Перед ними лежало пепелище. От обгоревших обломков еще поднимался дым, а а реке Сванмей, бегущей среди руин большого лесного города, плавали обугленные трупы и мусор.
   – Давай! – воскликнул Ньют. – Мы должны найти ее! Она наверняка попала в беду.
   Два волшебных существа промчались через сожженный город и углубились в лес. Они не знали, куда направилась Робин, но решили, что обязательно найдут ее – они посмотрят под каждым кустиком и за каждым деревом, если надо. Весь следующий день дракончик и эльф торопливо летали по лесу, всюду встречая беженцев из Донкастла и отряды Алой Гвардии. Но никаких следов друиды и ее друзей им обнаружить не удалось.
   Наконец, они добрались до восточной окраины леса. Перед ними расстилалась зеленая равнина, а дальше катило серые воды море Муншаез.
   – Мы, должно быть, пропустили ее, пропустили! Вернемся обратно и попытаемся еще раз! – закричал древесный эльф.
   – Подожди! – сказал Ньют, внимательно разглядывая равнину. – Что это там такое?
   И прежде чем Язиликлик успел что-либо ответить, дракончик метнулся в сторону того, что привлекло его внимание. При этом Ньют стал невидимым, и эльф, вздохнув, тоже исчез из виду и полетел вслед за ним.
   Вскоре приятели увидели, что это совсем не те люди, которых они искали. Язиликлик хотел вернуться обратно в лес, но неугомонный Ньют полетел дальше.
   – Я, кажется, уже однажды их видел. О, я вспомнил – это гномы! Я знаком со многими гномами. Вообще-то, они довольно скучные ребята, но иногда с ними можно посмеяться!
   Расстроенный эльф неохотно последовал за Ньютом, и вскоре они опустились на землю перед приближающейся колонной гномов. Дракончик неожиданно стал видимым, вызвав удивленные проклятия у гномы, идущей впереди своего отряда.
   – Эй, Финеллин! – затараторил Ньют. – Это я, Ньют! Скажи-ка, ты нигде не видела Робин?
 
   Отряд повстанцев рос по мере продвижения на юго-запад. Они встречали много небольших групп беглецов, которые охотно присоединялись к их войску. Робин продолжала открывать для них тропу через лес, что позволяло легко ускользать от преследователей.
   Тристан слушал, как люди, присоединившиеся к ним в Хикоридейле, рассказывали новым членам их отряда, как Робин наложила свое огненное заклятье. С каждым разом история обрастала новыми подробностями, пока они не начали рассказывать, что в огне сгорел целый отряд великанов.
   Тристану нравились эти байки, да и люди начали чувствовать себя увереннее. И чем больше становился их отряд, тем оживленнее выглядели ффолки.
   Наконец, они достигли края леса и оказались неподалеку от побережья. И хотя остатки Алой Гвардии продолжали их преследовать, Тристан решил сделать привал. Люди повалились на мягкую траву, продолжая рассказывать небылицы. Принц заметил, что многие безоружны, – им он приказал сделать себе заостренные колья. На первое время и такое оружие сгодится.
   – Теперь они выглядят спокойнее, – заметила Робин.
   – Если бы нам удалось избежать столкновений с королевской армией еще хотя бы несколько дней, я думаю, мы смогли бы сформировать свою армию! – сказал Тристан. – Мы отдохнем здесь часок и двинемся дальше – так у нас будет больше шансов собрать еще людей.
   – Возможно, нам даже не нужно будет этого делать – смотри! – Друида показала вдоль берега на юг.
   Несколько сотен оборванных солдат устало шагали в их сторону. Это были люди из Донкастла. Когда они подошли поближе, Тристан узнал двоих, возглавлявших колонну.
   – О'Рорк и Понтсвейн, – спокойно сказал он.
   Принц, а с ним Робин и Фиона решительно направились навстречу приближающемуся отряду. Главарь разбойников остановился, поджидая их, а его люди с облегчением расселись на земле.
