Гэндальф внимательно посмотрел на него.
   - Да, здесь что-то не так, - задумчиво сказал он. - Я считаю твой план наилучшим.
   - Что ж, теперь я готов. Я снова хочу увидеть горы, Гэндальф, - горы; и найти место, где я могу отдохнуть, по-настоящему отдохнуть. В мире и спокойствии, без кишащих вокруг родственников, без посетителей, непрерывно звонящих в колокольчик у двери. Я должен найти место, где смог бы кончить свою книгу. Я придумал для нее хороший конец: "И он жил счастливо после всех этих событий до конца своих дней."
   Гэндальф засмеялся.
   - Надеюсь, так и будет, но никто не сможет прочесть эту книгу, даже если она будет закончена.
   - Почему же, со временем смогут. Фродо уже читал те части, что я написал. А вы присмотрите за Фродо?
   - Да, присмотрю. Я буду навещать его так часто, как смогу.
   - Он, конечно, пошел бы со мной, если бы я попросил его. В сущности он даже сам предложил это, как раз перед приемом. Но на самом деле он еще не хочет. Я же хочу увидеть еще раз перед смертью горы и дикие страны, но он все еще слишком любит Удел, его поля, леса и маленькие реки. Ему здесь хорошо. Я все оставляю ему, за исключением, конечно, нескольких мелочей. Надеюсь, он будет счастлив, когда привыкнет все это считать своим. С этого времени он сам себе хозяин.
   - Все? - спросил Гэндальф. - И Кольцо? Ты согласился на это, вспомни.
   - Ну... Гм... Да, вероятно, и оно, - запнулся Бильбо.
   - Где оно?
   - В конверте, как вы знаете, - нетерпеливо ответил Бильбо. - Он на камине. Нет. Вот он, в моем кармане! - Он колебался. - И разве это не странно? - сказал он наконец, как бы самому себе. - Почему бы и нет? Почему бы ему тут и не остаться?
   Гэндальф снова внимательно посмотрел на Бильбо, в его глазах что-то сверкнуло.
   - Я думаю, Бильбо, - спокойно сказал он, - его лучше оставить тут. Ты не хочешь этого?
   - Ну, да... И нет. Теперь я думаю, что мне вообще не хочется расставаться с ним. И я не понимаю, зачем мне его отдавать? Почему вы хотите, чтобы я сделал это? - спросил он и голос его изменился. Теперь он был резким, подозрительным и раздраженным. - Вы всегда изводили меня вопросами о моем Кольце, вы никогда не беспокоились о других вещах, полученных в путешествии.
   - Мне нужна была правда, - сказал Гэндальф. - Это чрезвычайно важно. Волшебное... Кольцо... Они... Гм... Волшебные. Они редки и интересны. Можно сказать, что я профессионально интересуюсь твоим Кольцом. И я должен знать, где оно, если ты пускаешься в странствия. И я считаю, что ты достаточно долго владел им. Тебе оно больше не нужно, Бильбо, если я не ошибаюсь?
   В глазах Бильбо сверкнул гнев. Его доброе лицо застыло.
   - Почему не нужно? - воскликнул он. - И какое вам дело до моей собственности? Оно мое. Я нашел его. Оно пришло ко мне.
   - Да, да, - сказал Гэндальф, - но не нужно сердиться.
   - Это вы виноваты, - сказал Бильбо. - Кольцо мое, говорю вам. Мое собственное. Моя прелесть. Да, моя прелесть.
   Лицо мага оставалось серьезным и внимательным, и только блеск глубоких глаз свидетельствовал, что он удивлен и встревожен.
   - Так его уже называли, - сказал он, - но называл не ты.
   - А теперь называю я. А почему бы и нет? Даже если то же самое говорил Горлум. Кольцо теперь не его, а мое, и говорю вам, что я сохраню его.
   Гэндальф встал. Он сказал строго:
   - Ты будешь глупцом, Бильбо, если сделаешь это. С каждым твоим словом это становится все яснее. Ты слишком долго владел Кольцом. Откажись от него! И тогда ты снова станешь самим собой, ты будешь свободен.
