Страница:
* *
*
- Кажется, все кончилось, - Герман опять чувствовал себя самим собой. Одним единственным на всю Вселенную Германом Леваневским. Много раз и много кем бывшим, но все еще остающимся командиром "Иуды" и лейтенантом Транспортной Службы Лиги Наций. - Милый, с тобой все в порядке. У тебя такой вид, как будто ты только что вернулся из жестокого и кровопролитного боя, - нежно обнимая Германа, забеспокоилась девушка. - Из боя говоришь, - повторил он вслед за НЕЙ в глубокой задумчивости. Нет дорогая. Это был больше чем бой. Это был самый тяжелый бой в моей жизни. Бой с самим собой. Бой с моими наивными страстями и представлениями о мире. Бой с моим ненасытным самолюбием и тщеславием. Бой с тем, что я всегда считал истиной, не требующей доказательств. И вот теперь, благодаря тебе, я больше так не считаю. Герман приподнялся на локтях, неуклюже перевернулся на живот и мечтательно уставился в бездонную пустоту окружающего его "идеального" мира. - Ты даже сама не знаешь, что ты для меня сделала, - с искренней благодарностью и восхищением в голосе продолжал он. - Ты подарила мне целый мир, который я всю свою жизнь умел только презирать и использовать. Ты научила меня быть беспомощным и слабым, таким, какими на самом деле являются многие люди. Люди, которых я всегда старался высокомерно не замечать. Ты показала мне меня самого, но только со стороны. Причем именно таким, каким я наверное всегда и был: жестоким, самовлюбленным, циничным и безжалостным к себе и другим. Но... Герман осекся, чувствуя на своем лице ЕЕ жаркое, прерывистое дыхание и раскаленные до температуры кипения слезы. - Ты плачешь? - оборачиваясь в ЕЕ сторону, встревожено спросил он. Почему? Я тебя чем-то разочаровал. Я что-то не должен был говорить? Или, если говорить, то не так? - Нет, не волнуйся. Это я плачу от счастья? - поспешила ОНА его успокоить. - Ты сказал все правильно. Иначе и быть не могло. Потому-то я тебя и люблю. Но после того, что ты сказал, я тебя люблю, может быть, еще даже больше, чем прежде... Девушка разрыдалась. Герман, как мог пытался ее утешить. Но все его усилия оказывались тщетными. Он приподнялся с невидимой опоры и сел, деликатно прижав голову девушки к своей груди. Она не сопротивлялась. Но когда он вновь собрался заговорить, ОНА неожиданно подняла голову и приложила свою маленькую ладошку к его губам. - Не надо! - чуть слышно произнесла ОНА все еще подрагивающим голосом. Позволь мне договорить. О нас. И о тебе. Я не успела сказать все, что хотела. Хорошо? Герман покорно кивнул, обнимая ее лицо руками и преданно заглядывая в ее заплаканные глаза. - Так вот, - тяжело дыша, продолжала ОНА. - Даже если бы ты ничего не сказал, я все равно продолжала бы тебя любить. Может как-то по другому. Но любить. Понимаешь? - Я не умею по другому, - слегка повышая тон, быстро ответил он. - Я не умею говорить по другому. Я не умею молчать по другому. И, наконец, я не умею любить по другому. Даже сейчас. Когда я во многом стал другим. Я все равно не могу по другому. Ты меня за это простишь, милая? Пожалуйста... Девушка не ответила. Все, что ОНА сделала - это был горячий и страстный поцелуй. В нем было все: бесконечная любовь, вера, преданность, понимание и искренность. Не было в нем только сомнения и страха. Герман с большим трудом отпустил от себя девушку и неуклюже, слегка покачиваясь из стороны в сторону, встал на ноги. Девушка поспешила подняться вслед за ним и робко прижалась к его плечу.
Часть третья
КОГДА ЗАЖИГАЮТСЯ ЗВЕЗДЫ
Глава двенадцатая. Мир, в котором каждый счастлив по своему?!
Густая пелена тумана медленно растекалась по Городу Бесконечных Грез, уверенно вытесняя собой обжигающую прохладу и суматоху прошедшей ночи. Герман одиноко бродил по берегу заросшей камышом и осокой речки, изредка сам с собой разговаривая и самозабвенно жестикулируя при этом руками. Время от времени он беспечно усаживался на траву, в тень густого кустарника из плакучих ив, и, обхватив колени руками, начинал разглядывать сквозь прозрачную воду илистое речное дно. - Вот там, за моей спиной, - в задумчивости бормотал он себе под нос, мой дом. Самый обычный дом. Дом, которого у меня никогда не было. В этом доме та, которую я искал всю свою жизнь. И вот, наконец, нашел. И она меня любит. Любит, даже несмотря на то, что я, Герман Леваневский бессовестный авантюрист и обласканный славой циник, этого не заслуживаю. А еще, у меня теперь много новых друзей. Настоящих друзей. Приятных и милых. С которыми просто интересно общаться, разговаривать, делиться своими проблемами и радостями. Друзей, которые не ждут от меня подвигов и самопожертвования... Герман небрежно присел на корточки возле самой воды и неуверенно прикоснулся к ее зеркальной поверхности пальцами. "Любой другой на моем месте, уже давно был бы счастлив и с благодарностью принял бы то, что ему так великодушно подарила Судьба, - продолжал он копаться в ворохе своих сбивчивых мыслей. - Другой - может быть и принял . А вот я сам, Герман Леваневский, почему-то не нахожу себе места от сомнений." Герман поискал в густой траве подходящий камешек, крепко зажал его в своей ладони и выверенным до автоматизма движением запустил его в сторону речки. Камешек изящно заскользил по воде, оставляя за собой расходящиеся в стороны всплески, и метрах в трех от берега с громким бульканьем пошел на дно. Герман потянулся за следующим камешком, но почему-то передумал. Он медленно поднялся на ноги, повернулся к речке спиной и быстрым шагом направился в сторону дома.
