Или, возможно, они вдвоем нашли общий, единый для них истинный путь.
   Возможно.
   За спиной раздалась встревоженная электронная трель.
   — Это просто целебный транс, — успокоила Мара астродроида.
   Она окончательно выпуталась из ремней безопасности и встала.
   — С ним все будет хорошо. Ты тут присмотри пока, ладно?
   Дроид снова защебетал, на этот раз — с подозрением.
   — Я выйду наружу, — ответила ему Мара, проверяя, на месте ли потайной бластер в рукаве и лазерный меч. — Не волнуйся, я вернусь.
   Она протиснулась мимо Р2Д2, который немедленно принялся буйно обсуждать ситуацию и выяснять подробности, открыла наружный люк. Птенец Ветров выпорхнул первым, что-то протарахтел и растворился в ночи.
   Беспросветной, как терзающая ее боль.
   Она немного задержалась, глядя на макушку Люка над подголовником ложемента и прикидывая, разгадал ли он ее план. Нет. Она тщательно оберегала свой секрет, она выстроила для этого в своем сознании барьеры, созданию которых много лет назад научил ее Палпатин.
   Прежний Люк, одержимый идеей все решать и совершать самолично, конечно, попытался бы проломиться через ее защиту. Но Люк нынешний, она была уверена в этом, никогда не стал бы делать ничего подобного.
   Возможно, потом он станет жалеть об этом. Но будет уже слишком поздно.
   Никуда не деться от грубого факта: необходимо помешать Парку и чиссам передать все тайны этой твердыни Бастиону. Просто-напросто.
   И теперь все зависело от Мары. Но она могла помешать им. Чего бы это ни стоило.
   Дроид исчерпал словарный запас и теперь просто разглядывал ее единственным фоторецептором, чем-то удивительно похожий при этом на перепуганного ребенка.
   — Не бойся, — успокаивающе шепнула она ему. — Все будет хорошо. Ты просто присмотри тут за Скайуокером, ладно?
   Р2 жалобно мяукнул, но смирился.
   Мара сконцентрировалась, призвала Силу и стала спускаться по выдвижной лестнице.
   Да, она помешает им. Чего бы это ни стоило.

30

   Даже глубокой ночью жизнь в космопорте Древ'старна била ключом. Пешеходы и всевозможные виды городского транспорта сновали туда-сюда по своим делам, их длинные тени мелькали в свете ярких фонарей космопорта. Тех самых фонарей, подумал Наветт, что делают меня такой отличной мишенью для боевых кораблей, которые сейчас вращаются на орбите Ботавуи.
   Интересно, гадал он, приходило ли это в голову еще кому-нибудь в этой деловитой толпе? Возможно, потому они так и суетятся.
   Он добрался до места и тихо свистнул. Из-за штабеля упаковочных контейнеров тут же раздался ответный свист. Наветт шагнул за угол, где его ждал Клиф.
   — Докладывай, — прошептал Наветт.
   — Все путем, — так же шепотом ответил Клиф. — Час назад она поднялась на борт и погасила свет. Я закоротил один из фонарей, чтобы можно было подобраться к кораблю незамеченными.
   Наветт осторожно выглянул из-за штабеля.
   Темная туша «укротителя» смирно стояла в своем посадочном круге и не подавала признаков жизни. Только тускло светились габаритные огни. От соседнего штабеля контейнеров к закрытому люку тянулась длинная тень.
   — Вроде все нормально, — сказал Наветт. — А что с республиканскими агентами?
   — А вот это интересный вопрос, — замялся Клиф. — Я тихонько пошарил в компьютере космопорта. И согласно записям они улетели.
   Наветт нахмурился. Улетели? Сейчас?
   — Куда?
   — Понятия не имею, — сказал Клиф. — Но я запустил полный поиск по всей планете. Никто с их ИД и их спектром излучения двигателей с тех пор на Ботавуи не прибывал. Так что они не могли просто немного полетать и вернуться.
