Н. Кн.

Малларме

   Малларме (Stephane Mallarme) — современный французской поэт, один из самых выдающихся символистов . Род. в 1842 г.; дебютировал лирико-антологическими произведениями, которые давали основание причислить его к направлению «парнасцев», но вскоре сгруппировал вокруг себя представителей нового движения в поэзии, дав ему теоретическое освещение и типические образцы. Основанием поэтического символизма служит, по мнению М. идея непреходящей гармонии вселенной и постоянного параллелизма между миром идей и миром чувственных явлений: всякое отвлеченное представление имеет в мире внешнем свой символ, напоминая о котором, поэт неизменно вызывает в читателе желательное ощущение. Доводя на практике эту недоказанную ничем теорию до крайности, пытаясь выразить неясное содержание усложненной психики при посредстве случайно подобранных и до последней степени субъективных символов, М. стал главою кружка подражателей и поклонников которым, может быть, и раскрыть его непосредственными объяснениями смысл его творений, очень мало понятных для непосвященного. В изображении болезненных настроений рафинированно-чувственных натур М. мог бы быть силен, если бы не страдал пристрастием к вычурности и аффектации. В печати М. появляется неохотно, считая выражение символа на бумаге профанацией творчества. Стихи его, печатавшиеся первоначально в партийных поэтических органах «Parnasse соntemporain» и «Le decadent», собраны отчасти в «Vers et prose» (Morceaux Choisis, П., 1893). Особенной известностью пользуется его небольшая лирическая поэма «L'Apres-midi d'un Faune» (1877). Кроме того ему принадлежат: «Petite Philologie» (1878), «Les dieux antiques» (1880), роман «Vateck» и удачные переводы из Эдгара По. Как и большинство символистов, М. совершенно непереводим; немногочисленные pyccкиe переводы (напр., стихотворение в прозе «Трубка», в сборнике «Русских символистов») не дают о нем никакого представления.
   А. Горнфельд.

Малокровие

   Малокровие — местное или общее уменьшение нормального количества крови, наступающее вдруг (острое) или исподволь (хроническое). В любой части тела М. (местное) может произойти от уменьшенного прилива крови, когда артерия, вследствие спадения стенок, приносит мало крови, когда они совсем закупорены, или когда они находятся в удовлетворительном состоянии, но все тело обеднело кровью. Часть, лишившаяся крови, подвергается изменениям и даже погибает. Особенно быстро расстраиваются сосуды: уже через несколько часов после прекращения течения крови по ним они резко изменяются, следствием чего бывает воспаление соответствующей ткани; если же притока не было в течение суток и более, то сосуды могут совершенно погибнут. Последствия М. для различных тканей различны: М. поясничного (спинного) мозга вызывает паралич ног, М. головного мозга — обморок и потерю сознания, М. мышц — неподвижность и паралич их, М. кожи — бледность, сухость ее и т. д. Конечно, в малокровных органах отделения уменьшаются и даже прекращаются. Общее М. наступает после больших потерь крови (острое) или вследствие недостаточного ее образования, непополняющего усиленное потребление ее (хроническое М.). Поразительно, какие большие количества крови может терять человек, по-видимому, совершенно безнаказанно, когда потеря крови составляет 40 — 60%. Излечение может наступить произвольно, само собою; отсюда, однако, не следует, что никакого лечения здесь не требуется; напротив; оно предупреждает весьма тяжкие осложнения и даже смерть. При крайнем М., после кровопотери, необходимы: лежачее положение с низко опущенной головой, для предупреждения обморока, возбуждающие — с целью поднять работу сердца, питательные, небольшими количествами — для восстановления крови, полное спокойствие. Злокачественное или нарастающее М. (хроническое) ведет к все более и более усиливающемуся обеднению тела кровью, вызывает расстройства отправлений и смерть. Тянется более или менее продолжительное время, представляя временные усиления и ослабления. В тропических странах болезнь вызывается особенно часто паразитами, сидящими в кишечнике; в Европе, кроме только что указанной причины, приводятся и другие: потери питательных жидкостей при различных страданиях, роды и беременность, душевные волнения и т. д. Болезнь обыкновенно начинается скрытно, и больной лишь постепенно замечает упадок сил, одышку, бледность; нередки лихорадка и угнетенное душевное настроение. Кожа, как у мертвеца, бледна и имеет восковой оттенок; веки отекли; цвет покровов желтоватый; сердцебиение сопровождается одышкой; позже развиваются различные осложнения, ведущие к смерти. В крови телец мало и они имеют ненормальную величину. При лечении полезны диетические средства, мышьяк; но прежде всего необходимо удалить причину, поддерживающую расстройство.
   Г. Скориченко-Амбодик.

