Хирад искоса взглянул на Илкара, боясь, что эльф заметил его состояние. Но Илкар даже не смотрел на него. Он приложил ухо к земле и прислушивался.
   Хирад начал подниматься, и тут Илкар произнес:
   – Сюда кто-то скачет.
   – Будем надеяться, что это они.
   – Что ж, я не собираюсь стоять и дожидаться их.
   Хирад с Илкаром побежали к лошадям. И вдруг сзади, словно утреннее солнце, полыхнул яркий свет, прогоняя ночной мрак и даря друзьям тени. Через мгновение до них долетел грохот взрыва и какой-то гул, напоминающий рев стремительного потока.
   – Мне это не нравится! – крикнул Хирад, отвязывая поводья и тщетно пытаясь успокоить свою лошадь.
   – Не важно! – крикнул Илкар. – Поехали! – Его лошадь и лошадь Денсера уже успокоились, но лошадь Хирада словно взбесилась.
   – На этом звере? – Хирад натянул поводья, пригибая голову лошади к земле. – Ладно, едем, едем! – Он вставил ногу в стремя, и кобыла захрапела, угрожая понести еще до того, как он сядет в седло. – Стой же, чтоб тебе провалиться! – Хирад запрыгнул в седло, и в это время на поляну выбежал волк, пронесся мимо и исчез в лесу. За ним вылетел Денсер.
   – Вперед, вперед! – закричал он и поскакал вслед за волком. Затем появился Сол; поперек его седла лежал Уилл. За ним галопом скакала Ирейн. Последним мчался Джандир с лошадью в поводу. Никто из них не остановился на поляне.
   Хирад боролся со своей лошадью: кобыла грызла удила и кружилась на месте – она была слишком испугана, чтобы слушаться седока. Наконец она остановилась, дрожа. За мгновение до этого варвар посмотрел на зарево и понял, что значит этот странный гул: это ревело пламя. Оно стремительно надвигалось, пожирая деревья, кустарник и траву.
   – О Боже милостивый! – Хирад натянул поводья и пришпорил лошадь. Кобыла рванулась вперед, словно понимая, что в огне их ждет неминуемая смерть.
   Скача по лесу, Хирад вспомнил волка, бегущего впереди всадников. Если Вороны не преследовали его, то они могли скакать за ним только по одной причине. При мысли об этом варвару стало не по себе.
 
   Илкар догнал Ирейн на опушке. Он потерял из виду Хирада и за ревом пламени не слышал копыт других лошадей, хотя и знал, что они где-то рядом. Илкар не сомневался, что этот огонь порожден заклинанием «Сфера пламени». И как им удалось создать такую огромную и мощную сферу?
   – Когда она погаснет? – прокричал эльф, спрашивая Ирейн.
   – Когда огню не останется пищи. Она не выйдет из леса.
   – Как они ее сделали?
   – «Сложение маны». Это заклинание сотворили несколько магов. Я знала, что в Додовере работают над ним, но мне и в голову не приходило, что они осмелятся использовать его для «Сферы пламени». «Сфера пламени» требует слишком много энергии, и сейчас все, кто сотворил ее, надолго лишились сил.
   – Тогда почему мы все еще убегаем? – спросил Илкар.
   Ирейн остановилась; Денсер, скакавший впереди, тоже: он, видимо, пришел к такому же выводу. Сдержав лошадей, все трое развернулись, чтобы посмотреть, как «Сфера пламени» погаснет на опушке леса.
   – Ну где же он? – прошептал Илкар. – Где?
   Стена огня приближалась, и оранжевый цветок «Сферы пламени» рос на глазах, но увял, добравшись до последних деревьев. В свете исчезающих языков огня Илкар увидел силуэт одинокого всадника, во весь опор скачущего к ним.
   Эльф вздохнул с облегчением и расплылся в улыбке. Повернув голову, он встретился взглядом с Денсером и кивнул.
   – Не так-то легко его потерять, а? – спросил черный маг.
