Сэм вдруг осознал, что сорок лет назад этот человек был молокососом,
изучавшим то, что Сэму уже давно было известно. Все на мгновение
уменьшилось перед ним, как будто он смотрел на Малларда с огромной высоты.
Он бессмертен...
Но уязвим. Он убрал из голоса пьяные интонации, но не возраст.
Сказал:
- Поговорим наедине. - Маллард осмотрел его пристально. Сэм едва не
улыбнулся. Когда они остались наедине, он спросил: - Слышали когда-нибудь
о Сэме Риде?
- Рид? Рид? А, этот парень колонии. Конечно. Сонный порошок, так?
- Не совсем. Но на очень долгий срок. Я Сэм Рид. В первый момент
Маллард не реагировал. Он, очевидно, рылся в памяти в поисках подробностей
давно забытого скандала времен своего детства. Но поскольку афера с
колонией была уникальной в истории башни, он спустя некоторое время
вспомнил.
- Рид мертв, - заявил он. - Все знают...
- Я Сэм Рид. Я не мертв. Конечно, я спал под воздействием порошка, но
это можно излечить. Я долго находился на поверхности. И теперь вернулся.
- Ну и что?
- Ничего особенного. Я упомянул об этом, чтобы доказать, что мои
расписки имеют цену.
Маллард фыркнул.
- Вы ничего не доказали. Никто не возвращается с поверхности богатым.
- Я оставил деньги здесь, перед уходом.
- Я помню все. Правительство отыскало ваши тайники. После этого у вас
не осталось и пенни. - Маллард говорил раздраженно.
Сэм заставил себя говорить хрипло.
- Вы считаете, что семь тысяч кредитов - ничто? - воскликнул он в
старческом гневе.
Маллард улыбнулся легкости, с какой он поймал старого дурака.
- Откуда я знаю, что вы Сэм Рид? Можете доказать?
- Отпечатки пальцев...
- Слишком легко подделать. Впрочем, сетчатка глаза, - Маллард
колебался. По-видимому, он не мог принять решение. Но немного спустя он
повернулся и заговорил в микрофон. Раскрылась дверь, и вошел человек с
громоздким фотоаппаратом. По его требованию Сэм посмотрел в объектив и
чуть не ослеп от вспышки. Потом они долго ждали в молчании.
Настольный передатчик зажужжал перед Маллардом. Тонкий голос
произнес:
- О'кей, доктор. Снимок сверен с материалами картотеки. Это ваш
человек.
Маллард щелкнул переключателем и сказал:
- Ладно, парни, заходите. - Двери открылись, и вошли четверо. Маллард
бросил им через плечо: - Это Сэм Рид, парни. Он хочет отдать нам семь
тысяч кредитов. Поговорите с ним об этом.
Четверо придвинулись к Сэму Риду.
Методы допроса не изменились. Здесь, на Скид Роу, они основывались
главным образом на физической боли и обычно действовали. Подействовали они
и на Сэма Рида. Он выдерживал столько, сколько может старик, а потом
заговорил. Был момент, когда он испугался, что борода выдаст его. Но
художник знал свое дело. Суррогатная ткань держалась прочно, пока Сэм не
глотнул из бутылки, которую держал в кармане.
Дыша коротко и тяжело, он отвечал на вопросы дока Малларда.
- У меня... есть тайник. Открывается кориумным ключом...
- Сколько кориума?
- Фунт... и три четверти...
- Почему вы до сих пор не взяли эти семь тысяч?
- Я только... только что с поверхности. Все остальные тайники...
нашли... но не этот. И я не могу открыть его без кориумного ключа. Где
мне... взять столько кориума? Я разбит. Семь тысяч кредитов... а я не могу
купить ключ, чтобы открыть замок!
Маллард почесал за ухом.
- Порядочно кориума, - заметил он. - Впрочем, это самый безопасный
замок в мире.
Сэм кивнул со стариковской гордостью.
- Его не открыть без точного количества радиоактивности...
сфокусированной на замке. Я был хитер в старые дни. Вы должны знать точное
количество...
