29
   Свет от голографического образа итори-анской звездной системы бросал яркие блики на лица собравшихся в зале для совещаний. Управлявший голопроектором адмирал Кре'фей медленно изменял ракурс, пока не добился желаемой картинки, на которой можно было разглядеть, как громадные иториан-ские корабли-города неторопливо уплывают прочь от того места, которое когда-то было их родным домом.
   Когда изображение застыло, ботан заговорил: — Эвакуация проходит относительно успешно. Летучие города недостаточно прочны, чтобы совершить переход на сверхсветовую скорость, даже если бы их и можно было оснастить гипердвигателями. Но мы обязательно спрячем их под экран, чтобы ни одно из этих чудес техники не досталось вонгам. Одновременно мы задействуем каждый имеющийся в наличии корабль, чтобы эвакуировать население этих городов.
   Адмирал Пеллаэон некоторое время задумчиво разглядывал своего коллегу.
   — Никогда бы не подумал, что возможно эвакуировать население целой огромной планеты.
   — Мы все равно не сможем увезти всех, — сказал Корран. — На Иторе попрежнему остается множество жизненных форм. Мы лишь забираем самую мобильную их часть.
   Кре'фей подтвердил его слова кивком и вновь устремил взгляд в сторону деки, которую он использовал для управления голопроектором.
   — По самым оптимистическим прогнозам, нам понадобится еще не меньше недели, чтобы завершить эвакуацию. И это только при условии, что мне предоставят дополнительный транспорт, который я запросил с Корусканта. У нас катастрофически мало кораблей, поскольку паника поднялась уже и на Агамаре, и на близлежащих мирах, которые тоже требуют к себе внимания. Это игра на опережение, и наши шансы победить в ней становятся все меньше и меньше.
   Мастер Скайуокер вздохнул, тяжесть этих слов ботана заставляла сжиматься его сердце.
   — И твой кузен ничем не может помочь? Траест Кре'фей громко расхохотался.
   — Нет, не совсем. Правда, все его министры и советники уже погрузились на один из эвакуационных кораблей и спешно ретировались к Корусканту.
   Корран в удивлении выпучил глаза.
   — А Борек остался?
   — Точно.
   Кореллианский джедай поднял обе руки ладонями вверх, будто бы они были чашами одних больших весов.
   — Храбрец или болван? Болван или храбрец?.. Не уверен, что смогу довериться хоть одному из этих его образов.
   — Пока он не создает неприятностей, я не очень-то беспокоюсь о нем, — ботан вздохнул. — С другой стороны, шансы на то, что его поведение и дальше останется в этом русле, опять-таки не слишком велики.
   — Вернемся к насущным делам, — произнес Пеллаэон, сплетя вместе пальцы обеих рук. — Мои инженеры закончили подготовку наземной базы, а бойцы заняли свои позиции.
   Люк кивнул.
   — Хорошо. Джедаи также очень близки к завершению приготовлений в «Бухте Тафанда». Я бы предпочел иметь больше времени, чтобы удостовериться в их готовности, провести несколько тренировочных боев, но пусть все будет так, как предначертано свыше. Теперь все зависит от йуужань-вонгов.
   — Определенно, это так, — Кре'фей утопил еще одну кнопку на деке, и голографическая картинка продолжила свое вращение. В новом ракурсе стали видны самые глубины иторианской солнечной системы. Там, у газового гиганта, рядом с обширным поясом астероидов виднелся йуужань-вонгский космический флот. Корабли, внешне ничем не отличавшиеся от астероидов, медленно, но верно прокладывали себе путь в направлении планеты Итор.
   От одного лишь вида этих звездолетов по коже Люка забегали мурашки.
   Ботан откинулся на спинку кресла и двумя ладонями разгладил снежно-белую шкуру у себя на загривке.
