- Они брали пленных, - сказал Тарнболл. - Для жертвоприношений...
   - Созданий поменьше, - уточнила Миранда, - еще примитивней, и все же более похожих на нас. По крайней мере, позвоночные, в противоположность насекомым. Но шестиногие позвоночные?
   - Шестиногие пещерные или лесные жители, - тихо прошептал Джилл. Видите? У них есть набедренные повязки, прикрывающие их органы... - Когда Тарнболл коснулся его плеча, он вздрогнул и вышел из задумчивости.
   - Ты уверен, что мы не бывали здесь прежде? - спросил спецагент.
   Джилл понял, что именно он имел в виду.
   - Что, лесной мир? Мир Особняка и тех бедных, похожих на диких молодых оленей созданий, которых хотел съесть Хэгги?
   - Он был похож на Землю, - настаивал Тарнболл. - И хотя мы не видели всего, там тоже водились шестиногие.
   - Возможно, шестиногие имеются повсюду, - пожал плечами Джилл. Включая и наш собственный мир.
   Но нет, я не думаю, что это земной мир. Ты забываешь о двух лунах и двойном солнце. В мире Особняка оба имелись в одном экземпляре.
   - И все же я понимаю, что имеет в виду Джек, - нахмурилась Анжела. Это место.., оно вызывает схожее ощущение, понимаешь?
   - Они вырезали им сердца, - слабо произнесла Миранда, все еще завороженная сценами жертвоприношений. - Они мазали себе рога их кровью и откладывали яйца в тела своих жертв. - И содрогнулась:
   - Боже, я ненавижу это место!
   - Мы все его ненавидим, - сказал ей Уэйт. - Но ведь проблема-то не в том? Как отсюда выбраться?
   - Где-то должна быть дверь, - сказал Джилл, пытаясь стряхнуть психическую и физическую усталость и потерпев неудачу.
   - Как в прошлый раз? - Миранда казалась полной надежд. - Может быть, там же, где вошли?
   Джилл покачал головой.
   - Слишком доступно. Мне нужно время на обдумывание. По правде говоря, я измотан. Как и все мы, должно быть. Только благодаря адреналину - страху мы так долго держимся на ногах. Но я не могу толком соображать. И поэтому еще раз говорю: давайте поедим, выспимся, подождем, пока солнца поднимутся повыше.
   - Ха! - промолвил спецагент, открывая свой рюкзак, чтобы извлечь пайки и раздать их, хотя никто, казалось, не чувствовал голода. - Разумеется, нам всем не мешало бы выспаться. Вся трудность в том, а сможем ли мы? Я имею в виду уснуть.
   - Все равно, попытайтесь, - посоветовал Джилл.
   - Нет, - ответил Тарнболл, усаживаясь так, чтобы прислониться спиной к стоячему камню. - Я считаю, что не усну. Думаю, вместо этого я первый покараулю.
   Если никто не возражает.
   - А я останусь бодрствовать с вами, - задрожала Миранда и села рядом с ним в тени стелы.
   - Тебе холодно? - спросил он. - Когда солнца взойдут повыше, согреешься. И послушай, лес пробуждается! - Из джунглей доносилось уханье, птичьи крики, тихие шорохи.
   Она придвинулась поближе и еще ближе, чувствуя исходящее от спецагента тепло. И когда усталость победила страх, другие начали располагаться поудобнее.
   В скором времени они должны были крепко уснуть.
   И они уснули, в то время как Тарнболл и Миранда прижались друг к другу, приветствуя солнце...
   ***
   Но когда поднялась температура и с земли потянулся к вершинам деревьев клубящийся туман, словно озеро молока, постепенно покрывшее полог раскинувшегося леса, Миранда сказала:
   - Знаешь, Джек Тарнболл, ты полон сюрпризов.
   - В самом деле?
   - О, да. Я расслышала кое-что сказанное тобой Спенсеру о созданиях, покрывших резьбой те камни: при их "сочлененные хватательные когти".
   - Ну и что?
   - Ну, такого рода заявление или подобное едва ли можно ожидать от человека вроде тебя. Я хочу сказать, оно как-то не вязалось с характером.
   Он кивнул.