- Фунт и три четверти, - прервал его Маллард. Он сказал одному из
своих людей: - Выясните, сколько это стоит.
Сэм откинулся, скрывая улыбку в бороде. Это была холодная улыбка. Ему
не нравился Маллард и его методы. Старый знакомый гнев, с которым он
прожил сорок лет, возвращался к нему - знакомое нетерпение, желание
уничтожить все, что стоит на его пути. Теперь Маллард... Сэм сжал пальцы в
кулак, думая о том, как приятно было бы сжать ими обмазанную маслом шею.
И вдруг впервые ему пришла в голову новая мысль. Разве убийство -
удовлетворительное мщение для бессмертного? Теперь перед ним открывались и
другие возможности. Он мог подождать и наблюдать, как медленно будет
умирать его враг. Он мог позволить ему состариться.
Он поиграл этой мыслью. Время... как много его впереди и как мало! Но
он должен сделать все, чтобы иметь возможность использовать свое
бессмертие.
Первый шаг - это тайник, куда он пойдет вместе с бандой.
Один неловкий шаг восьмидесятилетнего старика.
В подвале Сэм неохотно показал доку, куда поместить кориумный ключ.
Кориум - активированный уран 233 - явно не был игрушкой. Он находился в
специально изолированном ящике, слишком большом, чтобы поместиться в
кармане. Вместе с ним док принес и сложенный щит - приспособление для
защиты от излучения. Он поставил ящик в указанное Сэмом место.
В подвале, кроме Сэма, находилось четверо: док Маллард и трое его
подчиненных. Все они были вооружены. Сэм - нет. Снаружи, в переулке,
находился еще один человек. Единственное приготовление, которое успел
сделать Сэм, заключалось в том, что он налил "открепляющую" жидкость в
бороду. Теперь этот придаток легко снимался.
Было так тихо, что хорошо слышались звуки дыхания. Сэм начал глубоко
дышать, накапливая запасы кислорода: скоро они ему понадобятся. Он следил,
как Маллард тщательно прилаживает щит и ящики с кориумом. Ящик очень
походил на фотоаппарат и, как фотоаппарат, имел спусковой механизм и
защитное устройство типа диафрагмы.
- Здесь? - спросил Маллард, тыча пальцем в пластиковую стену.
Сэм кивнул.
Маллард нажал кнопку и отступил за щит. Щелк!
И все.
Сэм торопливо сказал:
- Тайник чуть выше, чем я говорил. - Он, спотыкаясь, двинулся вперед.
Но один из сопровождающих схватил его за плечо.
- Только покажите нам, - сказал он. - Может, вместе с деньгами лежит
пистолет.
Сэм показал. Маллард ощупал кирпич пальцами. Удовлетворенно хмыкнул.
- Я думаю... - начал он и потянул на себя кирпич.
Сэм сделал глубокий вздох и держал глаза открытыми, пока не увидел,
как облако дыма начало выходить из тайника. В то же время он не терял из
виду ящика с кориумом. Затем начал двигаться. Двигался он быстро, слыша
звуки удивленных голосов, а затем звук выстрела. Луч не тронул его. Он
ощутил в руке острые углы ящика с кориумом и, наклонившись, свободной
рукой подобрал другой кирпич у стены. Кориум исчез в углублении стены, и
кирпич плотно закрыл вход в тайник.
- Не стреляйте, - кричал Маллард. - К двери! Поллард! Не входите
сюда! Задержите Рида...
Сэм был уже у двери. Открыв глаза, он ничего не увидел в густом
облаке дыма, переливавшемся через порог, но услышал чей-то вопросительный
возглас. Поллард! Он согнулся, нащупывая кусок металла, который приметил
здесь. Его не было. Нет, он коснулся его, пальцы его любовно сжали жесткий
холодный металл. Сквозь дым он увидел Полларда.
Тот наставил на него пистолет. Сэм спросил:
- Где Рид? Он...
Этого было довольно. Пальцы Полларда на мгновение отпустили курок, он
пытался рассмотреть, что за фигура появилась перед ним в дыму. Оружие Сэма
было наготове. Он ударил им Полларда в лицо. Услышал приглушенный вскрик.
