На 28-м году пациент вступил в брак по расчету — для улучшения своего материального положения. Он устроился в X. в качестве коммерсанта и начал вести широкий, роскошный образ жизни. Половые сношения с женой, которая не отличалась особенной страстностью и к которой он вообще относился хорошо, были для него очень тягостны и удавались ему лишь в редких случаях, и то только тогда, когда он с закрытыми глазами воображал себе при этом циничные сцены между мужчиной и женщиной. После рождения своего единственного ребенка он, с согласия своей жены, совершенно прекратил с нею половые сношения под предлогом, что это вредит его здоровью, и стал искать удовлетворения исключительно в зрелище циничных актов и поз; для этого он не жалел каких угодно жертв, ибо испытывал при этом несказанное удовольствие.
   С падением его благосостояния он уже не мог доставлять себе этого удовольствия в желательных размерах; поэтому он снова обратился к онанизму, которым и стал заниматься без всякой меры, так что здоровье его все более и более расстраивалось.
   В момент знакомства автора с пациентом последнему было 58 лет, это был человек высокого роста, крепкого сложения, но с необычайной нервной раздражительностью, робкий до лености и щедрый до мотовства во всем, что могло обещать удовлетворение его страсти. Физически он был крепко сложен и имел широкие бедра. Склонность к ожирению.
   Больной жаден до всевозможного рода наслаждений, и если речь идет об удовлетворении чувственных влечений, то он не может себе отказать даже в малейшем пустяке. Умственное состояние: память сравнительно хорошо сохранена, способность суждения ослаблена; больной легко поддается всякого рода предвзятым мнениям. Он суеверен, изящен до щегольства, побит пестрые костюмы и дорогие украшения; был ленив и беззаботен до тех пор, пока его блестящие когда-то дела шли хорошо, и тотчас же впадал в отчаяние, если наступало малейшее стеснение в делах. А когда материальное расстройство сделалось длительным, умерла его жена и он должен был вести одинокий и стесненный образ жизни, то стал предаваться бесстыдным действиям над мальчиками и девочками, на чем его несколько раз ловили. В конце концов у него развилось слабоумие, и приблизительно на 60-м году он умер от инсульта.

ИЗНАСИЛОВАНИЕ И ЭРОТИЧЕСКОЕ УБИЙСТВО

   (Австрия. Уголовный кодекс, § 125, 127; проект, § 192 (259). Германия. Уголовный кодекс, § 177)
   Под изнасилованием законодатель разумеет такого рода внебрачное половое сношение, которое совершается либо с девушкой моложе 14 лет, либо с взрослой женщиной при условии угрожающих или прямо насильственных действий над нею или же в случае, когда она находится в бессознательном и беззащитном состоянии. Введение пениса или по крайней мере соприкосновение половых органов (Шюльце), безусловно, требуется для состава преступления. В настоящее время очень часто встречается изнасилование детей. Гофман (Gerichtliche Medizin. I, 153) и Тардье (указ. соч.) сообщают ужасные факты.
   Последний пишет, что с 1851 по 1875 г. включительно во Франции был вынесен приговор по 22 017 делам об изнасиловании; в их числе было 17 657 дел об изнасиловании детей.
   Изнасилование предполагает наличие резко повышенного полового влечения — либо под влиянием алкоголя, либо под влиянием других факторов. Чтобы нравственно здоровый человек мог совершить такое, во всяком случае жестокое, преступление, представляется невероятным. Ломброзо (Goltdammers Archiv) полагает, что большинство лиц, совершающих изнасилование, принадлежат к категории дегенератов; в особенности это относится к тем случаям, когда изнасилованию подвергаются дети и старые женщины. Он утверждает, что у многих преступников этого рода он находил признаки вырождения.
   И действительно, очень часто изнасилование является импульсивным актом наследственно отягощенных имбецилов, которые при этом нередко не обращают даже внимания и на кровное родство.
   Вполне возможны и действительно наблюдались случаи совершения этого преступления при бешенстве, сатириазе, эпилепсии.
   Вслед за изнасилованием может иметь место убийство жертвы. При этом убийство либо является непредвиденным заранее актом и имеет целью устранить единственного свидетеля преступления, либо оно совершается под влиянием сладострастия (см. выше). Только к случаям последнего рода подходит выражение «эротическое убийство».