   — С тех пор как они объявились в нашей системе, я прогнал множество вариантов развития боя, но, похоже, нас ждет единственно возможный исход. При таком большом скоплении вооруженных сил с обеих сторон мы можем только вступить в космосе в открытый бой, нанести друг другу максимальный урон и отступить на прежние позиции. Исходя из их текущей скорости, столкновение может произойти через три, может быть, четыре дня. Одна большая битва, затем отступление.
   Гилад Пеллаэон подался вперед, разгладив двумя пальцами пышные седеющие усы.
   — Я запросил подкрепление, и я знаю, что вы поступили так же. Что мне больше всего не нравится в нашей стратегии: вонги могут отделить от своих сил небольшую группу кораблей и направить ее вдогонку иторианским летучим городам, как только мы начнем отступление. Нам придется как-то отреагировать, и тем самым мы нарушим баланс сил. Мы оставим Итор открытым для вторжения.
   В разговор вступил Корран:
   — А нельзя перенаправить грядущее подкрепление прямо к летучим городам, чтобы они смогли прикрыть их?
   Имперский адмирал кивнул.
   — Да, это будет достаточно просто осуществить, и эти корабли также будут в состоянии помочь с эвакуацией.
   — А эвакуация гораздо важнее, чем уничтожение отдельных йуужань-вонгских кораблей, отбившихся от основного флота, — Люк бросил взгляд на Коррана. — Ты что-то хотел сказать?
   Кореллианский джедай задумчиво почесал за ухом.
   — Ну, мне так кажется, что вместо обычного отступления нам понадобится перемирие.
   — Да, оно бы нам не помешало, но, вспоминая о судьбе нашего другакаамаси, я думаю, что эта идея неосуществима, — заявил Пеллаэон.
   — Может, и нет.
   Люк строго посмотрел на своего ученика, будто мог глазами просверлить его насквозь.
   — Что у тебя на уме? Ты явно что-то задумал.
   — Ладно, вы меня раскусили, — губы Коррана сжались в тонкую линию. — Я не хотел обманывать вас, мастер Скайуокер, все знают, что это невозможно, однако. .. Вы все слышали, что от меня потребовал Шедао Шаи. Я послал запрос на Агамар. В течение дня я ожидаю, что археологическая группа перешлет мне найденные останки йуужань-вон-га, которые так жаждет заполучить Шедао.
   Люк покачал головой.
   — Надеюсь, ты не затеял никаких глупостей? Не собрался привезти их в «Бухту Тафанда» и использовать как приманку?
   — Я пока еще не знаю, что я затеял. Не загадывал так далеко. Быть может, я отправлю эти косточки дрейфовать к местному солнцу, и пусть Шедао мчится сломя голову спасать их, да и сгорит там. Я не знаю.
   Кре'фей потер подбородок.
   — Кости в обмен на перемирие? Боюсь, такая сделка неосуществима.
   — Неосуществима, — подтвердил Корран. Люк почувствовал небольшую неопределенность, оставшуюся после его слов.
   — Что ты хочешь сказать?
   — Я был не прав, заявив, что Шедао Шаи хочет заполучить только останки своего предка. У меня есть две вещи, которые ему необходимы. У меня есть эти кости и у меня есть я. Я убил двух его родичей на Биммиеле, за что он прикончил Элегоса. А теперь он хочет добраться и до меня.
   Имперский адмирал ухмыльнулся.
   — А ты — до него.
   — Не имеет значения, — кореллианский джедай встал. — Вот что я предлагаю: я вызову лидера вон-гов на поединок. Побеждает он — получает косточки. Побеждаю я — мне достается Итор. А чтобы заключить это соглашение, нам потребуется перемирие. Сколько вам надо? Неделю? Две?
   — Неделю было бы замечательно, две — еще лучше, — Кре'фей, казалось, воспрял духом. — Это может сработать.
   Люк замотал головой.
   — Нет, этого не может случиться.
   — Мастер? Почему нет?
   — Ну, во-первых, Борек Фей'лиа этого не одобрит.
   Кре'фей откашлялся.
