Хартер решил не рассказывать об этом Пью. Толстяк и так уже начал злиться на него из-за Аннабел, и он, Хартер, уже клялся ему, что уничтожил единственный снимок. Если Пью узнает, что может существовать копия…
   Он вздрогнул. Нет, единственная возможность сохранить благосклонность Пью — это избавиться от Белинды Ли и сообщить хозяину об уже свершившемся факте. Когда он сделает это, со всеми их сегодняшними проблемами будет покончено. Теперь, когда он устранил с дороги федерального агента — воспоминание о том поджоге вызвало улыбку на лице Хартера, — их единственной проблемой оставалась Белинда.
   После того как он разделается с Белиндой, самодовольно подумал Хартер, Пью придет в очень хорошее настроение, и ему, Хартеру, от этого будет только польза!

Глава 15

   Утро было ясным и солнечным, но в воздухе ощущалась прохлада, предвестник приближающейся зимы.
   Белинда и Чарли провели в дороге уже несколько часов, и Белинда, ехавшая верхом на старой костлявой лошади, расслабленно покачивалась в седле.
   Шел третий день их путешествия, и Чарли уверял ее, что до деревни теперь уже совсем близко.
   Белинда убедилась, что поступила правильно, отправившись в эту экспедицию. Даже сам отъезд из Доусона открыл перед ней новые горизонты и снял напряжение, которое она ощущала в последнее время. Разумеется, проблемы никуда не делись, и она знала, что решать их все равно придется, но среди этой первобытной и дикой природы, где мужчина или женщина были лишь крошечной хрупкой частью пейзажа, все ее проблемы казались ничтожными.
   Прошел еще час, и показалась деревня.
   На излучине реки, у самого берега, Белинда увидела первые примитивные жилища — каркасы из шестов, покрытые листьями и тонкой корой. Грубые шалаши выглядели очень непрочными, и Чарли, как будто прочитав мысли Белинды, махнул рукой в сторону деревни и сказал:
   — Это временная стоянка. Только летний лагерь. Зимой крепкие вигвамы из шкур карибу. Иногда даже деревянные дома. Но не такие, как в деревне тлингитов. Деревня тлингитов гораздо лучше.
   Улыбнувшись тому, как Чарли нахваливает свое племя, Белинда пришпорила лошадь.
   Сначала ей показалось, что в деревне никого нет, хотя то тут, то там можно было увидеть небольшие костры.
   Кроме непрочных вигвамов, она заметила приподнятые на столбах или укрепленные на деревьях платформы, которые, вероятно, использовались для хранения продуктов и других припасов. На берегу лежали разложенные для просушки сети. Над деревней витал запах протухшей рыбы, и Белинда, закашлявшись, вытерла глаза.
   — Тут никого нет, Чарли, — сказала она.
   — Нет, они здесь. — Чарли ухмыльнулся. — Будьте уверены. Они просто смотрят. Пытаются понять, друзья мы или враги. Подождите, они скоро придут.
   С этими словами Чарли присел на корточки — в таком положении он мог оставаться часами. Белинда, не обладавшая подобным терпением, осталась в седле, отмахиваясь от назойливых мух и комаров.
   Некоторое время они слышали лишь звуки, которые издавали птицы и звери в зарослях кустарника, а также шелест листьев на деревьях. Затем в дверях самого большого вигвама мелькнула тень, и оттуда вышел мужчина.
   Он был выше, стройнее и смуглее, чем любой из чилкутов, которых приходилось видеть Белинде, и больше походил на равнинных индейцев.
   Он был босиком, одет в европейскую рубашку и кожаные штаны. Грубые черные волосы были обрезаны ниже ушей и тщательно расчесаны.
   Чарли поднялся с корточек и вытянул руку ладонью вперед. Индеец повторил его жест.
   Они вступили в беседу, за содержанием которой Белинда, естественно, следить не могла. Через некоторое время, показавшееся Белинде вечностью, Чарли махнул ей, чтобы она слезала с лошади. Белинда спешилась, и ее без дальнейших церемоний проводили к большому вигваму в центре деревни.
