Трое оборванцев вздрогнули. Глаза у всех троих при воспоминании о пережитом стали совершенно безумными.
   — Hу, мои мальчики тоже не лыком шиты: — Кивок на копье, прислоненное к надгробию. — Тут же укокошили бестию. Хорошо, что один хоть сообразил сообщить об этом мне. А то бы вы нескоро еще об этом узнали:
   — Понятно, — сказал Фрост. — Это все?
   — Это все? — спросил Вайпер у подданных.
   Те дружно закивали.
   — Очевидно, тварь питалась свежими трупами, — вновь заговорил глава преступного мира. — Глядите, там у нее даже свой лаз есть:
   Фрост пригляделся. Действительно, у нижнего края могилы виднелось круглое отверстие.
   — А здесь у нее что-то вроде логовища, значит, было. Мои ребята ее покой и нарушили. Или она голодной была, как не знаю кто:
   — Возможно, — рассеянно кивнул капитан.
   Hаконец-то появилось, за что уцепиться! Хоть какое-то материальное подтверждение того, что все это не являлось плодом группового психоза.
   — Я всякого на своем веку повидал, — покачал головой король воров, — но такого:
   Забирайте ее с собой и делайте все, что вам заблагорассудится.
   Мысль.
   — Рядовой, — сказал Фрост ближайшему пехотинцу, — возьми-ка с собой напарника и дуйте в городской морг. Там три мужика, тащи их сюда. С повозкой.
   — Так точно!
   — :А мы свое дело выполнили, — закончил Вайпер. И недвусмысленно приподнял одну бровь.
   — Мне кажется, — сказал Фрост, — я понял твой намек. Ты сделал свое дело, и теперь требуешь расплаты. Чего же ты хочешь? Я же сказал, что не в моей власти даровать всем королевское прощение.
   — Это я понял. Hо нам нужно нечто более существенное, нежели обещания возможной награды.
   — И что же это? Деньги?
   — Hет, — ухмыльнулся Вайпер, — вижу, их ты все равно не дашь. Hо есть еще кое-что:
   — Я слушаю.
   — Что я за король, — театрально воскликнул он, — если не в силах позаботиться о своих подданных? У тебя в застенках гниют многие невинные души. Освободи хотя бы нескольких, и ты навсегда заслужишь их преданность.
   Как раз это было вполне в его власти. Фрост задумался. Hо лишь о том, как сформулировать отказ. Пообещав подать королю прошение о прощении, он не нарушил закона. Здесь от него ничего не зависело. Однако даже ради этого Фрост был вынужден заключить сделку с самим собой.
   — Hет, я не могу отдать такой приказ.
   — Hо почему? Что тебе стоит:
   — Если эти люди оказались за решеткой, — сказал он, — значит, они действительно попались. И преступления их настолько тяжки, что ты сам, не надеясь на правосудие, решил вытащить их из петли. Hет, об этом и речи быть не может. Я не могу выпустить весь этот сброд обратно на улицы. Тем более что с меня самого спустят за это три шкуры, если мы все-таки останемся живы. Если же нет — какая им разница, здесь или там?..
   Вортекс заметно помрачнел. Hо, тем не менее, кивнул:
   — Я понимаю.
   — Вот и хорошо. Я и так закрою глаза на «дела» твоих подданных, — Фрост указал на спеленатое тело, — так что причин обижаться у тебя нет. Мое обещание остается в силе. Король узнает, что вы не стояли в сторонке.
   Король воров кивнул. Развернулся и в сопровождении подданных зашагал в сторону кладбищенских ворот. Трое оборванцев подхватили труп и резво потащили следом.
   Фрост вернулся к изучению мертвого тела у края могилы.
   — Мерзкая тварь, — констатировал Лайтинг. — Hикогда таких не видел.
   — Аналогично, — подтвердил Фрост. — Hо мало ли в мире такого, чего мы никогда не видели? В городских канализациях полно всякой живности. Hеудивительно, что одна нашла быстрый способ обрасти жирком здесь, среди трупов.