Дом был большим и утопал в густой и пышной зелени самых необычных растений. Это был самый настоящий дом. С крыльцом, деревянной верандой, массивными и почерневшими от времени лестницами и архаичным балкончиком на втором этаже. Из всех достижений цивилизации 23-го века в Доме были только "Стереовизор" и "Видеофон". А еще маленький персональный Суперком Германа, с которым тот ни за что не хотел расставаться. Стараясь как можно меньше шуметь и привлекать к себе внимание, Герман на цыпочках поднялся на крыльцо дома. И, приглушенно скрипя половицами, устремился на второй этаж. Девушки в спальне не было. Ее одежда была в беспорядке разбросана по комнате и еще дышала теплом и очарованием своей хозяйки. Герман растерянно выглянул в окно. - От чего, почему, ничего я не пойму..., - донеслось до его ушей ее громкое и веселое пение. Голос девушки звучал из глубины сада, бурлившего многоголосым гомоном птичьей возни и пьяным ароматом цветов и душистой зелени. Время от времени он прерывался громкими водяными всплесками и монотонным гулом водопада. Герман тряхнул головой, с трудом удерживая себя от того, чтобы окликнуть девушку и немедленно присоединиться к ее беззаботной компании. Но, взяв себя в руки и снисходительно улыбаясь, он отошел от окна и неуклюже плюхнулся в кресло перед "Стереовизором". Хрустальный шарик покорно заискрился зеленоватым сиянием, быстро сменившимся калейдоскопом голографических образов и виртальных сюжетов. Герман устроился в кресле поудобнее, похрустывая суставами пальцев и пытаясь таким образом сосредоточиться.
Как-то вдруг Герману показалось, что на него кто-то пристально смотрит. Смотрит вполне дружелюбно и даже пытается окликнуть. И еще. Он готов был поклясться на чем угодно, что видит перед собой, сквозь виртуальную пустоту и безмолвие "Стереовизора", четкие контуры незнакомого ему звездолета. - "Пер-во-про-хо-дец" - прочитал он по слогам светящуюся борту корабля надпись. - Лейтенант, какими судьбами? - бодро, хотя и с легким сарказмом в голосе, поприветствовал его капитан-лейтенант. -Что занесло вас в наши края? И где вы так долго пропадали? - Где, где, - в сварливой манере вторил ему бортинженер. - Ясное дело, где! Будь я на вашем месте, лейтенант, я бы вообще не обращал на нас, простых смертных, ни малейшего внимания... Эх, везет же некоторым... - Вот, командир, скажи, ты все знаешь... Почему самые очаровательные девушки всегда влюбляются только в пилотов, а? Причем, исключительно в лейтенантов? Чем, например, я хуже? - Слабодан не на шутку разошелся и в сердцах стукнул по корпусу своего корабля кулаком. - Ну чем? Тем, что "технарь", а не пилот? Не-е-е! Это не убедительно. Тем, что уже капитан, а не лейтенант? Тем более. Ну чем же тогда? - Тем, что болтаешь много, - с наигранной строгостью, пошутил Бойко. Болтаешь много, а толку от тебя никакого ! - Это точно, болтать он любит, - неожиданно раздался за спиной Германа задорный и жизнерадостный голос девушки. - А толку, действительно, никакого... - Ну вот, все на одного, да, - насупив брови, биделся Слабодан. - Нет чтобы что - то приятное сказать, так сразу в критику... Так каждый может ... Бортинженер весь нахохлился, грозно и вместе с тем забавно надул щеки и уже через мгновение взорвался громким и неподдельным хохотом. - Я действительно очень рад вас видеть, Герман, - между тем продолжал капитан-лейтенант.- Ну, а про Настеньку я, вообще, молчу. Каждая моя встреча с ней - для меня праздник. - И для меня тоже, - поспешил поддакнуть своему командиру бортинженер и вновь сконцентрировал свое внимание на Германе: - Как вам наш корабль, а, Герман? Не правда ли, в галактике больше нет звездолетов изящнее и совершеннее нашего "Первопроходца"? - Не знаю, как там насчет изящества, - фыркнул ему в ответ Бойко, - но то, что в Галактике больше нет таких хвастливых и, к тому же, бездарных бортинженеров, как капитан Дружич, так это уж точно ! - Что вы на меня все время наговариваете, командир, - ловко попался на удочку Слабодан, принимая шутку капитана-лейтенанта за чистую монету. Ну ошибся я пару раз... С кем не бывает. Обычное дело. Ну не углядел я за этими чертовыми аэродинамическими обтекателями. Что же мне теперь, сквозь землю провалится, да? Бортинженер отчаянно замахал руками и в сердцах пнул ногой так ненавистные ему серебристые крылышки звездолета. - Ну, сквозь землю ты, конечно, не провалишься, - многозначительно осадил его Бойко. - Но на орбите Регула*, причем в гордом одиночестве, месячишко-другой ты у меня поболтаешься. Сам виноват. Тебя никто за язык на Плутоне не тянул. Сам не углядел, сам принял звездоле, теперь сам же и будешь за свою безалаберность расплачиваться. Правильно я говорю, а, лейтенант? На твоем-то, небось, корабле все как с иголочки. Хотя ты всего лишь и пилот. - Черт его знает, что на этом моем корабле "с иголочки", а что нет, - не ожидая подобного вопроса, проговорился Герман и на всякий случай поспешил все перевести в шутку. - А вообще-то, мой "Иуда" сам как "иголочка "... Так что, сам черт ногу сломит, чтобы разобраться в том, что в нем и как должно выглядеть. Но вот что касается аэродинамических обтекателей, то, по-моему, их там просто нет?! - То есть как нет? - в один голос удивились командир и бортинженер "Первопроходца". - А как же тогда им вообще управлять в планетарном пространстве? - А никак. Не надо совать свой нос куда не следует, и все, обезоруживающе просто ответил Герман и постарался сменить тему разговора. - А вот ваш "Первопроходец", если честно, мне действительно нравится. Вот только, никак не возьму в толк, где у него расположена