— Задержать — половина дела, надо еще изложить суду все обстоятельства. Я никак не мог найти мисс Мэрфи, поскольку она неожиданно покинула гостиницу, и только сегодня случайно обнаружил ее здесь.
   Теплый взгляд шерифа скользнул по лицу любимой, словно напоминание о том, что только что произошло.
   — Увидимся позже, мэм, — кивнул он, повернулся к Бэкету и, пожав ему на прощание руку, двинулся прочь.
   — Что вы хотели, сэр? — спросила Клэра. Недовольно поджав губы, Лиг обвел глазами прачечную.
   — Я насчет новой одежды.
   — Да, сэр? — невыразительно, как и полагается служанке, отозвалась она.
   — Забудьте про мои слова. — Выражение лица Виктории осталось бесстрастным. — Вас все равно почти никто не видит, я решил не делать лишних трат.
   Клара учтиво наклонила голову, давая понять, что нисколько не обиделась — бедное уродливое существо просто не имеет такого права.
   — Как скажете, сэр.
   Он удалился, прежде чем с ее уст сорвались какие-либо слова.
   Итак, никакого нового наряда. Прекрасно! Значит, она не представляет для него интереса. Или же у него проблема с деньгами. И Виктория вспомнила разговор с Велвет,
   Он хотел продать ей «Жемчужину».
   А не собирается ли Айви Лиг на новое дело?

Глава 18

   «Надо найти эту книгу», — подумала Виктория, закусив нижнюю губу. В книге, что читал Айви Лиг, когда она вошла в его комнату, должно быть, что-то очень важное. Лучше всего переснять все подряд, а потом спокойно проанализировать. Виктория попыталась вспомнить, положила ли она в рюкзак микрокамеру, которой обычно фотографировала номера машин?
   — На тебя просто смешно смотреть, — внезапно раздалось совсем рядом, и Виктория вздрогнула.
   Подняв глаза, она даже не сразу поняла, где находится: слишком уж была поглощена воспоминаниями о том времени, когда фотографировала автомобильные номера.
   Она обвела глазами лежащих на атласных подушках женщин, для пущей соблазнительности облаченных в шелка и кружева.
   Виктория виновато улыбнулась:
   — Замоталась… — Поспешно глотнув кофе, она недовольно скривилась: — Какая гадость! — и, подойдя к окну, выплеснула содержимое чашки на улицу. Тут же снизу донеслось громкое мужское ругательство. — О Боже!
   Женщины дружно рассмеялись, присоединилась к ним и служанка, освобождаясь тем самым от всех тревог прошедшего дня. Работающие в салуне девушки обычно собирались раз в день поболтать. Они делились новостями, передавали сплетни и раскрывали секреты своих посетителей, рассказывая, каковы они в постели.
   Для Виктории эти беседы были своеобразной школой, где она получала уроки, как оставаться женщиной при любых обстоятельствах.
   — У меня сегодня был странный гость, — начала свой рассказ стройная блондинка. Затем она подошла к столу, сунула в рот шоколадную конфету и продолжила: — Ковбой так спешил, что полез на кровать, не сняв шпоры и шляпу. Всю меня исцарапал! — Как бы в доказательство своих слов она приложила ко рту кончик пальца. — И оказался таким шустрым, что удовлетворился, не успев на меня залезть!
   Из разных концов комнаты донеслись сдержанные смешки.
   — А мой сегодняшний так осторожничал, словно я вот-вот разобьюсь. — В голосе девушки звучало разочарование.
   — Это потому, что ты так выглядишь, — заметила Виктория. Судя по внешнему виду, девушке было не больше шестнадцати.
   — Хотела бы я, чтобы ко мне так относились, — обес-силенно растянулась на подушках Велвет. — Боже, какие же неутомимые наездники мне сегодня достались! Хорошо еще, если завтра я смогу ходить.
   — Не тебе жаловаться, Велвет, — возразила пышноте-лая женщина с рыжими волосами. — Ты сегодня получила подарок.