   – Принц Корвелла, – сказал О'Рорк с плохо скрытой враждебностью. – Я вижу с вами моих людей.
   – Они больше не ваши, лорд О'Рорк, – холодно ответил Тристан. – Вы потеряли право ими командовать, совершив роковые ошибки при защите Донкастла. Вы, действительно, были лордом города, но Донкастла больше не существует. Если хотите, мы можем спросить их, с кем они хотят сражаться,
   – и, уверен, их выбор падет на меня!
   – Итак, вам не удалось свергнуть королями тогда вы решили отнять у меня моих людей.
   – Хью О'Рорк, вы ведете себя как напыщенный дурак! – выкрикнула Фиона, встав перед принцем и гневно глядя на О'Рорка. – Принц Корвелла за неделю сделал больше, чтобы покончить с королем, чем вы за всю жизнь! Теперь ваш долг помогать принцу – может быть, тогда я буду знать, что мой отец погиб не зря.
   – Как ты смеешь… – Хью не мог продолжать, его душила ярость.
   – Это как ты смеешь делать вид, что можешь вести за собой людей, – перебил его принц. – Сотням их товарищей твое упрямство стоило жизни. Из-за того, что ты не смог разумно распределить воинов, сгорел целый город.
   Слова принца больно ужалили О'Рорка. Вот уже несколько дней его преследовало чувство вины, но никто не осмеливался вот так, прямо, обвинить его в гибели людей.
   – Мы еще можем одержать победу, – уже спокойно стал убеждать лорда Тристан. – Ты и твои люди можете присоединиться к нам. Ты отомстишь за поражение, вновь сразившись с Алой Гвардией! Мы объединимся и вместе дадим бой армии короля!
   Искра былого боевого духа вспыхнула в глазах О'Рорка, и он посмотрел сначала на своих людей, а потом на солдат из отряда Тристана, которые сидели и молча мастерили себе оружие.
   – Не мешай мне привести нас всех к победе, – тихо сказал Тристан.
   Хью О'Рорк быстро выхватил свое оружие, преклонил колено и протянул меч принцу рукояткой вперед. Тристан с благодарностью и облегчением принял оружие.
   – Поднимитесь, милорд, и присоединяйтесь к нам!
   Издав боевой клич, солдаты из отряда Хью О'Рорка подошли к людям Тристана. Теперь их армия насчитывала около пятисот человек.
   – А ты, – Тристан повернулся к Понтсвейну, который мрачно прислушивался к разговору Тристана с О'Рорком, – ты рискнешь вступить в нашу армию?
   – У вас нет никаких шансов – абсолютно никаких шансов на победу, – ответил тот Тристану, с отчаяньем глядя на оборванных солдат, окружавших принца. – Но я буду сражаться и погибну здесь, у меня нет выбора! Но знайте, принц! Наши смерти – ваша и моя – означают, что для Корвелла не останется никакой надежды на будущее! Вы решили сражаться здесь, в Каллидирре. По собственной глупости я связался с вами, и мне тоже придется принять участие в этой бессмысленной битве, а наше королевство лишено главы. – С этими словами Понтсвейн отошел к группе людей, стоявших неподалеку.
   – Это не так, – тихо сказала Робин. – В этих людях есть внутренняя сила. Мы можем победить!
   – Ты права! Я начинаю верить в то, что победа возможна, что мы в состоянии разгромить армию короля. Нам бы еще несколько дней, чтоб отдохнуть да собрать побольше людей, – и мы смогли бы противостоять наемникам из Алой Гвардии.
   Отдохнув пару часов, отряд снова отправился в путь по дороге, идущей между лесом и морем. Берег здесь был низким, поросшим травой и сбегал прямо в море, а у самой воды тут и там встречались полосы крупной гальки.
   По дороге к Тристану присоединилось еще несколько групп потрепанных солдат из Донкастла. Наконец, они вышли на небольшую возвышенность, на которой располагалась рыбачья деревушка – Кодфин, как им сказал один из солдат.
