Опустив голову, Кай смотрел на покрывшуюся пахучей розовой пеной воду.

VI

   Авалон-Сити, Новый Авалон
   Маршрут Круцис,
   Федеративное Содружество
   1 февраля 3052 г.
 
   Хэнс Дэвион, первый принц Федеративного Содружества, поморщившись, снял очки в изысканной металлической оправе и положил их на только что прочитанное донесение. В это же время массивные бронзовые двери его кабинета бесшумно распахнулись и принц увидел высокую, худощавую фигуру секретаря.
   — Отлично, Алекс. Ты, как всегда, вовремя, — произнес принц, посмотрев на неподвижное лицо советника.
   Алекс Мэлори учтиво поклонился и, сильно прихрамывая, вошел в комнату. Наблюдая за медленно идущим советником, принц положил ладони на резную, украшенную изящной инкрустацией крышку старинного стола. Хромота Мэлори, постоянное напоминание о коварстве и жестокости пыток, применяемых семейством Ляо к пленным, проявлялась только в минуты крайней усталости советника, в другое время она была не так заметна.
   Принц взглянул на посеревшее лицо Мэлори и горько усмехнулся, подумав, что сам он выглядит ничуть не лучше. И действительно, несмотря на блеск глаз принца, весь его вид выдавал крайнюю усталость.
   — Прошу прощения, Алекс, что заставил тебя прийти, — заговорил Хэнс. — Я знаю, что ты закончил работу в три утра, но дело очень срочное.
   Алекс пожал плечами, он прекрасно понимал, что иных дел в последнее время и не случалось.
   — Ничего страшного, Ваше Высочество, я давно привык работать без сна и отдыха, — тихо произнес он и, удобно устроившись в высоком кожаном кресле, приготовился слушать.
   — Я знаю, — засмеялся Хэнс. — Джастин не зря называл тебя трудоголиком.
   Алекс попытался улыбнуться, но улыбка получилась больше похожей на гримасу.
   — Благодарю за комплимент, принц, — проговорил он и открыл одну из принесенных с собой папок. — Это последние сведения с фронтов. Похоже на то, что кланы переходят от наступления к обороне. Во всяком случае мои агенты передают о строящихся долговременных укреплениях.
   Хэнс похлопал по лежащему на столе донесению.
   — Кланы здорово продвинулись вперед, — сказал он. — Нет ничего удивительного в том, что они хотят закрепиться на захваченных позициях и обезопасить тыл.
   — Совершенно верно, — согласился Мэлори, поправляя манжет темной шерстяной куртки. — В тылу у них неспокойно. По моим сведениям, Синдикат Драконов высадил на Уолкотте войска. Количество их небольшое, но, несмотря на клятву не нападать на этот мир, кланы понимают, что опасность получить от Куриты удар в спину вполне реальна. Еще несколько полков вылетели с Пешта. Правда, если принять во внимание, что командуют войсками два престарелых генерала, я не думаю, что их экспедиция будет успешной.
   Хэнс откинулся на спинку кресла и с интересом слушал доклад советника. Ему очень хотелось очутиться сейчас в кабине боевого робота, сразиться с кланами, но вместо этого принц был вынужден сидеть здесь, в этом прекрасном, но давно опостылевшем своей шикарной обстановкой кабинете и слушать доклады о волнующих событиях, в которых ему по складу характера больше пристало быть участником. «Да, на Аутриче все вышло совсем не так, как хотелось. Кай Аллард победил меня, а его самого победил какой-то воин клана. Интересно, сколько времени я бы продержался?» — подумал принц.
   — Кстати, Алекс, у тебя нет новостей с Элайны? Что там происходит? — спросил принц.
   Секретарь разведки сокрушенно покачал головой.
   — Представления не имею, — ответил он. — В последнее время никаких известей с Элайны не поступало. Лично я думаю, что после успешной попытки спасти принца Виктора, Кай Аллард едва ли остался в живых. Я видел записи битвы, сделанные с роботов Галена Кокса и принца Виктора, и убежден, что даже если Кай уцелел после падения его робота в воду, то на сушу выбраться он не смог. Как только он выберется из кабины, его просто расплющит. Там же чудовищная глубина. — Мэлори говорил так, словно оправдывался перед принцем. — Спасательной капсулы, такой, как в «Дровосеке» или «Волкодаве», в его роботе нет, а следовательно, нет и шансов на спасение.
   Хэнс тяжело вздохнул и в упор посмотрел на понурившегося Алекса.
