– Назад! – услышал Александр возглас Танаис. – Это огонь смерти! Ни шагу дальше! Но странно. Кто поставил его сюда? Вчера здесь было пусто. Что происходит?
   – Что за огонь смерти? – спросил Паша.
   – Да, странно встречают защитников, – процедил сквозь зубы Александр.
   – Эй, вы там! – звонко крикнула Танаис в сторону башни над воротами. – Я дочь Хранителя. Мы идем защищать Хаккадор. Что происходит?
   – Хранитель низложен! – донеслось с башни. – Теперь Харсус Хранитель. Мы не пропустим вас в Анвантар.
   – Что ты несешь! Кто ты?!
   – Неважно! – донеслось с башни. – Поворачивайте обратно, если жить хотите.
   – Измена, – прошептала Танаис. Ее синие глаза потемнели, словно небо перед бурей. – Мой отец. Он жив. Я чувствую. Но он в большой опасности. Предатели. Они хотят сдать город Зерону.
   – Что это за оружие такое – огонь смерти? – спросил Александр.
   – Магическая энергия, собранная в огненный шар. Я знаю, ее немного осталось. Но она уничтожит тысячи твоих воинов, прежде чем ты войдешь в ворота.
   – Где эта энергия?
   – На башне.
   – Сюда она не достанет. Иначе мы бы давно превратились в головешки, – сделал заключение Александр и на глаз прикинул расстояние.
   – Сейчас бы пару гранатометов сюда. Что делать будем? – спросил Паша.
   – Деревья рубить.
   – Зачем?
   – Не спрашивай. Время дорого. Все за мной.
   Александр развернул коня и направил его к молчаливо застывшим колоннам.

Глава 15
Первое столкновение

   На поле перед лесом кипела работа. Александр отдавал указания.
   Паша уже давно понял, что затеял Александр. Все же режиссер по историческим фильмам. Он оценивающим взглядом окидывал сооружения, выполненные из тяжелых бревен. Уже смеркалось, когда пять этих сооружений, похожих на гигантских жирафов, застыли в полной боевой готовности.
   – Зарядить требучеты! – приказал Александр.
   Гигантские жирафы наклонили свои шеи. Воины закатили в желоба тяжелые камни.
   – Приготовиться! Залп!
   Шеи распрямились, выбрасывая камни в сторону башни. Камни медленно, словно нехотя описали высокую дугу и с глухим стуком врезались в землю.
   – Харра! – раздались отдельные возгласы.
   – Недолет. Усилить противовесы!
   К противоположным концам бревен, там, где уже были прицеплены тяжелые камни, добавили еще несколько камней.
   – Заряжай! Приготовиться! Залп!
   Снова полетели камни. Есть! Три валуна с жестким треском врезались в башню, разлетаясь на осколки, выбивая из кладки каменья.
   – Харра! – раздался многотысячный яростный рев.
   Александр подошел к двум крайним требучетам, камни которых не долетели до цели. Отдал указания. Противовесы усилили.
   – Заряжай! Приготовиться! Залп!
   Раздались восторженные вопли. Все камни попали в цель. Даже отсюда сквозь вечерний сумрак на башне были видны повреждения. Там поняли опасность своего положения. С вершины метнулся огонь. Отчаянная попытка. Огонь не доставал до орудий. Горела трава. Поджаривались мертвые тела. Поле заволокло смрадом и дымом.
   – Заряжай! Приготовиться! Залп!
   – Харра!!!
   С башни сыпались камни.
   – Крепкая, сволочь, – прошептал Паша.
   Огонь затих. Там, на башне, видимо, поняли бесполезность своих попыток.
   – Смотри! – Паша выбросил вперед руку.
   На стене возле башни шевелились силуэты.
   – Они меняют положение! – понял Александр. – Лучники!
   На стену посыпались стрелы. Силуэты засуетились и вновь скрылись в башне.
   – Так-то! – ухмыльнулся Александр. – Заряжай! Приготовиться! Залп!
   Ближний левый край башни медленно пополз вниз в облаках пыли.
