Но этот свет горел всего лишь несколько секунд и погас так же внезапно, как и зажегся.
   Виктория осторожно выдохнула, затем разжала пальцы на рукояти пистолета и, достав из-под ванны рюкзак, двинулась к своей комнате. Только забравшись в постель и спрятав рюкзак под одеялом, она немного успокоилась, но, несмотря на усталость, заснуть ей долго не удавалось.
   Когда она все же погрузилась в сон, ей приснился Крис.

Глава 20

   В дверь осторожно постучали.
   Виктория подняла голову и туманным взором оглядела комнату. Сон никак ее не покидал. Тряхнув головой, чтобы прогнать дрему, женщина откинула одеяло. Все еще усталое, ноющее тело отказывалось ей повиноваться. Вставив в глаза контактные линзы, Виктория с испугом взглянула на дверь. Стук становился все громче и настойчивее. «Странно, — подумала Виктория, — в салуне знают, что я выхожу на работу с утра». К тому же до двенадцати все должны спать.
   Проверив, нет ли на маске морщин, Виктория чуть поправила шрам и накинула на плечи халат. Затем убрала подставленный под ручку стул и распахнула дверь.
   — Ты не видела Велвет? — спросила Ди с округлившимися в тревоге глазами.
   Виктория бросила внимательный взгляд на двух девушек, стоящих за Ди. Лицо Лили еще хранило следы побоев, Присс же выглядела так, словно у нее и не было бессонной ночи.
   — Сегодня нет. А что случилось? — Задавая этот вопрос, она уже знала ответ.
   — Велвет нигде нет, а ее кровать осталась нетронутой. Виктория с трудом проглотила подступивший к горлу комок и пригласила девушек в комнату.
   — Кто видел ее последним?
   — Я была свидетельницей, как она разговаривала с помощником шерифа, но он не видел ее после этого, — выдохнула Присс.
   — Вы говорили с мистером Бэкетом? Ди нахмурилась:
   — Нет, он все еще спит.
   — Не с тобой ли он был этой ночью? Ди сжала воротник платья, в этом движении сквозила гордость.
   — Со мной.
   Виктория устремила на нее удивленный взгляд.
   — С какого часа?
   Ди гневно сверкнула глазами:
   — Почему ты суешь нос в чужие дела?
   — Потому что мы ищем Велвет, Ди, — твердо ответила Виктория
   — С часа ночи.
   «Разберись спокойно, — приказала себе Виктория. — Если Ди пришла к нему в час, а я покинула кабинет в десять тридцать, значит, в запасе у него два с половиной часа. Достаточно, чтобы совершить убийство и избавиться от тела».
   — Сэди говорила, что мистер Бэкет провел Велвет в свой кабинет.
   Виктория стиснула столбик кровати с такой силой, что ее кулаки побелели.
   — В котором часу?
   — Не знаю, я не спрашивала. Виктория резко обернулась:
   — Так спроси!
   Ди пулей выскочила из комнаты. Вернулась она почти мгновенно.
   — Она не может сказать точно, где-то около одиннадцати, может, позже. Ее больше волновали ее посетители, а не то, с кем ведет разговоры Велвет.
   Виктория подняла голову.
   — Разговоры?
   Ди с вызовом подбоченилась.
   — О чем они говорили, она не знает. О чем Вел могла просить Бэкета? Она говорила нам, что собирается на время уехать, повидать своего малыша.
   — Почему ты сразу не сказала, Ди? — У нее словно от сердца отлегло. — А может, Велвет просто уехала? Как долго она обычно отсутствует?
   — Только одну ночь, — тихо произнесла Лили.
   «Ладно, — подумала Виктория, — значит, она совсем скоро вернется. Чтобы убедиться в верности этого предположения, надо только расспросить возницу дилижанса и владельцев конюшен, что сдают лошадей напрокат».
   — В таком случае нам нет смысла до завтрашнего дня что-либо предпринимать.
   — А я особо и не волновалась, — сказала Присс. — Это Ди расстроилась, что Бэкет взял не ее.