   Повсюду было тихо, и никаких признаков жизни в деревне не наблюдалось.
   – Останьтесь здесь с людьми, – сказал Тристан Дарусу и О'Рорку. – Я хочу сходить посмотреть, что там делается.
   – Возьмите с собой несколько человек, – сказал О'Рорк.
   – С нами все будет в порядке, – возразила ему Робин. – Сейчас здесь уже не опасно.
   Тристан и Робин вместе спустились с низкого холма и вошли в деревню. То, что они увидели издалека, поразило их, но лишь подойдя поближе, они поняли, что в деревушке произошло что-то невообразимо ужасное. Повсюду, на улицах и в домах, лежали изуродованные, растерзанные тела ффолков – всего около сотни. Никто не выжил в этом рыбачьем поселке. Люди, собаки, даже куры – все погибли страшной мучительной смертью.
   – Кто мог это сделать? – спросила побледневшая Робин. – Вряд ли великаны. Они не стали бы так уродовать тела, а потом, они сожгли бы деревню дотла. Мне кажется, даже никакой колдун не способен на такое зверство, – прошептала девушка. Сама не зная как, но она догадалась, что это нападение было лишь частью большого плана.
   – Но что – или кто – способен на подобную жестокость?
   – Не знаю, – сказала друида и показала принцу на мягкий мокрый песок у них под ногами. Множество следов, оставленных перепончатыми, когтистыми лапами, вели к воде. Принц вспомнил, где он уже видел такие лапы.
   – Сахуагины!
 
   – Интересно, как это сюда занесло этого безмозглого дракончика? – прорычала Финеллин; она была совсем не в настроении вести пустые разговоры.
   – Да ведь каждому ясно, что я ищу Робин. Даже гном мог бы догадаться об этом. А вот что ты здесь делаешь? Ну-ка, отвечай!
   Финеллин слишком устала и пала духом, чтоб вступать в препирательства с Ньютом.
   – Мы бежим с одного поля боя и ищем другое, где могли бы погибнуть с честью.
   – Довольно-таки дурацкий план. Ну, я имею в виду, я не понимаю – вы, что, собираетесь проиграть сражение? А не лучше ли разыскать Робин и Тристана и как следует повеселиться?
   – Что ты знаешь о принце Корвелла? – потребовала ответа гнома. – А ну, червяк, отвечай, да поживее!
   – И не подумаю разговаривать с теми, кто со мной так… Червяк, подумать только! Знаешь, если бы не наши общие друзья, я бы такое заклинание сотворил, что ты…
   – Говори, – прорычала Финеллин таким голосом, что даже Ньют струхнул. А Язиликлик, который держался на безопасном расстоянии, уже испугался за жизнь своего друга.
   – Ну, все началось, когда мы вернулись в Донкастл…
 
   К следующему вечеру численность армии Тристана уже достигала тысячи человек. Вновь присоединяющиеся к ним беглецы рассказывали, что королевская армия продолжает их энергично преследовать. Еще днем всадники в алых плащах обнаружили отряд Тристана и до самого вечера преследовали его, продолжая оставаться на безопасном расстоянии. Тристан понимал, что еще немного, и королевская армия их атакует.
   Действительно, перед самым заходом солнца, поднявшись на холм, они увидели большой отряд королевских наемников-людей. Копейщики и мечники стояли плечом к плечу, готовые к бою.
   – Проклятье! – Тристан, шедший во главе своей армии, остановился.
   – И это еще не все, – сказал О'Рорк, подходя к принцу. – Вон там, на севере!
   Оглянувшись назад, принц заметил, что из леса выходит другой отряд Алой Гвардии – великаны!
   – Мы в ловушке, – с горечью сказал он.
