Нас Чока с отвращением отвернулся.
   — Вызови всех боеспособных кораллов-прыгунов, — проинструктировал он младшего офицера. — Прикажи остальным нанести столько разрушений, сколько смогут. Все капитаны должны подготовить свои корабли к отправлению. Мы завершили то, за чем прилетели. Теперь нам нужно вернуть хаттам должок.

Глава 28

   Вики Шеш царственно сидела на стуле с прямой спинкой в центре свидетельского балкона, поправляя складки длинной юбки, пока сенатор-готал Та'лаам Рант, глава Сенатского судебного совета, изучала экран личного информационного устройства, которое она носила на левом запястье. Троица адвокатов Шеш занимала стол позади нее, но их не включили в двойного размера голограмму Шеш, которая привлекала внимание огромной толпы в амфитеатре. В уважение Рант, дроиды-секретари, обычно присутствующие на закрытых заседаниях сената, были удалены в отдельную комнату, чтобы их энергетические излучения не причинили вреда тонким чувствам женщины-готала.
   — Сенатор Шеш, — наконец продолжила мохнатая плосконосая Рант, — уже установлено, что коммодор Бранд проинформировал Консультативный совет относительно возможного развертывания флотилии «Йалд» и что коммодор Бранд, говоря от имени командного состава сил обороны, заявил в то время, что Кореллию считают целью атаки.
   — Это верно, — невозмутимо согласилась Шеш.
   — Тогда как случилось, сенатор, что флотилия оказалась развернута у Ботавуи?
   Шеш сложила сцепленные пальцы на коленях и слегка подняла подбородок.
   — Коммодору Бранду не удалось убедить развернуть флотилию у Кореллии, поэтому вопрос поставили на голосование.
   — В письменном заявлении глава государства Фей'лиа утверждает то же самое, — монотонно, как все гота-лы, произнесла Рант. — Но мы знаем, что командный состав никогда не хотел слишком усердно спорить в пользу Кореллии.
   Шеш кивнула.
   — Насколько я понимаю, план адмирала Совва рассчитывал на то, чтобы заманить врага в Кореллианский сектор, оставив Кореллию незащищенной. Размещение там флотилии нарушило бы стратегию адмирала.
   Пара чувствительных конических рогов Рант дернулась.
   — Другими словами, то, что произошло на брифинге, было больше манипуляцией.
   Самый элегантный из человеческих адвокатов Шеш выразил протест.
   — Сенатора Шеш попросили предоставить отчет о брифинге, а не приводить суждение тактики или методов сил обороны Новой Республики.
   Пять членов состоящего из смешанных видов трибунала в комнате посовещались и поддержали возражение. Рант, очевидно, была разочарована, но стала двигаться дальше.
   — Сенатор Шеш, был ли ваш голос, по существу, решающим в совете?
   — Мой голос вывел его из тупика, если это то, что вы имеете в виду.
   — Что убедило вас в том, что целью станет Ботавуи?
   — Более правильным будет сказать, что я не верила, что нападут на Кореллию.
   — Почему?
   — Я не допускала, что йуужань-вонги готовы начать атаку на Центр.
   — Был ли упомянут Фондор в числе возможных целей?
   — Нет.
   — Если бы его упомянули, как; бы вы проголосовали? — Тот же адвокат выразил протест, но Рант быстро махнула мохнатой рукой. — Я снимаю вопрос, — она приблизилась к балкону. — Вы, случайно, не встречались с кем-нибудь из командного состава до брифинга по Кореллии?
   Шеш снова кивнула.
   — Встречалась. За несколько дней до этого я встречалась с коммодором Брандом, который попросил меня переговорить с генеральным консулом Голгой, прежде чем он отправится на Нал Хутту.
   — Вы встречались с Голгой?
   — Вскоре после этого.
   — Какова была природа вашего разговора с генеральным консулом хаттов?
