- Пошли, показывай, - дежурный уверенно зашагал в глубь двора. Следом за ним семенил сторож.
   Наутро "делом о нанесении тяжких телесных повреждений гражданину Рявкину Б.П." занялись работники уголовного розыска Алма-Аты. В полупустой комнате новостройки они нашли бутылки из-под водки, окурки, консервные банки. Как видно, случались в этой комнате торопливые, "на троих", выпивки.
   Прораб строительно-монтажного управления, где Рявкин работал жестянщиком, хорошо знал его. Однако характеристика говорила не в пользу пострадавшего. В прошлом Рявкина не раз судили за разные проделки, но он продолжал пьянствовать, свел знакомство с подозрительными людьми.
   Для нормальной, благополучной жизни у него были все условия: хорошо зарабатывал на стройке, выделили ему просторную, благоустроенную квартиру. Но трясина пьянства крепко затянула его, а выкарабкаться Рявкин и не пытался.
   На допросе ночной сторож долго припоминал события минувшего вечера.
   - Да Борька тут со всяким встречным-поперечным пил... Помнится, вчера с каким-то парнем хотел пройти, не пустил я того, выгнал...
   Вот и все сведения, которые удалось собрать оперативникам в первый день.
   Только через три дня медики разрешили первую беседу с Борисом Рявкиным.
   - Ничего не помню, - сказал он. - Пил с кем-то целый день. Денег у меня было много, получка. Обмывал пальто...
   Итак, у Рявкина пропало новое пальто, а также пиджак, шапка. Исчезли и оставшиеся деньги - около ста рублей. Мотив преступления ясен - корысть. Но кто же преступник?
   Вскоре Рявкин припомнил еще детали:
   - Встретил я на базаре одного парня. Как будто знакомый, а где раньше его видел, - не помню. Знаю только - Петром зовут. Да, точно - Петька... Выпивали вместе.
   Сколько в Алма-Ате мужчин по имени Петр? Тысячи, вероятно. Но найти нужно было только одного - того, кто пытался убить и ограбил Рявкина. Работники милиции решили, что искать преступника надо на тех стройках, где хоть несколько дней раньше работал жестянщик Борис Рявкин. А тот сменил на своем веку не один десяток учреждений. На восьмой день было проверено двадцать семь "Петек", которые при тех или иных обстоятельствах встречались с Борисом Рявкиным. И все - не те.
   Шел девятый день розыска. Оперативники вычеркнули из списка одно за другим учреждения, где побывали, и убедились, что интересующего их Петра здесь нет.
   Но вот... Кадровик долго перебирал папки, просматривал книги приказов. Наконец, сказал:
   - Работал у нас Рявкин. Борис Павлович. Одновременно работал и Петр Матюк. Недолго: судили его за кражу. Вот его фотография.
   Это был первый проблеск, первая надежда. Она окрепла, когда Рявкин увидел фотографию Матюка.
   - Он! С ним пил!
   - А бил он вас?
   Рявкин опустил глаза. Замялся.
   - Не знаю. Проклятая водка...
   Как бы то ни было, Матюка нужно было найти и допросить. Но перед оперативниками встала новая преграда: в Алма-Ате Петр Матюк прописан не был.
   Теперь стали искать людей, знавших Матюка. На помощь работникам уголовного розыска пришли участковые уполномоченные, дружинники, сотрудники паспортного стола. И - удача. В Алма-Ате у Петра Матюка оказались сестра, брат, мать...
   Улица Ипподромная, четырехквартирный дом. Здесь живет мать Петра Матюка. Соседи хорошо знают эту пожилую женщину, жалеют ее.
   - Сын у нее непутевый. В тюрьме сидел. Нигде не работает. А деньги на водку находит. Недавно пальто себе купил и шапку. А может и не купил вовсе... - сомневались люди.