противометеоритная ловушка? - Э, брат, ты попал в самую точку, - оживился бортинженер. Его глаза вспыхнули. И, с нескрываемым чувством гордости за свой уникальный корабль, бортинженер начал сбивчиво объяснять Герману, что такое "плазменный" экран и почему он в сто раз надежнее любой из известных земным инженерам противометеоритной защиты. Герман слушал бортинженера молча. Иногда и, по его мнению, в нужном месте он понимающе кивал и задавал наивные и глупые с точки зрения Слабодана вопросы. Наконец его терпение лопнуло, и он не совсем тактично перебил не на шутку разошедшегося бортинженера. - Капитан, - твердо произнес Герман, обращаясь уже к Бойко. - Вы что-то говорили про Регул? Вы собираетесь покинуть транссфер и стартовать туда на "Первопроходце"? - Транссфер?! - озадаченно переспросил Германа звездолетчик и недоуменно пожал плечами. - Вы говорите загадками, Герман. Мне по поводу транссферов ничего не известно?! - То есть, - в свою очередь опешил Герман. - Вы хотите сказать, что...?! - Ничего я не хочу сказать. Я вообще не люблю забивать свою голову разной ерундой. И вам Герман, не советую. Ведь мы же с вами серьезные люди, ведь так? Наше дело - водить звездолеты к неведомым мирам ! - гордо произнес капитан-лейтенант, задорно улыбаясь и подмигивая Герману левым глазом. Между прочим, о звездах !? Что вы думаете по поводу того, чтобы составить мне со Слабоданом компанию и поучаствовать в нашей экспедиции к Регулу? А? Мне как раз не хватает второго пилота! Тем более такого опытного, как вы? А то, знаете, все эти суперандроиды Грывы, коих он пообещал мне в качестве команды, что-то меня не прельщают. Есть в них что-то не человеческое. А что именно, не пойму?! Ну так как, лейтенант ? По вашим глазам вижу, что вы согласны?! Ведь так? - Мы подумаем, - сделав ударение на слове "мы", ответил Герман и в легком замешательстве повернулся в сторону девушки. - А ты что скажешь на этот счет, милая? Девушка преданно прижалась к его плечу и уже было открыла рот, собираясь ему ответить, когда в активной зоне "Видеофона" неожиданно возникли смутные контуры их нового собеседника.
- Рада вас приветствовать, дорогие мои Герман и Настенька, - голосом Даяны Ивановой прощебетал "фантом", уверенно приобретая форму и контуры своей грациозной хозяйки. - Надеюсь, я не слишком бестактно вторглась в вашу беседу, господа? произнесла Даяна уже в адрес экипажа "Первопроходца", элегантно расправляя плечи и ослепительно сверкая улыбкой при этом. - На всякий случай, приношу вам свои извинения. Но у меня для вас всех экстренное сообщение. Так что, господин Бойко, вынуждена оторвать вас от вашего незабвенного "Первопроходца" и предложить вам немедленно отправиться вместе со Слабоданом в город Бесконечных Грез. Все остальные, за исключением академика, уже в сборе. Мы ждем только вас и, разумеется, Германа с Настенькой. Тем более, что... Даяна многозначительно сверкнула глазами в адрес Германа, застенчиво прикусила губу и только после этого закончила фразу: - Пусть это все будет для вас сюрпризом ! - Терпеть не могу сюрпризов ! - проворчал ей в ответ Бойко, недовольно морщась, закатывая глаза и бестактно отворачиваясь в сторону. Даяна вызывающе фыркнула, перевела свой взгляд со звездолетчиков на Германа с девушкой и сдержано добавила: - Значит так. На все про все у вас ровно полчаса. Дорогу к Куполу Встреч вы все знаете. Настоятельно всем рекомендую воспользоваться "0"-пространственным транспортером. Ходят слухи, что у Грывы вновь сбежала и бесцельно бродит по городу очередная дюжина его неудавшихся киборгов. Никакой опасности для нас, людей, они не представляют. Но твари они получились на редкость назойливые и бесцеремонные. Кроме того, Грыва что - то темнит с тем, как они на самом деле выглядят. Так что, если вы все же решитесь отправиться в город на гравикаре, будьте готовы ко всему. Очень может быть, что по дороге вам попадется пара двуногих и к тому же разговаривающих муравьев или, того хуже, серебристые осьминоги с улыбкой "Монны Лизы". У меня пока все. Мы вас ждем. Конец связи. Даяна вежливо помахала всем на прощанье рукой. И ее голографический "фантом" в одно мгновение "схлопнулся", не оставив после себя даже легкой дымки. - А, да ну его...,елки-палки! - бросил ей вслед Бойко, в сердцах размахивая руками и скороговоркой бормоча себе под нос самые крепкие из известных ему ругательств. - Ну когда весь этот бардак наконец закончится!? Нет чтобы дать человеку спокойно позаниматься своим любым делом. Так нет же! То, значит, эти дурацкие собрания... То лови с утра до вечера этих проклятущих "упырей" Грывы по всему городу... То, значит, делись со Светланой своими воспоминаниями из прошлых жизней... То еще что-нибудь приключится... Например, мой незабвенный бортинженер в очередной раз пережжет гелиевые ускорители... Голограмма Бойко раздраженно закряхтела и неуклюже вывалилась из активной зоны "Видеофона ", быстро теряя форму и четкие очертания. - Не было такого, шеф ! Не было, говорю ! - обиженно забубнил ему в ответ Слабодан, устремляясь вдогонку за свои командиром. Герман отошел от потухшего экрана "Видеофона" и чисто автоматически выглянул в окно. Гравикар был на месте. Его черный, идеально отполированный корпус ярко сверкал на солнце и выглядел несколько нелепо на фоне буйства зеленой растительности. - Ну, что будем делать? - в задумчивости произнес Герман, поворачиваясь к девушке лицом. - Отправимся в город на гравикаре? Или, все же, воспользуемся советом Даяны? - Как ты скажешь, так и сделаем, - быстро ответила та. - Хотя, если честно, я бы все же предпочла гравикар. Девушка смутилась