При помощи Силы, Даешара'кор втащила его внутрь комнаты и прикрыла дверь. Она вырвала бластер из его рук, и вскоре Чалко уже валялся в скрюченной позе по соседству с Анакином.
   Несколько секунд он лежал без движения, потом открыл глаза и прошептал:
   — Ничего не понимаю.
   — Чего ты не понимаешь, Чалко?
   — Она не должна была… — он затрясся от негодования. — Мне сказали, что это сделает джедая бессильным.
   Даешара'кор нахмурилась и посмотрела на него.
   — О чем ты?
   — О шкурке мири.
   Выгнув брови, Анакин удивленно посмотрел на компаньона.
   — Шкурка исаламири? Та, что у тебя на шее?
   — Ага. Еще и дорогая, зараза.
   — Мм-м… Чалко, исаламири должна быть живой, иначе ничего не получится.
   Тви'лекка фыркнула.
   — Благодари провидение, что ты переключил бластер в парализующий режим, иначе валялся бы ты сейчас на полу кучкой паленого мяса.
   Чалко промычал что-то нечленораздельное, а тви'лекка продолжала;
   — Итак, знает ли о твоей выходке Скайуокер? — она отключила меч. — Нет, ты хотел захватить меня сам, в одиночку. Что ж, у меня все еще есть немного времени.
   Анакин поднял взгляд на тви'лекку.
   — Ты хотела рассказать мне, зачем ты делаешь все это.
   — Нет, я хотела рассказать тебе, почему ты не сможешь меня понять, — Даешара'кор напряглась. — У тебя было счастливое детство, и ты, и твои брат с сестрой еще до рождения стали героями Галактики. Вас обожали, на вас рассчитывали, и вы, надо сказать, достойно удерживали на плечах возложенную на вас ношу. Мы с тобой слишком разные, Анакин, чтобы ты смог понять меня.
   — Вот чего я точно не могу понять, так это как можно желать смерти миллиардов живых существ. Что стряслось в твоей жизни, что ты решилась на такой отчаянный шаг?
   — А ты не можешь представить себе, как можно желать смерти миллиардов?
   — Нет.
   — Даже чтобы спасти свою семью? Защитить мать? Или отца? — она устало посмотрела на него. — Разве ты отказался бы обменять миллиарды жизней йуужаньвонгов на одну-единственную — Чубакки?
   К его горлу немедленно подкатился ком, Анакин усиленно старался не разреветься, однако слезы самопроизвольно катились по щекам. Он попытался утереться, но неудобная поза, в которой он был скручен, не позволяла пошевелить даже пальцем. Его губы задрожали, когда в мозгу всплыл предсмертный образ Чубакки, дерзкий и вызывающий. И все: дальше — одна пустота.
   После недолгого хныканья Анакин сумел собраться и поднял подбородок, посмотрев в глаза Даешаре'кор.
   — Ни миллиард, ни десять миллиардов жизней не вернут его. И если я расправлюсь с йуужань-вон-гами таким образом, это будет подлостью, предательством по отношению к тому героизму, который проявил Чубакка в последние часы перед смертью. Он через столько прошел в своей жизни. Он был рабом, которого спас мой отец…
   — Тогда он бы тебя понял.
   Глаза Анакина вновь сделались влажными.
   — Я не…
   — Ладно, прекрати, — она отвернулась и принялась вновь настраивать комлинк. — Мне надо переброситься еще парой слов с твоим дядей.
   Чалко мгновенно очнулся и заерзал на месте, пытаясь принять позу поудобнее.
   — Сейчас я попробую развязать тебя, малыш, но… о, ситх! Пальцы мои меня не слушаются. Ой, моя голова… прямо раскалывается!
   — Моя тоже, — Анакин откатился от стены и попробовал распрямиться. У него болела не только голова, но и весь он чувствовал себя смятым и раздавленным. Слова Даешары'кор о Чубакке сильно задели его за живое.
