Он нажал на белую кнопку и положил палец на правый курок. Нужно было прицелиться как можно более тщательно, чтобы не зацепить Кляма. У них не было времени на то, чтобы отдирать его от пола пещеры, случись ему прилипнуть вместе с белками. Ведь в соседних пещерах могли услышать шум, заподозрить неладное…
   Лорд Энтони выстрелил. Из черной воронки вырвался широкий бледный луч света. Едва этот луч коснулся тарахтящих женщин-белок, как они… взлетели вверх и исчезли в темноте. Ведь потолок пещеры был очень высоким… Клям проводил их изумленным взглядом, а когда он опустил голову — перед ним уже стояли лорд Энтони и Нуся.
   В одну секунду веревки были перерезаны. Лорд Энтони вторым выстрелом отправил к потолку спящих вокруг костра белок, и вся компания бросилась бежать по туннелю. Впереди бодрой рысью несся Лорримэр, указывая дорогу. И когда только он успел выучить все здешние переходы, недоуменно подумал на бегу лорд Энтони, и как он вообще умудряется узнавать вовремя все самое необходимое… ну, впрочем, это ведь его работа — заботиться о безопасности хозяина.
 
   Туннель вывел их на склон глубокого ущелья, в темноту настоящей, а не подземной ночи. Вокруг стояла тишина, но снизу, со дна ущелья, доносился шум стремительно бегущей воды. Склон был довольно крутым, и продвигаться приходилось с крайней осторожностью, тем более, что под ноги то и дело подворачивались неустойчивые камни, а путь преграждали колючие кусты. Лорд Энтони подумал, что наконец-то они выбрались в места, где есть хоть какая-то растительность, — хотя в данный момент эта растительность была как раз и ни к чему. Фонарик Лорримэра давал слишком мало света, а рюкзак Кляма, в котором лежал более мощный фонарь, остался в пещере людей-белок. Но тем не менее беглецы шли вперед, хотя и не знали, куда придут. Они просто двигались вверх по течению ручья. И, конечно, настороженно прислушивались — не возникнут ли позади звуки погони? Но люди-белки из соседних пещер, похоже, еще не знали о происшедшем.
   Наконец беглецы выбрались на небольшую площадку, некий выступ на склоне оврага, — достаточно широкий, чтобы все они могли сесть и отдохнуть. Они упали на каменистую землю, уставшие до того, что никому не хотелось говорить. Лорримэр невесть откуда раздобыл для всех сэндвичи с копченой лососиной и свежими огурцами, обеспечил беглецов чаем. После этого все почувствовали себя намного бодрее и приступили к обсуждению дальнейших планов.
   — Мне кажется, лучше дождаться рассвета здесь, — сказал лорд Энтони. — А уж потом определиться с направлением.
   — Люди-белки могут очнуться, — возразил Клям, вздрогнув при воспоминании о своих пылких поклонницах. — Нам от них не уйти, если они пустятся в погоню. Ты не знаешь, какие они ловкие! Им горы — что нам плоская равнина.
   — Вряд ли им удастся спуститься на землю так скоро, — улыбнулся сэр Макдональд. — Я уже видел, как действует этот «револьвер». — Он похлопал по оружию ноксов, засунутому за пояс. — Нам с его помощью, помнится, удалось удрать от звездных крейсеров. Они прилипли к взлетному полю насмерть, не отодрать было.
   — А если и белки навсегда останутся на потолке? — вдруг всполошилась Нуся. — Жалко ведь!
   Лорд Энтони подивился добросердечию девушки. Ведь совсем недавно она готова была растерзать хвостатых красоток за то, что они приставали к Кляму!
   — Нет, — уверенно сказал он. — Навсегда не останутся. Ксанти, который исследовал это оружие, заверил меня, что его действие временное. Повисят и упадут, ничего страшного.
   — Ксанти? — переспросила Нуся. — Кто такой ксанти?
