Если неприятных запахов не было, то мучительных - сколько угодно. Улицы, улочки, переулки наполняли сводящие с ума ароматы жарившейся пищи, к ним пыткой присоединялся звон посуды и крики мамаш (что же это ещё?), созывавших заигравшихся чад на ужин. Как и в пещерах, в окружающих предметах стали чудиться кренделя и сосиски - беглецам грозила неминуемая и неэстетическая смерть: они с минуты на минуту готовились захлебнуться собственной слюной. Видя это, Слай всё-таки смилостивился и, минуя очередной поворот, вошёл в четырёхэтажное здание. Над входом едва слышно поскрипывала вывеска в форме кружки - обещанная харчевня, наверное.
   В небольшую, если сравнивать с домом, прихожую спускалась лестница на верхние этажи и открывалась широкая тройная арка в гудящий ульем общий зал. Стойки с кем-нибудь из работников заведения или хотя бы каким-нибудь колокольчиком для вызова хозяев отчего-то не было - пришлось идти к шумным постояльцам, вместо того, чтобы скромно и тихо скрыться в спальных комнатах.
   Внутри царил дым. Он оказался настолько густым, что дальние столики расплылись в неумело подкрашенные облака, стены отличались от "воздуха" более тёмным оттенком, а деревянные брусья, видимо, установленные для поддержки потолка, выгодно выделялись свечными поясами, не то чтобы яркими, но заметными. Люди - в основном низкорослые бородачи - выныривали из дыма, словно резко и ненадолго обретающие плоть туманные призраки, с ними точно так же, как появлялись одинокой репликой, исчезали голоса, возвращаясь в непрерывный, монотонный гул. Беглецы, все как один некурящие, раскашлялись, утирая слёзы - лишь Денила, из-за роста попав в относительно чистый слой воздуха, не обратил на беду взрослых внимания. Мальчик, вытягивая подбородок, начал осматриваться - Натин ухватила сына за руку.
   Постояв и прочихавшись, Слай двинул вглубь зала, отряд со слаженным и явно лишним вздохом потянулся гуськом за юношей. Он предусмотрительно выбрал неплохое местечко: в двух столиках от стойки для заказов. Здесь дым был пожиже, да и, присев на невысокие стульчики, страдальцы поняли, отчего так хорошо Дениле - ближе к полу действительно имелось, чем заполнить лёгкие.
   Пока гости Фреолки рассаживались и устраивались поудобнее (Берри пытался вытянуть длинные ноги, а Хром размышлял, хватит ли ему двух стульев или вытащить из-под чьего-нибудь зада третий), фиалкиец общался с хозяином, улыбались при этом оба настолько радушно, что сомневаться в намереньях обоих не приходилось - похоже, оба пытались надуть собеседника. Денила напряжённо наблюдал за другом.
   – Что ты делаешь? - заметила Натин. Хорошо, хоть догадалась не вмешиваться.
   – По мне, помогает Мишу устроить нам ужин и ночлег. Не отвлекай ребёнка, - отрезал командир. - Собственно, если ты не заметила, мы без денег.
   – Ну… А жемчужина?
   Дло мгновенно отвлёкся от созерцания ближнего столика. За ним яростно спорили три девицы: одна в простом, без вышивки платье, две другие при мечах, с кинжалами и подозрительно выглядевшими шпильками в чёрных волосах. Обе красотки смотрелись какими-то… колкими: помимо холодного оружия, имели острые ушки, режущий взгляд и жалящие, но не визгливые голоса. И всё же почему-то казалось, что их попутчица самая опасная из всех троих.
   – Во как? Жемчужина? А она твоя, поборница справедливости? - нахохлился карлик. - И кто тебе сказал, что она здесь катит?
   – Не моя. Никто, - признала телепатка. - Извини.
   – Так-то лучше, - кивнул Дло и вернулся к соседнему столику. - Знать бы, о чём это дамочки?