   – Есть! – завопил Паша, подпрыгивая на месте. – Она уже на соплях держится!
   – Залп!
   Вся башня начала оседать. Вначале как бы нехотя, но потом все более соглашаясь. Облако пыли скрыло то, что осталось от грандиозного крепостного сооружения.
   – Конники, вперед! – приказал Александр, и сам, взлетев в седло, первым ринулся в сторону ворот.
   Две сотни всадников, обнажив клинки, последовали за ним.
   Пыль рассеялась. От башни осталась гора каменьев, частично перегородивших проем ворот.
   Александр осадил коня, поднял руку, безмолвно приказывая остановиться. Он осматривал развалины. За спиной всхрапывали кони.
   Послышался стон где-то в камнях. Александр спешился. Снова стон. Еще пара шагов. Среди каменьев лежал человек. Изодранная одежда в крови.
   – Это Финакр! – услышал Александр возглас, обернулся и увидел, как Танаис спрыгивает с коня. Она подбежала к лежавшему.
   – Почему ты здесь, Финакр!? Ты же личный исполнитель моего отца! Что случилось?!
   Александр подошел ближе. Окровавленную маску лежавшего исказило подобие улыбки.
   – Жаль, что мы не смогли удержать вас дольше. Но ничего. Конники Зерона уже входят в город, – прохрипела маска.
   – Финакр! Ты ли это? Я не верю. Но почему!? Что произошло?! – Танаис невольно отстранилась от личного исполнителя.
   – Твой отец хотел уничтожить Источник. Зерон не пощадил бы никого тогда, – с трудом произнес личный исполнитель и закашлялся. Струйка крови вытекла у него изо рта. – Мы хотели сохранить жизнь городу.
   – Сколько вас было? – спросил Александр. – И где ваше оружие?
   – Кончилось наше оружие. Жаль. А было нас семеро.
   – Где остальные?
   – Не знаю. Может, под обломками, а может, убежали, – Финакр хрипло вздохнул и закрыл глаза.
   – Где мой отец? Что с ним? – Танаис тряхнула личного исполнителя за плечо.
   – Он в башне Ахантагора. Его отдадут Зерону. В знак преданности, – оскалился тот кровавой усмешкой. – Вам уже не успеть.
   – Предатели, – гневно прошептала Танаис. – Ближайшие соратники оказались предателями!
   – Я ненавижу вас, высших магов, – прохрипел Финакр. – Я всегда ненавидел вас, сытых, довольных, надменных. Вы думаете, что властвуете над миром? Глупцы. Идет человек, и мир преклоняется перед ним. Я ненавижу вас. Трусы. Я покидаю Мир Изменений достойно. А ты, Властитель этой армии, делаешь ошибку, защищая тех, кто забрал у людей принадлежащее им.
   – Ты предатель и не можешь указывать мне, – остановил Александр поток хриплого красноречия и кивнул всадникам. – Прекратите его мучения. Паша! Дай сигнал армии идти вперед. Путь свободен. Послышался сдавленный вскрик. Александр оглянулся. Танаис вытирала о траву окровавленный клинок. Дочь Хранителя вложила меч в ножны и взглянула на Александра. Взор ее был темен.
   – Надо спешить, мой командир, – негромко произнесла она.
   – Да, будем идти до полной темноты. Насколько возможно, – согласился Александр и вскочил в седло.
 
* * *
 
   Колонны излучали свет. Он шел изнутри камня, прозрачного, словно горный хрусталь, освещая группу людей, застывших возле ворот. Они стояли неподвижно, и Зерон принял их сначала за статуи.
   – Стоять! – скомандовал вожак. Колонна всадников остановились.
   Одна из фигур шевельнулась и медленно приблизилась.
   – О великий Зерон, карающая десница Мауронга, лучезарный Анвантар приветствует тебя у своих ворот! – послышался громкий голос.
   – Почему же так мало приветствующих? – усмехнулся Зерон. – Где восторженные обитатели города?