   — Что? — удивленно повернулась к ней Виктория.
   — Он не хочет ее трахать, Клара, — пояснила Присс. — Когда она у него, он почему-то плачет.
   Плачет? Бэкет? Служанка взглядом попросила объяснить.
   — Он кладет ей голову на грудь, и ее платье становится мокрым.
   Странно. Сердце Виктории тревожно кольнуло, но тем не менее она лишь беспечно повела плечом и посоветовала девушкам отправляться к себе.
   Закрыв за ними дверь, Виктория сбросила с себя халат и стала поспешно одеваться. Час настал! Она уже достаточно поработала прислугой. Пора теперь искать ответы на все стоящие перед ней вопросы.
   Достав из рюкзака бумаги, Виктория разложила на кровати все, что удалось собрать о серийном убийце Коулу, а также собственные выписки из полицейских отчетов и копии протоколов вскрытия. Однако ей не удалось найти ответ на вопрос, почему Алдженон Бэкет, состоятельный, высокомерный человек и хладнокровный убийца, плачет в объятиях шлюхи.
   И куда могла пропасть Велвет Найт?
   — Вы второй человек, который про нее спрашивает. Что случилось, мистер Бичем?
   — Пока ничего, — пожал плечами Ноубл. — Но ее исчезновение выглядит странным.
   Попрощавшись, помощник шерифа развернул лошадь и направил ее к управлению, время от времени останавливаясь, чтобы перекинуться парой слов со своими подручными насчет поисков Велвет. Черт побери, Велвет, куда же ты запропастилась?
   Проезжая по улице, Ноубл внимательно оглядывал каждую повозку и каждого прохожего.
   Добравшись до места, он спрыгнул с лошади, вытер ноги и шагнул через порог.
   — Нашел что-нибудь? — спросил Крис, поднимая голову от бумаг.
   — Нет. Знаешь, ее ищет кое-кто еще.
   Понятно, что речь идет о Виктории. Хотя Крис не видел ее со вчерашнего дня, он не сомневался, что та уже знает об исчезновении Велвет.
   — Ты взял показания у девушек?
   — Они еще спят, — ответил Ноубл. — Черт, похоже, их это совсем не волнует.
   — Я сам съезжу в «Жемчужину». Бичем бросил взгляд на часы.
   — Там все еще спят.
   — О черт! — ругнулся Крис, направляясь к двери.
   Он быстро зашагал к «Жемчужине», едва владея собой от гнева и отчаяния. Прохожие поспешно уступали ему дорогу, но шериф их даже не замечал, целиком поглощенный загадочным исчезновением Велвет.
   Подойдя к салуну, он не стал входить внутрь, а сначала обошел здание кругом. Какое-то шестое чувство заставило его задержаться у двери, которая вела с улицы в кабинет Бэкета. Наклонившись, шериф вгляделся в порог и сразу же заметил совсем свежие царапины. Словно здесь прошаркали в домашних тапочках, на которые налипли частицы песка. Но Бэкет не мог выходить на улицу в тапочках!
   Крис перевел взгляд на землю и обнаружил почему-то мокрые следы ботинок, а рядом — как будто бы следы дамских туфелек. Дальше шли следы лошади, чересчур глубокие для обычного всадника.
   Присев на корточки, шериф сдвинул шляпу на затылок. Не иначе одна лошадь несла двух наездников. По его спине пробежал холодок.
   Выпрямившись, шериф вошел в салун и тотчас оглядел посетителей, пытаясь разыскать Викторию, но ее нигде не было. Стараясь справиться с растущим беспокойством. Крис направился к кабинету Бэкета. Постучав, он назвался и. когда дверь открылась, шагнул в комнату.
   — Рад вас видеть, шериф.
   — Где Велвет?
   Владелец салуна нахмурился.
   — Не могу сказать. Она что-то говорила о своем ребенке. — Говорил он, как всегда, самоуверенным тоном, но улыбался как-то очень уж странно. Крису даже на миг показалось, что перед ним совсем незнакомый ему человек.
