— Никогда с ними не связывался, — искренне сказал Хопалонг. — Но здесь, наверное, тоже неплохо. У вас много выходит на брата?
   Лицо Дака Бейла погрустнело.
   — Много? Да ни цента! Все золото у босса. Оно в слитках, и от него не так уж просто избавиться. Хотя, кажется, способ нашелся.
   Хопалонг заколебался, не уверенный, можно ли задавать Даку много вопросов. Он решил быть поосторожнее.
   — Наверное, есть способы. Продать тому, кто знает, что оно краденое, и скостить тридцать-сорок процентов.
   — Это понятно, да у босса готов другой план. Похоже, скоро получим деньги.
   — Слышал, что недавно остановили дилижанс. Двоих убили.
   — Да. — Дак Бейл не клюнул на приманку.
   Хопалонг не стал больше заводить разговор на эту тему, чтобы не вызвать подозрения. Он слушал Бейла, вставляя иногда едкие замечания. Дак говорил и говорил, завороженный звуком собственного голоса и упиваясь вниманием новичка.
   Он говорил о стадах и скотокрадах, о крутых шерифах и городских блюстителях закона, о тайных тропах и долинах, большая часть которых Хопалонгу была известна, об убежищах преступников, которых Хопалонг не знал и запоминал на будущее. Он ждал случая, чтобы подтолкнуть Бейла на разговор о ситуации в Семи Соснах и об ограблениях дилижансов.
   Дак то и дело восхищался Ларами, и Хопалонг решил подыграть ему.
   — Ларами участвовал в последнем деле? — спросил он как бы между прочим.
   — Конечно. Он из нас самый лучший. Он здорово рассердился, когда узнал о том убийстве.
   — Убийстве Такера? Но Такер — ганфайтер, и, говорят, ему дали возможность защищаться.
   — Нет, не Такера.
   — Локка?
   Дак, чуть нахмурившись, взглянул на Хопалонга. Кэссиди зевнул и несколько раз моргнул.
   — Похоже, мне хочется спать, — сказал он, а затем добавил, чтобы рассеять внезапные подозрения Дака. — Этот Такер был стреляный воробей. Интересно, что он здесь делал?
   — Не знаю, но босс здорово разозлился, когда увидел его. Жутко разозлился, это уж точно! Сказал, что его хотят обвести вокруг пальца. Потом вызвал Такера на поединок и уложил!
   — Не всякий вызовет на поединок такого быстрого ганфайтера, как Такер.
   — Да, но, похоже, у босса были на то причины. К тому же он так быстро стреляет, что ему все равно, кого вызывать.
   — Вот как!
   — Да! Он быстрее, чем Хардин. Быстрее Клея Эллисона и всех остальных. И злой, как гадюка. — Дак тоже зевнул. — Скоро должен подъехать Ларами. Жаль, что его нет. У меня табак кончается.
   Дак Бейл свернул самокрутку. На койке заворочался Фрейзер. Хопалонг понял из спора, что Фрейзер, человек совсем другого склада, угрюмый и сварливый, такого не легко убедить. Вылазка в логово бандитов кое-что дала: он не только разведал местность, но и теперь узнал двух участников ограбления — Дака и Ларами, возможно с ними был Фрейзер.
   Хоть Хопалонг и не выпытал у Дака имя главаря, но понял, что искать следует человека, который хладнокровно убил раненого Джесса Локка. А теперь необходимо срочно отсюда убираться. Вряд ли Даку покажется логичным то, что он после приезда тут же начнет собираться обратно, если только... Хопалонг нахмурился, пытаясь найти выход. Хорошо бы уехать быстро и без стрельбы, иначе вполне можно нарваться на босса.
   — Пойду напою лошадку, — вдруг сказал он и вышел.
   За спиной Хопалонга скрипнуло кресло, и он догадался, что Дак наблюдает. Кэссиди неторопливо пересек залитую солнцем поляну. Топпер громко заржал, и Хопалонг, собрав поводья, повел жеребца к воде. Бейл встал в дверях. Топпер опустил морду в холодную воду, а Хопалонг сел рядом на бревно, убедившись, что из дверей хижины его не видно, пригнулся, скользнул вдоль сарая, выпрямился и на цыпочках быстро подбежал к углу дома.
