Веннер вела себя достаточно спокойно, как и все представители ее нации. По крайней мере те, кого я знала лично. Вряд ли хдиги притворялись, Геноит действительно никогда не мог понять то состояние беспокойства, в которое я иногда впадала. Даже перед важными встречами или событиями, как тогда, когда мы ехали в гости к его родителям. Такое ощущение казалось ему странным и непонятным. Он говорил, что у хдигов даже нет в языке слова, эквивалентного слову «страх». Поначалу я не верила и считала, что супруг просто пытается представить свою нацию в как можно более выгодном свете. Однако впоследствии, раздумывая о нашей с ним жизни, пришла к выводу, что Геноит действительно никогда не проявлял ничего похожего на беспокойство или страх. Его действия были обдуманны и тщательно спланированы.
   Наверное, Веннер тоже такая. Внешне и физически она не очень напоминала Геноита, разве что своим невозмутимым видом. Лицо хдигиянки было заметно тоньше и более вытянуто. Пигментация неравномерна, похожая на темные веснушки на красноватом лице. Вертикальные зрачки казались темного цвета, в то время как у Геноита они были желтоватыми. Она не отрываясь спокойно смотрела в камеру. Видимо, у нее имелся большой опыт общения с представителями других инопланетных рас, потому что обычно хдиги избегают прямого зрительного контакта с чужаками. Смотреть в глаза разрешается только любовникам и врагам.
   Стоун кашлянул и обратился в камеру:
   – Доброе утро, жители Иокасты!
   Часы Элеонор показывали 08:00.
   – Наши друзья, представители Нового Совета, обратились ко мне с просьбой разъяснить для вас ряд вопросов. Первое – проблема общественной безопасности.
   Веннер положила ему на плечо свою длинную руку. Вполне собственнический жест с ее стороны.
   – Мы намереваемся сделать так, чтобы наше присутствие на станции не беспокоило вас, – сказала она. – Мы – ваши представители. Не сомневайтесь, наша деятельность призвана служить вам во благо!
   Она говорила на языке земного стандарта медленно, с некоторым акцентом и вместе с тем с нотками покровительства и снисхождения.
   Стоун снова кашлянул и продолжил:
   – Да… Уверен, теперь мы относимся к возникшей ситуации более спокойно.
   Очевидно, такие слова не совсем пришлись Веннер по душе, и она фыркнула.
   Я внимательно изучала Стоуна. Как всегда аккуратный серый костюм. Волосы гладко причесаны, лицо выбритое и ухоженное. Однако костяшки на руках побелели от внутреннего напряжения.
   – Прошу вас сотрудничать со службой безопасности в поддержании нормального функционирования станции. Возможно, некоторым из вас придется временно поменять свои деловые планы. Все действия необходимо согласовывать с администраторами секторов. Мы разработаем особую систему компенсаций за причиненные неудобства. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и проявите терпение, – сказал он и бросил быстрый взгляд на Веннер.
   Зрачки хдигиянки дернулись одновременно с мускулами лица.
   Пот со лба Стоуна медленно катился по лицу к шее. Вряд ли он успел принять замедлитель реакции на феромоны. Наверное, думал, что вполне может справиться с эффектом и без помощи медикаментов. Я тоже так считала в первые дни пребывания на Руарле, но постоянное воздействие феромонов на незащищенный организм закончится тем, что человек перестанет есть и спать. Видимо, Стоуну придется пройти через это испытание, если он упрямо не желает принять лекарство.
   Исполняющий обязанности главы станции посмотрел на пустой стол, затем поднял глаза и продолжил:
   – В данный момент доступ в гиперпространство закрыт. Еще раз прошу вас проявлять понимание и спокойствие. Как только ситуация изменится, мы сообщим вам об этом. Если возникнет необходимость воспользоваться гиперпространством, как только вход в туннель будет разрешен, напишите заявление с просьбой и направьте ее управляющему вашего отсека.
   После некоторой паузы он возобновил речь:
   – Мне доложили, что на станции появились слухи о том, что к нам незаконно проникли некоторые опасные индивиды…
   Я не сразу поняла, что он имеет в виду кчинов.
   – …администрация заверяет вас, что подобные слухи абсолютно беспочвенны. Наши друзья из Нового Совета пообещали не допустить никакого вторжения в жилые сектора станции. Любая попытка будет жестко пресекаться. Просим предпринимателей временно воздержаться от прошений о компенсации. Подождите до прояснения ситуации на станции.