и по ее лицу заскользила легкая тень робости и сомнения. - Гравикар все таки как-то привычнее, - пояснила ОНА, старательно скрывая свою неуверенность. - А потом, ты же еще не видел город во всей его красе. Я тебе его с удовольствием покажу. Только не говори об этом Даяне. Она может обидеться. Она сама любит показывать город его гостям. Это ведь все она придумала: и сам город, и окружающий его пейзаж и даже эти милые облака над горизонтом. До нее здесь ничего, или почти ничего, не было. Только серые скалы, морской прибой и хмурое пасмурное небо над головой. А еще типовой и до банальности примитивный поселок колонистов. Это было то единственное, если не считать "Первопроходца", что осталось нам в наследство от великой земной цивилизации. А потом появился Великий Ю-КУ. И они втроем, вместе с академиком и Даяной придумали и создали из пустоты Город Бесконечных Грез. - Даже так?! - вызывающе переспросил Герман, обескуражено вскидывая брови и едва заметно бледнея от неожиданности. - Ты что-то сказала про Землю. Если я тебя правильно понял, со всем Земным человечеством случилось нечто неожиданное и, как мне кажется, даже страшное? - А ты разве не знал об этом? - в свою очередь удивилась девушка, отчаянно хлопая ресницами и недоверчиво заглядывая Герману в глаза. - Ах, да, конечно. Я же совсем забыла, - воскликнула она, виновато покусывая ногти. - Это все случилось прямо перед твои прибытием на эту планету. Между прочим, мы назвали ее Террой. Вначале у нас отключились все маяки. А затем мы еще к тому же получили тревожное сообщение с Плутона. Оно было очень сумбурным и неразборчивым. Мы не сразу поняли, что это сигнал бедствия. Хотя, буквальное через каждое слово в этом сообщении, мы наталкивались на страшную аббревиатуру "SOS". А еще через сутки в небе, над нашими головами, ослепительно вспыхнула и запылала Сверхновая звезда. Как раз в том секторе Галактики, из которого мы прилетели. И в котором прежде располагалась наша Земля. И тогда мы поняли, что все кончено. Очень может быть, что мы теперь последние люди в всей этой Вселенной. С этим уже теперь ничего не поделаешь. Есть правда маленькая надежда на Регул, куда так рвется наш уважаемый капитан... Там ведь тоже в свое время была земная колония... Но по мнению Великого Ю-КУ планетной системе Регула тоже должно было сильно достаться от Сверхновой. Так что, вероятность того, что мы найдем там живых людей, очень невелика. -Чушь какая-то !- нетерпеливо перебил девушку Герман, отчаянно встряхивая головой. - Не может этого быть. Я не получал никаких подобных сообщений вплоть до самого входа в Транссфер. А потом, если мы все в транссфере, то как вы могли видеть над своей головой Сверхновую? Ведь свет звезд сюда не проникает?! Не говоря уже о позывных "маяка"?! - Ты что-то путаешь, милый, - уверенно возразила ему девушка. - Мы всего лишь на маленькой, заброшенной среди бездны звезд, планетке. А что касается Транссферов, о которых ты постоянно твердишь, то это было всего лишь неудачное научное предположение академика. И не более того. Просто гипотеза. Которая, как выяснилось, совершенно безосновательна. На самом деле, никаких транссферов в природе не существует. Иначе Великий Ю-КУ о них бы обязательно знал. Ведь его цивилизация на несколько порядков древнее нашей. Но и они никогда не сталкивались с транссферами. - Неужели? - недоверчиво переспросил Герман, не в силах поверить во все им услышанное от девушки. - Неужели? - вновь повторил он в задумчивости, прежде чем твердо и решительно добавить. - Хорошо! Я бы очень хотел, в этом случае, выслушать нечто подобное от самого академика. Остальное может и подождать. Думаю, наши друзья за это на нас не обидятся. Герман резко встал и быстрым шагом направился к выходу из комнаты. - Мы немедленно едем к академику, - бросил он через плечо, спускаясь вниз по лестнице на первый этаж дома. - Хотя, если хочешь, то я поеду к нему один?! - Нет, нет, зачем же, - воспротивилась та, - я поеду с тобой. Тем более, что ты все равно не знаешь дорогу. Я тебе ее, как раз, и покажу. Неужели ты предпочтешь меня этому железному автопилоту, господин лейтенант. - Ладно уж, поехали, - миролюбиво согласился Герман, галантно открывая перед девушкой дверцу гравикара. - Только, пожалуйста, не учи меня, как этим "драндулетом" управлять. Хорошо?...
Дмитрий Николаевич был всецело погружен в свою работу. Он нервно прохаживался перед огромным хрустальным яйцом и безжалостно теребил пальцами скудную растительность на своей голове. Все пространство вокруг "светила" науки, было уставлено всевозможной аппаратурой: датчиками, мнемосуфлерами, стеровизорами, суперкомами, прозрачными шарами с кипящим в них веществом или пенящейся жидкостью и другими серебристыми шедеврами научно-технической мысли. О которых ни девушка, ни тем более Герман не имели ни малейшего представления. Время от времени академик без видимой причины менялся в лице, начинал затравленно крутить головой из стороны в сторону, срывался на раздраженный крик и, иногда, даже на рассерженный топот ног в адрес своих неутомимых и начисто лишенных эмоций киборгов. Те, несмотря на свою "природную" невозмутимость, тут же бросались со всех ног исполнять очередное распоряжение своего "босса", начинали отчаянно суетится и мешать друг другу. Дмитрий Николаевич был настолько погружен в себя, что не сразу обратил внимание на нежданных гостей. Герман так и не решился его окликнуть, посчитав подобный свой поступок бестактным. Вместо этого, он с девушкой крадучись, робко и осторожно, переступили порог лаборатории и неподвижно замерли за спиной академика.