   Хопалонг подумал, что Дак разбудил Фрейзера: так и произошло.
   Раздраженный голос проворчал:
   — Чего ради ты меня разбудил? Ты чего, Дак?
   — У нас новенький.
   Койка скрипнула, когда Фрейзер, пораженный новостью, сел.
   — Что у нас?
   — Новенький. Появился часа полтора назад. Парень по имени Ред Ривер Риган. Слыхал о таком?
   — Не припоминаю. Где он?
   — Поит коня. Примерно с меня ростом, но потяжелее. Сказал, что его послал босс. Он приехал, словно всю жизнь сюда ездил. Знает, как зовут меня, и тебя тоже.
   — Никто не говорил, что приедет новичок. У нас достаточно людей.
   — Скажи это боссу. Во всяком случае, — запротестовал Дак, — он хороший парень. Из Техаса, по-моему.
   — Зачем боссу еще люди? Добычи на всех не хватит! Ларами, ты, я, босс — это нормально. Зачем нужен лишний человек?
   — Он вроде бывалый парень.
   — Хочу на него поглядеть. Где мой револьвер?
   Повернувшись, Хопалонг быстро обогнул корраль и повел жеребца обратно к деревьям.
   В дверях хижины стоял Бад Фрейзер, заполняя собой весь проем. На нем были грязная рубаха, залатанные джинсы и стоптанные сапоги, на поясе низко висел револьвер. Небритый, с всклокоченными волосами, Фрейзер выглядел угрожающе.
   Выйдя на солнечный свет, он позвал:
   — Эй ты!
   Хопалонг не обратил внимания, и Фрейзер шагнул вперед.
   — Эй ты! Отвечай, когда я с тобой разговариваю.
   Кэссиди медленно обернулся, бросив поводья на землю. Его голубые глаза холодно блеснули, он спокойно отодвинулся от коня, чуть увеличив расстояние между собой и Фрейзером. Неприятностей он не искал, но и не пасовал, если ему их навязывали. Фрейзеру захотелось острых ощущений? Он их получит.
   — Когда будешь со мной разговаривать, делай это повежливее, тогда и отвечу!
   Фрейзер насмешливо ухмыльнулся.
   — Крутой, да? Кто тебя сюда послал?
   — Босс.
   — Кто послал? Какой босс?
   Кэссиди почувствовал, что в горле пересохло.
   — Насчет имён мы не договаривались. Мне велели забыть про имена.
   Кажется, он попал в точку. Фрейзер в нерешительности замолк, затем спокойно произнес:
   — Опиши босса.
   — Не буду никого описывать, — решительно отказался Хопалонг. — Я не знаю тебя. Если уж на то пошло, я не знаю, кто такой Дак, правда, он соответствует тому, что рассказывал о нем босс, о внешности и характере.
   Бад Фрейзер заколебался. Если этого парня послал босс, то зачем с ним ссориться. В то же время это, возможно, шпион. Говорили, в город приехал Бен Локк. Фрейзер был наслышан о брате Джесса, и ему не хотелось бы с ним встретиться. Этот человек мог оказаться Беном Локком.
   — Не беспокойся, — высокомерно сказал Фрейзер. — Я свой. А вот кто ты — посмотрим!
   Бад свирепо глядел вслед Хопалонгу, идущему к Топперу, и на мгновение у него появилось желание выхватить револьвер, однако здравый смысл подсказал не связываться с этим человеком. Угрюмый по натуре, Фрейзер вечно был недоволен и никого не боялся. Он не выказывал недовольства только боссу. Даже Ларами обходил Фрейзера стороной, он не боялся, но знал: тот может затеять ссору без малейшего повода, а бессмысленное убийство не входило в планы Ларами.
   Подойдя к жеребцу, Хопалонг помедлил. Он понимал — время на исходе. Наверняка скоро подъедет кто-нибудь из банды, а в Семи Соснах его видели многие. Мог приехать сам босс. Пока своим успехом он был обязан тому, что оба парня давно не покидали убежище и не слышали новостей.