   – Да, – согласился Илкар, и его улыбка пропала. – Ирейн, чего нам теперь ждать?
   – Маги, сотворившие это заклинание, выдохлись, но в Додовере есть много других. Вместе с ними наверняка придут солдаты. Я даже уверена, что они шли вслед за пламенем.
   – И они уже здесь, – сказал Джандир. – Посмотрите.
   Илкар посмотрел туда, куда тот показывал, и увидел семь или восемь человек, выбегающих из леса. Скользя над макушками деревьев, к ним подлетали два мага.
   – Проклятие! – выругался Илкар. – Сумеем ли мы от них убежать?
   Ирейн пожала плечами. В этот время подъехал Хирад. Его лицо было красным от напряжения, лошадь под ним едва дрожала от усталости.
   – Они слишком близко! – выдохнул варвар.
   – Ничего, с десятком врагов мы справимся, – сказал Илкар.
   Хирад повернулся и, прищурившись, посмотрел на поле, тускло освещенное догорающими в лесу кострами. После этого он спрыгнул с лошади.
   – Мы сразимся с ними здесь.
   – А маги? – воскликнул Илкар. Хирад пожал плечами.
   – Ну, так защищай нас, ты в этом дока. – Варвар посмотрел по сторонам. Все, кроме Сола, еще стояли около лошадей. О боги, Защитник показывает им пример! Он уже вышел вперед, вытягивая из-за спины меч. – Джандир, идешь слева от Сола, я – справа. Где Фрон?
   – Нет времени объяснять, но…
   – Так он оборотень! О боги! – воскликнул Хирад. – Ладно, нам хватит и трех мечей. А сколько у них?
   – Восемь мечей и два заклинания. – Илкар начал готовиться к установке защиты. – Кто-нибудь из вас двоих знает «Прочную защиту»?
   – У меня сейчас нет маны, – сказал Денсер и вынул из ножен меч.
   – Да, – сказала Ирейн.
   – Хорошо. Поставь ее над нами, а я обеспечу защиту от магических атак. Денсер, убери меч и уведи лошадей. Если увидишь Фрона, пришли его сюда. – Илкар посмотрел зитескианцу в глаза. Поколебавшись, Денсер убрал меч и начал собирать лошадей.
   Солдаты были уже совсем близко. Хирад ощутил двойной толчок, когда их накрыли магическая и непробиваемая защиты. Джандир пустил стрелу, и один из врагов упал. Он хотел выстрелить еще раз, но противник приближался слишком быстро. Заклинание с грохотом ударилось о магическую защиту и сверкнуло оранжевой вспышкой освобожденной энергии.
   Хирад набрал в грудь побольше воздуху и издал боевой клич. Все как в старые добрые времена! Враги разделились, пытаясь обойти Воронов с флангов. Сол внимательно следил за ними. Он был предельно сосредоточен и вел себя совсем как… В этот момент Хирад услышал знакомый звук и опустил взгляд. Защитник ритмично бил кончиком меча по земле. От неожиданности варвар чуть не уронил меч, но тут же его мышцы налились новой силой, и он еще крепче сжал рукоять. Совсем как в старые добрые времена!
   – Безымянный! – крикнул он. Сол повернулся к нему, и по мелькнувшему в его глазах блеску можно было с уверенностью утверждать, что он узнал Хирада.
   – Дерись! – воскликнул Защитник печальным голосом.
   – Но… – начал Хирад.
   – Дерись, – перебил его Сол.
   Внезапно из травы вынырнул Фрон и напал на додоверцев слева. Сражение началось.
   Теперь ничто не могло остановить Хирада и никто не мог устоять перед ним. Варвару даже было немного жаль несчастных солдат Додовера, которых они убивали так методично. Сердце Хирада переполняла радость, в душе царило смятение, но удары его меча оставались быстрыми и неотразимыми.
   Фрон вцепился в горло солдату, и тот упал. Хирад разрубил череп ближайшему додоверцу, а слева Безымянный убил своего противника. Хирад шагнул вперед, вспорол живот третьему воину, парировал удар четвертого, контратаковал и молниеносным движением перерубил ему подколенные сухожилия. Оставшиеся солдаты развернулись кругом и пустились наутек. Маги последовали их примеру.