   Ей пришлось нагнуться, чтобы войти внутрь, но зловоние внутри вигвама едва не заставило ее повернуть обратно. Жуткая вонь от протухшего мяса, рыбьего жира и человеческих испражнений ударила ей в нос, и на глазах ее выступили слезы.
   Сглотнув, она усилием воли подавила спазмы и желудке и улыбнулась.
   На полу прямо перед ней на возвышении лежал соломенный тюфяк с грудой одеял и шкур. На этом помосте сидел старый индеец с изборожденным глубокими морщинами лицом. Он был одет в расшитую кожаную тунику и штаны, которые явно знавали лучшие времена, но его белоснежные волосы были аккуратно заплетены в косички и перевязаны цветными ленточками, и он выглядел гораздо чище, чем встретивший их мужчина.
   Старик знаком пригласил Белинду и Чарли сесть, и Чарли тут же опустился на пол, большая часть которого была прикрыта шкурами карибу. Белинда тоже села, с некоторым трудом скрестив ноги, стараясь подражать сидевшему перед ними вождю.
   Беседа мужчин, казалось, длилась не один час. Время от времени Чарли переводил, когда вождь задавал вопрос непосредственно Белинде — зачем она здесь и что собирается делать, — нов основном мужчины говорили о своих делах. Белинда почувствовала, что от жары и вони ей становится дурно.
   Когда она уже стала склоняться к мысли, что лишится чувств, если не выйдет наружу, Чарли поднялся и подал ей руку. Он приветственным жестом вытянул ладонь, как при встрече с первым индейцем, и Белинда, повинуясь внезапному порыву, повторила его жест.
   Старый вождь, похоже, удивился, но Белинде показалось, что она заметила слабый блеск в его глазах, который мог означать одобрение.
   Когда они оказались снаружи, она сделала глубокий вдох.
   — Слава Богу! Я бы не выдержала там больше ни минуты! Ради всего святого, почему так долго?
   — Сначала нужно поговорить, — улыбнулся Чарли. — Вежливая беседа. Рассказать новости, рассказать, что происходит в верховьях реки. Нужно преподнести подарки. Это занимает много времени.
   — Да, понятно, — кивнула Белинда. — Ну и что он сказал? Он позволит нам побыть тут немного?
   — Конечно, — кивнул Чарли. — Мы останемся. Потому что привезли с собой еду. Здесь бедное племя. С трудом добывает себе пищу. Сегодня они устроят для нас праздничный ужин, но они не могут долго кормить лишних людей. Вождь сказал, что мы можем поставить свой вигвам вон там, под деревьями.
   Белинда посмотрела в указанном направлении и увидела свободное место на некотором удалении от остальных жилищ.
   — А как насчет фотографий? Ты объяснил, что я хочу снимать?
   Чарли вновь кивнул:
   — Вождь сказал, что разрешает. Теперь, миз Белинда, вы понимаете, зачем Чарли просил вас привезти всякие безделушки? Вы делаете снимок и даете подарок. Некоторые индейцы боятся камеры. Думают, что это черная магия. Но вы даете подарок — и они рады. Все рады. Точно?
   — Все рады. Точно, — рассмеялась Белинда.
 
   Джош с опаской шел по главной улице Доусона. Это было его первое посещение города с тех пор, как сожгли его палатку, и он все время был настороже. Кто-то знал, кто он такой, и теперь нельзя было чувствовать себя в безопасности даже на оживленных улицах.
   Он долго ломал голову над тем, кто покушался на его жизнь, и наконец пришел к выводу, что такого человека мог послать либо Пью, либо Хартер. В это было трудно поверить, но им все же каким-то образом удалось узнать о его миссии. Только эти двое выиграют от его смерти.
   В любом случае он намерен пойти в «Золотой кошелек» и, держась как можно естественнее, посмотреть, не появится ли удивление на лицах его знакомых.