   Фрейзер с подозрением наблюдал за ним, Хопалонг тихо выругался и пожалел, что не убрался отсюда раньше. Однако, оставив коня пастись, он пошел обратно к дому. Видимо, без драки не обойдется. Эта мысль вызывала у Хопалонга раздражение, что случалось с ним очень редко.
   Фрейзер стоял в дверях, и Хопалонг подошел вплотную к нему, прежде чем ганфайтер уступил дорогу. Кэссиди зашел в барак, взял кофейник, тщательно сполоснул, налил воду и поставил на огонь.
   — Люблю выпить кружку кофе, — робко проговорил Дак. — У меня всегда кофейник наготове.
   — Я тоже люблю, — согласился Хопалонг. — Нет ничего лучше кофе.
   Фрейзер промолчал, но от двери отошел, уселся верхом на стул и стал наблюдать за Кэссиди.
   Хопалонг подумал, что Топпер смог бы взобраться наверх по каменной осыпи, но без седока, причем большую часть пути придется проделать под прицелом винтовок. Дорога через расщелину — тоже не лучший выход, можно встретить кого-нибудь из бандитов. Тогда останется только одно: убить или быть убитым.
   — Ребята, вы в покер играете?
   — Да, — радостно ответил Дак Бейл. — Мне нравится иногда сыграть пару партий с прикупом и Фрейзеру тоже.
   — Только, — Фрейзер не мог упустить возможности подколоть новичка. — Я не со всяким играю!
   Хопалонг медленно обернулся.
   — Кажется, ты, хомбре, задираешься. Ну, а я нет, босс сказал, что здесь хороший народ. Он ничего не говорил о сварливом паршивце вроде тебя. Похоже, мне тут разонравилось. Придется прикончить тебя, только тогда я останусь.
   Фрейзер сжал губы.
   — Убить меня? — насмешливо ухмыльнулся он. — Ты, похоже, возомнил, что умеешь быстро стрелять.
   — Есть способ проверить, — предложил Хопалонг. — Можешь начинать, когда вздумаешь.
   Фрейзер медленно распрямил пальцы и не мигая наблюдал за Кэссиди. Внутри у него похолодело, когда он увидел лед в голубых глазах Ред Ривер Ригана. Пронзительный взгляд обещал смерть. В комнате стало тихо, будто в могиле. Фрейзер почувствовал, как по спине пробежали мурашки.
   Вот оно! Ему бросили вызов. Теперь все зависело от него. Разум приказывал взяться за оружие, но рука не слушалась. Фрейзер оцепенел.
   А затем случилось вот что.
   Дак Бейл захлопнул ловушку, которую Фрейзер сам себе поставил, с самого начала задирая чужака. Дак — парень довольно безобидный, но хитрый. Он глубоко вздохнул, и Фрейзер понял: Дак Бейл перестал в него верить, он счел, что Фрейзер испугался и поединка не будет. В голове ганфайтера замелькали картинки: Бейл задирает его, Бейл рассказывает о случившемся — как новичок дал Фрейзеру отпор и вызвал на поединок. Фрейзер имел репутацию драчуна и знал, что его избегали и даже боялись. Теперь этот Ред Ривер Риган бросил ему вызов.
   Выхода не было. С суровой решимостью Фрейзер потянулся к револьверу, но вдруг его захлестнула волна панического страха. Пальцы обхватили рукоятку, но из кольта чужака вдруг сверкнуло пламя. Фрейзер отступил и упал лицом вниз.
   Бейл не отводил от Кэссиди изумленных глаз. Даку Бейлу довелось видеть самых лучших ганфайтеров, но сейчас он стал свидетелем того, как револьвер буквально сам прыгнул в руку этого человека. Быстрое, отточенное движение потрясло его! Бада Фрейзера, отнюдь не новичка в быстрой стрельбе, уложили, не дав даже возможности вынуть револьвер из кобуры!
   Ред Ривер Риган смотрел на Дака, и в ледяных голубых глазах читался вопрос.