   — Стало быть, ты уверен, что Кай Аллард мертв? — спросил принц.
   — Мы внесли его в список лиц, пропавших без вести, — уклончиво ответил советник. — Правда, из соображений чистого гуманизма пока решили никому ничего не сообщать. Семейство Аллард-Ляо и так расстроено, в эти месяцы его словно преследует злой рок. Пусть пройдет немного времени, и тогда мы выпустим специальный диск с записью последней битвы Кая. Мы сделаем из него национального героя, такого же, каким был его отец.
   От бесстрастных слов Мэлори внутри Хэнса все похолодело, но он взял себя в руки и согласно кивнул.
   — И тем не менее, — хриплым от волнения голосом произнес принц, — передайте по всем каналам вашей связи, что мы готовы заплатить значительные суммы за хоть сколько-нибудь стоящие сообщения о Кае.
   — Уже сделано, — ответил Мэлори, и на его изможденном лице появилась широкая улыбка. Принц посмотрел на своего помощника и в который уже раз мысленно похвалил его за своевременную предусмотрительность. — Кстати, я узнал кое-что интересное, — продолжил Мэлори. — Полный отчет позвольте представить вам чуть позже, а пока мне хотелось бы просто познакомить вас с фактами.
   — Знакомь, — утвердительно кивнул Хэнс, подумав, что, возможно, это будет какая-нибудь любопытная новость от Ком-Стара.
   — Мы все время считали, что между кланами, то есть потенциальными агрессорами, и Ком-Старом существует определенная напряженность в отношениях, — начал Алекс.
   Принц криво усмехнулся и продолжил:
   — Однако совершенно недавно вы вскрыли одну странную закономерность и пришли к выводу, что все эти трения были чисто внешними. Своими ошеломляющими успехами на фронте кланы обязаны именно Ком-Стару, снабжавшему их информацией военного характера.
   — Это все правильно, — горячо согласился Алекс. Он сложил руки на груди так, как это обычно делал Джастин Аллард, и принц снова почувствовал тревогу. — Но главное в другом. Некоторое время назад я имел разговор с Хутрином Ванделом, регентом Нового Авалона, и он подтвердил, что любое сообщение от Кая или о нем будет немедленно передаваться мне. Конечно, он посокрушался, что нынешняя война уже унесла и еще унесет много жизней жителей Федеративного Содружества, долго повествовал о собрании регентов Высшего круга и как бы вскользь намекнул о желании Ком-Стара натравить свою гвардию на кланы, если, конечно, Наследные Государства поддержат эту инициативу.
   — Что?! — воскликнул Хэнс и удивленно посмотрел на секретаря разведки. — Уж не хочешь ли ты сказать, что Вандел решил поставить подножку примасу Ком-Стара? Да нет, — принц махнул рукой, — это скорее всего официальные сведения. — Подумав, он прибавил: — Сочиненные твоими бесстрашными агентами.
   — Пока рано делать какие-нибудь выводы, — процедил Алекс. — У меня слишком мало информации. Но ни для кого не секрет, что и сам Вандел, и еще один регент, Ултан Эверсон, не одобряют действий примаса Ком-Стара. Правда, до последнего времени это недовольство чаще всего выражалось в упреках, так далеко никто из обоих регентов не заходил. Однако здесь есть и другой вопрос. Если они решили перейти в оппозицию к Миндо Уотерли, то почему именно сейчас? Что она такого сделала, чтобы вызвать у регентов столь резкое неприятие? Ведь если Вандел сказал правду, то тогда все это очень похоже на заговор регентов против настоятельницы.
   Хэнс задумчиво поскреб голову.
   — Представь, что оба эти регента не очень симпатизируют кланам. Вполне естественно, что заигрывания Уотерли с ними вызывает раздражение Вандела и его друга.
   — Охотно допускаю такую возможность, — согласился Алекс. — Только почему они взбунтовались именно сейчас? Разве они не знали, что примас все время подыгрывала кланам? Не кажется ли вам недовольство регентов слишком своевременным? Я бы понял их, если бы они осудили Уотерли немного раньше. Кто мешал им критиковать ее до агрессии кланов? В этом случае позиция Ком-Стара была бы сейчас куда как устойчивей. Нет, я не вижу в действиях регентов ни последовательности, ни логики, — замотал головой Алекс. — В данный момент примас Ком-Стара сильна, как никогда. Кланы, которым она всегда помогала, стоят за нее стеной. Пошевели она пальцем — и недовольных регентов просто выкинули бы, заменив более сговорчивыми. В свое время она, кстати, сместила регента Диерона и заменила его своей любимицей Шарилар Мори.