Поллард начал падать. Прежде чем он упал, Сэм перепрыгнул через его тело и
побежал. Пробежав 14 футов, он завернул за угол. Немедленно сбросил плащ и
бороду. Они отправились в карман, не образовав заметных утолщений. Он
сорвал шляпу, искусно изменил ее форму и снова надел ее. Упал на тротуар,
повернулся в противоположную сторону и быстрым движением сменил пряжки на
башмаках, так что открылись яркие банты. Надобности в красной краске не
было: у него и так руки были в крови, не его собственной. Он обмазал
кровью лицо.
Потом посмотрел назад и тут же услышал топот.
Док Маллард и один из его бандитов выбежали из-за угла. Они
остановились, оглядываясь, и, увидев Сэма, бросились к нему. Еще один
выбежал в переулок и направился к Малларду, размахивая пистолетом.
Сэм ощупал подбородок, помигал и сделал неуверенный жест. Он сказал:
- Ч... что... - голос у него больше не был старческим.
В переулок выбежал четвертый бандит.
- Поллард мертв, - крикнул он.
- Заткнись! - сказал Маллард, скривив рот. Он посмотрел на Сэма. -
Куда он пошел? Старик...
- Туда, - показал Сэм. - Он... налетел на меня из-за угла. Я... у
меня кровь идет из носа. - Он посмотрел на свои окровавленные пальцы. -
Да. Вон туда...
Маллард не стал ждать. Окликнув своих людей, он вместе с ними
бросился в указанном Сэмом направлении. Сэм осмотрелся. На Пути народу не
было, но один прохожий направлялся к Сэму.
Сэм встал и знаком попросил доброго самаритянина продолжить свой
путь.
- Все в порядке. Я не ранен. - Вытерев кровь с лица, он пошел.
Завернул в тот переулок, откуда появился. Особой необходимости
торопиться не было. Маллард гонится за стариком, уверенный, что тот никуда
не денется. Сэм решил, что позже он вернется в подвал, но не немедленно.
Дым все еще валил из двери. Сэм споткнулся о тело Полларда и
благодаря этому определил, где вход. Внутри, в подвале, он сориентировался
в темноте и затем отыскал незакрепленный кирпич. Достав ящик с кориумом,
он положил кирпич на место. Тридцать секунд спустя самый быстрый Путь
уносил его от дока Малларда и его компании.
Что дальше?
Кориум можно продать. Но только не при условии, если будут задавать
вопросы. Придется реализовать добычу нелегальными путями. В Сэме больше
нельзя было узнать старика, одурачившего Малларда. Тем не менее опасно
заниматься этой сделкой - пока он не укрепит свои позиции. Маллард будет
теперь следить за подпольной торговлей кориумом.
Какие каналы сбыта могли остаться неизменными через сорок лет?
Те же, но руководимые другими людьми. Неутешительно. В подобных
сделках нужно хорошо знать тех, с кем имеешь дело. Лучше всего иметь дело
с теми, кто на вершине и был на ней сорок лет назад. Только, конечно, не
Харкеры. Сэм улыбнулся и облизал губы, осознав снова, как сухо у него в
горле.
Кто же?
Он три часа разъезжал по Путям, приходя в ярость от этой простой
проблемы. Он надул дока Малларда на несколько тысяч кредитов. У него в
руках кориум. Но он утратил все свои контакты.
Рос голод, и росла жажда. У него совсем не было денег. Он потерял все
у игорного стола. Унизительно отвлекаться из-за такого чувства, как голод.
Он бессмертный!
Тем не менее и бессмертный может умереть с голоду.
Какое издевательство! Перед ним бесконечная дорога, он так много
должен сделать - и не может, пока не излечится от сонного порошка.
И вот, размышляя, он наконец вспомнил о человеке, который заменил ему
отца много лет назад.
Его не удивило, что Слайдер по-прежнему жил в том же тусклом углу
башни. Удивительно то, что он еще жив.