   — Это правда, Велвет? Та довольно улыбнулась:
   — Да. Кто-то проник в мою комнату и кое-что мне оставил.
   — Кое-что? Да ладно, Велвет, — протянула Виктория. — Покажи.
   Та молча сунула руку под подушку и достала изящный серебряный браслет.
   Все тотчас сгрудились, чтобы полюбоваться филигранной работой.
   — И кто же это? Велвет дернула плечом.
   — Я расспрашивала своих постоянных посетителей, но ни один не признался.
   — Какая прелесть!
   Хозяйка бросила браслет Виктории, и та поймала, его на лету.
   — Это твое, детка.
   — Нет, я не возьму. Я не…
   — Не заслужила? Служанка опустила голову.
   — Не волнуйся, милочка, если эти глупцы хотят сорить деньгами, стоит ли им мешать?
   По комнате разнесся смех. Все начали громко восхищаться браслетом, и лишь Виктория оставалась молчаливой.
   — Тише! — вдруг громко произнесла она. Все мгновенно смолкли. — Слышите?
   — Я слышу только, что моя кровать зовет меня обратно, — хохотнул кто-то.
   Виктория предостерегающе подняла руку и замерла, внезапно глаза ее округлились. Бросив браслет Велвет, она рванулась к выходу, промчалась по коридору и постучала в дверь. До нее донесся глухой звук упавшего тела.
   Подоспели девушки, и Виктория вгляделась в лица, пытаясь определить, кого среди них нет.
   — Лили, что происходит? — крикнула она через дверь.
   Ответа не последовало. Виктория яростно рванула ручку, но дверь не поддалась. Из комнаты донеслись какие-то шлепки.
   Приподняв подол, Виктория сильным ударом ноги вышибла дверь.
   Посреди комнаты безжизненно сидела Лили, а какой-то человек держал ее за волосы. Бросившись вперед, Виктория привычно блокировала удар незнакомца и двинула его кулаком в солнечное сплетение. Жадно хватая ртом воздух, мужчина еще не успел согнуться пополам, как ему уже заехали в нос коленом. Раздался характерный хруст, и на пол хлынула кровь. Мерзавец все же попытался ее схватить, но Виктория резко хлопнула его по ушам, и тот, взвыв, упал на колени. Схватив Лили за руку, Виктория поспешно оттащила ее к стене.
   Когда она обернулась, негодяй уже поднялся с колен. Пришлось ей достать из ножен маленький кинжал. Вытирая рукавом окровавленный нос, мужчина ошеломленно переводил взгляд с ножа на бесстрашную защитницу Лили.
   — Что, хочешь проучить меня, хочешь справиться с женщиной? Ну справишься и сядешь в тюрьму. Очень тебе это нужно?
   Презрительно хмыкнув, обидчик шагнул вперед.
   — Хорошенько подумай, приятель. — Она зловеще прищурилась. — Как бы не пришлось потом жалеть.
   Он усмехнулся, на миг приоткрыв окровавленный рот, затем ринулся на нее. Отступив в сторону, Виктория острием ножа царапнула его плечо. Человек вскрикнул, и, воспользовавшись его замешательством, она пришпилила его к стене, прижав нож к груди.
   — Ты больше ни разу не ударишь женщину. Слышал? Еле переводя дыхание, мужчина взглянул на нее в упор.
   — Сука! — Он попытался освободиться. — Сейчас я тебе. .
   Она чуть надавила на рукоять ножа, и его захват сразу ослаб.
   — Еще дюйм, и ты распрощаешься с сердцем, красавец.
   — Ты спятила, — перекосился он от боли, на лбу заблестели капельки пота. — Это же просто шлюха!
   — Прежде всего она человек! — прошипела Виктория. — Чего не скажешь про тебя. А на будущее, дружок, — она зловеще погладила его по груди, — запомни: прежде чем применять силу, подумай, что может найтись кто-нибудь посильнее и половчее тебя. В следующий раз, когда попытаешься ударить женщину, она может тебя убить. — С этими словами она резко выдернула нож. Незнакомец вскрикнул, да так громко, что все свидетельницы этого необычного зрелища разом разинули рты.