   - В смысле, что я выгляжу чересчур тупым, слишком грубым, чтобы говорить подобные вещи, верно? - Он повернулся к ней и улыбнулся, обнажив в усмешке сильные ровные зубы. И прежде чем она смогла ответить, добавил:
   - Миранда, я совершил ошибку, позволив тебе услышать от меня такие речи, - сказал он. - Подобная оговорка может погубить человеку легенду, разрушить его образ. Ох уж этот мой характер и длинный язык! Но теперь к тому, о чем ты спрашиваешь.
   Видишь ли, всю свою жизнь я делал не правильный выбор. Подростком я увлекался морской биологией, археологией, палеонтологией и всеми прочими логиями, какие только могут прийти тебе в голову. Но не мог остановиться ни на одной и поэтому потерял их все - потерял свои шансы, если ты понимаешь, что я имею в виду. И в любом случае, меня манили девушки, приключения, экзотические места. Мое тело не создано для сидячей работы в офисе или в музее, а руки не приспособлены для соскребания пыли веков с древних костей.
   Я обладал уймой энергии и не знал, что с ней делать.
   К тому времени, когда мне стукнуло восемнадцать, армия казалась хорошей идеей. Именно такой она и оказалась, а это привело к другим вещам. Работе в военной разведке, контрабанде оружия, службе в рядах наемников.., эй, да называй что угодно, я всем занимался. И от всего устал, остановившись, наконец, на работе спецагента: занялся охраной свидетелей. Но глуп ли я?
   Спроси у Джилла.
   - Я не хотела сказать, что... - начала она, но он оборвал ее на полуслове.
   - Ш-ш-ш1 А то проснутся остальные и услышат то, что ты пытаешься сказать. И тогда моему образу действительно настанет конец! В любом случае, кому как не тебе об этом говорить? Ты тоже не совсем такая, какой кажешься.
   - О?
   - Не-е-е-ет! - проворчал, по-прежнему усмехаясь, он. - Кто ты? Большой айсберг? Бессердечная Жанна?
   Железная дева? Когда мне пришлось разобраться с Джорджем, то ты страшно на меня разозлилась. Когда я стукнул Кину Суна, тебя это действительно расстроило! И изображения на тех обелисках, менгирах, или что там они такое: это же чуждые существа, и, судя по возрасту камней, по виду изображенных на них существ, они давным-давно исчезли из этого или любого другого мира. Но ты.., ты действительно сопереживала тем малышам, словно они были твоими личными друзьями, и все это случилось только вчера. Так что ты вот какая - я тебя раскусил. В душе ты мягкая, Леди-Большой-Босс.
   Она, похоже, собиралась спорить, затем передумала, прильнула к нему еще теснее и ничего не сказала.
   - Все еще мерзнешь? - спросил он.
   - У-у. Устала.
   - Так ложись спать. Это ничего. Я привык к одиночеству.
   Но когда Миранда стала дышать глубже, уткнувшись ему в воротник, и, наконец, тихо похрапывать, спецагент сказал себе: "По крайней мере, прежде мне было привычно одиночество".
   Может быть, он хоть однажды да сделает правильный выбор. И в любом случае, разве противоположностям не положено притягиваться друг к другу? С точки зрения Тарнболла, этот закон действовал. Теперь ему нужно всего-навсего убедить ее...
   ***
   Разбудил их Барни, всех, кроме Анжелы, которая стояла в карауле. И Барни принес им завтрак. Он разбудил их, хлеща своим обрубком хвоста, семеня кругом и норовя лизнуть влажным языком, приветственным лаем.
   Джилл изучил добычу Барни и развел костер.
   - Шестиногие кролики! - покачал головой он. - Не удивительно, что старый пес так привязан к этому месту.
   Он уже бывал здесь. И поскольку он, похоже, не боится нашего окружения, то, может быть, и нам тоже не следует его опасаться.
   Когда он потрошил и готовил кроликов - потому что зверьки были именно ими, более-менее, точнее, двумя ногами более, - Анжела спросила:
   - А тебя не беспокоит, что они могут быть ядовитыми?