   — То, о чем не знает мой кузен, не должно его касаться.
   Корран кивнул.
   — А если это не сработает, и Шедао Шаи не согласится, то нам не придется объясняться за очередной провал, произошедший по вине джедаев.
   — Корран, все равно, это неправильно. Если ты вызываешь его на дуэль, значит, ты идешь по пути агрессии. Ты принуждаешь его к ответным действием. Это не то, чем позволено заниматься джедаю. Ты подходишь слишком близко к опасной черте, мой друг, — Люк не озвучил последнюю мысль, поскольку не был до конца уверен в том, как воспримут ее адмиралы.
   Кореллианин вновь уселся в кресло и обвел взглядом собравшихся.
   — Думаю, мне понятно, что вас беспокоит, мастер, но это опять возвращает нас к той дискуссии, которая состоялась несколько месяцев назад. Мне кажется, я нашел средоточие йуужань-вонгской мощи. Как и Элегос, я хочу остановить нашествие, и если я добьюсь своего, хотя бы на день, это сохранит жизни еще как минимум нескольким тысячам существ, у которых будет шанс спастись.
   — Но своими действиями ты только сыграешь на руку Кипу.
   — Я знаю, — Корран устало прикрыл глаза. — Поймите, мастер, я бы хотел пойти альтернативным курсом, но сейчас у нас нет выбора.
   Люк хотел было еще протестовать, хотел просто запретить Коррану встречаться с йуужань-вонгским командующим, но он переборол себя и не стал этого делать. Абсолютное спокойствие, излучаемое Корраном, убедило его в правоте кореллианина.
   Мастер-джедай повернулся к двум адмиралам.
   — Вы одобряете его план? Пеллаэон фыркнул.
   — Когда действия одного человека решают судьбу целой планеты и ее населения? В Империи никогда не допустили бы подобного. Мало того, что это несет в себе серьезный риск для самого человека, так и другие, глядя на него, могут заняться самодеятельностью, если посчитают ее «правильной». Будь он моим непосредственным подчиненным, я бы наложил вето на его план, но в данном случае я этого сделать не могу. Я также понимаю, в какое отчаянное положение мы попали, что приходится действовать по принципу «все средства хороши». План может и сработать, а потому я не стану противиться благим побуждениям джедая Хорна. Но решение пусть остается за его непосредственным командиром.
   Кре'фей хмуро перевел взгляд с имперца на двух джедаев.
   — Я все пытаюсь вспомнить ту вескую причину, по которой мне вновь пришлось призвать полковника Хорна на армейскую службу, но не могу, — он вздохнул. — Я согласен с адмиралом Пеллаэоном. Мне тоже все это не нравится, но у нас есть шанс, и им надо воспользоваться. Корабли не могут летать быстрее своей предельной скорости, а потому нам просто позарез нужно время. То, что предлагает полковник, по крайней мере, подарит нам несколько драгоценных дней. Если это спасет Итор, что ж, пусть будет так.
   Последнюю одобрительную речь произнес Люк. — Хоть мне тоже все это очень не нравится, но я верю в тебя, Корран. Я знаю, что ты не подведешь меня.
   — Спасибо, мастер.
   Люк по-отечески похлопал по плечу своего ученика.
   — Мы разработаем план, как доставить послание Шедао Шаи. Как только мы закончим, я введу тебя в курс дела.
   Кре'фей поднялся с кресла и протянул руку мастеру Скайуокеру.
   — Поскольку об этом еще ни разу не заходило речи, я хочу сказать, что очень признателен вам и вашим джедаям за то, как вы жертвуете собой здесь, на Игоре во благо Новой Республики и ее народов. Я хотел, чтобы вы знали это на случай, если это последняя наша с вами встреча.
   Образ погибшего Чубакки всплыл в мозгу Люка, но также быстро исчез, когда ботан крепко пожал его руку.
   — Спасибо вам, адмирал. Да пребудет Великая сила со всеми нами!