   Тви'лекка вновь окинула взглядом узников, и он резко опустил голову и поник, сделав вид, что ничего не происходит. Когда она отвернулась, он стал успокаиваться, направляя чувства и мысли в нужное русло. Он сосредоточился, затем медленно, отбрасывая в сторону все сомнения, потянулся к Силе.
   Почуяв недоброе, Даешара'кор крутанулась на пятках и бросилась к пленнику. Однако Анакину хватило и миллисекунды: его усилиями бластерный карабин поднялся с пола на высоту человеческого роста и со всего размаху впечатался смутьянке прямехонько в лоб. В ее глазах потемнело, и она с грохотом обрушилась на пол.
   Наконец Анакин позволил себе расслабиться. Он обратился к Силе, чтобы отыскать дядю Люка и сообщить ему, что с ним все в порядке. Ему это удалось довольно быстро, так как Люк, к его удивлению, был уже недалеко.
   Анакин бросил взгляд на своего компаньона и увидел расплывающуюся на его лице широкую самодовольную ухмылку.
   — Что тебя так развеселило?
   — Благодари судьбу, пацан, что я оказался неподалеку. Не будь меня, у тебя бы ничего не вышло.
   — Хочешь сказать, что скручивая тебя, она сильно утомилась?
   — Да нет, не сильно.
   — Или, может быть, именно ты был настолько догадливым и расторопным, что умудрился попасть ей бластером прямо в лоб?
   — Не-а, — Чалко замотал головой. — Да только, если бы я не пришел и не принес с собой этот бластер, тебе было бы нечего в ее кинуть. Вот так-то.
   Закатив глаза, Анакин притянул Силой бластерный карабин и вручил его своему компаньону.
   — Ладно, герой, давай вкачай в нее немного станнирующего разряда, а то она очнется, и нам не поздоровится. После этого можешь меня развязать.
   — Да погоди ты минутку.
   — Я бы так и сделал, но этой минутки у нас нет. Дядя Люк уже на подходе, — Анакин одарил коротышку улыбкой. — Ты же не хочешь, чтобы он обнаружил нас в лежачем и связанном состоянии?
   — Ясно. А ты ловкий малый. И, слушай, давай забудем вот об этом, — Чалко сорвал шкурку йсаламири с шеи и зашвырнул ее в другой угол комнаты. — Пусть это будет нашим маленьким секретом.
   — Конечно, Чалко, секрет так секрет, — Анакин по-прежнему улыбался. — Дяде Люку не обязательно знать обо всем.

19

   Эй, я не собираюсь убивать людей, которых должен защищатъ! Джейсен разъяренно зарычал, затем призвал Силу и послал мощный импульс в сторону наступающей вооруженной толпы, отбрасывая ее назад. Некоторые споткнулись о других, два или три раба упали. Джейсен схватил одного из упавших гуманоидов и швырнул его в толпу, мешая ее дальнейшему продвижению.
   Справа от него Корран и его серебристый клинок включились в битву, лишив жизни двух особо агрессивно настроенных рептилоидов, но дорогу неожиданно перегородил один из йуужань-вонгов, высоко вознесший над собой амфижезл. Джедай сделал обманный маневр, затем резко атаковал снизу. Клинок оставил глубокую борозду на вондуун-крабовых доспехах йуужань-вонга, но не нанес ему каких-либо серьезных увечий.
   Воин сделал шаг назад, затем перешел в контрнаступление, попытавшись прорвать оборону Коррана с левого фланга. Джедай резко развернулся, отводя жезл воина в сторону, после чего сделал полный оборот вокруг своей оси, чтобы вновь оказаться к противнику лицом. Продолжая вращаться, Кор-ран умело парировал удары йуужань-вонга и делал резкие выпады то мечом, а то и нанося удары ногами. Один из этих могучих ударов пришелся против-нику по лицу.