   — Мы обсуждали сепаратный мир, который хатты заключили с йуужаньвонгами, и возможность предоставления ими разведывательных данных Новой Республике.
   — Генеральный консул Голга в то время сообщил, что хатты, возможно, склонятся к предоставлению такой информации?
   — Он намекнул на это, да.
   — И вы были готовы поверить ему на слово, хотя считается, что хатты вступили в союз с врагом?
   — Протестую, — рявкнул другой адвокат. — Было доказано, что хатты пытались передать нам информацию, возобновив поставки на Ботавуи, когда ее все еще считали потенциальной целью.
   Рант развернулась к трибуналу.
   — И поступив так, хатты только усилили наше убеждение, что вместо этого целью является Кореллия.
   Глава трибунала, мон-каламари, посмотрел на Вики Шеш.
   — Сенатор, вы хотите ответить на вопрос сенатора Рант?
   Шеш слегка улыбнулась.
   — Я могу только сделать вывод, что хатты, возможно, пытались оставить себе свободу выбора. Я также полагаю, что йуужань-вонгам было прекрасно известно о возможности того, что хатты выдадут нам информацию, и что они использовали эту возможность, чтобы управлять последовавшими событиями. То, что Нал Хутта сейчас готовится к вторжению, говорит о том, что Борга скорее простофиля, чем заговорщица.
   Мон-каламари кивнул и устремил взгляд одного глаза на Рант.
   — Хатты не являются предметом этого дознания, сенатор. Вы можете продемонстрировать объективную причину, по которой нужно продолжать эту серию вопросов?
   Рант склонила голову, смотря на трибунал из-под своего выпуклого лба.
   — Я просто пытаюсь установить последовательность событий, которая привела к неожиданной атаке Фондора.
   — Продолжайте, — велел ей мон-каламари.
   Рант развернулась к Шеш.
   — Сенатор, ранее предположения командного состава насчет Кореллии поддерживались информацией о дефиците спайса в определенных планетных системах. Глава государства Фей'лиа утверждает, что Консультативному совету было известно, что эту информацию предоставил Тэлон Каррде и рыцари-джедаи.
   — Так нас проинформировали.
   — Вам известна какая-либо причина, по которой бывший связной Тэлон Каррде или рыцари-джедаи могли захотеть направить силы обороны по ложному пути?
   Ближайший к Шеш адвокат вскочил на ноги.
   — Протестую. Требование предположения.
   — Нет, я отвечу, — вмешалась Шеш. — Я ни на секунду не допускаю, что Тэлон Каррде либо джедаи пытались направить нас по ложному пути.
   Женщина-готал изучала ее.
   — Вы полагаете, что враг манипулировал и ими?
   Шеш выпрямилась на стуле.
   — Я полагаю, сенатор, что джедаи не непогрешимы и что нам не следует смотреть на них, как на своих спасителей. Из всего, что нам известно, йуужань-вонги привезли в нашу Галактику мощь, превосходящую даже Великую силу.
 
* * *
 
   На парящей платформе недалеко от места, где собрался Судебный совет, бывшая телохранительница Исолдера Аштарта открыла люк в личные комнаты принца на борту челнока, который должен был вернуть хапанцев на боевой дракон «Песня войны», находящийся на стационарной орбите над Корускантом. Аш-тарта одарила Лею самым колючим своим взглядом, прежде чем оставить их наедине.
   Исолдер стоял у широкого иллюминатора каюты, повернувшись спиной ко входу. После битвы при Фон-доре события сложились так, что они не встречались почти две недели, а «Песня войны» должна была стартовать на Хапос позже тем днем. Лея подождала, пока принц отвернется от вида на невозможно высокие башни Корусканта, прежде чем подойти к нему, но выражение боли на его лице всего через два шага заставило ее остановиться.
   — Исолдер, мне так жаль, — выпалила она с полными слез глазами.
   Он сжал губы, чтобы не сказать то, что собирался сказать, и глубоко вздохнул.