   С запада было серое море, а с севера и юга стояли королевские войска. На востоке земля круто поднималась вверх, и если бы они попытались уходить в этом направлении, им неизбежно пришлось бы рассеяться и стать легкой добычей для Алой Гвардии. И тут же Тристан увидел, что противник отнял у них и этот призрачный шанс: на гребне холма появились алые плащи – третий отряд королевских войск завершил окружение.
   Алексей, Дарус, Полдо, О'Рорк и Робин присоединились к принцу, который пытался придумать какой-нибудь разумный план.
   – Мой принц, что это такое? – спросил Алексей, показывая на юг. Тристан посмотрел мимо рядов копейщиков на круто поднимающийся вверх, скошенный мыс. Там медленно спускались вниз маленькие, едва различимые фигурки.
   Наемники явно не знали, что у них за спиной кто-то есть.
   – Кто они? – спросила Робин.
   – Отсюда невозможно разобрать – но что это? – Тристан, пораженный, наблюдал, как маленькие фигурки начали раскачивать и сталкивать вниз здоровенные камни. Несколько огромных глыб оторвались и покатились вниз, в тыл королевского отряда. Все новые и новые камни сыпались с вершины холма, и вот уже их первая волна ударила по стройным рядам копейщиков.
   Вскоре начался настоящий обвал – сотни камней с грохотом катились вниз. Тот, кто находился на гребне холма, оказал войску Тристана огромную услугу, но ей еще нужно суметь воспользоваться.
   – Вперед! – закричал принц. – На вершину холма!
   Повстанцы подхватили клич и вслед за Тристаном, высоко поднявшим над головой меч Симрика Хью, бросились вперед. Тысяча голосов слились в один, когда воины Донкастла, как волна прибоя, помчались навстречу Алой Гвардии, еще не пришедшей в себя после жестокой каменной бомбардировки.
   Еще не успела осесть пыль от обвала, а повстанцы уже добрались до подножия холма. Многие королевские копейщики были раздавлены камнями, а остальные разорвали ряды, пытаясь спастись от летящих кусков скалы. Эти разрозненные группки, конечно, не могли оказать серьезного сопротивления.
   Тристан вел атаку на группу из приблизительно восьмидесяти копейщиков. Огромный мурхаунд бежал рядом с принцем, а за ними едва поспевали воины Донкастла. Принц врубился в самую гущу врага, нанося разящие удары своим мечом.
   Копейщики были быстро смяты, и принц заметил, что его солдаты немного сбавили шаг.
   – Вперед! К вершине! – снова закричал он и, прыгая с камня на камень, начал взбираться вверх по скалистому склону.
   Он на минуту остановился, чтобы оценить ситуацию. Внизу с тяжелым топотом шел в атаку отряд великанов, а с востока наемники спускались вниз по склону. Однако, они опоздали. Его отряд, сломив сопротивление врага, был уже близок к вершине.
   А там, улыбаясь сквозь ощетинившуюся бороду, его ждала несгибаемая Финеллин.
 
   Тысяча воинов Донкастла и сто пятьдесят стойких гномов стояли на скалистом холме и смотрели, как солнце исчезает в море Муншаез. Эта возвышенность оказалась очень выгодной позицией для битвы: с севера, юга и востока были крутые склоны, а с запада в море уходил небольшой мыс. Узкий перешеек, соединяющий мыс с побережьем, едва ли достигал в ширину пятидесяти футов и был с двух сторон сжат нависающими скалами, которые хорошо защищали войско от вторжения с моря.
   Однако, радость Тристана заметно уменьшилась, когда Финеллин мрачно сообщила, что за помощь гномов им придется заплатить: с юга наступала огромная армия дуэргаров, которую уже можно было хорошо разглядеть. Вскоре передовой отряд темных гномов попытался с ходу атаковать их по южному склону, но стрелы лучников Донкастла быстро отбросили дуэргаров вниз.
   Когда спустилась ночь, дуэргары еще трижды шли на приступ, и всякий раз их командиры вынуждены были отводить свои войска назад. И разумно: утром все вражеские армии смогут напасть одновременно – видимо, Синдр не хотел, чтобы дуэргары понесли жестокие потери.
