Во все времена у всех народов женский пол обнаруживает стремление украшать себя и выставлять напоказ свои прелести. В мире животных природа при распределении красоты выказала по отношению к самцам гораздо больше щедрости. Мужчины называют женщин прекрасным полом. Любезность эта, очевидно, проистекает из чувственных потребностей мужчин. До тех пор, пока стремление украшать себя непреднамеренно или пока истинный психологический смысл желания нравиться не сознается женщиной, ничего против этого возразить нельзя. Но как скоро сюда примешивается сознательный элемент, мы говорим уже о кокетстве.
   Мужчина, стремящийся к украшению себя, смешон при всех обстоятельствах. В женщине мы привыкли к этой маленькой слабости и не видим в ней ничего предосудительного, пока она не вытекает из того, что французы окрестили словом «кокетство».
   В сфере психологии любви женщина далеко оставила за собой мужчину отчасти благодаря наследственности и воспитанию, так как область любви неотделима от нее, отчасти вследствие того, что она отличается более тонкими чувствами (Мантегацца).
   Даже с точки зрения высокой нравственности нельзя поставить в укор мужчине, если он видит в женщине прежде всего объект для удовлетворения своего природного влечения. Но на нем лежит при этом обязанность принадлежать исключительно одной женщине, избраннице его сердца. В правовом государстве следствием этой обязанности является возникновение нравственного договора, брака и брачного права, поскольку женщина нуждается в защите и содержании себя и своего потомства.
   С психологической точки зрения, а также для объяснения известных, описываемых ниже патологических явлений необходимо рассмотреть психические процессы, которые привлекают и приковывают друг к другу мужчину и женщину, причем среди всех прочих лиц того же пола только один или одна являются желанными.
   Если бы удалось доказать в этих процессах преднамеренность — в целесообразности им нельзя отказать, — то самый факт неотразимого обаяния, оказываемого определенными лицами друг на друга при полном равнодушии ко всем другим, как это имеет место при истинной, счастливой любви, свидетельствовал бы о поразительно мудром законе природы, коим обеспечивается моногамное соединение в интересах той же природы.
   Для исследователя, однако, эта влюбленность, эта «гармония душ», этот «союз сердец» отнюдь не представляют «мистерии душ», но в большинстве случаев сводятся к определенным физическим, а при известных обстоятельствах — также духовным качествам, обусловливающим притягательную силу данного лица.
   В этом случае говорят о так называемых фетишеи фетишизме.Под фетишемимеют в виду предметы или части, или же просто свойства предметов, от которых, в силу ассоциативного отношения к общему представлению или общей личности, вызывающей живое чувство, живой интерес, исходит своего рода очарование (feitiзo, по-португальски) или по меньшей мере очень глубокое, индивидуально своеобразное впечатление, которое в действительности не присуще внешнему признаку (символу, фетишу) как таковому1.
   Индивидуальное почитание фетиша, доходящее до форменного культа, обозначают именем фетишизма.Это психологически интересное явление объясняется эмпирически ассоциативным законом, отношением частного представления к общему, причем, однако, существенным моментом является индивидуально своеобразная окраска частного представления в смысле чувственного наслаждения; наблюдается оно преимущественно в двух родственных психических областях: в сфере религиозных и в сфере эротических ощущений и представлений. Религиозныйфетишизм имеет другое отношение и значение, чем половой, поскольку он находил и находит свои первоначальные мотивы в убеждении, что предмет, являющийся фетишем, или изображение Божье обладает божественными свойствами, а не представляет только чувственный образ, или поскольку фетишу суеверным образом приписываются особые свойства: чудотворные (реликвии) или предохраняющие (амулеты).