   Виктория отступила, глядя, как мужчина обеими руками попытался зажать кровоточащую рану.
   — Убирайся! — кивнула она на дверь.
   Он направился к выходу и споткнулся на пороге.
   — Я сообщу об этом шерифу!
   — Вот и хорошо.
   Девушки, не рискуя приближаться, проводили мерзавца до двери. Виктория же осталась на месте, пытаясь унять дрожь от резкого выброса адреналина. Опустив глаза на кончик ножа, она на мгновение задумалась. Как легко и просто она вонзила лезвие в человеческую плоть… Уж не появилось ли и в ней что-то от Айви Лига?
   «Нет, — решительно тряхнула она головой, — я не наслаждалась мучениями жертвы и не собиралась отнимать у человека жизнь. Я остановилась, когда он перестал нападать».
   Облегченно вздохнув, Виктория аккуратно стерла с фартука кровь и сняла его.
   Как оказалось, в комнате осталась и Велвет. Она поддерживала Лили, но почему-то смотрела на Викторию. Просто глаз не сводила и наконец выдохнула:
   — Клара, ты — не ты.
   — Верно, — изобразила усмешку Виктория. — Только никак не могу догадаться — кто.
   Вдвоем они подвели пострадавшую к кровати и помогли ей лечь.
   Комнату снова заполнили девушки, теперь они, переговариваясь, смотрели, как хозяйка и служанка промывают раны Лили и успокаивают ее морфием. Расспрашивая, что случилось, Виктория машинально бросила взгляд на дверь, и тут по коже ее пробежал холодок.
   В дверном проеме, переводя глаза с разбитой посуды на Лили и Викторию, стоял Бэкет. Подняв руку, он заставил остальных удалиться и произнес:
   — Благодарю вас, мисс Мэрфи. — Его лицо чуть помрачнело. — Похоже, нам очень повезло, что мы взяли вас на работу.
   В голосе его послышалось что-то зловещее, вернее, что-то такое, от чего у Виктории сердце в пятки ушло.
   Постаравшись взять себя в руки, она изобразила на лице смущение:
   — Девушке без опеки пришлось научиться о себе заботиться. — И тотчас захлопотала вокруг Лили. Только когда хозяин салуна вышел, она перевела дух.
   — С тобой все в порядке, милочка? — спросила Велвет. — Ты вся дрожишь.
   Виктория подняла глаза:
   — Терпеть не могу этого человека! — И это еще было мягко сказано.
   — Я тоже.
   Клара удивленно подняла брови.
   — Конечно, человек он неплохой и к нам неплохо относится, — она бросила осторожный взгляд на дверь, — но палец ему в рот не клади…
   Виктория могла только подивиться проницательности «мадам», — поскольку откровенничать с ней было опасно. Чем меньше Велвет знает, тем ей же лучше. Впрочем, немного дополнительной информации не помешает.
   — Почему? — поинтересовалась Виктория, накладывая на раздувшуюся щеку пострадавшей холодный компресс.
   Велвет, неопределенно пожав плечами, с трудом подобрала точные слова:
   — Он считает всех нас ничтожествами, хотя никогда этого не говорит. Конечно, я не подарок, но и далеко не последний человек. — Велвет на мгновение задумалась. — На это все он смотрит, — Велвет обвела рукой комнату, — как на какую-то игру. Его не особенно волнует прибыль, он не считает убытки. — Она вновь замолчала. — Он, конечно, следит за салуном, — наконец продолжила хозяйка, — но, похоже, лишь из-за своей мелочности: все вокруг должно блестеть. И ни малейшего отклонения от ежедневного распорядка. А почему ты спросила? Он что-нибудь сделал5
   Виктория бросила на Велвет быстрый взгляд.
   — Он… Просто будь с ним поосторожнее, ладно?
   — Может, тебе чем-то помочь?