   Кончался десятый день розыска. Вечером в комнату к матери проскользнул непутевый сын, а за ним пришли и оперативники. На вешалке, за занавеской, они нашли хорошо знакомое по описаниям потерпевшего пальто.
   Матюк не стал долго запираться.
   - Все водка проклятая, - угрюмо сказал он.
   ЧП В УРОЧИЩЕ МЕДЕО
   Взобраться на этот укрывшийся в ельнике горный уступчик не так-то просто. Ведет сюда каменистая, петляющая между замшелыми валунами узенькая тропка. Крутая. Местами приходится карабкаться, цепляясь руками за камни, корни. Того и гляди, оступишься и - вниз.
   Но какая красота вокруг! Величественно замерли разлапистые ели, благоухают цветы. Совсем рядом алеют в утренних лучах солнца заснеженные вершины Алатау.
   Так и замерли на миг взобравшиеся сюда работники милиции, смущенно притихли. Как-то не укладывалось в сознании, что здесь, в этом богато одаренном природой уголке, совсем недавно разыгралась трагедия. Скорее всего - совершено преступление. Не верилось...
   Однако стоило только взглянуть на лужайку, чтобы понять, почему в горы в ранний час прибыла оперативная группа милиции. У подножья вековой ели на жухлой хвое лежит женщина. Неестественно запрокинута голова. На светлом нарядном платье, у ворота, расплывшиеся темно-коричневые пятна.
   Как следы на снегу рассказывают бывалому таежному охотнику о жизни леса, так и незначительные, потерявшие, казалось бы, всякий смысл предметы, найденные на месте происшествия, о многом говорят опытному оперативнику.
   Вот и здесь, в горах, постепенно начала вырисовываться обстановка, предшествовавшая преступлению. Теперь, после тщательного осмотра места происшествия, работники милиции не сомневались, что таковое имело место... На шее трупа зияет глубокая ножевая рана. Что же здесь случилось?
   Видимо, было так.
   Вчера, в воскресенье, пришли в горы двое. На разостланном в тени халате расставили бутылки и стаканы, разложили еду. "Пикник" продолжался долго: вокруг много окурков, конфетных бумажек, бутылок из-под вина и пива. Две водочные бутылки разбиты вдребезги.
   Радиус осматриваемого места все увеличивается. Изучается буквально каждый сантиметр, и вдруг - еще одна находка: спрятанная в кустах штыковая лопата. По всему видно - принесли ее сюда недавно.
   Сделаны фотографии, окончен детальный осмотр места происшествия. На многих предметах оперативники нашли отпечатки пальцев.
   Розыски начались, как говорится, вслепую. Не было пока главной нити. Ни один из найденных предметов не говорил еще о личной жизни преступника, о его жертве.
   По внешности можно было предположить, что убитая по национальности уйгурка. Возраст - около тридцати. Особых примет нет, о профессии судить трудно. Не были ясны пока и мотивы преступления. Мысль об ограблении отпала сразу: на убитой осталось платье, туфли, часы. Вся обстановка "пикника" говорила о том, что убийца и ею жертва в горы пришли вместе. Удалось найти и люде", которые отдыхали неподалеку в то воскресенье.
   Эти свидетели видели, как в горы ушла пара: молодые мужчина и женщина. Приметы женщины совпадали с приметами убитой.
   Потом сверху доносилась песня. Пела женщина. Она не подозревала, видимо, о грозящей ей опасности.
   А он, ее спутник? Скорее всего он заранее продумал все детали страшного дела. Оперативники были почти уверены в том, что найденная в кустах лопата принесена им заблаговременно и не случайно. Видимо, готовился к преступлению.
   Итак, мотивами преступления могла быть месть. А может быть, преступник хотел избавиться от нежелательного или опасного для него человека.
   Пока это были всего лишь версии. Нужно было установить истину, а для этого, прежде всего, узнать имя потерпевшей.