   — Ты что, не знаешь о других расах? — удивился лорд Энтони. — Может, ты еще спросишь, кто такие гримлы и зим-зины?
   — Кто такие гримлы и зим-зины? — спросила Нуся.
   — О! — лорд Энтони просто не верил собственным ушам. Неужели среди людей есть такие, кто даже не подозревает о существовании других молодых рас?
   Он в нескольких словах объяснил провинциальной малышке, что ксанти, гримлы и зим-зины — это молодые расы, вышедшие в Глубокий Космос относительно недавно, примерно тогда же, когда вырвались в Пространство люди, потомки древних землян. И добавил, что ксанти — существа маленького роста, пушистые, немного похожие на котят («Кто такие котята?» — тут же спросила Нуся, но лорд Энтони не обратил внимания на ее вопрос.) Все ксанти — гениальные механики. Живут они на условном юго-востоке Галактики, их территории располагаются чуть ниже плоскости эклиптики. Гримлы — тоже не слишком велики ростом, напоминают лисиц… а, про лисиц ты знаешь. Очень способные математики, умеют ловко торговать, хитры и пронырливы. Их места обитания — условный восток Галактики. Зим-зины — очень большие и сильные, лохматые, добродушные, похожи на медведей, живут на условном северо-востоке, выше плоскости эклиптики. Все. Конец урока галактической географии.
   Нуся засмеялась.
   — Мне бы хотелось познакомиться с этими народами, — сказала она. — Ты так говорил о них, как будто все они — твои лучшие друзья.
   — Ну, так нельзя сказать о целых расах, — возразил лорд Энтони. — Но знакомые у меня есть, пожалуй, во всех уголках Галактики. Я, видишь ли, люблю путешествовать.
   — Да-да, я помню, — язвительно сказала Нуся. — Ты любишь путешествовать, удирая от собственной мамочки.
   На это сэру Макдональду ответить было нечего.
 
   Но вот над вершинами гор показались первые лучи Хромосомы. Однако в ущелье было по-прежнему темно. И все же путники решили отправиться дальше. Со всей возможной осторожностью переставляя ноги, они зашагали по склону ущелья в ту же сторону — вверх по течению ручья. Вскоре они заметили, что ущелье становится все уже и уже. Его мрачные стены сдвигались, грозя вот-вот стиснуть путников между своими неровными плоскостями.
   — Надо выбираться наверх, — сказал Клям. — Вроде бы вон там можно подняться, а?
   Он показал на некое подобие козьей тропы, вившейся между камнями с самого верха оврага вниз, к ручью. Часть тропы уже можно было рассмотреть без труда — светило поднялось достаточно высоко.
   — Да, ты прав, пожалуй, — согласился лорд Энтони. — Вот только что нас ждет там, наверху? Кто вообще знает эти места?
   — Я знаю, — ответила Нуся. — Я же тебе говорила, Тони, моя бабушка была из племени уша-дока.
   — И ты время от времени навещаешь своих родственников? — догадался сэр Макдональд.
   Девушка молча улыбнулась и кивнула. Вот так раз, подумал лорд Энтони, а племена вроде бы враждуют между собой! Ну, наверное, вражда — занятие вождей и жрецов, а простым людям, надо полагать, нет до нее никакого дела. У них свои заботы.
   — Мы должны выйти в распадок, — сказала Нуся, — а по нему доберемся до главного хребта. Но это уже земли уша-дока, и я не знаю, как они посмотрят на ваше с Клямом появление. Клям, тебе, пожалуй, лучше снова нацепить ту роскошную бороду… ты ее не потерял, надеюсь? И парик тоже. Может, и проскочим.
   — А я? — спросил лорд Энтони.
   — Ну, насчет тебя никто не ошибется, — усмехнулась Нуся. — Ты чужак. Правда, уша-дока чужаков не очень-то привечают, но и не особо стремятся убить. Хотя, конечно, всякое случается.