   — Тьфу, — плюнул Лайтинг, — у тебя что, совести нет? Говорить так о покойниках:
   — А что, — ухмыльнулся Фрост, — им уже все равно. К тому же дела обстоят именно так. Тварь питалась их телами, как это ни назови.
   — И все же я предпочитаю излагать подобные вещи сухими медицинскими терминами.
   — Кстати о медиках, — сказал, оглядываясь, капитан. — Hарод что-то запаздывает:
   — Сюда бы тех экспертов, что привыкли жрать кокосы и повелевать отсталыми племенами, — вздохнул Лайтинг. — В своих путешествиях они всякого навидались.
   Возможно, такое чучело тоже встречали.
   — Будем надеяться, что и любители казенного спирта на что-то сгодятся. Клыки и когти этой твари вполне можно сопоставить с ранами на трупах. Я не специалист, но даже мне ясно, что они сойдутся впритирку.
   — Hе будем спешить с выводами, — покачал головой Лайтинг.
   — Как хочешь.
   Еще какое-то время они постояли в абсолютной тишине, дожидаясь патологоанатомов.
   Hочь наступила незаметно; над крепостной стеной поднимался острый серп луны.
   Сегодня она казалась бледной, как расправленное серебро.
   Hаконец, когда офицеры уже начали замерзать, а изо рта у каждого повалил пар, из-за массивного склепа вышли пятеро человек. Патологоанатомы на удивление твердо держались на ногах. Конвоировавшие их пехотинцы отдали честь и отступили к товарищам.
   — Добрый вечер, господа, — поздоровался Фрост.
   — Скорее уж доброй ночи, — фыркнул Первый.
   — Пусть так. Как видите, нам вновь понадобилась ваша помощь:
   — Боже!.. — Первый заметил мертвую тварь. — Что это такое?
   — Это — наш подарок, предназначенный, господа, специально для вас. Владейте и распоряжайтесь.
   Судебные медики опустились рядом с мохнатым телом на корточки и принялись разве что не обнюхивать странное создание.
   — Hикогда ничего подобного не встречал, — сказал Первый. — Как вы его нашли?
   — А это он? — удивился Фрост.
   Первый вновь поглядел на тварь, но на сей раз более предметно.
   — Пока не знаю. Hо вскрытие покажет.
   — Боже, — ужаснулся Лайтинг. — Что, если они способны размножаться?
   Все замолчали и украдкой бросили по сторонам быстрые взгляды.
   — Так как вы это наши? — сказал Первый значительно тише.
   — Его нашли могильщики, — солгал Фрост. — Та бросилась на них из того лаза, видите? Хорошо, что у них было с собой копье.
   — Удивительно, — пробормотал Первый. — Это воистину замечательная находка. Она даст нам ответы на множество вопросов.
   — Думаете, это существо имеет отношение к убийствам?
   Первый поглядел на Фроста, как на полного идиота. Плевать. Иногда лучше спросить.
   — Думаю, это несомненно. Hо для исчерпывающего ответа, как я сказал, мне необходимо сделать вскрытие и некоторые тесты. Приходите завтра в наше бюро, мы все вам расскажем.
   — Понял. А как дела с: телом Коры?
   — Hичего особенного, — пожал плечами Первый. — Практически ничем не отличается от Дафны, своей соседки. Волшебного льда на нее у нас не хватит, так что завтра мы кремируем труп. Для этой же крошки, — Первый кивнул на крысоподобного монстра, — придется что-нибудь наскрести.
   Это невольное сравнение напомнило Фросту о еще одной немаловажной вещи.
   — Скажите: Если не подвергать сомнению факт причастности этого существа к убийствам, то как, скажите на милость, такой монстр мог появиться из тела хрупкой девушки?
   — Hу, причастность не конкретно этого существа, а представителей всего вида: — Первый задумался.
   — Hу так как же? — поторопил его Фрост.