   Коричневый сатиновый халат, найденный в горах, наводил на мысль, что убитая работала в системе торговли. Именно такую спецодежду выдают подсобным рабочим баз, складов, магазинов.
   А сколько их в Алма-Ате? Сотни!
   Начались поиски. - Нет, - отвечали в магазинах, на складах и базах. Все в порядке, работницы на местах, никто не исчезал.
   После торговых точек занялись столовыми, ресторанами, кафе. Затем хлебозаводами. Коричневые халаты выдаются и работникам этих предприятий. Но - опять отрицательный ответ.
   От жителей Алма-Аты не поступало заявлений об исчезновении женщины. А ведь прошло уже более двух суток после того, как в Медео произошла трагедия. Может быть, эта женщина не жила в Алма-Ате, быть может, приехала сюда?
   Проверили столичные гостиницы. Все гости Алма-Аты были на месте.
   Что же, тупик? Нет, такого не может быть даже в самом сложном случае. У работников милиции есть надежные помощники - люди; жители нашего города. И оперативники решили обратиться к ним.
   Рубрику "Показывает "02" хорошо знают алма-атинские телезрители. Привыкли к ней и смотрят со вниманием: если уж на экране появился работник милиции, то значит он скажет что-то важное. Так было и на этот раз.
   Подполковник Гронин, обращаясь к жителям Алма-Аты, сообщил о том, что минувшим воскресеньем в горах близ Медео с неизвестной женщиной произошел несчастный случай. Может быть, у кого-нибудь из телезрителей исчезла родственница, соседка, подруга?
   - Сообщите нам, - попросил подполковник, - по телефону 02. Милиция надеется на помощь.
   Утром следующего дня дежурный городского Управления принял несколько сообщений о "таинственно исчезнувших женщинах". Немедленно начались тщательные проверки этих сообщений, но... ни одно из них не подтвердилось" Таинственного ничего не было. Одна исчезнувшая, не предупредив знакомых, уехала в отпуск. Другая приболела, осталась дома и не сообщила на работу. Это и вызвало тревогу.
   А о той, неизвестной, пока не было никаких сообщений. Неужели не помогло и телевидение?
   Но нет. В полдень в милицию пришла немолодая женщина, работница одного из алма-атинских заводов. Третий день, рассказывала она, на работу не выходит ее напарница - Тамара. Внимательно выслушали женщину в милиции. Приметы убитой и Тамары совпадали.
   Установить адрес и родственников убитой было теперь делом не таким трудным. А узнав, где жила Тамара, узнали и многие обстоятельства ее жизни.
   Свела она дружбу с непутевым, пьющим человеком. Сама не заметила, как стала выпивать. А "дружок" ее вскоре стал тяготиться дружбой и однажды, напившись, решил избавиться от Тамары. Как и предполагали работники милиции, он готовился к преступлению исподволь. Несколько раз приглашал Тамару в горы, усыпил ее бдительность. Потом принес в горы лопату.
   Опасного преступника разоблачили, полностью доказали его вину. Он тоже пытался переложить ответственность на "зеленого змия"...
   Н.УЛЬЯНОВ,
   инспектор Комитета
   народного контроля,
   А.НОВИКОВ,
   прокурор-криминалист
   Прокуратуры Казахской ССР
   КОНЦЕРН ЛИПОВЫХ ДЕЛ
   Оркестра не было Цветов тоже. Была карета. Синяя, с красной полосой. "Раковая шейка", как называют ее постоянные клиенты. Был и почетный эскорт два здоровенных санбрата, которые всю дорогу стерегли своего подопечного.
   Прямо с вокзала "титулованная" особа и сопровождающий ее лица отбыли в отведенную резиденцию - палату Республиканской психоневрологической больницы.
   В хронике событий Кзыл-Орды этот день остался, к сожалению, незамеченным. Между тем, он имел немаловажное значение как для государственной казны, так и для любителей легкой наживы: в город прибыл Андрей Рыгалов, он же Андреас Регалас, он же Зальвертов.
