- Что я тебе, шавка, - совсем по-детски обиделся Семаргл.
   Пса одолевало одиночество. Он жаловался Млыю, что его тут совсем забросили. Даже Свентовит появляется редко, неся дозор в основном по южным границам. Род почти не наведывается.
   - А он же был здесь, - огорчился Семаргл, узнав, что Род провел у корабля три дня. - Мог бы и предупредить.
   Простодушие Семаргла не знало границ. Этот крылатый пес был умен и отважен, но все, что касалось каких-то сложных взаимоотношений, ставило его в тупик.
   - Сказали, побудь тут, - жаловался он Млыю. - И вот я торчу здесь в одиночестве, когда все остальные живут вместе. Ходят в гости, - завистливо добавил он, слушая рассказы Млыя о степи. - Род велел твой корабль охранять, хотя кто его тронет. Он сам тронет, кого захочешь.
   - Меченый говорил, что здесь тоже живут Другие.
   - Живут, - неохотно признался Семаргл. - Но они меня считают кем-то вроде грифона. - Уважают, конечно, - добавил он в своей обычной хвастливой манере. - Капище поставили. Но, как увидят, удирают во все лопатки.
   - Я бы и сам от тебя удрал, - признался Млый. Облик пса скорее напоминал монстра, чем защитника слабых. - Ты на себя сам посмотри.
   - А что, замечательно выгляжу, - не понял Семаргл. - Грифону ломаю хребет с одного удара.
   Постепенно совместный быт налаживался. Семаргл каждый день надолго отлучался, а иногда даже не возвращался ночевать, и это время Млый использовал, чтобы усвоить начальные программы по математике и физике, отработать на тренажере навигационный курс для полетов над Землей, хотя признавался сам себе, что во многом эти знания пока ему бесполезны.
   Одним из самых интересных курсов была география Земли. Млый и не подозревал раньше, а если и задумывался, то не слишком, насколько велика родная планета. Степь была его миром, и этого мира ему вполне хватало. Но то было раньше, а теперь...
   Теперь он установил более-менее точно местонахождение степи северо-запад Евро-Восточной конфедерации. Севернее шли моря, на востоке должны были находиться горы, юг также устремлялся к морю. Но чтобы увидеть все это своими глазами, надо быть по крайней мере птицей. Пешее путешествие растянется на годы.
   Семаргл оказался более откровенным собеседником, чем тот же Род или Велес. По крайней мере Млыю становились ясны события, последовавшие за катастрофой, которая складывалась из всемирного экологического бедствия и развязанной, несмотря на все усилия людей сохранить мир, войны. Действительно, когда-то люди и те, кого они в далекие времена называли богами, жили рядом. Причем боги не были исконными обитателями этого мира. Они пришли по "коридору", связывающему параллельную планету, развивающуюся совсем по другим законам, чем мир людей. Это соседство людям не мешало. Наоборот, они терпеливо учились, пока не ступили на развилку. Одна дорога уводила к техногенной цивилизации, и почему-то именно ее выбрало человечество. Когда это стало ясно, боги ушли обратно и вернулись только тогда, когда созданный машинами мир был машинами и разрушен.
   Тем не менее к Млыю постепенно пришло понимание, что планета, хотя и потерпела бедствие, должна оставаться более-менее обитаемой. Возможно, где-нибудь в Австралии или в Южной Америке последствия катастрофы оказались не такими губительными, и мутация не коснулась некоторых людей. В таком случае оставалась надежда с ними связаться.
   Первым мысль о связи, как ни странно, подал ему Семаргл.
   В тот вечер Млый, безуспешно пытающийся выяснить, нельзя ли подручными средствами произвести хоть какую-нибудь замену радиоактивному топливу, вылез на свет божий с непривычной для него головной болью и усталый. Пытаясь отвлечься, он отправился на охоту и подстрелил пару перепелов на ужин. Тощие, чуть больше голубиных, тушки не обещали обильной трапезы, но вскоре вернулся Семаргл, неся в зубах добытую им косулю. Как всегда производя массу шума, пес сделал победный круг над кораблем, чтобы Млый полностью смог разделить его триумф, и наконец соизволил опуститься.