30

   Джейсен Соло наблюдал за тем, как дро-ид-погрузчик освобождает трюм фрахто-вика от блестящего алюминиевого контейнера.
   — Вам следует быть в курсе, что. доктор Анки Пейс собирается опротестовать столь бесцеремонное изъятие из ее лаборатории этого йуужаньвонгского артефакта, — заявил капитан грузового корабля.
   — Будем знать, — отозвался Корран. — Спасибо, что отклонились от своего курса и забросили нам этот чемоданчик. Не смею вас больше задерживать.
   — Нет проблем. Ваша жена столько раз выручала меня, что я был безмерно счастлив, узнав, что могу вам хоть в чем-то пригодиться, — мужчина отсалютовал Коррану и двинулся вслед за погрузчиком к фрахтовику.
   — Корран, если хочешь, я могу это понести. Старший джедай взял кейс за ручку и протянул его Джейсену.
   — Помнится, ты не был в восторге от моей идеи во время брифинга. Ты изменил свое мнение или мне показалось?
   Юноша принял кейс из рук Коррана и был несказанно удивлен тем, насколько легким он оказался.
   — Не совсем. Ты решил использовать эту войну, чтобы свести личные счеты с Шедао Шаи. Это неправильно. Это ведет…
   — Джейсен, только не надо затягивать старую волынку про Темную сторону, — Корран устало потер затылок. — Я сейчас не в том настроении…
   — Нет, Корран, ты просто не хочешь слушать меня, потому что знаешь: все что я скажу — истинная правда, — юноша сделал шаг в сторону и бросил взгляд через плечо на старшего джедая. — Именно ты как-то сказал мне, что все мы должны двигаться в одном направлении, и вот ты выбираешь свое собственное. Ты жаждешь возмездия за гибель друга, и я не могу осуждать тебя. Но окажись я на твоем месте, а ты на моем — — ты обязательно стал бы убеждать меня в моей неправоте.
   — Возможно.
   — Тогда почему я не могу делать то же самое?
   — Потому что… — Корран заколебался, затем схватил младшего джедая за руку и потянул за собой. — Пойдем, сам все увидишь.
   В полном молчании они несколько минут шли по улицам, пока наконец не вышли на одну из аллей, откуда открывался неописуемой красоты вид на гигащский купол, скрывающий под собой «Бухту Та-фанда». Если бы Джейсен не знал, что его несет, словно по течению, над Матерью Джуглей, он бы подумал, что иторианский корабль — это огромный город, стоящий на поверхности планеты и укрытый транспаристиловым куполом. И сквозь этот купол просвечивало ясное голубое небо, на фоне которого армады фрахтовиков яркими точками взмывали ввысь и мчались в открытый космос, унося с собой наследие иторианского народа.
   — Посмотри вокруг, Джейсен. Ты видишь город, который был брошен своими обитателями — существами, которые любили его, трудились не покладая рук, чтобы сотворить эту красоту. И почему? Потому что он стал мишенью. Мы знаем, что вонги хотят разрушить его, а потому мы увезли отсюда всех мирных жителей и заготовили несколько сюрпризов для вражеской орды. Тем же самым мы заняты и на всех остальных частях планеты. Юноша кивнул.
   — Это я понимаю.
   — Тогда пойми кот что: Шедао Шаи, в отместку за то, что я совершил на Биммиеле, за то, что мы с тобой сотворили на Гарки, решил сделать мишенью и меня самого. Разыскивая меня — а заодно и останки своего предка, — он совершенно обезумел, а это как раз то, что нам нужно. Сумасшествие вражеского лидера даст нам немного лишнего времени и, в конце концов, он потерпит крах.
   — Все это мне понятно, но остальное… Корран вздохнул и по-дружески положил ладонь на плечо Джейсена.