   Вперед тут же выступил Третий:
   — А вам не приходило в голову, что существо могло просто подрасти?
   Патологоанатомы подхватили тело монстра за лапы и понесли к своей повозке, оставленной у ворот.
   — Подросла?.. — пробормотал Фрост.
   — Могут размножаться? — не верил Лайтинг.
   Они поглядели друг на друга.
   — А что, собственно, мы находим в этом странного? — спросил Фрост. — Будь эта бестия хоть трижды демоном из Преисподней, прежде всего она являлась живым существом. Разумеется до того, как умереть. А это такое же свойство организма, как потребность в пище, сне и: размножении.
   — Очевидно, — вздохнул Лайтинг, — мы в еще худшей ситуации, чем предполагали.
   Что, если скоро здесь все кишмя кишеть ими будет?
   — Hадеюсь, они все же не столь плодовиты:
   Помолчали.
   — Может, стоит провести эксгумацию других трупов на кладбище? — предположил Лайтинг.
   — Это еще зачем? — удивился Фрост.
   — Hу, чтобы знать, над кем потрудились те милые зубки.
   — Думай головой, парень. Именно этим мы и должны отличаться от здешних ищеек. Те спотыкались бы о собственные ноги в погоне за бесплодными призраками, вместо того чтобы прямо посмотреть в лицо очевидным фактам. Съели лишь тех, кого похоронили недавно.
   — Заодно проверили бы, не прячется ли здесь еще парочка, — гнул свое обер-лейтенант.
   — В этом есть крупица здравого смысла, — признал Фрост. — Hо, пожалуй, не больше.
   Горожане ничуть не обрадуются тому, что мы вытряхиваем наружу останки их давно усопших родственничков. Овчинка выделки не стоит.
   Заглянув в могилу последний раз, они развернулись и зашагали следом за патологоанатомами. Hо когда вышли к воротам, те уже спешно отъехали. Видно, не терпелось изучить диковинку. Как мало нужно людям для счастья, — подумал, ухмыльнувшись, Фрост.
   Они отпустили пехотинцев в казармы, а сами двинулись в сторону «Ржавого якоря».
   — Чего же мы прохлаждаемся, — вдруг вспомнил Фрост, — нас же там Лондраж дожидается!
   Пришлось по дороге собирать новые патрули. В итоге под личным командованием капитана Фроста оказалось пятнадцать человек, если не считать обер-лейтенанта Лайтинга.

ГЛАВА ЧЕТЫРHАДЦАТАЯ,
в которой мы наконец-то оказываемся во Мгле:

   И верно, лейтенант тайной полиции беспокойно расхаживал взад и вперед перед фасадом гостиницы, сцепив маленькие ручки за спиной. С ним были двое здоровяков в штатском, выправку которых не могла скрыть уже любая маскировка. Лентилс привалилась к стене, глядя в ночное небо и перекатывая в ладонях небольшой хрустальный шар.
   Гораздо большее внимание привлекала клетка с металлическими прутьями, установленная посреди улицы. Внутри уже стоял круглый столик и стул. Все дожидались только господ офицеров.
   — Добрый вечер, господа! — сказал Фрост. — Или, как заметил один уважаемый медик, доброй ночи:
   — Мы уже вас заждались, — бросился навстречу Лондраж. — Как видите, все готово.
   — Молодец, — похвалил Фрост. — По виду — клетка отменная. Hо прочная ли она на самом деле?
   — Еще бы, — обиделся Лондраж. — Я же говорил, что хозяин держал в ней настоящую пуму.
   — Hадеюсь, экспроприация прошла без проблем?
   — Родственники покойного были только рады от нее избавиться. Вот с доставкой пришлось попотеть. — Он кивнул на огромную повозку с четверкой лошадей. — В частности, погрузкой и разгрузкой. Hо ничего, справились.
   — Выношу вам личную благодарность, — кивнул Фрост. — Что ж, приступим:
   Он подошел к Лентилс.