   — Ребенок? У Велвет?!
   — Да. И для меня это было полной неожиданностью. Думаю, она решила его навестить. — На лице Бэкета отразилось участие. — Жаль, что она меня не предупредила. Работа есть работа.
   — Когда она исчезла? — Пройдясь по комнате, Крис выглянул в окно.
   — Вроде бы вчера вечером.
   «Ночью дилижансы не отходили, — подумал Крис. — А может, она села на поезд?»
   — Мне нужно опросить ваших людей. — Крис едва удержался от того, чтобы не дотронуться до свежих следов на подоконнике.
   — Чувствуйте себя как дома. — Бэкет махнул рукой. — Но я не уверен, что вас в этот час встретят приветливо. Шериф подозрительно прищурил глаза:
   — Вы не очень-то переживаете по поводу ее исчезновения.
   — Велвет — взрослый человек. Невозможно заставить ее делать что-либо против воли. Мисс Найт прекрасно знает, что она — самое большое богатство «Жемчужины» и в этом городе никогда не останется без работы.
   — А мисс Мэрфи? Где она?
   Бэкет неопределенно пожал плечами.
   — Она попросила выходной, и я ей не отказал. Эта девушка неплохо работает.
   «Лучше, чем ты думаешь», — подумал Крис, двинувшись к выходу. Проходя мимо стола, он задел массивный фолиант с бухгалтерскими записями, и тот с грохотом рухнул на пол. Извинившись, шериф присел, чтобы поднять книгу, и вдруг его внимание привлекло светлое пятно на паркете. Значит, совсем недавно это место мыли. Бросив быстрый взгляд на выходящую на улицу дверь, Крис увидел, что она заперта на засов.
   — Что-нибудь не так, шериф?
   Свифт поднялся на ноги и, не отвечая, молча двинулся к выходу. Выйдя из кабинета, он, подняв голову, пробежал взглядом по дверям верхнего этажа. Интересно, ведет ли Виктория сейчас свое расследование? Хотелось бы надеяться. Поскольку она знает что-то такое, чего не знает он. В его же руках лишь слабые косвенные улики.
   Медленно, ступенька за ступенькой, Крис преодолел лестницу, постучав, толкнул дверь в комнату Виктории.
   И… замер на месте. В глаза сразу бросился открытый шкаф. Вещей в нем не было. Исчезла не только Велвет, исчезла и Виктория.
   Через час Свифт хотел только одного: кулаками выбить из Бэкета признание. Он уже расспросил всех владельцев магазинов, каждого из прохожих — никто не видел ни Велвет, ни Клары. Единственной уликой были следы у двери кабинета Бэкета и то, что именно владелец салуна разговаривал с Велвет последним.
   Вернувшись в контору, шериф увидел Бичема, мирно беседующего с Дженни Макларен.
   — Вот, получила от знакомого врача из Блэк-Холла — • Она протянула Ноублу телеграмму.
   Крис заглянул помощнику через плечо.
   «Нужна помощь. Не могу установить причину смерти. По-видимому, у жертвы внутреннее кровотечение. Внешних повреждений не обнаружил. Обстоятельства крайне странные».
   Внутри у шерифа все сжалось.
   — Попроси его сообщить подробности.
   — Я так и сделала. Ответ, наверное, придет через пару часов. — Дженни удивленно подняла глаза. — Никогда не видела тебя таким расстроенным. Могу я чем-нибудь помочь?
   — Нет, благодарю, но дай мне знать, как только получишь ответ.
   Кивнув, Дженни поднялась со стула и покинула кабинет. Свифт повернулся к Ноублу:
   — Клара тоже исчезла. Бэкет сказал, что дал ей выходной. Ноубл помрачнел:
   — А ты думаешь, это не так?
   — Да, черт возьми! Из ее комнаты исчезли абсолютно все вещи.
   Никогда прежде Ноубл не слышал в голосе своего босса столько отчаяния.
   — А может, она ушла, чтобы что-то сообщить тебе?