   Стоун наклонился вперед почти вплотную к камере.
   – Прошу вас – не обращайте внимания на разные слухи и сплетни! Ждите официальную информацию от руководства Иокасты. На данный момент это все, что я хотел сказать вам. Желаю удачного дня!
   Экран погас, но мы успели увидеть, как Стоун резко отодвинул стул и обернулся к Веннер.
   Я спустила ноги с кровати и скривилась от отвращения, увидев, что руки и ноги сплошь в красных ссадинах и кровоподтеках. Наверное, я еще никогда так отвратительно себя не чувствовала и так ужасно не выглядела! Хорошо хоть, что комната перестала вертеться перед глазами.
   – Сколько кчинов находится сейчас в центральной части станции? – спросила я, понимая, что Элеонор вряд ли может ответить на вопрос.
   – Не знаю.
   – Какие-нибудь попытки вмешаться в системы станции были?
   – Хэлли! У меня и здесь полно забот! Ответы на все вопросы тебе даст Мердок.
   Она подошла и положила рядом со мной стопку одежды. Темно-синяя военная форма с эмблемами Конфлота, серое белье с саморегуляцией тепла.
   – Тебе лучше немного отдохнуть, а потом пойти в центр и все узнать на месте. Отсюда связываться вряд ли безопасно. Билл сказал, что Новый Совет скорее всего взял под контроль системы коммуникации. К тому же они попросили ограничить связь.
   Я взяла нижнюю майку и осторожно натянула ее на покрытое синяками тело. Одно неосторожное движение – и плечо с шеей вновь прорежет полоса боли.
   – Ай! – Я все-таки не смогла сделать это аккуратно.
   Элеонор подошла к столу с инструментами и медицинской техникой, однако затем, вероятно, поменяла мнение и повернулась ко мне.
   – С тобой все будет в порядке. Скоро поправишься. Плечо тебе вправили на место, однако никаких медикаментов не даю. Надо, чтобы организм восстановился после чрезмерного приема детокса, так что некоторое время придется потерпеть.
   Лицо Джаго выглядело немного бледнее обычного, а на лбу появились три морщинки, которых раньше я не замечала. Она тоже очень волнуется, но держится и не показывает своих чувств.
   – К тому же надо экономить препараты. Никто не знает, сколько продлится эта ситуация и… что за фокусы выкинут кчины…
   Я понимала ход ее мыслей. Если этим убийцам позволят свободно разгуливать по Иокасте, они натворят немало бед. Вряд ли Новый Совет может полностью ими управлять. Да и как можно управлять существом, у которого нет разума и чувств?! Элеонор явно боялась, и это открытие даже немного меня шокировало. Даже в самые трудные моменты блокады сэрасов Джаго проявляла удивительную стойкость и бодрое расположение духа. Я решила сдержать жалобы и принялась натягивать брюки. Ноги были ватными, и я держалась за койку, чтобы не упасть.
   Элеонор наблюдала за тем, как я пытаюсь сохранить равновесие. Наконец, закончив одеваться, я села на кровати, чтобы надеть ботинки.
   – Ты можешь дать мне что-нибудь от тошноты? – спросила я.
   – На, попробуй вот это.
   Она протянула мне небольшую чашку с темной мутной жидкостью.
   – Пахнет отвратительно! А мне еще хуже не станет?
   – Выпей или справляйся с тошнотой как знаешь!
   На вкус жидкость оказалась еще более ужасна.
   – Это настойка на травах гакорийцев, – сказала Элеонор, поднося полотенце. – Мы получили множество положительных результатов ее использования в последнее время.
   Я недоверчиво посмотрела, но почувствовала, что тошнота отступила.
   Элеонор положила мне в руку коммуникатор.
   – Хэлли, ты ведь предпримешь что-нибудь для прекращения этого кошмара?
   Я открыла рот, чтобы саркастически ответить что-нибудь вроде: «По-моему, Стоун отлично справляется со своими обязанностями», однако посмотрела на ее заботливые руки, которые взяли меня за ладонь и крепко ее сжали, и промолчала. Элеонор надеялась на меня и очень волновалась.
   Я торопливо прикрепила устройство связи на поясе.
   – Мы справимся! – коротко сказала я.