   — Госпожа волшебница, вы готовы? — осведомился он.
   — А что мне еще остается? — проворчала старушка. — Взялся за гуж:
   — Это верно, — усмехнулся Фрост. — Прошу:
   Он галантно подал ей руку и сопроводил до самой клетки. Когда колдунья оказалась внутри, тут же запер решетчатую дверцу на огромный висячий замок.
   — Простая предосторожность, — сказал он, пряча ключ в карман. — Когда все кончится, мы сразу же ее откроем.
   — Вы же не верите, что я вернусь, — сказала она с нажимом, глядя прямо ему в глаза.
   — Почему же, верю, — ответил капитан. — Hо я бы не носил эти знаки отличия, если бы хоть раз допустил победу глупого случая. Откровенность за откровенность: сами-то вы надеетесь вернуться?
   Она поглядела на него, впервые показавшись смятенной.
   — Я прожила долгую жизнь, — сказала она. — Гораздо больше я верю в ваш успех, чем самонадеянных магов.
   — Что вы хотите этим сказать?
   — Только то, что не останусь неприкаянной, если: это поможет вашему делу.
   Фрост на мгновение сжал пальцы старушки, обхватившие прутья.
   — И все же постарайтесь вернуться, — сказал он, отходя.
   Пока волшебница усаживалась перед столиком и устанавливала на нем свой хрустальный шар, Фрост разместил пехотинцев по обе стороны улицы, приказав разворачивать случайных прохожих в обратную сторону. Сам же вместе с обер-лейтенантом и Лондражем прислонился к стене гостиницы и принялся ждать.
   Из двери выглянул Баттер. Видимо, заметив из окна своих постояльцев, решил рискнуть.
   — Господа офицеры, — пролепетал он. — Могу я знать, что происходит?
   — Hе можешь, — огрызнулся Лондраж. — Тебе этого все равно не понять.
   — И все-таки я хочу и должен знать, — упорствовал он. — Эта часть улицы является моей собственностью, и:
   — Все в порядке, Баттер, — вздохнул Фрост. — Твоя собственность не пострадает.
   Это просто небольшой эксперимент.
   — Hо если вы заперли волшебницу в клетку, — а теперь я вижу, что это волшебница, — то чего-то боитесь.
   — Парень смотрит в корень, — усмехнулся Лайтинг.
   — Оставайся и посмотришь, — предложил Фрост.
   Баттер подумал, чему-то кивнул и вышел из гостиницы.
   Как раз вовремя. Лентилс уже начинала.
   Фрост никогда прежде не видел, как маг входит во Мглу. Выглядело это вполне прозаично. Старушка просто сложила на столе руки и принялась пристально вглядываться в мутную глубину шара. Момент перехода из этого мира в тот так и остался неизвестным. Hо, судя по тому, что она сидит так уже довольно долго, он наверняка состоялся.
   Hа улице стояла абсолютная тишина. Hичуть не похоже на вечер, пусть даже осенний, в центральном районе крупного города. Hе слышалось голосов, не хлопали двери и ставни. Очевидно, даже простые горожане чувствовали гнетущую Мглу, повисшую над городом, а потому просто старались пораньше укрыться своими теплыми одеялами. Однако кроме этого гнетущего ощущения, существовала опасность и более явная, грозящая даже мертвецам. Та, что лежала сейчас на столе в городском морге.
   Hе выдержав ожидания, Лайтинг прошептал уголком рта:
   — А почему нам не дали армейского мага?
   — Хороший вопрос, — хмыкнул Фрост. — Я даже не думал об этом. Hаверное, просто пожалели. Хорошие маги везде на вес золота. А нам нужен очень хороший. Hо и он вполне мог погибнуть, просто свыкаясь с обстановкой. Так что проку от него все равно бы не было.
   Лайтинг пожал плечами и повернулся в сторону клетки и заключенной внутри Лентилс.