*
- Кажется, все кончилось, - Герман опять чувствовал себя самим собой. Одним единственным на всю Вселенную Германом Леваневским. Много раз и много кем бывшим, но все еще остающимся командиром "Иуды" и лейтенантом Транспортной Службы Лиги Наций. - Милый, с тобой все в порядке. У тебя такой вид, как будто ты только что вернулся из жестокого и кровопролитного боя, - нежно обнимая Германа, забеспокоилась девушка. - Из боя говоришь, - повторил он вслед за НЕЙ в глубокой задумчивости. Нет дорогая. Это был больше чем бой. Это был самый тяжелый бой в моей жизни. Бой с самим собой. Бой с моими наивными страстями и представлениями о мире. Бой с моим ненасытным самолюбием и тщеславием. Бой с тем, что я всегда считал истиной, не требующей доказательств. И вот теперь, благодаря тебе, я больше так не считаю. Герман приподнялся на локтях, неуклюже перевернулся на живот и мечтательно уставился в бездонную пустоту окружающего его "идеального" мира. - Ты даже сама не знаешь, что ты для меня сделала, - с искренней благодарностью и восхищением в голосе продолжал он. - Ты подарила мне целый мир, который я всю свою жизнь умел только презирать и использовать. Ты научила меня быть беспомощным и слабым, таким, какими на самом деле являются многие люди. Люди, которых я всегда старался высокомерно не замечать. Ты показала мне меня самого, но только со стороны. Причем именно таким, каким я наверное всегда и был: жестоким, самовлюбленным, циничным и безжалостным к себе и другим. Но... Герман осекся, чувствуя на своем лице ЕЕ жаркое, прерывистое дыхание и раскаленные до температуры кипения слезы. - Ты плачешь? - оборачиваясь в ЕЕ сторону, встревожено спросил он. Почему? Я тебя чем-то разочаровал. Я что-то не должен был говорить? Или, если говорить, то не так? - Нет, не волнуйся. Это я плачу от счастья? - поспешила ОНА его успокоить. - Ты сказал все правильно. Иначе и быть не могло. Потому-то я тебя и люблю. Но после того, что ты сказал, я тебя люблю, может быть, еще даже больше, чем прежде... Девушка разрыдалась. Герман, как мог пытался ее утешить. Но все его усилия оказывались тщетными. Он приподнялся с невидимой опоры и сел, деликатно прижав голову девушки к своей груди. Она не сопротивлялась. Но когда он вновь собрался заговорить, ОНА неожиданно подняла голову и приложила свою маленькую ладошку к его губам. - Не надо! - чуть слышно произнесла ОНА все еще подрагивающим голосом. Позволь мне договорить. О нас. И о тебе. Я не успела сказать все, что хотела. Хорошо? Герман покорно кивнул, обнимая ее лицо руками и преданно заглядывая в ее заплаканные глаза. - Так вот, - тяжело дыша, продолжала ОНА. - Даже если бы ты ничего не сказал, я все равно продолжала бы тебя любить. Может как-то по другому. Но любить. Понимаешь? - Я не умею по другому, - слегка повышая тон, быстро ответил он. - Я не умею говорить по другому. Я не умею молчать по другому. И, наконец, я не умею любить по другому. Даже сейчас. Когда я во многом стал другим. Я все равно не могу по другому. Ты меня за это простишь, милая? Пожалуйста... Девушка не ответила. Все, что ОНА сделала - это был горячий и страстный поцелуй. В нем было все: бесконечная любовь, вера, преданность, понимание и искренность. Не было в нем только сомнения и страха. Герман с большим трудом отпустил от себя девушку и неуклюже, слегка покачиваясь из стороны в сторону, встал на ноги. Девушка поспешила подняться вслед за ним и робко прижалась к его плечу.
Часть третья
КОГДА ЗАЖИГАЮТСЯ ЗВЕЗДЫ
Глава двенадцатая. Мир, в котором каждый счастлив по своему?!
Густая пелена тумана медленно растекалась по Городу Бесконечных Грез, уверенно вытесняя собой обжигающую прохладу и суматоху прошедшей ночи. Герман одиноко бродил по берегу заросшей камышом и осокой речки, изредка сам с собой разговаривая и самозабвенно жестикулируя при этом руками. Время от времени он беспечно усаживался на траву, в тень густого кустарника из плакучих ив, и, обхватив колени руками, начинал разглядывать сквозь прозрачную воду илистое речное дно. - Вот там, за моей спиной, - в задумчивости бормотал он себе под нос, мой дом. Самый обычный дом. Дом, которого у меня никогда не было. В этом доме та, которую я искал всю свою жизнь. И вот, наконец, нашел. И она меня любит. Любит, даже несмотря на то, что я, Герман Леваневский бессовестный авантюрист и обласканный славой циник, этого не заслуживаю. А еще, у меня теперь много новых друзей. Настоящих друзей. Приятных и милых. С которыми просто интересно общаться, разговаривать, делиться своими проблемами и радостями. Друзей, которые не ждут от меня подвигов и самопожертвования... Герман небрежно присел на корточки возле самой воды и неуверенно прикоснулся к ее зеркальной поверхности пальцами. "Любой другой на моем месте, уже давно был бы счастлив и с благодарностью принял бы то, что ему так великодушно подарила Судьба, - продолжал он копаться в ворохе своих сбивчивых мыслей. - Другой - может быть и принял . А вот я сам, Герман Леваневский, почему-то не нахожу себе места от сомнений." Герман поискал в густой траве подходящий камешек, крепко зажал его в своей ладони и выверенным до автоматизма движением запустил его в сторону речки. Камешек изящно заскользил по воде, оставляя за собой расходящиеся в стороны всплески, и метрах в трех от берега с громким бульканьем пошел на дно. Герман потянулся за следующим камешком, но почему-то передумал. Он медленно поднялся на ноги, повернулся к речке спиной и быстрым шагом направился в сторону дома.