   - Видишь этого пса? - ответил вопросом на вопрос Джилл. - Когда мы видели его в последний раз, он выглядел тощим и откровенно несчастным. Но сейчас он толстый, как хряк. Как, по-твоему, что он съел?
   - Кролика, - кивнула она. И согласилась:
   - Вероятно, ты прав. В конце концов, он же был собакой егеря.
   И должен знать, что годится, а что нет.
   - Всего лишь понюхав это жарящееся мясо, - усмехнулся Уэйт. - Я и сам могу вам сказать, что годится! Судя по тому, как урчит у меня в животе, я бы, вероятно, в любом случае, рискнул его съесть. И если поразмыслить, что нам терять?
   И поэтому они съели кролика; в том числе и Кину Сун через дырку в маске-рукаве. Но маленький китаец не был собой; или скорее, он снова стал иным, хотя трудно сказать - каким, они не достаточно хорошо его знали. Но хотя китаец и не пытался по-настоящему высвободиться из своих пут, он все же продолжал вытягивать шею, словно его что-то беспокоило. Он также много вздыхал и стонал, почти не прикасался к пище.
   - Я ведь не так уж и сильно его ударил, - покачал головой Тарнболл. Во всяком случае, мне так не казалось. Может быть, он просто истощил силы. Что не удивительно. На мне тоже сказывается перенесенное.
   Они молча ели, жадно уплетая хорошее мясо. Для всей компании кроликов Барни хватило ненадолго, но они, по крайней мере, заполнили пустоту в желудках.
   Покончив с едой, Джилл сказал:
   - Мне требовался сон. Для меня сон всегда служил расчетной палатой мира яви. Всю чушь я оставляю в снах и выхожу только с хорошим материалом. В любом случае, хорош он или плох, а я кое-что надумал.
   - Мы все внимание, - сказал Тарнболл.
   - Помните прошлый раз?.. Ладно, знаю, что помните. Но я сейчас говорю о конкретике, а именно о том, как нам навязали кошмарный сценарий Сита.
   - Ты имеешь в виду то, что миры, в которые мы вступали, были нашими мирами, созданными из наших самых дурных снов, ставших явью? - подала реплику Анжела.
   - Точно, - подтвердил Джилл. - Или не точно. Но, в любом случае, помните, как это работало?
   - - Разумеется, - сказал спецагент. - Первый, кто проходит через дверь, какой бы она ни была, и устанавливает сцену. Для меня - скверное время, выпавшее в Афганистане. Для Анжелы это...
   - Это был рай, - оборвала она его. - До тех пор, пока Сит не заполнил его копиями моего мужа! А для тебя, Спенсер...
   - Это был безумный машинный мир, - снова перехватил нить разговора Джилл. - Совершенно верно. И я гадал вот о чем: будет ли на этот раз твориться то же самое? Работает ли эта система именно так? Сит сказал, "змейки и лесенки". Но не сказал, кто должен бросать кости.
   - Ты хочешь сказать, что, возможно, их бросаем мы!
   - Это выдал Стэннерсли.
   - Ну, разумеется, мы, - рассудил Тарнболл. - Ведь мы же игроки!
   - Кто первый прошел через дверь в болоте? - Джилл теперь разволновался. - Я. И где мы очутились? В безумном машинном мире. Потому что он не выходил у меня из головы с той минуты, как я сообразил, что дела обстоят как-то не правильно. Ладно, давайте поработаем над этим. Кто первым прошел через невидимую дверь в потолке пещеры?
   - Я, - произнесла с недоумевающим видом Анжела. - Но что у меня общего с этим местом?
   - Ничего, - покачал головой Джилл. - Видишь ли, в том-то и дело. Ты прошла не первой. Сперва прошел Барни...
   - Но Барни же собака! - возразил Джордж Уэйт.
   - Да, и весьма целеустремленный пес, - уточнил Джилл. - И игрок. Нравится нам это или нет, а Барни тоже участник игры. Мне лично это нравится. Да, разумеется, он пес. Ну и что? Это очень здравомыслящий, умный пес. И он на нашей стороне.