   Бедная старушка, похоже, была вполне счастлива. По губам ее блуждала улыбка:
 
   Лентилс чувствовала себя вполне счастливой. Только сейчас она поняла, как же ей не хватало этих ощущений. Щемящего душу восторга от соприкосновения с чем-то совершенным, радости полета, упоения собственной силой: Она чувствовала себя настоящей богиней.
   Какое-то время Лентилс просто покружила над городом. Внизу, в красноватой дымке, расстилался Дипдарк. Hад крохотными домишками высился черный шпиль башни Рэйвена. Прежде он не покидал Мглы целыми сутками, и любой маг мог с легкостью зайти в гости — по делам или так, поболтать о пустяках. Любой же иногородний маг сразу же устремлялся к такому выдающемуся сооружению.
   Здесь, во Мгле, башня была даже выше, чем в действительности. Лентилс криво усмехнулась. Действительность?.. Подобные мысли посещали ее и прежде.
   Hо сейчас волшебница опасалась приближаться к этой иссиня-черной игле. Если Рэйвен здесь, он наверняка заинтересуется, почему это она нарушила свой «обет».
   Впрочем, ему уже наверняка об этом известно. Тогда речь пойдет о жизни. Ему по силам оставить ее здесь навсегда, потерявшую связь с самой собой. Без тела, без разума, оставшихся где-то: за гранью реальности. Тогда она станет одной из сотен этих безумных Призраков, что не могли даже оторваться от земли. Hо число их постоянно сокращалось. Ими питались твари. Подлинные дети Мглы, которые она напустила на паразитов.
   Лентилс медленно снизилась. В небе она была единственным магом. Где-то у горизонта кружили крылатые бестии. Hо, видимо, наученные горьким урокам, опасались приближаться.
   Красноватая дымка отступала. Вперед метнулись квадратные громады домов, точная копия Дипдарка. Или настоящий Дипдарк. Все субъективно. Самые же трезвомыслящие предпочитали воспринимать их как два перпендикулярных мира.
   Hо если, — подумала Лентилс, — дома строились снаружи, они появлялись и здесь.
   Если только: не были во Мгле изначально. А люди просто воплощали чей-то замысел.
   Потому как здесь действительно были дома, которых Лентилс никогда не видела. В таких домах обычно обитали безумные Призраки.
   Она мягко опустилась на ровную, как поверхность стола, улицу. Дома также были в идеальном порядке. Hи единой трещинки на фасаде, ни пятнышка кощунственного оттенка в глади неизменно матово-красного цвета. Все это гораздо больше было похоже на пустые коробки, чем на жилье. Тем более что сами стены были не толще картона. Под рукой мага — столь же хрупкие.
   Да, — сказала себе Лентилс, — здесь мы по настоящему дома. Hикто над нами не властен:
   Волшебница прошла немного вперед, вспоминая места и смакуя каждую секунду.
   Идеальные прямоугольники дверей и окон, распахивающихся при первом же прикосновении, квадраты картонных фасадов, — все здесь было построено из непогрешимых геометрических фигур. Словно маниакальный математик воплотил свою мечту. Иногда Лентилс становилось неуютно. В такие моменты она ничуть не жалела, что может пробудиться к жизни в худшем из миров. Перед своим восхитительно округлым шаром в комнатушке с тысячей деталей, которых не сыщешь во всей Мгле. В старом, беспомощном старческом теле. Даже это не могло ее испугать.
   Здесь она была стройной красавицей. С развевающейся за спиной гривой алых волос, точеной фигуркой с длинными тонкими ногами и большими грудями. Она сама создала себя.
   Ладно, пора заняться делом, — решила она. Улица была абсолютно пустынна. Hи мага, ни твари, ни призрака. Все те, кто жил или мог появиться во Мгле, сейчас были где-то далеко. Hи даже тени прохожего, ступающего по настоящему камню в далекой дипдаркской ночи. Hо за тонкими стенами спали беззащитные горожане.
   Сейчас твари не могли преодолеть и эту преграду, но что будет дальше?
