— Довольно!
   — Когда я подумала об этом, то вспомнила, что бабушка упоминала сэра Питера Бетелла. Он подумал, что ослышался.
   — Но Питеру Бетеллу только шестнадцать.
   — Вот и хорошо. Ему нужно мое богатство, а так как я старше, то смогу командовать им. Он будет как домашний зверек, этакий прекрасный молодой жеребенок.
   Дерри показалось, что он задыхается от собственной злости. Он подошел к кровати и встал над Теей. Схватив ее руки, он поднял ее и встряхнул.
   — Я не позволю! — Он прекратил трясти ее и посмотрел прямо в глаза. — Никто, кроме меня, не будет твоим мужем.
   Теа спросила его спокойно:
   — И как ты собираешься помешать этому?
   Он увидел опасение в ее глазах. Злость схлынула, он отпустил ее.
   — Клянусь Богом, госпожа Хант, ты, наверное, брала уроки хитрости у Сатаны.
   Она вздрогнула. Дерри не хотел, чтобы его обманывали дальше. Он стоял, уставясь на нее, и она повернулась и тяжело опустилась на кровать.
   — Дверь не заперта. Это тоже был обман.
   Он поколебался, потом толкнул дверь. Она легко поддалась. Оглянувшись, он обнаружил, что Теа смотрит на него глазами, полными мольбы. Все, что ему надо было сделать, — шагнуть ей навстречу.
   — Доброго вечера тебе, госпожа Хант.
   Выйдя из комнаты, Дерри зашагал вниз по ступеням, не обращая внимания на темноту. Он вылетел из башни и остановился. Темнота бледнела, предвещая наступление нового дня. Он сделал несколько шагов, потом остановился снова. Он услышал плач, еле различимый, но такой несчастный. Он двинулся снова, но его шаги замедлились. Теа солгала, заставила его пуститься на дикую охоту, заманила его, расставила силки, чтобы поймать его. Теа, которая боялась танцевать, которая страшно пострадала, доверившись мужчине.
   — Иисус Мария.
   Дерри обернулся и посмотрел на башню. Не размышляя долго, он пошел к ней, убыстряя ход. Когда он был уже у входа, то услышал хруст.
   Что-то стукнулось о башенную стену на уровне его плеча и упало на землю. Он припал к земле, так как в него полетели камни. Он слышал, как что-то прожужжало. Потом в землю около его лица уткнулась стрела.
   Он быстро перекатился, пока не достиг входа в башню, и нырнул через порог. Другая стрела пригвоздила его рукав к деревянной обшивке. Он сел и рванул рукав.
   — Ты убил моего сына.
   Он замер. Во дворе стояла вдовствующая графиня Линфорд с луком и стрелой в руках. Стрела была нацелена в его сердце, и он не мог шевельнуться.

24

   Нельзя назвать мудрыми тех, кто борется с Любовью; ибо Любовь правит богами, как пожелает, и мною тоже.
Софокл

   Теа заливалась слезами. Она проиграла; Дерри не смог побороть дьявола в своей душе. Она чувствовала себя так, будто ее сердце заковали в горячее железо. Жгучая боль отчаяния и одиночества. Над ней опять посмеялись, но на этот раз не как над партнером по танцам, а как над спутником жизни. Не в силах вместить в себе свое горе, она зарылась лицом в складках плаща.
   И тогда она услышала хруст. Открыв глаза, она подошла к окну и выглянула наружу. Дерри катился по земле по направлению к башне. Потом Теа едва различила еще какую-то фигуру, держащую в руках лук. Незнакомец снова выстрелил. Теа наклонилась и посмотрела на вход в башню. Дерри пытался освободиться, так как стрела приколола его рукав к деревянной обшивке двери.
   Тихо вскрикнув, Теа нырнула обратно в комнату. Пошарив по полу, она взяла арбалет Моргана и наклонила его так, чтобы можно было стрелять из окна. Она установила локти на каменный подоконник. Не было времени проверять, хорошо ли стрела лежит в желобе. Установив руку настолько крепко, насколько это было возможно, она положила палец на крючок.
   Незнакомец подошел ближе.
   — Ты убил моего сына.
   Теа была так занята прицеливанием, что едва расслышала то, что было сказано. Она видела сейчас лучше, так что могла различить очертания плаща, юбки. О Боже, у нее перехватило дыхание, она прицеливалась в грудь женщины! Графиня подняла лук, и Теа выстрелила. Раздался щелчок. Арбалет дрогнул. Опустив его, она выглянула во двор.