   Кривая дорожка его началась где-то в тридцатых годах, когда он осваивал старинную цыганскую профессию - конокрадство. Потом появились авто и спрос на лошадей упал. Пришлось изменить квалификацию. Конокрад стал фальшивомонетчиком. Не раз отправлялся он в места не столь отдаленные и на самую Камчатку. Менялся только профиль его деятельности: кражи, спекуляция, подделка документов и мошенничество. Всех судимостей, которые Рыгалов заработал, выходя из тюрьмы, хватило бы не на одну человеческую жизнь. Несколько раз его освобождали досрочно, в надежде, что он твердо встанет на путь исправления. Неоднократно выручали амнистии. Бывало, что его до срока тянуло на волю, и он годами числился в розыске.
   Однако пришло время, когда филантропия перестала помогать: Рыгалова наконец-то причислили к особо опасным рецидивистам, и перед ним встала перспектива впервые отбыть очередное наказание - 15 лет лишения свободы. Вот тут-то ему первый раз в жизни пришлось потрудиться. В поте лица Рыгалов досконально изучил на досуге уголовное законодательство и судебную психиатрию. Вскоре мошенник применил свои знания на практике: он успешно симулировал приступы шизофрении. Не умудренная в этих болезнях администрация заручилась определением суда, и Рыгалов был направлен на лечение в психиатрическую больницу города Кзыл-Орды.
   * * *
   Говорят, что местный климат благотворно влияет на здоровье умалишенных. Однако в данном случае на здоровье пациента повлияли совсем другие обстоятельства. Уже через два месяца опытные врачи Кзыл-Ординской больницы разобрались, что имеют дело с обычным симулянтом, и пришли к выводу, что "больной" не нуждается в дальнейшем принудительном лечении. Трудно сказать, как читали медицинское заключение судьи. Доподлинно известно одно: в уголовном деле шизофреника - симулянта появилось определение Кзыл-Ординского городского суда, в котором синим по белому записано, что Рыгалов, он же Регалас и Зальвертов, не представляет общественной опасности, и посему отпустить его на все четыре стороны.
   Оказавшись по воле судебной ошибки на свободе, Рыгалов первое время притаился, ожидая со дня на день, что вот-вот за ним явится знакомая карета. Но о нем вскоре забыли.
   После чудодейственного освобождения Рыгалов, словно на радость своим освободителям, пытался встать на путь исправления. Свои первые шаги на трудовом поприще он начал с торговли на рынке самодельными тапочками, табуретками, вениками и другими нехитрыми предметами обихода. Но деятельная натура старого казнокрада не могла мириться с таким размахом коммерции.
   - Эх-ма, кабы денег тьма! - плакался он перед женой. - Я бы такое дело завернул! Помнишь, бывало? - И ударялся в воспоминания о далеких временах юности, когда он впервые направил свои способности на то, чтобы добывать деньги.
   * * *
   В воскресный день у пивного ларька на рынке, как обычно, толпилась очередь.
   - Кто тут крайний, алкаши? - пробасил вдруг под самым ухом Рыгалова пропитый голос. От неожиданности он вздрогнул и оглянулся. Перед ним стоял неряшливо одетый молодой человек, от которого изрядно попахивало спиртным.
   - Извиняйте, папаша! - расшаркался он, заметив благообразную седину и солидную внешность Рыгалова. - Пить страсть как хочется. Я даже рыбку припас. - И он извлек из кармана вяленого сазана.
   - Разве это закуска к пиву? - небрежно бросил Рыгалов. - К пиву хорошо корюшку, как бывало на Невском, или тараньку, как в Одессе.
   - Э, да ты, я вижу, бывалый, батя, знаешь, почем фунт лиха!
   - Были когда-то и мы рысаками, - ответил Рыгалов. Слово за слово - и они быстро познакомились. Собеседником Рыгалова у пивной стойки оказался юрисконсульт ликеро-водочного завода - Варюшкин.