Дом был большим и утопал в густой и пышной зелени самых необычных растений. Это был самый настоящий дом. С крыльцом, деревянной верандой, массивными и почерневшими от времени лестницами и архаичным балкончиком на втором этаже. Из всех достижений цивилизации 23-го века в Доме были только "Стереовизор" и "Видеофон". А еще маленький персональный Суперком Германа, с которым тот ни за что не хотел расставаться. Стараясь как можно меньше шуметь и привлекать к себе внимание, Герман на цыпочках поднялся на крыльцо дома. И, приглушенно скрипя половицами, устремился на второй этаж. Девушки в спальне не было. Ее одежда была в беспорядке разбросана по комнате и еще дышала теплом и очарованием своей хозяйки. Герман растерянно выглянул в окно. - От чего, почему, ничего я не пойму..., - донеслось до его ушей ее громкое и веселое пение. Голос девушки звучал из глубины сада, бурлившего многоголосым гомоном птичьей возни и пьяным ароматом цветов и душистой зелени. Время от времени он прерывался громкими водяными всплесками и монотонным гулом водопада. Герман тряхнул головой, с трудом удерживая себя от того, чтобы окликнуть девушку и немедленно присоединиться к ее беззаботной компании. Но, взяв себя в руки и снисходительно улыбаясь, он отошел от окна и неуклюже плюхнулся в кресло перед "Стереовизором". Хрустальный шарик покорно заискрился зеленоватым сиянием, быстро сменившимся калейдоскопом голографических образов и виртальных сюжетов. Герман устроился в кресле поудобнее, похрустывая суставами пальцев и пытаясь таким образом сосредоточиться.
Как-то вдруг Герману показалось, что на него кто-то пристально смотрит. Смотрит вполне дружелюбно и даже пытается окликнуть. И еще. Он готов был поклясться на чем угодно, что видит перед собой, сквозь виртуальную пустоту и безмолвие "Стереовизора", четкие контуры незнакомого ему звездолета. - "Пер-во-про-хо-дец" - прочитал он по слогам светящуюся борту корабля надпись. - Лейтенант, какими судьбами? - бодро, хотя и с легким сарказмом в голосе, поприветствовал его капитан-лейтенант. -Что занесло вас в наши края? И где вы так долго пропадали? - Где, где, - в сварливой манере вторил ему бортинженер. - Ясное дело, где! Будь я на вашем месте, лейтенант, я бы вообще не обращал на нас, простых смертных, ни малейшего внимания... Эх, везет же некоторым... - Вот, командир, скажи, ты все знаешь... Почему самые очаровательные девушки всегда влюбляются только в пилотов, а? Причем, исключительно в лейтенантов? Чем, например, я хуже? - Слабодан не на шутку разошелся и в сердцах стукнул по корпусу своего корабля кулаком. - Ну чем? Тем, что "технарь", а не пилот? Не-е-е! Это не убедительно. Тем, что уже капитан, а не лейтенант? Тем более. Ну чем же тогда? - Тем, что болтаешь много, - с наигранной строгостью, пошутил Бойко. Болтаешь много, а толку от тебя никакого ! - Это точно, болтать он любит, - неожиданно раздался за спиной Германа задорный и жизнерадостный голос девушки. - А толку, действительно, никакого... - Ну вот, все на одного, да, - насупив брови, биделся Слабодан. - Нет чтобы что - то приятное сказать, так сразу в критику... Так каждый может ... Бортинженер весь нахохлился, грозно и вместе с тем забавно надул щеки и уже через мгновение взорвался громким и неподдельным хохотом. - Я действительно очень рад вас видеть, Герман, - между тем продолжал капитан-лейтенант.- Ну, а про Настеньку я, вообще, молчу. Каждая моя встреча с ней - для меня праздник. - И для меня тоже, - поспешил поддакнуть своему командиру бортинженер и вновь сконцентрировал свое внимание на Германе: - Как вам наш корабль, а, Герман? Не правда ли, в галактике больше нет звездолетов изящнее и совершеннее нашего "Первопроходца"? - Не знаю, как там насчет изящества, - фыркнул ему в ответ Бойко, - но то, что в Галактике больше нет таких хвастливых и, к тому же, бездарных бортинженеров, как капитан Дружич, так это уж точно ! - Что вы на меня все время наговариваете, командир, - ловко попался на удочку Слабодан, принимая шутку капитана-лейтенанта за чистую монету. Ну ошибся я пару раз... С кем не бывает. Обычное дело. Ну не углядел я за этими чертовыми аэродинамическими обтекателями. Что же мне теперь, сквозь землю провалится, да? Бортинженер отчаянно замахал руками и в сердцах пнул ногой так ненавистные ему серебристые крылышки звездолета. - Ну, сквозь землю ты, конечно, не провалишься, - многозначительно осадил его Бойко. - Но на орбите Регула*, причем в гордом одиночестве, месячишко-другой ты у меня поболтаешься. Сам виноват. Тебя никто за язык на Плутоне не тянул. Сам не углядел, сам принял звездоле, теперь сам же и будешь за свою безалаберность расплачиваться. Правильно я говорю, а, лейтенант? На твоем-то, небось, корабле все как с иголочки. Хотя ты всего лишь и пилот. - Черт его знает, что на этом моем корабле "с иголочки", а что нет, - не ожидая подобного вопроса, проговорился Герман и на всякий случай поспешил все перевести в шутку. - А вообще-то, мой "Иуда" сам как "иголочка "... Так что, сам черт ногу сломит, чтобы разобраться в том, что в нем и как должно выглядеть. Но вот что касается аэродинамических обтекателей, то, по-моему, их там просто нет?! - То есть как нет? - в один голос удивились командир и бортинженер "Первопроходца". - А как же тогда им вообще управлять в планетарном пространстве? - А никак. Не надо совать свой нос куда не следует, и все, обезоруживающе просто ответил Герман и постарался сменить тему разговора. - А вот ваш "Первопроходец", если честно, мне действительно нравится. Вот только, никак не возьму в толк, где у него расположена