   — Все правильно, — задумчиво проговорил Хэнс. — Стало быть, ты хочешь сказать, что либо Ком-Стар начинает рассматривать кланы как угрозу своему могуществу, либо Вандел ищет у нас поддержки в борьбе против Миндо Уотерли. А зачем ему воевать с ней?
   — Опять же, Ваше Высочество, у меня нет точных данных. Могу только строить предположения, — печально ответил Алекс.
   — Ну так строй, — улыбнулся принц.
   — Я думаю, — начал Мэлори, — до Ком-Стара наконец-то дошло, что кланы считают Терру одной из главных своих целей. Миндо Уотерли почувствовала на своем затылке горячее дыхание Клана Волка, и, поскольку ничего хорошего это ей не сулит, она решила обратиться за помощью.
   Хэнс почесал грудь.
   — И как ты думаешь, ей удастся получить ее?
   — От нас? — спросил советник. — Это уж как вы решите, Ваше Высочество. Конечно, можно направить на поддержку Миндо Уотерли несколько ударных батальонов, но тогда оголится линия фронта с Нефритовыми Соколами. У Синдиката Драконов, думаю, тоже нет лишних частей, но не исключено, что кое-кому удастся убедить Теодора послать пару-тройку батальонов его любимых призраков.
   — Но Романо Ляо отвергнет помощь Миндо Уотерли. Она всегда говорила, что не нуждается в чьих-либо подачках. — Хэнс открыл ящик и достал таблетки от постоянно мучившей его изжоги. — А как, по твоему мнению, поступит Томас Марик? Ведь он старый поклонник Уотерли. Еще до того как стать генерал-капитаном Лиги Свободных Миров, Томас был горячим сторонником Ком-Стара. Как ты думаешь, он окажет им помощь? Армии его ничем не связаны, он может и откликнуться.
   — Мог бы, — тактично поправил принца Мэлори. — Сейчас его взгляды изменились. Вспомните, как он спорил с вами и Куритой на Аутриче. Причем дело-то ведь касалось не отправки войск, а всего лишь поставок запасных частей и сборки более усовершенствованных роботов. И даже на такое мелкое сотрудничество он едва ли бы согласился, не предложи вы ему лечить его сына Джошуа от лейкемии методом химической терапии здесь. А что может дать ему настоятельница Ком-Стара за согласие защищать Терру?
   Хэнс со всех сторон рассмотрел пилюлю, будто видел ее первый раз в жизни.
   — Прекрасный вопрос, — согласился принц и проглотил лекарство. — Один Бог знает, какие секреты Ком-Стар скрывает на Терре. Полагаю, что Миндо Уотерли предложит Марику нечто из ряда вон выходящее, ведь его воины и понятия не имеют, как нужно воевать с кланами. Уж он-то прекрасно знает, что, отправляя свои части на войну с кланами, он подписывает им смертный приговор. Их поражение неизбежно, а это вызовет недовольство в стране, а в такое время, как сейчас, Марику это совершенно не нужно. — Глаза принца сузились, на лице заиграла коварная улыбка. — Кстати, как чувствует себя наш маленький Джошуа? — спросил он.
   — Очень неплохо, — ответил советник. — Довольно неплохо. Наш метод лечения явно идет ему на пользу. Хотя доктора Марика называют ученых из Института Наук Нового Авалона не иначе как «шаманами», им все-таки следует кое-чему поучиться у них. Джошуа останется здесь еще по крайней мере на полгода, врачи хотят проследить за его состоянием.
   «Вполне достаточный срок, чтобы начать производство и поставки усовершенствованных частей для наших роботов, которые прилетят из Лиги Свободных Миров», — подумал принц.
   — Отлично, Алекс, — произнес он. — Хвалю, ты неплохо справляешься со своей работой. Честно говоря, я не ожидал увидеть у тебя те же способности, которыми обладал Джастин.
   Алекс сокрушенно замотал головой.
   — Мне приятно слышать ваши слова, принц, но, боюсь, я их не заслуживаю. У меня семеро помощников, тогда как Джастин справлялся со всеми делами в одиночку. — Секретарь вздохнул. — Каждый день работы преподносит мне все новые сюрпризы. Порой я просто за голову хватаюсь от неожиданности, не знаю с чего начать. Поражаюсь, как легко Джастин решал все эти запутанные проблемы. Да, — задумчиво сказал Алекс, — потеря Джастина явилась для нас большим ударом. Не думаю, что мы сможем легко перенести его. — Советник задумался. — Да, отсутствие Джастина будет сказываться еще очень долго.