Малый театр

   Малый театр: — 1) «Театр, что на Царицыном лугу», также «деревянный», в СПб., содержался антрепренером Книпером и артистом Дмитревским, в 1783 г. куплен в казну. В архивах не сохранилось никаких сведений о его наружном виде. Давались здесь спектакли русские, французские и немецкие. В этом театре впервые открыт был в России абонемент на ложи и кресла, по жребию. Просуществовал до 1796 г. 2) М. театр в Москве сначала арендовался дирекцией Имп. театров, затем приобретен ею в собственность, Открытие — 14 окт. 1824 г. Есть сведения, что строителем был архитектор К. А. Тон. 4 яруса; вмещает 1000 зрителей. 3) М. театр в СПб. открыт 7 ноября 1879 г. Строитель — архитектор Фонтано. Сначала арендовался дирекцией Имп. театров для драматических спектаклей, затем в нем на много лет приютилась французская, позже — русская оперетта. В сезон 1895 — 96 гг. театр был арендован дирекцией литературно-артистического кружка.

Мальбранш

   Мальбранш (Nicolas Malebranche, 1638 — 1715) — замечательный франц. философ, своеобразно видоизменивший учение Декарта. Род. в Париже, изучал теологию в Сорбонне, 23 лет постригся и вступил в религиозную конгрегацию ораторианцев. Познакомившись с сочинениями Декарта, отдался философии, не покидая религиозной точки зрения. Жизнь его, бедная внешними событиями, прошла в непрерывной умственной работе. Главное свое сочинение, «Recherche de la verite», он исправлял и переделывал в течение 40 лет (1 изд. в 1673 г., последнее при его жизни, 4-е, в 1712 г.). Другие его соч. «Conversations metaphysiques et chretiennes» (1676), «Traite de la nature et de la grace» (1680), «Meditations metaphysiques et chretiennes» (1684), «Traite de la morale» (1684), «Entretiens sur la metaphysique et la religion» (1688), «Traite de l'amour de Dieu» (1697) и «Entretiens d'un philosophe chretien et d'uu philosophe chinois sur l'existence de Dien» (1708). Кроме этого он много полемизировал, в брошюрах и письмах, с современными ему философами и богословами, особенно с Арно. Перед смертью его посетил Берклей и имел с ним продолжительный спор. В точке отправления своей философии М. оригинально варьирует «методу» Декарта. Человек, чтобы пользоваться присущею ему разумною свободой, должен признавать или принимать (теоретически и практически) только то, за что внутренне ручается голос его разума и совести. Отсюда два основные правила, из которых одно относится к наукам, а другое к нравственности: 1) вполне соглашаться должно лишь с положениями настолько очевидными, что отвергнуть их нельзя без внутреннего болезненного ощущения и тайных упреков разума и 2) никогда не должно любить безусловно то благо, которое можно не любить без укоров совести. Соблюдение этих правил ведет к познанию истины и к обладанию подлинным благом, а отступление от них выражается в различных заблуждениях, скрывающих от нас истину и благо. М. различает: 1) заблуждения чувств, 2) заблуждения воображения, 3) заблуждения чистого мышления или понимания (entendement pur), 4) заблуждения наклонности и 5) заблуждения страстей. Каждому из этих видов заблуждений посвящено по книге в его главном сочинении, а последняя, 6-ая книга, содержит технические указания касательно приемов научного исследования. Чувства сами по себе, т. е. в смысле субъективных душевных состояний, никогда нас не обманывают: когда мы испытываем ощущения света, теплоты, звука и т. д., то мы действительно все это ощущаем, и тут не может быть места заблуждению. Оно является, когда мы от ощущений заключаем к ощущаемому, и чувственные качества, существующие только в нашей душе, каковы цвета, звуки и т. п., приписываем внешним предметам. На самом деле посредством чувств мы не познаем никаких свойств внешнего бытия, а только состояния нашей души, поскольку она связана с телом. М. настойчиво повторяет мысль, что чувства даны нам не для познания предметов только для сохранения нашей телесной жизни: они извещают душу лишь о том, что происходит в окружающей среде по отношению к нашему телу, чтобы вызвать с нашей стороны ту или другую реакцию для его сохранения. Точно также чувства удовольствия и страдания назначены первоначально лишь для того, чтобы побуждать нас к действиям полезным и предостерегать от вредных, и только ошибочное