   Иное дело — эротическийфетишизм, психологическая мотивировка которого заключается в том, что фетишем становятся физические или также духовные свойства лица, мало того — даже просто предметы обихода и т. п., причем они каждый раз пробуждают могучие ассоциативные представления о самой личности и сверх того всегда окрашиваются живым чувственным ощущением. Аналогия с религиозным фетишизмом выражается во всяком случае постольку, поскольку и при этом последнем, в зависимости от обстоятельств, фетишами становятся довольно незначительные предметы (ногти, волосы и т. п.) и связываются с чувствами, доходящими до экстаза.
   Что касается развития физиологической любви, то очень вероятно, что зародыш ее надобно искать в каком-нибудь индивидуальном, чарующем влиянии фетиша, оказываемом лицом одного пола на лицо другого пола.
   Наиболее простым является тот случай, в котором с чувственным возбуждением совпадает по времени вид представителя другого пола, причем его созерцание усиливает чувственное возбуждение.
   Чувственное и зрительное впечатления вступают в ассоциативную связь, и эта связь укрепляется по мере того, как возвращающееся чувственное возбуждение пробуждает оптический образ воспоминания или же последний (новое свидание) вновь вызывает половое возбуждение, доходящее даже до оргазма и поллюций (сновидение). В этом случае фетишем служит телесныйобраз любимого человека как одно целое. Но, по мнению Бине и др., и части целого, просто свойства, притом как физические, так и духовные, могут влиять в качестве фетишей на лицо другого пола благодаря тому, что восприятие их совпадает с (случайным) половым возбуждением (или вызывает таковое).
   Что в этой духовной ассоциации решающим является случай, что фетишами могут служить предметы индивидуально самые разнообразные, что отсюда порождаются самые странные симпатии (и, наоборот, антипатии), факт общеизвестный, подтверждаемый ежедневным наблюдением.
   Этим физиологическим фетишизмом объясняются индивидуальные симпатии между мужчиной и женщиной, предпочтение, оказываемое одной определенной личности перед всеми другими того же пола. Так как фетиш представляет собой совершенно индивидуальный признак, то само собой разумеется, что он действует только совершенно индивидуально. Поскольку он приобретает очень сильную чувственную окраску, то, понятно, данное лицо не замечает недостатков в предмете своей любви («любовь делает слепым») и приходит в состояние экзальтации, которое имеет лишь индивидуальную основу, непонятную другим лицам, и при известных обстоятельствах может даже представляться смешным. Этим объясняется то обычное явление, что человек, сердце которого свободно от стрел Амура, не может понять своего влюбленного ближнего, тогда как этот последний боготворит своего идола, возводит обожание его в истинный культ и наделяет его качествами, которыми тот с объективной точки зрения отнюдь не обладает. Этим объясняется также, почему любовь представляет собой нечто большее, чем страсть, какое-то особенное психическое состояние, в котором недостижимое становится достижимым, уродливое кажется красивым, невежда — образованным, в котором забываются и исчезают всякие интересы, всякое сознание долга.
   Тард (Archives de Fantropologie criminelle, 5 ann № 30) справедливо указывает, что фетиши могут быть разнообразны не только в индивидуальном, но и в национальном отношении, хотя общий идеал красоты у культурных народов одной и той же эпохи остается одинаковым.
   Бине принадлежит великая заслуга точного изучения и анализа этого фетишизма любви.
   Любовный фетишизм служит источником особых симпатий. Так, одного привлекают стройные женщины, другого — толстые, одного — брюнетки, другого — блондинки. Для одного индивидуальным чарующим фетишем служит особое выражение глаз, для другого — особый тембр голоса или особый запах, даже искусственный (духи), или рука, нога, ухо и т. п., и этот фетиш представляет собой исходный пункт сложной цепи душевных процессов, общим выражением которых является любовь, т. е. стремление к физическому и духовному обладанию предметом любви.
   Факт этот представляет важное условие для установления физиологического фетишизма.
   Фетиш может долго сохранять свое значение в физиологических пределах, но только до тех пор, пока он развивается от частного представления к общему, пока расцветшая благодаря ему любовь имеет своим предметом духовную и физическую личность в целом.
