придворными. Он хочет, чтобы ты рассказал эльфийской королеве о том, что ты
видел на корабле.
Казалось, что Томас сейчас испугается и убежит.
- Я? Обедать в главной зале? - его лицо побелело. - Говорить? С
королевой?
Паг весело рассмеялся.
- Это очень просто. Ты открываешь рот, а из него выходят слова.
Томас размахнулся, чтобы ударить Пага, но тот увернулся, схватил его
сзади и повернул лицом к себе. У Пага были сильные руки, хотя он был ниже
Томаса, и поэтому он легко положил друга на землю. Томас поборолся некоторое
время, и вскоре они оба безостановочно смеялись.
- Паг, отпусти меня.
- Не отпущу, пока не успокоишься.
- Я в порядке.
Паг отпустил его.
- За что ты хотел ударить меня?
- За твое самодовольство и за то, что не сказал ничего до последней
минуты.
- Хорошо. Извини, что не сказал сразу. В чем еще дело?
Томаса, казалось, что-то беспокоило. Нечто более серьезное, нежели
дождь.
- Я не знаю, как есть вместе со знатью. Боюсь, что сделаю что-нибудь не
так.
- Это очень просто. Просто смотри на меня и делай то же, что и я. Держи
вилку в левой руке, а ножом режь. Не пей из чаш с водой, они для мытья, и
пользуйся ими, так как руки у тебя будут жирными от ребрышек. И следи за
тем, чтобы кости, которые ты кидаешь через плечо, летели к собакам, а не на
пол перед герцогским столом. И не вытирай рот рукавами, пользуйся салфеткой,
она для этого и предназначена.
Они шли к казармам, Паг обучал своего друга основам придворного
этикета. Томас удивлялся богатству его знаний.

ТОМАС ТО БЛЕДНЕЛ, то страдал. Каждый раз, когда кто-нибудь смотрел на
него, ему казалось, что он нарушил одно из самых важных правил этикета, и он
бледнел. Когда его взгляд поднимался на главный стол, и он видел эльфийскую
королеву, его желудок завязывался узлом, и он страдал.
Паг договорился, чтобы Томас сел рядом с ним за одним из наиболее
удаленных от герцога столов. Обычно Паг сидел за столом лорда Боррика, рядом
с принцессой. Он был рад возможности быть подальше от нее, потому что она
все еще проявляла свое неудовольствие по отношению к нему. Обычно она
болтала с ним о тысяче разных мелочей и сплетен, которые придворные дамы
находят такими интересными, но вчера вечером она многозначительно
игнорировала его, даря все свое внимание удивленному и, очевидно, довольному
Роланду. Реакция Пага на это привела его самого в замешательство:
облегчение, смешанное с порядочной долей раздражения. Облегчение заключалось
в свободе от ее гнева, но Роланд, увивающийся вокруг нее, был как какой-то
зуд под кожей, от которого никак было не избавиться.
Паг был обеспокоен плохо скрытой вежливыми манерами враждебностью
Роланда по отношению к нему в последнее время. Он никогда не был дружен с
Роландом, как Томас, но никогда раньше у них и не было причины злиться друг
на друга. Роланд всегда был одним из толпы мальчишек возраста Пага. Он
никогда не закрывался своим титулом и был на равных с обычными мальчишками,
всегда готовый решить вопрос тем способом, который ему казался необходимым.
И так как он уже был опытным бойцом, когда прибыл в Крайди, то все споры
между ним и другими мальчишками вскоре были улажены, как мирным путем, так и
нет. Теперь между Пагом и Роландом была сильная напряженность, и Паг вдруг
обнаружил, что хотел бы быть таким же сильным в драке, как Томас, который
был единственным из мальчишек, которого Роланд не мог побить. Их
единственный поединок быстро закончился тем, что Роланд получил хорошую
взбучку. Пагу было очевидно так же, как и то, что утром встает солнце, что
столкновение со вспыльчивым молодым сквайром быстро приближалось. Он боялся
этого столкновения, но знал, что когда оно настанет, он почувствует
облегчение.