перенесение этих чувств на предметы, их случайно вызывающие, заставляет нас видеть в этих предметах самостоятельное благо или самостоятельное зло. Правильное действие разума показывает, что единственное истинное благо есть то, от чего зависит и происходит все прочее, именно абсолютная субстанция или божество, а единственное зло — уклонение от воли Божией. Внешние предметы, будучи непознаваемы для чувств, познаются нами посредством идей или представлений. «Я разумею под идеей, говорит М., только то, что непосредственно или ближайшим образом предстоит нашему уму, когда он усматривает или воспринимает какой-нибудь предмет». Хотя идеи существуют в нашем уме, однако они не суть только субъективные состояния нашей души, сознаваемые в простом внутреннем чувстве: идеи имеют объективную определенность и реальность, имеют ее не от нашего ума, только воспринимающего, а не творящего предметы. Наш ум познает идеи не как части или выражения собственного его существа, а как нечто от него независящее. Остается, следовательно, признать, что идеи даны в Боге, как содержащем бесконечную полноту всякого бытия, и что мы познаем их, поскольку познаем Бога, или что мы видим все вещи в Боге. Бога же мы познавать можем потому, что все творения, между прочим и мы сами, суть лишь несовершенные доли божественного существа (des participations imparfaites de l'etre divin). М. различает 4 рода познания: 1) познание предмета чрез него самого — таким образом мы познаем только Бога, который сам открывает свое существо нашему уму; 2) познание через идеи — таким способом познаются нами внешние предметы; 3) познание чрез внутреннее чувство или непосредственное сознание — этим путем нам известна наша собственная душа и ее различные состояния; 4) познание чрез соображение (par conjecture) — этим путем мы знаем о других одушевленных существах. Так как наш ум хотя стремится к бесконечному или совершенному познанию, но не обладает им в действительности, то мы не имеем права утверждать, что все бытие исчерпывается двумя известными нам родами субстанций духовных (или мыслящих) и телесных (или протяженных); точно также мы не имеем права причислять Божество к духовным субстанциям на том только основании, что мы не знаем ничего более совершенного, чем наш дух. Единственное истинное имя Божие есть тот, кто есть, т. е. существо без всякого ограничения, всесущий, или все бытие (tout etre) — существо бесконечное и всеобщее. Кроме философии и богословия, М. был основательно знаком с естественными науками. В своей критике чувственного познания он опирается, между прочим, на только что сделанные в его время открытия Мальпиги и Сваммердама в области микроскопической зоологии, и в связи с этим выступает приверженцем теории панспермизма (учения о том, что в первоначальном семени уже содержатся реально все последующие поколения), которую принял потом Лейбниц, а в наши дни поддерживал Дарвин. Метафизика М. представляет собою оригинальное соединение двух переходных моментов: от Декартовского дуализма и механического реализма к пантеизму Спинозы с одной стороны и к Берклеевскому идеализму — с другой. Признание всякого бытия за непосредственное, хотя и несовершенное причастие существу Божию и определение человеческого познания как видение всего в Боге приводят прямо к пантеизму, а учение о том, что познаваемые предметы действительно даны в идеях нашего ума, превращает реальные тела или «протяженные субстанции» в совершенно излишние двойники этих идей и, следовательно, ведет к отрицанию внешнего мира или чистому идеализму. У М. эти мысли остаются недосказанными, что избавляет его от явных нелепостей, но вместе с тем лишает его систему последовательности и цельности. Изложению его, при большой простоте и ясности, недостает стройности и внутренней связности. Проблески гениальных мыслей остаются без развития и теряются в длинных рассуждениях, имеющих лишь внешнее отношение к делу и лишенных философского интереса. Последнее изд. соч. М. сделано Ж. Симоном в 1870 г. М. не оставил школы, но имел нескольких приверженцев между своими современниками, каковы де-Мэран (его переписка с М. изд. в 1841 г.), Лами, Томассэн. Лучшая монография о M. — Olle-Laprune, «La philosophie de Malebranche» (1870).
   Вл. Соловьев.