   – Защита снята, – сказал Илкар, не сводя глаз с Сола. – Давайте быстрее убираться отсюда.
   – Ты шутишь? – воскликнул Хирад. Его лицо сияло. Он вытер окровавленный меч об одежду убитого и вложил его в ножны. – Илкар, это он! Не знаю, как это вышло, но это он!
   – Прошу тебя, Хирад, – умоляюще произнес Илкар. – У нас нет времени.
   – Что ты хочешь сказать? – Улыбка исчезла с губ варвара.
   – Потерпи. Сначала нам нужно убраться отсюда подальше, а потом мы поговорим. – Илкар подошел к Денсеру, но, посмотрев ему в глаза, сразу же понял, что тот не имеет ни малейшего представления о том, кто был оригиналом Сола.
   – Подожди. – Хирад догнал Илкара и положил руку ему на плечо. – Это как-то связано с тем, что он Защитник? Илкар повернулся к нему.
   – Да. – Он поднял руку, предупреждая следующий вопрос варвара. – Денсер ничего не знает, иначе бы он отказался от этого Защитника. А теперь пошли.
   Хирад всплеснул руками. Рядом бегал кругами Фрон.
   – А он? – воскликнул варвар, показывая на волка. – Как нам теперь с ним быть?
   – Он не тронет тебя, – сказал Джандир. – Пожалуйста, оставь его в покое.
   – Ты просто не… – начал Хирад и замолчал, потому что рядом прошел Сол. – Безымянный, постой! – Но Сол не остановился. – Кто-нибудь скажет мне, что происходит? – вскричал Хирад.
   – Потом, – ответил Илкар.
   – Сейчас.
   – Нет, Хирад, нам нельзя здесь оставаться, додоверцы скоро вернутся. Надо где-нибудь спрятаться. – Илкар показал пальцем на Денсера. – Может, это и не мое дело, но ты хотя бы понимаешь, что сотворил Зитеск? Мне даже не верится, что вы могли сделать такую глупость! – Эльф укоризненно покачал головой.
   – Мне тоже, – сказал Денсер. Он посмотрел на Сола, на мгновение закрыл глаза и почесал подбородок. – И мне.
   Хирад молчал полчаса, но когда они отъехали достаточно далеко от Додовера, его терпение истощилось. Он свернул в сторону и повел Воронов к невысоким холмам. Там, под защитой скал, он велел сделать привал.
   Сол помог Уиллу слезть с лошади. Вор очнулся, но был молчалив и ни на что не реагировал. Джандир сделал попытку расшевелить Уилла разговорами, но все его усилия успехом не увенчались. Сол отошел на несколько шагов в сторону и сел возле своей лошади, поглаживая Любимчика. Ирейн устроилась рядом с Денсером. Фрон снова скрылся в лесу.
   – Наша самая главная забота сейчас, – сказал Хирад, – Безымянный.
   – Неужели это он? – спросил Денсер, набивая трубку.
   – Разве не я должен был бы задать тебе этот вопрос? – спросил Илкар.
   – Не знаю.
   – Это он. Объясни мне, как это могло получиться и почему он не умер. – Хирад снова посмотрел на Сола. – О боги, я ничего не понимаю, кроме одного: Безымянный вернулся, и это меняет все. – Он улыбнулся. – Ну так что?
   Денсер тяжело вздохнул:
   – Что ж, я могу объяснить. Я знал, что Безымянный был Защитником. Я дежурил в ту ночь, когда мы похоронили его, и слышал, как демоны забирали его душу.
   – И ты не рассказал нам об этом? – возмущенно спросил Илкар.
   – А зачем? – огрызнулся Денсер. – Когда это случилось, вам и без того было туго. И чего бы я добился, заявив, что он – зитескианец, отвергший свою родину? Ничего, только омрачил бы вашу память о нем. Думаете, вы мне поверили бы?