   - Я сделаю то, что захочу, - упрямо ответил Бильбо.
   - Ну, ну, мой дорогой хоббит! - сказал Гэндальф. - Всю твою долгую жизнь мы были друзьями, и ты задолжал мне кое-что. Выполняй свое обещание - отдай Кольцо!
   - Ну, если вы сами хотите мое Кольцо, так и говорите! - воскликнул Бильбо. - Но вы его не получите. Я не отдам вам свою прелесть, я уже сказал.
   Его рука опустилась на шероховатую рукоять меча.
   Глаза Гэндальфа сверкнули.
   - Вскоре наступит моя очередь рассердиться, - сказал он. - Если ты еще раз скажешь это, я рассержусь. Тогда ты увидишь Гэндальфа без маски...
   Он сделал шаг к хоббиту, и казалось, он стал выше ростом, его огромная тень заполнила всю комнату.
   Бильбо попятился к стене, тяжело дыша, сжимая руками карман. Некоторое время они стояли, глядя друг другу в лицо. И напряжение в комнате росло. Глаза Гэндальфа не отрывались от хоббита. Наконец Бильбо медленно разжал руки и начал слегка дрожать.
   - Не знаю, что это с вами, Гэндальф? - проговорил он. - Вы никогда не были таким. Из-за чего все это? Кольцо ведь мое, я нашел его. И если бы не Кольцо, Горлум убил бы меня. Я не вор, чтобы он не говорил.
   - Я никогда не называл тебя так, - ответил Гэндальф. - И я тоже не вор. Я не собираюсь грабить тебя, но хочу помочь. Я хочу, чтобы ты верил мне, как и раньше.
   Он отвернулся, напряжение спало с его лица. Казалось, он вновь превратился в седого старика, согбенного и озабоченного.
   Бильбо протер рукой глаза.
   - Простите, - сказал он. - Но со мной происходит что-то странное. Будет большим облегчением не беспокоиться о нем больше. Оно заняло слишком большое место в моих мыслях. Иногда мне кажется, что это глаз, наблюдающий за мной. И мне всегда хочется надеть его и исчезнуть. Я пытался закрыть его, но понял, что не могу быть спокоен, если оно не у меня в кармане. Не знаю, почему. Кажется, я не могу покончить с этим.
   - Тогда поверь мне, - ответил Гэндальф. - Уходи и оставь его. Откажись от владения им. Отдай его Фродо, и я присмотрю за ним.
   Несколько мгновений Бильбо стоял в раздумье и нерешительности. Потом выдохнул.
   - Хорошо, - с усилием сказал он. - Согласен. - Он повел плечами и печально улыбнулся. - В конце концов, я и прием устроил для того же: чтобы раздать подарки и вместе с ними легче расстаться с Кольцом. Но это оказалось не так легко. Итак, Кольцо переходит к Фродо вместе со всем остальным. - Он глубоко вздохнул. - А теперь я и в самом деле должен идти, иначе кто-нибудь увидит меня. Я уже попрощался и не хочу делать это еще раз. - Он подобрал свой мешок и двинулся к двери.
   - Кольцо все еще у тебя в кармане, - заметил маг.
   - Да! - воскликнул Бильбо. - А также мое завещание и все другие документы. Лучше возьмите их и освободите меня. Так будет безопасней.
   - Нет, не давай мне Кольцо, - сказал Гэндальф. - Положи его на камин. Оно будет лежать там до прихода Фродо. Я подожду его.
   Бильбо достал конверт и хотел положить его рядом с часами, но в этот момент рука его дернулась, и конверт упал на пол. Но прежде, чем он подобрал его, маг наклонился, схватил конверт и положил его на место. Лицо хоббита вновь гневно исказилось. Внезапно оно смягчилось, Бильбо рассмеялся.
   - Ну что ж, дело сделано, - сказал он. - Теперь я ухожу.
   Они вышли в зал. Бильбо взял свою любимую палку, потом свистнул. Изнутри показалось три гнома.
   - Все готово? - спросил Бильбо. - Уже все упаковано и погружено?