   Несмотря на то что салун располагался в другом конце города, Джош вдруг обнаружил, что идет через палаточный городок. Он не стал углубляться в исследование причин своего поведения и, проходя мимо места, где располагалось обиталище Белинды, лишь искоса взглянул в ту сторону.
   То, что он увидел, приковало его к месту. И жилая палатка, и лаборатория отсутствовали! На их месте стояла другая палатка.
   Забеспокоившись, он ускорил шаг. Что могло произойти? Куда исчезла Белинда?
   Прокладывая дорогу через запрудившую улицу толпу, он двинулся в сторону «Золотого кошелька», стараясь думать только о том, что будет делать в ближайшие несколько минут. Он разыщет Аннабел, и она ему все объяснит. Вероятно, ничего серьезного. Может, Белинда всего лишь переехала в гостиницу.
   Войдя в салун, он сразу направился к лестнице, но не успел дойти до середины бара, как почувствовал чью-то ладонь на своей руке.
   Джош раздраженно повернулся и взглянул на поднятое к нему детское личико Крошки Мэг.
   — Привет, парень, — тихо сказала она. — Похоже, ты ужасно спешишь. У тебя не найдется минутки, чтобы выпить со старым другом?
   — Прости, Крошка. — Джош старался не выдать своего нетерпения. — Я тебя не заметил. Послушай, мне нужно закончить одно важное дело. Я вернусь через несколько минут. Скажем, через полчаса. Ладно?
   — Ну ладно, — Крошка, надувшись, выпятила нижнюю губу. — Только не больше.
   Джош заставил себя улыбнуться:
   — Обещаю. А теперь мне нужно идти.
   Не дожидаясь ответа, он повернулся и направился к лестнице. На первый стук никто не отозвался, и сердце его упало. Ее нет! Он постучал снова, на этот раз громче, и через несколько секунд дверь открылась. В коридор выглянула Аннабел.
   — О, мистер Роган! — Она улыбнулась чарующей улыбкой. — Вот уж не думала, что вы снова навестите меня. Входите!
   Надеясь, что Чета Хартера нет в комнате, Джош снял шляпу и вошел.
   Слава Богу, Аннабел была одна. На маленьком круглом столике стоял чайный сервиз, и Аннабел махнула ему рукой:
   — Может, выпьете со мной чашечку чаю, мистер Роган? Пытаясь соблюдать приличия, Джош покачал головой:
   — Я пришел у вас кое-что узнать, мисс Ли. О вашей сестре…
   — Вы просто ужасный человек, — кокетливо надула губы Аннабел. — Приходите ко мне только затем, чтобы поговорить о Би! Ну, что случилось на этот раз?
   Джош тяжело вздохнул:
   — Я только что проходил через палаточный городок и заметил, что ее палатка исчезла. Вы не могли бы сказать, почему и куда она уехала?
   Аннабел вздохнула и быстро прошла к столику с чайным сервизом. Там она аккуратно налила себе чашку чаю.
   — Она отправилась путешествовать. Вместе со своим индейцем. Ониспускаются вниз по реке, чтобы фотографировать индейцев или чего-то там еще. Она убрала палатку и сдала ее на хранение вместе с остальными вещами, потому что строит в городе постоянную студию. Она переедет туда, когда вернется.
   — О!
   Джош почувствовал, что его захлестывает радость. С Белиндой не случилось ничего плохого, и он вновь свалял дурака, беспокоясь о ней.
   Аннабел повернулась, чтобы взять фотографию с туалетного столика.
   — Смотрите, этот мой портрет Белинда сделала перед самым отъездом. Правда, неплохо?
   Джош мельком взглянул на фотографию.
   — Да, — ответил он. — Очень здорово.
   — Но может, мне не нужно было его вам показывать, — печально усмехнулась Аннабел. — Вчера я показала снимок Чету и с тех пор больше его не видела. — Она поставила портрет на столик. — А мы собирались с ним пообедать в этом новом ресторане. Ох уж эти мужчины!