   Побуждения к убийству под влиянием сладострастия были уже описаны нами раньше. Приведенные при этом примеры характеризуют обычный образ действий при этих преступлениях. Мысль о том, что произошло эротическое убийство, появляется тогда, когда повреждения половых органов имеют такие размеры и такой характер, что их нельзя объяснить одним только насильственным половым актом, и в особенности в тех случаях, когда у жертвы вскрыты полости тела или вырваны органы (кишки, половые органы).
   У убийцы-эротомана, находящегося в психопатическом состоянии, по-видимому, никогда не бывает сообщников.
    Наблюдение 224.Слабоумие, эпилепсия. Покушение на изнасилование. Смерть жертвы.
   27 мая 1888 г. вечером 8-летний мальчик Блазйус играл со своими сверстниками вблизи деревни С. Мимо них проходил какой-то незнакомый мужчина, который и заманил мальчика в лес.
   На следующий день труп мальчика был найден в овраге. У трупа был вскрыт живот, имелась рана в области сердца и две колотые раны на шее.
   Так как еще 21 мая какой-то человек, по приметам подходивший к описанию убийцы, пытался сделать то же самое с 6-летней девочкой, что ему не удалось только благодаря случайности, то было заподозрено эротическое убийство.
   Установили, что труп лежал с согнутыми ногами и был прикрыт только рубашкой и нагрудником, далее, что на мошонке имелась длинная резаная рана.
   Подозрение в убийстве пало на одного сельского рабочего Э., однако при очной ставке с детьми не удалось установить тождество его с тем незнакомцем, который завлек мальчика в лес. Кроме того, он сослался на свое алиби, что подтвердила его сестра.
   Но благодаря энергичным поискам жандармерии удалось собрать ряд новых улик, и в конце концов Э. сознался.
   Девочку, которую он заманил в лес, он бросил на землю, обнажил ее половые органы и хотел ее изнасиловать. Но так как у нее была сыпь на голове и так как она страшно кричала, то сладострастный порыв его угас и он убежал.
   Мальчика он завлек в лес под предлогом, что он раздобудет для него птичьи гнезда. В лесу у него появилось желание изнасиловать мальчика. Так как последний не хотел снять штаны, то он стащил их с него, а когда мальчик начал кричать, нанес ему две колотые раны в шею. Затем он провел над лонным бугром разрез, чтобы получилась щель наподобие женских половых органов, через которую он мог бы удовлетворить свою похоть. Но так как тело ребенка быстро сделалось холодным, то у него пропало желание; он вытер нож и руки о труп и бросился бежать.
   Как только он увидел, что мальчик мертв, его обуял страх и эрекция прекратилась.
   Во время допроса Э. вел себя апатично и играл четками. Он утверждал, что действовал в состоянии слабоумия. Он, дескать, не может понять, как он мог совершить такое преступление. По-видимому, это у него в крови, ибо часто он делается безумным, доходит почти до припадков. Прежние работодатели сообщают, что он временами становился оцепенелым, безучастным ко всему, по целым дням не работал, избегал людей.
   Отец его рассказывает, что Э. учился с трудом, в работе не обнаруживал никакой ловкости и иногда бывал до того странным, что его не решались наказывать. В такое время он ничего не ел, убегал даже из дома и скитался неизвестно где целыми днями.
   В эти периоды он производил впечатление человека, у которого в голове все спуталось, лицо его искажалось, и он говорил бессвязные фразы.
   Уже будучи юношей, он иногда мочился в постели; случалось также, что он приходил из школы с мокрым или замаранным в кале платьем. Во сне он вел себя до того беспокойно, что около него нельзя было спать. Товарищей у него никогда не было. Жестоким, злым или безнравственным он не был.
   Аналогичные показания дает мать: она сообщает, что у Э. на 5-м году жизни были в первый раз судороги и что он однажды в течение 7 дней не мог говорить. Приблизительно на 7-м году у него однажды были судороги в течение 40 дней, кроме того, наблюдалась водянка. Впоследствии его тоже часто «ломало» во сне, со сна он много говорил, и нередко после того постель его оказывалась мокрой.