   ...Когда-то совсем еще юный Алеша Варюшкин, начитавшись детективной литературы, воспылал желанием пойти по стопам Шерлока Холмса и поступил в юридический институт. Усвоив азы правоведения, он получил путевку в жизнь направление на работу следователем прокуратуры. Розовые заблуждения юности быстро прошли. Сидя в уютном кресле и покуривая старую трубку, нельзя было расследовать самого пустякового дела. Нужно было работать. Днем и ночью. В зной и слякоть. Кропотливо искать следы и перелопачивать труды документов. Требовалось незаурядное мужество, терпение, труд. Истинными бойцами на фронте борьбы с преступностью могут быть только стойкие, закаленные люди. Алексей Варюшкин не любил и не привык трудиться.
   - Пусть другие копаются в грязном белье преступности, - брезгливо морщась, выдавал он коллегам свое истинное кредо. - Я не создан для такой каторги.
   Вскоре за волокиту и нарушения трудовой дисциплины его отчислили из прокуратуры. Варюшкин решил попытать счастья в юридической работе на предприятиях - Стал юрисконсультом. Но и здесь надо было трудиться. Хозяйственные споры в арбитраже, иски в суде, претензии клиентов требовали усидчивости и знаний. Поэтому долго он нигде не задерживался. Так оказался он и на ликеро-водочном заводе, где успешно постигал не премудрости юридической службы, а вкусовые качества продукции подшефного предприятия. В это время и пересеклись пути-дорожки служителя законности с кривой стезей махрового жулика...
   После десятой кружки новоиспеченные друзья уже лобызали друг друга. Рыгалов поведал Варюшкину о злоключениях кустаря-одиночки.
   - Эх, Андрюша! Нам ли жить в печали, - утешал его тот. - Держись за меня, не пропадешь. Я тебя с таким человеком познакомлю, голова! Себе возьмет и тебя не обидит.
   * * *
   Алексей Миронович Шашкин любил красивую жизнь. Правда, понимал он ее по-своему. Нельзя сказать, чтобы в своих взглядах он был оригинальным. Еще в прошлые века прожигатели жизни начертали на своем знамени девиз: "Деньги, вино, женщины". Шашкин болезненно завидовал гусарской удали российских дворян и разгульному ухарству купцов-толстосумов.
   "Вот раньше люди гуляли!"
   Мы нередко удивляемся, откуда у людей, родившихся и выросших в наше советское время, появляются вдруг пережитки проклятого прошлого. Вернее, нам кажется, что "вдруг". А они незримыми нитями соединяют некоторых людей с вековыми привычками, традициями и психологией дедов, прадедов, какая-то часть их переходит из поколения в поколение к нам. Вместе с библейскими "не убий", "не укради" - сознание отдельных людей воспринимает и другие ветхозаветные правила: "своя рубашка ближе к телу", "моя хата с краю", "не обманешь, не проживешь".
   Шашкин внешне ничем не отличался от обычных служащих. Аккуратно ходил на работу, своевременно платил профсоюзные взносы. Он даже воспитывал подчиненных ему работников городского отдела социального обеспечения в духе морального кодекса строителя коммунизма. И в то же время внутри его жил совсем другой человек, мучительно завидующий благосостоянию знакомых и незнакомых, считающий пределом своих мечтаний машину, дачу и любовницу.
   Зарплаты заведующего горсобесом хватало на нормальную жизнь, для жизни вольной нужны были побочные заработки. Шашкина все чаще тянуло хоть краем глаза взглянуть на эту жизнь. Идеал ее он видел в завсегдатаях ресторана, пропивающих "лишние" деньги в компании собутыльников.