   Йуужань-вонг был вынужден отступить и неожиданно почувствовал под ногами препятствие: он зацепился одной из них за цветочный горшок, Потеряв равновесие, воин опрокинулся на спину, его ноги запутались во вьющихся отростках декоративного фруктового дерева. Корран не преминул воспользоваться внезапно возникшим преимуществом. Подскочив к противнику, он нанес ему два сокрушительных удара, первый из которых вспорол доспехи, а второй рассек йуужань-вонга пополам.
   Третий и последний йуужань-вонг прошипел приказ, заставивший рептилоидов начать отступление. Однако до согласованных действий дело так и не дошло: снайперы повстанцев, наконец, сумели сфокусировать на фигуре воина прицелы винтовок, и на него обрушился шквал бластерного огня. Броня из вундуун-краба могла выдержать одно-два попадания, однако отразить такой концентрированный огонь ей оказалось не под силу. Йуужань-вонг забился в конвульсиях, когда доспехи были пробиты, и через несколько секунд мертвой тушей обрушился на покрытую феррокритом землю.
   Лишившись «мозгового центра», рептилоиды ударились в паническое бегство. Ганнер скосил двух убегающих врагов, бойцы-повстанцы подстрелили еще нескольких, а вот Джейсену возможность блеснуть мастерством не представилась: вокруг него не было ни единого рептилоида. Зато мимо пронеслась группка рабовлюдей, пытавшихся отступить к тому зданию, из которого они появились.
   Корран поднял вверх меч и взмахнул им над головой.
   — Давай же, Джейсен, шевелись! Хватай парочку, и мы уходим.
   Бойцы-повстанцы среагировали на приказ не в пример быстрее. Они перехватили на бегу двух мчащихся наутек гуманоидов и потащили их в противоположную сторону, а в это время шум над головами возвестил о новой приближающейся угрозе. Черный объект овальной формы пролетел над ними на высокой скорости и скрылся за домами. Джейсен ощутил горечь во рту.
   — Корран, это был коралл-прыгун!
   — Бот сшпхово отродье] — Корран бросил взгляд на хронометр. — Поторапливаемся, господа, у нас осталось не больше двух часов. Все делаем, как запланировано: двое тащат пленников на транспорт, остальные прикрывают отход.
   Ганнер ехидно ухмыльнулся.
   — Может, еще успеем сходить на экскурсию в Ксеноботанический сад? Говорят, потрясающее место.
   — Неужели ты будешь ходить с важным видом по саду и читать таблички под экспонатами?
   Ганнер бросил угрюмый взгляд на старшего джедая, а Джейсен рассмеялся.
   — Эй, Ганнер! По крайней мере, он не сомневается в твоем умении читать.
   Джедай хотел ответить ему что-то в том же дерзком ключе, однако его комментарий потонул в реве идущего на второй заход коралла-прыгуна. Истребитель шел на бреющем и извергал из вулканических жерл плазменные потоки, которые впивались в феррокрит, оставляя на нем черные выжженные отметины.
   Корран ткнул пальцем в западном направлении.
   — Все, сваливайте отсюда! Я разберусь с ним.
   Ганнер уже несся во весь опор в указанную сторону, но Джейсен предпочел остаться и потянул Коррана за рукав.
   — Ты хоть знаешь, как это сделать?
   — Нет, но раньше это никогда меня не останавливало, — кореллианский джедай подмигнул Джей-сену, а потом рванул прямо навстречу приближающемуся истребителю, размахивая мечом высоко над головой. — Ну, давай, иди сюда, хаттов детеныш!
   Тот был уже близко, жерло вулканической пушки нацелилось в сторону Коррана, и пилот, вероятно, уже потирал руки в предвкушении того, как сотрет джедая в порошок. Корран занял оборонительную позицию, готовый отразить любую вспышку плазменного огня.
   — Джейсен, да уходи же ты наконец!