   — Действительно интересно, — согласился Наветт, потирая подбородок и задумчиво разглядывая «укротитель». — Либо мы их одурачили, либо у них нашлись более неотложные дела. Разбойный эскадрон сейчас под началом Бел Иблиса, верно?
   Клиф кивнул.
   — Думаешь, Бел Иблис что-то затевает?
   — Эта ходячая заноза в заднице вечно что-то затевает, — проворчал Наветт. — Однако он не наша проблема. Отошлем весточку на Бастион, пусть они там головы ломают. А пока что, — он вытащил бластер из потайной кобуры, — мы избавимся от нашей здешней занозы. Вперед.
   Под прикрытием тени они скользнули к «укротителю» и замерли на полусогнутых по разные стороны люка. Все тихо, никаких признаков подвоха.
   — Открой! — шепотом приказал Наветт Клифу, держа радиус и жалея, что не может смотреть во все стороны одновременно.
   Антиллес запросто мог вызвать других республиканских агентов себе на смену…
   Негромко клацнула фомка, и с тихим шипением люк открылся — верхняя его часть опустилась на пермакрит площадки, образуя трап. Еще разок напоследок оглядев окрестности, Наветт нырнул внутрь.
   Внутри оказалось темно, только огни тусклой ночной подсветки у пола обозначали контуры проходов. Наветт крадучись двинулся в сторону жилых кают. За спиной негромко сопел напарник. А корабль по-прежнему не подавал признаков жизни. Бабуся, должно быть, уже дрыхнет. Он неслышно подобрался к первой по коридору двери, легонько открыл ее…
   И в глаза ему ударил ослепительный свет.
   Наветт машинально присел в оборонительной позиции и выругался себе под нос, пытаясь проморгаться. Его чуть толкнули сзади — это Клиф тоже пригнулся, прикрывая его со стороны коридора.
   — Здесь никого, — послышался шепот напарника.
   — Здесь тоже, — ответил Наветт.
   Глаза наконец привыкли к свету, и до него дошло, что ослепило его после темноты в коридоре просто-напросто обычное бортовое освещение.
   Никаких тебе стрелков, никакого автоматического оружия и даже никаких выжигающих сетчатку вспышек. Что происходит?
   — Добрый вечер, господа, — произнес в звенящей тишине тихий, спокойный голос. Голос старухи.
   — Клиф?! — прошипел Наветт, снова оглядывая каюту. Нет, в его поле зрения точно никого не было. — Там кто-то есть?
   — О нет, меня здесь вовсе нет, — проворковал старушечий голос. — Это всего лишь запись. Вы же не станете обижать маленькую безвредную фонограмму, правда? — бабка вдруг фыркнула. — Хотя, если вспомнить, кто вы такие, с вас, пожалуй, станется.
   — Вон оно! — Клиф показал пальцем на маленькую деку, наполовину спрятанную за кабельным трубопроводом. Из деки торчал записывающий стержень.
   — Вы, наверное, считаете, что вы такие все из себя умные, — продолжала старуха. — Болтаетесь у всех на виду, водите за нос растяп-ботанов — тоже мне, велика хитрость! — и сбиваете с панталыку всех и вся.
   Наветт шагнул ближе. Дека была втиснута под трубу, словно бы ее там пристроили в спешке.
   С другой стороны, запись включилась сразу после того, как врубился свет…
   — Так вот, простите, что разрушаю вашу хрупкую, как мыльный пузырь, иллюзию, — продолжала болтать карман-ница. — Но не такие уж вы и умники, как сами думаете. Куда как не такие!
   Наветт кивком показал Клифу в сторону остальных кают. Напарник кивнул в ответ и крадучись скользнул по коридору к дальней из них. Наветт вжался спиной в стену и, держа коридор под прицелом, двинулся в сторону летной палубы. Вся эта болтовня могла быть предназначена лишь для того, чтобы отвлечь внимание.