   – Страх их велик перед тобою. Они не смеют взглянуть в глаза твои. Я, Харсус, Хранитель Хаккадора, от имени всех обитателей этой земли приветствую тебя. За мною стоят Радгор, ныне Второй Хранитель, и верные наши соратники.
   – Ты Хранитель? – удивленно переспросил Зерон. – Ты смеешь себя так называть? Запомни, ты и вы все там. Я Хранитель отныне. А вы мои слуги. Где Марквентор?
   – В башне, мой господин, – сглотнув слюну, поспешно ответил Харсус. – Ты изволишь видеть его?
   – Зачем? Пусть сидит. А теперь прочь с дороги, отребье, – Зерон дернул поводья. Конь подался вперед. Харсус не успел отойти и был отброшен с дороги. Фигуры у ворот поспешно расступились. Новый Хранитель Хаккадора миновал светящиеся колонны. Всадники последовали за ним.
   Пустые улицы города встретили Зерона. Звук от лошадиных копыт гулко разносился в ночи. Двух-, трехэтажные дома молчаливо смотрели темными окнами на идущих. Огненные камни на крышах тускло мерцали среди деревьев. Авангард колонны вышел на широкую площадь, затем пересек ее и ступил на мостовую улицы, более широкой, чем предыдущая. Вожак мауронгов посмотрел вперед. Вдалеке, в конце этой широкой и прямой улицы, он увидел это.
   Было еще далеко. Его вершина терялась в черном небе. Освещаемая светом Огненных камней, крона Дерева словно зависла в воздухе над городом, над домами, надвигаясь навстречу всадникам. Миновали еще один квартал. Дорога пошла вниз по склону. С высоты открылась долина реки. Справа на горе темнели стены крепости. Город мерцал огнями крыш. Крона Дерева закрывала половину звездного неба. Свет огней не достигал вершины. Она терялась в темноте.
   Спустились вниз.
   По приказу Зерона колонна остановилась.
   Он спрыгнул с лошади.
   Площадь имела семь уровней, вымощенных разноцветным камнем. Каждый уровень был вымощен по цвету радуги, начиная с верхнего – фиолетового – и заканчивая нижним – красным. Там, внизу, ближе к воде, на красном уровне ствол Дерева взорвал землю, устремившись в высокое небо. Зерон увидел корни, уходящие от ствола в стороны по земле словно огромные узловатые пальцы. Словно само небо, спустившись из-за облаков, держало землю крепко, сильно и уверенно, а земля взметнулась к небу великой, непреодолимой силой. Зерон спустился по каменным ступеням лестницы и подошел к Источнику Жизни. Стражники, стоявшие вокруг ствола, почтительно расступились.
   Зерон сделал последний шаг и положил ладонь на шершавую, похожую на растрескавшийся камень темную кору.
   – Вот ты какой, Источник Жизни, – тихо произнес он. – Ты ждал меня?
   Под ладонью словно горячий поток начал пульсировать.
   – Ждал, – усмехнулся Зерон и оглянулся на молчаливо стоящих всадников, вытащил меч, поднял клинок.
   – Хаккадор наш! – пронесся над площадью торжествующий возглас.
   – Наш!!! – взревели воины. Лошади испуганно шарахнулись.
   – Хаккадор наш! – разносилось над затаившимся городом. – Наш! Слава Зерону! Слава великому Мауронгу!
   – Хранитель, – услышал Зерон сквозь восторженные возгласы, обернулся и увидел Харсуса, склонившего голову.
   – Чего тебе?
   – Я не стал тебе говорить сразу, дабы не омрачать радости великого события, но необходимо сказать, Хранитель, – с юга идет большое войско. Его ведет некто Александр. Ты знаешь его?
   – Нет. Почему я его должен знать? Кто еще такой?
   – Мы не знаем откуда он. Но мы послали на стену Загаран нашу силу. Она сможет задержать воинство на пару дней.
   – Ясно, – кивнул головой Зерон. – Ты чрезвычайно услужлив. Далеко эта стена?
   – Менее одного перехода.
   – Пехара!
   Один из всадников спрыгнул на землю, приблизился.