   — Ты меня весьма утешила, — уныло произнес лорд Энтони. — Не стремятся убить? Это замечательно! А что стремятся?
   — Да ничего, — пожала плечами Нуся. — Лишь бы они не догадались, зачем мы пришли.
   Лорд Энтони без труда понял, что если уша-дока разберутся в целях незваных гостей, то будут действовать быстро и решительно. И убежать в таком случае вряд ли удастся — вокруг горы, которые знакомы местным жителям до последнего камушка. Что ж, оставалось надеяться на удачу. Клям снова нацепил маскировку, превратившись в Понтия, и они пошли дальше.
   Подъем занял немало времени. Камни так и норовили выскользнуть из-под ног путников, почва осыпалась, кусты, за которые они цеплялись, ни с того ни с сего вылетали из земли с корнями… словно вся природа вокруг сговорилась не допустить к священному идолу Ого негодяев-похитителей.
   Но все-таки они выбрались наверх.
   Слегка переведя дух, путники торопливо зашагали по распадку, стремясь поскорее добраться до снежного хребта, возвышавшегося за ближайшими округлыми горками. Им не хотелось слишком задерживаться в этих неприветливых краях. Куда лучше было бы быстренько стащить идола — и вернуться домой. Правда, они еще не подумали о том, как именно будут возвращаться, но каждый полагал, что об этом успеется подумать.
   Впереди показался неровный ряд гигантских замшелых валунов, явно забытых здесь последним из пробегавших мимо ледников. Шедший впереди Клям сбавил ход, пристально всматриваясь в огромные серые камни. Но ничего подозрительного вроде бы в них не замечалось. Да и вообще вокруг было тихо и благолепно. Изредка пробегала между пучками сухой травы крупная желтая ящерица, где-то неподалеку попискивала невидимая пташка, небо над головами голубело, — в общем, окружающий мир выглядел мирно. Но все это оказалось обманом и фальшью.
   Как только путники приблизились к первому валуну — в воздухе что-то негромко просвистело, и…
   И на них упала огромная прочная сеть.

Глава четырнадцатая

   Они не успели опомниться, как множество цепких рук схватило их. Все трое путников в один миг оказались связанными по рукам и ногам. Лорд Энтони не успел даже рассмотреть нападавших. Зато успел заметить, как кто-то выхватил у него из-за пояса «револьвер» ноксов. Вот это было уж совсем нехорошо. Остаться среди врагов совсем без оружия… впрочем, у него есть еще охотничий нож. Но… и охотничий нож последовал за «револьвером». Обобрали до нитки, зло думал лорд Энтони, пока его волокли куда-то вверх по склону горы, потом вниз, потом снова вверх… Тащили пленников самым что ни на есть унизительным образом — привязав за руки и за ноги к толстым палкам. Они висели спиной вниз, беспомощные, видя только небо над собой. Так в краях сэра Макдональда охотники-звероловы транспортировали крупных хищных кошек, пойманных для зоопарков. Вот уж о чем и помыслить не мог лорд Энтони, так это о том, что сам когда-нибудь окажется в роли такой добычи.
   Но рано или поздно все кончается, кончился и переход через горы. Пленников доставили в большую высокогорную долину. Именно здесь обитала большая часть племени уша-дока.