   — Лея, мы говорили об этом перед тем, как флот покинул Хапос. Тогда я сказал тебе, что не буду считать тебя виноватой за любой несчастливый исход. Мы знали, что рискуем, идя на войну.
   Ожидая, что он именно это и скажет, Лея тихо кивнула.
   Нахмурившись, Исолдер отступил от иллюминатора, чтобы посмотреть на нее.
   — Но ты знала, что случится. Ты это чувствовала.
   Лея выдохнула.
   — Я чувствовала, что развивается какая-то трагедия, но не знала когда и где она случится, и случится ли вообще. Я знала, что кое-что из моих чувств имело отношение к моему беспокойству о детях. Но я не могла отделить их от неожиданных сомнении по поводу того, что я ввязала в это вас, или по поводу стратегии коммодора Бранда относительно Кореллии.
   Не в силах продолжать, она скорбно покачала головой.
   Исолдер на мгновение отвел взгляд.
   — Я спрашивал себя, было ли легче, если бы мы потерпели поражение от йуужань-вонгов, а не от неверно направленного огня оружия, о существовании которого мы даже не знали.
   — Оружия, запушенного Анакином, — тихо произнесла Лея.
   — Который также отказался стрелять из него, — быстро заметил Исолдер. — Лея, ты должна понять, мы приняли то, что с нами случилось, без враждебности или сожаления.
   Она вгляделась в его печальное лицо.
   — Что теперь будет?
   Он провел рукой по губам.
   — Ну, я не думаю, что нас ждет триумфальное возвращение домой. Консорциум разделился согласно голосованию, которое привело нас сюда. Проголосовавшие против объявили победу, несмотря на то что все мы понесли ужасную потерю. Они требуют политики изоляции — как будто одни только «Мимолетные дымки» смогут нас защитить от длинных рук йуужань-вонгов.
   Лея кивнула.
   — Подобный раскол случился и в Сенате Новой Республики. Неожиданная атака на Фондор заставила Центральные миры подготовиться к худшему, но это произошло за счет отчуждения многих миров Провинции. Поддержка Фей'лиа пошатнулась, и сенат, скорее всего, понизит в звании или потребует отставки коммодора Бранда и адмирала Совва, хоть они и отчаянно нам нужны.
   Исолдер обдумал это.
   — Такова разница между Консорциумом и Новой Республикой, возможно, между старым и новым. Представители Новой Республики могут выразить свое возмущение, не опасаясь нарушить правила приличия или спровоцировать благородную дуэль. — Исолдер издал самокритичный смешок. — Я не знаю, какой метод правления лучше, но я знаю, что хапанцы поставят на храбрую сторону. Люди моего мира уже говорят, что наш флот, хоть и уничтожен, но сохранил день Фондору и Новой Республике.
   — Его получите и вы.
   Исолдер покачал головой.
   — Это неизвестно. Но мы обязательно получим во время нашего следующего сражения с йуужань-вонга-ми. Теперь я в этом уверен, потому что мы вынуждены сделать все, чтобы жертвы, принесенные при Фондоре, не были напрасными.
   — По крайней мере, у вас будет технология быстрой перезарядки орудий, которую хотел архон Тейн, — проговорила Лея.
   Исолдер поиграл желваками.
   — Это вряд ли утешение, но нам придется довольствоваться им, — он посмотрел на Лею. — Война приносит выгоду тем, кто изобретает более удобные средства разрушения. Будем надеяться, что сможем одолеть йуужань-вонгов в их собственной игре.
 
* * *
 
   Забравшись в любимое кресло отца в квартире на Корусканте, Джейсен с волнением наблюдал, как над источником ГолоСети появилась трехмерная фигура Тракена Сал-Соло. Голос ведущего-суллустианина продолжил:
   — Бывшему лидеру так называемой Лиги Людей, Тракену Сал-Соло, приписывают перелом в битве при Фондоре. Когда десятки новореспубликанских кораблей были уничтожены во время неожиданной атаки йуужань-вонгов на орбитальные верфи Фондора, смелое использование Сал-Соло луча гиперпространственного репульсора не только заставило захватчиков отступить, но и уничтожило значительную часть их флота.