   И снова сердце Хэнса пронзила острая боль.
   — Друг мой, я знаю это, — тихо произнес он, и вдруг взгляд его стал задумчивым. — Странно, я всегда надеялся на то что лет через пять — десять мы с Джастином передадим дела нашим сыновьям. Ну что ж... — печально закончил он, и руки его безжизненно упали на крышку стола.
   Алекс раскрыл следующую папку.
   — Кстати, Ваше Высочество, нам удалось выяснить, откуда появился тот самый лазерный пистолет, из которого убили Джастина и Кандэйс. На его рукоятке та же метка, что и на оружии, найденном на маршруте Сарна. Полагаю, вряд ли преступник сам привез его оттуда, скорее пистолет был привезен на каком-нибудь корабле. Мои люди прочесали все суда, и теперь круг подозреваемых сузился до трех шаттлов, не приписанных ни к каким компаниям. Сейчас мы проверяем их команды, списки всех прилетавших пассажиров и перечень грузов, привозимых в течение последних десяти лет.
   Правая рука Хэнса сжалась в кулак.
   — Прекрасно. Каждый, кто замешан в этом преступлении, должен быть выявлен. Всем им предъявят обвинение в предумышленном убийстве и государственной измене. С удовольствием посмотрю, как они подохнут от рук палача, — зашипел принц. — Об одном жалею — не могу притащить сюда всю змею, а не только ее хвост. До Романо Ляо и Цзень-Шаня я пока дотянуться не могу.
   Алекс сочувственно кивнул.
   — Что касается этой парочки, то о них новостей у меня нет. Но как некогда говорили англичане, отсутствие новостей — хорошая новость, и в данном конкретном случае пословица может оправдаться. Лично я утешаюсь тем, что, хотя Романо находится вне пределов вашей досягаемости, справедливость не имеет границ.
   — Не знаю, — с сомнением замотал головой принц. — Лично я утешусь только тогда, когда сомкну свои пальцы на горле этой гадины.
   Алекс понимающе улыбнулся, настроение его передалось принцу, и оба они дружно рассмеялись.
   — И вот еще о чем я хотел спросить тебя, Алекс. Мой сын уже знает о своем новом назначении?
   — Нет еще. «Барбаросса» достигнет Биоты только в конце этой недели. Морган Хайсек-Дэвион уже вылетел, чтобы встретить «Барбароссу», когда корабль выпрыгнет в нашей системе. Сначала Морган ознакомит вашего сына с приказом, а затем Десятый полк Лиранской Гвардии отправится в Порт-Мосби для отдыха и пополнения. Морган полагает, что вашему сыну не захочется отсиживаться в тылу и он потребует перевести его на передовую, например в Первый полк Катильских улан или в какую-нибудь другую часть. Отказ он воспримет как наказание.
   «Только мой сын может позволить себе так думать». Хэнс тяжело вздохнул. Изжога донимала его, а таблетки никак не начинали действовать.
   — Мы уже все обсудили, — с неудовольствием сказал он. — Моргану удастся уговорить моего сына отправиться в тыл, он вообще способен убедить кого угодно в чем угодно, — усмехнулся принц.
   — Но письмо с упреками он вам все равно пошлет. Не думаю, что он спокойно перенесет вашу заботливость. Он ведь поймет ваш приказ за желание оградить его от войны.
   — Разумеется. Но так оно и есть, — кивнул Хэнс и опустил голову. Ему показалось, что весь груз его лет, словно нога гигантского робота, давит на него сейчас. — Слава Богу, что мне можно будет отделаться голозаписью. Правда, придется много посидеть над ней, чтобы она звучала как можно более искренне и правдоподобно, но все равно это лучше, чем личная встреча. Десятому полку Лиранской Гвардии нужен отдых. Наша задача — превратить его в более сильное соединение, чем он был раньше. На Элайне их здорово потрепали. Черт подери! — воскликнул Хэнс. — В тот день, когда убили Джастина, я едва не потерял своего сына. Моя жена уверена, что Виктор, как и Кай, тоже погибнет. — Хэнс посмотрел на фотографию семьи. Она стояла чуть сбоку от него, почти в самом углу стола. — Что касается меня, то я так не думаю. Не хочу думать. И не только потому, что я страшно боюсь потерять своего сына. Ты знаешь, Алекс, по праву наследства трон должен был перейти не ко мне, но я вырвал его, потому что знал — я один способен править нацией. Из всех моих детей только Виктор может перенять от меня власть, остальные дети не имеют способностей к управлению. Катрин всего двадцать, в государственных делах она неопытна, доверить ей Федеративное Содружество я не могу. Питеру только семнадцать, но он уже участвовал в боях. С одной стороны, это хорошо, но с другой... Он видит себя принцем-воином, а этого мне не нужно.