   Молодой джедай решил ослушаться. Он потянулся к Силе, поднял в воздух крышку люка, которую во время недавней битвы использовал в качестве метательного снаряда Ганнер, и вознес ее вверх. С ее помощью Джейсен заткнул сопло вулканической пушки коралла-прыгуна и призвал все имеющиеся навыки использования Силы, чтобы удержать крышку на месте. Когда истребитель разразился плазменным огнем, ему пришлось удвоить усилия, так как давление сверху стало неимоверным.
   Металлический диск стал плавиться, сначала налившись ярко-алым, потом побелев, после чего в его середине стали образовываться прожженные отверстия, сквозь которые сгустки плазмы проникали наружу. Однако произведенного эффекта хватило: вместе с крышкой люка стал плавиться и сам коралл-прыгун. Первой взорвалась пилотская кабина, затем череда взрывов прокатилась по всему корпусу, и истребитель стал распадаться на части. Последний взрыв произошел уже внизу, где останки того, что когда-то было кораллом-прыгуном, пропахали феррокритовую площадь.
   От настолько мощной ударной волны Джейсен потерял равновесие и, не удержавшись на ногах, шмякнулся оземь. От корабля, подобно зарядам адского фейерверка, во все стороны полетели объятые пламенем осколки. Молодой джедай начал осознавать, какую серьезную опасность представляет для него град горящих обломков коралла, но прежде чем он успел предпринять хоть что-то для своей зашиты, мимо промчался Корран и утянул его вслед за собой. Мгновение спустя огромный кусок хвостового оперения истребителя впился в землю как раз в том месте, где только что лежал Джейсен.
   Юноша улыбнулся Коррану.
   — Спасибо, что спас мне жизнь.
   — Всегда пожалуйста, только в другой раз изволь подчиняться моим приказам.
   Джейсен удивленно вытаращил глаза на старшего джедая.
   — Но я тоже спас тебе жизнь!
   — Да, детали, детали, — очень быстро они добрались до того места, где прятался Ганнер и остальные солдаты. — Поскольку я тут командую, мне и решать, где и как рисковать нашими жизнями. Ты чуть не угробил себя.
   Джейсен хмуро посмотрел на Коррана.
   — Но ты же спас меня, в следствие того что я спас тебя.
   Тот рассмеялся.
   — Знаешь, если ты будешь использовать против меня логику, я просто отправлю тебя домой к мамочке. Ясно?
   — Так: точно, сэр!
 
* * *
 
   Все тело Коррана ныло от тяжелых нагрузок, но он боролся с усталостью и продолжал ползти в тени строений Ксеноботанического сада, стараясь не попадаться на глаза вражеским патрулям. Побег с поля битвы на площади оказался намного легче, чем он предполагал. Превращенные в рабоп люди, марионетки йуужань-вонгов, делали все возможное, чтобы их выследить, но их организация оставляла желать лучшего. Корран не испытывал никакого удовольствия, убивая рабов, но вот прочие бойцы сопротивления считали своим священным долгом освобождать своих товаришей-гаркийцев от мучений. На Биммиеле Корран уже испытал на себе, что такое убивать тех, кого нельзя излечить, но здесь он, по крайней мере, был рад, что нажимать на курок приходится другим, а не ему.
   Он бросил взгляд на противоположную сторону тропы, где Джейсен Соло также припал к земле. Мальчишка произвел на него огромное впечатление. Мальчишка?! Черные кости императора, да он уже практически мужчина и продолжает расти. Хоть
   Корран это открыто и не показывал, но он признавал, что если бы не Джейсен, так мастерски заткнувший жерло плазменной пушки металлическим диском, не жить ему, Коррану, на этом свете. Еще больше ему нравилось то, как вел себя молодой джедай во время отступления. Не суетился, двигался уверенно и своим примером вдохновлял бойцов на дальнейшую борьбу.
   Вместе с еще несколькими повстанцами, Джейсен и Корран сформировали арьергардную группу и прикрывали тылы остальных своих товарищей, в числе которых были Ганнер и четверо ногри. Еще двое ногри на всех парах мчались впереди, конвоируя двух пленных рабов к месту отправки. До поры до времени у арьергарда проблем не возникало, но они появились как только неподалеку от них совершил посадку транспортный корабль йуужань-вон-гов, из которого высыпал взвод отборных бойцов. Сражаться с йуужанъ-вотами — — это, знаете ли, не рабов беспомощных расстреливать.
