Тем временем на советско-финском фронте наступил период позиционной войны, продолжавшийся примерно с 27 декабря 1939 г. до 31 января 1940 г.475 Советское командование продолжало усиливать войска, действовавшие в Финляндии, совершенствовало организационную структуру, оснащение и подготовку войск. 7 января 1940 г. действовавшие на Карельском перешейке войска были объединены в Северо-Западный фронт, где было сосредоточено 26 советских дивизий. Командование фронта решило наносить главный удар в направлении Выборга, войска учились блокировать и уничтожать вражеские опорные пункты, выявляли систему обороны противника. 16 января Ставка утвердила план операции по прорыву к Выборгу, определила состав фронта и время наступления 4-6 февраля 1940 г.
   В Приладожской Карелии было сосредоточено 15 советских дивизий, что в условиях слабого развития путей сообщения в этом районе само по себе было известным достижением. Однако боевые действия сторон развивались относительно вяло, попытки наступления советских войск не давали существенного успеха. Финны продолжали блокировать 18-ю и 168-ю советские дивизии, а командование 8-й армии периодически бросало вновь прибывающие войска на деблокаду этих частей. Однако в силу плохой организации контратаки обычно заканчивались лишь напрасными жертвами.
   Севернее, на фронте 9-й армии, продолжались бои в районе Раата Суомуссалми, где финны, получив подкрепления, 27 декабря атаковали главные силы 163-й дивизии и вскоре в основном разгромили их, затем блокировали, а к 8 января 1940 г. разгромили и 44-ю советскую дивизию. После чего основные силы 9-й финской дивизии были брошены на борьбу с 54-й советской дивизией в районе Кухмо, где она была 29-31 января 1940 г. окончательно блокирована. Севернее 122-я стрелковая дивизия 11-16 января отошла на восток до Меркяярви, но сумела избежать окружения, продолжая маневренную войну с отрядами финских лыжников. В Заполярье 52-я стрелковая дивизия продолжала занимать оборону, а у противника не было сил для более серьезных действий, нежели диверсии на ее коммуникациях.
   Затяжка войны наряду с широкой популяризацией лозунга "освободительной миссии" РККА породили в советских войсках немало "нездоровых" и "антисоветских" настроений. Если накануне и в первые недели войны преобладали шапкозакидательские настроения и ожидания быстрой победы, то с конца декабря 1939 г. Особые отделы отмечали резкое усиление отрицательных настроений в Действующей армии. Красноармеец Цепленков заявил: "С момента сближения с Германией для меня стала окончательно понятна политика Советской власти. В общем мы заделались "освободителями" и переносим революцию на штыках за границу". Красноармеец 554-го стрелкового полка 138-й стрелковой дивизии 7-й армии Веселов считал: "Подаем финнам братскую руку, а у нас в деревнях сидят без хлеба. Только начали войну, а уже хлеба нет. Освобождаем финский народ, которого нет. Война завязалась потому, что наши захотели просто захватить Финляндию". По мнению красноармейца 2-й роты 205-го стрелкового полка В.С. Передченко: "Наш Советский Союз влез не туда и Финляндию не победить. Только хвалятся, что в СССР много техники. Прошел месяц, а финны не поддаются. Думают, что здесь, как в Польше, забывая, что Польшу разбил немец. Мы здесь все пропадем и всех нас перебьют". Красноармеец разведроты 217-го стрелкового полка член ВЛКСМ П.П. Льяковский полагал: "Да, 11 миллионов украинцев и белорусов освободили, но такое же количество наших людей ляжет на территории Финляндии. СССР ведет войну не с целью освобождения финского народа, а с целью захвата Финляндии. Эти действия Советского правительства никак нельзя считать правильными. Это политика захвата"476 .