   - С твоих харчей ноги протянешь, - произнес он вместо приветствия. Как насчет свежатинки.
   Пока Млый разделывал добычу, с сомнением прикидывая, что и одному Семарглу этой косули будет, пожалуй, маловато, пес уселся около костра и, зевая и почесываясь, стал рассказывать, что творится на равнине.
   Вепри устроили набег на деревню, потоптали все посевы и разорвали двух охотников, пришлось Семарглу с этим стадом повозиться, пока не задавил кабана-вожака. Грифоны после той знаменательной битвы, когда устроили на пса засаду, присмирели и откочевали к северу. Там никто из Других не живет, пусть зализывают раны. Сильно разбаловались лешие в южных дубравах, но пока Семаргл ограничился с ними простой беседой, чтобы угомонились. Вот пока и все, что нового у Млыя?
   Млый поделился своими проблемами. После ужина, удобно привалившись к теплому мохнатому боку пса, он поведал о неудачах. Вроде, корабль есть и одновременно нету. Можно, конечно, поселиться здесь навсегда, в надежде когда-нибудь отыскать решение и поднять его с земли. Но ремонт с полученными знаниями и умениями пока маловероятен. К тому же повреждены опоры и нет никаких механизмов, чтобы выправить крен и придать боту необходимую устойчивость.
   - Даже связь не работает, - Млый грыз сухой стебелек травинки, перекатывая его в губах. - Сигналы о своем местонахождении корабль подает исправно, но выяснить, принимает ли их кто-нибудь, никак не могу.
   - Насколько я понимаю, - пес важно вздохнул, - должен существовать аварийный генератор, который запускается вручную.
   - Чего? - не понял вначале Млый. - Откуда ты знаешь?
   - Так ведь элементарно. Должна же связь действовать в случае поломок и непредвиденных обстоятельств. По-другому люди общаться между собой не умели, а страховка необходима всегда.
   - Точно! - Млый одобрительно потрепал Семаргла за ухо, для чего понадобилось приподняться на цыпочки. - Соображаешь!
   Ему не терпелось проверить это предположение, и он вновь полез в рубку, несмотря на то что пес протестовал и требовал продолжения вечернего разговора.
   Схемы, схемы... Млый вызывал их на экран одну за другой, пока не натолкнулся на то, что искал. Как все оказывается просто! Та часть пульта, которой он никогда не пользовался, как раз относилась к аварийной. Запасной маломощный генератор действительно не задействован. Его ведь некому было даже включить. Управление чисто ручное.
   Запуск осуществлялся простым нажатием клавиши. И сразу же рубка наполнилась эфирными шорохами и тресками. Млый включил пеленгатор и стал ждать.
   Вначале сквозь атмосферные помехи пробилась музыка. Передающая станция была слабовата, и музыка едва звучала, так что Млый даже и не понял, что это, а потом стал жадно прислушиваться. Оркестр, состоящий из незнакомых инструментов, вел мелодию, в которой чувствовались мощь и темперамент ничего похожего на бренчание примитивных струнных, которыми в основном пользовались Другие. Пеленгатор указывал на побережье Новой Зеландии. Млый прикинул расстояние и затосковал - очень далеко. И все же если работает хоть одна станция, то есть надежда, что она не единственная. Значит, есть на Земле люди, не забывшие, как пользоваться связью и управлять механизмами. Значит, не все потеряно.
   Затем пеленгатор отыскал еще две передающие станции - одну на севере Америки и одну на островах Фиджи, и это была уже не музыка, а речь, но совершенно незнакомая. Млый даже не догадывался, что вещание шло на интерлинге, и с досадой продолжил поиск.