   – Наверное, нет, – сказал Хирад после небольшой паузы. – Но если ты знал…
   – Никогда, даже в самых кошмарных снах я не думал, что его приставят ко мне. Если бы я хоть на мгновение что-то заподозрил, то никогда бы его не принял.
   – Неужели он так плох?
   – Хирад! – одернул друга Илкар.
   – Ну и зачем все это? – Хирад показал на Сола. – Давай снимем с него эту смешную маску и займемся делом. – Молчание. – Что такое?
   – Хирад, я не могу снять с него маску, – сказал Денсер.
   – Хорошо, я сам это сделаю.
   – Нет! – Не сдержавшись, Денсер повысил голос, но тут же взял себя в руки. – Нет. Ты не понимаешь. Если снять маску, он погибнет навечно. Я верю, что в теле Сола живет разум Безымянного. Но ты должен понять, что в целом он уже не Воитель. Он изменился, теперь это Защитник Сол. И с этим я ничего не могу поделать.
   – Нет, кое-что все-таки можешь – ты можешь сделать его прежним, – упрямо сказал Хирад.
   – Он не может, Хирад, – сказал Илкар. – Это уже другой человек.
   – Другой? Он узнал меня, Илкар. Неужели ты не видел?
   – Что? – Илкар подался вперед.
   – Он узнал меня. Я позвал его, и он меня узнал. – Хирад покачал головой. – Он стучал мечом о землю перед боем. Так делал только Безымянный. Это он, ошибки быть не может.
   Илкар повернулся к Денсеру:
   – Как ты можешь это объяснить? Насколько я знаю, все воспоминания о прошлой жизни пропадают. – Денсер уставился в землю. – Скажи мне правду, – настаивал эльф. – Скажи.
   Денсер поднял голову и посмотрел на Илкара. В его глазах стояли слезы. Через несколько мгновений маг отрицательно покачал головой.
   – О нет, – выдохнул Илкар. Он повернулся к Солу – Безымянному Воителю. Илкар мог выдержать все, но только не мысль о том, что его друг в одиночестве. – О боги. Безымянный, прости меня.
   – В чем дело, Илкар? – Хирад положил руку на плечо эльфа.
   – Он все помнит, – сказал Илкар. – Разве ты не видишь? Он помнит Воронов, «Скворечник», все наши битвы и все, что было за эти годы. Он помнит всю свою жизнь! Но он не может говорить об этом и не сможет в этом признаться. Никогда.
   – О чем ты, Илкар?
   – Он обращен в рабство, Хирад. Его душа принадлежит Горе Зитеска. Если Безымянный выйдет за рамки дозволенного, за это ему грозят такие муки, что по сравнению с ними все его прежние страдания покажутся вечеринками Воронов. И в результате он умрет безвозвратно.
   Хирад задумался над тем, что сказал Илкар. Он медленно подошел к Безымянному, присел на корточки перед ним и пристально посмотрел ему в глаза. В этих глазах он увидел невообразимую боль одиночества, которое ожидало Безымянного в будущем. В этих глазах можно было прочитать все, что случилось в жизни этого человека, – абсолютно все. Но память об этом теперь была надежно спрятана под маской раба Зитеска.
   – Я постараюсь помочь тебе освободиться, Безымянный. – Хирад поднялся и вернулся к Денсеру. Он не заметил, что человек в маске кивнул ему вслед.
   – Нет никакого сомнения в том, что это Безымянный, – прошипел Илкар Денсеру. – Ты понимаешь, что ему пришлось испытать, когда он узнал, что стал Защитником?
   – Понимаю! Но я не могу перечеркнуть три тысячи лет этого призвания. Думаете, я хотел этого? – Денсер показал на Безымянного и посмотрел на Илкара с Хирадом. – Мне очень жаль, что так получилось, хотя вы и не верите в мою искренность.