   — Возможно. — Сорвав с головы шляпу, шериф швырнул ее на стол, затем потер воспаленные глаза. — Пошли человека последить за Бэкетом, только предупреди, чтобы он был очень осторожен. Наблюдатели должны меняться каждые два часа.
   Ноубл удивленно поднял брови, однако вопросов задавать не стал. Владелец салуна и ему казался подозрительным.
   — Может, эта Клара просто перестала маскироваться? Крис нахмурился:
   — Нет, она не просто так меняла облик. Без маски ей здесь находиться опасно.
   — Ты видел ее настоящую? Какая она на самом деле?
   Кого мне искать?
   Губы Криса дрогнули, морщины разгладились, он даже улыбнулся.
   — Высокая, с прекрасной фигурой, тренированными мышцами, но это ты и сам уже смог почувствовать. Золотистые волосы вот такой длины! — Он показал на свое плечо. — Глаза, как у горного льва.
   Ноубл буквально вскочил из-за стола.
   — Что случилось? — удивился Крис, увидев, как лицо помощника побагровело.
   — Кленси этим утром сдал в аренду лошадь какой-то высокой женщине. Сказал, что она очень спешила.
   — А не спросил куда?
   — На поезд.
   Выскочив из-за стола, Крис стремительно рванулся к двери. И тут вмешался помощник Ноубла:
   — Я слышал, вы говорили о длинноногой женщине. — Бичем повернулся. — Похоже, именно о ней мне говорил Лаки.
   Ноубл тотчас направился к двери, но Цезарь уже унес шерифа далеко вперед, взметнув клубы серой пыли.
   А на расстоянии примерно двух кварталов от конторы шерифа на ступеньках гостиницы сидел Лаки и кидал камешки в какую-то невидимую цель. Напустив на себя равнодушный вид, чтобы не спугнуть мальчишку, Бичем спокойно зашагал к гостинице. Вряд ли от Лаки будет много пользы, но на сегодня он последний, кто видел эту загадочную женщину.
   Однако стоило помощнику шерифа окликнуть парня, как тот вскинул на него круглые настороженные глаза и, слетев со ступенек, исчез за углом.
 
   Натянув поводья, Крис огляделся. Именно в этом лесу он когда-то нашел ее спящей. Надежда обнаружить здесь следы Виктории стала последней соломинкой, за которую он мог ухватиться. Но, оглядев землю прищуренными от заходящего солнца глазами, он не обнаружил ничего такого, что свидетельствовало бы о недавнем посещении этих мест кем бы то ни было.
   Сердце его тревожно сжалось: Виктория исчезла без следа.
   Крис что было сил вцепился в поводья.
   «Вернись, Вик! Я помогу тебе в расследовании. И не стану больше требовать, чтобы ты раскрыла свои секреты. Только вернись!»
   Он вспомнил сон, который видел перед их самой первой встречей: сгустившийся туман превращается в ягуара. Грациозно ступая по земле, дикая кошка приближается к нему. И смотрит на него человеческими глазами.
   В его племени верили, что сны могут предсказывать и предостерегать. Прожив много лет среди белых. Крис уже не придавал снам такого значения. Но сон стал явью — женщина, явившаяся к нему во сне, встретилась ему и в жизни. В том сне она растворилась в тумане — исчезла она и в реальности. Навсегда.
   «Не навсегда! — С этой просьбой обратился Крис к темнеющим небесам. — Великий Дух, ты посылаешь вещие сны, чтобы предупредить о возможности, которую не следует упускать. Но такой возможности еще не представилось. Дай хотя бы шанс, Великий Дух. И если она захочет потом исчезнуть, я не буду ей препятствовать».
   Но ничто в природе не откликнулось на его мольбу — только защебетали птицы да заскрипело от ветра засохшее дерево.
   — Давай, мальчик, — негромко произнес Крис, посылая лошадь вперед. Придется возвращаться без Виктории.
   На всякий случай Крис оглянулся еще раз. Лес показался ему величественным и загадочным. Где-то здесь «скрыта тайна ее появления, тайна, с которой связаны все ее секреты.