   — Имейте терпение, Ваше Высочество. Ваши дети — это ваша плоть и кровь. Они справятся с задачами правителей, будьте уверены, — успокаивающе произнес Алекс и поднялся. — Прошу меня простить, но мне необходимо просмотреть последние донесения, а потом хотя бы пару часов отдохнуть. Кстати, доктора просили передать вам, чтобы вы немедленно шли спать.
   Хэнс отмахнулся от советника, как от назойливой мухи.
   — Я успокоюсь и лягу только после того, как узнаю, что Виктор в полной безопасности и направляется в тыл. Да и чувствую я себя совсем неплохо. Просто выгляжу неважно.
   — Простите меня за прямоту, Ваше Высочество, но я вижу на вас тот же мундир, что и вчера. Спать в кресле — это не отдых.
   — Ага, так, значит, ты шептался с моей женой? — На лице Хэнса мелькнула едва заметная улыбка. — Все ясно. Ну хорошо, как только ты уйдешь, я тут же отправляюсь в кровать.
   — Вот и хорошо, — кивнул Алекс. — У меня к вам остался один, последний вопрос.
   — Какой?
   — Что мне ответить регенту Нового Авалона, если он снова заведет песню о предоставлении помощи?
   Хэнс покачал головой и вздохнул, с шипением выпустив воздух.
   — Ответь ему в очень обтекаемой форме, что мы могли бы помочь. Ничего конкретного, — ответил Хэнс, поглаживая небритую щеку. — Двадцать лет Ком-Стар только и делал, что портил нам кровь. Даже сейчас... Ведь это они помогли врагам напасть на нас. Ну уж нет, они слишком долго играли с огнем, поэтому я не могу отказать себе в удовольствии посмотреть, как им поджарят пятки.

VII

   Ставка Верховного главнокомандующего Ком-Стара,
   Сандхерст Британские острова,
   Терра
   5 февраля 3052 г.
 
   Военный регент был поглощен игрой. Сидя в шлеме, создающем диалоговую реальность, он видел перед собой нарисованную компьютером красочную, с мельчайшими деталями карту Токкайдо, выполненную в масштабе: два с половиной сантиметра равны десяти метрам. Будто сказочный великан, двигался Анастасиус Фохт по планете, сшибая и втаптывая в землю появляющиеся на его пути вражеские роботы, крошечные и беззащитные, как детские игрушечные солдатики. Он слегка приподнял руки и опустил пальцы, словно собираясь печатать. Фохт задумался, одетые на кисти рук сенсорные перчатки тут же передали мысленную информацию на компьютер, и тот мгновенно создал перед военным регентом клавиатуру. Фохт с удовольствием отметил, что она очень похожа на ту, что установлена в кабине боевого робота, и несколькими клавишами поправил масштаб, сделав картинку еще четче.
   Роботы противника вырастали из-под земли словно грибы, но по высоте не доходили и до пояса Фохта. Регент легко расправлялся с ними. Усмехнувшись, он полоснул по «Секире» Клана Волка лазером и разрезал бедного робота надвое. Затем боевитый регент переключился с визуального наблюдения на обзор местности с помощью инфракрасного излучения и снова перешел на визуальный обзор. Ни одного противника в поле зрения он не обнаружил. Полная победа!
   Фохт поднялся и широко улыбнулся.
   — Внимание! — произнес он. — Компьютер, напоминаю тебе, что ландшафт планеты в радиусе ста пятидесяти метров совершенно прямой, а не круглый. Ты показываешь картинку, разворачивая ее как рулон бумаги, и она получается у тебя изогнутой. Из-за этого мы только в самый последний момент заметили приближающиеся роботы Клана Волка.
   — Замечание принято, — раздался бесстрастный, скрипучий металлический голос. — Вас вызывает примас. Будете выключать программу имитации или нет?
   — Введи изображение сюда, — вздохнул военный регент. — И скажи примасу, что это в последний раз. — Он знал, что настоятельница будет недовольна, но уж очень не хотелось ему покидать Токкайдо, где он только что так геройски сражался. Кроме того, ему удалось частично разгадать тайну «роботов-невидимок» Клана Волка и требовалось продолжить исследования дальше.