   Графиня лежала на спине. Короткая стрела арбалета торчала из ее груди, рядом валялся лук. Теа облегченно вздохнула, когда к телу направился Дерри. Он поднял голову.
   — Я возвращался, понимаешь?
   Похолодевшими губами Теа прошептала:
   — Я не могла позволить ей убить тебя.
   — Я люблю тебя, Теа, bella.
   — Она мертва.
   Она не могла оторвать глаз от тела. Никогда прежде ей не доводилось убивать. Но ведь эта женщина могла убить Дерри. Страшная ярость сотрясла ее дрожащее тело. Рука сжала рукоятку арбалета.
   — Я бы сделала это снова, если бы она продолжала угрожать тебе.
   Дерри набросил плащ на графиню, и Теа смогла оторваться от этого ужасного зрелища. Дерри смотрел на нее, уперев руки в бока.
   — Ты опасный противник, Доротеа Филадельфия Хант.
   Теа взглянула на арбалет.
   — Я никогда не целилась в человека раньше, только в мишень. Она была там, ты знаешь, когда меня похитили и бросили в подземелье. Я думаю, это она подбросила брошь с изображением дракона, чтобы я подумала, что Уайверн — это Грейсчерч. Должно быть, она предполагала, что я буду освобождена.
   — М-м-м, Теа, логично, но мне кажется, тебе следует отойти от окна. Наступает рассвет, и хотя я люб-лю твое тело, но не хочу, чтобы оно было выставлено на обозрение таким величественным образом.
   Теа опустила глаза — о Боже, плащ откинулся назад, за плечи, вся верхняя часть ее тела была обнажена. Внезапно она почувствовала себя униженной. Она уронила арбалет, он упал за окно, около башенной стены, и воткнулся в землю. По-черепашьи Теа отползла от окна и нырнула за своим платьем, которое она положила на стул рядом с кроватью. Она кое-как натянула его, затем накинула плащ.
   Сунув ноги в туфли, девушка выбежала из башни так поспешно, что не заметила, что Дерри стоит спиной к ней с обнаженной шпагой. Она замедлила шаг, потом остановилась, когда увидела всадника, который направлялся к ним, минуя разрушенные колонны старых ворот. Она взглянула назад и нашла арбалет, вспомнив, что у Моргана есть запасные стрелы. Но Моргану было еще рано возвращаться.
   Она подошла к Дерри, и он заслонил ее спиной. Встав на цыпочки, Теа посмотрела через его плечо на всадника, который подъехал на довольно близкое расстояние. Он откинул капюшон своего плаща.
   — Священник, — сказала Теа.
   Дерри склонил голову, не сводя глаз с Жан-Поля.
   Жан-Поль поклонился в седле.
   — Anglais, ma petite , мне надоело, что вы все время вмешиваетесь в мои планы.
   — Вы, — проговорила Теа, — вы послали ее убить нас,
   — Случайность, — ответил Жан-Поль. — После того как Anglais превратил в ничто годы работы моего хозяина, я решил, что Лондон больше не представляет для меня интереса. Поэтому я решил вернуться в Шотландию. Графиня умоляла меня взять ее с собой, а поскольку я ненавижу оставлять болтливых женщин там, где они могут причинить вред своим языком, я согласился.
   — И вы разбили лагерь в Равенсмере, — сказал Дерри.
   — Oui, Anglais . Но эта женщина стала надоедать мне постоянными причитаниями об убитом сыне. И я уже собирался избавиться от этой помехи, когда прибыла госпожа Хант, что заставило меня скрыться. Когда тебя заманили сюда, у меня возник план, благодаря которому я мог отомстить за себя и в то же время избавиться от этой женщины.
   — Вы оказались глупцом, воспользовавшись этой «случайностью», — сказал Дерри.
   Жан-Поль передернул плечами.
   — Спланировать все это было нелегко, но мне удалось раздразнить графиню и натравить ее на вас.
   — И я убила ее, — сказала Теа из-за спины Дерри.
   Жан-Поль искоса глянул на нее.
   — Oui, ma petite , и созерцание обнаженной Амазонки, защищающей своего возлюбленного, заслуживало такой потери.
   Теа покраснела и спряталась за Дерри. Дерри направил кончик шпаги на Жан-Поля.
   — Довольно, священник. Я услышу твою исповедь перед тем, как убью тебя.