   Источник спроецировал изображение Балансирной станции.
   — Репульсорный луч был запущен с Балансирной станции в Кореллианской системе, которая, по иронии судьбы, восемь лет назад была использована во время безуспешного требования Кореллией независимости от Новой Республики. Одного из многих, арестованных за разжигание кризиса, Сал-Соло выпустили из тюрьмы, чтобы помогать в возобновлении боеспособности станции, и из непроверенных источников нам стало известно, что он единственный был готов взять на себя риск запуска оружия против вражеского флота. Что будет дальше с Сал-Соло или Балансиром зависит от того, кого вы спрашиваете. Из-за вотума недоверия, грозящего генерал-губернатору Марче, герцогине Мастигофорус, некоторые считают, что Сал-Соло призовут возглавить недавно сформированную Балансирную партию, которая выступает за независимость пяти миров, составляющих Кореллианскую систему. Сама Балансирная станция остается в руках Новой Республики, но станет ли — и будет ли способна — использоваться снова в качестве оружия дальнего действия, в значительной степени зависит от того, как успешно Корускант сможет оправдать вторичные разрушения, полученные при Фондоре хапанским флотом.
   Изображения Сал-Соло и Балансира стали исчезать, и снова появилась голова и верх туловища суллустианина — ведущего новостей.
   — К другим новостям, демонстрация протеста на Руане, организованная группой бунтующих дроидов…
   — Ты когда-нибудь устанешь слушать репортажи о Кореллии? — вмешался Анакин, стоящий в проеме общей комнаты. — Мы сделали дядю Тракена героем. Что еще можно сказать?
   Джейсен выключил звук ГолоСети.
   — Взбодрись. По крайней мере в этом репортаже не упоминали наших имен.
   Анакин нахмурился.
   — Хорошо. Теперь все, на что мы можем надеяться, это что папа об этом не узнает.
   — С каких это пор папа смотрит новости? К тому же это тебя ГолоСеть должна называть героем.
   — За что — за запуск Балансира?
   — Нет, за то, что ты не нажал на спусковой крючок. Вот что заставит папу и дядю Люка и любого другого, кто знает всю историю, гордиться тобой.
   Анакин фыркнул и покачал головой.
   — Ты все еще не понимаешь, — он пристально посмотрел на брата. — Я мог выстрелить из Балансира, не задев хапанцев. Я все видел, Джейсен, — у себя в голове. Я знал бы, куда направить репульсорный луч и когда именно нужно стрелять. Я даже знал, что Зарево не убьет никого в Полом Городе.
   — Тогда почему ты не выстрелил? Что тебя остановило?
   — Имеешь в виду, помимо того, что ты говорил мне: «Не стреляй»?
   Брови Джейсена сошлись в беспокойстве.
   — Ты был так уверен в себе?
   — Ага, был. И мои действия были бы защитой. Когда кто-то целится бластером в твоего союзника, ты поднимаешь меч, чтобы остановить его, или ничего не делаешь, просто потому что джедай не должен совершать агрессивных действий? Я имею в виду, где эта черта, Джейсен? Мы ведем войну за выживание, и иногда оборона значит, что нужно уничтожить противника.
   Джейсен покачал головой.
   — Я не знаю, где черта, и я пообещал себе на Иторе, что перестану искать ее. Я просто думаю, что должен быть другой способ ответить — не поднимая меч, чтобы отразить поднятый против тебя.
   Анакин ухмыльнулся.
   — Что ж, когда узнаешь, надеюсь, скажешь мне.
   Джейсен посмотрел на него.
   — Я, скажу, брат. На это можешь рассчитывать.