   - Все, - ответили они.
   - Тогда пошли, - и он шагнул к выходу.
   Уже была ночь, черное небо усыпали звезды. Бильбо взглянул вверх, вдохнул в себя ночные запахи.
   - Как хорошо! Как хорошо снова быть в пути вместе с гномами! Именно этого мне не хватало все эти долгие годы. До свидания! - сказал он, глядя на старый дом и кланяясь ему. - До свидания, Гэндальф!
   - До свидания, Бильбо! Береги себя! Ты уже стар и, может быть, достаточно мудр.
   - Беречь себя? И не собираюсь. Не беспокойтесь обо мне. Я снова счастлив. Но время идти. Я снова в пути, как и раньше, - добавил он тихим голосом, и как бы про себя запел во тьме:
   В поход, беспечный пешеход,
   Уйду, избыв печаль,
   Спешит дорога от ворот
   В заманчивую даль,
   Свивая тысячи путей
   В один бурливый, как река.
   Хотя, куда мне плыть по ней,
   Не знаю я пока...
   Он помолчал немного. Потом, ни слова не добавив, отвернулся от огней и голосов в поле и под навесами и, сопровождаемый тремя товарищами, прошел через сад и поспешил по длинной наклонной тропе. В низком месте перепрыгнул через живую изгородь в конце склона и пошел через луг, проходя в ночи, как шум ветра в траве.
   Гэндальф некоторое время смотрел ему вслед, во тьму.
   - До свидания, мой дорогой Бильбо, до нашей следующей встречи! - тихо сказал он и вернулся в дом.
   Вскоре пришел Фродо и увидел сидящего в темноте задумчивого Гэндальфа.
   - Он ушел? - спросил Фродо.
   - Да, - ответил Гэндальф, - он наконец-то ушел.
   - Хотел бы я... Я хочу сказать, что до сегодняшнего вечера я надеялся, что это шутка, - проговорил Фродо. - Но в глубине души я знал, что он уйдет. Он всегда шутил, говоря о серьезных вещах. Я хотел прийти побыстрее, чтобы еще застать его.
   - Я думаю, что он предпочел уйти незаметно, - сказал маг. - Не волнуйся. Он в порядке - пока. Он оставил для тебя конверт. Вот он!
   Фродо взял с камина конверт, взглянул на него, но не стал распечатывать.
   - Здесь его завещание и все документы, я думаю, - сказал Гэндальф. Теперь ты хозяин Торбы-на-Круче. И мне кажется, что там ты найдешь и золотое Кольцо.
   - Кольцо! - воскликнул Фродо. - Он оставил его мне? Но почему? Оно могло быть ему полезным.
   - Может, да, а может, и нет, - сказал Гэндальф. - На твоем месте я не стал бы его использовать. Никому о нем не говори и береги его. А теперь я отправлюсь поспать.
   Как хозяин Торбы-на-Круче Фродо считал своим долгом попрощаться с гостями. Слухи о странных событиях теперь распространились по всему полю, но Фродо только сказал, что к утру все, несомненно, прояснится. К полуночи прибыли экипажи для важных хоббитов. Один за другим они отъезжали, заполненные сытыми, но неудовлетворенными хоббитами. Потом пришли садовники и на тачках увезли все, что было небрежно оставлено гостями.
   Медленно проходила ночь. Встало солнце. Хоббиты проснулись необычно поздно. Прошло утро. Пришли рабочие и начали убирать павильон, уносить столы и стулья, ложки, ножи, бутылки и тарелки, и лампы, и цветущие цветы в ящиках, забытые сумки, перчатки и недоеденную пищу (впрочем, ее было совсем немного). Затем без приглашения пришли хоббиты: Торбинсы и Булкинсы, и Болдеры, и Кроли, и другие гости, которые жили или останавливались поблизости. К середине дня в Торбе-на-Круче собралась большая толпа хоббитов, не приглашенных, но и не неожиданных.
   Фродо ждал на ступенях, улыбаясь, но выглядел он усталым и озабоченным. Он приветствовал всех, но не смог ничего добавить к вчерашнему. Ответ его на все вопросы был одинаков:
   - Мастер Бильбо Торбинс ушел; насколько я знаю, он здоров.