   Помощник начальника 4-й части штаба 4-й стрелковой дивизии 13-й армии Морозов задавался вопросом: "Я не понимаю, зачем наше правительство продолжает вести войну с финнами, мы ведь достигли линии намеченной границы и опасность для Ленинграда устранена и на этом можно войну прекратить". Техник-интендант 1-го ранга 204-го противотанкового дивизиона 163-й стрелковой дивизии 9-й армии Устинов считал, что "СССР исключили из Лиги Наций. Против СССР организовалось 12 государств, все они помогают Финляндии. Положение тяжелое, положат нас всех здесь, для чего это нужно было делать, ведь теперь нашу агрессию ничем не прикроешь". Командир отделения 173-го стрелкового полка 90-й стрелковой дивизии Кривилев полагал, что "договор с народным правительством Финляндии есть только ширма, при помощи которой Советский Союз обрабатывает общественное мнение, а там, когда окончим войну, тогда восстановит Советскую власть и дело кончено"477 .
   Красноармеец 54-го отдельного разведывательного батальона 8-й армии Симоненко считал: "Затеяли войну, не могли договориться мирным путем с Финляндией, нашли какое-то Народное правительство, которое ни кто не видел и не знает, возможно оно и не существует, и заключили с ним договор. Помогают рабочим и крестьянам Финляндии, которых мы также не видели. Они от нас бегут. Только народ губят. Сколько уже наших убито и ранено". По мнению красноармейца 302-го гаубичного артполка 123-й стрелковой дивизии Кузнецова, "Советский Союз хочет установить советскую власть в Финляндии, поэтому пошел на нее войной. После Финляндии очередь за Швецией. Нашим правителям понравилось забирать чужое. Польшу взяли, Эстонию и Латвию тоже, а на Финляндии подавились". Командир отделения 2-й пулеметной роты 128-й стрелковой дивизии Уральского военного округа Мокрынский считал, что "у Советского Союза политика такова, что чужой земли не хотим, но на деле стараемся всячески присвоить чужие земли. Польшу забрали, Финляндию заберут, а потом и с Турцией воевать будут"478 . В итоге Политуправление РККА своей директивой № 29 от 4 февраля 1940 г. поставило перед политорганами задачу разъяснить личному составу, что целью Красной Армии является "обеспечить безопасность наших северо-западных границ" и Ленинграда, "ликвидировать плацдарм для войны империалистов против СССР"479 .
   Тем временем Англия 6 января уведомила Норвегию и Швецию, что расширение германских операций на море может потребовать от союзников действий в их территориальных водах. 7 января обе скандинавские страны просили Лондон не допускать таких действий. 9 января Швеция довела до сведения союзников, что будет защищать свой нейтралитет, а 11 января схожую позицию заняла и Норвегия. В результате 12 января эти английские планы были отложены. В ответ на требования Англии о сокращении шведских поставок руды в Германию Швеция 23 января дала согласие на тайный транзит английских добровольцев в Финляндию. В тот же день Англия предложила Норвегии либо минировать свои территориальные воды, либо закрыть часть из них для иностранного судоходства. Естественно, норвежское правительство постаралось уклониться от столь крутых мер. Неуступчивая позиция Норвегии и Швеции заставила Англию и Францию разрабатывать иные варианты. К 16 января во Франции был разработан план десантной операции в Петсамо, который после обсуждения его Верховным советом союзников 5 февраля, несмотря на скептическое отношение к нему Англии, был принят за основу дальнейшего военного планирования. К 15 февраля был подготовлен конкретный план операции в районе Петсамо, которым предусматривалась высадка десанта и захват порта в 20-х числах марта с последующим наступлением на территорию СССР с целью захвата Кандалакши и Мурманска.
   Однако английское командование было больше заинтересовано в использовании территории Норвегии и Швеции, чтобы нанести ущерб интересам Германии. Правда, английскому руководству приходилось учитывать негативные последствия нарушения нейтралитета скандинавских стран, поэтому военная подготовка велась под видом помощи Финляндии. В итоге в Лондоне был разработан план высадки десанта в Нарвике, занятия территории Норвегии и Швеции с последующей помощью Финляндии войсками союзников, которые действовали бы под видом "добровольцев". Таким образом, приняв решение оказать прямую военную помощь Финляндии примерно с 20 марта 1940 г., Англия и Франция в начале марта были готовы к отправке войск на север. Об этом были уведомлены Хельсинки, Стокгольм и Осло, и союзники ждали лишь официального обращения финнов о помощи и согласия шведов и норвежцев на пропуск войск480 .
