Кейт Доули
 
Свобода любить

Глава 1

 
   — Вот эта высокая брюнетка, что прошла мимо нас две минуты назад, нос задирает, и ты на нее пялился еще! Я о ней тебе рассказывала! — услышала Беатрис напряженный шепот за своей спиной.
   Она безразлично пожала плечами. Сначала ее просто бесили эти разговоры и перешептывания за спиной, а теперь, через много лет, она стала совершенно равнодушна к любым сплетням в свой адрес.
   — Беатрис! Как я рада, что вы ко мне заглянули! — Навстречу ей, широко раскинув руки для объятий, поспешила хозяйка дома Анабелла Стейтон — пышнотелая крашеная блондинка.
   — Анни! Просто замечательный вечер!
   Беатрис поспешила надеть на лицо улыбку, предназначенную для подобных мероприятий.
   Она честно себе признавалась, что терпеть не может не только Анабеллу, но и почти всех гостей, присутствующих на данном торжестве.
   Однако ради дела приходилось терпеть, ведь Анни может рекомендовать ее своим друзьям.
   Миссис Стейтон — ее пропуск к кошелькам собравшихся. Да и кто еще может пригласить мисс Беатрис Керуин на такой прием? А ей уже давно пора выходить в свет. Пора расширять клиентуру. Тем более что эти люди за свою жизнь не раз и не два сочетаются браком. А значит, многие могли бы стать постоянными клиентами «Счастливого дня» — салона оформления свадебных торжеств.
   — Вам правда нравится, Беатрис?! — восхищенно закатив глаза, с придыханием спросила Анабелла.
   Беатрис поняла, что от нее ждут витиеватых комплиментов приему и его хозяйке.
   — Потрясающе! — заверила она, старательно изображая восторг. — Я еще никогда не бывала на приемах, хотя бы отдаленно напоминающих ваш!
   — О, Беатрис! Как мило с вашей стороны!
   А что вы скажете об оформлении?
   Беатрис сразу же разгадала за этим вопросом мягкий намек ей: не стоит забывать, что она совсем не ровня Стейтонам. Еще бы! С их-то миллионами. Да Беатрис в жизни столько не заработать! Хотя ни сам Стейтон, ни уж тем более его жена не проработали и дня.
   — Я должна признать, Анни, кое-что мне хочется позаимствовать у вашего дизайнера!
   Беатрис вновь пришлось покривить душой.
   Ей совершенно не нравилось оформление холла дома Стейтонов. Что за идиотские бумажные гирлянды! А сочетание малинового и зеленого?
   Да Беатрис повесилась бы, если бы в «Счастливом дне» кто-то предложил что-то подобное. Или повесила бы своего подчиненного.
   — Ой, честно вам признаюсь как профессионалу, я сама все здесь сделала! Только молчок, никому не слова! — показательно смущаясь, открыла «страшную» тайну Анабелла.
   Беатрис за сегодняшний вечер уже несколько раз успела услышать о дизайнерских талантах миссис Стейтон. Зато она теперь понимала, почему Анабелла при ее возможностях так ужасно одевается. Видно, она и свой стиль продумывает самостоятельно;
   — Вы просто молодец, Анабелла! — похвалила Беатрис, хотя ей ужасно хотелось сказать, что для начала миссис Стейтон стоило бы отказаться от соломенной пакли на голове.
   Но Беатрис старательно сдерживала себя.
   Нельзя ни в коем случае проявлять характер.
   Надо думать о деле.
   — Анабелла, познакомьте меня с этой очаровательной леди, — раздался над ухом Беатрис глубокий мужской голос.
   Она медленно оглянулась, и вдох застрял в ее груди. Беатрис видела красивых мужчин, знала, каковы они в постели. Ей казалось, что ее удивить уже невозможно. О, как она ошибалась!..
   Мужчина был таким высоким, что отнюдь не маленькая Беатрис могла смотреть на него, только задрав голову. От его мощного тела веяло силой, а на лице лежала печать уверенности человека, привыкшего все решать самостоятельно. Упрямый прямой подбородок и широкие скулы вовсе не портили его, а только добавляли удивительной притягательности.