Паг взглянул на Томаса и, увидев друга погруженным в собственные
проблемы, снова повернулся в сторону Карлайн. Принцесса ошеломляла его, но
ее очарование смешивалось со смущением, которое он чувствовал, когда она
была рядом. Как всегда красивая: ее черные волосы и голубые глаза,
зажигающие в воображении неловкие мысли, - этот ее образ был каким-то
пустым, бесцветным в глубине души, в нем не хватало того янтарно-розового
свечения, которое присутствовало в мечтах, когда Карлайн была для него
далекой, недоступной и неизвестной. Но даже такое короткое наблюдение
вблизи, какое имел Паг, делало это поэтическое восприятие невозможным. Ее
натура оказалась слишком сложной, чтоб вписаться в простые мечты. В общем,
он считал этот вопрос запутанным и сложным, но видя ее с Роландом, он
забывал свои внутренние споры о принцессе, и чувства в нем брали верх над
разумом. Он начинал ревновать.
Паг вздохнул, качая головой, размышляя о своих проблемах и забывая о
Томасе. По крайней мере, думал Паг, я не один. К очевидному беспокойству
Роланда, Карлайн оживленно беседовала с принцем Калином из Эльвандара, сыном
Агларанны. Принц казался тех же лет, что Арута или Лиам, но тогда и его мать
была тех же лет, потому что выглядела лет на двадцать - двадцать пять. Все
эльфы, кроме главного советника королевы, Тэдара, выглядели достаточно
молодо, а Тэдар выглядел не старше герцога.
Когда обед был закончен, большая часть герцогского двора удалилась.
Герцог поднялся, предложил Агларанне руку и повел тех, кому было приказано
следовать за ними, в советный зал.
Третий раз за два дня, мальчишки оказались в герцогском зале для
советов. Паг в отличие от первых двух раз достаточно спокойно находился тут,
отчасти благодаря сытному обеду, но Томас тревожился сильнее, чем
когда-либо. Если он целый час перед обедом только и делал, что смотрел на
королеву, то сейчас, в узком кругу, он,
казалось, смотрит повсюду, только не на нее. Пагу показалось, что
Агларанна заметила поведение Томаса и слегка улыбнулась, но он не был
уверен.
Два эльфа, пришедшие сюда с королевой, Калин и Тэдар, сразу пошли к
стоящему в стороне столу, на котором стояла чаша и другие вещи, взятые от
солдата цурани. Они тщательно осмотрели их, заинтригованные каждой деталью.
Герцог призвал собравшихся к порядку, и эльфы сели на стулья с обеих
сторон от королевы. Паг и Томас, как обычно, стояли возле двери.
- Мы рассказали вам, что случилось, насколько мы знаем, и вы теперь
видите доказательства собственными глазами. Я думаю будет полезно, если эти
юноши еще раз расскажут нам, что произошло на корабле.
Королева наклонила голову, но заговорил Тэдар:
- Я бы хотел услышать историю из первых рук, ваша светлость. Боррик
жестом подозвал мальчишек. Они подошли поближе, и Тэ-
дар спросил:
- Кто из вас нашел этого чужака?
Томас взглянул на Пага, имея в виду, что говорить должен Паг. - Мы оба,
сэр, - сказал Паг, не зная правильного обращения к эльфу. Тэдар, как
показалось, был удовлетворен общим почтительным обращением. Паг пересказал
события того дня, не пропуская ничего, что он помнил. Когда он закончил,
Тэдар стал задавать вопросы, каждый из которых заставлял Пага напрячь
память, проясняя маленькие детали, о которых Паг забыл.
Когда с ним закончили, Паг отошел назад, и Тэдар повторил тот же
процесс с Томасом. Томас начал сбивчиво, очевидно смущаясь, и эльфийская
королева подарила ему успокаивающую улыбку. Это только еще больше смутило
его, и вскоре его отпустили. Тэдар спрашивал о деталях, мелочах, забытых
мальчишками: пожарных ведрах с песком, расставленных по палубе, пустых
копейных штативах, - доказывая предположение Аруты о том, что это был
военный корабль.