 
* * *
 
   Как и во время прошлого визита Каррде на Явин IV, Люк и Тэлон последовали по извилистой дорожке к Великому храму.
   — Все, что мне удалось сделать, это поставить джедаев в еще худшее положение перед Сенатом Новой Республики и военными, — говорил Каррде. — Поэтому я подумал, что мне нужно извиниться лично.
   — Никто не ждет от тебя извинений, — заверил его Люк. — Если бы поступки всегда судили по их последствиям, мы бы полжизни проводили, возмещая убытки. Ты пришел к нам с планом, и мы последовали ему. И разделяем последствия.
   Каррде был настроен скептично.
   — К несчастью, такие рассуждения не проходят у Борска Фей'лиа и его соратников. Как случилось и после Итора, им нужен кто-то, на кого можно свалить вину за то, что произошло у Фондора, и я ставлю на то, что джедаи для этого идеальные мальчики для битья.
   Люку потребовалось несколько мгновений, чтобы ответить. Когда он впервые услышал о событиях на Фондоре, он почувствовал себя преданным — не столько Каррде, сколько Силой. Почти таким же преданным, каким он себя чувствовал, когда Оби-Ван Кеноби и Йода сговорились скрывать настоящую личность его отца. Но чувство предательства тут же прошло. Сила ничего от него не скрывала; просто он неверно понял, что это йуужань-вонги, а не джедаи занимались обманом, уловкой и неверным направлением. Что продолжало его беспокоить, то это вероятность того, что самого присутствия йуужаньвонгов было достаточно, чтобы затуманить чистоту Силы.
   — Успех и неудача иногда переплетаются, — наконец проговорил он. — Умышленно или нет, хатты повели нас по ложному пути. Но это их информация позволила Кипу и Ганнеру спасти пленников на борту судна с йаммоском.
   Каррде нехотя кивнул.
   — Все слишком заняты переваливанием вины на чужие плечи, чтобы заметить спасение пленников или разрушение судна с йаммоском. Мне только жаль, что Кип не прибыл вовремя, чтобы спасти Скиддера.
   — Вурт сделал свой выбор на Гиндине.
   Люк оставил вопрос на этом, решив не добавлять, что жертва Скиддера расширила пропасть между фракцией Кипа и остальными джедаями. Скиддер хотел отомстить за смерть Мико Реглиа и Даэшара'кор, теперь Кипу и тем, кто был на его стороне, нужно было отомстить за смерть Скиддера.
   — Если хатты нарочно повели нас не по тому пути, им хорошо за это отплатилось, — горько заметил Каррде. — Фондор был одним из самых доходных рынков Бесадии, и они потеряли в битве несколько из своих лучших кораблей и самых изобретательных контрабандистов. Теперь Борге нужно готовиться к войне, когда ее поддерживает только половина кланов, а остальные считают виновной в предательстве йуужань-вонгов. Несколько лидеров кланов сбежали с Нал Хутты на Ганат, Илесию, даже Татуин, а так как йуужань-вонги заблокировали пространство хаттов, Новая Республика не сможет помочь, даже если захочет. Борге повезет, если у нее не будет преждевременных родов.
   Каррде неожиданно остановился посредине дороги и повернулся к Люку.
   — Думаешь, йуужань-вонги понимают, что совершили? Они разделили хаттов, создали раскол в Сенате, вывели из войны хапанцев, подорвали значение джедаев.
   Прежде чем Люк смог ответить, он добавил:
   — Ты не подозреваешь, что все этим и закончится?
   Люк услышал голос своего учителя: «Вечно в движении будущее. Трудно увидеть…»
   — Будущее нестабильно, — молвил он. — Оно состоит из возможностей. Я смотрю, но не вижу.
   Каррде выдохнул.
   — Что мы можем сделать?
   Решить ты должен, как лучше поступить. Помочь им ты мог. Но ты разрушил бы все, за что они боролись и страдали.