   – Хм…
   – Ой, бензиновый я двигатель, - не дала ответить Натин Георгия. - Склероз. Мне же Влас выдал. - Она порылась в сумке, которую так и не выпустила из рук, и достала три гибких обруча из полупрозрачного материала. - Про интраком помнила, а о них забыла. Это те, которые маленький Денила настраивал.
   Перед ошарашенной компанией, на столе в средневековой забегаловке лежали такие родные пси-переводчики.
   – Правда ведь! Моя работа! - признал пси-матрицу юный телепат. - А зачем дядя Влас…
   – Это…
   – Связь, - Берри потёр висок. - Альтернативный способ связи. Неплох в пределах корабля. В активном состоянии вполне сойдёт за сигнал "свой-чужой", при точной настройке пси-сканера - за маячок. Наверное, Влас рассчитывал по нему нас найти, но на "Фениксе" не один хороший пси-инженер. Власов помощник, полагаю, настроился на Диньку.
   – Переводчик того же класса, - охнула Натин. - Какая же я дура… Малыш мой!
   Сын и Берри одарили телепатку такими взглядами, что женщина быстро пришла в себя.
   – В чёрную дыру! Если нам удастся вернуться на твой звездолёт, то… - начал Дло.
   – Нет, - отмахнулся командир. - Мы не догадались подсказать Диньке расслабиться. Да и как иначе Влас просчитал бы, куда послать Георгию? - капитан вздохнул. - Не досмотрели. Но это не значит, что переводчиками нельзя пользоваться. Прошу, надевайте, ребята. И вы, Георгия, тоже - я обойдусь, более-менее сам настроился… хотя башка, мягко говоря, уже… н-да.
   Гигант, карлик и нянюшка без уговоров натянули обручи на головы - Хром и Мех окончательно и бесповоротно превратились в сбежавших из цирка клоунов. Зато Георгия выглядела величественной, полной внутреннего достоинства королевой-матерью. Она всегда была такой, а пси-переводчик лёг драгоценной короной ей на чело - пробегающая с заказом служанка даже споткнулась и изобразила книксен.
   – Если мы здесь надолго… а мы надолго, - пробормотал под нос Берри, - то я уже знаю, как мы протянем до первопроходцев. И устроим им большой сюрприз. Сверхновая в борт!
   Нянюшка ведь всегда защищала своих - и капитан собирался бессовестно воспользоваться этим, объяснить женщине, что и как делать.
   – К-хе, - Хром шептать не стал, благо это у него плохо получалось. - Сдаётся мне, фиговый ты пока работник, Динька - до мамки ещё расти и расти. Немногим лучше стандартного пси-переводчика…
   И Дло, и, что обидно, Георгия утвердительно кивнули. Мальчик насупился.
   – Скажите спасибо за немногое! - огрызнулась за сына Натин.
   – Спасибо, - хмыкнул карлик. Судя по меховым волнам, он собрался ответить в тон, но к столику вернулся Слай. За юношей следовал хозяин заведения - никакого пси-переводчика не понадобилось, чтобы понять, кто кого в результате обжулил. Впрочем, в Слае, даже без помощи Диньки, никто не сомневался.
   Под руководством фиалкийца беглецы объелись - подниматься из-за стола не только не хотелось, но уже не моглось. Они бы так и остались в общем зале, не заметь хозяин, что дорогие клиенты сонно валятся на пустую посуду - он подал знак мальчишке-слуге, чутко дремлющему в углу, и отослал к гостям.
   – Дозвольте вас проводить в комнаты, уважаемые, - поклонился паренёк. Внешне он на пару-тройку годков был постарше Диньки, но росточком не вышел - видимо, из той же породы, что и бородачи.
   Слай и Берри кивнули. Мальчик белозубо улыбнулся и, обождав, пока компания вновь прочихается, направился к внутренней лестнице. Странные люди строили постоялый двор: с одной стороны, умные - хочешь развлечься и поесть, спускайся в обеденный зал, интересуешься своими делами, выходи сразу на улицу. Но, с другой стороны, это было хоть и тактично, но глупо - постояльцу меньше соблазнов, хозяину меньше прибыли. Да и на охрану внешней лестницы наверняка приходилось изрядно тратиться. Но гости уже по привычке сдержали бурное удивление.