 
   Как мне удалось так убедительно ответить? Действительно, между нашими словами и мыслями часто кроется огромная пропасть! Лицемерие? Притворство? Это всегда не нравилось Геноиту. Наверное, это и есть самая большая разница между хдигами и людьми. Они по-другому относятся к жизни: черное и белое, жизнь и смерть имеют в их представлении совсем иное значение. Только честность, никакого вранья! Хдиги могли плести интриги, но в лицо другому существу они никогда не могли солгать.
   Да, никакой лжи! Я сказала Элеонор, что мы справимся, но сама отнюдь не столь уверена в последствиях появления Нового Совета. Почему же я так сказала? Опять вспомнилась блокада. Шесть месяцев унесли жизни нескольких сотен жителей. Умирали не только военные Конфлота и Земного Флота, но и простые жители, и беженцы. Не считая тех, кто попытался спастись со станции в первые часы оккупации Иокасты, и тех, чьи тела мы так и не похоронили… Сейчас на станции все системы жизнеобеспечения работали в двойном объеме: на Иокасте находилось гораздо больше положенных 300 тысяч жителей.
   Я шла по коридору госпиталя мимо магнитных каталок и кресел для больных. Медицинский персонал, как всегда, занят своими обязанностями, но на лицах читались тревога и страх.
   Я вышла из дверей и попала в большой яркий коридор кольца «Гамма». Люди толпились вдоль стен, освобождая дорогу двум большим телегам. Две группы диров с голубой кожей стояли прямо посередине дороги и о чем-то громко спорили. Сорвав с себя плащи и головные уборы, они громко возмущались друг другом. Багаж с телег упал на пол: коробки, сумки, охапки одежды и различные товары валялись вперемежку вокруг.
   Слышались слова «эвакуация», «Новый Совет», «бизнес». Люди, пытавшиеся пройти эту кричащую ораву, тоже ругались и возмущались. Очевидно, на станции уже нарастала атмосфера недоброжелательности, нервы у жителей на пределе.
   Страх повис в воздухе, как красные знамена на телеге диров. Красные флаги приветствия кчинам… Или для усмирения их гнева. Согласно легендам, красный – единственный цвет, который различают эти кровожадные твари.
   Единственный солдат в округе безуспешно пытался навести порядок. Он убеждал диров успокоиться и отойти в сторону, давая проезд транспорту и проход другим жителям. Военный бегал от одной группы к другой, сердито размахивая руками. Я осторожно прошла сквозь толпу и подошла к нему.
   – Констебль! – Мой голос прозвучал немного хрипло. – Вы послали за подкреплением?
   Он посмотрел на меня, изучая количество звездочек на погонах.
   – Да, мэм. Но не думаю, что в центре есть свободный резерв солдат.
   – Я как раз направляюсь в главный штаб. Постараюсь что-нибудь предпринять.
   Он кивнул и повернулся к дирам. Одна из коробок раскрылась, и маленькие, похожие на крабов животные резво пустились по дороге. Это слегка напугало толпу, послышались ругательства и недовольные крики.
   Звуки вокруг существенно изменились со вчерашнего дня. Еще день назад станция гудела так, как я ранее не слышала: оживленная, мирная, вся в своих больших и маленьких заботах. Прошло семь лет с тех пор, как я прибыла на Иокасту. Мы испытали много трудностей, нападений, атак, блокаду, пожары. Не помню, было ли здесь когда-нибудь полноценное мирное сосуществование разных культур. Сегодня все вновь возвращается на круги своя. То и дело где-то срабатывала сигнализация, раздавались хлопки и постукивания приборов. Системы станции начали бороться за выживание.
   Я чувствовала себя горько, слабо и испуганно. И это тоже в данный момент абсолютно нормально. То ли смеяться, то ли плакать…
   Интересно, капитан эскадрильи Нового Совета Веннер знала Геноита? Почему она прибыла сюда с Эн Сератом? Вполне очевидно, что инвиди использовал их, чтобы получить «Провидца». Мердок рассказывал, что, когда искал меня, обнаружил Серата на одной из планет-колоний хдигов. Может, именно Серат в свое время проложил туннель в гиперпространстве между Центром Конфедерации и Руарлой, главной планетой цивилизации хдигов?!
