Исходя из указанных принципов, комиссия и разработала программу репараций натурой, общая сумма которых в переводе на американскую валюту должна была составить 20 млрд. долларов. Половина этой суммы должна была возместить потери Советского Союза, а другая половина подлежала распределению между остальными пострадавшими от гитлеровской агрессии странами. Данная программа своевременно была утверждена Советским правительством. Теперь, в Крыму, мне было поручено доложить конференции репарационные требования Советского Союза, что я и сделал на втором пленарном заседании 5 февраля.
   В своем выступлении я указал, что советская программа репараций предусматривает в течение двух лет после окончания войны прямые изъятия из национального богатства Германии (фабрики, заводы, машины и т. д.) и ежегодные платежи, производимые Германией поставками товаров, и тому подобное в течение десяти лет после окончания войны. Советская доля равняется всего липну 10% расходной части бюджета Соединенных Штатов на 1944/45 бюджетный год или шестимесячным расходам Англии на войну. Что касается распределения репараций, то Советское правительство положило в основу его два момента: доля каждой страны в общих усилиях, затраченных на достижение победы, и размер понесенных каждой страной потерь. Комбинируя оба эти признака, можно будет установить, какие страны должны получить репарации в первую очередь и какие - во вторую.
   После меня слово взял Черчилль и несколько туманно, ссылаясь на опыт первой мировой войны, стал доказывать, что репарации явились большим разочарованием тогда и что они станут таким же разочарованием и сейчас. Если же нажим победителей будет слишком сильным, то германский народ станет голодать, а это создаст для союзников новую и сложную экономическую и политическую проблему. Черчилль прямо не высказывался против репараций, но от всего духа его речи веяло заключением: лучше не связываться с репарациями.
   Рузвельт, напротив, энергично поддержал советские репарационные требования и заявил, что никто, конечно, не хочет заставить немецкий народ голодать, но, с другой стороны, он не понимает, почему немецкий народ должен жить лучше своих соседей, в частности, лучше, чем население Советского Союза.
   В небольшом заключительном слове я вскрыл нарочитые неясности в выступлении Черчилля и охарактеризовал истинные причины неудачи с репарациями после первой мировой войны. Я указал также, что советская репарационная комиссия в своих расчетах исходила из принципа: немцам в послевоенный период должен быть обеспечен "среднеевропейский уровень жизни".
   Услышав это, Рузвельт удовлетворенно воскликнул:
   - Вот именно: "среднеевропейский уровень жизни"! Очень хорошо!
   После этого было решено, что вопрос о репарациях должен быть передан Межсоюзной репарационной комиссии, которая должна быть создана в Москве с целью разработки его во всех деталях. Эта комиссия в свое время предложит правительствам "Большой тройки" согласованную программу репараций для окончательного утверждения. Советская сторона не возражала против такого решения, но предложила, чтобы Крымская конференция дала названной комиссии некоторые общие линии, которые последняя могла бы взять за основу для дискуссий по всей проблеме. В качестве проекта таких общих линий советская сторона выдвинула свою программу репараций с упоминанием 10 млрд. как доли Советского Союза. Так как Черчилль начал обструкцию советского предложения, то пленум конференции поручил трем министрам иностранных дел подготовить проект окончательного решения конференции по репарационному вопросу.
   После заседания 5 февраля в кулуарах я встретился с Рузвельтом. Он воскликнул:
   - Ну, вы удивили меня своей скромностью: ведь у вас огромные потери и разрушения... Я ожидал, что вы потребуете по крайней мере 50 млрд. долларов.
   - Я охотно потребовал бы 100 млрд., - ответил я, - если бы это было реально... Но мы, советские люди, не увлекаемся беспочвенными фантазиями...
   Советская делегация была довольна позицией американцев, и я помню, как вскоре после заседания 5 февраля мы "в частном порядке" обсуждали будущее репараций и перспективы всей вообще конференции в группе советских гостей и экспертов. Среди них были С. Виноградов, Г. Аркадьев, Б. Подцероб, А. Миллер, А. Арутюнян и др.
   6 февраля, ссылаясь на президента, Гопкинс в разговоре со мной заявил, что в репарационном вопросе Советское правительство обнаружило весьма трезвый подход к делу.