   Номер (по-другому не скажешь) им выделили на третьем этаже. Чистенький, без лишней мебели и ковров-циновок, с двумя комнатами: поменьше отдали женщинам и не отошедшему от прошлой обиды Диньке; побольше, проходная, досталась мужчинам. Кроватей в них стояло ровно столько, сколько нужно - три и четыре соответственно, однако Хрома такой расклад не удовлетворил. Гигант кисло посмотрел на Слая.
   – Сдвигайте, - мученически вздохнул благодетель. - Разберусь.
   Техник в одно мгновение сотворил из двух кроватей одну.
   Тем временем к мальчику-провожатому присоединилась миловидная девушка со стопкой сероватого цвета полотенец и двумя кусками сладко пахнущего мыла, привлекательного на вид. Изумление (как ощущение) у инопланетян окончательно отключилось. Перегорело.
   – Купальня в конце этажа, - пояснил паренёк. - Уборные в северном крыле, это за лестницей.
   Девушка сложила ношу на ближайшую постель. Получив от Слая по медной монете (настоящей - успел отметить Берри), пара с поклоном удалилась, но их исчезновения никто не заметил. Женщины окинули мужчин строгим взором - берегите ребёнка! - схватили принесённое сокровище и двойной молнией метнулись по коридору, безошибочно определив верное направление. Денила посмотрел на командира, командир на Денилу. Оба вздохнули, раздумывая, не лечь ли им спать, но разум возобладал - короткий сон всё-таки лучше прерванного. Поэтому они покорно стали ждать своей очереди, заодно мешая заснуть Хрому и Дло.
   Слай исчез.
   Вернулся проводник вместе с почти счастливыми Берри и Динькой - смыть грязь было приятно, если бы ещё не заниматься этим в компании друг друга… Слай выглядел донельзя довольным и не то чтобы мокрым - влажным. С длинных волос капало (а в коридоре успело ручьём натечь), подчищенная одежда липла к телу, выгодно его подчёркивая. Юноша гордо вручил подопечным два зеркальца и три гребня - и, похоже, завоевал сердца дам навеки.
   – Подарок местных горничных, - пояснил абориген.
   – Спасибо, - улыбнулась Натин, остервенело борясь с колтуном в светлых волосах. - Как шевелюра?
   – Не смывается, - юноша помрачнел. - Как и раньше.
   – Отрастёт, - успокоила его телепатка, направляясь с пыточным инструментом, расчёской, прямиком к сыну. Денила попятился, но умудрился натолкнуться на стоящего спиной к нему капитана. В то мгновение мальчик, наверное, был готов убить Берри Лиара - чересчур уж тот путался под ногами. Мало того, что пока мать наводила красоту, не позволил изучить постоялый двор, даже один-единственный этаж - а ведь это так интересно! - так ещё сейчас помешал сбежать! Сам он, кстати, вполне добровольно истязал себя третьим гребнем. Засмотревшись на это действо, Денила пропустил врага.
   По возвращении Хрома и Дло члены отряда рухнули в кровати и уснули, как убитые. Об охране они не позаботились. Слай пожал плечами, потушил оба выданных фонарика и, довольно улыбаясь, исчез - ему ещё следовало поблагодарить местных девушек за подарки.
 
***
 
   На этот раз планы Денилы нарушил не вечный враг, а лучший друг - фиалкиец ворвался в номер на рассвете, по-местному где-то часов в пять, ровно за минуту, когда настроился встать сам мальчик и наконец-то приступить к изучению Фреолки, пока взрослые не бдят. Слай аккуратно прикрыл входную дверь и распахнул внутреннюю, соединяющую комнаты, а потом заорал:
   – Подъём!!!