   — Нет! Ни в коем случае, — энергично произнесла Виктория, схватив «мадам» за руку. — Мне ничего не надо. — Поскольку мисс Найт, удивленно глядя на нее, не произносила ни звука, она, взяв ее за плечи, слегка встряхнула. — Поклянись, что не будешь ввязываться! Поклянись, что не будешь ни в чем препятствовать — что бы ни произошло.
   Велвет пристально вгляделась в лицо Клары: страх ее был неподдельным.
   — Клянусь, милочка, — похлопала она Викторию по руке. — А теперь отправляйся-ка спать. Ты на ногах больше, чем любая из нас.
   — За последнее время я привыкла мало спать, — ответила Виктория, но все же поднялась и покинула комнату.
   Медленно пройдя но коридору, она вытащила из кармана ключ и сунула его в замок. Отперев дверь, Виктория на мгновение замерла на пороге' она не увидела, но почувствовала, что за ней наблюдают. По спине ее пробежал холодок. Краем глаза она заметила какого-то мужчину у лестницы в дальнем углу коридора, но не обернулась, а решительно шагнула в комнату.
   Прислонившись к стене, она закрыла глаза, мысленно молясь, чтобы наблюдатель исчез. Да, прошедший день был на редкость утомительным. Пожалуй, ей уже не хватит сил. чтобы снять маску. Обессиленно рухнув на кровать, детектив едва успела натянуть на себя одеяло, как словно провалилась в черную бездну.
   Спустя несколько часов, уже на рассвете, она уловила сквозь дрему еле слышный скрип двери. Сон улетучился в одно мгновение. Ее уши уловили тяжелое дыхание, нос ощутил легкий запах спирта. Страх, какого она не испытывала никогда в жизни, сковал все тело. Кто это? Крис? Но почему тайно? Не попросил ли его об этом Бэкет? Что может быть на уме у непрошеного гостя? Если бы у него был какой-то дурной замысел, он явился бы ночью, а не на рассвете. А может, просто решил разглядеть ее поближе? Как удачно, чго парик остался на ней! А что, если странный визитер захочет дотронуться до ее лица?
   Изобразив, что просыпается, Виктория чуть заворочалась в постели. Неведомый гость моментально отпрянул в сторону, но не исчез, а замер посреди комнаты. Прошло еще несколько секунд, прежде чем дверь снова скрипнула.
   Виктория чуть приоткрыла глаза, осторожно огляделась и, только убедившись, что осталась одна, соскользнула с кровати и подскочила к тазу. Ее тут же вырвало.

Глава 19

   Виктория погрузила кувшин в чан с кипящей водой. — У тебя когда-нибудь бывает выходной? Виктория вздрогнула от неожиданности; выскользнув из рук, кувшин исчез в воде. Она стремительно повернулась.
   — Никогда не смей подкрадываться ко мне! — прошипела она, ударив шерифа в плечо. Он усмехнулся:
   — Раньше подкрасться к тебе было невозможно.
   — Что тебе надо? — По всей видимости, его обескуражила столь негостеприимная встреча, и она решила чуть смягчить тон: — Прости. Сегодня я немного нервничаю.
   — Да уж наслышан. Оказывается, ты тут на всех кидаешься с ножом?
   — Не на всех, только па одного, — уточнила Виктория, выставив для наглядности палец. — Считаешь, напрасно?
   — Меня там не было.
   — Взгляни на Лили, и ты поймешь, почему этот сукин… — Виктория осеклась на полуслове и, взяв палку, попыталась вытащить из чана утонувший кувшин. Нервы ее были на пределе: очередная бессонная ночь из-за мерещившейся во всех темных углах фигуры Айви Лига давала себя знать.
   — Что случилось? — нахмурившись, поинтересовался Крис.
   — Ничего. — Вытащив кувшин, она поставила его на пол. Объятия Свифта заставили Викторию прогнуться. — Крис, я не в состоянии ни о чем говорить.
   В голосе ее прозвучало отчаяние, прежде он ничего подобного не слышал.