   Когда лорда Энтони наконец развязали и дали возможность встать на собственные ноги, он огляделся с неподдельным интересом. Вокруг него раскинулось большое селение, сплошь состоявшее из каменных домов с ярко-красными черепичными крышами. Стены, сложенные из дикого камня, выглядели крепкими и надежными, каждый дом напоминал маленькую крепость с узкими окнами-амбразурами. От кого им тут защищаться, недоуменно подумал лорд Энтони, сюда же и добраться-то невозможно… впрочем, нельзя было исключить, что поселки уша-дока подвергаются, например, нападениям людей-белок. Почему бы и нет? Или же в горах водятся какие-то опасные и сильные хищники…
   Размышления лорда Энтони были прерваны появлением некоего важного лица. Только теперь лорд обратил внимание на то, что Клям и Нуся находятся довольно далеко от него, и каждый окружен отдельным отрядом воинов уша-дока. И возле самого лорда Энтони тоже топталось не меньше дюжины разнаряженных, как попугаи, горцев. Ростом и сложением они в общем напоминали мимо-помо, но в отличие от жителей долины, были волосаты до неприличия. Густые гривы волос самых разнообразных оттенков, бороды, усы, бакенбарды…
   Но тот тип, при появлении которого воины застыли по стойке «смирно», превосходил всех экзотичностью своей внешности. Прежде всего бросалось в глаза его необъятное пузо. Тип нес его перед собой, как величайшую в мире драгоценность. Толстую спесивую физиономию не сразу можно было разглядеть за темно-рыжими зарослями волос. Тщательно расчесанные локоны падали на спину и плечи, ухоженная борода ложилась на грудь, пышные усы свисали ниже подбородка, бакенбарды, похожие на пухлые котлеты, кокетливо выглядывали из-под длинных, рыжих, прядей начесанных на виски… Наряд типа тоже выглядел из ряду вон. Похожее на дирижабль пузо перетягивал широкий пояс, сплошь расшитый мелкими разноцветными бусинами и золотыми бляшками. Из-под пояса свисало нечто вроде длинной пестрой юбки, сплетенной из узких атласных полос. Поверх юбки был надет белый кружевной фартучек, при виде которого лорд Энтони с огромным трудом сдержал смех. В его краях такие фартучки носили горничные в домах среднего достатка. И как только этот предмет одежды попал в далекое созвездие Хрю? Плечи пузатого-волосатого прикрывала накидка, тоже вызвавшая приступ веселья у лорда Энтони. Такую пелерину впору было бы носить даме преклонных лет, склонной к тому же к меланхолии. Тонкий черный бархат, отделанный черными же страусовыми перьями…
   За главным клоуном следовала процессия клоунов помельче рангом. Их животы были куда менее объемными, юбки сплетены не из атласных, а из простых льняных лент, на поясах не было и половины того количества бус и золота, как на поясе главного жреца, и фартучков с кружевами им не досталось, и бархатных пелерин… Однако жрецы второго эшелона компенсировали скромность нарядов пышностью и ухоженностью волосяного покрова. У некоторых гривы свисали аж до самых ягодиц, а бороды — до пупа.
   Но лорду Энтони пришлось отвлечься от созерцания мод местного высшего света, поскольку главный жрец остановился прямо напротив него, шагах в пяти, и заговорил высоким писклявым голосом на очень приличном общегалактическом языке:
   — Ты кто такой? Зачем пришел?
   — А ты кто такой? — ответил вопросом лорд Энтони. Он почему-то не мог всерьез отнестись к этому пугалу. Впрочем, если бы пугала на огородах наряжали так, как нарядился этот жрец, у всех ворон и скворцов просто-напросто глаза бы повылезали от изумления.
   — О! — взвизгнул главный жрец. — А ты нахал! Я главный жрец племени уша-дока! Отвечай, когда тебя спрашивают!
   — Я и сам понял, что ты главный жрец, — возразил лорд Энтони. — Но ты не назвал свое имя. А в наших краях принято представляться, прежде чем начинаешь задавать вопросы.
   — О! — повторил главный жрец, и выражение его пухлого лица изменилось. Жрец был явно озадачен. Немного подумав, он сказал: — Меня зовут Нур — Красный Крест. А тебя?
   — А я — лорд Энтони Шоннел Дориан Генрих, сэр Макдональд, — ехидно ответил лорд — и тут же пожалел о сказанном.