   Нормальная любовь может быть только синтезом, обобщением. Меткое выражение этого положения мы находим у Макса Дессуара (псевдоним Людвига Брунна)1 в его сочинении «Фетишизм в любви»: «Нормальная любовь представляется нам, следовательно, в виде симфонии, составляющейся из всевозможных тонов. Она есть результат различнейших возбуждений. Она, так сказать, политеистична. Фетишизм же знает только тон одного-единственного инструмента; он возникает из одного определенного раздражения; он монотеистичен».
   Всякий, кто хотя бы немного призадумается над этим вопросом, не может не признать, что об истинной любви (этим выражением, к сожалению, злоупотребляют слишком часто) может быть речь только тогда, когда предметом обожания является вся личность, и физическая, и духовная. Конечно, всякая любовь должна заключать в себе чувственный элемент, другими словами, — стремление к обладанию предметом любви и к совместному служению законам природы.
   Но кто избирает предметом своей любви только тело представителя другого пола, кто ищет единственно удовлетворения чувственной потребности, без обладания душой, тот любит не истинной любовью, точно так же как неистинна любовь платоника, любящего только душу и отвергающего физическое обладание (тоже вид полового извращения). Для одного фетишем служит лишь тело, для другого — лишь душа; любовь одного, как и другого, не что иное, как простой фетишизм.
   В этом случае перед нами переходные ступени к патологическому фетишизму, и наш вывод справедлив уже потому, что дальнейшим критерием истинной любви должно служить духовное1 удовлетворение в половом акте.
   В пределах физиологического фетишизма нам остается еще заняться расследованием того интересного факта, что среди множества предметов, могущих служить фетишами, существуют единичные, приобретающие это значение у довольно большого числа лиц.
   В качестве таких фетишей можно назвать для мужчин: волосы женщины, ее руку, ногу, выражение ее глаз.Некоторые из них приобрели в патологии фетишизма выдающееся значение. Эти факты играют, очевидно, и у женщин известную роль, то бессознательную, а то и осознаваемую.
   Главной заботой женщины является уход за волосами,которому она часто отдает непозволительно много времени и денег. С каким тщанием мать ухаживает за головным убором еще у своих маленьких дочерей! Какую роль играет парикмахер! Вылезание волос повергает молодую женщину в страшное отчаяние. Я вспоминаю одну тщеславную женщину, которую это обстоятельство довело до душевного расстройства и самоубийства. Женщины охотнее всего беседуют о прическах и питают чувство зависти к тем, кого природа одарила богатой растительностью.
   Красивые волосы являются могучим фетишем для многих мужчин. Уже в легенде о Лорелее, завлекавшей мужчин, фетишем оказываются «золотистые волосы», которые она причесывает золотым гребнем. Не меньшей притягательной силой обладают во многих случаях рукаи нога,причем зачастую (но отнюдь не всегда) мазохистские и садистские ощущения содействуют выбору того или другого особого рода фетиша.
   В переносном смысле, путем ассоциации идей, может получить значение фетиша перчаткаили башмак.
   Макс Дессуар (указ. соч.) справедливо отмечает, что средневековый обычай пить из башмака красавицы, обычай, местами еще ныне существующий в Польше, играет выдающуюся роль в качестве знака любезности, обожания. Вспомним, какая роль отводится женскому башмаку и в сказке «Золушка».
   Особенно важное значение в качестве воспламеняющего фетиша имеет выражение глаз,и в этом отношении давно установленной репутацией пользуются невропатические глаза, действующие притом как на женщин, так и на мужчин. «Мадам, ваши прекрасные глаза предрекают мне смерть от любви», — говорит герой комедии Мольера.
   Примеров того, что фетишем может сделаться запах человеческого тела,очень много.