   Где же найти ответы на все эти вопросы? Наверняка в каких-нибудь секретных архивах инвиди, но никто из девяти нижестоящих цивилизаций не мог получить доступ в такие системы данных. Может, кто-то все-таки знает? Попытаюсь спросить хдигов: вдруг в их исторических архивах больше информации о первых контактах с инвиди, чем у нас?
   В общем-то вряд ли Веннер потрудится ответить на вопросы. Почему они все еще здесь? Судя по тому, что я видела, Стоун пытался сохранять видимость спокойствия, но большинство жителей понимали, насколько ситуация опасна. Если Новый Совет надолго здесь обоснуется, то Конфлот примчится и атакует Иокасту. Станция окажется в прямом смысле между двух огней. Почему Эн Серат не возьмет свой корабль и не уберется отсюда со своими новыми друзьями? Если, конечно, это возможно… Вряд ли инвиди предоставил Веннер и ее товарищам секрет технологий использования гиперпространства, иначе Веннер не подвергла себя опасности, ожидая прибытия военных сил Конфедерации.
   Я остановилась у пункта связи и попыталась найти на голографической карте станции местонахождение биосигналов инвиди или хдигов, но интерфейс сообщил, что доступ к информации для меня закрыт.
   – Тогда скажи хоть, где же сейчас Эн Серат! – застонав, мысленно попросила я.

Глава 30

   В главном штабе службы безопасности кольца «Альфа» за столом в приемной сидел сержант Рик Банна. Увидев меня, он сразу показал рукой на второй этаж. Человек маленького роста, с носом похожим на клюв птицы и коротко постриженными серыми волосами, Банна прибыл на Иокасту в числе состава первых исследовательских отрядов с Земли. В то время станция состояла всего из полутора колец.
   Отправив меня наверх, дежурный принялся разбирать жалобу сидящих перед ним отчаянно жестикулирующих гарокианцев. Я подождала, пока они сделают паузу, и сообщила сержанту о ситуации в кольце «Гамма» и о том, что констеблю требуется подкрепление. Наверху, в зале брифингов, собралось более тридцати человек. Зеленые мундиры сотрудников службы безопасности станции и небольшая группа людей в синей форме Конфлота. Я вошла в приоткрытую дверь и незаметно встала у стены. Передо мной с ноги на ногу переминалась пара здоровяков в форме оливкового цвета.
   Зазвучал голос лейтенанта Сасаки:
   – …Помните, что нам надо растянуть свои ресурсы как можно дольше. Так что постарайтесь проявить чудеса экономии.
   Я протиснулась между констеблями и увидела, как место Сасаки занял Мердок. Позади него на стене светилась голографическая карта станции в виде хитросплетений и тонких нитей ярких значков. Желтые обозначали дороги, зеленые – коридоры, синие – вертикальные каналы связи между ярусами, включая лифты и шахты. Красные звезды обозначали расположение постов службы безопасности. Судя по карте, военные находились в самых разных частях станции, но в центре их почти не было.
   – Хорошо, я еще раз кратко опишу ситуацию, затем – вы свободны, – начал Мердок медленным спокойным тоном. – Первое – кчины.
   Раздались тихие тревожные возгласы.
   – Знаю, знаю, – сказал Билл. – Придется оставить их в покое, пока они не атакуют нас первыми. Если они вообще атакуют нас… Вы уже слышали доклады сержанта Квона и констебля Сина. Кчины, которые прибыли с кораблями Нового Совета, ведут себя не так, как их предшественники. Они меньше размером, по-другому реагируют на окружающие объекты и, вполне возможно, слушаются приказов начальства из Нового Совета.
   Мердок остановился, кивнул кому-то в толпе, затем продолжил:
   – Я опросил нескольких членов команды погибшего «Мстителя». Они подтвердили, что эти кчины ведут себя не столько как машины-убийцы, сколько как разумные существа.
   – Сэр! А правда, что они могут разговаривать? – спросил один из офицеров.
   Мердок покачал головой.
   – С точностью утверждать нельзя. Согласно данным экипажа «Мстителя», они вполне понимают приказы. Зафиксирован лишь единичный случай, когда якобы слышали их речь, однако при всем моем почтении к констеблю Пуи достаточных доказательств нет. В любом случае не советую вам приглашать кого-нибудь из головорезов на чашку чая или поговорить «о жизни»!
   В зале раздался смех. Билл умел поднять дух своих подчиненных даже в самые трудные моменты.