   Коррану пришлось распластаться на земле, когда в его ушах раздалось жужжание и нечто небольшое, но смертоносное рванулось в его сторону. Пулевой жук просвистел буквально в нескольких сантиметрах над его головой, после чего погасил скорость и приземлился на широкий лист.
   Корран не дал ему ни шанса повторить заход, ни возможности вернуться к хозяину. Джедай активировал меч, причем сразу же удвоив его длину, что позволило ему с легкостью достать жука. Он что есть мочи вдарил по вредному насекомому, оставив от него лишь обрубленные конечности и разбросанные повсюду кусочки хитина.
   — Ох, как я их ненавижу!
   Джейсен согласно кивнул, а затем указал направо.
   Вернув своему клинку нормальную длину, Корран вновь нырнул в тень одного из зданий. В лесной чаще он мельком сумел разглядеть блик солнца на броне йуужань-вонгского воина, но затем потерял его из виду. Да, эти ребята хороши. Мы так и не увидим их, пока не будет слишком поздно.
   В наушниках неожиданно раздался голос Ганнера:
   — Периметр чист. Иторианский участок наш.
   Корран подтвердил получение информации, затем указал Джейсену в сторону рощицы деревьев баффорр. Молодой джедай кивнул, резко вскочил с места и помчался в указанном направлении, в бешенном темпе вращая мечом вокруг себя, чтобы врагам было труднее по нему попасть. Так держать, Джейсен.
   Старший джедай попытался еще раз высмотреть кого-то в чаще, так никого и не разглядел и последовал примеру своего младшего товарища, со всей мочи рванув в подлесок. Как и Джейсен, он старался отмахиваться мечом от всего, потенциально пытающегося его убить, и, надо сказать, желающие это сделать нашлись. Сначала над ухом просвистели два жука, затем что-то более крупное приземлилось чуть правее от него, всколыхнув почву под ногами. Лес окутался дымом, но Корран упорно продолжал мчаться в сторону рощи, зная, что там — спасение.
   Роща деревьев баффорр была редкостью, в незапамятные времена завезенной сюда с их родины, планеты Итор. Полуразумные деревья размером с башню, усеянные темно-зеленой листвой, были главной причиной, почему иторианцы так поклонялись Матери Джунглей. То, что они позволили пересадить несколько экземпляров с родной планеты на Гарки, означало лишь одно: иторианцы видели в гаркийцах своих братьев по разуму, как и они, тесно связанных с природой. Корран очень надеялся, что при помощи Силы он сможет контактировать с полуразумными деревьями, чтобы те смогли подсказать ему, где прячутся враги. Он был далек от уверенности в том, что преуспеет в этом начинании, но это было лучшее, что он мог придумать в такой отнюдь не способствующей спокойным размышлениям ситуации.
   Корран прорвался сквозь густую листву и припал к земле рядом с Джейсеном, Ганнером и Раде. В их глазах читалась полная покорность судьбе, да и сам Корран уже был готов смириться с неизбежностью смерти, лишь бы это помогло выиграть побольше времени для остальных повстанцев, которые прорывались к «Единственному шансу», чтобы вывезти пленников с планеты.
   Он посмотрел на Джейсена.
   — Мне следовало бы отправить тебя на корабль вместе со всеми.
   Тот невозмутимо пожал плечами.
   — Я лишь второй пилот. Если мы улетим с этого камешка, мы улетим вместе.
   — Как знаешь, — Корран перевел взгляд на Ган-нера. — Не пытался коснуться Силой этих деревьев?
   Тот устало кивнул.
   — Тут что-то есть, но очень неясное, практически неуловимое.
   Раде указал на желтую пыльцу, рассыпанную тут и там по земле.