Сэм не ожидал этого. Подсознательно настолько не ожидал, что даже не
замаскировался снова.
Слайдер лежал в постели, его чудовищно дородное тело погрузилось в
матрацы, опухшее лицо посинело. Он болезненно чихал. Его злобные маленькие
глазки оглядели Сэма.
- Хорошо, - сказал он. - Входи, сынок.
Комната была грязной. Старик в постели пыхтел, мигал и старался
приподняться. Отказавшись от этой невозможной задачи, он снова лег, глядя
на Сэма.
- Дай выпивку, - сказал он.
Сэм нашел на столе бутылку и откупорил ее. Инвалид выпил с жадностью.
На обвисших щеках появился румянец.
- Женщина никогда не делает, как я велю, - пробормотал он. - Что тебе
нужно?
Сэм удивленно рассматривал его. Чудовищное существо казалось таким же
бессмертным, как сами бессмертные. Но это был особый тип бессмертия,
которого не пожелает ни один здравомыслящий человек. Сэм с удивлением
подумал, что старику должно быть больше ста лет.
Он подошел и отнял у Слайдера бутылку.
- Отдай. Мне нужно...
- Сначала ответьте на несколько вопросов.
- Бутылка... дай сюда.
- Когда скажете то, что мне нужно.
Слайдер шарил руками в грязной постели. В руке его появился
игольчатый пистолет. Тонкий ствол был нацелен на Сэма.
- Дай мне бутылку, сынок, - негромко сказал Слайдер.
Сэм пожал плечами и отдал бутылку. Старик не потерял своей хватки.
Возможно, он все-таки нашел нужное место.
- Слайдер, знаете ли вы, как давно мы с вами не виделись?
Бесформенные губы несколько мгновений шевелились.
- Очень долго, сынок. Долго. Тридцать... нет почти сорок лет.
- Но... вы узнали меня. Я не изменился. Я не постарел. А вы даже не
удивлены. Должно быть, что-то знали обо мне, Слайдер. Где я был?
Внутренний смех потряс громоздкий корпус. Кровать заскрипела.
- Ты думаешь, ты реален? - спросил Слайдер. - Не будь дураком. Я
сплю. - Он протянул руку и коснулся разноцветного шара размером с мужской
кулак. - Вот он, сынок. Зачем испытывать боль, если есть Оранжевый Дьявол?
Сэм подошел ближе, разглядывая яркий порошок в шаре.
- Ага, - сказал он.
Слайдер смотрел на него своими маленькими презрительными глазками.
Глаза его слегка прояснились.
- Ты реален, - пробормотал он. - Да, должно быть. Что ж, сынок, я
удивлен.
Сэм смотрел на оранжевый порошок. Он знал, что это такое, да. Сильный
наркотик, ослабляющий связи между объективным и субъективным, так что
образы, созданные воображением, становились почти осязаемыми. Надежда, на
мгновение появившаяся у Сэма, исчезла. Нет, не сможет он узнать у
Слайдера, где провел сорок лет.
- Что с тобой случилось, Сэм? - спросил Слайдер. - Ты давно должен
быть мертв.
- Последнее мое воспоминание - сонный порошок, брошенный мне в лицо.
Это было сорок лет назад. Но я не изменился!
- Сонный порошок - он не сохраняет молодость.
- А что сохраняет? Что может сохранить меня - так?
Кровать снова затряслась от громового хохота.
- Родись от правильных родителей - проживешь тысячу лет.
- Что? - Неожиданно Сэм понял, что дрожит. До сих пор у него не было
возможности подумать как следует. Он проснулся, он молод, в то время как
должен быть стар, - следовательно, он бессмертен. Но как и почему, он еще
не мог подумать. Из какого-то подсознательного источника он черпал
уверенность, что ему, подобно длинноногим и длинноруким бессмертным,
принадлежат тысячелетия. Но до сих пор все бессмертные были стройны,
высоки, красивы...