   - "... неблагоприятна. Обстановка вокруг бывшей ткацкой фабрики остается напряженной, - неожиданно услышал он. - Болотная радиоактивная грязь из подвалов поднялась выше уровня мостовой и скатывается сейчас по проспекту Первопроходцев к Темной речке"
   Женский звонкий голос говорил быстро, не всегда ясно выговаривая слова, но общий смысл был понятен.
   "В районе Кускова кладбища опять наблюдалось скопление упырей, а возле Сосновки были замечены две группы мар...
   Степняки предприняли набег на продовольственные армейские склады и убили трех охранников из подразделения Хромого Волка, но были отогнаны к своим капищам на юго-восток. Положение, впрочем, продолжает оставаться напряженным, так как не хватает стрелкового оружия..."
   Все сообщения носили характер военных сводок, но и из них мало-помалу у Млыя стали складываться представления о жизни горожан. Пеленг указывал на самый ближний старый город. Тот самый, путешествие к которому юноша наметил уже давно. На коне этот путь от жилища Рода можно было проделать дня за три.
   "На прошлой неделе в окрестностях города разведчиками был обнаружен, так называемый, Свентовит. Попытки задержать его или хотя бы вступить в контакт не дали никакого результата. Профессор Поспелов по-прежнему утверждает, что, встречаясь с "богами", мы скорее всего имеем дело с очень сложной формой мутации. Ясно пока одно - влияние этих мутантов на степняков очень сильно, и они во всем доверяют им. Продолжает расти число строящихся капищ..."
   Млый был готов слушать и слушать эти короткие сообщения, оставляя выводы на потом, но в эфире возникла мощная волна помех. Сильные трески внезапно заглушил какой-то непонятный вой, и диктор смолк на полуслове, словно поперхнулся.
   Дальнейшие поиски какой-либо станции результата не принесли. Радио замолчало.
   Из рубки к Семарглу Млый вылез недовольный и злой. Ведь только что он нашел явные подтверждения, что машинная жизнь в городах продолжает существовать. Пусть не на том почти запредельном для понимания уровне, который демонстрировали ему учебные фильмы, но все же существует. Люди там живут по-другому. Они и понятия не имеют, кто такой Свентовит, но умеют передавать сообщения на гигантские расстояния. Они не пашут землю и не ведут постоянную борьбу со стихией, но продолжают традиции той цивилизации, что когда-то дала жизнь ему, Млыю. То есть Андрею, будь она неладна эта вечная теперь путаница в именах!
   Семаргл уже спал, шумно вздыхая и ворочаясь во сне. При появлении Млыя он равнодушно приоткрыл один глаз и отвернулся. Ничего, пусть подуется. А все-таки приятно, что Млый здесь не один.
   Но на следующее утро пес еще до пробуждения Млыя отправился в свой вечный дозор. Юноша не знал, радоваться этому или печалиться. Один плюс в отсутствии Семаргла все же был - можно беспрепятственно продолжить эфирный поиск.
   К удивлению Млыя, ни одной работающей радиостанции в этот день ему обнаружить не удалось. Он проверил заряд генератора, тот продолжал оставаться еще достаточным, но эфир был пуст. Пуст настолько, что Млый начал подумывать о вчерашней галлюцинации. Приемник доносил дальние громовые разряды, где-то бушевала магнитная буря, скрипы и шорохи наполняли рубку, как прибой, но не раздалось ни одного человеческого слова, и это было непонятно.
   Он едва дождался возвращения к кораблю Семаргла, чтобы поделиться этой неприятной для него новостью, но был обескуражен полным равнодушием, с каким тот воспринял это известие.
   - Подумаешь, - пес лязгнул зубами, и севшая было на сухое дерево ворона сорвалась с ветки с истошным испуганным криком. - Зачем тебе эти Другие? Всякое может случиться. Поломалось у них там что-нибудь, например. Или Род перекрыл канал связи, или Хала.