   - Ты думал о своем машинном мире, - задумчиво произнес Тарнболл. - И ты постучался в дверь. Барни, надо полагать, думал о шестиногих кроликах. Он прошел первым, и мы все очутились здесь. Ладно, на мой взгляд, это срабатывает. Так что.., кто следующий бросает кости?
   Но Джилл лишь кивнул и предложил:
   - Давайте поработаем над этим, когда найдем дверь.
   Глава двадцать вторая
   - Двери! - произнес Джилл. - Или, скорее, та самая дверь. Такая должна быть, иначе не получается никакой игры. Вся трудность в том, как ее найти, и у нас пока нет никакой подсказки. В прошлом я обычно натыкался на них по ходу дела, я имею в виду подсказки.
   Да и на двери тоже, если поразмыслить.
   - Но какое выбирать направление? - Джордж Уэйт посмотрел на тянувшиеся во все стороны горизонта зеленые просторы. - Я хочу сказать, мне кажется, если мы куда-то отправимся, то столь же вероятно, будем направляться к этой самой волшебной двери, как и удаляться от нее.
   - Верно, - согласился Джилл. - И именно потому-то мы и не станем идти слишком далеко. Видите ли, когда я сказал "мы пойдем", то имел в виду, что мы займемся делом выживания. Посмотрите-ка вон туда. - Он показал вниз по ярусам осыпающейся, заросшей ползучими растениями лестницы с наружной стороны амфитеатра, и сквозь лесной полог на проглядывающую сквозь лиственный покров искрящуюся ленту. - Вода.
   Речка. Одному Богу известно, когда нам выпадет другой случай пополнить запасы воды, и выпадет ли вообще.
   Я вот о чем говорю: когда мы найдем-таки дверь, то вполне возможно, попадем из огня да в полымя, понимаете? В настоящее время мы, возможно, на "лесенке", а следующий бросок отправит соскальзывать по "змейке". Но я хотел бы оказаться подготовленным. У нас сейчас почти не осталось начальных запасов пищи, а здесь мы окружены лесом, дичью, плодами и кто знает, чем еще, годным в пищу? И годятся ли местные продукты в пищу? Поэтому, раз мы на данный момент никуда не собираемся...
   - Нам следует с толком использовать это время и собрать какой-никакой урожай? - догадался Тарнболл. - Здорово! Вот я, охотник-собиратель, точь-в-точь как маленькие шестиногие ребята на тех стоячих камнях. - А затем более серьезно:
   - Командами?
   - Безусловно, - подтвердил Джилл. - Никто не должен идти сам или сама по себе. И мы все остаемся в пределах слышимости друг от друга. Сейчас, когда утренний хор немного поутих, перекликаться, наверняка, будет не слишком трудно. - И, сложив руки рупором, громко крикнул "Алло", и крик возвращался эхом вновь и вновь.
   - Ладно, значит, идем командами, - заключил спецагент. - Я с Мирандой. Э, кому-то ведь следует присматривать за слабым, прекрасным полом, верно?
   - Верно, - улыбнулся несмотря на их нелегкое положение Джилл. - И уверен, она о тебе хорошо позаботится! Я отправляюсь с Анжелой.
   Стэннерсли посмотрел на Уэйта.
   - Так кто чем занимается? И какой срок?
   - Вы с Джорджем набираете воду, - решил Джилл. - Возьмите наши пустые фляги и пополните их. Но.., я бы вам предложил сперва проверить воду.
   - Как? - Это спросил Уэйт.
   Джилл подумал об этом и предложил:
   - Возьмите с собой пса. Если он не станет пить, то нам, вероятно, не повезло.
   - Эти кролиководные должны пить, - возразила Миранда.
   - Верно, но мы ведь не знаем, откуда, - указал ей Джилл. - При всем, что нам известно, они могут получать свое жидкое питание из корней или листов. Я говорю вот что: играйте на слух, но осторожно.
   - Ладно, - сказал Стэннерсли. - Бар ни сопровождает нас с Джорджем. А в случае, если он сцапает по пути пару кроликов, тем лучше.
   А Тарнболл решил:
   - Я лично, думается, испробую плоды. На том заросшем участке в середине сада прошлой ночью росли тыквы. Да и на деревьях попадались странные на вид фрукты. Ведь, возможно, тут самый настоящий райский сад. - Он покосился на Миранду. Та избегала встречаться с ним взглядом, но Джилл с удивлением увидел, что ее ненарумяненные щеки внезапно покраснели.