   Рядом с ним любая женщина будет чувствовать себя маленькой и глупой, подумала Беатрис, с восхищением рассматривая незнакомца.
   Тем не менее она нашла силы напомнить себе, что вовсе не для того пришла на этот прием, чтобы заводить новую интрижку: но я ведь не любая, а значит, надо взять себя в руки и для начала выдохнуть.
   — Беатрис, познакомьтесь с мистером Шейном Пирсоном. — По голосу Анабеллы Беатрис догадалась, что и хозяйка приема находится под воздействием действительно животного магнетизма своего гостя. — Шейн, перед вами мисс Беатрис Керуин.
   — Очень рад нашему знакомству, — сообщил Шейн Пирсон, целуя руку Беатрис.
   — Взаимно. — Беатрис холодно и недоступно улыбнулась ему в ответ., Она и сама удивилась тому, как смогла сохранить хладнокровие после его поцелуя. Да у нее в крови сейчас творился настоящий пожар!
   — Как вам прием? — поинтересовался он, в его глазах искрился смех.
   Беатрис почему-то подумала, что он относится к мероприятию Анабеллы так же, как и она. Но разве можно об этом прямо заявить, да еще и при самой Анабелле?
   — Замечательно! — преувеличенно воодушевленно воскликнула Беатрис. — Я только что обсуждала эту тему с нашей очаровательной хозяйкой.
   — Да, Беатрис как дизайнер высоко оценила мою работу! — не преминула похвалиться Анабелла, а заодно очень тонко поставила Беатрис на место: помни, дескать, что ты просто владелица небольшого салончика.
   — Очень интересно! — воскликнул Шейн. — Значит, вы дизайнер?
   — Сейчас уже нет.
   Беатрис через силу выдавила из себя улыбку. Ей бы очень не хотелось рассказывать Шейну Пирсону о своей работе. Как бы она ни любила «Счастливый день», на этом приеме неуместно рассказывать о том, как девочка с самого дна смогла довольно высоко подняться по общественной лестнице. Беатрис подумала, что Анабелла сейчас конечно же расскажет все о ней и о ее салоне.
   — Беатрис организовала салон оформления свадеб «Счастливый день»!
   Опасения Беатрис подтвердились. Ей вновь указывали на ее место. Но Анабелле этого показалось мало.
   — Между прочим, Беатрис, вы с Шейном в некотором роде коллеги. Его еще называют цветочным королем Лондона.
   — Так вы и есть тот самый Пирсон? — удивилась Беатрис. Она представляла цветочного короля совсем другим.
   — Удивлены? — Шейн усмехнулся. — Но я действительно, как вы выразились, тот самый Пирсон. Я вот только недоумеваю, почему мы с вами до сих пор не встречались?
   — Только потому, что я — птица не вашего полета. Ваши объемы мне еще долго не потянуть.
   Вы же занимаетесь только крупным оптом.
   — Почему же, у меня есть несколько мелкооптовых торговцев, есть и сеть розничной торговли. — Я предпочитаю поддерживать малый бизнес.
   Беатрис все же не удержалась от выпада в адрес Шейна. Она отлично знала, что мелкие предприниматели жалуются на то, что Пирсон почти задушил их.
   — А вам палец в рот не клади, мисс Керуин! — Шейн рассмеялся. — Но, быть может, вы удивитесь, узнав, сколь многие из представителей мелкого бизнеса, который вы стремитесь поддерживать, работают на меня.
   — Меня сложно удивить, мистер Пирсон! — Беатрис повела плечом, и почти черные, удивительно густые волосы мягким покрывалом окутали ее.
   — Я могу постараться, мисс Керуин.
   Беатрис с ужасом поняла, что она заигрывает с ним. И, что еще ужаснее, великий Шейн Пирсон отвечает на ее заигрывания! И как она с ним будет работать — ведь когда-нибудь она все же придет к Пирсону, иначе ее бизнес просто не сможет развиваться?!