   – Срочно всех своих конников на юг. Надо успеть к стене. Остановишь там войско, – приказал Зерон.
   – Слушаюсь, а ты, мой повелитель?
   – Я останусь здесь с личной стражей и буду ждать подхода главных сил. Ты же знаешь, что пехота отстала от нас на три перехода.
   – Понял.
   – Отправляйся немедленно. А ты дашь проводника, – Зерон ткнул пальцем в грудь Харсуса.
   Тот резко развернулся и засеменил прочь.
   – Постой, ты куда!
   – За проводником.
   – Дашь указания. Пусть приведут знающего те места. Сам останешься здесь. Если ты солгал и нас ожидает ловушка, знаешь, что с тобой будет?
   – Нет, – испуганно произнес Харсус.
   – Лучше тебе не знать, – усмехнулся Зерон, глядя в бегающие глазки Харсуса. – Какая же ты сволочь. Но пока нужная сволочь. Пожалуй, я тебя так и буду называть. Слушай, сволочь, а что это там за башни на горе светятся?
   – Это Звездная гора, – ответил Харсус. – Оттуда спустились наши предки, когда Создатель Мира послал их для защиты Дерева Жизни. Теперь там Звездный дом.
   – Мои предки. Не ваши, – жестко произнес Зерон. – Я потомок великого Мауронга, лучший воин Империи. А вы – сброд. Я вернул то, что было завещано. Так-то, сволочь.
   Харсус ничего не ответил и потупил взор.
 
* * *
 
   Серой тенью лесной зверь пробирался между деревьев, сливаясь с темным, сырым мхом, ловя ушами едва слышимые лесные шорохи, чувствуя кожей, каждым волоском своей шерсти пространство далеко за пределами взгляда.
   Зверь умел читать язык леса. Он чувствовал его, сливаясь с ним воедино каждой клеточкой своего тела. В нем жил язык его древних предков, умеющий читать безмолвие камней, шелест листьев, дуновение ветра, шепот облаков. Они говорили больше, чем язык обычных звуков, на котором общалось большинство двуногих. Это был язык ощущений, сплетающий воедино в Книгу Жизни все, что происходило в этом мире, далеко ли или же близко – это не имело значения. Волк чувствовал этот мир. Ведь он был зверем – лесным созданием. Он видел этот мир не только глазами, слышал не только ушами, он ощущал себя частью этого мира.
   Зверь осторожно ступал по мягкому лесному мху. Скрываясь за темными холмами, пробираясь ночами среди обжитых людьми полей, он на третий день пути нагнал идущих на север, а потом и перегнал их, видя, как те следуют, не сворачивая, по широкой каменной дороге. Волку не терпелось взглянуть, куда же они идут. Только к вечеру третьего дня ему удалось опередить их лесом. Он оставил их позади. Но что там, дальше? Он ощущал присутствие.
   Забрезжил рассвет.
   Волк вновь почувствовал. Это было дыхание пустоты. Пустота означала конец пути в Мире Изменений, но не окончание пути в других мирах. За пустотой следовало перевоплощение. Но никто не знал, что там за ней, за пустотой. Что там за ней? Никто из его сородичей не знал этого. Не знал и его отец. За свою долгую жизнь зверь научился чувствовать пустоту.
   Он не раз смотрел черной пустоте в глаза. Она принимала разные обличья, таясь в клыках матерого кабана, саблезубой кошки, когтях медведя или же в клыках его сородичей, претендующих на место вожака. Он никогда не уходил от нее, он был первым в стае и всегда встречал ее первым. Стая шла за ним.
   Но тут была иная пустота, незнакомая. За ней не было ничего. Только мрак. Он чувствовал ее в остатках ночной темноты. Зверь оглянулся. Где-то там, за деревьями, шла по дороге многотысячная стая. Она была там, позади, а он, старый зверь, непобежденный вожак, пришел сюда первым. Перед ним расстилалось широкое поле. Зверь увидел их, тех, кто надвигался навстречу стае. Вначале узкую темную полоску, накрывшую вершину далекого холма. Полоска расширялась, приближаясь. Не утративший остроты взгляд зверя различил всадников. Тысячи. Они надвигались, словно черная лавина, заполняя широкое поле. Зверь зарычал, обнажил клыки, отступая на шаг, и почувствовал тех, кто шел за ним. Пусть не его сородичей, пусть этих странных двуногих созданий, зовущихся людьми. Но зверь чувствовал в них стаю, готовую на бой со смертью.