   Гости планеты вряд ли проснулись, зато резво вскочили и собрались - буквально в одно мгновение отряд оделся, пригладил волосы и застелил постели, впрочем, последнее действо отличалось некоторой ритуальной видимостью и символизмом. Дамы тоже быстро прыгнули в комбинезоны, скрутили волосы в удобные для похода пучки и упаковали драгоценности - зеркала и гребни - в сумку Георгии. Натин зачем-то вытерла нос сыну. И лишь после все очнулись и взглянули на возмутителя спокойствия - Слай обалдело открывал и закрывал рот, задыхаясь. Он не ожидал такой прыти.
   – П-ппятисекундная готовность…
   – Врата тебя побери! За каким орал?!
   – Бб-будил, - икнул юноша, но всё же взял себя в руки и продолжил более уверенно: - Сваливать пора, командир!
   – Почему?
   – Трактирный маг вернулся…
   – Маг?! - Дло, который исподтишка постоянно наблюдал за проводником, насторожился первым и, похоже, единственным.
   – Телепат, - снисходительно объяснил Денила. - Они ведь не только на "Фениксе", Азтоне и в МАТе встречаются, господин леший.
   Однако карлик не выглядел успокоенным. Он даже не заметил, как его обозвал добрый ребёнок.
   – Ну да, телепат, - Слай, как ни странно, согласился с мальчиком как-то слабо и неохотно. Будь время и место получше, абориген, казалось, поспорил бы. - За каким демоном… - Неожиданно пришёл образ, сочный, чёткий, яркий: чрезвычайно красивый, хорошо сложенный мужчина с золотыми рожками, будто бы парящими над ртутными волосами, в коротком плаще-накидке. Он стоял на фоне красноватых, со скудной растительностью холмов, скупо и тревожно освещённый сквозь свинцово-серые тучи багровым, больным солнцем. Неуютное, но по ощущениям Слая вполне реальное место и страшный в своей неестественной идеальности человек. Живой человек. - За каким демоном он попёрся проверять счета ни свет ни заря и беседовать по душам с хозяином, не знаю, но нам уже грозит позорный столб!
   – Сверхновая! Бежать?
   – Угу.
   – Лестница? - (Юноша покачал головой.) - Окно? - сориентировался Берри. Он подошёл к занавесям, которых по вчерашнему утомлению не заметил - за ними обнаружилось не только окно, застеклённое, между прочим, но и удобный балкончик с фигурной решёткой. На втором этаже, сбоку имелся замечательный карниз с кадками - там, дожидаясь солнечных лучей, спали какие-то цветы, смесь розочек и анютиных глазок. - Хром - первый. Справишься без труда, проломить ничего не должен. Остальные - следом: я спускаю дам - Хром ловит. Падать недалеко, никого вы не раздавите, а Хром уже тренировался на Азтоне. Денила! Недрессированную обезьяну не изображать - не доводи ни мать, ни меня. Спущу следом за Натин, понял? Мех, скажи, если нужна помощь. Миш?
   – Я лучше последним - от греха. Не бойтесь, Лиар: если поймают, выкручусь. Всё едино - не впервой. А вам советую сразу бежать - идите на солнце, чтобы я смог вас догнать, если что…
   Командир кивнул, гигантский техник уже выдвинулся на балкончик, когда Дло наконец-то дозрел, чтобы высказаться:
   – Эй-эй! Волчонок, прекрати безумие! Зачем нам драпать от какого-то дикаря?! Мы же боги! У нас станнеры и сила телепатии, тьма финтифлюшек с моей бедняжки! И мы кого-то боимся?..
   – Мех? - Берри непонимающе посмотрел на друга. - Мех, ты с ума сошёл? Что ты говоришь? Это ты говоришь? - командир махнул рукой Хрому, чтобы он не дожидался и спускался, а сам резко перешёл на язык Ричарты. Точнее - язык мафиозных баронов прославленной планеты. Капитан сомневался, что кому-либо из беглецов нужен переводчик - а если и нужен, то Берри всё равно, он пытался достучаться до разума Дло. - Против всякой силы есть защита - вот это твои слова! Насколько хватит парализаторов? А насколько мы здесь на самом деле? Влас и ремонтники на нашей стороне, но до их появления надо бы дожить - если мы начнём с ненависти и страха к нам, вряд ли это удастся. Нас раздавят! Будь у нас хоть атомная бомба - нас раздавят. И даже "Сюита" не поможет… - капитан подтолкнул на балкончик Георгию, рискнул отвернуться от карлика и осторожно спустить даму вниз - Хром легко её поймал. - И, подумай, какие мы боги, если динькину работу - работу телепата - "какой-то дикарь" обнаружил много часов спустя?