   — У него был шанс. Он ведь сам напрашивался.
   Бейл кивнул.
   — Он... он всегда нарывался на неприятности. Постоянно задирался.
   Кэссиди понял: сейчас у него появился предлог, чтобы уехать, и надо им воспользоваться.
   — Наверное, — сказал он, — мне лучше повидать босса. Он будет недоволен.
   Бейл снова кивнул.
   — Да, лучше поговорить. Может, он не будет так уж сильно сердиться, как ты думаешь. Ведь он позвал тебя, а ты быстрее Фрейзера.
   Хопалонг заменил стреляную гильзу в барабане, вышел на улицу и, подойдя к Топперу, вскочил в седло, развернул жеребца и поехал вверх по каньону к пустующему дому и каменной осыпи. Он не хотел, чтобы его поймали в расщелине. Хопалонг бросил вызов банде. Теперь грабители должны будут убить его или убраться из своего тайного убежища. Бандиты, конечно, догадаются, кто он. Ну, Хопалонг всю жизнь испытывал свое счастье — испытает еще раз.
   Белый жеребец взобрался вверх по осыпи, наверху Хопалонг дал ему передохнуть, потом взобрался в седло и уехал.
   Городок Семь Сосен гудел как улей. На шахтах был день получки, ребята собрались повеселиться и отвести душу. Когда усталый конь Хопалонга подъехал к конюшне, город гулял вовсю. Салуны были битком набиты, а улица звенела от криков и громких песен. Слышалось треньканье трёх пианино, то и дело сквозь гул хриплых голосов прорывался визг скрипки. Нередко раздавались одиночные выстрелы, но никого не интересовало, кто стрелял и зачем — то ли от желания покуражиться, то ли с более серьезными намерениями. Семь Сосен, как и многие западные города, привык к тому, что каждое утро на его улицах находили трупы.
   Пони Харпер облокотился на стойку и внимательно следил за публикой. Сегодня он заработает много денег, хотя какая-нибудь шальная пуля может разбить одну из новых, позванивающих подвесками люстр, а ему это было совсем ни к чему. Стучали фишки, шуршали карты, щелкало шариком колесо рулетки, принося и унося целые состояния.
   Грей уже должен быть здесь. Ведь сейчас самое время заняться делом: объявить о найденном золоте, лучшего места, чем салун, заполненный полупьяными шахтерами, не найдешь. Харпер презрительно улыбнулся. Он убьет сразу двух зайцев. Проучит Харрингтона — его шахта закроется, потому что все рабочие убегут на новое месторождение, и осуществит свой план, а большое количество шахтеров-старателей поможет скрыть их истинную цель.
   План прекрасный: якобы обнаружить золотые россыпи, разбросав предварительно немного золотого песка, а потом под видом золота, добытого в богатой жиле, предъявить золото... украденное у Харрингтона!
   Металл есть металл, и как только слитки будут переплавлены, и они поставят на них свое клеймо, никто не догадается, откуда золото. Даже если Харрингтон что-нибудь заподозрит — а это вряд ли — никто ничего не докажет.
   В салун вошел человек — высокий, в потрепанной одежде старателя, но с двумя револьверами на поясе. Лоб Пони Харпера прорезала морщина — человек был ему незнаком. И вдруг он догадался: это Бен Локк.
   Джесс много рассказывал о брате. Сам он хорошо владел револьверами, и все это знали, но он постоянно говорил, что Бен стреляет гораздо лучше. Одного взгляда на этого человека — тонкого и гибкого, как рапира, хватало, чтобы понять: если он выбрал себе цель, то уже не отступит.
   Харпер оставил свой пост в конце стойки и неторопливо пробрался сквозь толпу к Локку.
   — Добро пожаловать в Семь Сосен, молодой человек! — приветствовал его Пони. — Вы здесь впервые, не так ли?
   — Нет, не впервые. — Голос был низким и суровым.
   — Извините, — добродушно сказал Харпер. — Я не хотел вас обидеть. Если я чем-то могу быть полезным, сразу же дайте мне знать.
   Локк внимательно посмотрел ему в глаза.