   — Что? — переспросил Джош, пытаясь найти крупицы смысла в этом потоке слов.
   — Он просто исчез, — сердито сказала Аннабел. — Я оделась, а он не вернулся и даже не оставил для меня записки. Я не представляю, где он!
   Джош неожиданно вспомнил, как Белинда потерялась во время метели на озере Кратер, и внутри у него все похолодело. Тут что-то не так.
   — Говорите, это случилось вчера? Сразу после того, как вы показали ему вашу фотографию, которую сделала Белинда?
   Аннабел кивнула, и ее завитые локоны подпрыгнули.
   — Я показала ему фотографию, и мы говорили о том, чтобы поместить один из моих снимков на рекламный щит перед салуном. — Она хихикнула. — Знаете, он понятия не имел о том, что с пленки можно сделать не один, а много отпечатков. — Лицо ее стало задумчивым. — Он вел себя немного странно, когда я сказала ему об этом, хотя я совсем не смеялась над ним. А потом он убежал, даже не сказав куда. — Она пожала плечами. — Это возмутительно!
   Джош схватил ее за руку.
   — Когда уехали Белинда с индейцем?
   Аннабел задумалась.
   — Три дня назад.
   — А Хартер исчез вчера? В какое время?
   — Кажется, около полудня. Во всяком случае, именно тогда я видела его в последний раз.
   — Благодарю вас, Аннабел, — сказал Джош, надевая шляпу. — Надеюсь, ваш друг Хартер скоро вернется.
   — Я тоже надеюсь, — улыбнулась Аннабел. — Мне тут ужасно скучно одной, — добавила она, а затем ее лицо просияло: — Правда, у меня есть мои выступления.
   — Это хорошо, — рассеянно ответил Джош.
   Мысли его уже были заняты Белиндой и неожиданным исчезновением Хартера.
   Джош был уверен, что Хартер бросился в погоню за Белиндой и Чарли. Пока, правда, он не мог себе представить зачем.
   Несомненно одно — намерения Хартера были недобрыми, совсем недобрыми!
 
   Во время торжественного обеда в индейской деревне, устроенного в их честь, Белинда радовалась, что они привезли с собой продукты. Мясо, которое тушили в котле индейцы, выглядело протухшим и червивым, а другие ингредиенты были еще менее аппетитными.
   Во время трапезы она делала вид, что ест, в то время как Чарли поглощал еду с завидным аппетитом — к большому удовольствию хозяев.
   Потом были танцы, в которых участвовал и Чарли, и Белинда, спросив разрешение у вождя, снимала танцоров, самого вождя и его многочисленных жен. Она не забыла совет Чарли и щедро раздавала всем подарки.
   Они оставались в индейской деревне два дня, и все это время Белинда не расставалась с камерой, фотографируя индейцев во время работы и отдыха. Среди стариков и старух она обнаружила несколько на редкость выразительных лиц.
   Утром на третий день Чарли упаковал их вещи, и после долгого и церемонного прощания они направились к следующей деревне, которая, по словам Чарли, находилась не очень далеко.
   Когда они двинулись вниз по течению реки, небо заволокли тучи и подул холодный ветер.
   Белинда, замерзшая в продуваемой ветром тонкой куртке, окликнула чилкута:
   — Скажи, Чарли, будет еще хуже?
   — Не знаю, — пожал плечами индеец. — Это странное время года, точно. Скоро погода начнет сильно меняться. Зима. Бр-р!
   Белинда засмеялась:
   — Но ведь еще только август!
   Чарли вновь пожал плечами.
   — Тут короткое лето. Всего несколько месяцев. Потом все замерзает. Как железо. Золотоискатели в Доусоне уже уезжают назад, в Дайю, за припасами на зиму. Вернутся как раз к тому времени, когда пойдет снег.
   — В таком случае и нам нужно запастись продуктами, не так ли? Как только мы вернемся, да?