   Завершение подготовки нового наступления Красной Армии ознаменовало вступление войны в решающий этап: 1 февраля - 13 марта 1940 г.481 С начала февраля советское командование приступило к прощупыванию обороны финнов на Карельском перешейке. 1-3 февраля в районе Суммы после массированной артиллерийской и авиационной подготовки советские войска штурмовали линию Маннергейма, но существенных успехов не достигли. В ходе боев 5 февраля после многочасовой артподготовки значительная часть финских укреплений была уничтожена, хотя фронт и не был прорван. 6 февраля атаки продолжались, и лишь ввод в действие тактических резервов финнов позволил им удержать фронт. 7 февраля бои затихли, и советская сторона ограничилась лишь артобстрелом противника. Генеральное наступление войск Северо-Западного фронта началось 11 февраля с почти 3-х часовой артиллерийской и авиационной подготовки. Советские войска наносили главный удар на фронте Сумма - Ляхде, хотя бои шли почти по всему фронту. Уже в первый день наступавшим удалось вклиниться в финскую оборону на 1-1,5 км. Через три дня глубина прорыва достигла 4 км, и советское командование решило нарастить силу удара. К вечеру 14 февраля в обороне финнов была пробита брешь в 4 км по фронту и в 8-10 км в глубину. 15 февраля Маннергейм отдал приказ отвести войска на вторую оборонительную линию, а советские части продолжали расширять прорыв. 14-16 февраля войска 13-й армии также прорвали фронт, и центральная часть линии Маннергейма была преодолена.
   В ночь на 17 февраля финские войска начали отход, а темп продвижения советских частей возрос до 6-10 км в сутки. К 21 февраля советские войска вышли ко второй полосе линии Маннергейма и захватили город Койвисто и побережье Выборгского залива. На второй позиции фронт временно стабилизировался, и 26 февраля финны решились бросить в контратаку 15 своих танков, большая часть которых была потеряна без всякого результата. В итоге финское командование решило вновь отвести войска на тыловой рубеж. 28 февраля советские войска возобновили наступление по всему фронту и начали продвигаться вслед за отходящим противником к Выборгу, на подступы к которому они вышли к 3 марта. Войска 7-й армии охватывали Выборг с двух сторон. Обходивший город с востока 50-й стрелковый корпус в районе Сайменского канала попал в зону затопления, которую пришлось форсировать, прежде чем войска приблизились к финским укреплениям. С запада действовали войска 28-го и 10-го стрелковых корпусов, которые 4-8 марта по льду перешли Выборгский залив и, несмотря на ожесточенное сопротивление противника, захватили плацдармы на берегу и перерезали шоссе Выборг - Хельсинки.
   Тем временем восточнее Ладожского озера противники также активизировали свои операции. Усиление советских войск привело к созданию 12 февраля еще одной - 15-й - армии из соединений южной группы 8-й армии. Эти войска вновь получили приказ прорваться к Сортавала, но эта задача так и не была выполнена. Попытки деблокады 18-й и 168-й стрелковых дивизий также не удались. 18-29 февраля финны разгромили 18-ю дивизию, хотя часть личного состава пробилась к своим. Несмотря на некоторое продвижение вперед советским войскам не удалось нанести противнику решительное поражение. Севернее 54-я дивизия продолжала сражаться в окружении до конца войны, к 122-й стрелковой дивизии подошла 88-я дивизия, а 52-я дивизия 7 марта заняла Наутси.
   Но главные события происходили на Карельском перешейке, где войска 7-й армии 7-9 марта прорвались к окраинам Выборга и к 12 марта заняли часть города. Тем временем войска 13-й армии к 11 марта форсировали реку Вуоксу и создали угрозу тылу финских войск, развернутых вдоль Тайпаленйоки и Суванто. Финская армия стояла перед угрозой полного разгрома, о чем Маннергейм 9 марта доложил правительству. Все это ускорило решение финского руководства согласиться на советские условия мира. 13 марта в Выборге шли ожесточенные бои, продолжавшиеся еще 2 часа после вступления в силу соглашения о прекращении огня, но центр города так и не был взят советскими войсками.