   И этот факт бессознательно или сознательно используется женщинами в искусстве любви. Уже в Ветхом завете Руфь стремилась приковать к себе Вооза, умаслив свое тело благовонными мазями. Полусвет прежних времен, как и новейшего времени, является одним из главнейших потребителей парфюмерных магазинов. Иегер в своем «Раскрытии души» приводит много указаний на обонятельные симпатии.
   Известны случаи, когда люди женились на уродливых женщинах только потому, что их бесконечно привлекал запах тела последних.
   Об этом свидетельствует и роман Бело «Купальни Трувилля». Бине полагает, что не один брак, заключенный с певицами, имел в своем основании очарование, произведенное голосом.
   Этот же автор обращает внимание еще на один интересный факт, именно на то, что у певчих птиц голос имеет такое же половое значение, как у четвероногих запах. Так, птицы привлекают самок пением, и восхищенная самка прилетает ночью на свидание к победителю на этом своеобразном турнире.
   То, что и духовныекачества могут играть роль фетишей в более широком смысле, доказывается патологическими проявлениями мазохизма и садизма.
   Этим же объясняются случаи идиосинкразии и подтверждается старое правило «о вкусах не спорят».
   Относительно фетишизма у женщинв научном отношении можно высказать лишь предположения. Как и в половой жизни мужчин, при развитии половых симпатий у женщины он, по всей вероятности, играет аналогичную роль, а тот факт, что фетишизм у мужчин представляет явление физиологическое, можно считать доказанным. Более близкого знакомства с женской половой жизнью следует ожидать только тогда, когда изучением этого вопроса займутся женщины-врачи.
   Фетишами для женщин являются несомненно как физические, так и духовные качества мужчин. Для большинства женщин такая роль выпадает, конечно, на долю физических качеств мужчины, из чего, однако, нельзя еще выводить обязательно заключения о существовании особой чувственности у женщин. Во многих, однако, случаях притягательную силу для женщин обнаруживают не телесные достоинства мужчины, подчас оставляющие желать очень многого, иногда и отрицательные по своему характеру, а его душевные качества. И на высокой ступени развития культуры мы особенно часто встречаемся с этим явлением при отсутствии и особого воспитания, и особого склада ума, причем нет и тени мысли о том, чтобы воспользоваться выгодами блестящего социального положения, завоеванного или могущего быть завоеванным мужчиной благодаря его выдающимся духовным способностям.
   Этот фетишизм тела или духа не лишен значения для потомства, поскольку он содействует удачному подбору и делает возможным наследование физических или душевных качеств.
   В общем, женщине импонируют в мужчине и вызывают симпатию физическая сила, мужество, благородство, рыцарство, уверенность в собственных возможностях, иногда также известное самомнение, высокомерие и подчеркиваемое сознание своего превосходства и господства по сравнению со слабым полом.
   Даже репутация отъявленного Дон Жуана часто делает мужчину интересным и неотразимым для женщины, как если бы эта репутация свидетельствовала о его половой силе, причем, конечно, неопытная девушка далека от подозрения, какую опасность в виде сифилиса и хронического уретрита может представлять для нее брачное единение с интересным грешником.
   Актер и певец, иногда также цирковой наездник и атлет, пользующиеся благосклонным вниманием толпы, часто оказывают на девиц-подростков и даже на более зрелых женщин прямо магнетическое воздействие, о чем можно судить по многочисленным вещественным и невещественным доказательствам обожания, получаемым этими артистами от представительниц прекрасного пола повсюду, где бы они ни выступали.
   Несомненна также слабость, питаемая большинством женщин к военному мундиру, причем кавалерия пользуется безусловно предпочтением пред пехотой.
   Волосы мужчин, бесспорно, имеют для женщин значение фетиша, в особенности борода и усы, как печать мужественности, как выдающийся вторичный половой признак. Подобно тому как у женщин укладка волос, и в частности косы, в туалете мужчин, желающих произвести впечатление на прекрасный пол, уход за бородой и специально за усами играет особенно значительную роль.