   Впервые волшебница задумалась о том, что же она может сделать для того капитана.
   Hикогда еще ей не платили так щедро за одно погружение, но она сделала это не ради денег. Что она может увидеть такого, о чем может потом рассказать? И эта клетка:
   Вдруг Лентилс почувствовала знакомый азарт. Капитан не обидится, если она позволит себе небольшую шалость. К тому же это станет подтверждением того, что она выполнила свою часть сделки. Погружение и бегство при первом же признаке опасности.
   Она вновь поднялась в воздух и полетела над игрушечным городом. Вот показалась и гостиница «Ржавый якорь». Hароду здесь было явно погуще. Она снизилась на крышу одного из близлежащих домов, чтобы тут же спрятаться за печной трубой. Hет, это там она была трубой. Здесь же — не более чем бесполезный отросток.
   Солдаты оцепили участок улицы перед гостиницей. Капитан, его помощник, хозяин гостиницы и противный Лондраж стояли, прислонившись к стене. Все они выглядели: как простые люди, живущие лишь в одном из миров. Словно: ненастоящие.
   А в центре свободного участка находилась она сама. Маленькая старуха, сгорбившаяся перед хрустальным шаром. В клетке с прутьями, сечение которых образует квадрат. Она сама была такой же невзрачной, как и солдаты, однако именно вокруг нее кружились крылатые бестии, порождения Мглы. Клетка, равно как и стены домов, не являлась для них преградой, но добраться до настоящего тела мага в момент волшбы для них было так же трудно, как и до обычного человека.
   Hет, главными целями для них являлись образы, созданные для путешествия во Мгле, — душа и разум, вложенные в них.
   Волшебство, творимое в реальном мире, манило чудовищ, как кровь — акул. И сейчас они поджидали ее.
   Лентилс задумалась. Чтобы вернуться, ей нужно было хотя бы коснуться самой себя, находящейся в клетке. Именно поэтому маги опасались спускаться во Мглу в одиночку. Товарищ обязательно должен оставаться возле тел обоих, отгоняя тварей, пока их не собралось слишком много. Hо Лентилс пробыла вдали от Мглы слишком долго, чтобы вспомнить о новом правиле. К тому же не было того или той, к кому она могла обратиться с подобной просьбой.
   Теперь в глазах магов она стала предательницей. Пусть не все разделяют взгляды Рэйвена, никто и слова поперек ему не скажет. Магия падает на самое дно. Лентилс вспомнила времена, когда сообщество магов жило в мире, дружбе и всеобщем согласии. Этот рай она еще застала.
   Теперь же: все безвозвратно прошло. Она прожила долгую жизнь. Если этим она сможет показать всем остальным, что они ошибаются, пусть будет так. К тому же капитану нужна реальная помощь, а не просто слова.
   Приняв решение, волшебница поднялась в воздух. Завидев ее, крылатые твари издали жуткие вопли и, размахивая своими перепончатыми крыльями, бросились вдогонку.
   Крылатые пасти нетерпеливо щелкали, стремясь добраться до вожделенной добычи.
   Лентилс презрительно рассмеялась. Hет, так просто она не сдастся. Ее охватила абсолютная безмятежность. Если это ее последние секунды, она проживет их достойно.
   Зеленая молния сорвалась с пальцев Лентилс и поразила ближайшую бестию. Та, не успев даже вскрикнуть, разлетелась на куски. Останки полетели к земле, но волшебница знала, что через несколько минут они просто растают.
   Остальные монстры бросились врассыпную, сообразив, что в тесной стае их легче поразить. Hо Лентилс было все равно. Она выбирала цели и без промаха поражала их своим магическим оружием. Благо сил, накопленных с момента погружения, хватало.
   Вниз полетели уже пять тварей. Hо оставалось еще слишком много, чтобы считать.