   Спустя несколько дней после ожесточенных споров, которые происходили не только на заседаниях министров иностранных дел, но даже на обеде, устроенном Сталиным 8 февраля в Юсуповском дворце, на стол конференции был положен Протокол по германским репарациям, который удовлетворял нашим основным требованиям. Этот протокол, в котором фигурировали 10 млрд., полностью поддерживали советская и американская делегации. Англичане же, не возражая против протокола в принципе, настаивали на исключении из него точных цифр.
   Казалось, дело приближается к благополучному концу, ибо в ходе дискуссии британская оппозиция советско-американской линии стала постепенно слабеть. Но тут произошел неожиданный инцидент, который чуть не погубил плоды всех наших усилий.
   Последнее деловое заседание пленума конференции происходило 10 февраля. На следующий день утром конференция должна была утвердить текст коммюнике и на этом закончить свою работу. После того в час дня в Ливадийском дворце должен был состояться прощальный завтрак для глав правительств. В 3 часа, по окончании завтрака, начинался разъезд делегаций.
   На заседании 10 февраля подводились итоги проделанной работы, а также утверждались подготовленные совещанием министров иностранных дел решения. Дошла очередь и до вопроса о репарациях. И тут произошло следующее.
   Черчилль с плохо скрытым раздражением стал возражать против упоминания в Протоколе по германским репарациям каких-либо цифр, определяющих размер репараций. Сталин вскипел, поднялся из-за стола и, обращаясь к Черчиллю, воскликнул:
   - Если англичане не хотят, чтобы Советский Союз вообще получил репарации, пусть они прямо это скажут!
   Черчилль тоже вскочил и заявил:
   - Ничего подобного!.. Мы только против упоминания на этой стадии каких-либо определенных цифр. Пусть цифры устанавливает Межсоюзная репарационная комиссия.
   Было совершенно очевидно, что Черчилль боится слишком большого ослабления Германии путем репараций, ибо мыслит ее как будущий противовес возросшему могуществу СССР и рассчитывает, что чем более неопределенны будут рекомендации Крымской конференции, тем легче Англия в дальнейшем сможет с помощью различных трюков и ухищрений свести репарации к выеденному яйцу.
   Рузвельт в нерешительности смотрел на Сталина и Черчилля.
   Реплика Черчилля возмутила Сталина, и в крайнем раздражении он заявил:
   - Предлагаю принять решение: Германия обязана платить в натуре за причиненные ею союзным нациям потери; Московская репарационная комиссия определит размеры репараций. Мы выдвинем свои цифры, а вы (обращаясь к Черчиллю) - свои...
   Черчилль удовлетворенно буркнул:
   - Так-то лучше...
   Теперь, из опубликованных после войны материалов, я знаю, что как раз в этот момент Гопкинс послал Рузвельту через стол записку: "Русские так много уступили на этой конференции, что нам но следовало бы их обижать. Пусть англичане, если хотят, остаются несогласными и продолжают в Москве не соглашаться. Скажите просто, что весь вопрос передается репарационной комиссии вместе с протоколами, из которых будет ясно, что англичане не хотят упоминания 10 млрд."{271}.
   Тогда я не знал этого, но с удовлетворением констатировал, что выражение нерешительности вдруг исчезло с лица Рузвельта и он твердо предложил то, что, как сейчас я знаю, рекомендовал Гопкинс. Конференция приняла предложение президента.
   Ну, хорошо, думал я, в Московскую репарационную комиссию поступит проект Протокола по германским репарациям и одновременно запись прений, из которых будет ясно, что Англия возражает против упоминания 10 млрд. Это будет означать, что никакого соглашения между тремя главами по столь важному вопросу не произошло, и для англичан открывается возможность всячески саботировать получение Советским Союзом (да и другими странами) сколько-нибудь существенного возмещения того колоссального ущерба, который понесла наша страна в этой навязанной нам войне. Нет, нет, надо во что бы то ни стало получить подписи "Большой тройки" под спорным протоколом! Но как это сделать?