   — Простите меня, Беатрис, но миссис Лоунби зовет нас, — встряла Анабелла. — Она давно просила меня представить ей мистера Пирсона. Позвольте и ей пообщаться с самым красивым миллионером Лондона! — Анабелла натянуто рассмеялась и, схватив Пирсона за рукав, потащила прочь от Беатрис.
   Отойдя на безопасное, на ее взгляд, расстояние, Анабелла обернулась и сказала:
   — Надеюсь, Беатрис, вы еще подойдете ко мне, когда соберетесь прощаться?
   — Конечно же, Анабелла! Я же должна выразить вам свою благодарность за такой замечательный вечер!
   Беатрис отлично поняла намек Анабеллы: ей предлагалось держаться в тени и не приближаться к хозяйке до самого отбытия. И чем скорее владелица «Счастливого дня» покинет прием, тем лучше для всех. Беатрис Керуин совсем не тот человек, знакомством с которым можно гордиться перед светом.
   Кажется, слухи о моей репутации уже успели просочиться и сюда! Беатрис усмехнулась, беря бокал шампанского с подноса. Как старательно дамы прячут от меня своих мужей! Неужели им еще никто не сообщил, что при всей моей распущенности я не интересуюсь чужими мужьями?!
   Ироническую ухмылку на чувственных губах Беатрис попыталась спрятать за бокалом с шампанским.
   — Привет, Бетти, солнышко! — услышала она за спиной знакомый голос.
   — Питер! — радостно воскликнула Беатрис, оборачиваясь. — Неужели хоть одно приятное лицо! — уже тише добавила она.
   — Я тоже очень рад тебя видеть, — Питер широко улыбнулся и, тоже понизив голос, сказал:
   — Кажется, тебе уже наскучил высший свет?
   — А что делать? — Беатрис пожала точеными плечами, игриво прикрытыми газовым шарфом кораллового цвета. Он был точь-в-точь подобран к платью из шелка. — Моему детищу нужна поддержка в лице этих богатых дам и господ. Мне надо развиваться, мой милый!
   — Ты все так же до самозабвения влюблена в свой салон?
   — Что значит «до самозабвения», Питер? — улыбнувшись, поинтересовалась Беатрис.
   Он пожал плечами.
   — Только то, из-за чего мы с тобой расстались пять лет назад.
   — Если ты о том, что я все свои силы отдаю «Счастливому дню», то мы уже не раз и не два обсуждали этот вопрос. И когда были вместе, и когда расстались. Мне жаль, Питер, — тихо добавила она.
   — Мне тоже иногда очень жаль, — ответил Питер.
   Беатрис увидела, в его глазах боль и сочувственно спросила:
   — Ты все еще вспоминаешь… о нас?
   — Иногда. Знаешь, я ведь сильно к тебе привязался. Мне до сих пор бывает очень плохо без тебя, Бетти.
   — Ты тоже мне очень дорог. До сих пор дорог, Пит. Мне кажется, что ты мой единственный друг. И уж точно единственный мужчина, с которым я нормально простилась.
   Питер весело рассмеялся.
   — Знаешь, что, я больше всего в тебе ценил? — спросил он.
   — Интересно было бы узнать, через пять-то лет! — иронично ответила она.
   — Твой потрясающий юмор, моя милая Бетти. Ты всегда умудрялась в самый ответственный момент сказать что-нибудь такое, за что тебя сначала хочется убить, а в следующую секунду — расцеловать!
   — Только не на глазах у почтенной публики!
   — Я вообще к тебе даже прикасаться боюсь!
   Особенно сейчас, Бетти.
   — А что сейчас случилось особенное? — Беатрис приподняла бровь, ожидая ответа.
   — Как только увидел тебя в этой толпе, я подумал: что же мне делать? Сказать тебе правду, скрыть все или даже не подходить? Потом я подумал, что нельзя терять такого друга, как ты, только из-за трусости. Я всегда говорил тебе, что ты — лучшее, что было в моей жизни, и что я готов тебя ждать до конца своих дней. Но, как оказалось, человек, особенно мужчина, слаб. Я женюсь, Бетти.