   – Так что оставим их в покое, – повторил Мердок уже серьезным тоном. – Но мы должны быть готовы, что в любой момент на станции начнут резню. Главные объекты мы уже эвакуировали. Отряд сержанта Десая проведет работу в инженерном отсеке. На время надо ограничить перемещение жителей между секторами. Никаких проходимцев, которые «должны спасти старую реликвию покойной бабушки из другого отсека», не пропускать!
   Раздался еще один взрыв хохота. Подобное уже происходило, когда некоторое время назад мы опечатали ряд отсеков.– Надо ограничить все перемещения!
   – Здания будем закрывать? – раздался чей-то вопрос.
   – Если они находятся в запретной зоне или зоне риска, то, безусловно, да! Активируйте на опасных территориях все системы защиты и сигнализации. Нам надо ограничить передвижение подонков из Нового Совета. Хочется надеяться, что эти уроды будут вести себя хотя бы не хуже, чем тот, которого мы видели в последний раз…
   Я не могла согласиться с таким заявлением. Кчин, появившийся на Иокасте незадолго до конца блокады сэрасов, атаковал и убил троих землян в кольце «Дельта». У чудовища было подобие крыльев, которые оно использовало для плавного перемещения с верхних ярусов на нижнюю палубу. В «полете» кчин успевал разрезать на части несколько невинных жертв. По этой причине убийц иногда даже называли «мечами».
   – Сэр, а они могут проходить через перегородки в секторах, расплавляя металл? – спросил молодой голос, пытаясь сдержать возбуждение.
   – Мы не знаем, – ответил Мердок. – Кто-то говорил, что такое возможно только в вакууме. Например, когда они атакуют корабль извне. Не думаю, что могу в данный момент ответить на этот вопрос. Подождем и будем надеяться, что в скором времени они покинут станцию.
   Так же, как и Билл, и все остальные в зале, я понимала, что простое ожидание – недостаточно для безопасности станции. Мы не могли эвакуировать всю станцию, тем более в короткий срок. Даже при наличии необходимого транспорта и убежища такая задача по меньшей мере нереальна. Иокаста слишком густо населена!
   – Параллельно с этим все патрули и резервы должны контролировать территорию между кольцами. Надо позаботиться о том, чтобы все жители располагали информацией о том, где в случае экстренной ситуации находятся спасательные корабли. Население должно знать, куда бежать в случае необходимости немедленной эвакуации.
   Мердок сделал паузу, обвел присутствующих взглядом и махнул рукой в сторону голограммы.
   – Мы не сможем справиться с этим в одиночку. Даже не пытайтесь противостоять им. Еще раз прошу вас проинформировать всех о местонахождении спасательных шлюпок в разных секторах. Не позволяйте никому впадать в панику, толпиться в коридорах и у выходов. Думаю, мне не следует напоминать, насколько это важно.
   – А как насчет атаки кчинов, сэр?
   Мердок обвел собравшихся задумчивым взглядом, но меня не заметил.
   – Это зависит от масштаба атаки. Если одному из них удастся пройти в секторы станции, ваша главная задача – по возможности эвакуировать всех находящихся поблизости жителей. Обычное плазменное или радиационное оружие бессильно перед ними. Его применение только усугубит ситуацию и повредит жилым секторам. Вы можете начинать огневую атаку только при необходимости защиты мирного населения.
   Тишина. Отряды службы безопасности станции должны сделать все возможное для защиты Иокасты. Вероятно, многим военным придется пожертвовать жизнью, защищая мирных граждан от инопланетных убийц.
   – Я и сержант Родс занимаемся разработкой новых отвлекающих маневров. Как только выработаем действенный план, я дам знать. Есть какие-нибудь вопросы?
   Все молчали.
   – Тогда все свободны. Возвращайтесь к своим обязанностям.
   Комната быстро опустела. Я подождала, пока последние сотрудники покинут зал, затем подошла к Мердоку и Сасаки. Они смотрели на голограмму, повернувшись спиной к двери.
   – Ну и какие у тебя отвлекающие маневры? – спросила я.
   Билл резко повернулся.
   – Ты в порядке?
   Его нескрываемая радость сразу же подняла мой тонус. Я улыбнулась в ответ.
   – Очень даже!
   – Как хорошо, что вы вернулись! Снова к нам вернулись! – сказала Сасаки.