Мальва

   Мальва (Malva L.) — род растений из сем. мальвовых (Malvaceae). Около 30 видов этого рода, растущие в умеренном климате Европы, Азии, сев. Африки и Сев. Америки, характеризуются прежде всего тем, что подчашие у них трехлистное, чашечка пятираздельная, лепестков пять и гинецей, состоящий из множества плодолистиков; завязь многогнездная, в каждом гнезде по одной семяпочке; плод распадается на семянки. М. — однолетние и многолетние травы, сначала пушистоволосистые, а позже голые; листья лопастные или надрезанные. Цветки по одиночке или по нескольку, в пазухах листьев; у весьма немногих видов соцветия — кисти. В средней России дико растут М. alcea L., М. rotundifolia L., М. crispa L., М. silvestris L. и др.; некоторые из них находят различное применение в народной медицине.

Мальме

   Мальме (Malmo) — гл. г. шведского лена Мальмехус (Malmohus), при Зунде. Старый, окруженный каналом г., новый г. и несколько форштадтов; 49891 жит. (1892); 4 црк., замок XV ст., обращенный в тюрьму, гимназия, техническая и мореходная школы, банк. Оживленная торговля; вывоз овса, отрубей, скота, сала, масла (6,2 милл. кгр. в 1893 г.), водки, меда, лесного материала, спичек, ввоз рыбы, кофе, ржи, тканей, нефти, сахару. В гавань заходит ежегодно до 5370 судов. 90 фабрик, с произв. на 15 милл. крон: механические мастерские, литейные заводы, корабельные верфи, мыловаренные, зеркальные фабрики и др.

Мальта

   Мальта (Malta) — ов-в Средиземном море, между Сицилией и сев. африканским прибрежьем; 35°58' с. ш. и 14°31' в. д. Пространство 322,6 кв. км., включая соседние о-ва Гозо, Камино, Каминотто и Фильфоа; последние 2 необитаемы. Наибольшая дл. М. 27 км., средняя ширина — 14 км. Население (1894) 170265 чел., не считая англ. гарнизона в 9000 чел. Весь о-в — выветрившийся известковый камень. Самый возвышенный пункт М. (258 м.) — у юго-зап. берега. Климат теплый, умеряемый морскими ветрами; самая высокая температура в июле и августе. Благодаря неустанным трудам, есть поля, сады и огороды, для которых земля привозится из Сицилии. Пшеница, сах. тростник, южные плоды и овощи, изредко виноград, разнообразные цветы: розы М. славились еще в древности. Мрамор, алебастр, строевой камень, кам. соль. Рек и озер нет, но обилие родников и ключей. Козы, овцы, ослы, домашн. птицы; рыболовство значительно. Промышленность ограничивается изготовлением не большого количества хлопчатобумажн. и шелковых тканей и филигран. изделий. Транзитная торговля очень значительна. Вывоз (1892) на 11742579 фн. ст. Главные статьи ввоза: вино, скот, пиво, мясо — всего на 12633038 фн. ст. Движение судов в 1892 г.: прибыло 3664 корабля в 3113344 тон.; вышло 3703 корабля в 2123077 тон. Длина телегр. линий 105 км. Преобладающая религия — католическая. Большая часть жителей — помесь итальянцев, арабов и других семитов. Много мальтийцев отправляются в отхожие промыслы, особенно в Египет, Тунис и Алжирию. Официальн. и коммерч. яз. — англ.; язык высших классов — итальянский. Местное дворянство насчитывает 29 родов; мальтийская аристократия — потомки южно-европейских выходцев, искавших у мальтийских рыцарей защиты от корсаров; низшие классы говорят на мальт. языке, семитского происхождения (смесь итальянского, арабского и карфагенского). 1 университет в г. Ла-Валетте, лицей там же, 120 начальных школ, два средних учебных заведения, 22 вечерних школы для мальчиков; бюджет народного образования (1894) — 19931 фн. стерл. М. — важная, сильно укрепленная морская станция, на полпути между Гибралтаром и Норт-Саидом, главный операционный базис для английского флота в Средиземном море. Гл. г. ДаВалетта, с населением, вместе с пригородами, в 73876 чел. С прежней, до 1570 г., столицей М., Чита-Веккией (7382 жит.), Ла-Валетта соединена ж. д. в 13 км. Управляется М. англ. губернатором и (с 1882 г.) правительственным советом из выбранных представителей.
   История. М. и Гоццо (Гозо) уже в 1400 г. до Р. X. были финикийскими колониями; в древности М. переходила от финикиян к грекам, от греков к карфагенянам, римлянам, вандалам, готам, византийцам (в 533 г. по Р. Хр.). В период римского владычества М. славилась своими тканями. Апостольская история свидетельствует, что первые мальтийцы были обращены в христианство после крушения корабля, на котором ехал апостол Павел, в 58 г. по Р. Хр. В средние века М. сделалась добычей арабов; торговля ее была уничтожена, она стала точкой опоры для пиратских экспедиций. В 1090 г. М. была завоевана нормандским графом Рожером Сицилийским. В течение 4-х веков судьбы М. связаны с историей Сицилийского королевства. В 1530 г. она была передана Иоаннитскому ордену, сделавшему из нее оплот христианства против турок. В 1565 г. М. выдержала знаменитую осаду турок, во время которой прославился вел. магистр ордена Ла-Валетт. Рыцари тратили огромные состояния на укрепления о-ва и общественные работы. В 1798 г. при вел. магистре Гомпеше орден был изгнан отсюда ген. Бонапарте, на пути его в Египет; но мальтийцы восстали и, с помощью неаполитанцев и англ. войск, принудили франц. гарнизон к сдаче. В 1800 г. М. была занята англичанами. Но амиенскому миру 1802 г. Англия обязывалась очистить М. Неисполнение этого условия было главной причиной возобновления войны между Францией и Англией.