   Было решено, что к концу завтрака, когда главы будут пить кофе, Молотов предложит им подписать протокол. Сталин подпишет, Рузвельт тоже подпишет, - Черчиллю будет неудобно не подписать...
   В страшном напряжении мы ждали в кулуарах. Спустя несколько минут Молотов с довольным видом вышел из комнаты "Большой тройки". Протокол о репарациях был подписан Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем.
   Наряду с германской проблемой Крымская конференция уделяла очень много внимания вопросу о послевоенном устройстве мира. Конференция единодушно приняла "Декларацию об освобожденной Европе". Три державы давали обещание "согласовывать в течение периода временной неустойчивости" свою политику помощи освобожденным от нацистского ига народам. Декларация также гласила, что "установление порядка в Европе и переустройство национально-экономической жизни должно быть достигнуто таким путем, который позволит освобожденным народам уничтожить последние следы нацизма и фашизма и создать демократические учреждения по их собственному выбору".
   Известно, что когда эти общие принципы приходилось впоследствии применять на практике, между главами трех правительств - да иначе и не могло быть - часто обнаруживались расхождения во взглядах. Впрочем, в Ялте в большинстве случаев такие расхождения удавалось преодолеть с помощью приемлемых для участников конференции компромиссов.
   Приведу только один пример. Наиболее остро тогда стоял вопрос о будущем Полыни. Большие споры разгорелись из-за ее границ. Восточная граница Польши не вызвала особых волнений, ибо Советское правительство готово было взять за ее основу пресловутую "линию Керзона", выдвинутую Англией еще в годы гражданской войны и интервенции. Но зато западная граница Польши дала повод к длительным дебатам между союзниками. Советский Союз настаивал, чтобы эта граница шла по Одеру и Нейсе. Англия и Соединенные Штаты признавали необходимость расширения территории Польши на севере и на западе, но не хотели точно фиксировать это на карте. В конечном счете соглашение о западной границе достигнуто не было, и этот вопрос был разрешен (в духе наших предложений) только на следующей конференции глав правительств трех держав в Потсдаме, происходившей уже после окончания войны в Европе, летом 1945 г.
   Помню, в конце долгих и напряженных дебатов по польскому вопросу Рузвельт воскликнул:
   - Вот уже 500 лет, как Польша доставляет головные боли Европе!
   И как бы для более яркой иллюстрации своей мысли президент схватился обеими руками за голову.
   Очень важное значение имело также завершение всей подготовительной работы по созданию ООН, которое было осуществлено в Ялте. Основы устава этой организации были разработаны в 1944 г. на конференции союзников в Думбартон-Оксе (США), но один существенный пункт остался несогласованным: пункт о порядке голосования великих держав в Совете Безопасности. Этот вопрос был урегулирован в Крыму, и тут же был назначен на 25 апреля 1945 г. созыв учредительной конференции ООН в Сан-Франциско. В Ялте же была в принципе удовлетворена просьба Советского Союза о предоставлении на Генеральной Ассамблее ООН мест для Украины и Белоруссии.
   В заключение Крымская конференция опять-таки единогласно приняла специальную декларацию "Единство в организации мира, как и в ведении войны", в которой заявлялось, что Советский Союз, Англия и Соединенные Штаты подтверждают свою решимость сохранить и усилить в предстоящий мирный период то единство целей и действий, которое обеспечило им возможность победы во второй мировой войне. Этой цели, между прочим, должно было служить учреждение Совета министров иностранных дел трех держав, который должен был собираться каждые 3-4 месяца для урегулирования возникающих между ними споров или разногласий.
   * * *
   Когда сейчас, много лет спустя, мысленно пробегаешь дебаты и решения Крымской конференции и сравниваешь их с мировой ситуацией наших дней, невольно встает вопрос: почему была возможна столь высокая степень единодушия трех держав тогда, в Ялте?
   Мне думается, что главных причин тому было две.
   Первая заключалась в том колоссальном вкладе, который внес советский народ в борьбу против гитлеровской коалиции. К моменту Крымской конференции престиж Советского Союза, армии которого за предшествующие два года прошли героический путь от Волги до Одера, был огромен.