   О приближении этой стаи возвещали облака, деревья, ветер.
   – Возвести, что они идут, – послышалось зверю в шуме ветра.
   – Возвести, – прошептали облака.
   – Дай знать, – прошелестели ветви.
   Зверь обнажил клыки, глухо зарычал, набрал широкой грудью вечерний воздух, и дикий, жуткий, нарастающий вой разорвал утреннюю тишину, взметнулся к низким серым облакам, заметался среди ветвей деревьев, уносясь в сторону надвигающихся всадников.
 
* * *
 
   Войска снялись с ночной стоянки. Строились в колонны. Гул людских голосов заполнял утреннюю мглу. Эта ночная остановка была короткой. Надо было спешить. Почти день потеряли на штурме ворот. По мере приближения к столице Александр усиливал сторожевые отряды. Он интуитивно, как зверь, чувствовал приближение и, видя скачущего навстречу всадника из сторожевого отряда, уже знал, что скажет тот.
   «Мы опоздали», – подумал Александр в тот момент.
   – Властитель! – крикнул всадник, приближаясь. – Там, на холмах, конники. Много.
   – Они видели вас? – спокойно спросил Александр остановившегося разведчика.
   – Похоже, что нет. Нет. Они не останавливаются. Идут словно лавина. Скоро будут здесь.
   Мысли заработали с быстротой молнии. Кто такие? Зерон? Напасть неожиданно? А если не Зерон, а возможные друзья?
   – Фалангу поперек дорога! Стройся! – приказал Александр. – Лучники – за фалангой! Сильгур! Первый корпус – в лес на правый фланг! Ацельсиор! Конницу – в лес на левый! Остальные – в резерв за фалангу!
   Все вокруг сразу пришло в движение. Александр не без удовлетворения смотрел, как выполняются команды. Уже вскоре значительная часть воинства скрылась в лесу, а за спиной Александра построился плотный прямоугольник, своими флангами упирающийся в лесную чащу.
   – Ждем! – крикнул Александр и покосился на Пашу.
   Тот напряженно всматривался вперед. Танаис, словно хищная кошка, прищурила глаза.
   – Отойдите назад, – приказал им Александр.
   Паша только головой отрицательно покачал, а Танаис ничего не ответила. Оба не тронулись с места.
   – Накажу после боя за неподчинение, – буркнул Александр и вновь устремил взгляд вперед. Послышался звук. Словно волна накатывалась на берег. Он усиливался, нарастал. Загудела земля. Вот они! Сплошной волной накатываются. Уверенно, беспечно. Тем хуже для них. Кто же они такие?
   Увидели. Передние ряды притормаживают. Задние, не видя, напирают. Конница втискивалась в узкое открытое пространство меж лесов вдоль дороги. Совсем остановились. Шагов триста до них. Замерли. Много же их. Конца-то не видно. А может, там пехота дальше? Но ничего. Стиснем с флангов. Забьем. Позиция наша получше будет.
   – Кто такие? – крикнул Александр.
   От общей массы конников отделился всадник. Приблизился шагов на сто пятьдесят. Остановился. Александр направил коня навстречу. Остановил в десяти шагах от всадника. У того нижняя челюсть тяжелая, квадратная. Глаза маленькие, с прищуром. Надбровные дуги что у обезьяны гориллы, над глазками нависли. Да и доспехи на всаднике в полной гармонии с его физиономией. Шлем, как ржавое помятое ведро на голове. На плечах – накладки с шипами. Эти шипы больше для устрашения. При ударе клинок по латам скользить должен. А тут все наоборот. Шипы только мешают удар отразить. Нагрудник и щит тоже с шипами, а на морде лошади – маска железная с рогом. Всадник молчал, мрачным, темным взглядом изучая Александра. Тот тоже рассматривал незнакомца. Как боксеры перед поединком.