   — Сколько имен! — радостно взвыл Нур — Красный Крест. — Сколько имен! И все одно другого лучше!
   Только теперь, с большим запозданием, лорд Энтони вспомнил, как на этой планете до недавних пор приобретались новые имена… и, похоже, уша-дока решили вернуться к старой традиции, услышав всю коллекцию имен сэра Макдональда. Но слово — не воробей, вылетит — не поймаешь.
   — Да, — продолжил тем временем главный жрец, — у твоих сообщников имена по сравнению с тобой ерундовые. Хотя имя Понтий мне лично нравится. Я, пожалуй, возьму его для одного из моих будущих внуков.
   Лорд Энтони с некоторым облегчением понял, что подлинная личность Кляма пока что не разгадана. Впрочем, какая разница? Похоже, уша-дока вознамерились в любом случае изничтожить пленников. Надо было срочно что-то придумать, хотя бы для отсрочки исполнения приговора. В отчаянных ситуациях мысль сэра Макдональда начинала работать с бешеной скоростью и продуктивностью. И вот он уже выпалил:
   — Мои имена тебе не пригодятся, приятель. Я из звездной системы Нью-Скотланд.
   — Ну и что? — удивился Нур — Красный Крест. — Как будто мы не присваивали раньше имена чужаков!
   — Ты, видно, не понял, — снисходительно бросил лорд Энтони. — Я сказал — система Нью-Скотланд.
   — Ну и что? — снова повторил главный жрец.
   Лорд Энтони демонстративно расхохотался.
   — Эх, темнота деревенская! Имена жителей нашей системы присвоить невозможно. Кстати, Понтий прилетел оттуда вместе со мной. — Лорд Энтони умудрился сказать чистую правду — ведь Клям и вправду прилетел сюда прямиком из его родной звездной системы. — Наши имена превращаются в ничто, когда их владельцы умирают. Если ты попытаешься назвать таким именем ребенка — ребенок сразу умрет. От силы дня три протянет, не больше.
   Жрецы и воины уша-дока громко охнули, ужаснувшись. Интерес к роскошному набору имен сэра Макдональда сразу увял. Лорд Энтони воспользовался этим, чтобы начать атаку.
   — Кстати, — небрежным тоном поинтересовался он, — а зачем вообще-то вы нас сюда притащили? Мы шли совсем в другую сторону.
   Тут главный жрец опомнился и снова раздулся, как мыльный пузырь.
   — Куда бы вы ни шли, — важно заявил он, — вы не имели права вторгаться в земли моего племени. Вы нарушили границу, и потому вас следует наказать. Я решил, что все вы будете принесены в жертву нашим богам через два дня, в полночь. Все. Я сказал.
   Нур — Красный Крест развернулся и зашагал к центру поселка. Остальные жрецы потянулись следом за ним.
   Командование тут же принял на себя один из воинов, явно старший по званию. Но воин говорил, само собой, на языке уша-дока, так что лорд Энтони ничего не понял. Зато ему был предельно ясен смысл действий лохматых попугаев.
   Его самого, замаскированного Кляма и Нусю потащили в разные стороны. А это значило, что уша-дока опасались оставить чужаков вместе, подозревая, что те могут просто-напросто удрать, объединив силы.
   Ничего, решил лорд Энтони, еще не вечер. Два дня впереди, что-нибудь да придумается. Главное — не унывать.
   И он спокойно зашагал за своими стражами, благо ноги ему все-таки развязали. Наверное, воинам лениво было тащить такого здоровенного мужика еще и по улицам поселка. Здесь-то куда ему деваться?

Глава пятнадцатая

   Лорда Энтони бесцеремонно впихнули в какой-то сарай, тяжелая деревянная дверь захлопнулась за его спиной, и сэр Макдональд остался в одиночестве.