   — Послушай, Джейсен, я не жажду возмездия за Элегоса. Его смерть потрясла меня очень сильно, но я знал его достаточно хорошо, чтобы понять: последнее, что он хотел бы от меня, это чье-либо убийство во имя отмщения за его смерть. Вспомни, на Дантуине он полетел на том челноке, потому что хотел взять на себя ответственность за убийство, освободить всех прочих от этого тяжкого бремени. Если я пойду сражаться с Шедао во имя Элегоса, я предам все то, за что он боролся. Я никогда так не поступлю.
   — Но ты все равно намереваешься убить Шедао Шаи.
   Лицо Коррана, казалось, было скрыто непроницаемой маской.
   — Если появится такая возможность, то да. Пойми, Джейсен, речь идет не о возмездии, которое, как ты правильно заметил, ведет к Темной стороне. Разговор об ответственности. Шедао Шаи хочет убить меня. Если я не встречусь с ним, тогда тебе, или Ганнеру, или кому-то еще придется выйти на бой с ним. Да, он опасен, в этом я не сомневаюсь. Он вполне может убить меня, вот тогда он станет уже твоей проблемой. До тех пор он мой.
   Джейсен почувствовал дрожь в коленках.
   — Я раньше не задумывался об этом.
   — Ты и не должен был, — старший джедай вздохнул. Не то чтобы очень тяжко, просто надеялся тем самым снять напряжение. — Джейсен, все, что мы делаем, необходимо, поверь мне. Мы обязаны выиграть эту битву. Мы должны спасти Итор и одновременно доказать йуужань-вонгам, что и они могут быть битыми. Если они заплатят здесь высокую цену, то в следующий раз они десять раз подумают, прежде чем атаковать одну из наших планет.
   На лице Коррана расплылась улыбка.
   — Точно так же я уверен и в своей правоте. Я знаю, что делаю, Джейсен. Так должно быть.
   Молодой джедай услышал в его голосе твердость, непоколебимость и даже был готов поверить ему, но память услужливо подбросила юноше эпизод из собственного прошлого, который он так долго старался забыть.
   — Я тоже чувствовал себя правым, когда рвался освобождать рабов на Белкадане. Сам помнишь, чем это тогда обернулось.
   Корран похлопал его по плечу.
   — Да, малыш, тебе еще многое предстоит узнать в жизни.
   — Я просто стараюсь быть реалистом.
   — Да, конечно, — кореллианин потянул юношу к тому месту, где им было предписано занять позиции. — У меня такое чувство, что в скором будущем реализм захлестнет нас гигантской волной. Надеюсь, мы в нем не утонем.
 
* * *
 
   — Мне в самом деле немного странно видеть, что ты все еще здесь, брат, — адмирал Траест Кре'-фей взошел на мостик «Ралруста», и перед его глазами в передних иллюминаторах открылась завораживающая картина космического пространства Итора. Вдали несколько похожих на дротики кораблей патрулировали орбиты планеты, причем большая их часть принадлежала Империи. — Я думал, ты решил отправиться в Центр вместе с верховным жрецом Итора Тауроном, а ты вдруг остался.
   Шерсть на загривке Борска Фей'лиа встопорщилась, но больше глава Республики ничем не выказывал своего раздражения.
   — На то были причины.
   И явно не последняя из них та, что советник Органа Соло также осталась на планете, в то время как остальной кабинет министров дал деру. Траест усмехнулся про себя, но решил не делиться своими соображениями с главой государства.
   — А что стало причиной для того, чтобы поговорить со мной?
   — Поговорить? Нет, — Фей'лиа выдавил из себя улыбку. — Ты мне нужен как свидетель, — он кивнул одному из офицеров. — Подготовьте связь, будьте так любезны.
   Лейтенант Арр'йика выразительно посмотрел на адмирала, ожидая разрешения.
   А Траест во все глаза пялился на своего кузена.
   — И с кем же ты желаешь пообщаться?
   — С адмиралом Пеллаэоном, — Фей'лиа мотнул головой в сторону «Химеры», которая маячила неподалеку. — Поскольку тебе не хватает мужества заявить ему протест по поводу узурпации власти, за тебя это сделаю я. Я потребую, чтобы командование этой операцией отныне лежало на тебе. Это республиканский мир, и ты должен возглавлять его оборону.