   – Если? - хмыкнул Дло. - Он нашёл, потому как проверил счета - и баланс не сошёлся.
   – Сверхновая! На кой ему сдались-то эти счета?! - спросил в ответ Берри. - Ладно, времени нет для разговоров. Хочешь воевать - воюй. Но, запомни, хоть ты мне и отец, я и пальцем не пошевелю, если ты здесь останешься! Натин, вперёд!
   – Диня?.. - женщина не успела возразить, когда руки капитана сжались на её талии и легко переместили за ту сторону решётки. Потом уже было не до споров: телепатка присела и повисла на вытянутой руке Берри, проверив, внизу ли Хром, спрыгнула.
   Командир развернулся к оставшимся и натолкнулся на полный ярости взгляд карлика.
   – Не называй меня отцом, щенок! - низким, жутким басом рыкнул тот. - Но ты прав - кажется, я немного свихнулся… "Сьюзен" жалко… И что ты на меня смотришь?! На карниз - пацан твой пока коротковат для цирковых кульбитов, подсоблю. А я как-нибудь без вас…
   Берри дёрнулся и рванул за вычурные перильца. Денила, переваривая услышанное, подчинился взрослым.
   Только оказавшись на мостовой, капитан понял, кого во всём этом не хватало - Слая Миша. Абориген, не замечая страшных, опасных слов ремонтника и никому не думая помочь, застыл истуканом у двери. Что-то это напоминало… Снова Азтон?
   Трактирный маг вместе с громилами-охранниками и хозяином заведения влетел в номер как раз тогда, когда меховой карлик перелезал через решётку. Дло не заметил, как оказался внизу, но тотчас подал сигнал лапками - словно бы оттолкнул от себя команду. Они побежали, скрываясь за ближайшим углом - свернули на боковую улочку. Карлик было кинулся за ними, но на полпути что-то заставило его обернуться. Дло замер.
   Слай балансировал на всё тех же перилах. В глубине комнат отлично просматривался маг.
   Юноша не то чтобы не отличался учтивостью и кротким нравом - старательно их прятал от окружающих. Славный мальчик показушно скрестил руки, сжал ладони в кулаки и выставил по среднему пальцу - хорошо о взрослом противнике он явно не думал. Впрочем, плохо - тоже. Не дожидаясь активных действий мага, Слай прыгнул вниз - не ухнул "солдатиком", а изогнулся в сальто, из-за чего поначалу оказался выше балкона. Акробатика, по-видимому, и спасла фиалкийца: Дло не уловил, что и как произошло, но стена напротив постоялого двора вдруг зазмеилась трещинами, как после мощного удара - линия его должна была пройти точно через сердце или голову юнца, падай он без красивых выкрутасов. Слай прямо в полёте насмешливо и старательно громко фыркнул. А затем не покалечился, легко спружинив на ноги.
   Увидь Дло, как будущий сплошной перелом на уровне второго этажа распрямился и замедлил падение, карлик не так взволновался бы, как следовало, но его голову удобной лентой обхватил пси-переводчик - азтончанин разглядел слишком многое.
   У пси-приборов имелась одна вполне закономерная особенность: они увеличивали ментальные способности, если те, конечно, у пользователя были. Сколько бы Дло ни отбрыкивался, а всё-таки и он являлся телепатом - его, как и Хрома, ограничила природа, активизируя лишь при определённых обстоятельствах. Если техника "включал" алкоголь, то карлика - любое упоминание о золоте. К несчастью, это же делало ремонтника уязвимым - с телепатией исчезали блоки от внешнего воздействия.