   Временами с ним положительно нельзя было сладить. Но так как мать не знала, порочность это или болезнь, то она не решалась наказывать его.
   Со времени судорожных приступов, происходивших на 7-м году, мальчик настолько отстал в умственном отношении, что не мог даже заучить обыкновенные молитвы; кроме того, он сделался очень раздражительным.
   Соседи, бургомистр, учитель — все подтвердили, что Э. был человеком странным, умственно слабым, раздражительным, впадавшим временами в какое-то своеобразное состояние, — по-видимому, в состояние психической подавленности.
   Обследование преступника, произведенное судебными врачами, дало следующие результаты:
   Э. высокого роста, худощав, истощен, окружность черепа не больше 53 см. Череп ромбической формы, с круто спадающим затылком.
   Черты лица лишены интеллигентности, взор неподвижен, без выражения, общий вид вялый, небрежный, движения медлительны, угловаты. Половые органы развиты нормально. В общем, Э. оставляет впечатление тупости и слабоумия.
   Признаков вырождения, ненормальностей в физиологическом плане, расстройств двигательной и чувствительной сферы у Э. не обнаружено. Происходит он от вполне здоровых родителей. О судорогах, недержании мочи он ничего не знает, но рассказывает, что за последние годы у него стали появляться припадки головокружения и «тупоумия».
   Свое преступление он вначале совершенно отрицал. Затем он с сокрушенным видом во всем сознался и откровенно разъяснил свой поступок следователю. Раньше у него никогда не являлось подобных мыслей.
   Э. давно уже занимается онанизмом. Он онанирует чуть не дважды в день. Из-за недостатка решимости он не мог ни разу отважиться на совершение полового акта с женщиной, хотя содержание его эротических сновидений составляли исключительно картины подобных сношений. Ни во сне, ни наяву у него никогда не было извращенных влечений, в частности, превратных или садистских. Вид избиваемых животных никогда не привлекал его. Когда он заманил девочку в лес, он имел в виду удовлетворить с ее помощью свою половую страсть, но как случилось все то, что он совершил с мальчиком, — этого он не может объяснить. По всей вероятности, он был тогда вне сознания. После убийства он со страха не мог спать всю ночь; чтобы облегчить совесть, он уже дважды исповедовался. Он боялся только, чтобы его не повесили. Но этого не должны с ним сделать, ибо он действовал в состоянии слабоумия.
   Почему он разрезал мальчику живот, он не мог сказать. Ему даже и в голову не приходило рыться в его внутренностях, нюхать их и т. п. Он утверждает, что на следующий день после покушения на изнасилование девочки и в ночь после убийства мальчика у него были приступы судорог. Во время совершения преступления он, правда, был в сознании, но совершенно не понимал, что делает.
   Его сильно мучают головные боли, он не выносит жары, жажды, спиртных напитков; бывают часы, когда в голове у него все спутано. Исследование интеллекта обнаруживает слабоумие в резкой степени.
   Экспертиза (доктор Каупшер в Граце) высказалась в том смысле, что у обвиняемого имеет место имбецильность и эпилептический невроз и поэтому вполне вероятно, что он совершил свое преступление, о котором, кстати сказать, у него сохранилось лишь общее воспоминание, в состоянии психического угнетения, обусловленного неврозом (преэпилептическое состояние). Во всяком случае, его следует признать в высшей степени опасным для общественного спокойствия, почему он и подлежит помещению в психиатрическое заведение, по всей вероятности, на всю жизнь.
    Наблюдение 2251.Изнасилование маленькой девочки идиотом. Смерть жертвы.
   3 сентября 1889 г. дочь рабочего Анна, 10 лет, отправилась в церковь в соседнюю деревню, расположенную на расстоянии 1/2 часа ходьбы. Девочка домой не вернулась, а на следующий день ее нашли мертвой в 50 шагах от дороги, в роще, лежащей лицом к земле, причем рот оказался заткнутым мхом, задний проход имел следы изнасилования.
   Подозрение в преступлении пало на 19-летнего рабочего К., который еще 1 сентября пытался заманить девочку в лес, когда та возвращалась из церкви.