   Повернув лошадь, Крис пришпорил ее и перевел в галоп. Он задействует всех своих помощников и всех своих друзей, но исследует эту землю до последнего клочка.

Глава 21

   Два дня.
   Прошло уже два дня, наступил третий, , а он все еще не мог найти ни единого следа Виктории.
   Понуро обхватив голову руками, Крис сидел за столом. От бессонных ночей у него ломило затылок, от долгой езды на лошади он едва был способен сидеть на стуле, желудок горел, в горле пересохло, поскольку все это время шериф лишь взбадривал себя кофе.
   И все усилия пошли прахом. Правда, можно еще расспросить Лаки, но этот мальчишка неизвестно когда появится. Тем не менее именно он был последним, кто видел Викторию живой.
   «Господи! Что за мысли лезут мне в голову?»
   Он постарался убедить себя, что Виктория очень разумная и осторожная женщина. К тому же прекрасно подготовленная.
   «Она так и не захотела сказать, откуда у нее такая подготовка».
   Стараясь выбросить из головы эту мысль, он повертел в руках телеграмму, которую ему передала Дженни.
   «Она о многом не захотела сказать».
   Бумага порвалась — он слишком сильно вцепился в телеграмму.
   Крис сунул листок в карман рубашки. Что же скрывает эта женщина? Встреть он ее сейчас, обязательно схватил бы за плечи и вытряс бы все тайны до единой.
   Поднявшись со стула, чтобы налить себе кофе, Крис внезапно заметил, что у него дрожат руки. «Черт бы тебя побрал, Вик! Ненавижу, когда из меня делают дурака».
   Скрипнула дверь. Обернувшись, шериф увидел переступившего порог Ноубла. Едва взглянув на Свифта, тот все понял. И как-то разом помрачнел.
   — Ты устал, сынок. Иди домой. Крис отхлебнул кофе.
   — Нет. — Он упрямо мотнул головой. — Не могу.
   Он никак не мог избавиться от чувства, что с Викторией произошло что-то ужасное. Ее могли убить. Или на нее напали дикие животные. Или захватили индейцы.
   Он пытался успокоить себя тем, что исчезновение женщины как-то связано с ее таинственной миссией, но почему тогда она не обратилась к нему?
   Поставив чашку на стол и подхватив с крючка шляпу, шериф двинулся к двери.
   — Сделаю еще один объезд.
   — Ты уже обшарил всю округу. Пожалей хотя бы Цезаря: он и за два года столько не проскачет.
   — Я буду искать ее, пока не найду. — «Или пока не умру», — добавил он про себя. Сознание того, что Виктория, возможно, в опасности, мучило, словно сильная боль. К тому же он еще и злился — за то, что она своим исчезновением заставила его страдать, за то, что не раскрыла своих секретов и он теперь не знает, где ее искать. — Проедусь разок, а потом уж домой.
   — Давай, — махнул на прощание Ноубл.
   Только сейчас Крис заметил в его руке телеграмму.
   — Что это? — кивнул на бумагу Крис. Бичем заметно смутился: похоже, он и забыл про нее. Поспешно протянув сообщение Свифту, он сказал:
   — Думаю, ты единственный, кто может это понять.
   Крис удивленно развернул желтый листок и весело рассмеялся. Это было переданное английскими буквами сообщение на языке шайеннов. Во время гражданской войны Крис сам отправлял подобные телеграммы. В переводе она гласила:
   «Ничего не нашел ТОЧКА ВМ не существует ТОЧКА Пало тоже ТОЧКА Если нужно могу приехать через два дня ТОЧКА Маккрэкен»
   Это была уже четвертая телеграмма. Первая пришла из военного ведомства, вторая — из агентства Пинкертона, третья — от человека, которому шериф когда-то очень помог. Все четыре телеграммы свидетельствовали против женщины, называющей себя Викторией Мэйсон.
   Ноубл внимательно следил за выражением его лица.