   – Знаешь, я уже устал от твоих извинений, Денсер. – В голосе Хирада послышалась угроза. – Все плохое, что случилось с Воронами, случилось только из-за тебя И дело здесь не только в моих друзьях, которые погибли по твоей вине. Вспомни, сколько раз ты, – Хирад ткнул пальцем в грудь Денсера, – был на грани того, чтобы погубить и тех, кто остался. И сегодняшнее приключение было тоже из-за тебя. Одним словом, до тех пор, пока ты не поможешь Безымянному, можешь считать, что я в отпуске, понял?
   Денсер вынул трубку изо рта:
   – Я понимаю, как тебе тяжело, но я действительно…
   – Никаких «но», Денсер! – воскликнул Хирад. – Прыгнув в разрыв между измерениями, ты рисковал всем ради того, чтобы удовлетворить свое любопытство. Ты собирался убить Талана, потому что он не послушался тебя, и заставлял Безымянного эте сделать. Вспомни, в логове Ша-Каана ты не моргнув глазом рисковал моей жизнью. А совсем недавно ты едва не погубил еще четверых только из-за того, что твой обожаемый котик попал в беду.
   – Я считаю, что ты не совсем справедлив.
   – Не совсем справедлив? Мы гибнем из-за твоих ошибок, твоей поспешности и ослиной самонадеянности. Я говорил тебе, что надо предоставить это дело Воронам, но ты всегда хотел сделать по-своему. Я говорил тебе, что если бы мы не были единой командой, то мы бы не выжили, но ты не слушал меня. А теперь, – Хирад приблизил лицо вплотную к лицу черного мага, – ты нанес нам последнее оскорбление. – Варвар показал на Безымянного. – Ты говоришь нам, что бросишь его в ад, и после этого хочешь, чтобы мы шли с тобой дальше?
   Денсер пожал плечами:
   – Я не в силах ничего сделать. Хирад сгреб мага за воротник:
   – Я скажу тебе, что ты можешь сделать, человек Зитеска. Ты можешь связаться со своими наставниками и сказать им, что пока они не освободят моего друга от этого рабства, все прекращается. Не будет ни «Рассветного вора», ни победы. Ну как, на это у тебя хватит сил?
   – Отпусти меня, Хирад.
   – Ты можешь им это сказать? – повторил Хирад.
   – Это не поможет. Они все равно не освободят его. Хирад посмотрел на Сола, и его злость сразу сменилась печалью.
   – Попробуй, пожалуйста, – неожиданно попросил варвар тихим голосом. Он посмотрел Денсеру в глаза умоляющим взглядом и отпустил его. – Это мой друг. Ты должен что-нибудь сделать.
   Денсер хотел сказать Хираду, что Защитник уже не является его другом. Сол – это боевая машина Зитеска с врожденной магической защитой, черпающая силу у всех Защитников, чьи души заключены в подземельях Зитеска. Эта машина должна, не задумываясь, защищать своего хозяина. Сол – это человек, полностью лишенный эмоций. Чем больше Защитников рядом, тем выше его боевые возможности. Он больше не Безымянный Воитель.
   Но вместо всего этого Денсер кивнул. Он просто не мог поступить иначе. Ему самому нужно было выяснить, почему Ньер выбрал именно этого Защитника и почему Стилиан одобрил это назначение. Что-то здесь было не так. Ньер должен понимать силу чувств, которые скрепляли Воронов.
   – Я свяжусь с ними утром, как только восстановлю силы, – сказал он.
   Хирад кивнул ему в знак благодарности.
   – Я знал, что ты не откажешь! – воскликнул варвар. – Понимаешь, я не могу идти с ним, если он останется Защитником. Я знаю, что Балия в опасности, но это было бы предательством всей моей жизни.
 
   Это было удивительно, но вместе с тем и ужасно.
   Селин уже бывала в Парве – около десяти лет назад. Тогда ее путешествие было отчасти чем-то вроде паломничества, отчасти – проверкой умения ориентироваться на местности, отчасти – началом карьеры мага-разведчика. В то время город был покинут и разорен, пыль столетий покрывала руины, и там, где когда-то стояли великолепные здания, завывал ветер. Тогда она сравнительно легко прошла Израненные пустыни.