   — Видите ли, я сегодня поговорила с парой своих друзей, — продолжала фонограмма. — И они сказали мне, что каждый раз, едва они пытались ухватить за хвост эту нашумевшую подпольную организацию, как все хвосты тут же бесследно испарялись. Ну совсем как тот мыльный пузырь. Пузырь, раздутый — позвольте мне вас так называть — жалкой горсткой имперских агентов.
   Краем глаза Наветт уловил движение, но это оказался всего лишь Клиф — напарник появился со стороны кают и покачал головой. Потом кивнул на грузовой трюм и вопросительно поднял брови.
   — Так что теперь остались только вы и я, — продолжала старуха. — Мои республиканские друзья улетели — о чем вам, возможно, уже известно, — а пресловутое разветвленное подполье попросту не существует в природе. Итак, вы и я. Это обещает быть забавным.
   Клиф в недоумении уставился на Наветта.
   — О чем толкует эта бабуля, хатта ей в глотку? — прошипел он. — Она что, бросает нам вызов? Наветт в ответ лишь пожал плечами.
   — Ах да, и вот еще что. Если хотите, можете подкрепиться на камбузе, — добавила карманница. — Особенно тот из вас, кто сегодня вынюхивал вокруг моего корабля. Вынюхивать порой бывает так утомительно… Проголодался, наверно, бедняжка. Только поставьте потом все обратно в холодильник, хорошо? Ну, еще увидимся. Что вовсе не означает, правда, что вы и в самом деле меня увидите.
   С тихим щелчком запись остановилась.
   — Она спятила, — заявил Клиф, настороженно оглядываясь по сторонам. — Она хоть понимает, с кем связалась?
   — Не знаю, — проговорил Наветт, задумчиво разглядывая деку. — Она упомянула, что ей известно о нашей принадлежности к Империи. Но она не сказала, что ей известно о нашей легенде. Или даже о том, что мы уже встречались.
   Клиф хмыкнул.
   — Так она блефует.
   — Она блефует, — кивнул Наветт. — Более того, она работает в одиночку, на свой страх и риск. Если б у нее были доказательства или поддержка властей, она бы приготовила нам сюрприз получше, чем просто иллюминация и фонограмма. Похоже, она задумала выманить нас на свет.
   — И как мы поступим? — спросил Клиф. — Будем продолжать ее отлавливать?
   Наветт потер подбородок. Щетина кололась.
   — Нет, пожалуй, лучше бросить это дело, — медленно проговорил он. — Если она опять подберется слишком близко, мы всегда сможем передумать. Но раз Антиллес с приятелем улетели, она теперь не много сможет сделать, — он посмотрел в дальний конец коридора, ведущего на летную палубу. — Если только она не притаилась где-нибудь здесь в надежде взглянуть на нас. В таком случае она автоматически подлежит устранению.
   — Вот теперь дело говоришь, — проворчал Клиф.
   — Только смотри в оба, — предостерег его Наветт. — Она могла оставить мины-ловушки.
   * * *
   Они еще добрый час прочесывали корабль, прежде чем отступились и убрались восвояси. За это время они лишь три-четыре раза подходили достаточно близко к комлинку, который Моранда спрятала в деке с фонограммой, чтобы можно было разобрать, о чем они говорят.
   Судя по тем обрывков разговоров, которые ей удалось подслушать, имперцы разнервничались.
   Через щелку в пустом контейнере, который она позаботилась установить на пятидесятиметровый штабель точно таких же ящиков, Моранда видела, как двое имперцев выскользнули из ее корабля и снова нырнули в суету космопорта.
   Итак, она была права. И Корран с Веджем тоже. Имперцы здесь — и что-то замышляют.
   Все это было весьма и весьма интересно.
   И если только уши не подвели ее, благодаря тому беспечному и абсолютно непрофессиональному обмену мнениями в двух шагах от ее деки она теперь знала, кто ее противники: та парочка пылающих энтузиазмом идиотов из «Лавки необычайнейших домашних питомцев».