   Несколько посетителей он пригласил войти внутрь, сказал, что Бильбо оставил им "посылки".
   Внутри, в зале, были грудой навалены пакеты и свертки. На каждом из них была табличка. Вот некоторые из этих табличек.
   Аделарду Кролу от Бильбо: зонтик. Аделард всегда, будучи в гостях, уносил хозяйские зонтики.
   Доре Торбинс на память о долгой переписке на память от Бильбо: большая корзина для ненужных бумаг. Дора была сестрой Дрого и старейшей из оставшихся в живых родственниц Бильбо и Фродо; ей было 99 лет и более полустолетия она исписывала горы бумаг добрыми советами.
   Мило Бероузу с надеждой, что это ему пригодится от Б.Б.: золотое перо и бутылочка чернил. Мило никогда не отвечал на письма.
   Анжелике от дядюшки Бильбо: выпуклое зеркало. Анжелика была из семьи Торбинсов и она слишком любила разглядывать свое лицо.
   В коллекцию Хьюго Брейсгирдля от жертвователя: пустой книжный шкаф. Хьюго собирал книги и никогда не возвращал взятые у других.
   Любелии Лякошель-Торбинс в подарок: ящичек с серебряными ложками. Бильбо был уверен, что она присвоила себе большую часть его ложек, пока он находился в путешествии. Любелия хорошо это знала. Она поняла намек, но от ложек не отказалась.
   Это лишь несколько примеров заготовленных подарков. Дом Бильбо за его долгую жизнь был забит вещами. Такова тенденция всех хоббичьих нор становиться забитыми вещами; и этому вполне отвечал обычай дарить друг другу подарки в день рождения. Конечно, не всегда подарки в день рождения были новыми: несколько старых мусомов с забытым назначением циркулировали по всему району: но Бильбо обычно получал новые подарки и все их сохранил. Теперь старая нора стала понемногу расчищаться.
   На каждом подарке была табличка, написанная самим Бильбо. Иногда с язвительным замечанием. Но большинство подарков, конечно, были желанными. И вот теперь беднейшие хоббиты, особенно из Бэгшот-Роу, получили немало добра. Старик Скромби получил два мешка картошки, новую лопату, шерстяной плащ и бутылочку мази для скрипящих суставов. Старый Рори Брендизайк в благодарность за свое гостеприимство получил дюжину бутылок отличного красного вина - крепкого красного вина из Саутфартинга, купленного еще отцом Бильбо. Рори совершенно простил Бильбо и после первой же бутылки громогласно назвал его отличным парнем.
   Конечно, очень многое было оставлено Фродо. Он стал обладателем главных богатств, так же как и книг, картин, мебели. Но нигде не было ни следа денег или драгоценностей; не было роздано ни пенни, ни стеклянной бусинки.
   Фродо очень устал в этот день. Ложный слух, что раздается все домашнее имущество Бильбо, распространился как лесной пожар; вскоре площадь перед домом была заполнена хоббитами, у которых здесь не было никакого дела, но от которых нельзя было избавиться. Таблички были сорваны и подарки перемешались. Начались ссоры. Некоторые начали меняться, другие старались улизнуть с непредназначенными для них подарками. Дорога перед входом была загромождена тачками и тележками.
   Посреди этого смятения прибыли Лякошель-Торбинсы. Фродо на некоторое время скрылся, оставив своего друга Мерри Брендизайка присматривать за порядком. Когда Отто заявил громко, что хочет видеть Фродо, Мерри вежливо поклонился и сказал:
   - Он отдыхает.
   - Вернее прячется, - заметила Любелия. - Во всяком случае мы хотим его увидеть и мы его увидим. Иди и скажи ему это!
   Мерри надолго оставил их в зале, и у них была возможность разглядеть оставленные им в подарок ложки. Подарок не улучшил их настроения. Вскоре их пригласили в кабинет. Фродо сидел за столом, перед ним лежало множество бумаг. Он выглядел недовольным - ясно, что ему не хотелось видеть Лякошель-Торбинсов. Он встал, беспокойно перебирая пальцами в кармане. Но заговорил он очень вежливо.