- Ты всегда был лыс? - неожиданно спросил Слайдер. В ответ на
удивленный кивок Сэма он продолжал: - Должно быть, детская болезнь. А
может, и нет. Когда я тебя впервые увидел, у тебя было несколько маленьких
шрамов здесь и здесь. Теперь, я вижу, они почти исчезли. Но Слайдер не
дурак, сынок. Я слышал кое-какие разговоры когда-то - не связывал их с
тобой. Была женщина, медик, она сделала операцию ребенку и в качестве
платы получила плащ счастья.
- Что за операция?
- Главным образом железы. Это дает тебе что-то?
- Да, - сказал Сэм. Голос у него стал хриплым. Горло пересохло, кровь
толчками стучала в висках и в горле. Он сделал два шага вперед, подобрал
пластиковый стул и ударил его о колено. Прочный пластик разрезал ему руки,
оставив синяк на колене. Сэму стало немного легче. Со страшным усилием он
обуздал свой бесполезный гнев. Сэм осторожно поставил стул и посмотрел
Слайдеру в лицо.
- Я бессмертный, - сказал он. - Вот оно что. Я рос бы, как они,
если... если бы кто-то не пустил в ход медицину. Кто платил ей?
Огромный сейсмографический толчок потряс кровать.
- Никогда не слышал!!! - Слайдер уже ревел. - Дай мне выпить!!!
- Вы уже выпили всю бутылку, заметил Сэм. - Слайдер, забудьте о
бессмертии. Мне нужно кое о чем... позаботиться. Я пришел к вам по другому
поводу. Слайдер, у вас сохранились ваши связи?
- Сохранились, - ответил Слайдер, опрокидывая бутылку.
Сэм показал ему ящичек, отнятый у людей Малларда.
- Это кориум. Мне нужны две тысячи кредитов. Все, что сверх, вам.
Можете продать так, чтобы не выследили источник?
- Грабеж? - спросил Слайдер. - Лучше назови мне имя, чтобы я мог
сориентироваться.
- Док Маллард.
Слайдер хихикнул.
- Конечно, сынок. Устрою. Включи визор вон там.
- Я тороплюсь.
- Возвращайся через час.
- Хорошо. Еще одно. Только вы знаете, что я молод. - Сэм достал из
карману бороду и прицепил ее.
- Понятно. Доверяй Слайдеру, сынок. Увидимся через час.
Сэм вышел.
В больнице ему придется назваться. Неужели в нем узнают деятеля
колонии прежних лет? Кто-нибудь может узнать. Рисунок его глазного дна
сохранился в архиве, а может, и другие данные. Средний человек, увидев в
Сэме что-то знакомое, отнесет это к случайному совпадению. Но в больнице
он будет находиться под более тщательным наблюдением. Слишком тщательным,
чтобы пытаться сохранить внешность восьмидесятилетнего, - это ясно.
Неожиданно Сэму пришло в голову, что может существовать человек,
очень похожий на него и в то же время соответствующий по возрасту. Его
собственный сын.
Правда, у него нет сыновей. Но он мог их иметь. И все знают, что
приземистый плебей не может быть бессмертным. Значит, объяснится его
молодой вид. Он сможет сохранить свою драгоценную тайну и с минимальной
маскировкой выдать себя за сына Сэма Рида.
Имя? Из глубин своего всепоглощающего чтения, занявшего годы, теперь
казавшиеся ему часом, он извлек воспоминание о пророке Самуиле, старшего
сына которого звали Джоэль.
Хорошее имя. Не хуже других. Итак, он Джоэль Рид.
Тридцать пять минут спустя он стоял в приемной больницы, окаменевший
от удивления, способный только смотреть, а в мозгу его шла напряженная
работа. Неожиданность была слишком велика. Он мог лишь стоять, тупо
повторяя:
- Что? Что вы сказали?
Молодой человек за столом терпеливо повторил:
- Мы выписали вас сегодня утром, как вылечившегося.
Сэм открыл рот и закричал. Ни звука не вырвалось оттуда.
Молодой человек задумчиво рассматривал его.
- Амнезия? - предположил он. - Вряд ли, но... хотите повидаться с
врачами?
Сэм кивнул.