   Конечно, знать — это одно, а доказать — совсем иное. И, наверное, впервые в жизни серьезные нелады с законом грозили сработать против Моранды.
   Имперцы смешались с толпой прохожих. Держались они небрежно и в то же время собранно. Скорее всего, имперская разведка или даже ребята из спецподразделения Убиктората для скользких делишек. И в том, и другом случае они определенно очень хорошо знают, что делают.
   К сожалению, представительство Новой Республики в Древ'старне и ухом не поведет без доказательств. И ботаны тоже.
   Хотя если смотреть правде в глаза, и саму Моранду на Ботавуи все еще разыскивали в связи с парочкой старых дел, так что ботаны отпадали по определению.
   Имперцы вышли через западные ворота и, предположительно, очистили космопорт. Однако, как давно и прочно выучила Моранда, предположениями сыт не будешь. Они запросто могли так озлиться на нее, что оставили наблюдателя.
   Моранда отпила из карманной фляжки глоток ярко-голубого ликера и сверилась с хронометром. Еще часа два или даже три, и можно будет продолжать игру.
   Она сделала еще один крошечный глоток, смакуя напиток, и поудобнее устроилась в углу контейнера. Давненько ей не доводилось противостоять противникам такого калибра, и, раз уж она тут все равно застряла, почему бы не обдумать хорошенько следующий ход?
   * * *
   — Хэн, как я рада снова слышать тебя! — зазвенел в динамике «Госпожи удачи» обрадованный голос Лейи. — Я за тебя так волновалась!
   — Эй, солнышко, да там делов-то было — всего ничего, — успокоил ее Хэн, лишь немного отступив от истины.
   Он еще сто раз сможет рассказать ей подробности их маленького путешествия на Бастион — лично и чтобы можно было держать жену за руку, пока рассказывает.
   И вообще, меньше всего на свете он хотел объявлять о том, что Траун действительно еще жив, по связи через Сеть. Несмотря на кодировку.
   — Главное, что все уже позади, и мы летим домой, — продолжал он.
   — Я рада, что с вами все в порядке, — не унималась Лейя. — А вы достали… ну… то есть… — с тайной надеждой принялась намекать она.
   — Да, — сказал Хэн. — По крайней мере, мне так кажется, — добавил он.
   На том конце возникла крошечная заминка.
   — Что ты хочешь сказать? — осторожно спросила Лейя.
   — Хочу сказать, что мы достали то, за чем летали, — объяснил Хэн. — Но… понимаешь, есть тут пара заковык… Слушай, давай пока не будем об этом, хорошо?
   — Хорошо, — неохотно согласилась супруга.
   Ясно было, что ей это не очень-то по нраву, но она была не хуже Хэна осведомлена о проблемах с сохранением секретности переговоров в эфире.
   — Но тогда тебе не надо на Корускант. Я сейчас лечу на Ботавуи.
   — На Ботавуи?
   — Да. По дороге на Корускант я узнала, что президент Гаврисом сейчас в системе Ботавуи, пытается разрядить вооруженное противостояние, — объяснила она.
   — А… — протянул Хэн.
   Вот теперь он ничегошеньки не понимал. Он оставил Лейю на Малом Пакрике десять дней назад. Она давно должна была быть уже на Корусканте, а не на пути к нему. Может, что-то стряслось на этой встрече с Бел Иблисом?
   — Что, твой гость подзадержался или что-то вроде того? — обиняками попытался выяснить он,
   — Нет, гость прибыл вовремя, — сказала Лейя. — Но это оказался не совсем тот, кого я ожидала, так что мне пришлось предпринять небольшое незапланированное путешествие.
   Руки Хэна сжались в кулаки.
   — Что еще за путешествие?! — взревел он; если кто-то опять покушался на нее… — С тобой все хорошо?
   — Нет-нет, со мной все прекрасно, — заторопилась она. — Просто события приняли несколько неожиданный оборот, вот и все. Именно из-за этого мне так срочно надо поговорить с Гаврисомом.