   Три сотни лет маги и Защитники Зитеска подвергали Парве систематическому разрушению. Все, что имело какое-нибудь религиозное или магическое значение, было уничтожено. Зитеск хотел одного: предупредить всех, кто хочет развязать войну против университетов, что у них не хватит для этого магической силы.
   В радиусе примерно семи миль от центра Парве ничего не росло. Здесь чувствовалась только небольшая концентрация маны. Как гласила легенда, зло отравило этот город и его окрестности и все живое переселилось на ближайшие холмы и в леса.
   Деревья гнили на корню, трава засыхала, кустарник умирал и становился ломким. Израненные пустыни останутся вечным доказательством ужасной силы атакующей магии.
   Но сейчас, приблизившись к их границе, Селин об этом не думала. Для нее слова «Израненные пустыни» означали только, что пришла пора использовать заклинание невидимости. Однако когда день сменился хмурыми сумерками, в городе лордов-колдунов зажглись сотни костров. Весь город был окружен стоянками, и там кипела жизнь. Израненные пустыни были полны висминцев.
   Селин укрылась в лесополосе на восточной границе пустынь. Меньше чем в двухстах шагах находился сторожевой пост Висмина. Он располагался у начала главной дороги, пролегающей по редколесью с востока на запад. Около пятнадцати человек сидели у костра, наблюдая за потоком висминцев, марширующих из пустынь к Андерстоунскому ущелью.
   Селин нужно было решить, что делать дальше. Можно прямо отсюда связаться со Стилианом, но тогда она будет вынуждена всю ночь восстанавливать силы. С другой стороны, с наступлением темноты ей будет гораздо легче проникнуть в Парве.
   Селин понимала, что нужно как можно быстрее доложить о происходящем Стилиану. Однако если она задержится здесь, на открытом пространстве, ее легко могут поймать. Было безопаснее укрыться где-нибудь в развалинах в западной части Парве. Но если Селин схватят до того, как она сообщит о происходящих здесь необычных событиях, то Зитеск лишится важной информации.
   Девушка не стала долго раздумывать. Дождавшись полной темноты, Селин выбралась из своего укрытия и побежала в зловещий мрак Израненных пустынь.
 
   – Весьма прискорбно, – сказал Ньер, когда Денсер поведал ему, что Вороны обнаружили, кто был прообразом Сола. – Очевидно, подавления памяти в этом случае не произошло.
   – Почему вы послали его, мастер?
   – Нужно было получить ответ на вопрос, как влияют скрытые знания на поведение Защитника.
   Денсер помолчал. Он чувствовал присутствие Ньера в своем сознании.
   – Вы использовали нас как подопытных кроликов? – Маг выстрелил эту мысль в своего наставника, понимая, что Ньеру будет неловко. – Знаете, что вы наделали?
   – Успокойся, Денсер, – предостерегающе сказал Ньер. – Ничего страшного не случилось, мы отзовем Защитника.
   – Слишком поздно. Вороны настаивают, чтобы вы освободили Сола из рабства.
   – В самом деле? – удивленно спросил Ньер. – Интересный у них отряд. И чем они угрожают, если мы не удовлетворим их требование?
   – Они угрожают прекратить поиски.
   – И они действительно выполнят свою угрозу?
   – Ни минуты в этом не сомневаюсь, – сказал Денсер. – У меня есть влияние лишь на Ирейн.
   – Ты знаешь, что возможность освободить Защитника существует пока только в теории?
   – Да. – Денсер чувствовал, что мастер злится. – Но нужно попытаться, если мы хотим продолжать восстанавливать «Рассветного вора».
   – Приводи своего Защитника и своих друзей, но будь осторожен. В университете пахнет предательством, и есть люди, которые хотят завладеть «Рассветным вором». Я сделаю все, что смогу, чтобы освободить Сола. Никому не доверяй.
   Денсер открыл глаза и увидел над собой Илкара и Хирада.
   – Ну? – поинтересовался Хирад.