   По мере расширения советского наступления Финляндия 1, 5 и 13 февраля просила Швецию о помощи войсками и военными материалами, но шведское руководство отказалось посылать на фронт войска. 16 февраля Швеция официально заявила, что не пошлет свои войска в Финляндию и не пропустит через свою территорию иностранные войска. Эта позиция вызвала одобрение СССР и недовольство Финляндии. Норвегия также заняла выжидательную позицию, опасаясь втягивания в европейскую войну, тем более что в этот день английские ВМС захватили германское судно снабжения "Альтмарк" в норвежских территориальных водах. Швеция служила и каналом дипломатических зондажей между Москвой и Хельсинки. Еще 24 декабря шведы предложили свое посредничество, и 27 декабря советская сторона в целом поддержала эту идею. Однако Финляндия не была склонна использовать этот канал, полагая, что большее значение могло бы сыграть посредничество США или Германии. Однако в течение января 1940 г. выяснилось, что ни Берлин, ни Вашингтон не смогут взять на себя эту миссию, к тому же Москва вплоть до конца января 1940 г. отказывалась вести какие-либо переговоры с законным правительством Финляндии. Лишь после официального обращения Финляндии с просьбой о посредничестве к Швеции, которое последовало 24 января 1940 г., советское руководство 29 января изъявило готовность вступить в переговоры об условиях достижения мира. Правда, этот зондаж не дал никаких ощутимых результатов. Новый раунд переговоров начался лишь в конце февраля, когда обстановка изменилась482 .
   СССР пытался дипломатическими мерами воздействовать на Англию, не допустить ее вмешательства в советско-финскую войну. 30 января английскому МИДу было предложено "локализовать" финскую проблему в советско-английских отношениях, однако стороны по-разному понимали эту идею, и она не была претворена в жизнь483 . Поскольку англо-французские союзники рассматривали советско-финскую войну как первый шаг СССР в направлении усиления своего влияния в Скандинавии, Москва 22 февраля 1940 г. довела до сведения Лондона, что не собирается затрагивать Норвегию и Швецию, если они не вмешаются в войну. Одновременно СССР предлагал Англии выступить посредником между ним и Финляндией для заключения мира на условиях передачи СССР всего Карельского перешейка с Выборгом и северного побережья Ладожского озера с Сортавалой и сдачи в аренду Ханко. При этом СССР был согласен оставить Петсамо за Финляндией484 . В тот же день Финляндия просила Англию и Францию оказать давление на СССР, склонив его к началу мирных переговоров, но эта просьбы была оставлена без последствий. 24 февраля английское правительство, одобрив советскую позицию в отношении Норвегии и Швеции, отказалось выступить посредником в советско-финских отношениях, поскольку было "не согласно с данными условиями мира"485 , а главное, было не заинтересовано в прекращении войны. Понятно, что такая позиция Лондона не улучшила советско-английских отношений.
   Тем временем 21 февраля Финляндия просила Швецию о посредничестве, а так как Англия отклонила аналогичную советскую просьбу, Москва согласилась на посредничество шведов. Правда, финское руководство все еще не было готово обсуждать мир на советских условиях и 23 февраля просило Швецию о посылке войск и разрешении транзита англо-французского экспедиционного корпуса, но Стокгольм обещал пропускать только добровольцев. 25 февраля Норвегия, Дания и Швеция заявили о необходимости окончания советско-финской войны. 26 февраля из Хельсинки вновь пришла просьба о разрешении транзита иностранных войск, но Швеция, сославшись на германскую угрозу, отклонила ее. Более того, Финляндии было заявлено, что если союзники попытаются самовольно высадиться на шведской территории, то Швеция выступит на стороне СССР. Поражения на фронте и жесткая позиция Швеции заставила финское руководство задуматься о мире, о чем 29 февраля была уведомлена Англия. В этих условиях западные союзники вновь заверили Финляндию, что войска прибудут вовремя, и 1 марта финны решили не спешить с переговорами с СССР. Это вызвало раздражение Швеции, которая 1-3 марта вновь оказала давление на Хельсинки. 2 марта Англия и Франция обратились к Норвегии и Швеции за разрешением транзита войск, если будет официальная просьба Финляндии. Сроки высадки ориентировочно намечались на 20 марта, и была обещана помощь против Германии, но 3-4 марта Швеция и Норвегия вновь дали отрицательный ответ486 .