   Свифт с силой прижал ее к себе, и Виктория вдруг поняла, что именно этого и желала: в объятиях сильных, надежных рук ей стало спокойнее. Круговыми движениями он начал массировать ей спину. Расслабившись, она опустила голову ему на плечо и блаженно вздохнула.
   — Где ты научился этому?
   — Я — шайенн и умею очень многое, что касается… природы. К тому же я видел, как это делал мой отец, когда мать сильно уставала.
   — А я-то подумала, что ты всемогущий индейский шаман, хранитель вековой мудрости.
   — Мудрости? С тобой-то в руках? — рассмеялся он.
   — Как хорошо, Крис, — простонала она снова, когда его руки нажали сильнее. С каждым движением усталость и боль понемногу отступали.
   Он бросил на нее внимательный взгляд.
   — Возьми выходной. Съезди ко мне домой. Ты отдохнешь.
   Домой. К нему домой. Боже, какое сильное искушение!
   — Ты же как выжатый лимон.
   — Я не могу. — Не говорить же ему, что она задумала. Он наверняка запрет ее на засов.
   — Ты ведь обещала побыть со мной наедине.
   Наедине означало без маски. Она и сама страстно желала избавиться от надоевшей второй кожи, желала забыть о Бэкете, о своей работе, обмирая в объятиях Криса. Но об этом сейчас и речи быть не могло.
   — Да, я помню, но у меня появилась помощница, мне надо ее всему научить.
   Будто в подтверждение ее слов, неподалеку послышались шаги.
   Крис неохотно разжал объятия и, сделав шаг в сторону, принялся молча наблюдать, как Виктория принимает белье из рук пожилой женщины. Было видно, что любимая смертельно устала и руки ее заметно дрожали. Помощница оказалась весьма солидной матроной, и в летах. Ее строгое лицо словно предостерегало от излишних вольностей. На Криса женщина почти не взглянула. Он же сразу подметил в ней известную сноровку и решил, что обучать новую служанку нечему.
   Впрочем, какую вообще женщину надо учить стирать? Даже его мать, которая занимала в племени привилегированное положение, должна была время от времени выполнять эту работу.
   По всей видимости, Виктория просто хочет от него избавиться. Когда же наконец она начнет ему доверять? Между ними словно стояла какая-то невидимая преграда, и эта загадочная женщина совсем не собиралась ее устранять.
   Опрокинув последнее ведро, Виктория поставила его на пол и повернулась к Крису, но увидела лишь его исчезающую в дверном проеме спину.
   В полном отчаянии она опустилась на стул.
   Надо, в конце концов, выбирать. Или любящее сердце Криса, или схватку с серийным убийцей. И у нее совсем нет времени на раздумья: за последние дни она так вымоталась, что Айви Лигу не составит труда поймать ее на чем-нибудь в любую минуту.
   Опершись о стойку бара, Велвет оглядывала вечерних посетителей, время от времени останавливая глаза на одном из шахтеров, который буквально буравил ее взглядом. Бэкет делал свой ежевечерний обход, любезно здороваясь с постоянными посетителями и улыбаясь им странной улыбкой. Наблюдая за ним, Велвет вспомнила о Кларе, о том, с каким страхом говорила о хозяине новая служанка. Подумать только — она, «мадам» публичного заведения, так жалела эту несчастную, узнав в ней недавнюю себя — одинокую и неприкаянную, что даже стала ее опекать. А та вчера показала, что вполне способна постоять за себя, и не только за себя.
   Так мастерски выбивать дух из мужчин может лишь агент правительства или служащий сыскного агентства Пинкертона. Правда, трудно представить, что у Пинкертона служат женщины, но почему бы и нет?
   Услышав за спиной знакомый голос, Велвет быстро обернулась.
   — О, редкий гость! Вы что, поссорились с Абигайл? Густые брови Ноубла удивленно поднялись.
   — Ты знаешь все на свете.
   — О высоких и красивых мужчинах — безусловно. Бичем заметно смутился.
   — Не хочешь развлечься, Ноубл?
   Взяв из рук бармена бутылку пива, тот молча уставился на этикетку.