   В одно из таких посещений Шашкин познакомился с Варюшкиным, а тот свел его с Рыгаловым. За бутылкой "столичной" они быстро нашли общий язык. Особый интерес проявил заведующий собесом к опыту Рыгалова в качестве фальшивомонетчика. И на этот раз бутылка явилась звеном, связавшим отныне и присно судьбы людей. Воистину, пьянство - это купель, в которой обращаются в преступную веру рвачей и проходимцев все новые и новые "грешники".
   * * *
   Из Конституции СССР Андрей Рыгалов твердо усвоил только статьи, гарантирующие права советских граждан. Причем, всю жизнь он признавал лишь одно право - на отдых. Но годы шли, и перед ним все с большей очевидностью стала рисоваться безрадостная перспектива закончить бренные дни в тюремной больнице. Оказавшись на свободе, Рыгалов вспомнил еще одну статью Конституции - право на материальное обеспечение в старости. Чтобы воспользоваться этим правом, нужен был двадцатилетний трудовой стаж. А у него не было и одного дня.
   Встреча с заведующим горсобесом Шашкиным была для Рыгалова счастливой находкой. При помощи новоиспеченного друга он получил льготную пенсию наравне с теми, кто много лет трудился на вредных производствах. Очень кстати ему пригодилась давняя привычка прихватывать с собой "на память" печати, штампы, бланки предприятий и организаций, где водятся ротозеи. Пригодились и некоторые навыки фальшивомонетчика. Правда, при желании и невооруженным взглядом можно было заметить, что документ, удостоверяющий многолетнюю трудовую деятельность Рыгалова на шахтах Караганды, почему-то заверен печатью Катынского сельсовета, а работа во вредных цехах Магнитки печатью Чулымского леспромхоза. Но на такие "мелочи" никто из работников горсобеса не обращал внимания.
   Вслед за Рыгаловым льготную пенсию получила его теша, жена, а за ними десятки других тунеядцев, пожелавших обеспечить себе безбедную старость. Обязанности членов "акционерного общества" были строго распределены: Варюшкин поставлял клиентов, Рыгалов стряпал липовые документы, Шашкин протаскивал решения о назначении пенсии. Так как ему было трудно обходиться без помощников, он вовлек в дело двух подчиненных ему инспекторов. Так же четко было организовано и распределение доходов. Рыгалов, получив право на пенсию, довольствовался мелкими подачками с "барского стола". Варюшкин выторговывал себе проценты в зависимости от количества завербованных клиентов, а львиную долю клали в свой карман глава концерна Шашкин и его подручные. Источником обогащения служили пенсии. Первую пенсию лжепенсионер вручал Шашкину. Затем его "доили" концессионеры. Стоило кому-либо из лжепенсионеров заартачиться, как выплата тотчас прекращалась до получения согласия на дальнейшее внесение оброка.
   * * *
   Глубокой ночью Шашкин проснулся в холодном поту. И это уже не в первый раз. И чем дальше, тем чаще. Прошло несколько лет. За это время слишком много государственных денег утекло через его руки. Окончательно спился и замерз в канаве один из основателей фирмы фальшивых дел Варюшкин. Заметая следы преступления, выехал в другие края пенсионер Рыгалов. Шашкин остался один, даже жена его бросила, не желая жить на ворованные деньги. Все было у Шашкина: особняк, собственная "волга", шикарная обстановка, женщины. Не было только покоя. Чувство страха не покидало его ни на минуту. Пока ему везло. У начальства Шашкин был на хорошем счету. Ревизоры областного отдела соцобеспечения, как видно, проводили ревизии с закрытыми глазами и упорно не замечали липовых пенсионных дел.
   Как часто, к сожалению, такая близорукость работников, которые по долгу службы обязаны смотреть в оба, дорого обходится обществу, государству! Она, как бальзам для преступника, как масло, подливаемое в огонь, пожирающий народное добро. Мы много говорим и пишем о бдительности. Сотни преступлений раскрываются, благодаря острому глазу советских людей, их заботе о сохранности народного достояния. Но в этом деле бдительность проявил один человек - следователь прокуратуры Караманов.