   — Ясно, — в голосе Траеста Кре'фея послышались нотки раздражения; затем он обратился к лейтенанту:
   — Откройте канал связи с «Химерой».
   Оба ботана в мертвой тишине ожидали, пока над ними возникнет голографическое изображение адмирала Пеллаэона, на котором он выглядел так же внушительно, как и в реальной жизни.
   — Слушаю вас, адмирал Кре'фей.
   — Здравия желаю, адмирал. Я не хотел нарушать ваш покой, но правитель Фей'лиа настоятельно требует от вас отдать мне командование обороной Итора. Вам есть, что сказать по этому поводу?
   Гилад Пеллаэон кивнул, разгладив седеющие усы пальцами левой руки.
   — Согласно имперской директиве номер 59826, если с меня снимут Полномочия командования обороной Итора, все принадлежащие Империи корабли и личный состав будут немедленно отозваны к Бастиону.
   — Спасибо, адмирал. Еще раз извините за беспокойство. До связи.
   Ботанский адмирал повернулся лицом к своему кузену.
   — Вопрос исчерпан?
   Шерстка на спине Борска Фей'лиа просто вздыбилась от негодования.
   — Это немыслимо! Империя не имеет права вмешиваться в наши внутренние дела! Это наша планета. Мы должны командовать ее обороной! По-другому и быть не может.
   Траест вытянул в сторону кузена правую руку с выпущенными когтями и показал острые, как бритва, клыки.
   — На Корусканте ты согласился оставить оборону Новой Республики в ведении военных. Я предупредил тебя, что если ты попытаешься вмешаться, я отзову все свои войска и уведу их в Неисследованные территории. Я могу это сделать, и, если потребуется, я сделаю это. После этого адмирал Пеллаэон также отзовет свой флот. Итор останется беззащитным.
   Пурпурные глазки Фей'лиа расширились от ужаса.
   — Но ты не посмеешь! Ты не бросишь солдат, расквартированных на планете! А джедаи? Ты ведь не оставишь их погибать в этом пекле?
   — Нет? Испытай меня. Тебя не заботят джедаи. Если они все погибнут, ты только порадуешься.
   Ты будешь восхвалять их жертву, построишь мемориалы в их честь, а потом с удовольствием спляшешь на их могилах, — в глазах Траеста застыло напряжение. — Что касается Итора, ты и понятия не имеешь, куда я направил беженцев. По всей Новой Республике и в Неисследованых территориях будут иторианские колонии. Да, пройдет много лет, прежде чем деревья баффорр вновь смогут производить пыльцу, но я потрачу их на воссоздание армии, а потом я приду и сокрушу йуужаньвонгов. Я предупреждал тебя об этом раньше, говорю это и теперь. Одно мое слово, и вся многотысячная армия Республики исчезнет долой с твоих глаз.
   — Это прямое неповиновение! Я отстраняю тебя от командования, — он повернулся и строго посмотрел на двух ботанов — офицеров безопасности, — стоявших в нескольких шагах в стороне. — — Арестуйте адмирала Кре'фея и препроводите его с мостика.
   Ни один из ботанов не сдвинулся с места, не подал даже знака, что вообще слышал этот приказ.
   Траест внимательно разглядывал взвившегося с места правителя Республики.
   — Мы на войне, брат. Там, где начинается эта система, кончается твоя власть. Но у тебя есть выбор… — его слова прервало внезапное появление голограммы адмирала Пеллаэона.
   — Прошу меня извинить, адмирал, но флот йуужань-вонгов только что вышел на дистанцию поражения. Мы выступаем.
   — Спасибо, адмирал, — Кре'фей перевел взгляд с исчезающей голограммы Пеллаэона на своих подчиненных. — Перестроить наводящие компьютеры на телеметрию «Химеры». Поднять по тревоге все истребители. Это не учения, господа. Сражайтесь храбро, и мы увидим, как йуужань-вонги несутся прочь, поджав хвосты.