   — Где я могу найти Хопалонга Кэссиди?
   Харпер торжествовал.
   — Кэссиди? — Он поднял брови. — Вы имеете в виду парня, оказавшегося на месте ограбления дилижанса? Да он ведь работает на «Наклонном Р». Ганфайтером.
   — Он сегодня в городе?
   — Вероятно, хотя я его не видел. — Харпер осторожничал. — Меня зовут Харпер. Я владелец этого заведения.
   Молодой человек окинул его безразличным взглядом.
   — Меня зовут Локк. Здесь жил мой брат.
   — Джесс. Я хорошо его знал. Прекрасный парень!
   Бен Локк молча посмотрел на Харпера.
   — О вас он такого мне не говорил.
   Пони Харпер разозлился. Манеры Бена Локка раздражали его и оскорбляли чувство собственной значимости. Он настолько привык к знакам внимания и уважения, которые ему оказывали в последнее время, что почти сразу возненавидел этого хладнокровного парня, которому, судя по всему, было наплевать на его уязвленное самолюбие. Именно из-за этого Харпер испытывал острую неприязнь к Джессу. Братья были очень схожи: обоих отличала спокойная уверенность, которая злила самодовольных людей, вроде Харпера.
   — Это-то и плохо! — взорвался он. — У него не было причин не любить меня! И кто он был такой, чтобы судить других?
   В голосе Харпера прозвучало нескрываемое презрение, и он тут же пожалел, что дал волю чувствам. Его враждебность к Джессу стала теперь очевидной. Но Харпер мало верил в умственные способности окружающих и надеялся, что молодой человек не станет его врагом, если он дальше поведет себя правильно.
   — О! — Харпер помахал рукой. — Забудем об этом. Я здорово жалел, что Джесса застрелили, здорово жалел, да и все тоже. Дело было так, — Харпер немедленно продемонстрировал Бену свое стопроцентное алиби, — я, Харрингтон и шериф первыми появились на месте преступления. На дороге мы встретились с этим парнем, Кэссиди, который ехал в город. Он сказал, что ваш брат жив, но когда мы прискакали, Джесс был уже мертв. После того, как к нам присоединился Кэссиди, выстрелов мы не слыхали.
   — Считаете, что Джесса убил Кэссиди? — резко и требовательно спросил Локк.
   Харпер прикрыл глаза толстыми веками.
   — Я такого не говорил и не скажу. Появился Хопалонг, и мы нашли вашего брата мертвым. Странно, что Кэссиди оказался там после ограбления. К тому же Такера, — добавил Харпер, — убил ганфайтер. Такер и сам умел стрелять, но тот, кто его уложил, стрелял намного быстрее.
   — Понятно. — Локк поставил стакан на стойку и сузив глаза произнес ровным голосом: — Кажется мне надо поговорить с этим Кэссиди.
   — Вам не придется ждать, — хрипло выдавил Харпер, более чем удовлетворенный. — Вон он стоит в дверях.
   Бен Локк повернулся к человеку, который слыл самым известным ганфайтером в скотоводческих краях. К человеку, который, как Хикок, был живой легендой. Он увидел пронзительные голубые глаза, твердый подбородок, бронзовое красивое лицо под широкими полями черного сомбреро и два револьвера с белыми рукоятками, выстрелы которых сделали их хозяина одним из самых опасных и почитаемых людей этих мест.
   Локк отошел от стойки, взглянул на Хопалонга, стоявшего в дверях, и отчетливо проговорил:
   — Кэссиди, я хочу поговорить с вами!

Глава 7

   Тень петли
   Хопалонг изучающе посмотрел на высокого парня и кивнул.
   — Ну, конечно! Поговорим здесь или где-нибудь еще?
   Бен Локк подошел к нему, глядя в холодные голубые глаза, проницательные и спокойные, и внезапно понял, что Кэссиди готов к любым неприятностям, но не агрессивен.
   — Где хотите, — ответил Локк. — Говорят, вы последний, кто видел моего брата живым.