   — Весна. Пора цветения. У деревьев уходит много энергии на размножение и рост.
   — Я вижу, — Корран вздохнул. — Дед как-то говорил мне, что растения любят, когда их подпитывают кровью. Похоже, сегодня у них будет пир.
   Джейсен указал пальцем на проблеск в чаще. — Они идут.
   Несколько рептилоидов и рабов из — числа людей подошли к подлеску, в котором прятались диверсанты, и заняли позиции на подступах. Повстанцыснайперы подстрелили нескольких врагов, но их собиралось все больше и больше. Взволнованные взгляды рабов говорили Коррану о том, что они чего-то ждут. Когда они дождались, даже Корран не удержался и присвистнул.
   Один за другим на тропу выступили семеро йуужань-вонгов. В их движениях чувствовалась скрытая до времени стремительность, но при этом они двигались неспешно, в полный рост, совершенно не опасаясь снайперов, которые тут же встретили их градом огня. Лазурные доспехи вонгов с легкостью отразили все попадания.
   Раде поднял руку, приказывая подчиненным прекратить огонь.
   — Дождитесь лучшего момента. Мы слишком далеко, чтобы пробить их броню.
   Корран остался стоять на одном колене, наблюдая за тем, как последний воин появляется в зоне видимости.
   — Ну что ж, сейчас повеселимся. Джейсен поднял взгляд.
   — Похоже, мы с тобой по-разному подходим к понятию «веселье».
   — Да нет, я не за нас беспокоюсь, а за них, — Корран подобрал двумя пальцами немного пыльцы баффорр и провел ими по лицу, нарисовав на нем яркие желтые полосы. — Конечно, маски на их лицах посимпатичнее будут, но и я тоже ничего выгляжу, как считаешь?
   Его реплику оставили без внимания, так как все были заворожены открывающимся зрелищем. Йуужань-вонг, которого Корран принял за главного, выступил вперед, оставив остальных чуть позади. Раде уж собирался приказать снайперам снять его, но Корран остановил их.
   — Помните, мы здесь, чтобы выиграть время. Не стоит торопиться.
   Иуужанъ-вонг поднял вверх амфижезл и огласил гаркийский лес жутким ревом:
   — Я — Краг из домена Вал. Гарки принадлежит мне. Сдавайтесь, и вас пощадят.
   Корран хотел подняться и сказать что-то в ответ, но Ганнер опередил его.
   — Я — — Ганнер Ризод, джедай. Если ты хочешь встретиться с нашим командиром, тебе сначала придется иметь дело со мной.
   — Ганнер, я и не знал, что ты такой заботливый.
   — А что ты хочешь, Корран? В последний раз, когда я позволил тебе сражаться с йуужань-вонгом, мне пришлось спасать твою шкуру, за химок втаскивая тебя на корабль.
   Один из ногри оказался еще более расторопным, выбежав из-за спины Ганнера.
   — Я — Мусхкил из клана Байкх'вар. Если ты хочешь сражаться с джедаями, то тебе придется пройти по моему трупу.
   В воздухе нарастало напряжение. Казалось, даже деревья баффорр ощущали его. Желтая пыльца стала осыпаться вниз, раскрашивая бойцов сопротивления в яркие цвета. Возможно, таким образом деревья пытались снять это напряжение, потому как злобные оскалы воинов-ногри под воздействием пыльцы покрывались желтыми крапинками и становились похожими на доброжелательные улыбки.
   Однако добрым побуждениям баффорр не суждено было сбыться. Чья-то нервная рука не удержалась и нажала на курок, выпустив обойму в одного из рептилоидов, после чего мирная роща превратилась в кромешный ад. Воздух становился горячим от жара бластерных разрядов, пронизавших его со всех сторон. Снайперы расстреливали рептилоидов и людей-рабов одного за другим, оставив джедаям и ногри разбираться с йуужань-вонгами.