   - Ну, а я, - сказал Джилл, - мы с Анжелой.., будем искать дверь.
   - Без всяких подсказок? - напомнил ему Тарнболл.
   - Без подсказок, - покачал головой Джилл, - но, может быть, с помощью шестого чувства. - Он слегка постучал себя по носу. - Ведь эти двери - врата из синтезатора.., в параллельные миры? Во всяком случае, в пространства между известными нам пространствами.
   Они созданы машинами или вызваны машиной, как файл на диске компьютера. А у меня, как вам всем известно, чутье на машины. Так что покуда вы занимаетесь охотой или собирательством, или запасаетесь провизией, я постараюсь отследить дверь.
   - А разве Барни не поймет, где она? - предположил Уэйт. - Я имею в виду, если он уже бывал здесь?
   - Вероятно, он знает, - сказал Джилл. - Но ты пробовал взглянуть на это с его точки зрения? Барни в хорошей компании. А там, в лесу, навалом еды. И он знает, что ему не по нраву другие посещенные им места.
   Так что.., что бы ты стал делать на его месте?
   - Ничего, - Уэйт с завистью поглядел на Барни. Тот лежал, свернувшись у подножья приземистого стоячего камня, наполовину в тени, наполовину на свету двух солнц, и щурился, глядя на людей, вскинув одно ухо.
   - Чертовски верно, - согласился Джилл. - Но, с другой стороны, мы не можем себе позволить потерять его.
   Так что возьмите его на поводок.
   - У меня в сумке есть немного прочной бечевки, - предложила Анжела. И, покуда она доставала веревку, Джилл продолжал:
   - Координация. Мы не смеем разделиться или слишком долго оставаться порознь. Поэтому давайте вернемся все сюда через час. Что же до Кину Суна...
   - Предоставьте его мне... - вызвался спецагент.
   Миранда вздрогнула и сразу же возмутилась:
   - Джек!
   - И я привяжу его к тому камню ползучим растением, - продолжал Тарнболл. - Мы оставим поблизости еду и воду, и я освобожу ему правую руку до локтя. - А затем, повернувшись к Миранде, невинно спросил:
   - Э, ты что-то сказала?
   Через несколько минут, когда они были готовы выступить, Джилл сказал:
   - Ладно, давайте вернемся к полудню. То есть, когда большое солнце дойдет почти до максимальной высоты - может, чуть больше, чем через час, идет?
   Все согласились и двинулись в разных направлениях вниз по наружной лестнице...
   ...И через час вернулись, как договорились. Тарнболл и Миранда пришли всего на несколько минут позже остальных и выглядели всего лишь чуть бледнее, когда, наконец, с трудом поднялись по широкому внешнему кругу обветшавшей лестницы.
   - Проблемы? - Джилл взял Миранду за руку и помог ей подняться на уровень.
   - Некоторые, - слабо кивнула она. - Фрукты отпадают. Я имею в виду, определенно не годятся.
   - Большинство из них, - добавил, криво улыбнувшись, Тарнболл. - Но тыквы пригодны. Они полны сладкой воды и помогли промыть наши пищеварительные системы. И, поверь мне, нам это требовалось! Знаешь, что нас достало? Всего лишь пробы - я имею в виду, кончиками языков - штуки, которая была неотличима на вкус от груши.
   - И сладкой, - добавила Миранда. - Но, как и говорит Джек, мы не ели, только попробовали, а потом - отложили их, чтобы посмотреть, что же произойдет. А произошли - из нас: рубленая крольчатина и солонина.
   Так что мой желудок вернулся к изначальному состоянию - он пуст!
   - Я, э-э... - Тарнболл выглядел сконфуженным. - Попробовал фрукты нескольких разных видов. Всего лишь попробовал, обещаю. Но остальные из них оказались столь же вулканически, э-э, слабительными. Так что, как сказала Миранда: фрукты вычеркиваем.