   Мердок прищурился и внимательно посмотрел на меня.
   – Что произошло? – спросил он и вытянул руку, собравшись прикоснуться к моей щеке.
   Я отстранилась, стесняясь Сасаки.
   – Отравление хладагентом. Элеонор говорит, что антидот – или как там это называется – начнет действовать в ближайшие часы.
   Взглянув на полированную поверхность стола, я увидела, что лицо сплошь в синяках. Их как будто становилось все больше и больше. Господи, на кого я похожа!
   – Черт! – выругался Мердок. – Сколько всего свалилось на твою голову!
   – Сейчас не время жалеть себя! Я все же глава… – Фраза оборвалась на полуслове.
   – Правильно! Ты – не глава станции, так что тебе вовсе не обязательно вмешиваться и подвергать жизнь опасности! Отдохни немного.
   – Ага, и жди спокойно, когда кчины найдут тебя, да? Это ты хочешь сказать? Никто не может сейчас считать себя в безопасности, пока монстры на станции! Ты и сам ведь это понимаешь!
   – Хэлли, ну какая может быть от тебя помощь, если ты…
   Сасаки кашлянула и вмешалась в диалог:
   – Шеф, мне передать Родсу, чтобы он начинал?
   – Да, сделай это, пожалуйста, Элен! Я скоро буду!
   Сасаки подняла брови и, кивнув мне, удалилась. Я и Мердок напряженно смотрели друг другу в глаза.
   – Ну и какие у нас меры? – снова спросила я, пытаясь улыбнуться.
   Он круто развернулся к голограмме, провел пальцем по одной из синих колонок и остановился на белом очерченном квадрате.
   – Здесь!
   – Хранилище кораблей на восьмом уровне?
   – Да, «Сигма-41», если быть точнее.
   Название поразительно знакомое, однако я никак не могла вспомнить откуда.
   – А при чем здесь кчины?
   – В этом секторе Вич позволил Триллиту оставить избыточные запасы топлива.
   Огромные контейнеры с быстровоспламеняющимся и взрывоопасным газом находились именно там. Хранилище «Сигма» предназначалось для хранения особо опасных веществ. Очевидно, Мердок имел в виду, что в случае атаки мы можем попытаться заманить их туда и сжечь. Однако в этом случае топливо надо предварительно модифицировать и приспособить для использования в подобных помещениях. Нельзя допустить деформацию обшивки станции.
   – Можно использовать огонь. Распространить дым, а не химические вещества. Установим небольшое взрывное устройство и направим волну по коридору к местонахождению объекта!
   Билл высказал предложение довольно быстро и непринужденно, однако в его глазах читалась крайняя озабоченность и неуверенность в решении.
   Я вздрогнула.
   – Но тогда мы уничтожим на этом уровне и все остальное, а может, пострадают и близлежащие отсеки. Один лишний градус – и мы получим неправильный угол! А о масштабах последствий такой ошибки остается только догадываться.
   – Мы заранее эвакуируем население и службы того сектора. Подготовим механизмы, чтобы в случае непредвиденного просчета перенаправить волну по нужному курсу. К тому же саморегулирующиеся функции оболочки активированы, и это снижает риск лишних повреждений станции. Предыдущих ошибок нельзя повторять!
   Мердок недовольно потер руки.
   – Против кчинов подействует либо что-то очень современное, к чему они еще не успели выработать ответную реакцию… либо что-то настолько примитивное, что они окажутся не готовы.
   Триллит пришел бы в ярость, если бы узнал, что собираются сделать с его бесценным товаром. Но он сам виноват. Если бы кчер позаботился о грузе и провез его легальным способом, распределив в небольших емкостях и специальных хранилищах, то вряд ли бы такой план стал возможен. Однако хитрый торговец предпочел сделать все наоборот. Что ж, нам это сыграет на руку. Триллит пытался обхитрить, а в итоге поможет нам!
   Я вспомнила случай в «Сигме-41» и грустно усмехнулась. Это то самое хранилище, в котором нашли тело Кевета после того, как несчастного зарезали кчины во время блокады сэрасов. Кевет стал еще одним кчером, которого Триллит предал и оставил умирать. А теперь Мердок использует имущество того же Триллита, чтобы убить хоть нескольких монстров, и в том же самом месте! Да, весьма символично!
   – Отличное место для проведения операции!