- Шесть недель назад, - спокойно объяснили ему, - вас доставили сюда.
Человек, назвавшийся Эвансом, доставил вас. Он не оставил своего адреса,
сказал, что он приезжий и остановился в одном из отелей. Можете попытаться
отыскать его. Плата за лечение была перечислена до вашего появления
анонимно. В момент поступления вы находились в хорошем физическом
состоянии. - Врач просмотрел лежавшие перед ним записи. - По-видимому, к
вам уже применяли соответствующее лечение в период вашего сна. Сегодня
утром вас выписали. Вы казались совершенно нормальны. За вами явился
человек-другой, хотя назвал то же имя - Эванс. Вот и все, что я могу
рассказать вам, мистер Рид.
- Но, - Сэм задумчиво потер лоб, - почему я забыл? Что это значит?
Я...
- К несчастью, на подпольном рынке существует немало средств,
вызывающих амнезию, - сказал врач, - Вы вышли отсюда в хорошем костюме, с
сотней кредитов в кармане. Очнулись вы с ними?
- Нет, я...
- Вероятно, вас ограбили.
- Да, я... Конечно, так оно и было. - Сэм думал о том, как много
возможностей существует, чтобы лишить человека сознания, - горсть пыли в
лицо в каком-нибудь переулке, удар по голове. Грабители редко беспокоятся
переодевать жертву в собственные лохмотья, но за исключением этого вся
история была довольно правдоподобна.
Если не считать того человека, который ждал его пробуждения.
Он встал, все еще ошеломленный.
- Если бы вы дали мне адрес, названный Эвансом.
Он стоял на узкой ленте Пути, уносящей его из больницы. Адрес никуда
не приведет, он знал это. Тот, кто организовал всю эту цепь чудес, должен
был тщательно замаскировать свои следы.
Кто-то кормил его сорок лет, пока он находился под действием сонного
порошка. Захария Харкер знал многое. Сигнал подала Кедра Уолтон, но за ней
стоял Захария. Голос Иакова, но рука Исава.
Неужели Харкер следил за ним эти сорок лет? Или Кедра? Кто-то, по
словам доктора, выполнил это дело хорошо. Кто-то заплатил за его
окончательное излечение - и ограбил и раздел, так что, очнувшись, он имел
столько же, сколько имел, когда родился.
Меньше - у него было наследство. Впрочем, этого права его
окончательно не лишили. И Сэм с неожиданным приливом гордости осознал, что
если бы существовал Джоэль Рид, он стоял бы около отца на длинных стройных
ногах, прекрасный и элегантный, как сам Захария, - бессмертный не только
по праву рождения, но и по праву внешности.
Он испытывал почти болезненное ощущение, думая о раскинувшихся перед
ним годах. Вспомнив о Слайдере, он подумал о нем с новой временной
перспективы, которая казалась почти пугающей. Подобное отношение он мог
испытывать к кошке или собаке. Отныне у него всегда будет сознание
кратковременности жизни обычного человека.
Неудивительно, что семьи образовали тесный союз. К кому можно
испытывать чувство дружбы или любви без примеси жалости? Только к равному.
Это древняя, древняя пропасть между богами и людьми.
Впрочем, текущих проблем это не решало. Его здесь терпят благодаря
кому-то. Кому? Если только он мог бы схватить за горло человека, ждавшего
его пробуждения! Кто-то намеренно излечил его, вырвал из забвения - и
выпустил, в лохмотьях, без единого пенни. Зачем? Чтобы проследить, что
будет делать? Так мог бы поступить бог. Захария? Он беспомощно поглядел на
окружающие толпы людей, заполнявшие Пути. Неужели за безразличием одного
из них скрывается интерес к его поведению? Или неизвестный соглядатай
устал и отпустил его на свободу?
Что ж, со временем он узнает это. Или не узнает никогда.
Один из великолепных результатов последних нескольких часов находился
у него в кармане - две тысячи кредитов. Первый шаг сделан. Теперь нужно
решить несколько загадок, выяснить несколько деталей - и бессмертие!