   А Фред Стэннерсли поспешил порадовать их:
   - Но орехи отличные! - Он и Уйэт, похоже, пребывали в отличном настроении, выглядели веселыми и жизнерадостными. Они принесли с собой большие гроздья орехов, похожие общими очертаниями на ананасы, которые очень легко распадались на отдельные ядра с мягкой кожурой и размером с большой палец. И Стэннерсли продолжал:
   - Именно их-то и едят кролики. Когда эти штуки падают с кустов, эти шестиногие малыши мигом набрасываются на них. И настолько косеют, что делаются совсем уж легкой добычей. Старый добрый Барни, как видишь, поймал еще парочку. - Он поднял за уши одно из названных созданий.
   - Сколько орехов вы съели? - озабоченно спросил Джилл.
   - Вшево по паре кашдый, - подтвердил Уэйт. - Они шертовски хороши, ЛТпенсер. - И, обращаясь к Тарнболлу:
   - Эй, Дшек! С помошчью этих штучек мошно заставить забродить кой-какое сверхмошчное питье!
   - Ну и ну! Разве можно не возненавидеть их? - пробормотал Джек, не обращаясь ни к кому конкретно. - Это все равно, как опоздать на вечеринку и обнаружить, что все мертвецки пьяны, кроме тебя.
   - А как насчет воды? - спросил Джилл.
   - Отлишная вода, - невнятно произнес Уэйт. - Барни подпил - запил напился - черт, и я тоше - напился ее, так что и мы тоже напились, Замешательното как! Все фляги наполнены. - Он тяжело сел.
   - Отлично, - молвил Джилл, хотя был совсем не уверен, что это так. Разделим орехи по нашим рюкзакам, так же, как воду и те мелкие тыквы. Позже мы приготовим кроликов и съедим, не откладывая. Но я бы хотел предупредить вас: не ешьте пока орехов. Давайте посмотрим, нет ли у них каких-нибудь пост-эффектов - то есть, помимо очевидных.
   - Я мог бы попробовать.., может, один, как думаешь? - облизнул губы Тарнболл.
   Но Джилл решительно заявил:
   - Думаю, тебе никаких не следует пробовать!
   А Миранда в то же время говорила с Анжелой:
   - Вы явно не нашли дверь, - сказала она.
   Анжела покачала головой.
   - Мы спустились на внешнюю сторону амфитеатра и принялись обходить его кругом. Но если это сооружение ярдов двести пятьдесят в поперечнике, то по окружности у него примерно восемьсот ярдов. Почти полмили, и в основном, это густые джунгли. Джилл думал, что, возможно, мы найдем дверь там, внизу. Но не повезло.
   Мы одолели больше трети пути, но поняли, что, если будем продолжать в том же духе, то не поспеем к первому крайнему сроку. И поэтому повернули назад.
   Когда закончила рассказ - вдруг, как гром средь ясного неба прозвучали, поразив всех, слова Кину Суна:
   - Джилл... Спенсер Джилл. Нам пора поговорить, нам с тобой.
   Маленький китаец достаточно освободился от своих пут, чтобы нагнуться и стянуть с головы импровизированный колпак. Но остальные застыли, как вкопанные, совсем не из-за этого. Причиной стал голос - его глухо гремящий, угрожающий голос, который совсем не походил на голос Суна.
   Он возникал и пропадал, словно плохо принимаемый радиосигнал. И Джилл знал этот голос и боялся его.
   - Сит! - Он прыгнул к Суну, попытался заглянуть ему в глаза. Но Сун поворачивал голову, оглядываясь вправо от себя, пока, наконец, не остановил свой взгляд прямо на Джилле. А затем изрек:
   - Итак, я прав. Вы вернулись в это место. - И по этим словам Джилл окончательно понял, что это Сит.
   - Просто удачный бросок, - ответил Джилл, захваченный врасплох, не зная, что еще сказать, когда уставился прямо в черные, неподатливые, а теперь и пронзительные глаза. Но в ответ услышал неожиданное:
   - Нет, - возразил Сит-Сун. - Леудачный бросок! - И глаза на лице Суна отвели взгляд от Джилла и всего лишь на кратчайший миг обратились к двум солнцам, прежде чем снова вернуться к Джиллу. - Ты знаешь, где вы?