   Траест подошел вплотную к кузену и снизил голос до шепота.
   — Что касается выбора, который я собирался тебе предложить, то ты мог вернуться в свои апартаменты или сесть на корабль и улететь отсюда, пока враг не начал полномасштабного наступления. Но поскольку последнее уже началось, то я могу предложить тебе другой выбор. Ты можешь остаться здесь, на мостике, и молча выражать поддержку тем, кто будет сражаться за твою жизнь, или ты можешь забиться в какой-нибудь тихий уголок и надеяться, что йуужань-вонги тебя не найдут. Решай сам.
   Фей'лиа гордо выпятил грудь.
   — Ты можешь презирать меня сколько хочешь, брат, но в прежние времена, когда Империя была нашим общим врагом, я тоже проливал кровь. Я знал, что такое сражение, и никогда не бежал от него.
   — Это хорошо, потому что йуужань-вонги хуже, чем любой имперский режим в самые страшные для нас годы, — Траест вновь повысил голос, так что каждый на мостике мог его слышать. — Да, брат, если ты останешься — и поможешь нам, это будет замечательно. Если потребуется, я дам тебе знать, что нужно делать. До тех пор, пусть твое присутствие будет большой честью для моею экипажа. Пусть они сражаются и победят во имя свободы, Новой Республики.
 
* * *
 
   «Крестокрыл» Джейны Соло чинно проплыл над массивной тушей ботанского крейсера «Ралруст» и вклинился в общее построение Разбойного эскадрона. В двух метрах от хвоста тут же повис истребитель Анни Капстан, ее бессменной ведомой. Коротко взглянув на бортовые дисплеи, Джейна удостоверилась, что дефлекторы работают на полной мощности, ноле инерционного компенсатора усилено, чтобы противостоять воздействию йуужанъ-вонгских довинов-тягунов, а орудия полностью заряжены и готовы разносить противников на куски.
   — Говорит Одиннадцатый, все в норме.
   Спарки заверещал и начал передавать тактические данные на главный монитор. В мгновение ока наводящий компьютер засек с десяток вражеских целей, которые ей предлагалось поразить. На мониторе тем временем отображался огромный йуу-жань-вонгский крейсер, самый большой из тех, что она когда-либо видела. Он щетинился острыми, как иголки, шипами из йорик-коралла, хотя было видно, что сердцевина корабля сделана из цельного куска астероидного камня, а отдельные детали вживлены позднее.
   Три крейсера поменьше — примерно с такими она уже сражалась на Дантуине — взяли флагман в плотное кольцо, еще восемь расположились неподалеку, обеспечивая огневую поддержку. И пространство вокруг каждого из них кишило кораллами-прыгунами — — казалось, в космосе не осталось ни одного уголка, в котором не обнаруживался бы этот маленький, но смертоносный истребитель. В такой толпе Спарки сумел отловить еще несколько особых сигналов, которые, как позднее поняла Джейна, принадлежали десантным транспортам.
   Флотское командование немедленно переслало обозначения для вражеских судов: большой был прозван флагманом, те, что поменьше, — кораблями поддержки, самые маленькие — легкими крейсерами. От пилотов потребовали использовать именно эти обозначения для характеристики кораблей, но Джейна предположила, что бойцы космического фронта придумают свои собственные, исключительно в целях позлить родное командование.
   Десантные шаттлы негласно прозвали «летающими гробами». Джейна знала, что такие корабли обычно доверху забиты солдатами, которые будут беззащитны до тех пор, пока транспортник не войдет в атмосферу и не приземлится. Да и чтобы уничтожить такой шаттл, не обязательно распылять его на мелкие кусочки: достаточно в нескольких местах пробить обшивку, и атмосфера сама выветрится из корабля, впустив внутрь смертоносный вакуум.