрствальдским и не понял, что она собирается делать. Больше я ничего не знаю.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Благодарю вас. (Он встает.) Извините, я не могу остаться обедать. (Направляется к входу в лабиринт.)
   МАРКИЗ: До завтрашнего вечера. Хотя, простите, милорд, вы не знаете, где моя жена?
   ЛОРД РОЛЬТОН: Ваша жена?
   МАРКИЗ: Да, моя.
   ЛОРД РОЛЬТОН: Да?
   МАРКИЗ: Вы что, сомневаетесь в ее существовании?