Мальтийский орден

   Мальтийский орден — история мальтийского ордена, члены которого прежде назывались иоаннитами и родосскими рыцарями, начинается с 1530 г., когда рыцари получили от императора Карла V в ленное владение Мальту с двумя соседними островами, Гоццо и Комино, обязавшись охранять Средиземное море и его побережья против турок и африканских корсаров. М. орден явился как бы аванпостом христианских держав против Оттоманской империи, достигшей в то время апогея своего могущества. Вскоре после своего переселения на Мальту рыцари помогли императорскому флоту овладеть важной африканской крепостью Галетой. В 1541 г. флот ордена поддержал императорские войска, уже отступавшие под натиском алжирцев. Высшего расцвета слава М. ордена достигла в правление вел. магистра Ла-Валетта (1557 — 68), при котором Мальте пришлось выдержать страшную осаду турок. Сорокатысячному турецкому войску орден мог противопоставить всего 700 рыцарей и 71/2 тыс. солдат. Христианские государи, которых Ла-Валетт молил о помощи, не спешили поддержать рыцарей; но последниe сумели сами отразить врага. После четырехмесячной осады турки вынуждены были отступить, потеряв свыше 20 т. чел. Потеря ордена — 240 рыцарей и 5 т. солдат. Блестящая победа как бы опьянила членов ордена. Рыцари уезжают на материк и проводят там время в пирах и удовольствиях. Те, которые живут на острове, с не меньшим увлечением предаются чувственным наслаждениям. Прежняя воинская дисциплина слабеет; возникают раздоры между рыцарями отдельных народностей или так наз. языков. Великий магистр не пользуется достаточно сильным авторитетом, чтобы сдерживать междоусобия, и вместо беспристрастного решения споров принимает сторону более сильной нации. Все это отзывается особенно вредно на низших сословиях, благосостояниe которых заметно падает. Ко всему этому присоединяются столкновения, вызванные вмешательством инквизиции во внутренние дела М. ордена. Со времени вед. магистра Де Ла-Kaccиepa (1572 — 81) патенты на звание М. рыцаря выдаются папским инквизитором, имевшим свою резиденцию на острове. В начале XVII в. озлобление против иезуитов было до того сильно, что рыцари едва не убили наместника мальтийского инквизитора. Среди внутренних распрей орден продолжает, однако, расширять свои владения и завоевывает Лепанто, Патрос и Коринф, но по вестфальскому миру лишается своих владений в Германии. При Раймунде де-Рокафуль (1697 — 1720) Россия впервые завязывает сношения с М. рыцарями, с целыо найти в них поддержку против турок. В XVIII в. на Мальте господствует мирная политика: вел. магистры основывают школы, академию наук, даже университет. При велик. магистре Эмануэле Пинто магометанские невольники составили заговор, задумав убить магистра и истребить всех христиан на о-ве. Лишь случайно, благодаря доносу одного еврея, удалось подавить мятеж в самом начале (1749). При Екатерине II возобновились сношения России с М. орденом, но последний, под влиянием Рима и Франции, не хотел принять участия в борьбе России против Порты. В своих донесениях русскому правительству наш поверенный, маркиз Кавалькабо, жалуется на притеснения, которым подвергается он сам и русские на острове. В 1775 г. на Мальте вспыхивает мятеж, руководимый духовенством и быстро распространяющийся в сельском населении, доведенном до нищеты дурным управлением. Вел. магистр принц Роган (1775 — 97) старается поднять угасший воинский дух рыцарей, дать ордену прочное устройство, улучшить администрацию и суд, увеличить государственные доходы. В 1776 г. Роган созывает в последний раз высшее законодательное учреждение