   Секретность в Сети. Просто отлично.
   — Ну ладно, тогда мы поворачиваем на Ботавуи, — сказал Хэн. — Через пару дней доберемся.
   — Прекрасно, — обрадовалась супруга. — Я там буду не позже завтрашнего утра.
   Хэн недовольно сморщился. Хорошо было бы успеть туда первым — судя по тому, что он слышал, околопланетное пространство Ботавуи сейчас было одной сплошной горячей точкой, готовой полыхнуть в любую минуту.
   — Береги себя, Лейя, хорошо?
   — Хорошо, — пообещала она. — И я так рада, что ты жив-здоров. Я немедленно свяжусь с Гаврисомом, передам ему хорошую новость, что вы нашли то, что искали.
   — А еще передай, что я ему ничего не отдам, пока он не пообещает тебе настоящий отпуск, как только закончится вся эта морока, — предупредил Хэн.
   — Обязательно, — поддержала его инициативу жена.
   — Вот и славно. Я люблю тебя, Лейя.
   Она улыбнулась — Хэн не мог ее видеть, но точно знал, что она улыбается.
   — Я знаю, — по семейной традиции ответила она. — До встречи.
   Хэн вздохнул и отключил комм. До Ботавуи лететь еще два дня, а Лейя будет там на сутки раньше. Может, Ландо удастся заставить свою колымагу порхать чуть быстрее? Он развернулся в крутящемся кресле…
   — И как там Лейя? — угрюмо поинтересовался Калрис-сиан, обнаружившийся в дверях рубки.
   — Прекрасно, — заверил его Хэн, гадая, что за напасть снедает приятеля. — Хотя она не сразу полетела домой с Малого Пакрика, сделала какой-то крюк. И нам придется изменить курс, чтобы встретиться с ней у Ботавуи. Что стряслось?
   — Оно самое, — Ландо мотнул головой.
   Очевидно, это должно было означать, что неприятности имели место на корме, где ледорубы возились со счастливо обретенным инфочипом.
   — Поди сюда на минуту.
   Лобот и Моегид ждали в резервной рубке, сидя друг напротив друга за компьютерным терминалом. Лобот был вполне себе как Лобот, а вот чтобы у верпинов так бешено вращалась антенна, как у Моегида, Хэн еще никогда не видел.
   А между ними на столе лежал инфочип. Тот самый.
   Калриссиан подошел и вставил его в разъем терминала.
   — Ну что еще? — зачем-то спросил Хэн, стараясь приготовиться к самому худшему. — Ты же сказал, что с ним все в порядке…
   — Это мы сначала так думали, — сказал Ландо, выводя каамасский документ на большой дисплей. — Но потом Моегид надумал попробовать еще кое-что, — он показал на экран. — Оказалось, файл был изменен.
   В голове Хэна вихрем пронеслись все самые забористые кореллианские проклятия, но ни одно из них не было достаточно забористым для столь выдающейся неприятности.
   — В чем именно изменен? — просто для очистки совести спросил он.
   — Ты еще спрашиваешь, — буркнул Ландо. — Подкорректирован список ботанов, замешанных в диверсии. Единственное, что нам в нем позарез нужно.
   Хэн шагнул ближе, вгляделся в дисплей.
   — Ты уверен? — спросил он — тоже просто для очистки совести.
   — Моегид уверен, — ответил Калриссиан, покосившись на верпина. — Сработано мастерски, но там использовалась пара трюков, которые верпины успели за эти годы раскусить. Помнишь, мы еще удивились, когда увидели, как много высокопоставленных ботанов оказалось причастно? Ну, теперь-то ясно, почему.
   — Немного приправы, чтобы каша заварилась еще круче, — с отвращением согласился Хэн. — И чтобы убедить всех в Новой Республике еще больше не доверять ботанам..
   — В самую точку, старина, — Ландо пододвинул себе свободный стул и уселся. — Что означает, что мы опять вернулись на исходные позиции. У нас ничего нет.