   — Да, — кивнул Чарли. — Но мы останемся в городе. Так проще. Но все равно нужно сделать запасы на зиму. Зимой поставки уменьшаются. Запасы кончаются. Лучше подготовиться. Чарли уже сделал заказ мистеру Хуперу в универсальном магазине, зимний заказ. Все предусмотрено, будьте уверены.
   Он с сияющей улыбкой взглянул на Белинду, и она уже не в первый раз ощутила прилив симпатии и благодарности к этому коренастому смуглому человеку. Когда-нибудь она сделает для него что-то действительно важное, чтобы выразить свои чувства к нему, но пока…
   — Ты просто чудо, Чарли! — улыбнулась она ему в ответ. — Мне так повезло, что ты работаешь у меня.
   Чарли смущенно опустил голову, но Белинда видела, что он польщен.
   Время шло, и небо все темнело, а ветер усилился до такой степени, что Белинда заставила Чарли остановиться и достать из вьюка ее теплую куртку.
   После краткой остановки и холодного ленча они продолжили путь, двигаясь навстречу приближающейся буре.
   К удивлению Белинды, Чарли все время подгонял животных и сам быстрой рысью бежал рядом с мулом. Глядя на его озабоченное лицо, Белинда предположила, что он торопится найти удобное место для ночной стоянки.
   Но время шло, они миновали уже несколько, казалось бы, подходящих местечек, и она начала беспокоиться. Наконец, устав от долгой тряски в седле, она не выдержала:
   — Чарли, мы не могли бы сделать привал на ночь? Я ужасно устала!
   — Нам нужно пройти еще немного, миз Белинда, — серьезно сказал Чарли, и на его всегда веселом лице появилось озабоченное выражение, которого Белинда у него никогда не видела. — Пожалуйста, заставьте свою лошадь бежать быстрее.
   Обеспокоенная его настойчивостью, Белинда не стала задавать вопросов. Чарли занял позицию позади ее лошади. Впервые она видела Чарли, не похожего на то жизнерадостное дитя природы, каким она привыкла его считать. Кроме того, она удивлялась, почему он едет сзади. Раньше они с мулом всегда задавали темп.
   Она заставила лошадь ускорить шаг, и та неохотно подчинилась, перейдя на рысь, и немилосердная тряска отозвалась болью во всем теле Белинды.
   С такой скоростью они проехали около мили и приближались к участку тропы, проходившему у самой реки, когда прозвучали выстрелы. Два выстрела подряд, один за другим. Белинда успела лишь бросить быстрый взгляд через плечо, когда второй выстрел заставил ее лошадь пуститься неровным галопом.
   Но то, что она успела увидеть, поразило ее в самое сердце. Она заметила, что Чарли схватился за грудь и, пошатываясь, попятился к кромке воды; на лице его были написаны удивление и боль. Он начал падать, но в этот момент резкий рывок лошади заставил ее посмотреть вперед, а потом она уже ничего не видела, кроме мелькания зеленых и коричневых пятен, — лошадь свернула с тропы и вихрем понеслась к деревьям. Ветки свистели у нее над головой, а одна из них, как гигантская рука, грубо вырвала ее из седла и ударила о землю. Острая боль захлестнула ее тело, притупив все остальные чувства.
   Как сквозь туман она слышала еще выстрелы, пронзительный визг мула, человеческий крик. Чарли?
   Затем ее сознание угасло, и она провалилась в заполненную болью тьму.
 
   Джошу потребовалось всего несколько часов, чтобы выяснить, что Хартер взял напрокат лошадь в единственной конюшне Доусона и сказал конюху, что, возможно, будет отсутствовать несколько дней. Джош также узнал, что Хартер взял с собой две седельные сумки, доверху набитые провизией, одеяло и ружье. Он покинул конюшню вчера около двух часов дня.