   Для начала он внимательно осмотрел свою тюрьму. Ну, впрочем, сарай — он и есть сарай, и рассматривать тут было, собственно говоря, нечего. Голые каменные стены, у самого потолка — узкие горизонтальные окошки, в которые и сурок не протиснулся бы, на плотно утрамбованном земляном полу — несколько охапок соломы. Вот и все.
   Однако через несколько минут количество окружавших лорда Энтони предметов увеличилось на четыре единицы. Мощная дверь сарая слегка приоткрылось, чьи-то руки поставили на пол перед входом большой кувшин, литров на пять, глиняную кружку и глиняное же блюдо, на котором красовалась одна-единственная горбушка серого хлеба. Кушать подано.
   Лорд Энтони поднял увесистый кувшин и с интересом заглянул в него. В кувшине плескалось вино. Лорд решил, что его хотят споить. Пять литров вина при закуске в одну серую горбушку — это круто. Но бедняги уша-дока не знают, конечно, что семейство Макдональдов отличается особой устойчивостью к спиртному. Любой представитель их рода мог выпить вдвое большее количество вина, чем самый стойкий из собутыльников, и при этом сохранить ясную голову. Кстати, именно это качество позволило первым сэрам Макдональдам приобрести богатство. Они просто-напросто выиграли его в покер. К тому времени, когда все прочие игроки уже лыка не вязали, сэры Макдональды продолжали игру как ни в чем не бывало, и, само собой, оставались в выигрыше. Так они обзавелись своей первой звездной системой.
   В общем, лорд Энтони налил вина в кружку и сначала принюхался к нему. Вроде бы недурной аромат… Осторожно попробовав рубиновый напиток, лорд решил, что вино — выше всяких похвал. И сделал большой глоток.
   Да, это была настоящая амброзия. Настроение у лорда Энтони поднялось градусов на двадцать, не меньше. Он сгреб в кучу всю имевшуюся в сарае солому и уселся на нее, держа в руке кружку с вином. Ах, как же здесь хорошо и уютно! И какие замечательные люди эти уша-дока! Не сравнить с примитивными мимо-помо. У тех нет подобных божественных напитков. И быть не может!
   Да, кстати, а зачем его посадили в этот симпатичный сарай? Что-то он запамятовал…
   Выпив еще одну кружку вина, лорд Энтони свернулся на соломе клубочком и погрузился в сладкий сон.
 
   Его разбудила чья-то безжалостная рука, вцепившаяся в его плечо. Рука трясла сонного лорда Энтони, пока тот наконец не открыл глаза.
   — Лорримэр, — пробормотал он, — какого черта! Рано еще!
   — В самый раз вставать, милорд, — ответил преданный дворецкий. — Ночь на дворе, можно бежать.
   — Куда бежать? — удивился сэр Макдональд. — С какой стати я должен куда-то бежать посреди ночи? Что за глупости ты болтаешь, Лорримэр!
   — Если вы еще не забыли, милорд, вы находитесь в плену у племени уша-дока, — спокойно пояснил дворецкий, ставя хозяина на ноги. — И они намерены принести вас в жертву своим богам. Я выяснил, что это значит. Вас завернут в большой лист теста и засунут в костер. Пирог во славу богов.
   — Как это интересно! — восхитился лорд Энтони. — Какой любопытный обычай!
   — Может, и любопытный, но только не для тех, кого запекают, милорд, — сказал Лорримэр.
   — Но я настаиваю, чтобы меня запекли в тесте! — гневно возразил лорд Энтони. — Я хочу, чтобы из меня сделали жертвенный пирог!
   — Ничего не выйдет, милорд, — сухо сказал Лорримэр. — Вы очень уж тощий человек. Пирог из вас получится слишком постный.
   — О! — с отвращением воскликнул сэр Макдональд. — Ненавижу постные пироги!
   — Вполне с вами согласен, милорд. Держите, вот ваше оружие, — и с этими словами дворецкий вложил в руку лорда Энтони «револьвер» ноксов.