   — О! — Беатрис растерялась, но буквально через секунду пришла в себя и бросилась Питеру на шею. — Как же я за тебя рада! Если бы ты только знал! У меня даже иногда просыпалась совесть при мысли, что я сломала твою жизнь.
   — Приятно слышать через столько-то лет! — прокомментировал Питер, высвобождаясь из ее объятий.
   — Но-но! — Беатрис погрозила ему пальчиком.
   — Я просто волнуюсь, как бы ты не умерла от укоров совести, — попробовал оправдаться он.
   — Не волнуйся, — Беатрис успокаивающе похлопала его по плечу, — моя совесть засыпала при мысли, что хоть где-то есть «мужчина на крайний случай». Так что это мне стоило бы оправдываться перед тобой.
   — Интересно, это ты сама придумала, про «мужчину на крайний случай»? — чуть обиженно спросил Питер. — — Нет, Лиз.
   — Я до сих пор не могу понять, кто из вас на кого плохо влияет, — признался Питер.
   — Мы друг к другу потянулись с первого взгляда. — Беатрис улыбнулась. — Может быть, ты все же познакомишь меня с твоей избранницей? Очень хочу увидеть женщину, которая оказалась гораздо умнее меня.
   Питер просиял.
   — Пойдем! Я буду очень рад познакомить тебя с Элен.
   Беатрис поняла, что ему очень хотелось представить ей свою невесту, но он не знал, как старинная подруга отнесется к этому знакомству.
   Он подвел Беатрис к небольшой группке, где в окружении пожилых матрон стояла хрупкая и очень молодая женщина. Беатрис показалось, что она удивительно похожа на ангела, сошедшего с небес на эту грешную землю.
   Кажется, Питер на этот раз нашел полную противоположность мне. Может быть, он и прав, подумала Беатрис. Она была рада за друга, но на душе кошки скребли. Все больше ее знакомых находят свое счастье, а она все еще мечется в поисках неизвестно кого. Но с Питером она бы точно не была счастлива. Он отличный парень, но не для нее. Да и он бы был рядом с ней счастлив слишком редко.
   Беатрис внимательно рассматривала женщину, которую выбрал для себя один из ее самых верных поклонников, и невольно сравнивала с собой. Элен была невысокой, очень хрупкого сложения, Беатрис даже удивилась, как она держит на своих плечах тяжелое платье из бархата. Ей казалось, что это неземное создание должно быть облачено только в туман. Саму Беатрис никто не назвал бы миниатюрной. Она была высокой и никогда не жаловалась на плохой аппетит, хотя от природы и не была склонна к полноте. Да и черты ее лица совсем не напоминали тщательно прорисованные черточки Элен. Беатрис гордилась своими крупными чувственными губами, огромными, почти черными глазами, красивым носом с легкой горбинкой. Ее лицо с высоким лбом было будто списано с картин эпохи Возрождения. А вот Элен могла бы послужить моделью художникам середины девятнадцатого века. Ее голубые глаза, волосы, отливающие серебром, тонкая, почти прозрачная кожа отлично смотрелись бы на картинах прерафаэлитов. Во всяком случае, так казалось Беатрис.
   — Офелия, — проронила она, наклоняясь к уху Питера.
   — Да, ты права, я часто ее сравниваю с этой героиней. Или ты о картине?
   — В обоих случаях да. Только не говори, что у нее еще и ангельский характер! — шутливо взмолилась Беатрис.
   Питер развел руками.
   — Прости, Бетти.
   — Знаешь, Пит, мне кажется, эта женщина сможет дать тебе все то, что не смогла дать я. И даже больше, — глядя ему в глаза, серьезно сказала Беатрис.
   — Спасибо, я знал, что Элен тебе понравится с первого взгляда. Для меня все еще важно твое мнение, Бетти.
   — Если твоя рана еще до конца не зажила, Пит, лучше мне и не знакомиться с Элен.
   — Почему?
   — Мне кажется, что мы с ней подружимся.
   — Ну и отлично! Две мои любимые женщины будут рядом. О чем еще может мечтать мужчина?