   Фетишистское значение глаз доказывается частотой взаимной симпатии супругов и любовников, обладающих так называемыми невропатическими глазами.
   Чарующее влияние мужского голоса — факт общеизвестный, и знаменитые певцы могут быть поистине названы завоевателями женских сердец; бесчисленные любовные записки, которыми их буквально забрасывают, неоспоримо свидетельствуют об этом фетишистском обаянии голоса. По сравнению с баритонами и басами тенора пользуются безусловным преимуществом.
   Бине приводит по этому поводу наблюдение Дюма, которым этот романист воспользовался в своей новелле «Дом на ветру» и которое относилось к даме, влюбившейся в голос одного тенора и нарушившей из-за этого супружескую верность.
   Относительно патологическогофетишизма у женщин мне до сих пор еще не удалось собрать достоверных сведений.

ФИЗИОЛОГИЯ ПОЛОВОЙ ЖИЗНИ

   В период развития анатомо-физиологических процессов в половых железах индивида проявляется стремление к сохранению вида (половое влечение, половой инстинкт).
   Половое влечение при половом созревании представляет физиологический закон.
   Продолжительность анатомо-физиологических процессов в половых органах, равно как и интенсивность обнаруживающегося полового инстинкта, у различных индивидов и народов различны. Раса, климат, наследственность и социальные условия являются в этом случае весьма влиятельными факторами. Общеизвестна более сильная чувственность южан по сравнению с северянами. Но и половое развитие происходит у обитателей южных стран значительно быстрее, нежели у жителей севера. В то время как у жительницы севера овуляция, распознаваемая по развитию тела и появлению периодически возвращающегося кровотечения из половых органов (менструация), наступает обычно только на 13—15-м году жизни, а у мужчин половая зрелость (отличительными признаками которой служит понижение голоса, появление растительности на лице и лобке, временное наступление поллюций и т. д.) становится заметной лишь на 15-м году, обитатели южных стран обнаруживают эти изменения несколькими годами раньше, женщины, например, иногда уже на 8-м году.
   Обращает на себя внимание и тот факт, что горожанки развиваются почти на год раньше сельских девушек и что, чем город больше, тем раньше, при прочих равных условиях, наступает половое созревание.
   Немаловажное влияние на половой инстинкт и половую способность оказывают также наследственные условия. Так, бывают семьи, в которых наряду с значительной физической силой и долголетием половое влечение и половая способность сохраняются до самого преклонного возраста, тогда как в других семьях половая жизнь и поздно развивается, и преждевременно угасает.
   У женщины период деятельности половых желез короче, нежели у мужчины, у которого созревание семени может продолжаться до глубокой старости. У женщины овуляция прекращается приблизительно спустя 30 лет после наступления половой зрелости. Период угасания деятельности яичников известен под названием критического или климактерического Эта биологическая фаза представляет собой не простое прекращение функции половых органов с заключительной атрофией их, но процесс изменения всего организма. Половая зрелость мужчины в средней Европе начинается около 18-го года. Половая способность достигает своего максимума к 40 годам; начиная с этого возраста, она медленно понижается.
   Способность к произведению потомства угасает большей частью на 62-м году, способность к совокуплению может продолжаться до глубокой старости Половой инстинкт существует непрерывно в течение всей половой жизни, притом, однако, с колеблющейся интенсивностью. При физиологических условиях он никогда не обнаруживает периодического характера, как у животных. У мужчины интенсивность его усиливается и ослабевает соответственно накоплению и расходованию семени; у женщины повышение полового влечения совпадает с процессом овуляции, притом так, что оно наиболее резко обнаруживается после менструации.