   - А ты? - Джилл оправлялся от неожиданности, почувствовав себя сильнее, когда вокруг него собрались остальные.
   - Нечего играть словами, Джилл, - бросил Сит. - Вам осталось жить всего десять минут. Ты растратишь их на остроты?
   Джек Тарнболл смотрел туда же, куда посмотрел Сит-Сун. Солнца? Что-то не так с меньшим?
   - Меньшее солнце странно себя ведет, - отметил рослый спецагент. - Оно выбрасывает сияние, как сумасшедшее, вспучиваясь или пузырясь по экватору. И, похоже, оно все ближе подваливает к старшему брату.
   - Это не его брат, мистер Тарнболл, - уведомил его Сит. - Именно по этой причине фоны и не заняли этот мир - или же заняли только для того, чтобы покинуть его три тысячи лет назад. И по той же самой причине его не захотели забрать себе ггуддны. Потому что не предвидели вот этого - прибытия в эту солнечную систему скитальца, и столкновения, приведшего к уничтожению обоих солнц и этого мира в громадной вспышке новой звезды!
   - Господи! - вымолвил Уэйт, отчаянно пытаясь протрезветь. - Он сказал десять минут?
   - Но откуда тебе это знать? - выкрикнул Джилл. - Откуда тебе знать, когда это произойдет?
   - Я точно знаю, когда это произойдет, - уведомил его Сит через Кину Суна. - Я знаю, когда именно. Что?
   Но вы думаете, будто это происходит сейчас, мистер Джилл? О, нет - это произошло три тысячи лет назад!
   А когда вы были здесь в прошлый раз... Думаете, то, что произошло, происходило и тогда в то самое время?
   Ха! Ох уж эти простоватые умы первобытных рас. Мы это записали, мистер Джилл! И это прокручиваемые записи. Но, с вашей точки зрения, это ведь и правда происходит-таки сейчас! Единственная разница в том...
   - Что мы в этом участвуем! - охнул Джилл. - Но... ты сказал, что мы вернулись в это место. И говорил о прошлом разе, когда мы были здесь.
   - А! - догадался Сит. - Вас ввели в заблуждение два солнца. И луны, которые прибыли на большой орбите вокруг маленькой белой звезды и, в конце концов, попали под влияние этой планеты.
   Тут охнула и Анжела.
   - Так значит, это все-таки мир Особняка - но в конце записи, намного позже нашего визита!
   - Это другая сторона того мира, - уточнил Сит. - Что, несомненно, послужило третьей причиной, помешавшей вам узнать его.
   И Тарнболл простонал:
   - А четвертая - ядовитые фрукты... Господи!
   - И все это неважно, - заключил Сит, - потому что ваше присутствие здесь не вызовет ни малейшей разницы.., и осталось только восемь минут. Голос его возникал и пропадал, то усиливаясь, то стихая, но становясь все слабее и слабее. - Увы, похоже, я скоро потеряю свои глаза, уши и голос, проговорил он таким раздраженным тоном, что Джилл даже смог представить себе, как лицо Сита-Баннермена недовольно нахмурилось.
   - Дефект в вашем импланте? - осведомился Джилл, начиная покрываться потом. - Ваша технология не столь совершенна, как вам хотелось бы думать, не так ли?
   - Но намного опережает вашу, мистер Джилл. Семь с половиной минут.
   - Итак, игра заканчивается, и мы изжаримся, - резко бросил Джилл. - Ну, по крайней мере, мы от тебя избавимся! - Это была хитрость: он умолял Сита дать этому здесь и закончиться, и не бросать их в кусты терновника.
   - Избавитесь от меня? - переспросил Сит, голос которого звучал еще ниже, шепотом из трещащих помех. - А по-моему, совсем наоборот! Вот только.., я еще не готов избавиться от вас. Потому что вы заслуживаете намного большей боли, и я наслаждаюсь этим, ах, настолько сильно, а все выглядит так, словно я не смогу увидеть.., увидеть этот процесс до самого конца. Что мне очень даже хочется. Поэтому думайте, мистер Джилл, думайте... потому что пес дорогу знает!