   Беатрис рассмеялась.
   — Тебе нужно принять ислам!
   — Зачем? — не понял Питер — Чтобы ты мог позволить себе четырех жен.
   — Дело в том, что тогда я должен буду их всех содержать. А меня вполне устраивает тот факт, что ты перспективная бизнес-вумен. И к тому же я хотел бы видеть тебя далеко не каждый день!
   — Я могу и обидеться, — пригрозила Беатрис. — Хотя, если подумать… Да, не чаще раза в неделю!
   — Почему раза в неделю?
   — Потому что тебя, зануду, я смогу выдерживать не чаще раза в неделю!
   Питер только покачал головой.
   — Позвольте мне забрать мою невесту на минутку?! — с улыбкой обратился он к дамам, обступившим Элен.
   Питер был настолько очарователен, что Беатрис невольно им залюбовалась.
   Интересно, а правильно ли я поступила, когда сказала ему «нет»? — спросила она себя уже в сотый раз. И снова ответила: правильно.
   Я бы не принесла ему счастья, я не ангел. Я вольная, птица. Брак подрезал бы мне крылья.
   К тому же на свете столько одиноких мужчин!
   Беатрис улыбнулась своим мыслям. Хотя почти все считали ее легкомысленной, несколько человек, в том числе Питер, знали, почему она старалась не связывать себя серьезными отношениями. Беатрис панически боялась потерять свободу. Ей казалось, что, как только она даст кому-то обещание всегда быть рядом или что-то подобное, ей уже никогда не вернуть свою прежнюю жизнь. Она легко приспосабливается, но ведь, приспосабливаясь, так же легко потерять себя. Еще легче потерять свое дело. А уж этого Беатрис не могла допустить.
   Даже ради самой великой любви.
   — Беатрис, это моя невеста Элен Веллингтон. Элен, это Беатрис Керуин, моя самая первая и сама большая любовь!
   От такого представления Беатрис была готова провалиться сквозь землю.
   — Не принимайте всерьез слова Питера, — поспешила она исправить его оплошность.
   Питер весело рассмеялся.
   — Кажется, я первый, кто вогнал мисс Керуин в краску!
   — Не обращайте на него внимания! — попросила Элен, протягивая Беатрис руку. — Кому, как не вам, знать, что у него странное чувство юмора. Мне казалось, что вы-то уже должны были привыкнуть.
   Беатрис не могла не ответить на открытую, приятную улыбку Элен. Она пожала протянутую руку и удивилась сильному и крепкому пожатию Элен. Беатрис казалось, что ее ладонь, пусть и изящная, но все же не такая изящная, как у настоящих леди, кое-где в так и не заживших от кистей и карандашей мозолях, должна была просто провалиться сквозь тонкую светящуюся руку Элен. Беатрис старалась свести следы первых лет тяжелой работы, когда «Счастливый день» в основном держался на ее плечах, но безуспешно. Ей тогда приходилось самой и проектировать оформление свадеб, и плести гирлянды, и даже носить коробки с цветами, гирляндами и прочим. Это сейчас она занимается только организационными вопросами. А тогда, шесть лет назад, Беатрис на своих плечах вывезла свое детище. Разве теперь она могла проститься с ним ради мужчины?
   — Видишь ли, Бетти, — сказал Питер, наконец-то отсмеявшись, — Элен знает обо мне все. А с тобой связан один из важнейших этапов моей жизни. Так что я не мог не рассказать своей невесте о своей любви к тебе. Элен даже знает о том, что я до сих пор испытываю к тебе очень теплые чувства. Что стоит тебе только позвать меня, и я бы бросил все. Но так же она знает, что, несмотря на твою ужасающую почтенных матрон репутацию, ты не охотница за чужими мужьями. И еще одно уточнение: я готов был броситься к тебе по первому зову, пока рядом не было Элен. Она мой ангел-хранитель.
   Питер поцеловал руку своей невесты. В его глазах светились такая любовь и преданность, что Беатрис невольно почувствовала зависть.