Тэдар откинулся на спинку стула.
- Мы никогда не слышали о таких кораблях. Он во многих отношениях такой
же, как и остальные, но не во всех. Мы уверены.
Как будто по молчаливому сигналу, Калин заговорил:
- Со смерти моего отца-короля я служу военачальником Эльвандара. Это
моя обязанность, руководить разведчиками и патрулями, охраняющими наши
поляны. Уже некоторое время мы осведомлены о странных происшествиях в
большом лесу к югу от реки Крайди. Несколько раз наши бегуны находили
человеческие следы в некоторых частях леса. Их нашли у границ Эльвандара и
рядом с Северным перевалом, около Каменной Горы.
Наши разведчики несколько недель пытались найти этих людей, но видны
были только следы. Эти люди очень старались скрыть свое присутствие. Если бы
они не прошли так близко от Эльвандара, они могли остаться незамеченными, но
никто не может незамеченным вторгнуться в прилежащие к нашему дому земли.
Несколько дней назад один из наших разведчиков заметил группу
чужеземцев, переправляющихся через реку возле границы наших лесов и
двигающихся по направлению к Северному перевалу. Он следовал за ними в
течение полудневного перехода, но потом потерял их.
Калин слегка наклонил голову:
- Не потому что плохо следил. Просто они зашли в гущу деревьев и не
вышли ни с той, ни с другой стороны. Он дошел по их следам до места, где они
исчезли.
- Я думаю, что теперь мы знаем, куда они делись, - сказал Лиам. Он
выглядел мрачнее обычного и сейчас куда больше походил на отца.
Калин продолжил:
- За четыре дня до того, как пришло ваше послание, я возглавлял
патруль, преследовавший группу людей. Они были низкие, коренастые и
безбородые. У некоторых были светлые волосы, у других темные. Их было
десять, и они двигались по лесу чрезвычайно осторожно. Малейший звук
настораживал их. Но несмотря на всю их осто-
рожность, они все-таки не заметили, что за ними следят.
На них были доспехи ярких цветов: красные, синие, некоторые зеленые,
другие желтые. Кроме одного, который был в черном одеянии. Они несли мечи,
такие же как вот этот на столе, и другие, без зазубрин, круглые щиты и такие
странные луки, короткие и изогнутые в нескольких местах, причем в обратную
сторону.
Алгон выпрямился.
- Да, это обратно выгнутые луки. Такие же, как у кешианских
солдат-собак.
Калин развел руками.
- Кешь давно оставила эти земли, и когда мы знали ее Империю, они
пользовались обычными луками из тиса и ясеня.
Алгон восторженно перебил.
- У них есть секретный способ изготовления таких луков из дерева и
рогов животных. Они маленькие, но мощные, хотя и не мощнее длинных луков. Их
дальность удивительно...
Боррик нарочито громко кашлянул, не желая позволять Мастеру Конюшему
вовлечься в размышления об оружии.
- Продолжайте, пожалуйста, ваше высочество...
Алгон гневно покраснел и откинулся на спинку стула. Калин продолжил:
- Я преследовал их два дня. Они оставились на ночь, не разводя костра,
да и вообще стараясь не оставить никаких следов. Все пищевые и естественные
отходы были собраны в мешок и его понес один из них. Они двигались
осторожно, но преследовать их было легко.
- Когда они подошли к границе леса, около Северного перевала, они
сделали пометки на пергаменте, как уже делали несколько раз в течение
перехода. Потом тот, что был одет в черное, использовал какое-то странное
устройство и они исчезли.
Все заволновались. Калган выглядел особенно обеспокоенным.
Калин сделал паузу.
- Однако самой странной вещью был их язык. Их речь не была похожа ни на
один из языков известных нам. Они говорили очень тихо, но нам было слышно,
хотя слова для нас ничего не значили.