   * * *
   - Нет, не могу я больше так. Как хотите судите, но не желаю я получать дармовую пенсию, - с этими словами обратился к следователю Караманову один из лжепенсионеров.
   Он подробно рассказал, как ему назначили пенсию, якобы за работу на шахтах Донбасса, в рудниках Якутии и нефтепромыслах Сахалина, хотя за всю свою жизнь он никогда не выезжал за пределы области. С этого и началось расследование. Клубок стал быстро разматываться. Пришлось Рыгалову снова совершить вояж в Кзыл-Орду за государственной счет. - Компаньоны вновь встретились - на скамье подсудимых.
   ЕЩЕ НЕ ПОЗДНО!
   Нужно четко, чтобы это дошло до каждого, кто опасно заколебался, сказать: ты хозяин своей судьбы, твой выбор - дело твоей воли, решает твоя совесть, и отвечаешь ты. Мы должны сказать ему это и сказать так, чтобы не размагнитить его (куда, мол, плыть против течения), а помочь напрячь волю, силы, мобилизовать все лучшее, что есть в нем самом, вынырнуть из засосавшего было водоворота.
   Ф.МОЛЕВИЧ,
   полковник внутренней службы
   НИКОГДА НЕ ПОЗДНО
   Кто-то совершил преступление... Как выражаются юристы, человек вступил в конфликт с законом.
   Причины, побудившие его к этому, становятся предметом обсуждения не только криминалистов или социологов. В горячую дискуссию включаются многие люди, по роду своих занятий стоящие подчас очень далеко от борьбы с преступностью. Это и понятно. У нас в стране общественность не может равнодушно мириться с правонарушениями.
   Одни говорят: "Зеленый змий" повинен". И с ними можно согласиться. В самом деле большинство правонарушений совершается в той или иной степени опьянения. Другие утверждают: "Семья, школа, коллектив недоглядели, недовоспитали". И они тоже зачастую правы. Третьи склонны многие вывихи в человеческом поведении приписывать дурной наследственности, то есть биологическим факторам. Этот вопрос требует еще своего окончательного разрешения в свете новейших достижений науки, но и теперь уже ясно, что было бы непростительной слепотой валить все на наследственность. Четвертые видят зло в несовершенстве уголовного законодательства, требуют применять более жестокие наказания. Такая позиция вызвала широкую дискуссию в "Литературной газете"; тяжелая кара тоже далеко не всегда способствует искоренению преступности и перевоспитанию преступника.
   Можно было бы еще сослаться и на низкий общеобразовательный и культурный уровень значительной части правонарушителей. Достаточно сказать, что, как установили криминологи, среди людей, совершивших преступления, около 40 процентов имеют образование в пределах 3-5 классов, 30 процентов не посещали кино, 37 процентов не читали газет, не смотрели телевизионных передач, 70 процентов не бывали в театрах, почти никто из них не участвовал в общественной жизни [Н.А.Щелоков. В борьбе за человека мы союзники. "Журналист", 1968, No 6, стр. 18].
   Среди лиц, совершивших преступления в Казахстане в 1968 году, свыше 21 процента малограмотны или с начальным образованием.
   Отдавая должное попыткам разобраться в истоках преступности, в причинах и условиях, ей способствующих, нельзя не заметить, что жизнь многогранна и сложна, и в этих кратких заметках автор не ставит непосильную задачу создать общую картину. Его намерения гораздо скромнее: на отдельных примерах исковерканных судеб преступников показать пагубность их жизненного пути и возможность исправления с помощью общественности, исправительно-трудовых учреждений, а также с помощью волевых усилий самих заключенных, их страстного желания покончить с тягостным прошлым. И, как убедится читатель, сделать это не поздно, даже если тебе уже за тридцать - было бы желание стать честным человеком, равноправным гражданином.