   Денсер закрыл глаза, поглубже вдохнул, и на его губах появилось некое подобие улыбки. Он потянулся и сказал:
   – Пора бы седлать коней.
   – И куда мы отправляемся?
   – В Зитеск.

Глава 23

   По дороге в Зитеск Илкар думал о том, что это единственный достойный способ разрешить возникшие сложности. Впрочем, он был убежден, что наставники Зитеска при желании могли бы мысленно передать Денсеру все необходимые инструкции.
   Денсер выглядел спокойным и счастливым. Неудивительно. Есть какая-то особая прелесть возращения в родной университет. Это все равно что вернуться в отчий дом, где тебя всегда примут с радостью. Ирейн и черный маг ехали впереди эльфа. Заметив, как непринужденно они болтают, Илкар подумал, что приподнятое настроение Денсера объясняется не только скорым возвращением домой.
   До Зитеска было не больше двух дней пути. Додовер больше их не преследовал, и Денсер, ссылаясь на новое сообщение, утверждал, что на озере Триверн назначена новая встреча четырех университетов. Секрет поисков «Рассветного вора» скоро будет открыт.
   Но у самых ворот Зитеска возникли сложности. И не одна.
   Уилл категорически отказался въезжать в город – более того, он не желал ехать рядом с Денсером и Любимчиком. Низенький вор до сих пор еще трясся от страха. Нахальство Уилла – стержень его характера – до сих пор не восстановилось, хотя мучительные ночные кошмары беспокоили его уже меньше, чем появившаяся в одночасье седина в волосах.
   И Хирад. Хирад не хотел, чтобы два катализатора попали в Зитеск, но не стал предупреждать об этом Денсера. Он считал, что неплохо иметь кое-какие гарантии, и Илкар согласился с ним. Что касается самого Денсера, то он был необычно молчалив: наверное, размышлял о последнем сеансе связи.
   Илкар просто боялся. Он никогда не бывал в Зитеске – немногим представителям Джулатсы это удалось, – но знал, что не должен упускать такой возможности. Так же, как и Ирейн. Эльф не мог догадаться, о чем думали Джандир и Фрон – белокурый гигант снова принял образ человека, – но, возможно, они были в растерянности и в глубине души жалели, что повстречались с Воронами. Только на лице Ирейн играла улыбка. Илкар не мог понять, чему она радуется, и это его беспокоило.
   Хирад ехал впереди Илкара. Он то внимательно смотрел на Безымянного, то пронзал сердитым взглядом Денсера.
   Наконец варвар решился поговорить с черным магом. Илкар подъехал ближе, желая послушать их разговор.
   –… я не набрасываюсь на тебя, Денсер, а просто хочу знать, на чьей ты стороне.
   – Кажется, я не совсем тебя понимаю.
   – Меня интересует, кого ты поддерживаешь – Воронов или своих наставников?
   Денсер ненадолго задумался:
   – Если бы ты спросил меня об этом неделю назад, я, безусловно, ответил, что я целиком на стороне Зитеска – как и в тот день, когда впервые встретился с вами. Но сейчас у меня нет определенного ответа на этот вопрос. Подожди, не говори ничего, дай мне объясниться. Я верю, что Балию неминуемо ждет катастрофа, если мы не восстановим «Рассветного вора» и не уничтожим с его помощью лордов-колдунов. Кроме того, я согласен со своим наставником, что Вороны были и остаются теми, у кого больше всего шансов добиться успеха. – Он помолчал. – Однако в отношении Сола наставники Зитеска ввели меня в заблуждение и предали ваше доверие. Тем самым они сильно снизили эти самые шансы. Я не могу об этом забыть, потому что решение прислать к нам Сола было, безусловно, принято с определенной целью, мне не известной. Я, разумеется, не могу поверить в сказку, будто мы являлись объектом эксперимента.
   – Что ты имеешь в виду? – нахмурился Хирад.
   – Я имею в виду, что кто-то в Зитеске сильно заинтересован в моем – в нашем – провале.