противометеоритная ловушка? - Э, брат, ты попал в самую точку, - оживился бортинженер. Его глаза вспыхнули. И, с нескрываемым чувством гордости за свой уникальный корабль, бортинженер начал сбивчиво объяснять Герману, что такое "плазменный" экран и почему он в сто раз надежнее любой из известных земным инженерам противометеоритной защиты. Герман слушал бортинженера молча. Иногда и, по его мнению, в нужном месте он понимающе кивал и задавал наивные и глупые с точки зрения Слабодана вопросы. Наконец его терпение лопнуло, и он не совсем тактично перебил не на шутку разошедшегося бортинженера. - Капитан, - твердо произнес Герман, обращаясь уже к Бойко. - Вы что-то говорили про Регул? Вы собираетесь покинуть транссфер и стартовать туда на "Первопроходце"? - Транссфер?! - озадаченно переспросил Германа звездолетчик и недоуменно пожал плечами. - Вы говорите загадками, Герман. Мне по поводу транссферов ничего не известно?! - То есть, - в свою очередь опешил Герман. - Вы хотите сказать, что...?! - Ничего я не хочу сказать. Я вообще не люблю забивать свою голову разной ерундой. И вам Герман, не советую. Ведь мы же с вами серьезные люди, ведь так? Наше дело - водить звездолеты к неведомым мирам ! - гордо произнес капитан-лейтенант, задорно улыбаясь и подмигивая Герману левым глазом. Между прочим, о звездах !? Что вы думаете по поводу того, чтобы составить мне со Слабоданом компанию и поучаствовать в нашей экспедиции к Регулу? А? Мне как раз не хватает второго пилота! Тем более такого опытного, как вы? А то, знаете, все эти суперандроиды Грывы, коих он пообещал мне в качестве команды, что-то меня не прельщают. Есть в них что-то не человеческое. А что именно, не пойму?! Ну так как, лейтенант ? По вашим глазам вижу, что вы согласны?! Ведь так? - Мы подумаем, - сделав ударение на слове "мы", ответил Герман и в легком замешательстве повернулся в сторону девушки. - А ты что скажешь на этот счет, милая? Девушка преданно прижалась к его плечу и уже было открыла рот, собираясь ему ответить, когда в активной зоне "Видеофона" неожиданно возникли смутные контуры их нового собеседника.
- Рада вас приветствовать, дорогие мои Герман и Настенька, - голосом Даяны Ивановой прощебетал "фантом", уверенно приобретая форму и контуры своей грациозной хозяйки. - Надеюсь, я не слишком бестактно вторглась в вашу беседу, господа? произнесла Даяна уже в адрес экипажа "Первопроходца", элегантно расправляя плечи и ослепительно сверкая улыбкой при этом. - На всякий случай, приношу вам свои извинения. Но у меня для вас всех экстренное сообщение. Так что, господин Бойко, вынуждена оторвать вас от вашего незабвенного "Первопроходца" и предложить вам немедленно отправиться вместе со Слабоданом в город Бесконечных Грез. Все остальные, за исключением академика, уже в сборе. Мы ждем только вас и, разумеется, Германа с Настенькой. Тем более, что... Даяна многозначительно сверкнула глазами в адрес Германа, застенчиво прикусила губу и только после этого закончила фразу: - Пусть это все будет для вас сюрпризом ! - Терпеть не могу сюрпризов ! - проворчал ей в ответ Бойко, недовольно морщась, закатывая глаза и бестактно отворачиваясь в сторону. Даяна вызывающе фыркнула, перевела свой взгляд со звездолетчиков на Германа с девушкой и сдержано добавила: - Значит так. На все про все у вас ровно полчаса. Дорогу к Куполу Встреч вы все знаете. Настоятельно всем рекомендую воспользоваться "0"-пространственным транспортером. Ходят слухи, что у Грывы вновь сбежала и бесцельно бродит по городу очередная дюжина его неудавшихся киборгов. Никакой опасности для нас, людей, они не представляют. Но твари они получились на редкость назойливые и бесцеремонные. Кроме того, Грыва что - то темнит с тем, как они на самом деле выглядят. Так что, если вы все же решитесь отправиться в город на гравикаре, будьте готовы ко всему. Очень может быть, что по дороге вам попадется пара двуногих и к тому же разговаривающих муравьев или, того хуже, серебристые осьминоги с улыбкой "Монны Лизы". У меня пока все. Мы вас ждем. Конец связи. Даяна вежливо помахала всем на прощанье рукой. И ее голографический "фантом" в одно мгновение "схлопнулся", не оставив после себя даже легкой дымки. - А, да ну его...,елки-палки! - бросил ей вслед Бойко, в сердцах размахивая руками и скороговоркой бормоча себе под нос самые крепкие из известных ему ругательств. - Ну когда весь этот бардак наконец закончится!? Нет чтобы дать человеку спокойно позаниматься своим любым делом. Так нет же! То, значит, эти дурацкие собрания... То лови с утра до вечера этих проклятущих "упырей" Грывы по всему городу... То, значит, делись со Светланой своими воспоминаниями из прошлых жизней... То еще что-нибудь приключится... Например, мой незабвенный бортинженер в очередной раз пережжет гелиевые ускорители... Голограмма Бойко раздраженно закряхтела и неуклюже вывалилась из активной зоны "Видеофона ", быстро теряя форму и четкие очертания. - Не было такого, шеф ! Не было, говорю ! - обиженно забубнил ему в ответ Слабодан, устремляясь вдогонку за свои командиром. Герман отошел от потухшего экрана "Видеофона" и чисто автоматически выглянул в окно. Гравикар был на месте. Его черный, идеально отполированный корпус ярко сверкал на солнце и выглядел несколько нелепо на фоне буйства зеленой растительности. - Ну, что будем делать? - в задумчивости произнес Герман, поворачиваясь к девушке лицом. - Отправимся в город на гравикаре? Или, все же, воспользуемся советом Даяны? - Как ты скажешь, так и сделаем, - быстро ответила та. - Хотя, если честно, я бы все же предпочла гравикар. Девушка смутилась