ордена — генеральный капитул, которым был издан в 1779 г. кодекс законов М. ордена («Codice del sacro militare ordine Gierosolimitano»). Поверенным Екатерины II при Рогане был офицер русского флота, грек Антоний Псаро, к которому рыцари продолжали относиться подозрительно. Носились слухи, будто бы Россия желает овладеть Мальтой, и Роган обратился даже за военной помощью к неаполитанскому королю. Тем не менее ордену пришлось искать содействия России, по следующему поводу. В 1609 г. последний князь Острожский, Януш, учредил майорат в пользу своей дочери Евфросинии, бывшей замужем за Александром Заславским, с тем, чтобы, в случай прекращения рода, майорат образовал командорство М. ордена. Вопреки этому завещанию, майорат, в конце XVII в., перешел в род кн. Сангушко и оставался за ним, несмотря на неоднократные протесты ордена. Только вмешательство Екатерины II, вызванное ходатайством уполномоченного ордена, Саграмозо, привело к решению дела в пользу рыцарей и учреждению в Польше великого приорства ордена. Вслед затем ордену были уступлены бывшие владения Иезуитов в Польше. 19 сентября 1792 г. постановление конвента лишило орден его владений во Франции; кавалеры ордена, в числе других французских дворян, изгнаны были из страны. В это критическое время на помощь М. ордену пришел император Павел I. Конвенцией от 4 (15) января 1797 г., состоявшейся благодаря влиянию гр. Юлия Литты, разрешено было учредить в империи великое приорство, как бы на место бывшего приорства польского, причем ордену жаловались «все те отличности, преимущества и почести, коими знаменитый орден сей пользуется в других местах, по уважению и благорасположению государей». Император принял на себя обязанность следить за точным выполнением М. кавалерами законов и статутов ордена, объясняя это тем, что «обязанности М. кавалеров всегда неразлучны с долгом каждого верного подданного к его отечеству и государю». Русские кавалеры, для обсуждения своих дел, могли иметь особые думные собрания, в которых председательствовал вел. приор. На содержание российского приорства, присоединенного к англо-баварскому яз. (англо-баварско-русский яз.), с 13 командорствами, отпускалось ежегодно более 300 тыс. польских злотых. Сан вел. приора и командора предоставлен лишь русским подданным. В 1798 г. состоялся Высочайший манифест «об установлении в пользу российского дворянства ордена св. Иоанна Иерусалимского». Новый польско-русскй М. орден состоял из 2 приорств: римско-католического и российско-православного, с 98 командорствами. Условия приема в орден, согласно Высочайшим утвержденным правилам 1791 г.: 1) дворянское достоинство, пpиобретенное военными подвигами и восходящее за150 лет; 2) определенный денежный взнос в орденскую казну (2400 или 1200 польских злотых), смотря потому, поступало ли в орден лицо в малолетнем возрасте или по достижении совершеннолетия (15 л.). Для приобретения командорства требовался особый военный ценз: кавалер ордена обязан сделать 4 кампании, по 6 месяцев каждая, причем службу можно было проходить или в русских войсках, или во флоте ордена. На содержание ордена отпускалось, сверх прежних сумм, по 216 тыс. польских злотых из государственного казначейства. Представителем государя по делам ордена являлся поручик вел. магистра. Разрешено было также учреждать, с особого на каждый случай Высочайшего соизволения, родовые или фамильные командорства, по примеру других стран. Звание командора передается по наследству в роде владельца имения или других фамилий, на которые последний укажет. Имение, где учреждается фамильное командорство, должно