   Люк дотянулся и обнял Каррде за плечи.
   — Мы можем учиться на ошибках.
 
* * *
 
   Лея примчалась домой с посадочной платформы челнока, только чтобы обнаружить, что Анакин и Джейсен уже улетели. Теперь, когда безрадостное прощание с Исолдером все еще витало в ее голове, а Ц-3ПО и Олмахк помогали ей упаковываться для послеобеденного перелета на Дуро, зачирикал домашний комм, который продолжал чирикать, даже когда она включила автоответчик.
   Всплеснув руками, она сдалась и приняла звонок. Лицо Хэна было последним, которое она ожидала увидеть на экране.
   — Это просто я, — криво улыбаясь, поприветствовал он, когда она открыла рот, чувствуя себя так, будто прошли месяцы с тех пор, когда они в последний раз разговаривали. Экран показывал, что он разговаривал с космического терминала на Абрегадо-рэй.
   — Вижу, ты сбрил бороду, — наконец произнесла она.
   Он потер подбородок.
   — Ага, слишком зудит.
   — Ну, по крайней мере, ты снова выглядишь как прежде.
   Он нахмурился, стал что-то говорить, потом замолчал, потом снова начал.
   — Мрачно все вышло с хапанцами у Фондора. Как Исолдер?
   — Думаю, рано или поздно ты услышал бы новости — даже на таком курорте как Абрегадо-рэй.
   — Услышал о чем? — изумился Хэн. — Я видел это!
   — Ты что?
   — Я был там — у Фондора.
   — Ты был у Фондора, — не веря, повторила она.
   — Мы с Дромой гонялись за его родственниками. Некоторые из них умудрились оказаться выброшенными на забытой верфи, а остальные были пленниками на корабле с йаммоском. Ладно, это долгая, скучная история. Дело в том, что я видел, как истребили хапанский флот. Но я подумал, что это солнце Фондора стало Новой. Я не знал, что это Балансир.
   Лея убрала волосы со лба.
   — Ты понимаешь, что там были Анакин и Джейсен.
   Хэн закусил нижнюю губу.
   — Это они стреляли?
   Ноздри Леи расширились.
   — Ты думаешь, что они сотворили бы что-то подобное?
   Хэн нахмурился.
   — Успокойся. Ты же знаешь, я не слушаю новости.
   Лея собиралась рассказать ему о неожиданной славе Тракена Сал-Соло, но передумала, зная, что Хэн рано или поздно сам узнает.
   — Куда ты привез беженцев, которых спас?
   — Сюда. Но они не могут оставаться здесь долго. Абрегадо-рэй втягивает приветственный коврик.
   Лея вздохнула.
   — ВКПБ ищет мир, подходящий для размещения всех беженцев. Мы думали, что сможем рассчитывать на Руан, но Саллиш Аг неожиданно стала отказываться от того, чтобы принять дополнительных беженцев.
   Хэн тут же отвел взгляд.
   — Что до Руана… — начал говорить он.
   — ВКПБ получает некоторую неожиданную помощь от сенатора Шеш, — продолжила Лея. — Я дам тебе знать, как только выясню что-нибудь.
   Хэн кивнул.
   — Хорошо бы, если бы это было где-то, где к ринам не относились как к сброду.
   — Даю тебе слово, — Лея помолчала и добавила: — Дрома останется со своим кланом?
   — Ага. Насколько я понимаю, мы с ним расквитались.
   — И где будешь ты, Хэн?
   — Я не знаю. А ты как? Наконец останешься дома?
   — Этим днем я улетаю на Дуро.
   — Старая добрая принцесса Лея, — насмешливо произнес он. — Тогда, думаю, не важно, где окажусь я.
   Она прищурилась.
   — Старый добрый Хэн Соло.
   Он попытался смягчить момент, засмеявшись.
   — Мы та еще пара, не правда?