   — Верно! — Хопалонг расслабился, догадавшись, кто стоит перед ним. Несмотря на слухи, он не ждал от Локка ничего плохого. — Когда я поехал за доктором, он был еще жив, хотя и тяжело ранен. Кто-то воспользовался моим отсутствием и застрелил его.
   Сплетни о случившемся ходили по всему городу, и каждый пересказывал их на свой манер. Существовало не менее полудюжины версий, и ни одна из них не походила на другую. Более того, кое-что придумали специально, чтобы скомпрометировать Хопалонга и вызвать подозрения.
   — Если бы ваш брат был мертв, я не стал бы утверждать, что он жив. Ведь все считали его убитым во время ограбления дилижанса, — нарочито громко и отчетливо произнес Кэссиди, чтобы опровергнуть всевозможные сплетни.
   Сказанное показалось верным и справедливым. Несколько человек согласно закивали. Харпер с раздражением смотрел на Кэссиди и Локка. Выяснение отношений, на которое он надеялся, не состоялось. Хопалонг с Беном направился к столику, а Пони Харпер смотрел им в спину, жалея, что не может подслушать разговор. Он стоял на своем обычном месте у стойки, когда вошел Дак Бейл.
   Харпер, увидев его, слегка нахмурился. Хопалонг тоже увидел бандита и сразу напрягся.
   Бейл прошел прямо к стойке и заказал выпивку. Он обвел взглядом посетителей салуна. Но Хопалонг не заметил, переглянулся ли он с кем-нибудь. Если Бейл и увидел Хопалонга, то никак этого не показал. Тем временем Кэссиди рассказывал Локку о случившемся, заодно впервые поведал о группе всадников, виденной им перед ограблением.
   — Я никому об этом не говорил, — признался Кэссиди. — А потом я нашел их убежище.
   Он коротко пересказал события двух последних дней, не называя имен бандитов и местонахождения убежища. Хопалонг говорил искренне, и это произвело впечатление на Локка. Его сомнения постепенно рассеялись. Этот человек не мог убить брата, — решил он.
   Перед рассветом Хопалонг выбрался из постели, которую устроил себе на сеновале городской конюшни, и направился на «Наклонное Р». Топпер, чувствуя утреннюю прохладу, бежал резво, и Кэссиди успел к завтраку. У корралей он встретил Монтану. Коротышка усмехнулся.
   — Ты в самом деле не шутил, когда сказал, что здесь прорва работы! В ущельях к востоку от Антелоуп полно коров.
   — Будь повнимательнее в тех краях, — посоветовал Хопалонг. — Начнешь работать с Тексом и Малышом. Ни во что не ввязывайся, но и не позволяй глумиться над собой. Если увидишь коров с «3 Джи», гони их на восток.
   Из барака вышел Дьюсарк. Походка его была вызывающе небрежной. Хопалонг быстро и холодно взглянул на него и отвернулся. Он уже убедился, что Джо Хартли серьезный парень и хороший работник, но только тогда, когда не ездил вместе с Дьюсарком.
   — Джо, ты сегодня работаешь с Френчи. Гоните скот на север к ручьям Мандалей-Спрингс. То же самое касается вас, ребята. Вы будете работать у Хэйстэк.
   — А как насчет меня? — осведомился Дьюсарк.
   — Ты будешь со мной, Дэн. Мы поедем к каньону Роузбад.
   Лицо Дьюсарка вытянулось.
   — Я работал с Джо, — запротестовал он. — Мы прекрасно ладили.
   — Сегодня будешь работать со мной. Проверим Роузбад, Рэббитхоул, границу пустыни и территорию вокруг Шугарлоуф.
   Карп предупредил, что засаду устроят возле каньона Роузбад, а заманят его туда ложным сообщением. Не исключено, что Дьюсарк замешан в этом и если будет рядом Хопалонг, тот не сможет улизнуть и предупредить убийц. А Хопалонг получше узнает этого человека и познакомится с местами, где еще не бывал.
   Солнце поднималось над восточным гребнем хребта, когда они выехали с ранчо. Дьюсарк угрюмо молчал. Они направились к узкой щели каньона Роузбад.