   Дерри оттолкнул Тею, поднял шпагу и сказал:
   — Исповедуйся, священник, хотя это тебе не поможет, так как ты все равно окажешься в аду.
   Рука Жан-Поля потянулась за шпагой, но когда он начал вытаскивать ее, охотничий рог зазвучал в лесу поблизости.
   — Это Морган, — сказала Теа. — Поспеши, священник, так как это сигнал, что он приближается, и он ведет с собой своих и моих людей и людей Дерри.
   Жан-Поль отпустил шпагу, не сводя глаз с Теи. Дерри встал между Теей и священником и поднял шпагу на уровень его глаз:
   — Даже и не думай об этом, так как я проткну твой член, прежде чем ты подойдешь к ней.
   Охотничий рог прозвучал снова. Жан-Поль перевел взгляд с Теи на Дерри.
   — Я знаю это, Anglais. Очень хорошо. Возможно, мы встретимся позже. Я покуда поразмышляю о других способах мести. Ищи меня, Anglais. Ищи меня.
   Пришпорив свою лошадь, Жан-Поль галопом поскакал со двора, а Теа в это время бросилась в объятия Дерри. Он печально улыбнулся ей.
   — У меня нет лошади, чтобы преследовать его.
   — Отлично. — Она бросила на него неуверенный взгляд.
   — Теа, не соизволишь ли ты сделать мне услугу и привести в порядок свою одежду, прежде чем сюда прибудет много мужчин?
   Она посмотрела вниз, на раскрытый ворот платья.
   — Боже милостивый. — Повернулась и побежала назад в башню.
   В своей комнате она занялась завязками, и тут рука коснулась ее щеки. Она тяжело
   вздохнула и обернулась. Перед ней стоял Дерри, он улыбался, но эта улыбка была необычной. В ней не было ни насмешки, ни недоверия, ни скрытности. Казалось, он весь раскрылся в этой улыбке, одаривая ее верой и любовью.
   — Теа, bella, — сказал он, оттаскивая ее руки от завязок. — Я был дураком.
   — Я тоже.
   — Но ты должна верить мне. Я бы пришел за тобой, даже если бы никто не преследовал меня.
   — Пока реки впадают в моря и тени касаются горных склонов?
   Он усмехнулся и взял ее руки.
   — И звезды светят на небосклоне. — Он поцеловал кончики ее пальцев и притянул ближе, — Кажется, я должен набраться смелости и остаться с тобой, так как этот риск ничто в сравнении со смертельной опасностью отказаться от тебя совсем.
   Она замерла, не в силах заговорить, так как ей казалось, что она помешалась и все это ей только чудится. Потом он поцеловал ее, его теплота окружила ее, наполнила рот, и, когда его руки скользнули под платье, она поняла, что не может больше ждать, хотя разум и противится этому, призывая к осторожности.
   Оглушительный свист заставил ее замереть, а Дерри выругаться. Он подошел к окну. Морган, Стабб и Иниго стояли у тела графини и смотрели вверх на башню.
   — Клянусь всеми святыми, брат, я оставил тебя, чтобы ты помирился с девушкой, а ты вместо этого убиваешь графиню.
   — Теа убила ее, ты, наказание Господне. Эта женщина пыталась прикончить меня.
   Теа оттащила Дерри от окна и сама заняла его место, набросившись на мужчин, как встревоженная сова.
   — Морган Сент-Джон, ты сказал, что все предатели за решеткой.
   — Мы не успели арестовать графиню, — сказал Морган. — Тимоти Айр еще не признался, что она знала о заговоре своего сына.
   Она высунулась еще дальше и прокричала:
   — Но ты сказал, что Сесил наблюдает за ней. Ты сказал…
   — Дерри, — крикнул Морган, — усмири свою тигрицу. Честное слово, она готова броситься на меня прямо из окна.
   Рука обвила ее за талию. Дерри взял ее на руки и отнес от окна. Чтобы не дать ей возможности возразить, он поцеловал ее. Они продолжали целоваться, когда Морган ворвался в комнату.
   — Она путешествовала с кем-то еще, — сказал он.
   Дерри оторвал свои губы от Теи. Они заговорили одновременно.
   — Священник.
   — Отец Жан-Поль.
   — Этот выродок был все время в Лондоне, — процедил Морган.
   — Он и сейчас здесь, — ответил Дерри. — Он уехал менее чем полчаса назад.
   Теа нахмурилась.