   — Где ты его взял? — спросил лорд, рассматривая «револьвер» так, как будто видел его впервые в жизни.
   — Я его украл у воинов уша-дока, милорд, — честно признался дворецкий.
   — Красть — нехорошо! — назидательным тоном произнес лорд Энтони. — За этот проступок ты будешь лишен квартальной премии.
   — Да, милорд, — покорно ответил Лорримэр, выливая вино из кувшина прямо на землю.
   — Эй, что ты делаешь? — возмутился сэр Макдональд. — Это мое вино!
   — Это отрава, милорд, — пояснил Лорримэр. — Они вас опоили какой-то дрянью. Кстати, Клям и Нуся оказались умнее вас, они не стали пить эту гадость. Ну, впрочем, они местные, знают, чего ожидать от уша-дока. А вы купились, как простачок.
   Лорд Энтони окинул дворецкого недоверчивым взглядом.
   — Ты хочешь сказать, что им не понравился этот божественный напиток?
   — Может, и понравился бы, если бы они его попробовали, — пожал плечами Лорримэр. — Не знаю. Идемте, милорд, надо поскорее бежать отсюда.
   — Ну нет! — воскликнул лорд Энтони, падая на кучу соломы. — И не подумаю! Еще чего не хватало! Я не могу так оскорбить замечательных людей, приютивших меня! Бежать? Не попрощавшись? Это слишком невежливо!
   Преданный дворецкий тяжело вздохнул, покачал головой и с размаху врезал хозяину под ложечку.
 
   Когда лорд Энтони очнулся, он обнаружил, что лежит уже не на соломе, а на мягкой живой траве. Рядом с ним маячили две фигуры, едва различимые во тьме безлунной ночи. Лорд Энтони со стоном повернулся на бок и задрыгал руками и ногами, пытаясь встать. Но ничего у него не вышло. Ноги почему-то были как ватные, руки тоже…
   — Черт побери, — пробормотал он, — что со мной случилось? Похоже, я заболел.
   — Нет, милорд, вы просто испробовали особого вина местного производства, — раздался из темноты вежливый баритон. И тут же лорд Энтони почувствовал, как дворецкий вложил что-то в его безвольную ладонь. — С вами желает поговорить ваша матушка, милорд. Возможно, это вас несколько взбодрит.
   Лорд и вправду сразу почувствовал себя намного бодрее. От злости. Ну неужели во всей Галактике не существует места, где он мог бы укрыться от леди Моники? Он поднес трубку космического телефона к уху.
   — Да, мама.
   — Здравствуй, Тони, — сухо произнесла леди Моника и замолчала.
   — Добрый вечер, мама, — уныло откликнулся сэр Макдональд. — У тебя что-то срочное? Я неважно себя чувствую.
   — Слышу, — еще суше сказала леди Моника. — Судя по твоему голосу, ты опять напился, как простолюдин.
   — Ох, нет, мама, дело совсем не в этом… — начал было возражать лорд Энтони, но спохватился и умолк. А ведь и в самом деле, он просто-напросто напился! Вот дурак!
   Леди Моника, правильно истолковав причину молчания сына, разразилась назидательной речью о вреде пьянства, и лорд Энтони отодвинул трубку подальше от уха, ожидая, когда матушка выскажется до конца и заговорит о чем-нибудь более существенном. Ждать пришлось долго. Леди Моника всегда бывала неистощима в своих нотациях. Но минут через пятнадцать поток ее красноречия все же прервался.
   — Я, собственно, хотела тебе сказать, что неподалеку продается одна симпатичная планета, на которой вполне можно разводить на продажу гигантские гладиолусы, — сообщила она.
   — Так-так, — оживился лорд Энтони, — а почему ее продают?
   — Потому что ее нынешний владелец — полный идиот и ничего не понимает в растениеводстве! — весело откликнулась леди Моника. — Он пытался выращивать там артишоки, представляешь?