- Услышав это, я встревожилась, - заговорила королева, - так как эти
чужеземцы, исследовали и составляли карты Запада, свободно разгуливая по
великому лесу, холмам Каменной Горы, а теперь еще и берегам Королевства.
Когда мы приготовились отправить вам весть об этом, сообщения об этих
чужеземцах стали приходить все чаще. Еще несколько групп было замечено в
северной области леса.
Арута выпрямился и положил руки на стол.
- Если они пройдут Северный перевал, они узнают путь к Ябону и Вольным
Городам. Потом в горах начнет выпадать снег и они также смогут понять, что в
течении зимы мы отрезаны и не можем получить помощи.
На лице герцога предательски промелькнула тревога. Вернув
самообладание, он сказал:
- Но еще есть Южный перевал, и его они еще не могли успеть нанести на
карту. Если они появлялись в тех местах, то их должны были заметить гномы,
ведь деревни в Серых Башнях разбросаны шире, чем в Каменной Горе.
- Лорд Боррик, - сказала Агларанна, - я никогда не покинула бы
Эльвандар, если бы не считала ситуацию критической. Из того, что вы
рассказали об этой Империи чужаков... Если они так сильны, как вы говорите,
то я боюсь за все свободные народы Запада. Хоть эльфы и не особо любят
Королевство в целом, мы все же уважаем крайдийцев, потому что вы всегда были
благородными людьми и никогда не пытались расширить свои владения за счет
наших земель. Мы будем вашими союзниками, если эти чужаки нападут.
Некоторое время Боррик молчал.
- Благодарю Леди Эльвандара за помощь эльфийского народа в случае
войны. Мы также в долгу перед вами за ваш совет, ибо теперь мы можем
действовать. Если бы мы не знали об этих происшествиях в большом лесу, мы бы
дали чужакам больше времени, к чему бы они там ни готовились, - он снова
замолк, обдумывая дальнейшие слова. - А
я убежден, что эти цурани планируют что-то плохое для нас. Разведку
чужой и странной земли я еще могу принять за желание познакомиться с
особенностями и характером людей живущих там. Но составление военных карт
может предшествовать только вторжению.
- Скорее всего, они придут с могучей армией, - сказал Калган уставшим
голосом.
Талли покачал головой.
- Может, и нет, - все повернулись к нему. - Я не так уверен. Многое из
того, что я прочел в сознании Зомича было спутано, но есть что-то в этой
Империи Цурануанни, что делает ее непохожей ни на один известный нам народ,
есть что-то очень чужеродное в их чувстве долга и альянсов. Не могу сказать,
откуда я это знаю, но они могут сначала испытать нас маленькой армией. Ну,
как если бы основным объектом их внимания было что-то другое, а мы случайно
попались на глаза, - он смущенно покачал головой. - У меня просто такое
чувство, вот и все, ничего более.
Герцог сидел прямо, в его голосе появился командный тон.
- Мы будем действовать. Я пошлю гонцов к герцогу Брюкалу Ябонскому, и
снова к Каменной Горе и Серым Башням.
- Хорошо бы услышать, что знают гномы, - сказала Агларанна.
- Я до сих пор надеялся на весть от них, но гонцы не вернулись, и их
голуби тоже не прилетели, - сказал Боррик.
- Может быть, их поймали ястребы, - сказал Лиам. - На голубей не всегда
можно положиться. Или же гонцы так и не добрались до гномов.
Боррик повернулся к Калину.
- После осады Карса прошло сорок лет, и мы с тех пор мало общались с
гномами. Кто сейчас правит их кланами?
- Как и тогда, - сказал эльфийский принц, - Каменная Гора под знаменем
Харторна из линии Хогара. Столица в деревне Делмория. Серые Башни
объединились под знаменем Долгана из линии Толина. Столица в деревне
Калдара.