   Лякошель-Торбинсы были настроены весьма агрессивно. Вначале они предложили ему заплатить (очень немного, по-дружески, как они сказали) за различные ценные предметы, на которых не было табличек. Когда Фродо заявил, что будут розданы только те предметы, которые подготовлены самим Бильбо, они сказали, что все это дело весьма подозрительно.
   - Для меня ясно только одно, - сказал Отто, - что ты все хочешь забрать себе. Я требую показать завещание.
   Если бы не усыновление Фродо, Отто был бы наследником Бильбо. Он внимательно прочитал завещание и фыркнул. К несчастью, оно было написано очень ясно и правильно оформлено (согласно обычаям хоббитов, которые помимо всего прочего, требуют подписи семи свидетелей, сделанных красными чернилами).
   - Опять ни с чем! - сказал он жене. - И это после шестидесяти лет ожидания. Ложки? Вздор! - Он щелкнул пальцами под носом Фродо и вышел. Но от Любелии не так легко был избавиться. Спустя некоторое время Фродо вышел из кабинета, чтобы посмотреть как идут дела, и обнаружил, что она все еще в доме и шныряет по всем углам. Он вежливо проводил ее, после того как избавил от нескольких небольших, но ценных предметов, случайно попавших ей в сумочку. Лицо ее выглядело так, будто она мучительно ищет слова для прощания, но она только сказала:
   - Вы об этом еще пожалеете, молодой человек. По какому праву вы здесь? Вы не Торбинс, вы - Брендизайк!
   - Слышал, Мерри? Это оскорбление, - сказал Фродо, запирая за ней дверь.
   - Нет, это комплимент, - ответил Мерри Брендизайк, - хотя и несправедливый.
   Вернувшись в нору, они изгнали трех юных хоббитов (двух Булкинсов и одного Болдера), которые пробивали дыры в стенах одной кладовки. Фродо чуть не подрался с молодым Санчо Длинноногом (внуком старого Одо), который начал раскапывать большую кладовую, ему послышалось там эхо. Легенды о золоте Бильбо породили любопытство и надежды; все знают, что золото, доставшееся благодаря волшебству, можно отыскать, только если тебе не мешают.
   Когда он одолел Санчо и вытолкал его, Фродо упал на стул в зале.
   - Пора закрывать магазин, Мерри, - сказал он. - Закрой дверь и никому сегодня не открывай, даже если они притащат таран.
   После этого они решили освежиться чашкой запоздалого чая.
   Он едва успел сесть за стол, как последовал негромкий стук в дверь.
   - Верно, опять Любелия, - подумал вслух Фродо. - Придумала что-нибудь действительно вредное и вернулась, чтобы сказать это мне, но с этим можно и подождать.
   Он продолжал пить чай. Стук повторился, на этот раз громче, но он не обращал на него внимания. Внезапно в окне появилась голова мага.
   - Если ты не впустишь меня, Фродо, - сказал он, - я пну дверь так, что она пролетит через весь холм и вместе с норой провалится в тартарары!
   - Мой дорогой Гэндальф, минуточку, - воскликнул Фродо, подбегая к двери. - Входите же, входите! Я думал, что это Любелия.
   - Тогда я тебя прощаю. Но я недавно видел ее: она ехала на пони в сторону Байуотера, и от ее лица скисло бы и свежее молоко.
   - Я и сам от нее едва не скис. Честно говоря, я ухватился за Кольцо Бильбо. Хотел исчезнуть.
   - Не делай этого! - сказал Гэндальф, садясь. - Осторожнее с Кольцом, Фродо! Между прочим, именно из-за него я и зашел к тебе, Фродо. Хочу сказать тебе несколько слов на прощанье.
   - Что же именно?
   - А что ты знаешь о Кольце?
   - Только то, что рассказал мне Бильбо. Я слышал его рассказ: как он нашел Кольцо и как использовал его. В путешествии имеется в виду.