   Узнав о неуступчивой позиции скандинавских стран, в Хельсинки 5 марта решили отложить обращение к Англии и Франции на неделю. Согласие Финляндии с выдвинутыми СССР условиями мира позволило советскому правительству 6 марта заявить о готовности к мирным переговорам, и 7 марта финская делегация вылетела в Москву. В ходе переговоров в Москве 8-12 марта 1940 г. финская делегация, используя обычные дипломатические ухищрения, всячески старалась смягчить выдвинутые советской стороной условия мира. Естественно, Англия и Франция своими обещаниями неограниченной помощи старались заставить Хельсинки отказаться от принятия советских предложений. 11 марта Финляндия запросила Норвегию и Швецию об их отношении к транзиту войск союзников и к оборонительному союзу с Финляндией после войны. Обе страны ответили отрицательно на первый и положительно на второй вопрос. 12 марта Англия и Франция вновь просили Норвегию и Швецию о транзите и снова получили отрицательные ответы. В тот же день по настоянию Франции союзники решили 20 марта высадить войска в Нарвике и Тронхейме, но известие о советско-финском мирном договоре привело к отмене этого решения487 .
   В условиях резко возросшей угрозы вмешательства в войну Англии и Франции советское руководство было вынуждено пойти на переговоры и заключение мира с законными финскими властями. Со своей стороны финское руководство, учитывая расплывчатые обещания союзников, неуступчивость Швеции и Норвегии в вопросе транзита иностранных войск и угрозу краха финского фронта под натиском Красной Армии, было вынуждено принять советские требования, и в 2.00 13 марта 1940 г. мирный договор между СССР и Финляндией был подписан. В этих условиях для Финляндии решающим было стремление сохранить армию ценой утраты территорий, чтобы в дальнейшем иметь возможность вернуть утраченное. В ходе войны советские войска потеряли 131 476 человек убитыми и пропавшими без вести, 264 908 человек ранеными и больными, безвозвратные потери составили 406 самолетов, 653 танка и 422 орудия и миномета. Общие затраты на войну превысили 7,5 млрд рублей. Серьезные потери понесли и финские войска, потерявшие убитыми и пропавшими без вести 22 830 человек, раненными 43 557 человек, 62 самолета, 500 орудий и минометов, 50 танков488 . Советско-финский договор лишил Англию, Францию и Германию удобного предлога для вмешательства в Скандинавии, но, по оценке начальников штабов английских вооруженных сил, дал "СССР возможность доминировать в Финском заливе и укрепить свои стратегические позиции в Ботническом заливе и в Прибалтике против Германии"489 . 31 марта Карельская АССР была преобразована в Карело-Финскую ССР, а 9 апреля советские войска эвакуировались из Петсамо490 .
   Заключение мира с Финляндией 12 марта 1940 г. на фоне всеобщей радости и облегчения тем не менее также дало всплеск "нездоровых" настроений в Красной Армии. Младший командир 3-го батальона Военно-медицинского училища Добромыслов считал, что "неправильно сделало наше правительство, заключая договор с Финляндией, нужно было бить финляндскую белогвардейщину до конца". По мнению техник-интенданта 2-го ранга 39-го стрелкового полка Ясинова, "нужно было войну продолжать; заключение договора с Финляндей для нас политически невыгодно. Сколько воевали, сколько жертв понесли, а такой малой страны не могли взять". Техник боепитания 113-го артполка 8-й армии задавался вопросом: "Зачем было заключать договор, ведь мы потеряли столько людей, а теперь кончаем войну. С белофиннами рано или поздно воевать все равно придется". Красноармеец штабной батареи 113-го артполка Тихонович: "Как же так? Воевали, воевали, теряли людей, тратили средства, а теперь заключили мир. Ведь белофинны нас могут обмануть. Заключат договор, укрепятся еще сильнее, а потом опять будут провоцировать войну". Красноармеец 1-го инженерного батальона 14-й армии Очкин считал, что "наше правительство испугалось англо-французского блока, поэтому заключило договор". По мнению помощника начальника строевого отдела штаба армии капитана Тригуба, "война не выиграна, победы в этом нет. Что писалось и говорилось - все ерунда. Сделали вовсе не то, что собирались сделать и чтобы избежать дальнейших потерь вынуждены были закончить войну. И потерь у нас больше, чем у финнов в несколько раз". Красноармеец 5-й батареи 150-го гаубичного артполка 23-го стрелкового корпуса Гребельников считал, что "это для нас позор, войну начали, а до конца не довели, значит наше правительство струсило и заключило договор"491 .