   - Род? - не понял вначале Млый. - Он что, может вмешиваться в работу человеческих машин? И зачем ему это?
   Но эти вопросы Семаргл оставил без ответа. А позже, вечером, когда Млый вновь полез в корабль в надежде запеленговать старый город, в рубке вместо голоса диктора неожиданно возник голос Рода. Сообщение было коротким:
   - Млый! Тебе и Семарглу следует вернуться в степь. Назначен общий сбор, и тебе необходимо на нем присутствовать. Ты меня понял?
   - Понял, - послушно ответил Млый, на минуту вновь почувствовав себя маленьким мальчиком. - Я вернусь через четыре дня.
   - Ты должен вернуться завтра. - Род внушительно помолчал и неожиданно усмехнулся: - Семаргл знает, как это сделать.
   ОБЩИЙ СБОР
   - Пора поспешить и нам. Но как я не люблю лететь через болото и сухой лес!
   - Да, приятного мало. Но посмотри, мы не одиноки. Вон там, правее, летит Семаргл.
   - И не один. Ты всегда был невнимательным. Вместе с ним летит Млый.
   - Этот непонятный Другой? Забавно, что Род на общий сбор позвал и его.
   - Может, окликнем Семаргла?
   - Никогда он мне не был симпатичен. Забияка и нахал!
   - А присутствие на общем сборе Другого вообще недопустимо. Неужели Род думает, что это понравится и всем остальным?
   - Как Род скажет, так и будет. А что касается этого приемыша, то нам вовсе не обязательно вмешиваться в общий разговор. Услышим все и без этого.
   При каждом движении доспехи Свентовита погромыхивали, и он смущенно поправлял то наплечную накладку, то металлический пояс, с двух сторон к которому было прикреплено по внушительному мечу. Его светло-рыжие усы казались еще ярче в контрасте с седой шевелюрой. Смотреть на Свентовита для непривычного взгляда было страшновато. Четыре лица, словно большой мясистый цветок, вырастали из мощной шеи. Ему не надо было поворачиваться, чтобы увидеть собеседника. Млый, давно не встречавшийся со Свентовитом, казалось, заново привыкал к его облику.
   Сбор был назначен не в доме Рода, как Млый подумал вначале, а у Велеса. Когда Семаргл, оглушительно хлопая крыльями, опускался на просторную земляную площадку, окруженную со всех сторон высоким забором, с правильными прямоугольниками внушительных амбаров по краям, Млый успел разглядеть внизу и Раха, и Перуна, которого до этого видел всего раза два не больше, и Стрибога, и Ладу, как всегда куда-то спешащую по хозяйственным делам. С неудовольствием Млый заметил и Мокошу. На сей раз тот опять был одет в женское платье - что-то наподобие сарафана.
   Путешествие от корабля обратно в степь привело Млыя в полный восторг. Он так давно мечтал подняться в воздух, и вот теперь эта мечта сбылась. Впервые он увидел землю с высоты. Вцепившись в загривок Семаргла, он иногда отважно свешивался набок, чтобы лучше разглядеть извилистое течение ручья или группу отчаянно удиравших от пса косуль. Косулям на сей раз ничто не грозило - у Семаргла была другая цель.
   Они пролетели над болотом, и Млый видел двух василисков, вроде того, что он сумел одолеть в рукопашной битве. Семаргл коротко пояснил на ходу, что в воздухе взгляд василиска почти не опасен, ящерицы не умеют смотреть вертикально, но все же отклонился с курса - береженого бог бережет. Сухой лес показался скоплением голых палок, между которыми хорошо просматривался каждый метр земли. Ничего удивительного, что грифоны чувствуют себя здесь, как дома. Но ни одного грифона заметить не удалось, они явно избегали Семаргла. Зато Млый увидел Алконоста и Гамаюна. Алконост походил на гигантского белого коршуна - такой же величественный размах крыльев и отсвечивающие серебром перья. Гамаюн, напротив, был черен, как грозовое небо, и своими стремительными обводами напоминал сокола.