- Я знаю их обоих, хотя я был еще мальчишкой, когда они снимали с Карса
осаду Темных Братьев, - сказал Боррик. - Они будут сильными союзниками, если
понадобится.
- Ну а как насчет Вольных Городов и принца Крондорского? спросил Арута.
Боррик выпрямился.
- Я должен подумать над этим, потому что на востоке есть проблемы, или,
по крайней мере, мне так сообщили. Поразмыслю над этим ночью, - он поднялся.
- Благодарю вас всех за совет. Возвращайтесь к себе и отдыхайте. Прошу вас
обдумать, что делать с чужаками, если они вторгнутся, а завтра мы снова
встретимся и все обсудим.
Он предложил эльфийской королеве руку и провел ее через двери, которые
Паг с Томасом держали открытыми. Мальчишки вышли последними. Фэннон взял
Томаса под руку и повел к казармам, а Калган стоял снаружи, разговаривая с
Талли и двумя эльфийскими советниками.
Маг повернулся к ученику.
- Паг, принц Калин заинтересовался твоей маленькой библиотекой
магических книг. Не мог бы ты показать их ему?
Паг согласился и повел принца вверх по лестнице к своей двери. Открыв
ее, он остановился, ожидая принца. Тот вошел, и Паг последовал за ним.
Фантус спал, а теперь, вздрогнув, проснулся и бросил на эльфа недоверчивый
взгляд.
Калин медленно подошел к дрейку и тихо сказал несколько слов на
непонятном Пагу языке. Фантус успокоился и вытянул вперед шею, чтобы принц
почесал его.
После этого дрейк стал ожидающе смотреть на Пага. Тот сказал: - Да,
обед окончен. На кухне будет полно объедков.
Фантус с волчьей ухмылкой переместился к окну, мордой открыл его и,
щелкнув крыльями, вылетел по направлению к кухне.
Паг предложил Калину табурет, но принц сказал:
- Спасибо, но ваши стулья не очень удобны для нас, эльфов. С твоего
позволения я сяду прямо на пол. У тебя очень необычный лю-
бимец, сквайр Паг, - он слегка улыбнулся Пагу.
Пагу было слегка неловко принимать эльфийского принца в своей жалкой
комнатке, но эльф вел себя так, что Паг расслабился.
- Фантус скорее постоянный гость, чем любимец. У него есть собственный
разум. Для него нет ничего необычного в том, чтобы исчезнуть на несколько
недель, но в основном он обитает здесь. Теперь, когда Мичема нет, ему
придется есть вне кухни.
Калин спросил, кто такой Мичем. Паг объяснил и добавил:
- Калган послал его за горы, в Бордон, с небольшим отрядом герцогской
гвардии, чтобы успеть до того, как Северный перевал занесет снегом. Он не
сказал, зачем уходит, ваше высочество.
Калин посмотрел на одну из книг мальчика.
- Я предпочитаю, чтобы меня звали Калином, Паг.
Паг, довольный, кивнул.
- Калин, как ты думаешь, что у герцога на уме?
Эльф загадочно улыбнулся.
- Я думаю, герцог откроет нам свои планы. Мичем, похоже, готовит путь,
если герцог решит поехать на восток. Ты, скорее всего, узнаешь об этом
завтра, - он взял книгу, на которую смотрел. - Она тебе показалась
интересной?
Паг наклонился вперед, чтобы прочитать название.
- Доркас. Об оживлении предметов. Да, хотя она показалась мне не вполне
ясной.
- Очень точная оценка. Доркас и сам был очень "неясным". По крайней
мере, так показалось мне.
Паг вздрогнул.
- Но ведь Доркас умер тридцать лет назад!
Калин широко улыбнулся, обнажая белые зубы. Глаза сверкнули в
сумеречном свете.
- Значит, ты мало знаешь об эльфах?