   Вторая причина заключалась в том, что широкие демократические массы на Западе, в частности в Англии и Соединенных Штатах, под влиянием уроков войны были настроены очень антифашистски, с чем должны были серьезно считаться правящие круги этих стран.
   То и другое определило атмосферу Крымской конференции, которая (несмотря на ее отдельные недостатки) стала как бы высшей точкой дружественного сотрудничества Советского Союза, Соединенных Штатов и Англии во второй мировой войне. Тем самым этой конференции было обеспечено почетное место в политической истории человечества.
   Примечания
   {1}В 1912-1917 гг. я жил в Англии в качестве эмигранта из царской России и в то же время близко познакомился с M. M. Литвиновым, который также был эмигрантом. За годы эмиграции в Лондоне я хорошо овладел английским языком, основательно изучил политику и экономику Англия, ее рабочее движение, культуру, нравы и обычаи. Я подробно описал весь этот период моей жизни в книге "Путешествие в прошлое", М., 1960 (позд-нее эта книжка стала частью "Воспоминаний советского посла", М., 1964).
   {2}Пятый съезд Российской социал-демократической рабочей партии (в 1907 г.) должен был состояться в Копенгагене. Созвать съезд в России в то время было невозможно. Поэтому в апреле 1907 г. около 300 делегатов нелегально прибыли на съезд в Данию. Однако, когда все уже были на месте, датское правительство под давлением царского правительства внезапно отказалось разрешить проведение съезда на своей территории. Попытки перенести съезд в Швецию или Норвегию по той же причине не удались. Тогда руководители РСДРП решили перенести заседание съезда в Лондон. Царское правительство и здесь попыталось помешать устройству съезда, но в английских условиях это оказалось невозможным. Так как все эти трудности и переезды опустошили фонд, специально собранный партией для проведения съезда, то товарищам, которым было поручено подготовить все необходимое для проведения съезда в Англии, пришлось подумать о максимальном сокращений расходов, в частности о подыскании бесплатного зала для заседания съезда. Такое бесплатное помещение для съезда русских революционеров согласилась дать "Церковь братства", принадлежавшая одной религиозно-социалистической общине. Именно здесь между 13 мая и 1 июня 1907 г. состоялся пятый съезд РСДРП.
   По окончании съезда возникла большая трудность: для оплаты обратного проезда делегатов домой у партии не хватило денег. Нужно было откуда-то получить 2 тыс. фунтов. Были начаты поиски источников для такого займа. В конечном счете 300 фунтов было получено от германских социал-демократов, в 1700 фунтов при посредничестве некоторых английских социалистов (в частности, Джорджа Ленсбери) согласился дать партии в долг владелец мыловаренной фирмы Йозеф Фёлс, человек путаных взглядов, но любитель разыгрывать роль мецената. Он потребовал только "заемный вексель" за подписью всех членов съезда, что и было исполнено. Когда в 1920 г. Л.Б. Красин приехал в Лондон в качестве представителя Советского Союза для ведения торговых переговоров, но, по решению ЦК, вернул занятую сумму наследникам Фелса (сам Фелс к тому времени уже умер) и получил назад "заемный вексель", который сейчас хранится в архивах партии (подробности см. И.И. Майский. Путешествие в прошлое, М., 1960, стр. 151-165)
   {3}Средний возраст советских работников в Лондоне колебался между 80-40 годами.
   {4}См. "Документы внешней политики СССР, т. VII, М., 1963, стр. 414.
   {5}16 апреля 1922 г., во время Генуэзской конференции, в местечке Рапалло нарком иностранных дел Г. В. Чичерин и германский министр иностранных дел В. Ратонау подписали договор об установлении дипломатических отношений между РСФСР и Германской республикой, а также о взаимном отказе от всяких довоенных претензий.
   {6}Соглашение 8 августа состояло из двух договоров: первый, именовавшийся "Общим договором", включал статьи, касавшиеся старых договоров царского времени, обеспечения принципа наибольшего благоприятствования, дипломатических прав торгпреда и его заместителей, рыболовных прав и т. д.; второй, именовавшийся "Договором о торговле ж судоходстве", определял условия и нормы коммерческих отношений между обеими странами. Все это встретило мало возражений со стороны деловых и политических кругов капиталистической Англии. Буря разгорелась вокруг пт. 11 и 12 "Общего договора", суть которых сводилась к тому, что создается паритетная комиссия из представителей обоих правительств для рассмотрения претензий британских граждан на компенсацию на национализированную собственность и бумаги старых царских займов. Если и тогда эта комиссия придет к соглашению о размерах и формах возмещения, между обоими правительствами заключается третий договор, который предоставляет СССР право выпустить на английском рынке заем, гарантированный британским правительством.