   — Если я поступлю так, то изменю ей.
   — Тогда зачем ты сюда пришел?
   — Наверное, чтобы понять это.
   Велвет горько усмехнулась. Ноубл был прекрасным человеком с большим сердцем, порой стеснительный, как ребенок. И почему он не встретился ей в молодости?
   Она легонько хлопнула его по плечу и, когда Ноубл обернулся и поднял голову, вложила в поцелуй весь свой опыт.
   Ноубл, естественно, не остался равнодушным, но все же испуганно отпрянул, глядя ей прямо в глаза.
   — Не пугайся, ты ей не изменишь. Я всего лишь товар, который можно купить за деньги, а ты для меня — только монеты. — Это была ложь, и они оба это знали. И потому Велвет угадала ответ, прежде чем он прозвучал.
   — Нет. Я не могу забыть о ней даже на минуту. Мисс Найт не собиралась рушить чью-либо судьбу из-за своей минутной слабости.
   — Ну, тогда иди к ней.
   Ноубл поднес к губам бутылку, но Велвет решительно остановила его:
   — Не пей! — И, забрав бутылку, чуть подтолкнула его.
   По-братски поцеловав ее в лоб, Бичем двинулся из салуна.
   Глядя ему в спину, Велвет сама отхлебнула из бутылки, а затем отвернулась. И тут же заметила, как в темном коридоре мелькнул чей-то силуэт. Не выпуская бутылки из рук, хозяйка сделала шаг в сторону, чтобы рассмотреть незнакомку. На лице ее отразилось изумление. Клара! Именно Клара старалась сейчас незаметно проникнуть в кабинет Бэкета.
   Сердце Велвет бешено забилось: если хозяин салуна обнаружит это вторжение, он просто убьет свою новую служанку. В его кабинет входить категорически запрещено!
   Велвет украдкой взглянула на Бэкета. Тот продолжал обход своих владений, широко улыбаясь, обмениваясь шутками и похлопывая ковбоев и шахтеров по плечам. Велвет снова перевела взгляд на дверь кабинета. Клара не появлялась. «Будь осторожна, девочка, — взмолилась Велвет. — Очень осторожна!»
   Виктория с силой нажала на лом, и ящик наконец поддался. В нем оказалось именно то, что она искала. Достав книгу, Виктория положила ее на стол и придвинула лампу.
   Боже милосердный!
   «Жизнь оставила ее вслед за надеждой на любовь. Было что-то величественное в ее медленном угасании. Ее последние жадные вздохи действовали на меня возбуждающе. Я пил ее дыхание, как густое бордо».
   Боже! Руки Виктории покрылись гусиной кожей, когда она пробегала глазами абзац за абзацем. Убийство в Вигите. Убийство в Блумингтоне. В каждой строчке сквозила уверенность в правоте своего дела. Преступления были описаны во всех леденящих душу подробностях, но Виктория не стала терять времени: вытащив мини-камеру из-под юбки, она принялась снимать страницу за страницей. Звуки извне в комнату почти не проникали, и ничто ее не отвлекало. Внезапно какой-то странный звук заставил ее замереть.
   Виктория медленно повернулась к окну и с облегчением поняла, что это вечерний ветерок треплет легкую занавеску. Она снова вернулась к своему занятию. Жаль, что у нее мало времени, а природа не наградила ее фотографической памятью.
   «Нам хотелось прикоснуться и ощутить друг друга. Мы заслужили материнскую заботу. Без этого в нашем сердце поселяется тоска».
   «Мы»?!» — удивилась Виктория, щелкая аппаратом.
   Но времени раздумывать над загадкой не оставалось, и она продолжала делать снимок за снимком, читая лишь отдельные слова из каллиграфически четких записей.
   Внезапно из-за двери донеслись приближающиеся голоса. Резко повернувшись, Виктория бросила взгляд на щель под дверью. Свет из салуна стал слабее.
   Казалось, сердце забилось у нее прямо в горле.
   Айви Лиг возвращался в свой кабинет.