   Хэн подтащил стул и для себя.
   — Хуже, — хмуро признался он. — Я уже сказал Лейе, что документ у нас.
   — Думаешь, она с ходу обнародует эту новость?
   — Да я б не думал, — проговорил Хэн. — Вот только, к сожалению, она сказала, что передаст хорошую новость Гаврисому.
   — А может, он не станет спешить ее объявлять?
   Соло покачал головой.
   — Он на Ботавуи, пытается предотвратить войну, которая грозит вот-вот разразиться. А он не из тех, кто в подобной ситуации не задействует все, что можно.
   — Иными словами, когда мы объявимся у Ботавуи, нас там уже будут встречать с распростертыми объятиями, как героев, — Ландо уныло покачал головой. — И где имперская засада, когда она так нужна?
   — Я бы на твоем месте с этим не шутил, — пригрозил Хэн. — Готов спорить — на этот раз Траун придержит своих имперских вояк подальше от наших задниц. Вот только слишком много народа на нашей вроде бы стороне вовсе не хотят давать ботанам шанс сорваться с крючка.
   Ландо передернулся.
   — Мне это в голову не приходило. Хотя если подумать… нет!
   — Что?
   — Я просто вспомнил, как Траун сказал, что это ребята Фей'лиа стащили ксеролльские снайперки, — медленно проговорил он. — Но если он солгал нам о каамасском документе…
   — То это совершенно не означает, что он лгал и обо всем остальном, — твердо сказал Хэн. — И если уж на то пошло, у нас нет доказательств, что это именно Траун подменил имена.
   Калриссиан фыркнул.
   — Ты же сам не веришь в то, что это был кто-то еще, верно?
   — Кому-то надо, чтобы это выплыло на свет, — сказал Хэн. — И это единственное, в чем я уверен на все сто.
   Ландо пробурчал что-то себе под нос — очевидно, ему, в отличие от Хэна, удалось припомнить подходящее ругательство.
   — Что-то эта каша начинает пахнуть все хуже и хуже, — сказал он вслух. — Так что делать будем? Хэн пожал плечами.
   — Прибудем на Ботавуи по расписанию и притворимся, что все в ажуре. Может, ботаны на самом деле знают, кто виноват, и нам удастся развести их, блефуя.
   — А если они не знают или на блеф не попадутся?
   Хэн решительно поднялся на ноги.
   — У нас еще двое суток на то, чтобы придумать что-нибудь поумнее. Пойдем, надо развернуть это корыто на Ботавуи.
   * * *
   — Ну вот, — с довольной усмешкой сообщил майор Тиерс, указывая на дисплей. — Прилетели.
   — Не убежден, — прорычал Дисра, вглядываясь в улучшенное компьютером изображение. — Но кто бы они ни были, они пользуются ДИ-технологиями. Что опять-таки ничего не доказывает.
   — Они сделали облет Бастиона, — указал майор. — Совершенно очевидно, хотели взглянуть на нас поближе. И мы никогда не видели ничего похожего.
   — Что опять же не доказывает, будто наши гости явились сюда из Неизведанных регионов, — фыркнул Дисра — Как и того, что это Парк, Рука Трауна или кто там еще…
   — А Бастион — то самое место, где Трауна, по докладам, видели в последний раз, — завершил свою мысль Тиерс. — Сомневайтесь сколько хотите, ваше превосходительство, но даже я сейчас могу утверждать, что план сработал. Прежние союзники Трауна наконец-то заглотили наживку.
   — Надеюсь, что вы правы, — откликнулся мофф. — Беспорядки на Ботавуи откладываются, Пеллаэон уже вытащил Вермеля с Римси…
   — Я же просил вас не беспокоиться об адмирале, — резко произнес бывший гвардеец. — Он не может нам навредить.
   — Кто не может нам навредить? — раздался голос Флима.