Он запретил себе думать об этом. Мозг его отшатывался от бесконечной
сложности жизни. Он сосредоточился на двух людях, назвавших имя Эванс,
доставивших его в больницу и забравших оттуда. Надо попросить Слайдера
организовать расследование. Розата. Здесь Слайдер тоже будет полезен.
Остальное придется делать самому.
В горле у него было сухо. Он рассмеялся про себя. Это не псевдожажда,
вызываемая сонным порошком. Он обманывался. Вода в любой момент утолила бы
его жажду, но он не позволил себе поверить в это. Сойдя с Пути, он
направился к ближайшему общественному пункту помощи и пил холодную свежую
воду, пока уже не мог сделать ни глотка.
Он смотрел на сверкающие Пути, на громоздящиеся за ними здания,
мерцающие огнями, и что-то внутри него начало расширяться, расти и расти,
пока, казалось, башня не сможет вместить этой огромной обширности. Он
посмотрел на купол из империума, представил под ним мелкое море, облака и
свод неба, который он никогда не видел. Так много нужно сделать. И не
нужно торопиться. У него есть время. Все время в мире.
Время убивать.
Кости его полны греха его юности, который будет лежать с ним в пыли.
Злоба сладка для его рта...
Иов.
Оторванный от созерцания города, он оказался в руках двух человек в
мундирах, сошедших за ним с платформы Пути. Мундир не изменился - это была
особая правительственная полиция, и Сэм, раньше, чем было произнесено хоть
слово, знал, что спорить бесполезно.
Сэм был даже доволен, когда один из этих двоих показал ему свой
значок и сказал:
- Пойдемте с нами.
Наконец-то сделан хоть один осязаемый шаг. Возможно, сейчас он
получит ответы на некоторые из мучивших его вопросов.
По самой быстрой ленте Пути они направились к центру башни. На них с
любопытством поглядывали. Сэм держался за перила, чтобы сохранить
равновесие. Он смотрел вперед, туда, куда они направлялись.
Бессмертные каждой башни жили в группе высоких разноцветных зданий,
построенных в центре города и окруженных кольцом стен и садов. Полиция
привела Сэма прямо к помещению семьи Харкеров. Сэм не удивился. Казалось
невероятным, чтобы Захария, приказавший убить его сорок лет назад,
позволил бы ему находиться без присмотра следующие сорок лет. С другой
стороны, казалось невероятным, чтобы Захария вообще позволил ему жить. Сэм
пожал плечами. Скоро он узнает правду.
Его провели через маленькую дверь в задней стене самой высокой башни
по прозрачной пластиковой лестнице, под которой к находившимся внизу садам
стремился поток серой воды. Красные и золотые рыбы плавали в воде,
тянулись нити водорослей. У основания лестницы ждал маленький позолоченный
лифт. Полицейские впустили его внутрь и, ни слова не говоря, закрыли за
ним дверь. Сквозь стеклянную дверь были видны скользнувшие вниз их
бесстрастные лица, и вот он остался один в слегка покачивающейся кабине,
поднимавшейся к верхним этажам дома Харкеров.
Стены лифта были покрыты зеркалами. Сэм привыкал к себе в роли Джоэля
Рида, чувствуя себя глуповато и раздумывая, знает ли тот, кто ждет его
наверху, что он Сэм Рид. Маскировка хороша. Он не выглядит точно, как его
предполагаемый отец, но естественное сходство очень велико.
Давление на подошвы Сэма увеличились: лифт замедлял движение.
Остановился, дверь открылась, и Сэм оказался в длинном зале, стены и
потолок которого представляли собой сплошной шелест зеленых листьев. Зал
освещался искусственным дневным светом. Из гидропонных бассейнов под полом
тянулись стволы, образуя перекрещивающийся тоннель над головой. От легкого
ветерка раскачивались цветы и плоды. Для выросшего в башне человека все
это было экзотичней всякой меры.
Сэм осторожно пошел по молчаливому залу, слегка отшатываясь от
листьев, задевавших его лицо. Как и все жители Венеры, он боялся опасной