приносить не менее 3 т. р. ежегодного дохода, 10% которого вносится в орденскую казну, в виде респонсий. Между тем, 12 июня 1798 г. Мальта, без боя, сдалась французам. Рыцари заподозрили вел. магистра Гомпеша в измене и лишили его сана. 16 дек. того же г. русский император был избран в вел. магистры, и Павел охотно возложил на себя знаки нового сана: рыцарскую мантию, корону, мечь и крест (в таком одеянии изображен Павел на портрете, находящемся в Зимнем дворце). К Императорскому титулу, по Высочайшему указу, повелено было прибавить слова «и Великий Магистр Ордена Св. Иоанна Иepycaлимского». Пред воображением императора рисовался образ идеального рыцарского союза, в котором, в противовес новым идеям, исходившим из Франции, процветают принципы, положенные в основу М. ордена: строгое христианское благочестие и безусловное послушание младших старшим. По мысли императора, М. орден, столь долго и успешно боровшийся против врагов христианства — магометан, должен был обнять все лучи охранительные элементы Европы и послужить могучим оплотом против революционных движений. Явились различные проекты реорганизации М. ордена, применительно к его новой политической роли. Резиденция ордена (конвент) перенесена была в С.-Петербург; капитул его помещался в доме, занимаемом ныне Пажеским корпусом (доныне имеется в корпусе католическая церковь Св. Иоанна Крестителя). В Кронштадте снаряжался флот для завоевания Мальты; но в 1800 г. она была занята англичанами, а вскоре после того скончался Павел. Александр 1 отказался от звания вел. магистра и сохранил лишь титул протектора ордена, а в 1817 г. Высочайше объявлено, что «после смерти командоров ордена св. Иоанна Иepyсалимского, наследники их не наследуют звания командоров ордена и не носят знаков ордена, по тому уважению, что орден в Российской Империи более не существует». В начале XIX в. орден постепенно теряет свои земли и в других странах Европы: в Баварии, Вестфалии, Пpyccии. В реакционные периоды орден как бы оживает и владения его расширяются; наоборот, для него неблагоприятны эпохи народных движений. В 1834 г. капитул ордена переносится в Рим, и с тех пор судьба ордена особенно тесно связана с историей папского престола. В 1839 г. папа Григорий XVI восстановляет вел. приорство королевства Обеих Сицилии. Особенное покровительство оказывал ордену Меттерних, создавший приорство ломбардо-венецианское. В 1852 г. прусский король Фридрих Вильгельм IV восстановил орден в Бранденбурге, но без предоставления ему прежних его земельных владений. С целью обновления ордена составлялись разнообразные проекты: одни предлагали поручить рыцарям борьбу с торговлей невольниками, другие — охрану Гроба Господня в Палестине, где происходили в 50-х гг. пререкания между отдельными государствами по вопросу о первенстве в Иерусалиме. Ни один из проектов, однако, не получил осуществления, и орден, во 2-й половине XIX в., обращается в обширную духовно-благотворительную корпорацию, распространенную и в католических, и в протестантских странах Европы. Во многих местах Европы, а также в Бейруте, он имеет больницы, в Иерусалиме — странноприимный дом для богомольцев. Особенно широка деятельность ордена в Германии, где он представляет собою отделение Красного Креста, распадаясь на 15 отдельных обществ. Число его лечебных заведений доходит здесь до 42; бесплатным или очень дешевым уходом пользуется до 11 т. человек, без различия вероисповеданий. В последнюю сербо-болгарскую войну богемское приopство М. ордена отправило на театр военных действий несколько санитарных отрядов и полевых лазаретов.