   Велвет, лениво переругиваясь с ковбоем, убеждала его, что карты — не единственная радость жизни, как вдруг краем глаза заметила, что Бэкет, царственно подняв руки, попрощался с посетителями салуна и направился к своему кабинету.
   Мисс Найт поспешно двинулась ему навстречу.
   — Алдженон, — негромко окликнула она. Он замер у самого кабинета, положив ладонь на дверную ручку.
   — Да, Велвет, — кивнул он. — Ты насчет предложения купить «Жемчужину»?
   — Я должна сказать, что пока не в состоянии этого сделать, если ты не повысишь мне жалованье. Он удивленно поднял брови.
   — Я должен повысить тебе жалованье, чтобы ты смогла купить мой салун?
   — А где еще я могу заработать? Здесь ты хозяин, и именно ты распоряжаешься нашими заработками.
   — Трудись больше.
   Велвет с трудом сдерживалась, чтобы не бросить взгляд на дверь.
   — Тогда не ограничивай нас.
   — В чем?
   — Все эти купания, средства предохранения… Его лицо стало жестким.
   — Ни за что.
   Он повернулся к двери.
   — Ладно, — поспешно согласилась Велвет, хватая его за руку. Когда Бэкет изумленно глянул вниз, она тут же разжала пальцы. — Я накопила три тысячи.
   — Мы же говорили о пяти. Она застонала от досады.
   — Этого мне не собрать и за годы. Я должна посылать деньги ребенку…
   — Ребенку?
   Она растерянно заморгала, удивленная подобным поворотом разговора.
   — Ну… да. Мне пришлось ее отослать, потому что я не могу уделять ей время.
   Его взгляд выражал уже не случайный интерес, а враждебность.
   — Не можешь или не хочешь?
   — Работая здесь? Не могу. Ребенок не должен…
   Она осеклась, увидев ярость на его лице. Схватив Велвет за руку, Бэкет распахнул дверь и втолкнул ее в комнату.
   — Алдженон? — Таким хозяина салуна она не видела никогда. Ее сковал ужас.
   Бэкет обвел комнату глазами. В ней никого не было! — Что случилось?
   — Молчи, — еле слышно прошептал он, и она успокоилась, но в такой внезапной перемене настроения тоже было что-то странное. Очень странное.
   — Мне надо вернуться назад! — Он сжал ее руку сильнее.
   — Нет. Больше не надо. — Ты меня увольняешь?
   — Конечно, нет, моя дорогая. — Он поднял руку, слегка касаясь ее щеки, затем провел пальцем по шее.
   Велвет чуть расслабилась, решив, что в нем всего лишь | вспыхнуло вожделение. Обняв женщину за талию, Бэкет привлек ее к себе и, приложив губы к ее глазам, заставил ее сомкнуть веки. Но это продолжалось лишь мгновение — он отстранился, и Велвет снова открыла глаза… Лишь для того, чтобы увидеть его алчную улыбку и отблеск ножа, который он всадил ей в сердце.
   Достав из ванны мокрую простыню, Виктория начала яростно ее отжимать. Сердце ее все еще бешено колотилось. Всего лишь несколько секунд назад она вбежала в прачечную и схватилась за белье, чтобы не возбуждать подозрений. Отбросив мокрую простыню, Виктория окинула взглядом перевернутую ванну, под которой хранился ее рюкзак. После визита незваного гостя надежды на замок не осталось, и детектив решила держать рюкзак под рукой. К тому же надо было изучить захваченные с собой полицейские досье, чтобы сравнить их с содержанием дневника Бэкета.
   Внезапно послышался какой-то странный звук. Нахмурив брови, Виктория выхватила из кармана пистолет и стремительно метнулась к окну.
   На улице было темно, и лишь из дальних домов на дорогу лился тусклый свет. Тишина. Виктория спрятала пистолет в складках платья, продолжая внимательно вглядываться вдаль. Внезапно дорога перед салуном осветилась: видимо, Бэкет зажег лампу в своем кабинете. Лампа была столь яркой, что давала отблеск даже на стену противоположного дома.