   Отряд великанов разбил лагерь у северного склона холма, а с востока расположились наемники, отрезая возможность бегства вглубь Аларона.
   Принц Корвелла понимал, что если ему суждено разбить королевские войска, то это должно произойти именно здесь. Однако, вероятнее всего, их всех ждет смерть.
 
   Жесткая земля не дала Алексею спокойно поспать. Замерзший под тонким шерстяным одеялом, он проснулся задолго до рассвета и прислушался к звукам спящего лагеря.
   И тут он почувствовал постороннее присутствие – не в самом лагере, но рядом с ним. Все мысли о сне разом пропали. Он встал и, дрожа от холода, запахнулся в свой черный плащ. Алексей догадался о причине этого беспокойства, но все же постоял несколько минут, глядя на север, пока не убедился в своей правоте окончательно.
   Синдр был рядом.
   Алексей тщательно изучил волшебные книги Энньюина. Его руки, хотя и не обрели прежней пластичности, стали уже достаточно подвижными, чтобы он мог легко и быстро совершать волшебные заклинания. Наконец-то, пришло время мести!
   Удивленный часовой увидел, как Алексей мгновенно исчез из виду. И никто не заметил его появления несколькими милями к северу, на пустом побережье. Интуиция не обманула мага: он услышал неподалеку громыхание повозок и звук тяжелых шагов.
   Невидимый, маг пошел навстречу колонне, которая постепенно выступала из темноты. Он отшатнулся в ворону, пропуская скачущего впереди всадника, и тот промчался мимо, не снижая скорости, но лошадь испуганно заржала, уловив запах невидимого колдуна.
   Алексей остановился менее чем в ста футах от дороги и стал наблюдать за королевской армией. Мимо него грузно протопали великаны, а вслед за ними остальные воины Алой Гвардии. Показалась королевская карета, и вокруг нее он увидел зеленую ауру. Но сейчас его интересовало совсем другое.
   Наконец, Алексей увидел восьмерку черных лошадей, тащивших длинную повозку, в которой находился Совет колдунов. Вместе с ними он много раз отправлялся в дальнее путешествие, выполняя любое желание Синдра. Теперь, как он предполагал, в повозке находились Вертам, Тальро и Кириано. Они не сделали ему ничего плохого, но это не имело ни малейшего значения. Их смерть разозлит Синдра – этого для Алексея было вполне достаточно.
   – Пиракс, сурасс, хистар! – произнес маг, показывая на повозку.
   Маленький огненный шарик слетел с его пальца и медленно поплыл в сторону длинного экипажа.
   – Байрассилл!
   Вспышка света разогнала тьму, длинные тени заметались по дороге. Разрушившийся огненный шар поглотил экипаж вместе с лошадьми, и мощный жар стал распространяться во все стороны. Крики ужаса из экипажа почти сразу смолкли, и через несколько мгновений от повозки и ее пассажиров осталась лишь куча пепла. Началась паника, пешие и конные воины попытались найти поджигателя.
   Но поздно – Алексея уже там не было.
 
   Рука Баала потянулась вперед. В нетерпении Бог стал подталкивать своих игроков. События развивались в нужном направлении, и он уже предвкушал близость окончательной победы…
   Сахуагины вышли на западное побережье Каллидирра. Они неловко пересекали полосу прибоя и, спотыкаясь, брели по отмелям, стараясь побыстрее приспособить свои жабры к воздуху. Широко открывая и быстро захлопывая их, сахуагины проскальзывали мимо причалов к домам, где спокойно спали ничего не подозревающие жители.