   - Какой же это рассказ?
   - О, не тот, что он рассказал гномам и записал в своей книге, сказал Фродо. - Он рассказал мне правду, вскоре после того, как я поселился здесь. Он говорил, что вы измучили его вопросами, и он все рассказал вам, поэтому и мне нужно знать правду. "Между нами не должно быть тайн, Фродо, - сказал он. - Но больше никому рассказывать не надо. Кольцо в любом случае принадлежит мне."
   - Интересно, - пробормотал Гэндальф. - И что же ты об этом думаешь?
   - Если вы имеете в виду разговоры о "подарке", то правдивая история кажется мне наиболее вероятной. Мне непонятно, зачем же Бильбо выдумал что-то. Это на него непохоже. Вообще, он вел себя странно.
   - Да. Но с теми, кто владеет сокровищами могут происходить странные вещи. Если они этими условиями пользуются. Это для тебя предупреждение будь осторожен с Кольцом. У него могут быть и другие способности, а не только способность делать его владельца невидимым.
   - Не понимаю, - ответил Фродо.
   - И я не понимаю, - согласился маг. - Я вообще думаю много об этом Кольце, особенно с прошлой ночи. Не следует волноваться. Но если хочешь выслушать мой совет: используй его как можно реже или вовсе не используй его так, чтобы вызвать разговоры и подозрения. Повторяю: храни тайну и береги Кольцо.
   - Вы говорите загадочно. Чего вы опасаетесь?
   - Я не уверен. Поэтому больше ничего не скажу. Может, я смогу сказать больше, когда вернусь. А теперь я ухожу...
   Он встал.
   - Уже! - воскликнул Фродо. - Я думал, что вы останетесь хоть на неделю. Я надеялся на вашу помощь.
   - Я так и собирался сделать, но пришлось изменить свои планы. Возможно, что и меня не будет долго: но как только смогу, я вернусь и увижусь с тобой. Жди меня, и я проберусь к тебе тайно. Больше мне нельзя посещать Удел открыто. Я вижу, что становлюсь популярным в Уделе. Говорят, что я помеха и нарушения тишины и спокойствия... Некоторые обвиняют меня в том, что я побудил Бильбо уйти, и даже в худшем. Если хочешь знать, мы с тобой заключили союз, чтобы завладеть сокровищами Бильбо...
   - Некоторые! - воскликнул Фродо. - Это Отто и Любелия. Как низко! Я отдал бы всю Торбу-на-Круче со всем содержимым, если бы можно было отправиться вместе с Бильбо Торбинсом. Я люблю Удел. Но я тоже начинаю чувствовать желание уйти. Не знаю, увижу ли я его вновь.
   - И я, - сказал Гэндальф. - Но меня беспокоят и другие проблемы. А сейчас... До свидания. Заботься о себе! Рассчитывай на меня, особенно в трудные времена. До свидания!
   Он прощально взмахнул рукой и вышел. И Фродо показалось, что маг необычно согнут, как будто на его плечи легла огромная тяжесть. Приближался вечер, и укутанная в плащ фигура быстро исчезла в сумерках. Фродо не видел Гэндальфа долгое время.
   2. ТЕНЬ ПРОШЛОГО
   Разговоры не утихли ни через девять, ни через девяносто девять дней. Вторичное исчезновение мастера Бильбо Торбинса обсуждалось в Хоббитоне, да и во всем Уделе, в течении целого года, а запомнилось намного дольше. Оно превратилось в вечернюю сказку для хоббитов, и постепенно сумасшедший Торбинс, который часто исчезает в облаке света и пламени и возвращается с мешком драгоценностей и золота, стал реальным героем легенд и жил тогда, когда реальные события уже совсем забылись.
   Пока же общее мнение свелось к тому, что Бильбо, который всегда был немного тронутый, на этот раз окончательно спятил и убежал в Блу. Там он, несомненно, свалился в пруд или реку и пришел к типичному, хотя и неизбежному концу. Вина за это в основном возлагалась на Гэндальфа.