   На нее Питер так никогда не смотрел.
   — Я рада, что Питер нам обеим все объяснил. Иначе я просто не знала бы, как смотреть вам в глаза, Элен! — недовольно взглянув на Питера, сказала Беатрис.
   — Не волнуйтесь, все отлично. Я давно мечтала с вами познакомиться. Мне всегда хотелось увидеть женщину, которой восхищается мой жених. Он ведь возвел вас на пьедестал.
   — Кажется, эта будущая семейная пара сегодня сговорилась вогнать меня в краску! — с легким раздражением воскликнула Беатрис.
   Элен и Питер весело рассмеялись.
   — Нет, что ты, Бетти! Ты действительно мой идеал! — поспешил заверить ее Питер. — Но не красоты, хотя необходимо отдать тебе должное, а ума. Я еще не встречал столь работоспособного человека, как ты. Бетти, да если бы я обладал хотя бы толикой твоих деловых качеств, давно бы уже получил место в парламенте!
   — Ой, Пит, ты же знаешь, что на этих «весах демократии» и без тебя вполне хватает гирек! — отмахнулась Беатрис. — Лучше скажите, когда ваша свадьба?
   — Через два месяца, — улыбнувшись, ответила Элен и с нежностью посмотрела на Питера.
   — Уточняю: восемнадцатого апреля. Бетти, ты уже в списке гостей. Правда, официального приглашения придется подождать. Мы их еще не приготовили.
   — А почему тогда меня приглашаешь сейчас? — поинтересовалась Беатрис, не зная, обижаться ей или радоваться тому, что она, по всей вероятности, оказалась чуть ли не первой приглашенной.
   — Потому что ты, будучи весьма занятой леди, можешь что-нибудь запланировать на этот день. А теперь, когда мы тебя пригласили, у тебя нет никакого шанса не явиться на свадьбу.
   Тем более что у нас с Элен к тебе просьба.
   — Неужели вы попросите меня оформить вашу свадьбу?! — с иронией спросила Беатрис.
   — Не только, — улыбаясь, сказал Питер, — этот вопрос мы с тобой обсудим позже. Элен хотела просить тебя еще об одном одолжении.
   — Беатрис, не могли бы вы быть моей подружкой? — смущаясь, спросила Элен.
   — То есть? — растерялась Беатрис.
   — Понимаешь, Элен училась в парижском колледже, во Франции остались все ее подруги, но и с ними связь порвалась давно. А в Англии она еще ни с кем не подружилась столь близко. И неудивительно. Элен из весьма состоятельной семьи, она, как только окончила колледж и вернулась домой, сразу же попала в этот омут. Ну где здесь можно встретить кого-то порядочного?!
   — Тебя же встретила, — усмехнувшись, напомнила Беатрис.
   — А кто сказал, что я — порядочный человек?
   Питер скорчил гримасу, которая, на его взгляд, придавала ему сходство с бандитом.
   Элен и Беатрис весело рассмеялись: его лицо, несмотря на предпринятые Питером усилия, оставалось лицом человека, чьи отец, дед и прадед преподавали в Кембридже. Да и очки в золотой оправе сильно мешали задуманному Питером перевоплощению.
   — Прошу вас, Беатрис, мне действительно хочется видеть вас подружкой на моей свадьбе. — Элен осторожно положила руку на плечо Беатрис. В ее глазах стояла такая мольба, что Беатрис просто не смогла отказаться.
   — Конечно, Элен! — воскликнула она. — О чем речь! Могу только сказать, что ваше предложение — честь для меня.
   — Ой, Бетти, как бы ты не стала настоящей леди! — шутливо посетовал Питер, покачав головой. — Еще выйдешь замуж за миллионера или графа.
   — Ты себе вообще представил, что такое только что ляпнул? — нарочито грубо поинтересовалась Беатрис. — Элен, вы уже решили, каким будет общий стиль свадьбы?
   — Я бы не хотела ничего помпезного. И, Беатрис, давай перейдем на «ты». Я уверена, что мы подружимся!
   — Конечно, Элен! Так что там со стилем?