   Половой инстинкт, как ощущение, представление и влечение, есть функция мозговой коры Область коры, заведующая исключительно половыми ощущениями и влечениями (центр полового чувства), до настоящего времени еще не определена, но существование ее обязательно нужно допустить для объяснения физиологических фактов, и таким психополовым центром может быть только то место, где собираются и перекрещиваются между собой проводящие пути, которые направляются отсюда, с одной стороны, к двигательным и чувствительным аппаратам половых органов, с другой стороны, к тем частям зрительного, обонятельного и других центров, где формируются процессы сознания, в общем и дающие представление об индивиде как «мужчине» или «женщине».
   Близкое соотношение, в котором стоят половая жизнь и чувство обоняния1, позволяет предполагать, что половая и обонятельная сферы либо расположены в мозговой коре по соседству друг с другом, либо, по крайней мере, соединяются сильно развитыми ассоциативными путями. Развитие полового инстинкта имеет своим началом ощущения, происходящие под влиянием созревания половых желез. Ощущения эти возбуждают внимание индивида. Чтение, впечатления из общественной жизни (в наше время, к прискорбию, чересчур рано и часто) переводят первоначально смутные предчувствия в ясные представления. Последние получают чувственную окраску (сладострастие), и под ее влиянием развивается стремление к эротическим представлениям (половое влечение).
   Таким образом развивается взаимозависимость между мозговой корой (как местом возникновения ощущений и представлений) и половыми органами. Последние при посредстве анатомо-физиологических процессов (гиперемия, созревание семени, овуляция) вызывают половые представления, образы и стремления.
   Мозговая кора действует при помощи воспринятых или воспроизведенных чувственных представлений на половые органы (вызывая гиперемию, созревание семени, эрекцию, извержение семени). Это воздействие совершается при посредстве центров — сосудистой иннервации и семяизвержения, расположенных в поясничной части спинного мозга, и притом, следует полагать, по соседству друг с другом. Оба центра рефлекторные.
   Центр эрекции (Гольц, Экхард) представляет собой промежуточное звено между головным мозгом и половым аппаратом. Нервные пути, соединяющие его с головным мозгом, проходят, по всей вероятности, через pedunculi cerebri (ножки мозга) и варолиев мост. Центр этот может быть возбуждаем центральными (психическими и органическими) раздражениями, непосредственным раздражением его путей в pedunculi cerebri, варолиевом мосту, шейной части спинного мозга, равно как и периферическими раздражениями чувствительных нервов (пениса, клитора и соседних частей). Влиянию воли центр эрекции непосредственно не подчинен.
   Возбуждение этого центра проводится в пещеристые тела при посредстве проходящих через поясничные сегменты нервов, связанных с эрекцией (Экхард).
   Функция нервов, заведующих эрекцией, задерживающая. Они тормозят ганглиозный нервный аппарат в пещеристых телах, влиянию которого подчиняются гладкие мышечные волокна пещеристых тел (Кёлликер и Кольрауш).
   Под влиянием нервов, связанных с эрекцией, гладкие мышечные волокна пещеристых тел расслабляются и полости их наполняются кровью. В то же время расширенные артерии корковой сети пещеристых тел оказывают давление на вены полового члена и задерживают отток крови из последнего. Действие это подкрепляется еще сокращением соответствующих мышц, апоневрозы коих распространяются на тыльную поверхность полового члена.
   Эрекционный центр находится под двояким влиянием головного мозга: возбуждающим и задерживающим. Возбуждающимобразом на него действуют представления и впечатления органов чувств полового характера. Судя по наблюдениям над повешенными, нужно думать, что эрекционный центр может обнаружить свою деятельность и при раздражении проводящих путей в спинном мозгу. Что такое возбуждение возможно также и под влиянием органических процессов раздражения в мозговой коре (психополовой центр?), показывают наблюдения над лицами, страдающими болезнями головного мозга и психозами. Непосредственное возбуждение эрекционного центра может иметь место на ранних стадиях заболеваний поясничного отдела спинного мозга (сухотка спинного мозга, миелит вообще).