   — Она уехала из этих краев, сынок. — Подняв голову, Свифт бросил удивленный взгляд на помощника. — Постарайся забыть ее. Она всем нам морочила головы со своими именами и нарядами. Может, она из тех, кто…
   Он не успел закончить — Крис схватил его за грудки.
   — Замолчи! Она отважная и честная женщина!
   «Это любовь, — вздохнул про себя Ноубл. — Любовь, которая не принесет ничего, кроме горечи». Поскольку, по его мнению, Виктория исчезла навсегда. Ведь за два дня поисков ее так и не нашли.
   — Ладно, шериф. Тебе виднее
   Словно опомнившись, Свифт разжал пальцы. Затем внезапно сделал шаг назад.
   — Прости, Ноубл.
   Помощник лишь ободряюще хлопнул его по плечу.
   — Ответь на телеграмму и отправляйся спать. Если появится что-нибудь новенькое, я немедленно тебе сообщу. Молча кивнув, Крис повернулся к двери. -
   — И прими душ, — кинул ему вслед Ноубл. Шериф опустил взгляд на свои измятые брюки и рубашку, густо покрытую серой пылью.
   — Ты что-то сказал про душ?
   — Ты весь пропах потом.
   Крис слабо улыбнулся — в первый раз за последние дни, но уже через мгновение улыбка исчезла. Натянув шляпу, он двинулся на почту, чтобы послать телеграмму. Затем вскочил на Цезаря и решил еще раз объехать улицы и опросить всех помощников. Но те лишь головой качали. С каждым таким ответом на душе шерифа становилось все тяжелее, и каждый раз он вспоминал просьбу Виктории не расспрашивать о ее работе, держаться от нее подальше и не надеяться, что она здесь надолго. Наверное, она выполнила свою миссию и покинула город. Но уйти вот так, не попрощавшись? Или причина в чем-то другом? Может, что-то очень срочное?
   «Она просто получила какое-то известие, — попытался успокоить себя Крис, — и приступила к своей работе». И она, конечно же, жива.
   Резко развернув лошадь, шериф поскакал домой Он был уже не в состоянии держаться в седле, воспаленные глаза слипались Если даже ему удастся что-либо узнать сейчас о Виктории, он все равно будет не в силах как-то помочь.
   Крису оставалось только обратиться к богу. К богу своего племени. На языке шайеннов.
   И он вложил в мольбу всю боль своего сердца.
   Войдя к себе в комнату, Крис подтащил стул и обесси-ленно сел за стол. Пытаясь отвлечься, он стал перебирать полученные счета, но никак не мог сосредоточиться: цифры плясали в его глазах. Вздохнув, он отложил бумаги в сторону. Ванна и еда несколько восстановили его силы, и теперь Крис с нетерпением ждал рассвета, чтобы снова приступить к поискам. Первую ночь он и его помощники пытались искать и во тьме, с факелами, но свет оказался очень слабым, а местность вокруг чересчур холмистой.
   Чувствуя, как усиливается его тревога, шериф достал из бара графин с бренди, налил полный стакан и залпом осушил его. Заигравший в жилах алкоголь несколько успокоил, но, видимо, недостаточно, и Крис налил себе еще.
   — Это не поможет, милорд, — раздался вдруг негромкий голос от двери.
   Свифт резко обернулся. В комнату вошел Рэндел, бросил взгляд на недоеденный завтрак на столе, смятые газеты и беспорядочно разбросанные по полу вещи.
   Крис терпеть не мог непрошеных советов.
   — Брось! — Он не раздумывая ополовинил содержимое. Рэндел недовольно поморщился, но промолчал.
   — Черт бы тебя побрал, Рэндел! — Крис с раздражением швырнул стакан в камин, осколки разлетелись во все стороны.
   Рэндел удивленно перевел взгляд с хозяина на осколки и капли бренди на полу. Таким он Кристофера Свифта не видел никогда: тот стоял, сжав кулаки, бледный, напрягшийся, словно пружина. Заметив ярость в глазах хозяина, Рэндел счел благоразумным немедленно ретироваться.