   В начале 1940 г. норвежские территориальные воды стали местом постоянных стычек английского флота и германских судов, что вызывало протесты Германии в адрес Норвегии, а та, в свою очередь, пыталась протестовать против действий английского флота. 23 февраля был подписан норвежско-германский, 11 марта 1940 г. - норвежско-английский, а 2 апреля англо-датский договоры о торговле, в целом отражавшие временный компромисс Англии и Германии, которые готовились к оккупации Скандинавии. Начало советско-финских переговоров заставило Германию форсировать военные приготовления, поскольку прекращение войны в Финляндии могло привести к отказу Англии и Франции от высадки экспедиционного корпуса в Скандинавии, что лишало германское командование благовидного предлога для оккупации Норвегии. 7 марта ОКВ издало директиву о стратегическом развертывании сил для намеченной операции. 12 марта, в день подписания советско-финского мирного договора, войска 21-й группы были приведены в боевую готовность, однако неблагоприятные погодные условия и изменение политической обстановки не позволили начать операцию492 .
   Хотя во второй половине марта 1940 г. непосредственная угроза англо-французского вторжения в Скандинавию значительно снизилась, германское руководство прекрасно понимало, что Англия не даст немцам пользоваться норвежскими территориальными водами для транспортировки руды в Германию, и 26 марта в Берлине было решено захватить Данию и Норвегию 8-10 апреля. В ночь на 3 апреля из германских портов вышли первые суда с вооружением и войсками, направившиеся в Северную Норвегию. Утром 7 апреля германский флот вышел к берегам Норвегии. Со своей стороны Франция 23 марта предложила активизировать действия в Скандинавии или на Кавказе. 28 марта Верховный совет союзников решил предупредить Норвегию и Швецию о возможных мерах против германского судоходства в их территориальных водах. Было решено минировать 5 апреля норвежские воды и подготовиться к срыву поставок шведской железной руды из Лулео. Для действий в Скандинавии в Англии были разработаны план "R-4", предусматривавший захват Нарвика примерно 10 апреля, и план "Стрэтфорд", рассчитанный на захват Ставангера, Бергена и Тронхейма примерно 6-9 апреля и дальнейшее усиление сил союзников. 1 апреля была утверждена директива по операции "R-4", которую следовало проводить в ответ на действия Германии или опасность таковых. Союзники стремились спровоцировать Германию на активные действия, что позволило бы им опередить ее и самим захватить опорные пункты в Скандинавии493 .
   5 апреля 1940 г. Англия и Франция вручили Норвегии и Швеции ноты, в которых утверждалось, что СССР планирует вновь напасть на Финляндию и создать на норвежском побережье базы для своих ВМС, и сообщалось о намечаемых действиях союзников в норвежских территориальных водах, в ответ на угрозу со стороны Германии. 6 апреля в Лондоне были утверждены директивы командованию экспедиционных отрядов в Норвегии и Северной Швеции, однако решение об их высадке все еще не было принято. 7-8 апреля английский флот начал выдвигаться к берегам Норвегии. Утром 8 апреля английские корабли приступили к минированию территориальных вод Норвегии у Нарвика. Поступавшие в Лондон и столицы скандинавских стран сведения о германских военных приготовлениях в целом не воспринимались всерьез, поскольку чрезмерное значение придавалось английской военно-морской мощи. Правда, основное внимание англичане уделяли контролю за выходом в Атлантику, в результате чего в зоне Северного и Норвежского морей к 8 апреля соотношение военно-морских сил было лишь 1,4: 1 в пользу Англии, что позволило Германии пойти на оправданный риск и совершить высадку в Норвегии. Даже после того, как днем 8 апреля польская подводная лодка потопила германский транспорт и солдаты, спасшиеся с него, заявили, что их везли в Берген, союзники еще не сделали вывода о намерениях Германии494 .