   Будучи арестован, К. вначале отрицал свою вину, но затем откровенно во всем сознался. Он убил ребенка путем удушения и, когда тело перестало «биться», совершил извращенный акт в задний проход ребенка.
   Во время предварительного следствия ни у кого не возникло вопроса относительно состояния умственных способностей преступника, совершившего такое чудовищное деяние. Защитник, назначенный незадолго до судебного разбирательства, подал заявление о необходимости обследования психического состояния К., но это заявление было оставлено без последствий, «ибо акты настоящего дела не дают никаких оснований предполагать душевное расстройство».
   Энергичному защитнику удалось случайно узнать, что прадед и тетка преступника были душевнобольными, что отец его был с ранней юности пьяницей и плохо владел одной половиной тела. Факты эти были оглашены на суде.
   Но и это не произвело никакого впечатления. Наконец защитнику удалось побудить судебного врача высказаться за помещение К. на 6 недель в психиатрическое заведение для обследования.
   Там врачи дали заключение, что К. — идиот, которому не могут быть вменяемы его поступки.
   Он не проявлял ни к чему интереса, был апатичен, тупоумен, забыл почти все, что учил в школе, ни в голосе, ни в мимике не обнаруживал никогда сострадания, раскаяния, стыда, надежды, страха за будущее. Лицо оцепенелое, как маска.
   Череп ненормальный, шаровидный. Имелись указания на то, что уже в утробной жизни и в первые годы развития наступило заболевание мозга.
   На основании этой экспертизы К. был помещен в психиатрическое заведение для продолжительного пребывания.
   Только благодаря неутомимым стараниям защитника, честно выполнившего свой долг, правосудие избежало осуждения на смерть невинного человека и честь культурного общества не была запятнана несправедливой казнью.
    Наблюдение 226.Эротическое убийство. Неразвитость нравственного чувства.
   Мужчина средних лет, родился в Алжире, происходит, по-видимому, от арабов. Несколько лет служил в колониальных войсках, затем ездил матросом между Алжиром и Бразилией и, наконец, в надежде на легкий заработок поселился в Северной Америке. В кругу, где он вращался, его считали лентяем, бездельником, человеком, склонным к насилию. Несколько раз он подвергался наказанию за бродяжничество; его считали вором самой низкой пробы и говорили, что он общается с подонками, проститутками и совершает извращенные половые акты. Неоднократно он кусал и бил женщин, с которыми имел половой акт. По приметам, его считали похожим на того неизвестного человека, который ходил ночью по улицам и наводил страх на женщин, бросаясь на них с объятиями и поцелуями, и который получил прозвище «Джек-целователь».
   Он был высокого роста (более 6 футов), слегка сутуловат. Низкий лоб, необыкновенно выдающиеся скуловые кости, крупные челюсти, маленькие, близко расположенные друг к другу налитые кровью глаза, острый взгляд, большие ступни, руки с птичьими когтями, покачивание при походке. На плечах и руках обильная татуировка, между прочим, пестрое изображение женщины «Фатимы», что очень странно встретить у арабов из алжирских войск, так как они считают постыдным татуировку женских изображений; проститутки же там татуируют на своем теле крест.
   По своему виду М. производит впечатление человека, стоящего на очень низкой ступени интеллигентности. Он был уличен в убийстве пожилой женщины, с которой провел вместе ночь. На трупе оказалось много ран, из которых некоторые поражали своей длиной; полость живота была вскрыта и оттуда вырезаны части кишок, яичник; другие части валялись около трупа. Некоторые раны имели форму креста, одна — форму полумесяца. Свою жертву убийца удушил. И факт убийства, и склонность к подобным актам М. отрицал (Dr. Mac-Donald.— Clark university, Mass.).

НАНЕСЕНИЕ ТЕЛЕСНЫХ РАН, НАНЕСЕНИЕ ВРЕДА, ИСТЕЗАНИЕ ЖИВОТНЫХ НА ПОЧВЕ САДИЗМА

   (Австрия, § 151, 411; Германия, § 223 (телесные повреждения).
   Австрия, § 85, 468; Германия, § 303 (нанесения вреда).