и по ее лицу заскользила легкая тень робости и сомнения. - Гравикар все таки как-то привычнее, - пояснила ОНА, старательно скрывая свою неуверенность. - А потом, ты же еще не видел город во всей его красе. Я тебе его с удовольствием покажу. Только не говори об этом Даяне. Она может обидеться. Она сама любит показывать город его гостям. Это ведь все она придумала: и сам город, и окружающий его пейзаж и даже эти милые облака над горизонтом. До нее здесь ничего, или почти ничего, не было. Только серые скалы, морской прибой и хмурое пасмурное небо над головой. А еще типовой и до банальности примитивный поселок колонистов. Это было то единственное, если не считать "Первопроходца", что осталось нам в наследство от великой земной цивилизации. А потом появился Великий Ю-КУ. И они втроем, вместе с академиком и Даяной придумали и создали из пустоты Город Бесконечных Грез. - Даже так?! - вызывающе переспросил Герман, обескуражено вскидывая брови и едва заметно бледнея от неожиданности. - Ты что-то сказала про Землю. Если я тебя правильно понял, со всем Земным человечеством случилось нечто неожиданное и, как мне кажется, даже страшное? - А ты разве не знал об этом? - в свою очередь удивилась девушка, отчаянно хлопая ресницами и недоверчиво заглядывая Герману в глаза. - Ах, да, конечно. Я же совсем забыла, - воскликнула она, виновато покусывая ногти. - Это все случилось прямо перед твои прибытием на эту планету. Между прочим, мы назвали ее Террой. Вначале у нас отключились все маяки. А затем мы еще к тому же получили тревожное сообщение с Плутона. Оно было очень сумбурным и неразборчивым. Мы не сразу поняли, что это сигнал бедствия. Хотя, буквальное через каждое слово в этом сообщении, мы наталкивались на страшную аббревиатуру "SOS". А еще через сутки в небе, над нашими головами, ослепительно вспыхнула и запылала Сверхновая звезда. Как раз в том секторе Галактики, из которого мы прилетели. И в котором прежде располагалась наша Земля. И тогда мы поняли, что все кончено. Очень может быть, что мы теперь последние люди в всей этой Вселенной. С этим уже теперь ничего не поделаешь. Есть правда маленькая надежда на Регул, куда так рвется наш уважаемый капитан... Там ведь тоже в свое время была земная колония... Но по мнению Великого Ю-КУ планетной системе Регула тоже должно было сильно достаться от Сверхновой. Так что, вероятность того, что мы найдем там живых людей, очень невелика. -Чушь какая-то !- нетерпеливо перебил девушку Герман, отчаянно встряхивая головой. - Не может этого быть. Я не получал никаких подобных сообщений вплоть до самого входа в Транссфер. А потом, если мы все в транссфере, то как вы могли видеть над своей головой Сверхновую? Ведь свет звезд сюда не проникает?! Не говоря уже о позывных "маяка"?! - Ты что-то путаешь, милый, - уверенно возразила ему девушка. - Мы всего лишь на маленькой, заброшенной среди бездны звезд, планетке. А что касается Транссферов, о которых ты постоянно твердишь, то это было всего лишь неудачное научное предположение академика. И не более того. Просто гипотеза. Которая, как выяснилось, совершенно безосновательна. На самом деле, никаких транссферов в природе не существует. Иначе Великий Ю-КУ о них бы обязательно знал. Ведь его цивилизация на несколько порядков древнее нашей. Но и они никогда не сталкивались с транссферами. - Неужели? - недоверчиво переспросил Герман, не в силах поверить во все им услышанное от девушки. - Неужели? - вновь повторил он в задумчивости, прежде чем твердо и решительно добавить. - Хорошо! Я бы очень хотел, в этом случае, выслушать нечто подобное от самого академика. Остальное может и подождать. Думаю, наши друзья за это на нас не обидятся. Герман резко встал и быстрым шагом направился к выходу из комнаты. - Мы немедленно едем к академику, - бросил он через плечо, спускаясь вниз по лестнице на первый этаж дома. - Хотя, если хочешь, то я поеду к нему один?! - Нет, нет, зачем же, - воспротивилась та, - я поеду с тобой. Тем более, что ты все равно не знаешь дорогу. Я тебе ее, как раз, и покажу. Неужели ты предпочтешь меня этому железному автопилоту, господин лейтенант. - Ладно уж, поехали, - миролюбиво согласился Герман, галантно открывая перед девушкой дверцу гравикара. - Только, пожалуйста, не учи меня, как этим "драндулетом" управлять. Хорошо?...
Дмитрий Николаевич был всецело погружен в свою работу. Он нервно прохаживался перед огромным хрустальным яйцом и безжалостно теребил пальцами скудную растительность на своей голове. Все пространство вокруг "светила" науки, было уставлено всевозможной аппаратурой: датчиками, мнемосуфлерами, стеровизорами, суперкомами, прозрачными шарами с кипящим в них веществом или пенящейся жидкостью и другими серебристыми шедеврами научно-технической мысли. О которых ни девушка, ни тем более Герман не имели ни малейшего представления. Время от времени академик без видимой причины менялся в лице, начинал затравленно крутить головой из стороны в сторону, срывался на раздраженный крик и, иногда, даже на рассерженный топот ног в адрес своих неутомимых и начисто лишенных эмоций киборгов. Те, несмотря на свою "природную" невозмутимость, тут же бросались со всех ног исполнять очередное распоряжение своего "босса", начинали отчаянно суетится и мешать друг другу. Дмитрий Николаевич был настолько погружен в себя, что не сразу обратил внимание на нежданных гостей. Герман так и не решился его окликнуть, посчитав подобный свой поступок бестактным. Вместо этого, он с девушкой крадучись, робко и осторожно, переступили порог лаборатории и неподвижно замерли за спиной академика.