- Мало, - согласился Паг, - ты первый эльф, с которым я разговариваю,
хотя я и мог видеть эльфа раньше, когда был очень маленьким. Не знаю, -
Калин отложил книгу в сторону. - Я знаю только то, что мне рассказал Мартин
Длинный Лук: что вы как-то умеете разговаривать с животными и некоторыми
духами и что вы живете в Эльвандаре и окрестных эльфийских лесах и в
основном находитесь среди своих сородичей.
Эльф рассмеялся мягко и мелодично.
- Почти все это так. Зная друга Лонгбоу, я бьюсь об заклад, что
некоторые его байки были приукрашены, потому что он, хотя и не обманщик, но
обладает истинно эльфийским чувством юмора, - Паг непонимающе посмотрел на
принца. - По вашим меркам мы живем очень долго и учимся ценить в этом мире
юмор, часто находя забавное там, где люди не видят ничего забавного. Или,
если тебе угодно, мы по-другому смотрим на жизнь. Мартин, я думаю, научился
этому от нас.
Паг кивнул:
- Насмешливый взгляд.
Калин вопросительно поднял бровь. Паг объяснил:
- Многие люди здесь недолюбливают Мартина. Он несколько отличается от
остальных. Я однажды слышал, как солдат сказал, что у него насмешливый
взгляд.
Калин кивнул:
- У Мартина была сложная жизнь. Он был предоставлен самому себе в очень
раннем возрасте. Монахи Сильбанского монастыря хорошие, добрые люди, но они
плохо представляют себе, как воспитывать мальчишек. Когда ему удавалось
сбегать от своих учителей, Мартин жил в лесу, как дикарь. Однажды я встретил
его: он дрался двумя маленькими эльфами - в очень раннем возрасте мы мало
отличаемся от людей. Когда он вырос, он стал одним из немногих людей, кто
может в любое время прийти в Эльвандар. Он ценный друг. Но мне кажется, что
он несет в себе особое бремя одиночества, потому что не может полностью
находиться ни в мире эльфов, ни в мире людей, а находится частично в обоих.
Паг увидел Мартина в новом свете решил попытаться получше узнать
Мастера Егеря. Возвращаясь к исходной теме, он спросил:
- То, что он сказал - правда?
Калин кивнул.
- В некоторых отношениях. Мы можем говорить с животными так же, как и
люди, только с успокаивающей интонацией, так как мы лучше понимаем их
настроение. Мартин тоже это умеет, хотя и не так, как мы. Однако мы не
разговариваем с духами. Некоторые создания люди считают духами: дриад, фей и
тому подобных, но это настоящие сущности, которые живут поблизости от нашей
магии.
Паг заинтересовался еще сильнее:
- Вашей магии?
- Наша магия - часть нашей сущности. Сильнее всего она чувствуется в
Эльвандаре. Это наследие древних лет, позволяющее нам в мире жить в своих
лесах. Там мы, как и другие, работаем, воспитываем детей, отмечаем
праздники. Время в Эльвандаре идет медленно, потому что это нестареющее
место. Поэтому я и помню как разговаривал с Доркасом, потому что, хотя я и
молодо выгляжу, мне уже больше ста лет.
- Ста, - Паг покачал головой. - Бедный Томас, он расстроился, когда
услышал, что ты сын королевы. Теперь он будет совсем несчастным.
Калин наклонил голову, на губах играла полуулыбка:
- Парень, который был с тобой в советном зале?
Паг кивнул.
- Моя мать-королева не впервые производит такое впечатление на
человека, хотя люди постарше умеют лучше скрыть это.
- Вас это не раздражает?
- Нет, Паг, конечно, нет. Все в Эльвандаре любят королеву, и ее красота
общепризнанно недостижима. С тех пор как мой отец-король ушел, не один
храбрец из вашего народа добивался руки Агларанны. Теперь траур закончился,
и она может выйти замуж, если захочет. Но вряд ли ее избранник будет
принадлежать к вашему народу. До сих пор было очень мало таких браков, они
очень редки и приводят к большой печали для эльфа. Она еще проживет очень
много человеческих жизней, будь боги благосклонны, - Калин еще раз оглядел
комнату. - Вероятно, наш друг Томас перерастет свое чувство к великой
эльфийской леди. Также как и принцесса изменит свое отношение к тебе, я
думаю.