   Австрия. Полицейское распоряжение, проект, § 478.
   Германия. Уголовный кодекс, § 360 (истязание животных)
   Кроме эротического убийства, описанного нами выше, существуют более легкие проявления садистских наклонностей, как, например, нанесение уколов, сечение и пачканье женщин, сечение мальчиков, истязание животных и т. п.
   То, что подобные случаи имеют характер глубоко дегенеративный, доказывается фактами, приведенными нами в общей части. Дегенераты этого рода, если они не умеют подавлять в себе своих извращенных склонностей, подлежат помещению в психиатрические заведения.
    Наблюдение 227.Садизм у супруга (?).
   28 июня 1886 г. Э. Р., 20 лет, жена переплетчика, обратилась в полицию с заявлением, что в ночь на 27 июня муж ее, Карл Р., напившись, избил ее кнутом за то, что она неудачно сделала какую-то переплетную работу; побои были так сильны, что она не могла встать с постели.
   В полицейском дознании сказано: «Из обстоятельств дела выясняется, что Э. Р. подверглась необыкновенно жестокому, прямо нечеловеческому истязанию,которое могло быть совершено только умственно ненормальным человеком. Обе верхние конечности, спина, живот, правая ягодица, задняя поверхность бедер, даже лицо и шея — все усеяно бесчисленным множеством длинных полос шириною в палец…»
   Пострадавшая находилась на 4-м месяце беременности. Она заявила, что неоднократно во время истязания муж стягивал ей поясом руки и ноги и что он не щадил ее даже при болезни.
   Судебно-медицинское обследование, произведенное 15 июля, могло подтвердить большую часть того, что было найдено полицейским врачом, и констатировало многочисленные следы нанесенных ран. Экспертиза подчеркнула необычайную жестокость преступления и нашла, что болезнь и потеря трудоспособности у Э. Р. продолжатся по меньшей мере 20 дней.
   При более подробном расспросе Э. Р. показала следующее:
   «Я вышла замуж за Р. 17 января 1886 г. Очень скоро обнаружилось, что муж мой отличается необыкновенной грубостью и жестокостью. Он не только ежедневно бил меня кулаками, но нередко прибегал даже к кнуту.
   В качестве примера могу привести факт, имевший место 10 июня, когда муж ударил меня металлической головкой кнута и глубоко поранил мне голову; в другой раз ему вздумалось среди ночи, без всякого повода с моей стороны, связать меня поясом и затем высечь; 26 июня я должна была сделать переплетную работу; работа не понравилась ему, и он сек меня так, что все тело покрылось полосами. И т. д.".
   Допрошенный подмастерье показал, что К. Р. постоянно требовал от жены переплетной работы, которую она не могла выполнить; из-за этого у них выходили постоянные ссоры. К. Р-был очень вспыльчив, но вообще производил впечатление человека вполне нормального в умственном отношении.
   Одна свидетельница подтвердила, что К. Р. очень часто ссорился со своей женой, кричал на нее и даже дважды выгнал ее за дверь.
   Р. — человек грубый, вспыльчивый, несколько сумасбродный.
   Обвиняемый оправдывался следующим образом: «Теща и жена всегда доводили меня до такого раздражения, что я не мог более владеть собой; в таком именно состоянии я нанес жене побои… Я — человек очень вспыльчивый и в состоянии гнева не сознаю сам, что делаю.
   Главная причина наших ссор — это теща… Связал я жену по рукам и ногам только шутки ради…
   Родители мои еще живы, отец — переплетчик и домовладелец. Я учился в народной школе, учебном заведении по подготовке учителей и коммерческой академии. На военной службе я не был. С нового года я сделался самостоятельным переплетчиком».
   Полицейское дознание не дало никаких оснований для признания обвиняемого душевнобольным, но было установлено, что Р. отличается крайностями и что он уже однажды был обвинен в нанесении оскорбления одному из своих учеников.
   У жены Р., по-видимому, мягкий характер.
   На суде — 7 сентября 1886 г. — обвиняемый оправдывался тем, что он терпел от жены постоянные мучения и что она не хотела исполнить даже самую простую работу.