   Все еще сомневаясь в своих выводах, Джош направился в палаточный городок и поговорил с бывшими соседями Белинды, чьи жилища располагались по обе стороны от ее палатки. Державшая прачечную женщина сказала ему, что человек, по описанию похожий на Хартера, был здесь вчера и спрашивал Белинду Ли.
   Это окончательно убедило Джоша. Бесспорно, он рассуждал несколько пристрастно, когда дело касалось Белинды Ли, и, вне всякого сомнения, излишне беспокоился за нее, но ведь Чет Хартер уехал из города сразу после разговора с Аннабел, выяснив маршрут Белинды у соседки! И это больше, чем просто совпадение. Теперь он знал — Хартер по какой-то причине преследует Белинду.
   Время едва перевалило за полдень. Если он поторопится, то до темноты успеет проехать несколько миль.
   На платной конюшне была всего одна лошадь — гнедой жеребец с провисшей спиной, но Джош с благодарностью взял и его, а затем поскакал на свой участок, находившийся как раз по пути. Он нашел Попрыгунчика, занятого работой на дальнем конце участка.
   Джош сообщил старику, что уедет по делам на несколько дней, затем уложил в седельные сумки продовольствие и амуницию. Привязав скатанное одеяло и плащ позади седла, он отправился в путь.
   Белинда и Чарли опережали его на три дня, а Хартер почти на два. Джошу оставалось надеяться, что Хартер еще не нагнал их и не исполнил своего намерения.
   Он скакал пять дней, почти не делая остановок на отдых. К вечеру пятого дня он въехал в полосу надвигающейся бури, но, подгоняемый нетерпением, не остановился, чувствуя, что уже почти нагнал Белинду и Хартера.
   Индейцы в деревне, мимо которой он проезжал рано утром, охотно рассказали ему о красивой белой скво и ее камере. Они также говорили еще об одном мужчине, который не вошел в деревню, а прятался поблизости, вероятно, не догадываясь о том, что индейцы видели его.
   Эти новости вызвали волну леденящего страха в его душе. Скоро он должен их догнать, если буря ему не помешает. Джош думал, что к этому времени Белинда с индейцем уже разбили лагерь, но, судя по всему, они продолжали двигаться вперед, и Джош ломал голову, пытаясь понять причину их поведения. Чилкут знал особенности местного климата и должен был при приближении бури быстро разбить надежный лагерь, чтобы переждать непогоду.
   Джош подгонял гнедого, но лошадь устала. Они оба нуждались в отдыхе.
   А затем он услышал принесенный ветром звук выстрела, который невозможно было ни с чем спутать. Он вонзил пятки в бока гнедого, и животное с неохотой подчинилось, перейдя на неуверенный галоп.
   Джош услышал звук второго выстрела, доносящийся с того места, где тропа приближалась к реке.
   Миновав поворот, он увидел, как чилкут пятится назад, прижав руки к груди, а затем ничком падает в реку. Впереди верхом на вставшей на дыбы лошади сидела Белинда. В тот момент, когда Джош заметил девушку, ее испуганная лошадь понесла. Он успел увидеть только побелевшее лицо Белинды и ее полные страха глаза, когда лошадь не разбирая дороги бросилась в рощу справа от тропы.
   Все это произошло за долю секунды, но мозг Джоша за эти мгновения успел оценить увиденное и выработать план действий.
   Он не мог сейчас заниматься спасением Чарли, не подставив себя под пули невидимого стрелка. А если его убьют, то Белинда окажется во власти убийцы, которым скорее всего был Чет Хартер.
   Джош соскользнул с седла. Он бросил поводья, оставил лошадь на тропе и, пригнувшись, зигзагом побежал под прикрытие нескольких больших валунов, которыми в этом месте был усеян берег.
   Джош был уверен, что Хартер прячется справа от него. Присев на корточки за валуном и вытащив пистолет, он внимательно изучал местность, пытаясь уловить какое-либо движение. Несколько секунд все было тихо, но когда он наклонился вперед, чтобы передвинуться ближе к реке, раздался выстрел, и пуля отколола кусочек камня над его головой. Джош отпрянул, прячась за валун, и усмехнулся. Он увидел, откуда был произведен выстрел, и понял, что не ошибся в своем предположении — Хартер прятался справа от тропы.