   Семаргл также заметил своих крылатых соседей и даже что-то прорычал на лету, но и Алконост, и Гамаюн бесшумными тенями пронеслись над их головами и пропали за горизонтом.
   Общего сбора за все те годы, что Млый провел у Рода, не назначалось ни разу. Юноша знал, что обычно такому собранию сопутствует неординарное событие. Но сейчас степи ничего не угрожало. Род и остальные умели поддерживать равновесие, которое трудно было назвать войной или миром, но, во всяком случае, Другие спокойно трудились и жили своей незатейливой жизнью, не опасаясь набегов ни с севера, ни с юга. Возможно, гадал Млый, такое событие, как общий сбор, вызвано появлением в степи Халы? Но пока настоящая причина оставалась все же неясной.
   Род уже дожидался Семаргла и Млыя во дворе. Стоило псу опуститься на землю, он почти силой стащил юношу за руку вниз и тут же крепко обнял. За ним к Млыю подошел Велес, тяжело припадая на левую, хромую ногу. Его грузная фигура вызывала ощущение громадной силы. Несмотря на увечье, был он точен в движениях и совсем не медлителен, но все равно казалось, что при каждом шаге с трудом отрывает ступни от земли, будто они проросли корнями и каждый раз надо нарушать образовавшуюся между ними и почвой связь.
   Кроме Рода и Велеса к Млыю больше не подошел никто - ограничились общими приветствиями, и это было непонятно. Даже Рах, такой всегда дружелюбный, только помахал издали рукой. Перун, заметил юноша, глядел на него насупившись. Даже здесь, в гостях у Велеса, он не расстался со своим страшным луком, разящим - теперь Млый мог подобрать сравнение - не хуже лазерного луча. По крайней мере, он сам был когда-то свидетелем, как Перун разнес вдребезги большую металлическую машину, застрявшую в степи, но продолжавшую изрыгать огонь. Было это очень давно, когда Млый был совсем маленьким, но все запомнилось очень ярко.
   И вот теперь они сидят в просторном доме Велеса, и Свентовит погромыхивает своими доспехами, смущаясь от производимого им шума. Все ждут, что скажет Род. А тот медлит. И в этой медлительности неожиданно Млый почувствовал таящуюся для него угрозу.
   - Начинай! - прервал затянувшуюся паузу Сварог. - А не ты, так я скажу!
   Сварог хоть и был помладше Рода, но в остальном, пожалуй, не уступал ему. Даже Велес вел себя с ним подчеркнуто уважительно. Появлялся Сварог в степи редко, обосновавшись на севере в лесах, которые, по рассказам Рода, тянутся почти до студеного моря. По всему было видно, да он этого и не скрывал, что ему тесновато в землях, которыми правят старшие. Его буйный и неуживчивый характер не раз становился темой бесед Велеса и Рода. Вот и сейчас он не выдержал первым.
   - Подожди, - недовольно прервал его выкрики Род. - Ярилы не хватает.
   - Да что нам Ярила, - подал голос Рах. - Опять по деревне шастает, с бабами тешится. Ему наш сбор - лишний повод девку завалить.
   - И правда, - Свентовит тяжело вздохнул сразу четырьмя ртами, так что оттопорщились усы. - Пора. Чего время тянуть?
   Род еще помялся, искоса взглядывая на Млыя, словно извиняясь, покряхтел, но потом решительно стукнул себя кулаком по колену.
   - Млый вырос, - он начал сразу, без долгих предисловий, которые, похоже, и так были уже высказаны в частных разговорах. - Я его воспитывал, как сына. Знаю, что многие были против этого. Некоторые и сейчас считают, что Другие должны жить отдельно. Но мне кажется, что именно благодаря Млыю у нас наконец-то появилась счастливая возможность преодолеть расстояние между Другими и нами. Он - Другой, и все же он - наш.