   – Кто ты? – первым нарушил молчание незнакомец.
   – Я Александр, Властитель армии Эзергуира. А кто ты?
   – Я Пехара, командующий конным корпусом армии Зерона, – последовал ответ.
   Вновь молчание.
   – Что? Так и будем стоять? – усмехнулся Александр.
   – Зачем вы пришли в Хаккадор? – спросил Пехара.
   – Защищать Источник Жизни.
   – Поздно. Возвращайтесь назад. Мой господин уже в Анвантаре. Теперь он Хранитель Источника.
   – Твой господин самозванец! – послышался из-за спины Александра голос Танаис.
   Александр оглянулся и увидел дочь Хранителя рядом.
   – А это еще кто? – усмехнулся Пехара. – В твоем войске все такие? Ты петух, предводитель куриц? Ты часто их топчешь?
   – Я – дочь Хранителя! – Танаис выхватила клинок и ринулась вперед.
   Александр едва успел остановить ее.
   – Горячая какая! – Пехара отстранился в нарочитом испуге и оскалил желтые зубы. – Иди сюда, я тебя хочу!
   – Любовью займешься со свиньями, если жив останешься, – спокойно произнес Александр.
   Пехара изменился в лице.
   – А могу предложить тебе прямо сейчас в честь нашей встречи, – добавил Александр. – У меня в обозе есть свиноматка. У нее титьки в два ряда. Я знаю, тебе нравятся такие. У тебя уже штаны рвутся.
   Маленькие глазки Пехары налились кровью.
   – Я лично отрежу твой член! – прошипел он и развернул своего коня.
   – Меч затупишь, извращенец, – хохотнул Александр ему вслед. – Назад, – коротко бросил он Танаис. – Сейчас будет безрассудная атака. Я его разогрел.
   – Да уж, – усмехнулась дочь Хранителя. – Похоже, что ты угадал его тайные желания.
   – Я очень проницателен! – рассмеялся Александр.
   Они вернулись к фаланге.
   – Отходим за ряды! – приказал Александр Паше и оглянулся.
   Конница противника строилась клином. Вот она медленно начала движение. Быстрее. Еще быстрее. Над поляной и лесом разнесся рев тысяч глоток.
   – Приготовиться! – Александр поднял меч. Он уже видел оскаленные морды лошадей и лица всадников. Выставленные вперед наконечники копий. Сто шагов. Пятьдесят. Двадцать. Копья прямо!
   Лес копий опустился. Войска сшиблись. В самом центре боя, там, где клин своим острием столкнулся с передними рядами фаланги, началось месиво. Треск, ржание лошадей, вопли, копыта кверху, люди на копьях.
   Три ряда прорваны, четыре, пять, шесть. Седьмой ряд. Все. Клин завяз. Края фаланги подались вперед. Конное воинство, заполнив все поле меж деревьев, бестолково колыхалось на месте.
   – Похоже, что пехоты у них нет, – отметил Александр. – Тем лучше. Лучники! Пли!
   Пара тысяч лучников, построенных за фалангой, выпустила стрелы в гущу конной толпы.
   – Пли!
   В центре вражеского войска начался беспорядок, бестолковое метание.
   – Сигнал!
   К небу взлетела огненная стрела – сигнал к наступлению с флангов.
   – Харра!!! – взлетел к небу многотысячный вопль.
   Александр увидел Пехару. Тот бестолково размахивал мечом, что-то вопил. Все конное воинство подалось назад.
   – Сообразил! – усмехнулся Александр. – А жаль.
   Пехара похоже понял, что его заманили в ловушку, и, не дожидаясь фланговых ударов, отдал приказ к отступлению. Вражеские конники быстро отошли, оставив на поле тройку сотен неподвижных тел. Через несколько секунд из леса появились всадники Ацельсиора.
   – Где? – завопил их командир. – Где они?!