   Их убивали быстро и хладнокровно. Мужчины, женщины и дети находили смерть под ударами копий, трезубцев или острых зубов. Детей сахуагины пожирали, а все золото и серебро забирали. Потом они возвращались обратно в море и плыли вдоль берега в поисках новых деревень. Наконец, чудовища собрались вокруг своего короля у длинного мыса…
   Утопленники несколько дней медленно шли по дну к побережью Аларона и, наконец, стали постепенно выбираться на берег. Поздно ночью мертвецы присоединились к сахуагинам. Первым из моря показался Ситиссалл и гордо зашагал меж катящихся волн к тому, кто уже ждал его на берегу.
   Колдун сказал ему, что враг находится на вершине горы. Когда взойдет солнце, сахуагины, ожившие мертвецы, темные гномы, великаны и наемники Алой Гвардии пойдут в атаку и уничтожат всех. Синдр сказал, что его план удался на славу.
   А Баал, услышав это, засмеялся:
   – Да уж, «его план!».

ЗЕМЛЯ И МОРЕ

   – Мой принц!
   Мгновенно проснувшись, Тристан потянулся было к мечу, но увидев стоящую подле него Робин, успокоился.
   – Я никак не могла заснуть, – объяснила девушка, присев рядом с ним,
   – и вдруг увидела это. – Друида показала на север, где в отдалении пылал яркий огонь. – Загорелось только что – это больше похоже на волшебное заклятье, чем на обычный огонь.
   Принц встал и посмотрел сам.
   Огонь на севере был единственным светлым пятном в ночи. Слабый лунный свет отражался от поверхности моря, но не мог разогнать черный сумрак ночи.
   – Ты так и не ложилась? – спросил Тристан.
   Робин кивнула.
   – Там есть что-то… что-то еще, кроме дуэргаров и Алой Гвардии. Я почувствовала это несколько часов назад, и ощущение все усиливается. Тристан, я боюсь. Там что-то ужасное – такое же, как Зверь или зомби!
   Он обнял девушку, а мысли одна чернее другой замелькали в его мозгу. Тристан не сомневался, что она права.
   Теперь у них осталось еще меньше шансов на успешный исход предстоящего сражения. Из-за него Робин погибнет на этом отдаленном скалистом берегу. И для чего? Будь проклята его глупость!
   – Робин, – прошептал он. – Я люблю тебя – клянусь Богиней!
   Тристан поцеловал девушку и еще крепче прижал к себе. На миг он почувствовал, как его наполняет радость; какое-то удивительное умиротворение спустилось на них, и весь мир исчез. Однако, это продолжалось недолго: он вспомнил, где находится. И все же не мог с ней расстаться.
   – Я так скучал по тебе весь этот год, что боялся сойти с ума. Я даже собирался отправиться в Долину, и если бы сумел тебя отыскать, то постарался бы уговорить вернуться в Корвелл.
   Девушка сквозь слезы улыбнулась принцу. А он смущенно продолжал:
   – Я, конечно же, не могу просить тебя отказаться от своего призвания, я прекрасно понимаю, что твое предназначение – служить Богине. Но если в твоей жизни найдется еще место и для мужа…
   Робин быстро, почти кокетливо, поцеловала его.
   – Мне нравится идея стать королевой, – прошептала она. – Королева-друида! Правда, тебе придется сначала завоевать для меня королевство…
   Они замолчали. А тем временем небо порозовело, потом стало бледно-голубым, и вскоре на горизонте появилось солнце.
   И тут они услышали крики часовых, поднявших тревогу. Похоже, начиналось сражение.
 
   – Боже мой, кто это? – прорычал Хью О'Рорк.
   Дарус, вглядевшись в предрассветный сумрак, уловил движение у подножия холма. Из тумана появились существа, несколько похожие на людей. Но двигались они совершенно бесшумно и совсем не как люди. Среди них Дарус заметил сахуагинов, чья желтая чешуя была усеяна золотыми украшениями.
   – Это же мертвецы! – выдохнул Полдо и встал перед Дарусом, чтобы получше рассмотреть странные существа.