   Млый слушал и ничего не понимал. Какое расстояние, какая возможность? Разве он не знает Раха или Велеса? Разве он не скакал с Родом по степи, преследуя оленей, не возил зерно с Велесом в деревню? Если он чем и отличается от них, так только умением. Но ведь и это дело наживное. А сейчас, побывав на корабле и повзрослев разом почти на целую жизнь, разве он стал хуже? Что же тогда происходит?
   - Дело не в том, - рассудительно вступил Свентовит, - что Млый Другой. Вернее, не только в этом. Мы так долго всё чинили и латали в этом мире, так старательно восстанавливали разрушенное вовсе не за тем, чтобы вновь появился человек, способный уничтожить наш труд. Речь сейчас идет о том, какой путь выберут люди, сумеют ли они понять ошибочность той цивилизации, которую они когда-то создали и которая в конечном итоге их погубила.
   - Перед Другими всегда стояла возможность выбора, - загремел голос Перуна, едва Свентовит смолк. - И всегда они выбирали не тот вариант. Вместо того, чтобы разобраться в самих себе, они постоянно перекладывали эту ответственность на искусственный разум.
   - Но Млый еще слишком молод, - запротестовал Род. - Он не знает, не может знать многого. Ему трудно. А мы, вместо того, чтобы помочь, пытаемся сейчас разом решить его судьбу.
   Так вот в чем дело! Млый вертел головой, поворачиваясь пооочередно то к одному, то к другому говорящему. Общий сбор оказывается полностью посвящен ему, Млыю. Как будто он держит экзамен, от которого полностью будет зависеть его будущая жизнь. Но почему именно сейчас? И почему Род не предупредил его об этом заранее?
   Слова ему не давали. Но и сидеть сторонним наблюдателем Млый не собирался. Сейчас он им все скажет!
   - Но почему не спрашивают меня? - выкрикнул он с места и даже привстал, но вновь опустился на скамейку - Род всей ладонью надавил ему на плечо. - И что вы пытаетесь решить? Жить ли мне вместе с вами или убираться на все четыре стороны. Если так, то я готов уйти. Не стоит делать из этого проблему. К тому же, мне кажется, вы заблуждаетесь! Сравните то, как люди живут сейчас, и то, как они жили раньше. Разве это полуголодное и жалкое существование можно назвать жизнью? Разве пахать землю плугом вручную, постоянно поглядывая на небо и моля о хорошей погоде, лучше, чем возделывать пашню машинами? Разве тащиться пешком по степи лучше, чем пролететь над ней стремительно, как сокол? Да, вы умеете это делать и без машин, а люди не умеют. Так зачем осуждать их, если они хотят хоть в чем-то походить на вас. Что в этом плохого?
   - Он еще не понял, - глухо заметил Рах.
   - Он еще молод, - повторил слова Рода Велес.
   - Но он останется таким навсегда, - отрезал Сварог и поднялся. Останется хотя бы потому, что он - Другой. Любые попытки переделать Других безуспешны. Когда-то мы пытались подсказать им правильный выбор. И что же? В конце концов мы были вынуждены уйти сами. Нам не осталось места среди них. Нас просто выгнали. И это в благодарность за тысячелетия службы, которую мы несли. Теперь появилась надежда, слабая, но надежда, что мы сумеем, как и раньше, контролировать ситуацию. Для этого, конечно, понадобится время. Но ничего, мы подождем. Планета постепенно выздоравливает, и у нее есть шанс вновь стать такой, как прежде. Вопрос в другом - в городах Другие даже после катастрофы пытаются наладить известный им порядок. Уже работают радиостанции, ремонтируются механизмы. И если Другим удастся восстановить между собой разрушенные связи, объединиться в усилиях наладить машинную цивилизацию, все пойдет по кругу. Мы вновь будем вынуждены уйти, так ничего и не добившись, не доказав, что этот путь опять приведет людей к гибели. К тому же в мире осталось еще много оружия, просто люди разучились им пользоваться. Но они научатся. Опять научатся. А что за этим последует, объяснять не надо.