Паг смутился. Ему было очень любопытно, о чем Карлайн и эльфийский
принц говорили за обедом, но спрашивать было неудобно.
- Я издалека заметил, что вы с ней разговариваете.
- Я ожидал встретить великана в полторы сажени ростом, вокруг которого
сверкают молнии. Кажется, ты убил заклинанием пару десятков троллей?
Паг покраснел.
- Их было только двое, а убил я их случайно.
Калин поднял брови.
- Даже двое - достижение. Я думал, девчонка была в полете фантазии. Мне
хотелось бы услышать эту историю.
Паг рассказал ему, что тогда случилось, после чего Калин сказал:
- Это очень необычная история, Паг. Я мало знаю о человеческой магии,
но достаточно, чтобы сказать, что то, что ты сделал действительно очень
странно, как и сказал Калган. Эльфийская магия очень отличается от вашей, но
нашу мы понимаем лучше, чем вы свою. Я никогда не слышал о таком случае.
Наверное, подчас, когда это необходимо, можно вызвать в себе силу, дотоле
дремлющую глубоко внутри.
- Я много размышлял об этом, - сказал Паг. - Было бы неплохо все-таки
получше понять, что же на самом деле произошло.
- Возможно, это придет со временем.
Паг посмотрел на своего гостя и глубоко вздохнул:
- Хотел бы я также получше понять Карлайн.
Калин пожал плечами и улыбнулся.
- Кто может понять разум другого? Я думаю, некоторое время ты будешь
объектом ее внимания. Потом, возможно, кто-нибудь другой привлечет ее,
вероятно, юный сквайр Роланд. Похоже, она имеет
власть над ним.
Паг фыркнул.
- Роланд! Он как зуд под кожей.
Калин улыбнулся.
- Значит, ты любишь принцессу?
Паг посмотрел вверх, как будто ожидая помощи свыше.
- Она мне нравится, - заметил он, тяжело вздохнув. - Но я не знаю,
люблю ли я ее. Иногда кажется, что да, особенно, когда я вижу, как вокруг
нее увивается Роланд, но иногда кажется обратное. Мне очень сложно с ней
разговаривать. Всегда кажется, что говоришь что-то не то.
- В отличие от сквайра Роланда, - продолжил Калин.
Паг кивнул.
- Он родился и воспитывался при дворе. Он знает, когда и что нужно
говорить.
Паг отклонился назад, опершись на локти и опять тоскливо вздохнул.
- Кажется, я порядочно ему завидую. Он заставляет меня чувствовать себя
невоспитанным олухом с каменными глыбами вместо рук и бревнами вместо ног.
Калин понимающе кивнул.
- Я не считаю себя специалистом по жизни твоего народа, Паг, но я
провел достаточно времени с людьми, чтобы понимать, что в твоей власти
выбирать, кем себя чувствовать. Роланд заставляет тебя чувствовать себя
неуклюжим, потому что ты позволяешь ему это. Рискну предположить, что, когда
принцесса благосклоннее к тебе, чем к нему, он чувствует то же самое.
Недостатки других никогда не кажутся такими ужасными, как свои. Роланд может
завидовать тому, что ты всегда говоришь прямо, и твоей честности. В любом
случае, то, что вы с Роландом делаете, мало что изменит в ее отношении к
вам, пока она полна решимости сделать все по-своему. Она не видит твоих
недостатков, она очарована тобой, так же, как твой друг нашей королевой.
Ничего не изменится, если ты, конечно, не станешь совсем безнадежным
грубияном. Думаю, она видит в тебе своего будущего супруга.
Некоторое время Паг сидел, широко раскрыв от удивления глаза, после
чего сказал:
- Супруга?
Калин улыбнулся.
- Молодых людей часто заботят вещи, которые надо будет устроить еще