   Дисра повернул голову: аферист как раз вошел в потайную дверь. В последнее время Флим взял себе привычку подкрадываться и подслушивать разговоры подельников и с энтузиазмом предавался этому занятию. Кажется, он им не доверял.
   — Адмирал Пеллаэон, — отозвался Тиерс. — Мы просто размышляли вслух, что с часу на час он вместе с полковником Вермелем может явиться сюда и потребовать объяснений, с чего это мы так дурно с ними обошлись.
   — А вы, случайно, не размышляли о чужом корабле, который пару дней назад шнырял вокруг Бастиона? — с вызовом поинтересовался Флим. — Или вы собираетесь ждать, пока Рука Трауна вышибет ворота дворца?
   — Во-первых, я могу заверить вас, что лично никто из них здесь не покажется, — сказал Тиерс. — Они очень скрытный народ. И, учитывая все обстоятельства, у них есть на то полное право. Нет, первым контактом будет осторожная передача откуда-нибудь из глубокого космоса, так чтобы можно было быстро удалиться, если они сочтут побег обязательным.
   — Никак не могу взять в толк, нам-то с того какая радость? — ледяным голосом возразил Флим. — Так или иначе, но они все равно захотят поговорить с Трауном.
   — Разумеется, — майор был образцом долготерпения. — Но вызов не с планеты позволит мне принять послание вместо вас и вытрясти немного полезной информации. Доверьтесь мне, адмирал, я давно планировал это событие.
   Флим скривился.
   — Весьма утешительно… Я буду думать о ваших словах, когда Парк вас раскусит и взорвет Бастион.
   Тиерс сокрушенно покачал головой.
   — Адмирал, эти… люди всей душой преданы Трауну. Внешне они могут выглядеть осторожными скептиками, но они действительно хотят, чтобы Гранд адмирал выжил на Билбринги. Вы же аферист, должны понимать, какой эффект оказывает на добычу желание.
   — О да! — взорвался Флим. — А когда обман раскрывается, морду бьют в два раза активнее… — он вдруг успокоился. — Между прочим, вам известно, что республиканцы потеряли Бел Иблиса?
   Тиерс и Дисра обменялись недоуменными взглядами.
   — Жаль, хороший был человек… — пробормотал майор.
   — Как — потеряли? — удивился губернатор.
   — Пару часов назад от команды на Ботавуи пришло донесение, — Флим подошел к столу и швырнул на него инфочип. — Там говорится, что парочка пилотов Разбойного эскадрона, которые там все вынюхивали, неожиданно собрали вещички и свалили из системы. Наши люди предположили, что это может означать, что Бел Иблис что-то затеял.
   — Может быть, — майор потянулся за кристаллом инфочипа. — Позвольте проверить.
   — Уже, — сказал Флим, придвигая кресло и обрушиваясь в него. — Официально объявлено, что Бел Иблис вылетел на Котлис, чтобы возглавить республиканский флот для обороны Ботавуи. Но если перебрать факты, то нельзя отыскать ни единого свидетельства, что генерал появлялся в колонии ботанов.
   — А вы-то как все выяснили? — недовольно прервал его Дисра.
   Флим приподнял брови в вежливом удивлении.
   — Я — Гранд адмирал Траун, ваше превосходительство, — насмешливо напомнил он. — Вызвал разведку и задал им нужный вопрос.
   — А письменный рапорт они вам прислали? — быстро спросил Тиерс; он уже сунул чип в разъем деки и стремительно просматривал файлы.
   — Он там, — Флим небрежно ткнул пальцем в деку. — В самом конце. Парни расстарались, даже спросили, не желаю ли я, чтобы кто-нибудь из них смотался на Котлис и попытался что-нибудь выяснить.
   — Пустая трата времени, — бросил майор, голос его звучал несколько странно. — Если Котлис — прикрытие, то Бел Иблис сделает так, что обычная разведка ничего не даст.
   — Вот и я сказал им то же самое, — самодовольно усмехнулся Флим. — Кажется, я начинаю нащупывать манеру мышления нашего героя. И мне она нравится!