   Джош осторожно обогнул валун и, пригнувшись, побежал под прикрытие другого камня, приближаясь к Хартеру. Пуля ударилась о валун позади него, но Джош благополучно выполнил свой маневр. Он огляделся и заметил поля мужской шляпы и часть ноги, обтянутой черными штанами. Джош прицелился в незащищенную ногу и плавно нажал на спусковой крючок.
   Пуля попала в цель, и Хартер, вскрикнув, отдернул ногу. Джош услышал звук, похожий на звяканье упавшего на землю оружия. Он тут же выскочил из-за валуна и бросился к Хартеру, используя те скудные укрытия, которые располагались между ним и противником.
   На бегу он заметил отблеск света на стволе ружья среди камней и упал ничком за низким валуном. Пули взметнули фонтанчики пыли в нескольких дюймах от его головы. Джош чувствовал себя уязвимым, но, во всяком случае, ему удалось подобраться достаточно близко, и теперь он услышал негромкие ругательства, непрерывным потоком слетавшие с губ Хартера.
   Джош прицелился в расщелину между камнями, за которыми прятался Хартер, и выстрелил. Ответом ему был сдавленный крик.
   Все стихло, и Джош слышал лишь собственное неровное дыхание.
   До него донесся голос Хартера:
   — Роган, это ты?
   — Это я, Хартер!
   — Я тяжело ранен, Роган. Помоги мне.
   — Выброси оружие, и я помогу тебе, — отозвался Джош. Хартер ответил после короткой паузы, и голос его звучал слабо:
   — Я не могу двинуть руками. Ты ранил меня в грудь. Я истекаю кровью. Господи, неужели ты бросишь меня умирать?
   Джош задумался. Хартер мог притворяться. С другой стороны, его задача состояла не в том, чтобы убить Чета Хартера, а в том, чтобы отдать его под суд за совершенные преступления. Сам Джош предпочел бы оставить этого негодяя и убийцу лежать здесь, истекая кровью. Он убил чилкута, один раз уже пытался убить Белинду и едва не преуспел в этом теперь…
   Джош вздохнул. Черт возьми, он не может так поступить! Если бы он убил Хартера в открытом бою, это было бы совсем другое дело. Но так… Это не в его правилах.
   — Роган?
   Джош, не ответив, стал подкрадываться к скрывавшим Хартера валунам, обходя их справа. На его пути было одно место, шириной ярдов десять, где он будет полностью открыт. Джош набрал полную грудь воздуха и рванулся вперед. Преодолев примерно половину этого расстояния, он уловил движение за камнями и понял, что Хартер лгал. Пуля задела его висок, когда он откатывался в сторону. На голове осталась всего лишь царапина, но, когда он попытался опереться на ногу, чтобы отпрыгнуть в сторону, нога подвернулась, и он распростерся на земле.
   И тут он увидел, что Хартер выглянул из-за валуна. Несмотря на неудобное положение, Джош быстро выстрелил и попал в ствол ружья. Хартер вскрикнул и выронил оружие.
   Джош, голова которого кружилась от полученной раны, выстрелил еще, но на этот раз промахнулся, и Хартер, прихрамывая и с повисшей вдоль тела рукой, исчез среди деревьев.
   Джош попытался броситься в погоню, но когда он встал, острая боль пронзила его лодыжку, и он вновь рухнул на землю. Он беспомощно смотрел в спину удаляющегося противника. Хартер уходил, и он не мог ему помешать. Услышав стук копыт, Джош с трудом приподнялся на локте и увидел, что Хартер, припав к шее лошади, выехал из зарослей на тропу. Гнедой Джоша скакал впереди Хартера, и через несколько минут оба животных скрылись за излучиной реки.