   Или наоборот. Мусхкил первым добрался до Крага Вала, опередив и Ганнера, и Коррана. Ногри выхватил припрятанный где-то клинок и замахнулся им на йуужань-вонга, но тот оказался проворнее: ударом длинного амфижезла выбил оружие из рук серокожего противника. Еще до того, как нож упал на землю, йуужань-вонг сблизился с ногри и нанес резкий колющий удар, насадив оппонента на острый конец жезла. Кровь заструилась по оружию Крага Вала, но тот мгновенно вырвал амфижезл из плоти поверженного Мусхкила и повернулся лицом к новому противнику — — Ганнеру.
   Описав широкую дугу, зеленовато-желтое лезвие джедая, метившего воину в ноги, устремилось вниз, но Краг Вал резко крутанулся на месте, подставив под удар щитки на голенях. Ослепленный яростью, Ганнер забыл про самооборону. В ответной атаке йуужань-вонг нацелил выпад в голову противника, а тот не успел ни увернуться, ни защититься. Амфижезл сделал огромный косой разрез на лице джедая, и тот в панике схватился за него руками, будто боялся, что его голова распадется на две половинки.
   Корран уже на всех парах мчался к нему на помощь, но первым все же подоспел Джейсен. Яростными выпадами он попытался подавить оборону йуужаньвонга, но тот уверенно держался, отражая атаки амфижезлом. И все же один удар он пропустил: резкий пинок ноги Джейсена угодил воину в левое колено, и броня в этом сочленении треснула. Джедай решил не давать воину опомниться: рубанул мечом по его ноге, целясь как раз в то место, где до этого оставил след клинок Ганнера. Доспех был уже поврежден, так что Джейсену не составило труда довершить начатое и отхватить йуужань-вон-гу полноги.
   Воин был практически повержен, но еще сопротивлялся, пытаясь из последних сил проткнуть джедая амфижезлом. Джейсен отразил выпад и, совершив еще одно резкое движение мечом, попал прямо в точку крепления двух бронепластин. Доспех снова не выдержал, и йуужань-вонг лишился амфи-жезла вместе с правой рукой.
   Корран тем временем подскочил к Ганнеру, заслоняя его мечом от удара одного из воинов, который решил покончить с раненым джедаем. Контратака Коррана, результатом которой стал длинный порез на грудной бронепластине нападавшего вон-га, заставила того отступить назад, помешав тем самым продвижению еще нескольких его сотоварищей. Корран тем временем подхватил Силой меч Ганнера в левую руку и, вооруженный двумя клинками, встретил врагов со злобным оскалом на лице.
   — Ну, давайте! Подходите! — он попытался провести обманный маневр и сбить с толку противостоящих ему воинов. — Я не могу целый день ждать, пока вы соизволите напасть.
   Сразу два йуужань-вонга атаковали его с разных сторон, но Корран отразил выпады амфижезлов обоими клинками. Левой рукой он провел контрвыпад, и золотистое лезвие Ганнерова меча оставило глубокий кровоточащий след на колене одного из вонгов.
   Корран резко развернулся и уже собирался всадить серебристый клинок в горло второму бойцу, но меч, неожиданно для его хозяина, не встретил сопротивления. Враг, пошатываясь, стоял чуть в стороне, и Корран направил на него меч так, что, если бы воин сделал хоть одно движение в его сторону, клинок проткнул бы его насквозь.
   Но ничего подобного не происходило. Корран изумленно пялился на воинов, не веря своим глазам. Мягкая кожистая ткань, прикрывавшая сочленения их вондуун-крабовых доспехов, начала набухать и раздуваться, так что конечности вонгов закостенели. Черная жидкость сочилась из-под их подмышек, крупными каплями падая вниз. Очень медленно воины оседали на землю, не в силах противостоять разрушению доспеха; из-за набухания защищающих шею сочленений они задыхались. Через некоторое время они уже представляли собой распростертые на земле безжизненные тела, залитые черной слизью и усыпанные пыльцой баффорр.