   — Морган, ты сказал, он уехал в Шотландию.
   Морган бросил умоляющий взгляд на Дерри, который поставил Тею на ноги.
   — Будь сдержанней, моя любовь. Священник самый хитрый враг, а Морган еще юноша.
   Разгневанный Морган бросил:
   — Пошел к черту.
   — Я помню тебя в пеленках, — сказал Дерри.
   — Почему ты стоишь здесь? — спросила Теа Моргана. — Ты должен преследовать Жан-Поля.
   — Я жду, госпожа Всезнайка, своих людей и лошадей.
   — Успокойтесь, — сказал Дерри. — Отправляйся, Морган. Я должен отвезти Тею назад в Лондон. Ты пришлешь мне весточку, как все окончилось?
   Морган усмехнулся.
   — Ты не поедешь со мной?
   — Я не могу вверить безопасность Теи кому-либо. Ты упустил сукина сына, он твой. Мы возвращаемся в Лондон.
   — Но заметь, — сказала Теа, — он угрожал Дерри. Когда ты найдешь его, сделай так, чтобы он больше не смог угрожать кому бы то ни было.
   — Христос, Дерри, она стала прямо дьяволицей.
   Дерри засмеялся и крепко обнял Тею.
   — Очаровательная дьяволица.
   Морган уехал, и вскоре Равенсмер снова опустел. Дерри отослал людей готовиться к дороге, а Теа возобновила борьбу с завязками. Когда она наконец затянула их, они выскользнули у нее из рук. Дерри подхватил их и обнял ее за талию со спины. Его губы коснулись изгиба ее шеи и пробежались до плечей.
   — Ты попросишь моей руки снова, Теа? Нет, на этот раз я попрошу. — Он встал на колени, поцеловал ее руки и взглянул на нее. — Ты окажешь мне честь, выйдя за меня замуж, госпожа Хант?
   Теа упала на колени тоже.
   — Да.
   Она наклонилась и поцеловала его. Он обнял ее и посмотрел ей в глаза.
   — Должен предупредить тебя, что мой отец… ты видела его. Его ненависть ко мне распространится и на мою жену.
   — Я знаю, — ответила она тихо. — Он не изменится. Даже за все эти годы…
   Дерри грустно улыбнулся ей.
   — Он не может. Если он признает, что я невиновен, ему ничего не останется, как винить себя. Это он заставил меня бросить вызов брату, и он позволил нам сражаться так беспощадно.
   — Но теперь все будет хорошо.
   — Теперь Морган больше не враг мне.
   Положив голову на плечо Дерри, Теа вздохнула.
   — Я должна последовать твоему примеру. Иногда я усердно молюсь, чтобы отец замечал меня больше своих розовых кустов.
   — Лучше думай обо мне, Теа, bella. Я ничего кроме тебя не замечаю. Иисус Мария, ощущать тебя так близко — это превращает меня в поверженного сарацина.
   Теа хихикнула, потом отстранилась, чтобы взглянуть ему в лицо. Когда она двинулась, он стащил ее платье с плеч. Оно упало на пол. Так как она больше ничего не надела, она оказалась в его руках обнаженной. Ее живот дотронулся до его талии, и она вздрогнула. Потянув за пояс, она принялась стаскивать с него одежду. Когда он разделся, он снова обнял ее.
   Он прикоснулся губами к ее лбу, потом к вискам и щекам и рту. Когда она устроилась поуютнее в его объятиях, то услышала шепот:
   Однажды решил я прожить без любви
   Всю жизнь, что сулило покой.
   Но сердце, уснувшее мирно в груди,
   Встревожено было тобой.
   И, страстью охвачен, безумнее был
   Младенца, который кричите
   Желаю ту звездочку c неба достать,
   Что ярко сияет в ночи.
   Она откинула голову назад и посмотрела на него.
   — Ты думал прожить целую жизнь без любви?
   — Когда ты попросила моей руки, ты заставила меня понять мою глупость; может, не только меня, — сказал Дерри. — Видишь ли, Теа, bella, я боялся, что буду страдать гораздо больше, чем прежде, так как, клянусь честью, я люблю тебя в тысячу, нет, в тысячу тысяч раз больше, чем мою первую жену.
   — Я тоже боялась, но не настолько, чтобы это заставило меня отказаться от тебя.
   — И я благодарю Бога и его ангелов, что ты так поступила, так как поистине я буду любить тебя так же долго, как звезды светят на небосводе.