   {7}"Документы внешней политики СССР", т. VII, стр. 613.
   {8}P. and Zetda Coates, A History of Anglo-Soviet Relations. London, 1943, p.188.
   {9} Запись этого разговора в свое время была составлена в советском полпредстве в Лондоне и в настоящее время опубликована: "Документы внешней политики СССР", Т. VIII. М., 1963, стр. 207-210.
   {10}В то время Великобритания была основной империалистической державой, эксплуатировавшей Китай. Ее вложения в Китае исчислялись в 300 млн. фунтов и далеко превосходили вложения других империалистических держав. Общая сумма займов, предоставленных Великобританией Китаю составлял 110 млн. фунтов. В то же время от Франции Китай имел займов на сумму 70 млн. фунтов, от Японии - на сумму 55 млн. фунтов, и от США на сумму 25 млн. фунтов, фунтов. Великобритания сверх того владела важнейшими железными дорогами, гаванью Вей-Хай-Вей, большим числом "концессий", "сеттлментов", предприятий и т. д.
   {11}При написании главы о всеобщей стачке я использовал материалы моего подробного репортажа о ней, который сразу после стачки я составил для ВЦСПС. Этот репортаж в конце 1926 г. был опубликован издательством. ВЦСПС под заголовком "М. Джемс - Всеобщая стачка и борьба углекопов в Англии".
   {12}В расшифрованном виде: "Organisation for maintenance of supplies", т. е. "Организация для поддержания снабжения".
   {13}Подробнее об этом см. И. И. Майский. Воспоминания советского дипломата, т. I, м., 1964, стр. 392-401.
   {14}"New Leader", 28.V 1926.
   {15} "Daily Herald", l. V 1926.
   {16}"Times", 10. V 1926.
   {17} В 1920-1925 гг. Герберт Самуэль занимал пост Высокого комиссара Великобритании в Палестине.
   {18} М. Майский. Воспоминания советского посла, т. III, M., 1964, стр. 291-306
   {19}"7-й съезд профсоюзов СССР. 6-18 декабря 1926 г. Стенографический отчет", М.. 1927, стр. 29-30.
   {20}8 мая 1923 г. британский министр иностранных дел лорд Керзон направил Советскому правительству ультиматум, в котором требовал отзыва советских послов в Иране и Афганистане за якобы допущенные Ими акты антибританской пропаганды, отмены установленной Советским правительством 12-мильной зоны береговых вод вдоль Мурманского побережья и замены ее 3-мильной, денежной компенсации двум "пострадавшим от советских репрессий" английским шпионам, освобождения осужденного советским судом польского ксенза-шпиона и отказа от двух писем НКИД, в которых давался отпор вмешательству английского правительства в наши внутренние дела. В случае отказа Советского правительства принять ультиматум Керзон грозил разрывом отношений с СССР в 10-дневный срок. Советское правительство вступило в переговоры с британским и, сочетая твердость с гибкостью, добилось ликвидации конфликта на базе приемлемого компромисса. Советское правительство сделало уступки по более мелким, непринципиальным вопросам, по полностью сохранило принцип невмешательства извне во внутренние дела Советского государства.
   {21}Уркварт Лесли - крупный английский концессионер, связанный с различными предприятиями в царской России, особенно с полиметаллами в Караганде, собственность которого была национализирована во время революции. Пока Уркварт надеялся на возвращение своей собственности или по крайней мере на денежную компенсацию за нее, он прикидывался "другом" СССР, а когда эту надежду потерял, превратился в злейшего врага нашей страны.
   {22} Улица врачей в Лондоне.
   {23}АРКОС (All Russian Cooperative Society) - "Всероссийское кооперативное общество" было советской торговой организацией в Англии, оформленной как английское коммерческое предприятие с ограниченной ответственностью.