   — Не знаю, Хэн. Это ты мне скажи.
   Его глаза вспыхнули.
   — Ладно, послушай, главное дай мне знать, какую планету выберет ВКПБ.
   — Все что угодно, чтобы помочь беженцам, — с фальшивым добродушием произнесла Лея.
   — Я это уже давно говорю.
   Лея сложила руки на груди.
   — В таком случае, наши пути обязательно пересекутся в ближайшее время.
   — Не знаю, солнышко, Галактика велика.
   — Она большая лишь настолько, настолько ты ее сам делаешь, — произнесла она, выключая комм.
 
* * *
 
   В своем новом офисе Вики Шеш наблюдала за цветным трехмерным изображением того, как репортеры брали интервью у нее самой, когда она вышла с закрытого заседания по дознанию касательно грандиозного промаха командного состава с Кореллией и Фондором. Хотя на большинство вопросов репортеров ей пришлось отвечать «Без комментариев», она решила, что держалась хорошо и что ей удалось переместить центр внимания с сенатора Та'лаам Рант и остальных на себя.
   Голографическая запись должна была вновь пойти по кругу, когда комм, встроенный в ее стол из дерева грил, издал сигнал.
   — Сенатор Шеш, — обратилась к ней ее секретарша, — здесь Педрик Куф хочет увидеть вас. Он признался, что у него не назначено, но утверждает, что последние несколько месяцев вы пытались с ним связаться.
   Шеш выключила проектор и откинулась в своем вращающемся кресле.
   — Я пыталась с ним связаться?
   — Он так говорит.
   Когда Шеш взглянула на голографический дисплей приемной, она увидела очень высокого и сухопарого человека, улыбавшегося в камеру.
   — Пропусти его, — велела она секретарше.
   Секунду спустя в офис вошел Куф, сделав короткий, но уважительный поклон, прежде чем сесть в кресло, которое она ему указала.
   — Я давно ждал этой встречи, — начал он на общегалактическом с акцентом жителей Центральных миров. — Я надеялся поговорить с вами раньше, но был занят делами во Внешних территориях и пространстве хаттов.
   Шеш поднесла сплетенные пальцы к губам и стала изучать Куфа поверх кончиков вытянутых указательных пальцев.
   — Полагаю, те дела завершились к вашему удовлетворению.
   Куф улыбнулся, не показав зубы.
   — Если быть до конца честным, мы с коллегами недавно были немного застигнуты врасплох враждебными действиями одной кореллианской фирмы. Но в остальном, да, все нас удовлетворяет.
   Шеш почувствовала, как кровь бежит по ее венам, но ей удалось сохранить самообладание.
   — Зачем вы пришли на встречу со мной сейчас?
   — Мои начальники подумали, что завязать знакомство будет хорошей идеей. Но для начала, они хотели поблагодарить вас за ваши усилия несколько месяцев назад, которые были направлены на то, чтобы вернуть нам утерянную собственность.
   Куф позволил заявлению повиснуть в воздухе. Шеш догадалась, что он говорит об Элан, фальшивой йуужань-вонгской перебежчице, которую пытались навязать рыцарям-джедаям, но не могла быть уверена, что он не был агентом разведки Новой Республики, надеявшимся заставить ее выдать свою роль в катастрофе при Фондоре.
   — Не помню, чтобы помогала вам вернуть какую-либо собственность, — через мгновение проговорила она. — И если быть честной, не помню, чтобы пыталась войти с вами в контакт. Возможно, вы меня с кем-то спутали.
   Педрик Куф уставился на нее.
   — Понимаю. Что ж, возможно, я действительно ошибся. Это будет не первый раз, когда хатт ввел меня в заблуждение.
   — Хатт, — повторила Шеш.
   Куф коротко рассмеялся.
   — А я тут собирался пуститься в дискуссию по поводу возможного управления, — он широким жестом махнул на окна за спиной Шеш, — этим.