   - На моем корабле, - вновь выкрикнул Млый, - есть лазерная пушка, но кому она угрожает, кроме грифонов! Семаргл, скажи, как я тебе помог!
   - "На моем корабле..." - передразнил Млыя Перун. - На его корабле... Кстати, Род, почему ты позволил ему отыскать этот корабль? Сейчас не возникло бы много вопросов, не случись этого. А теперь он отравлен. Отравлен, отягощен знаниями, которые ему могли бы никогда не пригодиться. Получается, мы говорим одно, а на деле происходит совсем другое.
   - Я считаю, каждый должен знать, кто он есть на самом деле, - возразил Род. - Если мы и хотим что-нибудь сделать, то должны это делать в открытую.
   - Зачем вам утаивать от Других то, как они жили раньше? - по-прежнему не понял Млый. - Вы говорите о выборе пути, вы хотите помочь, но почему тогда Другие влачат такое жалкое существование. Чему вы научили их? Строить капища? Раньше люди были всемогущими, а теперь едва перебиваются с хлеба на воду. Прежняя цивилизация помогла бы им выжить!
   - Они выжили, - устало поправил Млыя Род, - не благодаря прежней цивилизации, а вопреки ей. Чудо, что еще кто-то остался. И теперь выход только один - опять обратиться к силам природы, к самим себе. Дух - а не машины, разум - а не политика, - вот, что может спасти Других.
   - Я предлагаю, - голос Мокоши был резок и визглив, - отправить Млыя на юг. Пусть помогает Раху. Волоты собираются вступить с дивами в союз, так что там хватит работы. А корабль следует уничтожить.
   - Полностью согласен насчет корабля, - вновь взял слово Сварог. - И вообще стоит подумать, что делать с городами. Во многом там Другим приходится еще труднее, чем в степи. Города отравлены, и если нас здесь беспокоит нежить из Нави, то в городах люди борются с мутантами. Некоторые организмы приобрели такие уродливые формы, что упыри рядом с ними кажутся милыми созданиями.
   - Млый, получилось так, - настойчиво сказал Рах, - что лучше бы тебе действительно отправиться со мной на юг. Ты стал настоящим мужчиной. Владеешь мечом, как воин, знаниями почти сравнялся с нами. Тебе не хватает интуиции, но это дело наживное. Уверен, что ты сможешь стать одним из нас, и тогда для тебя не будет пределов. Ты сможешь путешествовать в пространстве, обходясь без помощи машин, сможешь разить врага без помощи оружия и овладеть тайной мироздания без примитивных учебников. Ты минуешь стадию ученичества в срок, который в ином случае способен растянуться на несколько поколений. Подумай об этом.
   - Он должен сделать выбор, - мрачно подвел итог Перун. - Если Млыя по-прежнему привлекают игрушки, которые породила его цивилизация, то он должен оставить нас. Но пусть тогда не рассчитывает на нашу помощь.
   Слова прозвучали обидно. Еще месяц назад Млый действительно даже помыслить не мог, что ему придется обойтись без помощи Рода. Но за последнее время многое изменилось. И если Свентовит, и Велес, и Сварог думают, что он не сможет прожить без них, то они ошибаются. Конечно, править и охранять этих потерявших человеческий облик Других куда проще, чем иметь дело с ним, Млыем. И к черту клички! Он - Андрей. Он родился на фотонном крейсере, путешествующем в межзвездном пространстве на скоростях, недоступных пониманию тех, кто пытается сейчас вершить его судьбу. Да, они могучи, они умны, но одновременно бесконечно наивны. Наивны, как дети. А он уже вырос.