   {24}"Известия", 29.V 1927.
   {25}"Manchester Guardian", 28.V 1927.
   {26} Тогдашняя партийная кличка Г. В. Чичерина, будущего наркома СССР по иностранным делам.
   {27}16 октября 1932 г. британское правительство без всякого предупреждения прислало советскому посольству в Лондоне следующую ноту:
   "Сэр, имею честь уведомить Вас, что Правительство его Величества в Соединенном Королевстве Великобритании и Северной Ирландии решило прекратить действие временного торгового соглашения, подписанного в Лондоне 16 апреля 1930 г. в соответствии с положением 1 ст. 7 этого соглашения. Таким образом, соглашение потеряет свою силу спустя 6 месяцев со дня даты настоящей ноты, т. е. с 17 апреля 1933 г.
   Одновременно я пользуюсь случаем довести до Вашего сведения, что Правительство Его Величества в Соединенном Королевстве остается заинтересованным в развитии торговли между обеими странами и готово с этой целью вступить в обсуждение ситуации, созданной денонсированием временного торгового соглашения, в наиболее близкий момент, удобный для правительства Советского Союза. Имею честь и пр.
   Ваш преданный слуга Джон Саймон
   16 октября 1932 г."
   {28}Осенью 1932 г. в Оттаве (Канада) состоялась имперская конференция, на которой были приняты решения о переходе Англии от свободной торговли к протекционизму. В связи с этим создалась необходимость внесения некоторых изменений в торговые договоры, заключенные Англией до того с различными иностранными державами.
   {29}W. Churchill. The Second World War, vol. I. London, 1955, p. 6-13.
   {30}Справедливость требует сказать, что критические ноты в отношении версальской системы содержатся уже в книге У. Черчилля "Последствия", опубликованной в Лондоне в 1929 г. Однако его тогдашние высказывания выглядят как скромная прелюдия, если их сравнить с тем, что написано в мемуарах "Вторая мировая война".
   {31}Этот отказ объясняется, в частности, тем, что под влиянием изоляционистов США не пожелали вступить в Лигу Наций, устав которой составлял неотъемлемую часть Версальского мирного договора.
   {32}"International Statistical Year Book". Published by The League of Nations, 1927; "Статистический справочник СССР", M., 1927.
   {33}В кабинете Ллойд Джорджа Бонар Лоу занимал пост министра финансов, Хармсворс - депутат парламента от консерваторов.
   {34}Версальский договор требовал, чтобы Германия уплачивала репарации деньгами и притом не в германских марках, а в долларах, фунтах и другой иностранной валюте. Для получения иностранной валюты Германия должна была всемерно увеличивать свой экспорт. Это превращало ее в грозного конкурента держав-победительниц на мировом рынке и даже на их собственных внутренних рынках. Державы-победительницы боролись против германского экспорта. Создавался тупик, и уплата репараций делалась все более затруднительной. В этом и состояла проблема "трансфера", т. е. перевода репарационных платежей из германской валюты в иностранную.
   {35}У. Черчилль в своих мемуарах указывает, что общая сумма репараций, выплаченная Германией странам-победительницам, составляла около 1 млрд. фунтов, а общая сумма американско-английских инвестиций в Германии достигла 1,5 млрд. фунтов (W. Churchill, The Second World War, vol. I, p. 7).
   {36}Разговор происходил в 1932 г.
   {37}Так в то время правящая Англия именовала захват Японией Северо-Восточного Китая, осуществленный в 1931 г.
   {38}Из 520 депутатов, входивших в коалицию, 470 были консерваторами.
   {39}Принцип наибольшего благоприятствования состоит в том, что всякая льгота, предоставляемая данным государством какой-либо стране в области торговли, автоматически распространяется на все другие страны, с которыми это государство имеет торговые соглашения, основанные на принципе наибольшего благоприятствования. Например, если Англия снижает пошлины на зерно, ввозимое из США, то такое же снижение пошлины должно быть применено к зерну, ввозимому из других стран, если эти последние имеют с Англией торговые соглашения, построенные на базе наибольшего благоприятствования.