   — Бетти, куда ты спешишь?! У тебя еще как минимум месяц! — попробовал умерить рвение подруги Питер.
   — Пит, отстань! — Беатрис досадливо отмахнулась. — Насколько я понимаю, у тебя хватило ума не заказывать приглашения, пока не разработана общая концепция?
   — Если честно, ума хватило у Элен, — признался Питер.
   — И это человек, который уже пять лет близко общается со мной! — закатив глаза, воскликнула Беатрис. — Сколько приглашенных предполагается?
   — Не больше ста человек, — отозвалась Элен.
   — Действительно, очень и очень скромная свадьба, — прокомментировала Беатрис.
   — Я рад! — сказал Питер.
   — Чему? — поинтересовалась Элен, все так же с восторгом глядя жениху в глаза.
   — Тому, что к нам вернулась прежняя ироничная Бетти Керуин. Я уже испугался, что она вознамерилась измениться. Стать вежливой, тактичной, постоянной, готовой выйти замуж и нарожать детишек.
   — Ужас какой! — воскликнула Беатрис, передергивая плечами. — Мне недавно снился такой кошмар. Потом две ночи уснуть не могла.
   Кстати, вы не боитесь, что моя репутация может вызвать… Как бы это сказать? Излишний ажиотаж, — наконец нашлась Беатрис.
   — Но мы-то знаем, какая ты на самом деле, — успокоил ее Питер. — К тому же нашей репутации ничто не может повредить.
   — Да уж, — хмыкнула Беатрис.
   — Кстати, ты знаешь, что некоторые наши общие знакомые заключили пари на довольно крупную сумму на то, когда ты наконец-то решишься на что-то серьезное.
   — Что имеется в виду? — заинтересовалась Беатрис.
   — То есть выйдешь ты замуж или хотя бы будешь встречаться с одним мужчиной больше трех месяцев.
   — Мило, — прокомментировала Беатрис. — Мне даже кажется, я знаю, кто все это спровоцировал.
   Питер улыбнулся.
   — Вот этого я тебе не скажу.
   — А ты сам-то сделал ставку? — спросила Беатрис.
   — Нет, я тебя слишком хорошо знаю. Ты абсолютно непредсказуема! Я не люблю рисковать.
   — А какие сроки указываются? — Любопытство так и распирало Беатрис.
   — Самый ранний — пять лет, — смеясь, ответил Питер.
   — А поздний?
   — Никогда.
   — Мой тебе совет; поставь на «никогда», — улыбнувшись, посоветовала Беатрис.
   — Я бы на твоем месте не зарекалась, — сказала Элен, весело посматривая на Питера. — Человек не может знать, когда к нему придет настоящая любовь.
   — Дело в том, Элен, что моя настоящая любовь уже пришла. И зовут ее «Счастливый день», — твердо ответила Беатрис.

Глава 2

 
   — Мисс Керуин! Беда!
   Беатрис застыла на пороге офиса «Счастливого дня». Ей показалось, что в помещении взорвалась бомба: сотрудники бегали туда-сюда, стоял истошный крик, а в воздухе, медленно кружась, как огромные снежинки падали белые листы бумаги. Беатрис невольно залюбовалась картиной. Но взволнованный голос секретарши Энни вернул Беатрис к действительности:
   — Мисс Керуин! Он отказался! — закричала Энни, подбегая к ней с какими-то бумагами.
   — Энни, пойдемте ко мне в кабинет, там вы спокойно мне все объясните, кто от чего отказался и заодно почему в офисе такой бардак! — Беатрис казалось, что она единственный островок спокойствия в этом хаосе.
   — Мисс Керуин! У нас… — Энни вновь попыталась что-то ей сказать, но Беатрис жестом остановила ее.
   Она молча повернулась и, отвечая на приветствия испуганных сотрудников, направилась в свой кабинет. Впрочем, Беатрис с трудом могла назвать эту каморку кабинетом, но даже такая клетушка все же лучше, чем ничего: стол, кресло, шкаф для бумаг и стул для посетителей здесь умещались.