   - Если только этот проклятый маг оставит юного Фродо в покое, может, из него и получится здравомыслящий оседлый хоббит - говорили они. И по всей видимости, маг на самом деле оставил Фродо в покое, но рост здравомыслия во Фродо был не особенно заметен. Больше того, у Фродо появились те же странности, что и у Бильбо... Он отказывался соблюдать траур, а на следующий год он дал прием в честь сто двенадцатой годовщины дня рождения Бильбо. Было приглашено двадцать гостей и, как говорят хоббиты, "снежило едой и дождило напитками".
   Некоторые были шокированы, но Фродо ввел в обычай отмечать дни рождения Бильбо год за годом, пока все не привыкли. Он говорил, что не считает Бильбо мертвым. А когда его спрашивали: "Где же он тогда?" - Фродо лишь пожимал плечами.
   Он жил один, как и Бильбо, но у него было много друзей, особенно среди молодых хоббитов (главным образом потомков старого Крола), которые еще детьми любили Бильбо и часто бегали в Торбу-на-Круче. Фолько Булкинс и Фредегар Болдер были двумя из них. Но ближайшими друзьями Фродо были Перегрин Крол, обычно называемый Пин и Мерри Брендизайк (его настоящее имя было Мериадок, но об этом вспоминали очень редко). Фродо часто бродил с ними по Уделу, но часто путешествовал в одиночку и, к удивлению соседей, его часто видели далеко от дома, бродящим по лесам и холмам при свете ярких звезд. Мерри и Пин подозревали, что он навещает эльфов, как когда-то Бильбо.
   Проходило время и соседи стали замечать, что Фродо тоже проявляет признаки хорошей "сохранности": он сохранял внешность крепкого и энергичного хоббита тридцати лет. "Кое-кому всегда везет", - говорили о нем, но лишь когда Фродо приближался к почтенному пятидесятилетнему возрасту, все начали думать, что это очень странно.
   Сам Фродо нашел, что быть самому себе хозяином и мастером Торбинсом из Торбы-на-Круче весьма приятно. Несколько лет он был вполне счастлив и не очень беспокоился о будущем. Но он даже не сознавал, что в нем все более и более нарастало сожаление о том, что он не ушел с Бильбо. Он обнаружил, что иногда, особенно осенью, грезит о диких землях и довольно странных видениях в горах, которые он не видел даже во сне. И он говорил себе: "Может и я однажды пересеку реку?" На что другая половина его сознания всегда отвечала: "еще нет".
   Так продолжалось, пока шел его пятый десяток и все ближе и ближе становился пятидесятый день его рождения: 50 было числом, в котором ему чудилось нечто значительное (или зловещее): во всяком случае именно в этом возрасте у Бильбо внезапно начались приключения. Фродо начал чувствовать беспокойство, а старые тропы начали казаться ему чересчур утоптанными. Он смотрел на карты и гадал, что лежит за их краями: карты, изготовленные в Уделе, показывали, главным образом, белые пятна за его границами. Фродо продолжал бродить в полях и все чаще уходил один, а Мерри и остальные друзья ожидали его с беспокойством. Часто его видели идущим и разговаривающим со странного вида незнакомцами, которые стали к этому времени часто появляться в Уделе.
   Разнеслись слухи о странных событиях, происходящих за границами Удела. Поскольку Гэндальф не появлялся и не слал вестей, Фродо собирал все новости, какие только мог. Эльфов, которые обычно редко появлялись в Уделе, теперь можно было часто видеть в лесах по вечерам. Они двигались на запад и не возвращались. Они покидали Средиземье и больше не интересовались его тревогами. На дорогах в необычных количествах появились гномы. Древняя восточно-западная дорога на своем пути к серым гаваням проходила через Удел, и гномы и раньше использовали ее на пути к шахтам в Синих горах. Они служили для хоббитов главным источником новостей об отдаленных частях Средиземья - если гномы хотели говорить: как правило, гномы говорили мало, а хоббиты не переспрашивали. Но сейчас Фродо часто встречал незнакомых гномов из дальних стран, и все они спасались бегством на запад. Они были встревожены, а некоторые шепотом говорили о Враге и о стране Мордор.