   – Припоздал, – ухмыльнулся Александр. – Без тебя управились. Всем спасибо, ребята! Молодцы!
   – Харра!
   – Раненых в обоз. Убитых похоронить с почестями. Всех убитых похоронить.
   – Всех? Врагов тоже? – уточнил Ацельсиор.
   – Всех. Теперь они не враги. Они павшие воины. Ацельсиор! Твоя конница пойдет авангардом. Смотри внимательно. А теперь отдых. Короткий.
   – Спешить уже незачем, – услышал Александр голос Танаис.
   – Почему?
   – Зерон в Анвантаре.
   – И что? Что из этого?
   – Все кончено.
   Александр прочитал отчаянье в глазах дочери Хранителя.
   – Тебе надо отдохнуть, моя принцесса. Ступай в обоз. Там отдохнешь на повозке.
   – Как ты меня назвал? Моя принцесса?
   – Моя принцессочка, – Александр расцвел в широкой улыбке.
   – Меня никогда так не называли.
   – Я буду первым. Иди в обоз. Отдохни.
   – Возле свиноматки?
   – Ну, это как пожелаешь. А жаль все же, что этот Пехара ускользнул.
   – Ты бы выполнил обещанное?
   – Непременно.
   – Ладно, мой командир. Тебе еще представится такая возможность. Я знаю.
   – Я тоже. Иди отдыхай.
   – Пойду. Будь осторожен. Они там. Близко. Я их чувствую.
   – Все будет хорошо, – уверенно произнес Александр, провожая Танаис взглядом.
 
* * *
 
   Зерон сидел в глубоком кресле напротив высокого свода затухающего очага. Вечерние сумерки давно заползли через узкие окна внутрь обширного покоя, неумолимо обволакивая немногочисленные предметы обстановки: широкий стол красного дерева, черную шкуру единорога на стене с блестевшим поверх шкуры длинным двуручным мечом. В неподвижных, устремленных на стену поверх очага глазах Зерона отражались блики затухающего огня, а высокий открытый лоб прорезали глубокие морщины. Побелевшие пальцы рук впились в подлокотники кресла, выдавая внутреннее напряжение. Где-то внизу, под полом, шуршала крыса, изредка пробуя зубами дерево.
   В глубине коридоров дворца Ахантагора послышались шаги. Крыса затихла. Затаилась. От темного открывшегося дверного проема отделилась тень. Зерон повел плечами, словно стряхивая что-то, и обернулся.
   – Это ты, Пехара?! – удивленно спросил он и встал с кресла.
   – Да, это я, мой господин. Мы не успели к стене.
   – Что такое?
   – Мы встретили его. Он уже близко.
   – Что значит «встретили»? Вы сбежали? – на глаза Зерона словно тень упала.
   – Нет. Мы приняли бой. Но их много. Это серьезная сила. Мы вынуждены были отступить.
   – Отступить или разбежаться? – Зерон вплотную подошел к Пехаре, заглядывая ему в глаза. – На меня смотреть!
   – Мы отступили. Потеряли три сотни воинов.
   – Сколько их?
   – Я не знаю. Но, похоже, много. Я видел тысяч тридцать. Но в лесах скрывались резервы. Они идут сюда. К темноте будут здесь. Без главных сил нам их не удержать.
   – Ты видел главного?
   – Да, я разговаривая с ним. Я убью его! – побелевшие пальцы Пехары стиснули рукоять меча.
   – Чем он так тебя достал? Похоже, что он превзошел тебя красноречием, – усмехнулся Зерон. – И не только красноречием.
   – Я буду убивать его медленно! – завопил Пехара. – И эту тварь, что рядом с ним была, тоже убью. Но вначале она узнает, кто есть Пехара.
   – Ты это про кого? – поинтересовался Зерон.
   – Про дочь Хранителя. Она вместе с ним.
   – Дочь Хранителя? И ты молчал. Ты не ошибся?
   – Она сама назвалась дочерью Хранителя.
   – Пошли. Быстро. Коня мне. Встретим их на выезде из города.