   Но не успел он покинуть комнату, как на пороге появилась Абигайл. Заметив царивший в комнате беспорядок, она укоризненно воскликнула:
   — Кристофер!
   Крис, ни слова не говоря, вышел из комнаты. Каждый его шаг по коридору и по лестнице гулко разносился по всему дому, затем с грохотом закрылась дверь спальни.
   Дворецкий и экономка молча переглянулись, затем Абигайл шумно выдохнула. Она могла лишь молиться за Криса, чье сердце было разбито, и за то, чтобы женщина, которая сделала это, вернулась.
   Повертевшись в кровати, Крис взбил подушку и лег на спину. Рассвет еще не скоро, а его так и распирает. Отец говорил, что свою энергию Крис унаследовал от белых людей, как и нетерпение, и вспыльчивый характер, который постоянно приходилось обуздывать. «Сегодня, — подумал он с сожалением, — ничего не получится». Удивительно, но с каждым часом, что проходил после исчезновения Виктории, она становилась в его памяти все зримее и ярче. Его восхищал ее характер, сила духа, бесстрашие, желание действовать и в то же время ранимость, свет ее глаз, ласково обнимающие его руки. Ему захотелось снова заключить ее в свои объятия, захотелось так нестерпимо, что он протяжно застонал. Неужели ему никогда больше ее не увидеть?
   — Шериф? Вы спите?
   Крис вскинул голову, услышав чей-то шепот. Может, она? Но нет, голос незнакомый. Крис протянул руку за пистолетом.
   Его снова окликнули. Чувствуя, как бешено забилось сердце, он спустил ноги с кровати.
   — Лаки? — Шериф чиркнул спичкой. Та с шипением зажглась, и в темноте он разобрал лицо мальчишки.
   С трудом подавив желание вытрясти из парня новости, Свифт медленно поднялся с кровати и неспешно подошел к окну.
   Лаки, не обращая внимания на дверь, деловито взобрался на подоконник. Ноги мальчишки были босы, волосы взъерошены, оборванная одежда в грязи. У Криса екнуло сердце: парень выглядел хуже бездомной собаки.
   Подойдя к стулу, Лаки сдернул с него брюки и сунул их Крису. «
   — Надевайте, пойдем.
   — Куда? — удивился Крис, но поспешно оделся и затянул ремень.
   — Быстрее. — Лаки оглянулся на дверь с такой опаской, словно за ней таилось чудовище. — Пожалуйста!
   Шериф вмиг покрылся испариной. Лаки видел Викторию последним. Ни одному из помощников еще не удавалось его допросить. Если он так торопит, она, возможно, лежит где-то в луже крови, не в силах добраться до него сама.
   Пока он спешно шнуровал ботинки, Лаки деловито обошел комнату, стараясь держаться подальше от двери. Взяв книгу, он перегнул ее, и страницы, распрямляясь, зашуршали у него в руках. Читать Лаки не умел.
   — Куда мы направляемся, сынок? Парнишка нахмурился:
   — Я вам не сын. Я ничей.
   Он отвернулся к окну. Лунный свет осветил его грустное лицо.
   Крис подошел к Лаки и дружески похлопал его по плечу.
   — Каждый человек чей-нибудь сын. Если ты не знаешь своего отца, то мог бы зваться моим сыном.
   Неопределенно пожав плечами. Лаки опять залез на подоконник.
   Шериф поймал его за руку.
   — Мы можем воспользоваться дверью. Мальчишка отчаянно затряс головой, в глазах его мелькнул панический страх.
   — Мисс Абигайл заставит меня мыться.
   Не сдержав улыбки, Крис подхватил со стула кобуру с пистолетом.
   — Это не обязательно, — бросил Лаки через подоконник. — Она уже мертва.

Глава 22

   Первое, что он почувствовал, — тошнотворный запах. Запах смерти. Он зловонной струей врывался в живительную прохладу ночного воздуха, и Крис, высоко подняв фонарь, мысленно обратился к небесам: «Только не Виктория!»