   Жена рассказала, что она часто подвергалась нечеловеческим истязаниям со стороны мужа. Однажды он явился ночью домой и потребовал себе салата; так как она не могла удовлетворить этого требования, то он ее избил до крови, затем заставил смыть кровь на полу; при этом он ее снова бил и топтал, а когда она наконец легла в постель, то он еще раз избил ее кнутом по животу и груди. 17 или 18 июня он встал ночью и под предлогом шутки связал ей руки и ноги, так что она чуть не задохнулась и почти лишилась чувств. Несмотря на все ее просьбы, он ее не развязывал и бил ее ладонью по ягодицам. Только спустя порядочное время он освободил ее из этого мучительного состояния.
   26 июня он ударил ее по щеке, толкнул ее доской в живот и затем вечером ушел из дому, заявив, что идет к проститутке. В полночь он вернулся, стащил ее с кровати и заставил голую спать в кухне на холодном полу. После долгих просьб он впустил ее обратно в комнату, велел ей сесть на стул и начал ее бить по животу и груди кнутом. Затем он заставил ее завести стенные часы, а когда она встала, чтобы исполнить это приказание, он начал наносить ей удары по спине и сказал: «Если ты, каналья, пропадешь, вместе с твоим ребенком, то мне от этого мало горя».
   После этого она ушла от него и чувствовала себя больной и разбитой в продолжение 3-х недель.
   Обвиняемый утверждал, что не все в рассказе жены соответствует истине и что во всем виновата ее собственная строптивость.
   Р. был приговорен к 13 месяцам тюрьмы; жалоба на этот приговор была оставлена без последствий.
    Наблюдение 228.Садистские действия над мальчиками и девочками, совершенные нравственно неразвитым субъектом.
   К., 14 лет 5 месяцев, с необыкновенной жестокостью умертвил маленького мальчика. Следствие обнаружило, что кроме двух убийств К. совершил еще целый ряд (7) истязаний маленьких мальчиков. Все пострадавшие дети были в возрасте от 7 до 10 лет. К. заманивал их куда-либо, снимал с них всю одежду, связывал им руки и ноги, привязывал их к какому-нибудь предмету, затыкал им рот носовым платком и затем начинал их бить палкой, или ремнем, или веревкой — медленно, с остановками на целую минуту, совершенно молча, с улыбкой на лице. Одного мальчика он заставил под угрозой смерти повторить трижды «Отче наш», затем поклясться в том, что он будет молчать, и, наконец, повторять за ним неприличные слова. Другому мальчику он колол иголкой щеки, играл его половыми органами, затем нанес ему несколько уколов в лобковую область и в половые органы, заставил его лечь на живот и топтал его ногами и, наконец, исколол и искусал ему ягодицы. В другой раз он укусил одного мальчика за нос и нанес ему рану ножом. Восьмой его жертвой была маленькая девочка, которую он заманил в лавку к своей матери. Там он напал на нее сзади, зажал ей одной рукой рот, а другой — перерезал горло.
   Труп нашли в углу прикрытым угольной пылью и сором, причем голова была отделена от туловища, мясо отделено от костей и туловище покрыто массой резаных ран. Громадная, зияющая рана проходила по внутренней поверхности левого бедра через половые органы вплоть до брюшной полости. Другая рана шла наискось от fossa iliaca (подвздошная ямка) через весь живот. Одежда и белье были разрезаны и разорваны.
   Труп девятой жертвы был найден тоже с перерезанным горлом: из глаз сочилась кровь, область сердца и живот были пронизаны массой колотых ран. Мошонка была вскрыта, яички выпали наружу, головка пениса отрезана.
   К. заманил мальчика так же, как и девочку, перерезал ему сначала горло, а затем уже нанес ему раны.
   О наследственности К. ничего не известно. На первом году жизни он был очень болен, исхудал до костей. Затем понемногу поправился. За исключением головных болей, головокружения и болей в глазах, он, по-видимому, ничем не болел до 11 лет, когда перенес какую-то «тяжелую болезнь», сопровождавшуюся бредом. Головные боли у него часто возникали внезапно, и с такой силой, что он должен был на некоторое время бросать игру. Когда его спрашивали, что с ним, то он медленно выговаривал в ответ: «Голова, голова!»