   Почему Дло вспомнил о пламенно обожаемом им металле - то ли наглая рожа Слая стала такой же, как во время поединка с Портняжкой, то ли первый солнечный лучик чересчур знакомо вызолотил литой наличник на одном из окон - он не знал, но мгновенно почувствовал, что способен ощущать, а пси-переводчик помог и видеть. Слай засветился - обычный ментальный след. Вот он перестал в точности повторять контуры тела юноши, превращаясь в кокон, от которого к домам - к стенам, балкончикам, карнизам, ко всему, за что можно было зацепиться - потянулись тонкие отростки-паутинки. Они приклеивались к ровным поверхностям, завязывались на прутьях и выступах, вгрызались в трещины - полёт Слая замедлился, юноша словно завис на гигантских подтяжках… Где-то в полуметре от мостовой все "ниточки" разом лопнули - ни Дло, ни, по всей видимости, фиалкиец не поняли почему, но юноше это уже ничем не грозило. Он спокойно, пусть и болезненно скривившись, приземлился на камни, о которые должен был разбиться.
   – Побежали? - подмигнул абориген карлику.
   Трактирный маг выкатился на балкон и перегнулся через ограждение. Что бы он ни делал, требуемого результата явно не добился.
   – Я тебя запомнил, ящерица! - рявкнул взбешённый телепат. - Тебя и твоих недоучек! Ты не уйдёшь!!!
   – Ой, как страшно, - буркнул под нос Слай, но не остановился. Дло одобрительно кивнул.
   Нагнали они отряд быстро - Берри и его подопечные далеко уйти не успели.
   – Куда теперь? - капитан внимательно посмотрел на фиалкийца.
   – Из города, явное дело, - откликнулся он. - Мы мошенники. Оказывали сопротивление. Оскорбили уважаемого члена общества… Ну, я оскорбил - всё едино нам всем достанется…
   – А дальше? - отмахнулся Берри. В том, что Слай найдёт время для ребячества, командир не сомневался - детство пёрло из аборигена в немалых количествах. Другой вопрос, насколько оно было не показным, а настоящим. - Я имею в виду, что тебе есть куда идти. А что делать нам?
   – Личные пожелания есть? - уточнил юноша. - Сам я предлагаю пойти со мной. Через день-полтора будем в хорошем месте. Правда!
   Капитан развёл руками.
   Скорым шагом компания двинулась по самым узким, извилистым и тёмным, но при этом опрятным улочкам. Диньке так хотелось побегать по ним, воображая себя великим воином-освободителем, и потрогать фигурки странных, невиданных зверушек, которыми украшались первые и последние дома на улицах. Здесь были четырёх- и шестилапые животные - самые распространённые виды в галактиках, - а также о восьми конечностях, похожие при этом на кошек и собак. Попадались птички и крылатые змеи, улитки и ящерицы, даже грибы с ушками. Одна статуэтка напоминала Дло.
   – Слай, что это? - хотеть-то хотелось, но Динька всё-таки сообразил, что сейчас не время для исследований, однако ничто не мешало задавать вопросы на ходу.
   – Духи-покровители, - улыбнулся фиалкиец. - Местные не верят в богов, они доверяют лишь тому, что видели… Правда, мне кажется, что некоторые духи привиделись исключительно мастерам - никогда ничего подобного не видел. - Юноша кивнул на паучка в панцире. Потом резко поднял напряжённый кулак - инопланетяне прижались к стене. Мимо, по более широкой перпендикулярной улице промаршировал, срываясь на бег, отряд из десятка мужчин в одинаковой одежде - в лёгких кольчугах, шишаках и нежно-сиреневых плащах с изображением крылатого человека.
   – У вас водятся ангелы? - тихо охнула Георгия.
   – Крылуны? - нахмурился Слай. - Нет, это из тех же времён, что и ворота с гирляндой.
   – Не по наши души?
   – Не знаю, Лиар.
   Не дождавшись, когда затихнет лязг и топот, компания нырнула в очередной проулок.