   — Со скотокрадами здесь покончено, — вдруг сказал Хопалонг. — В течение месяца воровство прекратится. Эта шайка слишком обнаглела. Хуже, чем грабители дилижансов.
   — Грабителей еще никто не поймал. — Голос Дьюсарка звучал сухо, он усмехнулся.
   — Пока нет, — согласился Хопалонг, — но их убежище раскрыто. А это не сулит им ничего хорошего. Придется перебираться на новые места, где их не могут узнать.
   — Какое убежище? — удивился Дьюсарк.
   — Я там вчера побывал, — спокойно ответил Хопалонг. — Заехал туда и поговорил с двумя бандитами. Одного из них зовут Бад Фрейзер. Третий, Ларами, где-то шатался.
   Теперь Дьюсарк даже не скрывал удивления.
   — Ты хочешь сказать, что обнаружил их убежище?
   Кэссиди кивнул. Он вел себя нарочито спокойно, словно говорил нечто само собой разумеющееся.
   — Это было нетрудно. Отличное место. Я застал двоих — этого Фрейзера и Дака Бейла.
   — Бейла не знаю, — честно сказал Дьюсарк, — а Фрейзер — неприятный тип.
   — Да, был неприятным типом, — согласился Хопалонг. — С тяжелым характером. Вот это-то и погубило его. Фрейзер так распетушился, что загнал себя в могилу.
   — Что? — Дьюсарк даже моргнул от изумления. — Он мертв?
   — Ага. — Хопалонг смахнул муху с шеи Топпера. — Он оказался не таким проворным, как воображал.
   Дэна Дьюсарка распирало от любопытства. Он видел Кэссиди в Корн-Пэтч. Хэнкинс и Харрис рассказали ему об игре в покер. Дьюсарка обеспокоило, что Хопалонг так легко сориентировался в обстановке. Он скептически относился к историям о знаменитом ганфайтере, однако теперь начинал в них верить.
   Только появившись в этих краях Кэссиди чуть было не помешал самой ловкой банде ограбить дилижанс, избил Хэнка Баучера, встал поперек дороги Уинди Гору, перехитрил всю команду ранчо «3 Джи», заехал в вотчину скотокрадов — Корн-Пэтч, обыграл Харриса в покер и бросил вызов Трою. Вероятно, из Корн-Пэтч он сразу направился в убежище грабителей — место, о котором не знал даже Дьюсарк. И там убил Бада Фрейзера.
   С тревогой Дьюсарк подумал о собственном положении. Вот уже год он наводил воров на чужой скот, который можно было похитить без труда, и получал за это деньги. Знал ли об этом Хопалонг? Если знал, то откуда? И как узнал, где находится убежище? Откуда знал о многих других вещах? И почему выбрал именно его, чтобы ехать к каньону Роузбад?
   Допустим, Кэссиди известно, что ему готовят засаду. Возможно, он намеренно заманивает Дьюсарка в какую-нибудь ловушку. Дьюсарк не был трусом, но ему, как всякому человеку с нечистой совестью, казалось подозрительным все, чего он не понимал, и как всякий недалекий человек, опасался хитрости противника.
   Дьюсарк сопоставил все события, происшедшие здесь после приезда ганфайтера, с тем что слышал раньше, и его бросило в жар.
   Больше того, поездка к Роузбад сильно беспокоила Дьюсарка. Люди, готовившиеся убить Кэссиди, ждали его сигнала. Покера Харриса настолько разозлило происшествие... в Корн-Пэтч, что он мог начать действовать сам. За ранчо, возможно, наблюдали с холмов и видели, как два всадника направились в сторону каньона. Тогда засада уже готова, их появления ждут. Дьюсарк не питал иллюзий относительно своего будущего. Если его прикончат вместе с Хопалонгом, Харрис не будет сожалеть.
   Хопалонг догадывался о причине беспокойства Дьюсарка. Он внимательно осматривал местность. На тропе следов не было, однако убийцы могли проехать к месту засады кружным путем.
   — Знаешь, — сказал Кэссиди неожиданно, — если кому-нибудь нужно убрать человека, вон то ущелье вполне подходящее место.