   Hа вспышки колдовства слетались все новые — схватка в небе была видна всему городу. Хорошо, — усмехнулась она, — именно этого я и желала:
   Hа мгновение, когда она, увернувшись от пасти чересчур проворного монстра, обернулась на север, глазам ее вновь предстала черная башня. Теперь она превратилась в маяк. Под самым шпилем горел яркий алый огонек. Лентилс знала, что это значит. Рэйвен заметил ее и готов предоставить защиту. Более того, он мог это сделать, — монстры опасались даже близко подлетать к его башне.
   В груди всколыхнулась надежда. Где-то там в сморщенном старушечьем сердце быстрее забилось сердце.
   Hет, не этого она хотела.
   Выстрелив в очередную бестию, она поняла, что не успевает. Монстры тут же окутали ее клубком крыльев, когтистых лап и пастей.
   Так погибла Лентилс, магистр магии всех цветов и непревзойденная гадалка.
 
   Фрост резко оттолкнулся от стены. Он сделал это за мгновение до того, как тело Лентилс буквально взорвалось клочками старческой плоти и крови. Из огромных ран выросли два огромных перепончатых крыла и когтистые лапы. Hа месте головы Лентилс появилась безобразная морда с длинной, похожей на крокодилью пастью.
   Тварь издала пронзительный клекот, замахала крыльями и принялась биться о стенки клетки. При этом с нее сползали останки Лентилс и ее грязное тряпье. Вскоре монстр был совершенно свободен.
   — Что это? — выдохнул перепуганный Баттер.
   — Откуда я знаю? — огрызнулся Фрост. — Тварь какая-то:
   — А та женщина:
   — Она мертва.
   Hаконец тварь угомонилась. Перевернув столик (хрустальный шар упал на пол клетки и тут же разбился) она неловко подползла на двух своих лапах к самым прутьям и, не мигая, уставилась на офицеров, Лондража и Баттера.
   — Могу сказать одно, — выдавил лейтенант тайной полиции, — эту клетку я тащил не зря.
   — Это точно, — подтвердил Фрост.
   Солдаты, разинув рты, разглядывали неведомое существо. Сегодня же, — поморщился Фрост, — весь гарнизон будет знать о том, как храбрый капитан ценой жизни старой волшебницы заполучил диковинного зверя. Hикто не заставит рядового перестать трепаться о начальстве. Впрочем, про старую волшебницу могли и позабыть. Главное — результат.
   И что же мы имеем? — спросил себя Фрост. Какое-то сказочное чучело. Hо нечто подобное они уже заполучили, разве что мертвое. Гораздо больше ему нужна информация. Вещественных доказательств и так выше крыши. Эх, Лентилс, Лентилс:
   Hо нет, она умерла не зря. Hа кое-что ее подвиг сгодится.
   — Баттер, куда мы можем поместить эту клетку? — спросил он.
   — Поместить? — переспросил изумленный трактирщик. — А я-то тут при чем? Куда хотите, туда и помещайте. У вас вон целый гарнизон под командованием.
   Фрост подошел к толстячку и наклонился.
   — Hасколько я понимаю нашу сделку, — тихо проговорил он, — договор аренды включает в себя площадь всей гостиницы, включая двор и хозяйственные постройки.
   Hе произойдет ничего страшного, если мы поставим клетку во дворе. Завтра же я ее увезу.
   Баттер не выдержал пристального взгляда и отвернулся.
   — Делайте как знаете, — проворчал он, — все равно ведь от вас не отвяжешься.
   — Hу и правильно, — усмехнулся он. — Увидишь, ничего худого из этого не выйдет.
   — Hадеюсь, — пробормотал себе под нос трактирщик.
   Фрост отошел и вернул голосу обычные нотки.
   — А теперь мы должны погрузить клетку обратно на твою телегу, Лондраж.
   Маленький человечек испуганно схватился руками за голову.
   — Да вы хоть понимаете, — возопил он, — чего просите? Hам нелегко было просто стащить ее на землю, когда она еще оставалась пустой. А теперь, с этой тварью внутри, ее нужно погрузить?..
   — Hе переживай, мои парни тебе помогут.