   Динька безостановочно крутил головой, пытаясь заглянуть в подворотню, сунуть любопытный нос в окошко, рассмотреть каменную кладку домов - мальчику впервые всё это довелось увидеть воочию. Конечно, оставленные позади голодные пещеры тоже были интересные, но… пещеры - это пещеры, а город - это город! И потому юный телепат из кожи вон лез, чтобы, не отставая и не мешая взрослым, всё изучить и запомнить - в результате, дважды растянулся на мостовой. Никого, кроме мамы и Георгии не расстроил, но стал осторожней, тем более что из домов вышли люди - женщины и мужчины в платьях.
   Теперь Динька наблюдал за ними: слушал, как они говорят, смотрел, что делают и как двигаются… Наверное, мальчик потерялся бы, не выведи Слай беглецов из города. Отряд выбрался из Фреолки с другой, чем та, с которой вошли, стороны.
   Здесь тракт, не менее широкий и утрамбованный, чем прежде, возобновлялся и вёл прямиком к тем самым заснеженным пикам, которые отряд разглядел вчера у горизонта. Высокие, оттого обманчиво близкие, укрытые понизу тёмными лесами и сверкающие серебряными маковками вершин со светло-зелёным ободком альпийских лугов - эти горы восхищали… и заставляли падать духом. Их обычному человеку, без снаряжения, подготовки и хорошего проводника не преодолеть.
   Но стоило лишь глянуть по сторонам - и дурные мысли уходили прочь.
   Где-то в километре от Фреолки к дороге сворачивала маленькая, поуже тракта весёлая речка. Или, сказать вернее, она от него убегала - видимо, когда-то вода проходила через город, но своевольные, молодые горы затанцевали и заставили речушку выбрать иное русло. Зато поселение устояло - наверное, воды и без этой малютки имело много, а удобных торговых путей, наоборот, мало.
   Всего пять минут в объятиях ласкового, переливчатого звона и в компании резвящихся на мелководье солнечных бликов - и, казалось, что речушка никогда не расстанется со старшей сестрой, дорогой с настоящими верстовыми столбиками из камня и шелестом тенистых и одновременно бесконечно светлых лесов. В их объятиях спрятался всё ещё далёкий, словно глупая выдумка, хребет - да и что может быть выше и прекрасней похожих на дубы и буки деревьев? Конечно - ничего. А горы? А горы где-то там…
   Радостно щебетали птицы, фыркали пятнистые лошадки и звенели песнями и разговорами обозники - хитрый Слай снова пристроил подопечных в торговый караван.
   Ошарашенный Фиалкой Динька не сидел на месте, перебегая от одной телеги к другой, не пытаясь, однако, покинуть пределы дороги - мальчик общался с детьми и, похоже, был счастлив. Рядом с ним не умолкали, его не боялись! Для Берри это означало, что одной головной болью меньше… жаль, что физическая надолго прописалась в теле. Но беспокоило сейчас капитана другое: чем ясней становился денёк, тем сильнее хмурился командир.
   Мех, тогда, в недрах Азтона, был прав. Прав не в том, что Слая Миша окружают странности - они ощущались, с ними приходилось мириться и на них порой приходилось рассчитывать. Они раздражали, вызывали недоумение, интерес, восхищение… Но события не позволяли о них задуматься, судьба не давала остановиться - лишь расщедривалась на передышки, краткий отдых, без которого нет сил бежать и выживать.
   И всё-таки именно сейчас есть время. Почему Динька, такой колючий, смотрит с восхищением на какого-то чужака и ловит каждое его слово? Почему Натин не нравится, что сын и фиалкиец ходят, как склеенные, но не пытается разъединить эту парочку? Что она чувствует? То же, что ощутил Берри? То, что произошло ещё на "Фениксе", но стало понятно только сейчас? Слай увильнул от внимания телепатки просто - вызвал симпатию Диньки и… нет, не отгородил сына от матери - сделал так, чтобы мальчик сам к себе, а точнее к тайне друга её не подпустил. Мило.