   – Нет! Не может быть! – прошептал Понтсвейн, который в ужасе уставился на ковыляющие в их сторону фигуры, хватающие костлявыми руками воздух в поисках жертвы. Кожа у них была мертвенно-бледной – в тех местах, где она еще оставалась. Но многие из наступавших были скелетами, и они передвигались, словно марионетки, стуча и бряцая костями, как оружием. Другие мертвецы неимоверно распухли, и гниющая плоть отваливалась огромными кусками по мере того, как трупы удалялись от моря.
   Рядом с мертвецами, хранившими зловещее молчание, выступали тысячи жаждущих крови дуэргаров. Начав восхождение на холм, они вдруг начали выть. Резкий неестественный звук разнесен над полем боя, вселяя ужас в тех, кто оказывался у них на пути. Размахивая топорами и мечами, дуэргары уверенно взбирались на холм.
   – Пора! – вскричал О'Рорк. И тут воины Донкастла по всему южному краю холма начали сбрасывать огромные камни, которые они собрали и приготовили ночью.
   Тяжелые камни давили и крушили мертвецов, более мелкие – сбивали их с ног, и все это вместе – части трупов, скелеты и камни – катилось вниз, увлекая за собой остальных и создавая полную неразбериху. Однако, не взирая на каменный дождь, оставшиеся на ногах утопленники невозмутимо шли вперед.
   Этот склон холма был не слишком крутым и каменистым. Дарус и все, кто находился на холме, скинули множество камней в надежде, что произойдет обвал, который, как накануне, явится серьезным препятствием на пути врага. Но, к их огорчению, обвала не случилось, а вскоре у них кончились камни, и разъяренные дуэргары бросились вперед. Они уже были достаточно близко, и воины армии Тристана могли рассмотреть их оскаленные лица и горящие нечеловеческой злобой глаза. Когда темные гномы, наконец, добрались до вершины холма, их боевые топоры и мечи наткнулись на длинные заостренные пики.
   Послышались воинственные крики дуэргаров, звон оружия и стоны раненых.
   Дарус и Полдо стояли спина к спине на широком плоском камне. Пустые глазницы невидяще пялились на них, а похожие на когти руки тянулись к людям, пытаясь сдернуть их на землю. Калишит не переставая разил врага своим ятаганом: отрубив голову одному трупу, он тут же мощным ударом разрубил пополам скелет, который, развалившись на части и продолжая шевелить конечностями, покатился вниз. Полдо в это время отбивался от бледного, распухшего до невероятных размеров существа, которое пыталось взобраться на камень, где они с Дарусом стояли. Он дважды и без всякого результата ударил его кинжалом, а потом, размахнувшись, лягнул ногой в голову. И тут Полдо чуть не вытошнило, потому что его нога легко вошла в сгнившую плоть лица.
   Костлявая рука протянулась и схватила Даруса за колено. Он упал и покатился к краю камня, но Полдо так сильно ударил мечом по запястью врага, что оружие, отскочив, высекло искры из камня там, где только что была рука. Дарус снова поднялся на ноги и тут увидел потрясенного Понтсвейна, который был так напуган, что даже еще не вытащил свой меч.
   Вой темных гномов стал просто невыносимым, и Даруса начала охватывать паника, особенно когда он увидел, что гномы прорвали линию обороны повстанцев. С душераздирающими воплями около двадцати дуэргаров стремительно приближались к вершине холма.
   Но с воинственным кличем Хью О'Рорк, чья рыжая борода развевалась как знамя, повел своих людей наперерез темным гномам. Размахивая мечом, он косил дуэргаров налево и направо, и оставшиеся вскоре отступили на свои прежние позиции. Но все новые и новые темные гномы выходили из тумана, присоединяясь к передовым отрядам, словно им не было конца.
 
   – Ну, когда же они придут? Мне скучно! Робин, спустись и поговори с ними, скажи, что мы хотим начать сражение! – Ньют строил грозные рожи великанам, стоявшим ровными рядами у подножия холма. А по равнине подбирались к холму сахуагины, которых было так много, что они напоминали огромное чешуйчатое чудовище.