   Вдали на ярко-голубом небе Токкайдо возникло легкое облачко с наложенной на него неясной картинкой. Постепенно приближаясь, картинка становилась все четче и наконец превратилась в недовольное, почти злое лицо Уотерли. Глаза ее сверлили военного регента. «Вероятно, — подумал он, — так же смотрел на Еву Адам после того, как ему сообщили, что ждет его за съеденный кусочек плода с древа познаний».
   — Простите меня, госпожа примас, но у меня слишком много работы, а детальное изучение поля боя без оборудования, создающего диалоговую реальность, невозможно, — поклонившись, произнес Фохт, стараясь выглядеть огорченным. Он взглянул на экран, где под облаком с примасом висела его почтительная физиономия, остался доволен увиденным и нажал клавишу. Теперь выражение его лица останется неизменным и непроницаемым в продолжение всего разговора. Именно поэтому Уотерли не любила разговаривать с Анастасиусом Фохтом через компьютер — она не могла уловить реакцию военного регента на свои слова. Это давало Фохту определенное преимущество, а Миндо Уотерли ненавидела, когда у ее собеседника был хоть какой-то перевес сил.
   — Ничего страшного, — ответила примас. — Меньше всего я хотела бы мешать вам защищать Терру. У вас есть какие-нибудь новости?
   Военный регент развел руками.
   — Пока я изучаю Токкайдо. Что можно сказать об этой планете? Климат довольно мягкий, с немного пониженной влажностью. Токкайдо входит в Свободную Республику Расалхаг. Большую часть суши составляют плодородные земли, принадлежащие крупным агросиндикатам, а относительно немногочисленное население занимается в основном сельскохозяйственным производством. Во времена правления Куриты здесь обосновалось несколько религиозных сект. Они построили в горах монастыри, где и живут по сей день. Правда, одно религиозное объединение поселилось на дне моря Тигель. Единого правительства на Токкайдо нет, каждая корпорация управляет своими владениями как заблагорассудится, кое-где существует теократия. Уотерли зевнула.
   — Чрезвычайно интересно, — сказала она. — Как я понимаю, этот мир интересует вас не только потому, что на нем легче победить кланы, не так ли?
   — Совершенно верно, — ответил Фохт и почтительно прижал руки к груди. — На Токкайдо решится судьба Терры. Либо она будет спасена, либо погибнет.
   — Я не совсем понимаю вас.
   Регент презрительно улыбнулся, однако лицо его на мониторе оставалось таким же почтительно-бесстрастным.
   — Правительства Государств-Наследников уже привыкли к тому, что никто не знает, куда нацелятся кланы в следующий момент. Я анализировал их методику выбора целей и пришел к выводу, что Токкайдо кланы обойдут стороной, этот мир не представляет для них никакой угрозы. Все, кто способен держать в руках оружие, давно мобилизованы и отправлены на лопающийся по швам Расалхагский фронт. Но я знаю, как сделать Токкайдо мишенью номер один для кланов. Для этого нужно просто бросить вызов Хану Ульрику и обозначить Токкайдо местом битвы.
   Лицо Уотерли вспыхнуло, она удовлетворенно кивнула.
   — Совершенно верно. Я предполагала, что нам придется воевать с кланами, но ни в коем случае не на Терре. Надеюсь, вы остановили свое внимание на Токкайдо не только потому, что потери среди мирных жителей будут здесь минимальны. Есть, наверное, и другие причины?
   По тому тону, каким говорила примас, военный регент сразу понял: принятие его плана нисколько не зависит от количества потерь среди мирного населения.
   — Хочу обратить ваше внимание, госпожа примас, на немаловажную деталь. Токкайдо по сравнению с остальными мирами имеет ряд преимуществ. Здесь много равнин, пригодных для открытого боя, а в горах есть где спрятаться. Погода на планете в основном хорошая, а это для авиации самое основное. Мы сможем задействовать всю нашу мощь, включая аэрокосмические истребители. Кроме того, на Токкайдо великое множество зданий и подземных хранилищ, которые в любой момент можно превратить в продовольственные и оружейные склады. Или в кладбища, — прибавил военный регент. — Ну и конечно, немногочисленное гражданское население в местах будущих сражений. С одной стороны, его и защищать легче, а с другой стороны, нет опасности иметь за спиной сильную пятую колонну, в случае если кланам удастся переманить местных жителей на свою сторону.